В академии произошёл теракт во время финальных экзаменов.

Этой новости хватило, чтобы встряхнуть студентов, спешно возвращавшихся после объявления о приостановке экзаменов.

«Что? Теракт? Серьёзно?»

«Я только что связался с кем‑то из элитного общежития, и они сказали, что это правда! Террористы ворвались и начали рушить здания наугад!»

«Это безумие!»

Место проведения экзамена было как раз на нужном расстоянии от академии.

Не слишком близко, но и не слишком далеко. Взрывы со стороны академии, внезапная суета среди преподавателей и экзаменационных наблюдателей, а также сведения, которые некоторые студенты тайком раздобыли, всё это подтверждало происходящее.

«Н‑наше общежитие в порядке?!»

«Хорошо хоть во время экзаменов. Иначе… ух.»

«Академия Грандис разве не должна быть безопасной?»

Естественно, студенты, знавшие лишь о самом теракте, но не владевшие подробностями, выражали тревогу.

Кто‑то переживал, целы ли общежития, кто‑то волновался за друзей и людей, оставшихся в академии, а кто‑то впадал в панику, размышляя, не опасна ли сама Академия Грандис.

Беспорядок усиливался тем, что теракт случился в самом престижном учреждении королевства.

Однако суматоха быстро улеглась.

«Ч‑что это такое?!»

«Наблюдатель? Здесь раньше было озеро? И почему оно высохло?»

«Это не озеро… Председатель создала это? Одним ударом? Пока валили главаря террористов 7‑го ранга?»

По дороге обратно в академию их встретил гигантский котлован. Некоторые студенты сперва принял его за высохшее озеро — такого он была масштаба.

Лишь потом они узнали, что это последствия того, как Председатель подавила главаря террористов…

«Значит, их всё‑таки поймали?»

«Говорят, жертв не было. Похоже, они специально выбрали период экзаменов.»

«Сам подумай. Захотел бы ты заняться терроризмом или чем‑то подобным, когда Председатель в академии?»

«…Ни капли. Эти террористы — трусы. Если это их план, зачем вообще нападать на академию?»

«Логика террористов очевидна, да? Хотели нарастить известность. Но глядя на это… какая уж там известность — теперь бы выжить.»

Студенты поняли, что теракт оказался куда менее серьёзным, чем они думали.

Здания? Да, некоторые рухнули. Но ни одно студенческое общежитие, ни лекционные корпуса, ни исследовательские помещения не пострадали — лишь внешние здания и случайные участки.

Пострадавшие? Нет погибших, даже раненых нет. Террористы бежали как могли, и, поскольку большинство людей были на экзаменах, никто не оказался под падающими зданиями.

Главарь террористов? Захвачен. Несмотря на 7‑й ранг, его уничтожили одним ударом Председателя. Остальные, по слухам, сбежали, поджав хвосты.

В итоге, хотя на академию напали, реальный ущерб оказался минимальным.

Однако, несмотря на скромные фактические потери, вид академии был откровенно разрушенным.

«Всего обрушилось 125 зданий, бесчисленные дороги и деревья повреждены, а многие строения, хоть и не рухнули полностью, оказались завалены или втянуты в общий хаос.»

«Какова оценка материального ущерба?»

«Мы всё ещё считаем, но… ожидается "значительная". Ты же не собираешься просто закрыть на это глаза, верно?»

«Да брось, за кого ты меня держишь? Я похож на такого человека?»

«…»

«Отвечай.»

«…Нет.»

«Вот и отлично.»

Больной ублюдок.

Милия пробормотала проклятие так тихо, что лишь человек 1‑го ранга не услышал бы. Однако благодаря тому, что кто‑то накормил меня крайне дорогим высшего сорта эликсиром, я слышал прекрасно, пусть и временно.

Но я не собирался это комментировать и уж тем более не затаивал злобу.

Я просто добавил ещё одну стопку документов для Милии.

«Ты… это слышал?»

«Прошу прощения? Понятия не имею, о чём вы. Я лишь передаю вам то, что нужно сделать. Понимаете?»

«…»

На этот раз она благоразумно не произнесла вслух. Да, если держать всё лишь в мыслях, даже я этого не услышу.

И всё же я не просто мелочно издевался над Милией. Я действительно был в хорошем настроении.

После долгого сидения в этом проклятом кабинете иметь законного раба — нет, незаконного раба — оказалось по‑настоящему приятно.

«Ты хочешь, чтобы я сделала всё это?»

«На самом деле, если вдуматься, это не так уж сложно. Просто всё тщательно проверь.»

«Это и есть то же самое…»

Милия, ныне исполняющая обязанности Финансового директора, тяжело вздохнула. Всего‑то около семи часов сосредоточенной работы — уж слишком драматично.

После теракта Милия помогала мне последние две недели, как и прежде. Она всегда была весьма полезна, но теперь её без проблем можно было считать сотрудницей Финансового отдела, а не студенткой.

Так вышло благодаря нашей "частной договорённости" — сделке, где она попросила меня расправиться с Мальтеном как "жертвой" ради теракта.

Это был смертельный секрет, который нельзя было раскрывать и ради Милии тоже. Учитывая, что Милия знала и о том, что теракт организовал я , мы фактически держали друг друга за горло.

И именно потому я мог доверять Милии.

'Вообще‑то, это не совсем "горло".'

Точнее, я держал горло Милии, а она — не совсем моё. Это было угрожающе, но недостаточно, чтобы меня свалить.

Причина — в разнице наших социальных позиций. Честно, сколько людей поверят одной студентке, которая заявит: «Вообще‑то я епископ Культа Желаний, а Финансовый директор устроил теракт ради нас!»?

Кто‑то посмотрит на меня с подозрением или что‑то скажет, но без ясных доказательств я просто всё отрицал бы. При необходимости мог бы даже заручиться силой Председателя.

Но с Милией иначе. Если всплывёт, что она организовала убийство 7‑го ранга из умирающего Культа Желаний…

В отличие от меня, могла ли Милия, не закрепившая за собой чёткой позиции, выжить в культе?

'Иными словами, если Милия займёт своё место, это преимущество исчезнет.'

Сколько времени она могла бы уделять делам культа, оставаясь студенткой академии и одновременно работая в финансовом отделе?

Разумеется, став самой молодой епископом, она рано или поздно утвердится. Но не сейчас. И этого было достаточно.

Потому что поводок держал я. И потому я мог доверять Милии больше, чем обычным преподавателям.

«Заканчивай сегодня и можешь идти домой. Как и обещал, можешь не беспокоиться об экзаменах и посещаемости».

«…И субсидию ты тоже дашь, правда?»

«Разумеется».

«Вздох… ладно».

Я не заставлял её работать бесплатно. Это было бы неэффективно. Я пообещал Милии свободу от экзаменов и посещаемости, плюс расходы на жизнь и субсидии.

Первое было несложно — полномочий Финансового директора хватало. В академии встречались студенты, которые едва могли оплатить обучение и вынуждены были подрабатывать.

Что до второго… Культ Желаний и так находился в упадке, денег у них вряд ли было много. Я даже чувствовал странное родство.

Так Милия и оказалась неофициальной сотрудницей Финансового отдела.

'Но всё же нужно быть осторожным.'

Разумеется, то, что она работает в отделе, не значит, что я раскрываю ей бюджет академии или кризис. Я поручал Милии лишь рутину.

Просмотр бесконечных предложений, возврат документов от нытиков, требующих больше бюджета, поиск ошибок в отчётах, простые визы и утверждения.

Эти бумаги настолько раздроблены, что понять из них общее состояние академии невозможно. Всё равно что пытаться определить чистоту всего дома, нащупав с закрытыми глазами одну пылинку.

К счастью, Милия оказалась способной во многих отношениях.

'Хотя раньше она не выглядела опытной в этом…'

Судя по её результатам на островном экзамене, она больше тянулась к плотницкому делу, чем к офисной работе или умению быстро реагировать. Скорее уж была пассивной в общении и отношениях.

Это всё была игра? Или нынешняя Милия — маска?

…Честно говоря, неважно.

'Корова хоть чёрная, хоть рыжая — лишь бы работала отлично.'

Какая бы она ни была, главное, что справлялась с бумагами.

«Ну, я загляну к Председателю, а ты пока займись документами. Если нужно что‑то магическое, используй вон те припасы».

«…Вы имеете в виду профессора Цирцею?»

«Она согласилась числиться в списке припасов, так что зови её так».

Я предложил вернуть 0,1% её зарплаты, и она с благодарностью подписала ведомость.

Не слишком ли щедро? В следующий раз дам половину.

Оставив Цирцею, отчаянно массирующую редеющую макушку, я вышел из кабинета.

И вошёл в кабинет Председателя — прямо по соседству.

'Если так, почему бы не прорубить дверь в стене?'

Зачем обходить в коридор, стучать и входить? Новая дверь тоже стоит денег, так что промолчу, но неудобно.

В любом случае, едва я вошёл…

«Убирайся».

«Есть».

Щёлк.

Я вышел, потому что она сказала. И вернулся в свой кабинет без колебаний—

«Подожди! В таких ситуациях нужно настаивать! Почему ты так быстро сдаёшься?!»

«Ты сказала уйти — я ушёл».

«В этом и суть! Нужно было почувствовать атмосферу и остаться, уговаривать!»

«Зачем?»

«Потому что!»

Председатель распахнула дверь и вышла, тяжело дыша.

Она уставилась на меня с обидой.

«Финансовый директор жил с девушкой‑студенткой, разинув рот, как идиот!»

«Во‑первых, Люз Сперо использовала бинты и ци, чтобы изменить скелет и замаскироваться под парня. Маскировка была настолько тщательной, что даже вы, Председатель, не заметили. Я, будучи 1‑м рангом, естественно, поверил».

«Ох».

«Во‑вторых, я сразу сообщил вам о совместном проживании, и вы убедились после объяснений. На следующий же день я переселился в кабинет и жил там две недели. Так что фактически мы и дня вместе не провели».

«Эм».

«В‑третьих, я узнал, что Люз девушка, только вчера. И то по её ошибке. Даже если её разоблачили, вина лежит на ней, а не на мне. Почти невозможно, чтобы 1‑й ранг раскрыл маскировку 6‑го. Есть возражения?»

«…Нет».

«Если нет, пойдём внутрь. У меня нет времени на пустые споры».

«Да…» (п.п. ГГ просто гигачад, поставить на место одну из сильнейших в мире - это сильно)

Если бы Председатель действительно злилась — одно дело. Но когда она знала, что я почти не виноват, а всё равно придиралась… терпеть это было трудно. В другое время я бы, может, и потакал её капризам, но сейчас не тот случай.

И всё же, глядя на её сгорбленную спину, я почувствовал…

Сжать.

«Ф‑Финансовый директор…?»

«Вы же понимаете, я не отчитываю вас, Председатель. Я действительно был не виноват. Просто занят».

«Хмф».

«Считайте, что я делаю это, чтобы вас успокоить».

«…Я не злюсь».

Лучший способ успокоить пожилых — массаж плеч. Я подошёл и начал массировать. Несмотря на ворчание, она сама подалась вперёд, облегчая мне задачу.

Но плечи у неё каменные. Это что, 8‑й ранг? У меня пальцы болят!

Честно, я не выдержу и минуты.

К счастью, Председатель осталась довольна раньше, чем мои руки онемели, и махнула, что хватит. Слава богу.

«Я… спущу это с рук лишь на этот раз. Я знаю, ты не из тех, кто стал бы делать что‑то непристойное со студенткой».

«У меня и времени на непристойности нет. В общежитии я только сплю и ухожу. Что бы я там делал?»

«Ну, это правда… в любом случае».

Я на миг пожалел о своём балансе работы и жизни, но быстро пришёл в себя. Пальцы всё ещё ныли. Тяжело быть 1‑м рангом.

Хватит ерунды.

«О вчерашнем теракте. И о сегодняшнем».

«…Да».

«С учётом последних, мы получили около двадцати писем».

И затем:

«Все они содержат слова поддержки и пожертвования».

«…»

«Оценочная сумма уже продлила жизнь академии как минимум на год».

«…!!!»

Этот инсценированный теракт оказался…

Огромным успехом.