Моя младшая сестра, Уми, в последнее время стала просто невыносимой.

Хотя, если честно, она и раньше была не подарок. Только-только поступила в старшую школу, ещё не знает, что такое настоящие жизненные трудности, а уже строит из себя всезнайку и постоянно поучает меня, своего старшего брата.

К слову, между нами разница в десять лет. Некоторые говорят, что с такой разницей младшая сестра должна быть просто очаровательной, но это не про Уми. Да, лицо у неё, может, и симпатичное, но в душе она настоящий демон.

И вот, в последнее время её раздражающее поведение стало ещё хуже.

— Эй, братишка, я возьму у тебя игруху, ладно?

Как-то раз, без всякого стука, она ввалилась в мою комнату и, заявив это, потянулась за приставкой и игрой, которую наметила.

Не «одолжи», а «возьму». Ну, хотя бы не схватила молча, как бывало. Но всё равно это чертовски бесит.

Ладно, отказать ей — значит нарваться на нытьё родителям, так что выбора у меня особо нет.

— Эй, — окликнул я её.

— Чего?

Я заметил, что она схватила игру совсем не того жанра, к которому привыкла. Обычно она играет в RPG или симуляторы, а тут вдруг взяла FPS — жанр, который раньше её вообще не интересовал. Уми увлеклась играми где-то год назад, но до сих пор ни разу не обращала внимания на такие игры.

— Слушай, раз уж зашла... у меня к тебе просьба.

— Чего?

— Научи меня паре фишек в этой игре.

— ...Что? — я чуть не поперхнулся.

Серьёзно? С тех пор, как начала играть, Уми ни разу не просила у меня совета. И вдруг такая перемена — ластится, как котёнок.

— Чего ты так удивился? Научишь или нет? Вечно ты такой нерешительный, неудивительно, что до сих пор без работы сидишь!

— Лишнее сказала. Ладно, если просишь, могу показать. В этой игре есть пара приёмов, чтобы побеждать.

— Серьёзно? Такие бывают? — её глаза моментально загорелись, как у ребёнка. Так она смотрела на меня в детстве, когда ещё хоть немного уважала своего старшего брата.

— Ага. Правда, против живых игроков это не всегда работает, но против компьютера точно даёт преимущество.

— А, вот оно что... Этот гад, значит, знал и молчал... Ну и подлый же!

— Какой ещё «гад»?

— А, нет, это я так, не бери в голову. Короче, расскажи про эти твои приёмы. До отбоя ещё есть время, так что побудь моим спарринг-партнёром.

— Ну, немного времени у меня есть... Но, погоди, я кое-что забыл упомянуть. Когда человек просит научить его чему-то, что он должен сделать в первую очередь? Ты же у нас умница, должна знать, да?

— ...Поняла, поняла, — буркнула она, явно раздражённая. — Вот же зануда, безработный, а туда же…

Продолжая ворчать, Уми повернулась ко мне и слегка склонила голову.

— Научи, пожалуйста.

— Ладно, так и быть.

Да, сестрёнка стала ещё более невыносимой, но что поделать — семья есть семья. Придётся немного с ней повозиться.

В последнее время моя одноклассница, Асанаги Уми, ведёт себя как-то странно.

Я, Нитта Нина, начала это замечать в октябре, когда начался второй семестр, и культурный фестиваль был уже не за горами.

На первый взгляд, ничего особенного не изменилось. Она всё так же красива, умеет ладить со всеми, проявляет заботу, но при этом не лезет на рожон, чтобы выделиться. В нашем классе она всегда держится в тени нашей «иконы» Ю-чин — Амами Ю — настоящей звезды класса. Асанаги — это, так сказать, вечный номер два.

Если честно, когда мы только поступили в школу, она мне не особо нравилась.

Даже в обычном разговоре я замечала, что её глаза иногда не улыбаются, или она смотрит куда-то в сторону с таким видом, будто ей скучно. Из-за таких мелочей я считала её немного неприятной. В отличие от Ю-чин, которая добра ко всем без исключения, с Асанаги, думала я, дружить у меня вряд ли получится.

Но в последнее время моё мнение о ней начало меняться.

— Пф-ф...

Как-то утром, во время классного часа, я услышала, как Асанаги тихо хихикнула.

Скорее всего, она возилась с чем-то на телефоне. Я никогда раньше не видела, чтобы она вела себя так несерьёзно на уроках, так что её расслабленный вид показался мне довольно необычным.

Мне стало любопытно, и, дождавшись, пока учитель отвернётся, я решила легонько ткнуть её в плечо — она сидела прямо передо мной.

— Чем занимаешься? Если что-то прикольное, поделись! — вот с таким лёгким настроем я хотела шепнуть ей пару слов.

— Ай! — вдруг вскрикнула она.

В ту же секунду, как мои пальцы коснулись её плеча, Асанаги, похоже, настолько не ожидала этого, что буквально подпрыгнула. Её стол и стул громко загремели, и я невольно выкрикнула от неожиданности.

Естественно, весь класс тут же уставился на неё.

— Ой, простите! Это Нитта-сан сзади мне под рёбра ткнула, я и дёрнулась от удивления.

— Чего? Да я просто плечо тронула... Ай!

— Так ведь, Нина?

— Ух... Д-да, простите.

Её напор был таким, что я просто не смогла возразить. А ещё она, между делом, так сильно ущипнула меня за руку, что было жутко больно.

До этого я видела в ней только умную и сдержанную девушку, и представить не могла, что она способна на такие грубые выходки. Но это было ещё не всё.

— Эй, Нина, — позвала она меня после классного часа, догнав в коридоре, когда я пошла в уборную, чтобы охладить покрасневшую от щипка руку.

— Ч-что?

— Прости за то, что было. Я немного запаниковала, не рассчитала силу.

— Да уж, лучше бы вообще не щипала... Слушай, а что ты там делала? Ты же обычно так не отвлекаешься, а тут вдруг что-то тайком разглядывала, да? Что это было?

— А! Э-э, ну, это... — она вдруг покраснела, как помидор, и пробормотала:

— Секрет...

Глядя на её неожиданно робкий вид, я подумала, что, может, мы всё-таки сможем подружиться.

Сегодня я, Асанаги Сора, впервые за долгое время отправилась за покупками вместе с дочкой. В преддверии Рождества и Нового года мы решили обновить старые вещи и купить то, что может понадобиться. Для этого мы поехали в ближайший большой торговый центр.

— Уми, спасибо, что составила мне компанию. Вообще-то я хотела попросить твоего брата помочь с сумками, но...

— Да ладно, ерунда. Я же не просто так, ты мне за это платишь, — она кивнула на свою порцию мороженого. — И потом, брат после увольнения только и делает, что играет в свои игры и совсем раскис. Я куда полезнее!

Уми весело лизала мягкое мороженое, купленное в фудкорте рядом с торговым центром.

Мы набрали моющих средств для генеральной уборки, тёплую одежду, продукты и воду про запас. Мороженым за сто иен это, конечно, не окупится. Ещё пару лет назад Уми, как и её брат Рику, ворчала, если я звала её куда-то. А теперь она, похоже, искренне наслаждается, толкая тележку с покупками с таким невинным видом, что я невольно вспомнила, какой она была в начальной школе. От этого мне стало тепло на душе.

Может, это просто реакция на то, что её бунтарский возраст остался позади? Или, скорее всего, дело в той новой подруге, «той девочке», которая появилась у неё недавно. Думаю, всё-таки второе.

— Мам, вроде всё из списка мы купили. Ничего не забыли?

— Хм, дай подумать... О, раз уж мы здесь, давай заглянем в отдел одежды? Это не по плану, но тёплый шарф, перчатки или нательное бельё точно не помешают.

— О, круто! Я как раз хотела новый шарф прикупить.

— Шарф... Хм-м.

— Что, мам? Хочешь что-то сказать?

— Да нет, ничего.

Я чуть не спросила, куда делся её недавний шарф, но решила не быть злюкой.

...Тот самый любимый шарф… она подарила его «той девочке»?

Я вдруг вспомнила, как по пятницам её приводит домой вежливый парень, и на его шее я видела тот самый шарф, который раньше носила Уми. Похоже, их дружба крепнет, и как мать я за неё спокойна.

— О, кстати, мам, можно ещё пижаму купить? Моя старая какая-то холодная, хочу что-нибудь тёплое.

— Ладно, но только не слишком дорогую. В кошельке уже почти пусто.

— Не парься, мне для дома, что-нибудь попроще.

Будто заранее всё продумав, Уми тут же схватила с полки нужную вещь и показала мне.

— Свитшот?

— Ага, комплект за 990 иен. Прикинь, такой дешёвый, а внутри мягкий и тёплый, просто находка! Плюс он оверсайз, можно надеть что-нибудь под него, и всё равно будет удобно.

— Ого, звучит здорово. Может, и мне такой взять?

— Мам, тебе нельзя.

— Что? Почему? Ты же сама сказала, что он классный. Ну и что, если у нас будут одинаковые? Дома их всё равно увидят только папа да брат, какая разница?

— Ну... да, но... это я выбрала! Так что нельзя копировать! — заявила она и демонстративно вернула мою пижаму на полку.

Её капризный тон был прямо как у младшеклассницы. Судя по её необычному выбору, она, похоже, хочет, чтобы только у неё и «той девочки» были одинаковые пижамы. Моя дочка, похоже, из тех, на кого легко повлиять.

Прошёл месяц с окончания культурного фестиваля, когда я помирилась со своей лучшей подругой Уми.

Сегодня мы с ней отправились за покупками, чтобы выбрать наряды для рождественской вечеринки, которую устраивает наша школа.

Если подумать, это первый раз за долгое время, когда мы с Уми вот так вместе гуляем. Я приревновала, узнав, что она тайком тусовалась с парнем из нашего класса. Ей, наверное, было непросто, но я, не задумываясь, поддалась эмоциям и загнала свою лучшую подругу в угол.

Когда в наших отношениях впервые появилась трещина, я боялась, что всё уже не вернуть. Уми — моя первая подруга, самый важный для меня человек. Мысль, что мы больше не сможем общаться как раньше, не давала мне покоя. Поэтому сейчас, когда мы снова вместе, я по-настоящему счастлива.

— Уми, давай, быстрее-быстрее!

— Эй, не тяни так сильно, я и без того иду... Ну вот, Ю, ты как всегда.

Видя, как я ношусь в приподнятом настроении, моя лучшая подруга улыбнулась своей привычной тёплой улыбкой.

Она ворчала, мол, что с меня взять, но при этом нежно сжимала мою руку, её лицо было таким добрым.

Я всегда гордилась, что знаю об Уми всё: она умная, стильная, всегда держит всё под контролем и на неё можно положиться. Но в какой-то момент я начала замечать в ней новые черты.

Это случилось, когда мы выбирали платья для вечеринки в магазине.

— О, смотри, это довольно мило! И цена вполне по карману. Эй, Уми, как думаешь, мне взять это?

— Хм... Какой цвет выбрать... Яркие оттенки и акцент на аксессуарах? Или что-то более сдержанное... Наверное, лучше не слишком вычурное... М-м, — бормотала она, задумчиво глядя на витрину.

— Уми?

В отличие от меня, которая хватала всё, что приглянулось, Уми стояла перед платьями с серьёзным видом, что-то тихо проговаривая.

— Эй, Уми, ау-у! — я помахала рукой перед её лицом.

Но она, похоже, так глубоко ушла в свои мысли, что даже не заметила меня рядом.

Серьёзно выбирать наряд — это, конечно, нормально, особенно если собираешься блистать перед всеми. Но не слишком ли она увлеклась?

— Может, ненавязчиво спросить, какой цвет ему нравится... Нет, он же уже знает, что мы с Ю ходим по магазинам... Тогда, может, позвонить тёте... Хотя нет, звонить ей на работу с такими вопросами — это слишком... Ох, почему я вчера не расспросила его про одежду? Какой промах с моей стороны...

— М-м.

Я поняла, о ком думает Уми, выбирая наряд для вечеринки.

О том самом добром парне, из-за которого у нас с ней случился разлад, но который в итоге помог нам помириться.

Я бесконечно ему благодарна, но, честно говоря, мне немного обидно, что он так легко завладел сердцем Уми.

— Ой, смотри, это же Маки-кун! Эй, Маки-кун, сюда, сюда!

— Что... Маки?! Где? Он же должен быть дома, отдыхать...

— Ха, шучу! Эхе-хе, Уми, ты правда поверила, что Маки-кун здесь? Испугалась, да?

— Эй!

— Ай! Ну прости, ты же совсем меня не замечала... — взвизгнула я, когда она ущипнула меня за щёку.

Моя подруга, краснеющая от смущения, в последнее время кажется мне особенно милой.

— Пап, я... прости за всё, что было раньше.

Я только вернулся из двухмесячной командировки и отдыхал дома, когда Уми, моя дочь, вернувшись из школы, вдруг подошла и, поклонившись, сказала эти слова.

Жена, Сора, держала меня в курсе дел, так что я примерно знал, что происходит. Но я лишь кивнул, сказав:

— Понятно.

И стал внимательно слушать её.

Я вспомнил прошлую осень, когда Уми призналась, что хочет сменить направление в учёбе, потому что не желает оставаться с нынешними друзьями.

С тех пор, как она поступила в среднюю школу, она почти перестала разговаривать с нами, родителями. На прямые вопросы отвечала чётко, но стоило заговорить о школе, как её лицо тут же мрачнело, и она сбегала в свою комнату.

Перед моей командировкой она вообще перестала со мной видеться.

Я убеждал себя, что это нормально для девочки её возраста, но в глубине души чувствовал тоску. И всё же, когда я вернулся, Уми была совсем другой — настолько изменившейся, что я был поражён.

— Мама сказала, что у тебя появился новый друг. Похоже, тебе с ним весело?

— Ага. Он немного замкнутый, в школе особо не болтает и не выделяется. Но он добрый, всегда думает в первую очередь обо мне... На прошлом культурном фестивале мы вместе были в оргкомитете, и он, хоть и не привык, старался изо всех сил быть лидером... Ой, но со мной он, знаешь, такой наглый! Недавно, когда мы играли в игру, он...

Уми с восторгом рассказывала о своём новом «друге».

Когда в последний раз она так оживлённо болтала о школе и друзьях?

В начальной школе она часто рассказывала о своей лучшей подруге, Амами-сан, и сейчас её лицо светилось так же ярко, как тогда.

Этот новый друг, похоже, стал для неё по-настоящему важным человеком.

Её решение «убежать» от проблем вместо того, чтобы их решать, было для Уми необычно пассивным, но, похоже, оно привело к хорошему результату.

И всё же...

— Уми, насчёт этого твоего друга...

— А... да, знаю, мама, наверное, уже рассказала, но... в общем, этот новый друг — парень. 

Сора предупреждала меня, так что я был готов. Новый друг — парень из её класса.

Учитывая, что школа у них смешанная, а Уми довольно симпатичная, в этом нет ничего удивительного.

— Покажешь, как он выглядит?

— Ага... Вот, смотри.

Она покопалась в телефоне и показала мне фото.

Судя по всему, снимок был сделан, когда они тусовались у него дома. На фото был парень с чуть покрасневшими щеками, смущённо отводящий взгляд от камеры и робко показывающий знак «мира».

Как и говорила Уми, он выглядел замкнутым. Кто-то, не зная его, мог бы составить о нëм не самое лучшее впечатление.

Но я видел в этом фото его неуклюжую доброту, которая будто просачивалась сквозь изображение.

— Уми.

— Что?

— Хорошего друга ты нашла.

— Угу! — она кивнула с такой сияющей улыбкой, что я мысленно поблагодарил того парня на фото.

Звук прибоя — «за-за-н» — доносится издалека, достигая моих ушей.

Заметив этот звук и лёгкий солёный запах моря, скользнувший в ноздри, я приподнялся. За окном машины раскинулась бескрайняя синева.

Синева — не совсем точное слово. Конечно, это не один цвет. Ближе к берегу — прозрачная, с зеленоватым оттенком вода, а дальше, к горизонту, — глубокий, непроглядный синий, в котором не видно дна.

Красиво, но где-то в глубине таится что-то пугающее. Такое впечатление у меня сложилось.

— Ну наконец-то проснулся! Понимаю, ты так ждал нашего первого похода на пляж, что вчера не мог уснуть, но всё равно, не слишком ли долго ты дрых?

Я повернулся на лёгкий тычок в щёку и увидел улыбающуюся девушку.

Асанаги Уми — моя первая подруга, появившаяся у меня осенью первого года в старшей школе, когда я был совсем один. Но чем больше времени мы проводили вместе, тем ближе становились, и в какой-то момент я начал думать о ней как о чём-то большем, чем просто подруга.

— Эй, чего это ты так на меня пялишься? Что, ослеп от моей красоты? А? Признавайся, ослеп, да? Ну-ка, говори, что ослеп, ты, балда!

Уми, сидящая рядом и подшучивающая надо мной, и правда была ослепительной.

На ней было летнее платье без рукавов пастельно-голубого цвета, лёгкое и воздушное. Чёрные волосы до плеч слегка колыхались от ветра, открывая белоснежные плечи.

— О, Маки, кажется, приехали. Давай, пошли скорее!

Пока мы дурачились, мы, похоже, добрались до пляжа. Уми потянула меня за руку. Стоило выйти из машины, как к запаху моря примешался аромат её любимого шампуня, и моё сердце невольно ёкнуло.

...Хотя, если честно, с самого начала моё внимание было приковано не к морю, а к ней.

— Ого, сегодня народу как-то мало. Значит, можно не стесняться и оторваться по полной, да, Маки? — сказала она, прильнув ко мне, шепча прямо в ухо, так, чтобы слышал только я. — Хех, ты сейчас здорово всполошился, да? Вон как напрягся весь!

От её шёпота моё сердце забилось ещё сильнее, но что поделать — я же парень.

Мы часто тусовались вместе, и иногда я замечал её в каких-то беззащитных моментах, но я впервые увидел Уми в купальнике, с открытой белоснежной кожей.

У неё отличная фигура. Она не пропускает тренировки, чтобы держать себя в форме, и это заметно: её ноги длинные и стройные, а формы — женственные, но без излишеств. В последнее время она часто ко мне прижимается, и даже если я не пялюсь, такие вещи сложно не заметить. Да, я в курсе, что я немного извращенец.

— Людей вокруг почти нет... Ага, так нормально, — пробормотала Уми, оглядевшись и кивнув, и проверила что-то в своей сумке. — Маки, иди сюда.

Мы расстелили покрывало на песке, поставили зонтик и слушали шум волн. В это время она легонько постучала мне по плечу.

Она ещё не переоделась, но, похоже, хотела о чём-то спросить.

— Слушай... насчёт купальника... Как думаешь, какой мне надеть?

Я растерялся — что значит «какой»? Оказалось, она привезла два купальника.

Если честно, мне было бы всё равно, что она наденет, — я был бы рад любому. В моём арсенале только банальности вроде «красиво» или «тебе идёт».

Но Уми, похоже, хотела, чтобы я выбрал за неё.

Она тихонько раскрыла сумку, показав мне два купальника. Оба — бикини. Один — милый, с женственными рюшами. А второй... ну, скажем, с очень маленькой площадью ткани.

— Маки, какой мне надеть? — спросила она, глядя прямо на меня.

Я не мог посмотреть Уми в глаза от смущения, но краем зрения заметил её покрасневшие щёки. Похоже, ей тоже неловко.

Если ей так неловко, зачем вообще затевать такое? Но, с другой стороны, это наш первый совместный поход на пляж, и она, наверное, хочет быть чуть смелее, чем обычно.

Я, признаться, чувствую то же самое.

Поддавшись честному желанию, я указал на купальник, который хотел бы видеть на ней.

— Хм-м? Понятно, понятно! Ну, учитывая, что ты, Маки-кун, вечно пялишься на меня, как типичный скрытый извращенец, я, в общем-то, не удивлена, — поддразнила она с лукавой, почти дьявольской улыбкой.

Её голос был таким живым, а выражение лица — таким радостным.

— Хе-хе, Маки, глупый.

Похоже, мой выбор был одобрен. Уми, пританцовывая, побежала к скалам, чтобы переодеться.

Я впервые увижу её в купальнике, да ещё и с такого близкого расстояния — моё сердце и... скажем так, другие части тела отчаянно требовали сохранять спокойствие.

— Я готова, эхе-хе, — раздался её робкий голос.

Но стоило мне услышать её, как всё моё спокойствие улетучилось в миг.

Я обернулся и увидел Уми, завёрнутую в огромное банное полотенце. Похоже, она переоделась, но пока не готова показаться.

Удовлетворённая моей реакцией, она тихонько захихикала.

— Людей вокруг нет, но мне всё равно немного неловко... Понимаешь? — сказала она, потянув меня за руку к тем самым скалам, где, видимо, переодевалась.

Я всё понимаю. То, что Уми делает это для меня, — доказательство её полного доверия. Но, честно, это уже почти за гранью моего терпения.

— Тогда... только тебе, Маки, тихонько покажу, — прошептала она, медленно приоткрывая полотенце.

Моё горло издало громкий «глоток»...

— Кхе-кхе! — я вдруг закашлялся и резко выпрямился.

Кажется, слюна попала не в то горло, и я невольно начал кашлять.

— Эй, Маки, ты в порядке?

— А, да, всё нормально, уже прошло.

Оглядевшись, я увидел перед собой Уми, которая, сидя за котацу, ела мандарин, уютно устроившись, будто у себя дома. А я, похоже, задремал, пригревшись под котацу, и видел приятный сон.

По телевизору показывали фильм про акул, который мы взяли напрокат по дороге из школы. Сейчас был типичный момент перед появлением акулы — герои веселились на пляже.

— А, вот оно что...

Похоже, мой мозг выхватил самые приятные кусочки и соткал из них счастливый сон. Мы с Уми стали друзьями меньше полугода назад, а в моём сне уже наступило лето. Странно, что я не заподозрил подвоха. К слову, на дворе всё ещё зима.

— Слушай, Уми, долго я спал?

— Хм, минут тридцать, наверное? Ты так мило спал, я прям засмотрелась. Что, хороший сон приснился?

— Э, нет, ничего такого.

— Да ла-адно, врёшь! Признавайся, небось, какой-нибудь пошлый сон про меня видел? Ты же передо мной всегда такой озабоченный!

— Да ну, не было такого! За тридцать минут, серьёзно?

— Хм, правда? — прищурилась она.

Сказать, что мне снилась Уми в откровенном купальнике? Да ни за что. И, конечно, она ещё долго подшучивала надо мной из-за этого.

Как-то в выходные мы с Уми, как обычно, расслаблялись дома за котацу.

После школы мы вернулись ко мне, всё ещё в форме. На столе уже лежали чипсы, сок, а из телевизионной стойки я достал игровую приставку — подготовка почти завершена.

Пиццу мы заказали заранее в нашей любимой пиццерии, так что, как только её доставят, мы станем непобедимыми. А дальше — до самого ухода Уми — будем играть в игры, читать мангу, болтать о всяком или просто дурачиться.

— Маки-и, возьми мне мандаринчик!

— Сама возьми, лентяйка. Встанешь — он прямо перед тобой.

— Не-е, ну возьми-и!

Раньше Уми хоть немного притворялась приличной, но теперь она окончательно расслабилась. Валяется в котацу, листая свежий выпуск манги, и тычет мне в бедро носком ноги.

Ну не слишком ли она разошлась? Хотя стоит ей выйти из моего дома, как она тут же превращается в ту самую образцовую Асанаги Уми, которую все знают в школе. Надо признать, она мастер переключаться.

И всё-таки Уми, которая, как домашний кот, сворачивается калачиком в котацу и капризничает, как ребёнок, тоже по-своему милая. Я ворчу, но в итоге всё равно её балую.

...Наверное, это и есть слабость влюблённого.

— Ладно, ладно, держи. Сладкий, похоже.

— Спасибо! Люблю!

— ...Ну, спасибо.

— Ха, попался!

Я собирался просто отдать ей мандарин, но передумал и легонько ткнул его ей в нос.

— Ай! Эй, ты чего?! Кто вообще едой в лицо кидается? Тебя в начальной школе не учили, что с едой так обращаться нельзя?

— А я вот помню поговорку: «Кто не работает, тот не ест».

— М-м, Маки, ты злюка!

Побурчав, Уми всё же лениво поднялась, взяла у меня мандарин и аккуратно его почистила, после чего с удовольствием съела дольку.

Она сняла школьный блейзер, чтобы не помять его, и надела мою оверсайз толстовку. Увидев её в таком виде, я невольно улыбнулся.

— М-м, в комнате жарко, котацу тёплый, да ещё и твоя любимая толстовка — холод мне не страшен. Но, похоже, я немного перегрелась. Маки, давай есть мороженое!

— Может, для начала нужно снять толстовку? Хотя, в целом, понимаю.

Мороженое зимой в котацу, сон под одеялом в комнате с включённым кондиционером летом — такие маленькие, но такие приятные излишества, от которых сложно отказаться.

В школе Уми кажется человеком из другого мира, но когда мы вот так проводим время вместе, я вижу, что она думает о том же, ест то же, так же ленится и иногда получает нагоняй от родителей. Она — обычная девочка.

Если протяну руку, смогу её коснуться.

Она правда здесь, так близко.

— Хе-хе, Маки, ты чего?

— Да ничего, просто подумал, что твои щёки выглядят такими мягкими.

— Хочешь потрогать? Тогда тащи мороженое.

— Ну ты и манипулятор... Ладно, я и так собирался заглянуть в холодильник.

Я выбрался из-под котацу и достал из морозилки пару мороженых на палочке со вкусом соды. Лично для меня это одно из самых «не зимних» мороженых, но оно дешёвое, а главное — классика, которую мы с Уми любим и часто покупаем по дороге из школы.

— М-м... Ну вот, ем это мороженое — и прям лето на языке.

— Ага. Хотя сейчас разгар зимы, но кажется, что вот-вот зажужжат цикады.

Откусил подтаявший край мороженого — и тут же получил этот знакомый укол в висках. Ну вот, даже такие мелочи зимой повторяются, хотя мы могли бы и обойтись. Но Уми, глядя на меня, заливисто хихикает: «Ты чего творишь?» — и, в общем, это даже неплохо.

— Лето, говоришь...

— Ага, лето. 

Ещё далеко, конечно, но через несколько месяцев придёт жаркое, как баня, лето.

Наше с Уми первое лето... точнее, первые летние каникулы.

— Слушай, Маки, что будем делать на каникулах?

— Ну, до них ещё куча времени... Но, наверное, будем как сейчас — торчать в комнате с кондиционером, жевать мороженое и лениться.

— Ха-ха, да, это похоже на нас.

Море, бассейн, фейерверки — все эти летние классические развлечения, конечно, тоже возможны. Может, и до них дойдёт. Но главное, я уверен, останется неизменным.

Наше с Уми время вдвоём, такое же, как в тот день, когда мы впервые начали тусоваться.

— Уми, кстати...

— А? Что?

— Ну, я же принёс мороженое, так что...

— Э? Что такое? Я что-то пропустила? Голова была в тумане.

— ...Ну ты и актриса.

Она явно всё помнит, но хочет, чтобы я сказал это вслух, хочет услышать мои слова чётко и ясно. Уми всегда прикидывается, будто не в курсе.

Иногда могла бы и подыграть, но нет, когда мы наедине, она не даёт мне спуску.

Такая эгоистка, такая баловница, такая милая девчонка.

— Хочу потрогать твои щёки.

— ...Ладно, можно.

Я коснулся её щеки — прохладной, гладкой, невероятно приятной на ощупь. И в этот момент я тихо пожелал в душе:

...Пусть это счастье длится вечно.

Зимние каникулы. До этого мы каждый день рано вставали, ходили на учёбу и в клубы, были заняты делами по-ученически. А теперь можно наконец-то расслабиться дома, иногда выбираться с друзьями и просто отдыхать. Две недели — не так уж много, но возможность спать допоздна, валяться весь день в кровати или под котацу — это уже счастье.

А если рядом ещё и любимая девушка, то счастье становится просто запредельным.

— Эй, Маки.

— М?

— Можно к тебе поближе? Знаю, что в котацу тесновато, но...

— Ну, если тебе нормально, я не против.

— Эхе-хе, ура! Тогда я чуть-чуть подвинусь...

Прошёл сочельник, 24 декабря, и наступило Рождество, 25-е. Сегодня мы с Уми, моей девушкой, проведём весь день вдвоём. С утра играем в игры, читаем мангу, когда проголодаемся — смотрим фильм по телевизору и едим, а если захочется спать — вздремнём вместе. В общем, ничего особенного, почти как обычно. Но дистанция между нами сильно изменилась по сравнению с тем временем, когда мы были просто «друзьями».

Уми, которая раньше сидела напротив, теперь с радостным лицом прижимается ко мне.

...И правда, почему девушки такие мягкие, с этим лёгким сладковатым ароматом, от которого кружится голова? Её рука, которую я невзначай сжал, такая гладкая, а волосы, что щекочут мне щёку, шелковистые, будто каждая прядь идеальна. Наверное, это потому, что Уми столько внимания уделяет своему внешнему виду. Сегодня на ней привычный свободный стиль: оверсайз худи и джинсы. Но ногти ухожены, а в её чёрных волосах иногда мелькает изящное ухо с маленькой, скромно поблёскивающей серёжкой. Она заботится о каждой детали.

А я в сравнении с ней... ну, одет почти так же, но волосы торчат ото сна, руки слегка шершавые, потому что мне лень мазать их кремом.

Прямо стыдно, что мы проводим время вместе, а я такой.

— Эй, Маки, опять губы потрескались! Ну-ка, повернись, я намажу.

— Да ладно, не надо, я сам справлюсь...

— Но я хочу. Ну, можно, да? — сказала она, глядя на меня умоляющими глазами.

— Ух... — её милое лицо так близко, ещё и этот взгляд — я просто не могу сопротивляться.

— ...Ладно, давай.

— Ха, так легко! Ну хоть бы для вида посопротивлялся!

— Да что тут поделаешь... Всё равно я лёгкая добыча.

— Хе-хе, сам понимаешь? Но знаешь, такой Маки мне не то чтобы не нравится... то есть...

— Что?

— ...Я тебя люблю.

— ...Понял.

— Угу. Эхе-хе, — она расплылась в мягкой, почти расслабленной улыбке, достала из сумки бальзам для губ и аккуратно начала наносить его на мои потрескавшиеся губы.

— Уми, это, случайно, не тот...

— А? Это тот, которым я всегда пользуюсь. Что с ним не так?

— Да нет, ничего.

Чем больше времени мы проводим вдвоём, тем привычнее становятся такие мелочи. Мы делимся бальзамом для губ, пьём из одной бутылки, я пользуюсь её расчёской или маникюрными ножницами... Когда мы были просто «друзьями», между нами был барьер. Но сейчас он исчез, и дистанция сократилась до нуля. Мы с Уми перестали обращать на это внимание.

Теперь, когда мы стали парой и уже знаем, каково это — целоваться, нам не до паники из-за какого-то там непрямого поцелуя... Хотя, честно говоря, мы всё ещё новички в отношениях, так что привыкнуть окончательно — дело времени.

Намазав мне губы бальзамом и вдоволь подурачившись, мы, как обычно, принялись за перекус, переводя взгляд на телевизор.

Рождественская пора — время сплошных спецвыпусков. Сейчас показывали особую версию музыкальной программы: популярная группа айдолов с кучей участников пела и танцевала на яркой, сверкающей сцене, сияя улыбками.

— Слушай, Маки, а у тебя есть кто-нибудь любимый в таких группах? Сейчас все говорят про «оши» и всё такое.

— «Оши», хм... Я музыку слушаю, люблю некоторые анимешные песни или треки айдол-групп, но чтобы прям конкретный человек... А у тебя как?

— Знаешь, у меня так же. Ю или Нина иногда об этом болтают, но я как-то не в теме... Ой.

— Что такое?

— Да нет, просто подумала... Про «оши». Вспомнила, что у меня всё-таки есть один.

— О, даже у тебя есть?

Уми — обычная девочка, так что неудивительно, если у неё, как у Амами-сан или Нитты-сан, есть кто-то, кого она поддерживает. И всё же, хоть это и не совсем ревность, мне стало немного любопытно.

— Хе-хе.

— Чего?

— Интересно, да? Признавайся, интересно же! Боже, Маки, что с тобой поделаешь.

— Я вообще-то ещё ничего не сказал.

— Не прикидывайся! Давай, колись, ты же весь извёлся от ревности, да?

— Да не извёлся я... Но, ну, кто это, всё-таки любопытно.

— Любопытно?

— ...Ага.

Я и так счастлив, что она моя девушка, но, когда это стало реальностью, сердце начало требовать большего. Хочу, чтобы она смотрела только на меня, а не на кого-то другого... Говорить такое вслух как-то неловко, но желание никуда не денешь.

— Ладно, так и быть, только тебе по секрету расскажу. Вот, это он, — сказала она, протягивая мне телефон.

Я взял его и посмотрел на экран.

Там был парень примерно нашего возраста, в школьной форме, снятый сбоку. Похоже, фото сделано тайком — он явно не замечал, что его фотографируют.

Невзрачный, с растрёпанной шевелюрой, в мешковатой форме — но, погружённый в работу, он выглядел неожиданно круто.

...Погоди, это же...

— Это же я!

Я даже протёр глаза, но да, это был я, Маэхара Маки.

Судя по всему, снимок сделан во время подготовки к культурному фестивалю, но я и не знал, что меня фотографировали так близко.

Получается, единственный «оши» Уми — это...

— Маки, ты прям весь сияешь.

— Ну, это... нечестно же!

— Хе-хе, прости-прости. Но я подумала, что так рассказать будет прикольнее.

Я не совсем понимаю, что такое «оши», но одно ясно точно: Уми без ума от меня.

И если уж на то пошло, у меня тоже есть свой единственный «оши».

Человек, с которым каждый день — это радость, и я хочу, чтобы он всегда был счастлив. Ради этого я готов на всё.

— Уми, знаешь...

— М? Что?

— Я буду стараться изо всех сил, чтобы ты всегда была счастлива.

— Спасибо. Тогда я, ради тебя, Маки, буду супер счастливой!

По телевизору началось выступление следующей айдол-группы, но мы с Уми смотрели только друг на друга, и наши взгляды не отрывались ни на миллиметр.

Март — скоро закончится первый год старшей школы.

По календарю уже должна быть весна, но за окном хмурое небо, с которого сыплет снег. По прогнозу, на страну обрушился редкий за последние годы холодный фронт, и температура — как в разгар зимы. Хорошо, что сегодня выходной, суббота. Будь это понедельник, настроение было бы совсем паршивым.

Но сегодня и завтра — выходные, а значит, как обычно, у меня планы с Уми.

— Привет, я пришла! Фух, холодно-то как! Снег валит, ветер дует — вся причёска насмарку.

— Добро пожаловать. Ну и погодка, да? Вообще-то в такой день я сам мог бы к тебе зайти.

— Это да, но у меня дома мама с братишкой, так что я невольно начинаю стесняться. Помнишь, когда ты в прошлый раз приходил, мама то и дело шастала мимо комнаты и мешала?

— А, ну да, было дело.

В дом семьи Асанаги я захаживаю регулярно, но каждый раз, когда мы с Уми начинаем дурачиться и между нами возникает «момент», Сора-сан появляется, будто специально подбирая время. Из-за этого невольно начинаешь чувствовать себя неловко. Поэтому, если нет ничего необычного, в выходные Уми приходит ко мне.

— Короче, залезай пока в котацу, грейся. Будешь какао?

— Угу. Но я помогу. Вернее, хочу сделать его вместе.

— Серьёзно? Ну, если хочешь, давай.

— Ха, предоставь это мне! Эхе-хе.

Когда мы тусуемся с утра, обычно всё так и проходит: перекусываем вкусняшками и ленимся. Не знаю, правильно ли для пары, которая только начала встречаться, проводить выходные вот так, но мне этого вполне хватает для счастья.

Мы отхлебнули горячее какао и одновременно выдохнули:

— Фух~

— Маки, мы сейчас в унисон!

— Ага, синхронизировались.

То ли я стал похож на Уми, то ли она на меня, но такие мелочи у нас всё чаще совпадают.

— О, кстати, Маки! Такая холодрыга, не напоминает кое-что? Тот день.

— Тот день...

— Ха, по твоему лицу вижу, что не понял! Ну же, парень должен ловко справляться с такими подколками своей девушки, иначе завалил экзамен на бойфренда!

— Сама-то знаешь, что это подколка? Ладно, давай подсказку.

— Ух, Маки, что с тобой сделаешь!

Воспоминания о холодных днях... Мы начали сближаться поздней осенью и зимой, так что таких моментов было немало. Все они яркие и важные, и выделить один сложно.

— Ну, допустим... Подсказка — это твоё одеяло, под которым ты всегда спишь. Хотя это уже почти ответ.

— Моё одеяло... А, точно.

Если говорить о воспоминаниях, связанных с моим одеялом, то такое у нас с Уми было только одно.

Когда мы ещё были просто друзьями, мы однажды закутались в него вдвоём, чтобы согреться.

— Маки, ты хорошо помнишь тот день?

— В общих чертах... Это был первый раз, когда я так близко оказался с девушкой, так что я жутко нервничал. Вот это я точно помню.

— Хе-хе, Маки, ты тогда был весь как на иголках рядом со мной. А теперь... ну, вот так вот.

Раньше я касался её с такой осторожностью, будто она вот-вот сломается, но теперь, став парой, мы так привыкли к близости, что без её тепла уже как-то не по себе.

...Может, Уми с самого начала хотела «этого»?

— Эм... ну, раз уж вспомнили, может, повторим?

— Ха, давай. Фу-фу, всё такой же баловень.

— Может, всё-таки не...

— Маки, одеяло.

— ...Ладно.

Как она и хотела, я притащил из комнаты своё любимое одеяло. Мы уселись на диван, прижавшись друг к другу, как тогда, и укутались в него.

— У нас тут котацу, а мы что творим?

— Хе-хе, и правда. Но мне нравится, так тоже тепло.

— Ну, мне тоже.

Теперь мы прижимались ещё ближе, чем тогда, чувствуя тепло и аромат друг друга.

— М-м, Маки, щекотно.

— Ой, прости, Уми. Ты так классно пахнешь, я не удержался.

— Ничего страшного. Я же знаю, какой ты скрытный извращенец. И, кстати, ты с самого начала пялишься на мою грудь.

— Ух...

Меня спалили. Но что поделать, когда мы так близко? Я же нормальный парень, и, конечно, мне хочется «этого» с любимой девушкой.

— Боже, ну что с тобой делать... Ладно, чуть-чуть можно.

— Э... то есть, это как... в каком смысле?

— Хе-хе, а ты как думаешь? — подмигнула она, игриво улыбнувшись, и, обхватив себя руками за спину, наклонилась ко мне, словно приглашая.

Судя по её виду, она имела в виду: «Можешь немного потрогать мою грудь».

Прямо передо мной — два идеальных, соблазнительных изгиба.

Стоит только протянуть руку, и я смогу утолить своё желание.

— Н-ну... тогда, с твоего позволения...

— У-угу...

Я медленно потянулся к этим манящим формам...

...Но, вместо этого, я крепко обнял её.

— Маки, ты что, не будешь? Я же не против, можешь трогать, сколько хочешь.

— Трогать... ну, очень хочется, но, если я начну, мне кажется, я не смогу остановиться.

Как я уже говорил, я обычный старшеклассник, и, если переступлю черту, с такой атмосферой я могу зайти слишком далеко.

Конечно, у нас есть «меры предосторожности» на случай чего, но, чтобы не подставлять наших родителей, лучше пока оставаться в рамках приличного общения.

— Маки, глупый. Трус.

— Ух... но я же думаю о нас.

— ...Я верю твоим словам, знаешь?

— Угу.

В глубине души я твёрдо решил, что ради Уми стану ещё лучше.

Я, Накада Эми, работаю в этом заведении уже около года, с самого поступления в университет, и вот у меня наконец-то появился младший коллега. Представьте себе — шестнадцатилетний парень, первогодка старшей школы. Он и раньше был нашим постоянным клиентом, так что лицо знакомое, но работать вместе — это всё-таки что-то новенькое.

— Доброе утро, Эми-сэмпай.

— О, привет, Маки! Сегодня я тебя снова буду гонять по полной, так что готовься!

— Прошу пощады... Эм, я пойду переоденусь.

— Давай, иди. А я пока подготовлю всё.

Его зовут Маэхара Маки, он учится в старшей школе неподалёку. По его словам, он случайно заметил объявление о вакансии, напечатанное мелким шрифтом на краю меню, и решил подать заявку.

Как рассказал менеджер, проводивший собеседование, у Маки непростая семейная ситуация: он живёт вдвоём с мамой, которая работает в издательстве. Похоже, он решил, что хочет сам зарабатывать на карманные расходы — вот и причина его прихода.

Моё первое впечатление? Он мне нравится. Выглядит так, будто в классе всегда сидит где-то в уголке. Из нашего короткого разговора ясно, что он жутко застенчивый — для кого-то, может, и «не вариант». Но, пообщавшись, понимаешь, что он интересный, с ним есть о чём поговорить. Для современного подростка (хотя я, студентка, сама недалеко ушла) он на удивление вежливый, в его словах чувствуется забота.

Может, кто-то назовёт его трусоватым, но для парня его возраста это, скорее, мило. Уверена, среди девушек постарше, вроде меня, найдутся те, кто скажет: «Какой лапочка!» Хотя для взрослых это, конечно, уже перебор.

В общем, парень с какой-то странной, но притягательной харизмой.

— Я готов, Эми-сэмпай.

— Отлично, начнём. Сегодня будешь работать на кассе. У нас тут старенький аппарат, с ним возни много, так что, если что-то непонятно, сразу зови меня. Сегодня будний день, так что клиентов, скорее всего, будет немного... О, Маки, вот и первый гость!

— Д-да, я справлюсь.

Увидев, как он весь напрягся, будто замёрз, я не удержалась и хихикнула.

Вот оно, то самое, что цепляет женское сердце.

И, как будто в подтверждение, в кафе вошла целая компания.

— Д-добро пожаловать... А?

— Эхе-хе, привет, Маки-кун! Трудишься в поте лица?

— Услышали, что наш староста сегодня на смене, вот и решили заглянуть подразнить. Как дела?

— Прости, Маки. Я знала, что это, наверное, неудобно, но...

В кафе заявилась троица старшеклассниц — похоже, одноклассницы Маки. И все, между прочим, настоящие красотки. Одна — стильная, с модной каштановой причёской, вторая — будто сошла со страниц сказки, с золотистыми волосами, третья — с чёрными волосами и серьёзным видом. Прямо на любой вкус.

— Ну, раз уж пришли, было бы здорово, если б вы внесли вклад в нашу выручку. Что будете заказывать?

— Ага. Я возьму своё обычное и колу... Ю, Нина, что будете?

— Я закажу то, что посоветует Маки-кун! Нина-чи, а ты?

— Классная идея! Я тоже за это. Староста, покажи вкус!

— Мы такие заказы не принимаем... Эм, сэмпай?

— Ладно уж, ради милого младшего коллеги в этот раз сделаем исключение.

— Спасибо, сэмпай.

Глядя на его расслабленное лицо, я перевела взгляд на трёх девушек, которые с тёплыми улыбками наблюдали за ним, и подумала:

Мой младший коллега — на вид неприметный, но явно не так прост, как кажется.

Для меня, любительницы сладостей, День святого Валентина — это день, когда можно есть шоколад без малейшего чувства вины.

Аромат шоколада наполняет гостиную, и я сегодня просто на седьмом небе. Конечно, я понимаю, что это немного отличается от традиционной японской идеи праздника, но всё же...

— Ю-чин, достань, пожалуйста, сливки из холодильника. И ещё молоко с маслом!

— А, да, сейчас!

Я обожаю есть сладости, но вот готовить... скажем так, не совсем моё. Поэтому моя роль — помогать подругам. Рецепты выглядят простыми, но, когда доходит до дела, всё оказывается сложнее. Каждый год на Валентинов День мы собираемся с подругами и готовим вместе — это уже почти традиция. Но результат всегда разный: то удачно, то не очень.

И, конечно, я не одна такая. Моя лучшая подруга, которая прямо сейчас отчаянно сражается с тестом рядом, тоже не в восторге.

— М-м-м... Это... это провал...

— Правда? А пахнет-то вкусно! Можно попробовать?

— Да бери, но он не особо вкусный... На, держи.

Я откусила кусочек только что испечённого шоколадного кекса... и да, он слегка горчит. Мне, в общем-то, нормально, но, судя по настроению Уми, она явно не довольна.

И неудивительно: этот кекс ведь не для нас, а для её недавно появившегося парня.

— Дай-ка я тоже попробую... Хм, для первого раза, по-моему, очень даже неплохо. Староста так сильно придирается ко вкусу?

— О, мне тоже интересно. Маки-кун вообще что любит?

— Эй, вы чего, моего парня за зверушку какую-то приняли? Хотя, если издали посмотреть, он и правда похож на какого-нибудь хомячка.

Я с трудом представляю, но Маки-кун, похоже, мастер готовки и даже умеет печь сладости. Кажется, он не особо придирается к еде, но что-то подсказывает, что у него есть свои предпочтения.

— Маки, на самом деле, обожает насыщенные вкусы. Перед всеми он, конечно, сдерживается, ведёт себя скромнее, но, когда мы вдвоём, он кладёт кучу мёда и сливок. Он не особо спортивный, так что я пытаюсь его ограничивать в еде, но без меня он совсем распускается...

— Хм, значит, мы с ним похожи.

— В смысле, оба требуют ухода.

Ну, тут мне остаётся только извиниться. Уми такая добрая, что я невольно начинаю баловаться.

— Но, Асанаги, если так, то ты, кажется, в этот кекс сахара не пожалела. Может, он из-за этого подгорел и горчит?

— А, это нормально. Я использовала подсластитель, он как сахар, но другой. Сегодня я хочу сделать что-то по его вкусу, так что вот, экспериментирую.

Ну, это уже точно не по рецепту... но ладно, промолчу.

— Слушай, Уми, можно кое-что сказать?

— А? Что ещё, Ю? Опять критиковать будешь?

— Нет-нет, не то. Просто... ты сейчас такая, будто уже жена. Вон, даже за питанием своего «мужа» следишь.

— ...Ух, — Уми покраснела, как помидор, будто только сейчас это осознала.

...Моя лучшая подруга, не слишком ли ты милая?

Новогодние каникулы — год пролетел как одно мгновение, и вот мы встречаем новый.

Кроме студентов и тех, кто работает даже в праздники, большинство людей отдыхает перед началом рабочего года. Но для домохозяек вроде меня передышки нет. Как обычно, я встаю раньше всех, готовлю завтрак, убираюсь, стираю, а потом занимаюсь обедом и ужином...

Муж трудится на работе, так что все домашние дела на мне — круглый год без выходных. Я люблю заниматься домом, и забота о детях мне не в тягость, но работа, конечно, нелёгкая.

— Всем жёнам и мамам, включая меня: вы молодцы! Давайте и сегодня сделаем всё по полной.

Как обычно, я надела фартук и направилась на кухню, чтобы приготовить завтрак до того, как проснутся дети. Но тут с лестницы на втором этаже послышались лёгкие шаги.

Похоже, это моя дочь, Уми. Когда живёшь с семьёй каждый день, по звуку шагов сразу понимаешь, кто идёт.

И ещё я заметила, что сегодня что-то не так.

— Доброе утро, мама.

— О, Уми, доброе утро. Рановато ты сегодня. Зимние каникулы же, могла бы поспать подольше.

— Да, но что-то проснулась... Хочу чего-нибудь тёплого попить.

— Ладно, сейчас сделаю. Подожди минутку.

Обычно в это время она ещё в пижаме, но сегодня Уми уже переоделась и почти готова — осталось только привести себя в порядок.

На ней её любимое худи и самые обычные джинсы, какие можно найти в любом магазине. Для домашней одежды нормально, но, похоже, она собирается выйти в этом на улицу.

И я знаю, куда — или, точнее, к кому. К своему «другу»... точнее, к парню, с которым она недавно начала встречаться.

— ...Ага, всё нормально. Ничего странного, да? Отлично, я как всегда милашка, — бормотала она, разглядывая себя в зеркале.

Я наблюдала за ней через кухонный проём и не удержалась от смешка. На вид — будто собралась в соседний магазин, но при этом столько стараний в мелочах.

— Что, опять к Маки-куну с утра пораньше?

— ...Д-да, но что такого? Мы договорились, и тётя Масаки тоже разрешила!

— Хе-хе, не дуйся. Я же не против. Когда я была в твоём возрасте, тоже так себя вела.

Ностальгия. Прошли уже десятки лет, но я до сих пор помню, как звонила домой своему будущему мужу, чтобы пойти к нему в гости... Хотя ладно, сейчас не о моих историях, а о дочери.

— Кстати, Уми, я понимаю, что ты счастлива с Маки-куном, но что вы вообще делаете так рано утром? Просто на всякий случай: вы теперь пара, но не слишком ли вы... ну, забываетесь?

— Ч-что?! Ничего такого! Просто... всё как обычно. Сидим в котацу, играем в игры, читаем мангу, болтаем... ну, вот так.

Я уловила, что в этом «вот так» было что-то не договариваемое, но решила не давить.

— Разве это не то же самое, что вы и раньше делали? Не скучно вам всё время одно и то же?

— Э? Почему? Это же идеальный выходной! — удивилась она, наклонив голову.

— ...Ну, надо же.

Её удивлённое лицо меня слегка ошарашило. Раньше она казалась более активной, но... если ей так хорошо, то и ладно.

Март — зима, от которой перехватывало дыхание, осталась позади. Утром всё ещё холодно, и без кондиционера или обогревателя не обойтись, но в ясные солнечные дни к полудню в пуховике или толстом пальто уже становится жарковато.

Конец марта, весенние каникулы. Студенты готовятся к новому учебному году, наслаждаясь коротким отдыхом. Но через пару дней начинаешь понимать, что заняться особо нечем.

— Эй, Маки.

— М?

— Давай что-нибудь сделаем.

— Что-нибудь... Например? В игры мы с утра уже играли, а мангу почти всю перечитали.

— По телевизору в это время показывают одни разговорные шоу, фильмов нет. О, а бельё, наверное, уже высохло? Давай помогу снять.

— Ага... Ну, тогда рассчитываю на тебя.

Время перевалило за три часа дня. Вид с балкона ничем не отличался от обычного, но ясное небо без единого облачка и комфортная температура делали день приятным.

— Уми, погода хорошая. Может, выйдем прогуляться? Без плана, просто так.

— Ого, для супердомоседа Маки это что-то новенькое! Ладно, давай, как бельё сложим, пойдём побродим где-нибудь.

Мы просидели с утра за играми, так что лёгкая прогулка — неплохой способ размяться.

Решено — действуем. Мы быстро сложили бельё, убрали его в шкаф, взялись за руки и вышли из дома. Погода тёплая, так что тёплая одежда не понадобилась.

— М-м-м... Эхе-хе, знаешь, иногда вот так бесцельно бродить — это здорово.

— Ну, «бродить» звучит как-то... Но да, неплохо. Раньше мы почти не гуляли, кроме как на свиданиях.

— Эй, это и есть свидание! Прогулочное свидание. А до этого у нас было домашнее свидание с играми.

— А, ну да. Получается, мы с тобой всё время на свиданиях.

— Точно! И представь, какой ты счастливчик, Маки, раз можешь каждый день ходить на свидания с такой милой, ответственной и безумно преданной своему парню девушкой, как я.

— Это ты себя так нахваливаешь... Хотя, в общем, ты права.

Мы и до того, как стали парой, проводили время похожим образом, так что осознавать это непросто. Но, если подумать, я правда счастлив, что у меня есть она.

По сравнению с другими девочками, Уми, по-моему, очень милая и красивая. Она сама говорила, что следит за собой: её кожа словно светится, фигура идеальная, от неё всегда пахнет чем-то приятным. В классе её называют «второй» после её подруги Амами-сан, но всё равно.

И вот я иду с ней за руку. На улице я этого не делаю, но если бы я её сейчас обнял, она бы не возражала. Если попросить, можно коснуться её щёк или волос — она не только не рассердится, но даже застенчиво улыбнётся, а иногда и попросит: «Ещё!»

Я знаю её не только снаружи, но и изнутри, и называть её «второй» — это просто оскорбление.

От таких мыслей счастье переполняет всё больше.

Хочется кричать: «Я встречаюсь с такой потрясающей девушкой!»

Но, чтобы не наживать врагов, я просто молча радуюсь и, вернувшись домой, втихаря улыбаюсь до ушей.

— Маки-и, ты сейчас изо всех сил сдерживаешь ухмылку, да? Твои щёки так и дёргаются.

— Э? Да нет, я ничего...

— Хе-хе, попался! Ладно, на этот раз прощу. Хей!

— Эй, тут же люди вокруг, не прижимайся так...

— Что, перестать? А ведь тебе нравится.

Её чуть взъерошенные чёрные волосы коснулись моей щеки, а мягкое тепло её тела, прижавшегося к моей руке, чувствовалось слишком явно.

Без пальто всё ощущается ещё сильнее.

Мне правда нравится, когда она так делает. Очень. Но мы же на улице, и я не знаю, как выразить это, не паникуя.

— Уми, я рад, правда, но, может, тут чуть сдержаннее...

— Да? Тогда продолжим, когда вернёмся домой... Идёт?

— ...Угу.

Даже став парой, я всё ещё танцую под её дудку.

Однажды после школы. Я, Нитори Санаэ, из баскетбольного клуба женской академии Тачибана, закончила тренировку и, как обычно, собиралась позаниматься на домашнем баскетбольном корте. Вместе с подругой детства, Ходзё Манакой, мы делали разминку, когда мой телефон, лежавший в спортивной сумке, вдруг завибрировал, сигнализируя о входящем звонке.

— Санаэ, телефон звонит!

— Знаю. Но кто это в такое время? Может, капитан?

Неужели что-то случилось на сегодняшней тренировке? С этой мыслью я достала телефон из сумки и замерла, увидев имя на экране.

«Асанаги Уми».

С прошлого Рождества, когда мы помирились, мы постепенно начали видеться, но прямой звонок от неё — редкость. Обычно она связывается через Ю-чан.

— Санаэ, не будешь брать?

— Конечно, возьму… — Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, я нажала на кнопку ответа. — Алло, Уми-чан?

— Ага. Давно не созванивались, да?

— ...Ага. Что случилось?

— Э... ну, в общем...

Похоже, Уми-чан тоже нервничала, и даже через телефон чувствовалась лёгкая неловкость между нами. Раз она звонит в такое время, наверное, хочет о чём-то посоветоваться. Я уже собиралась спросить, о чём речь, как вдруг чья-то рука выхватила телефон и переключила его на громкую связь.

— Эй! Манака, ты чего?!

— Да ладно, я тоже хочу поболтать с Уми-чан! Уми-чан, что там? По какому делу?

— Манака тоже тут... В общем, я хотела попросить вас двоих помочь с баскетбольной тренировкой. У нас в конце месяца будет классный матч, и вот...

— О, понятно! Без проблем, я в деле!

— Манака, ты чего решаешь за нас?!

— Да что такого? Это же просьба от Уми-чан, надо помочь!

— Ну... да, но всё же...

Манака с лёгкостью меня обскакала, хотя это я должна была ответить, раз звонок был мне. Её беззаботность сейчас вызывала зависть.

— Санаэ.

— ...Что?

— Я правда хочу, чтобы ты тоже помогла. Ты у нас в четвёрке лучших в баскетболе, и я знаю, что ты сможешь нас хорошо натренировать. Пожалуйста.

— Уми-чан...

Ну вот, опять. Уми-чан, как всегда, играет нечестно. Когда она так говорит, я не могу отказать — мне слишком приятно, и я готова на всё, чтобы помочь.

— Ладно, согласна. Но ты мне всё подробно расскажешь, ясно?

— Ага, спасибо, Санаэ! Я боялась, что ты откажешься, так что я правда счастлива.

— Отказаться? Мы же... друзья, да?

— ...Да, точно. Тогда завтра к вам заскочу, ладно?

Мы быстро договорились о завтрашней встрече, и я, вся в приподнятом настроении, закончила звонок.

— Санаэ, завтра будет весело, да?

— ...Угу!

Я была так счастлива, что даже забыла про свою дополнительную тренировку.

После дня рождения, 3 апреля, поведение моей дочери стало ещё более... нет, не странным, а скорее ещё более очаровательным.

Она возвращается домой с таким счастливым лицом, что это заметно с первого взгляда, а потом сидит, разглядывает подаренную Маки-куном заколку для волос и хихикает. Она болтает ногами на диване, а когда замечает, что я на неё смотрю, краснеет как помидор и убегает в свою комнату на втором этаже.

В общем, их отношения явно идут в гору, и как мать я этому очень рада.

— Хе-хе.

— Уми, можно на минутку?

— Э, что? Я тут занята, между прочим!

— Да? А мне кажется, ты делаешь то же, что и вчера. Уми, напоминаю, скоро начнётся новый семестр...

— Знаю, знаю! Оценки не уроню, и дома не буду слишком расслабляться.

— Правда? Ну, если понимаешь, я не буду придираться.

Я всё ещё немного сомневалась, правда ли она всё осознаёт, и тихо вздохнула про себя.

«Динь-дон!»

— Мам, гости!

— Иду, иду.

Я направилась к двери, но этот звонок мне знаком. Уми, обычно бывающая «по ту сторону», не замечает, но я, постоянно слышащая его дома, уже могу представить напряжённое лицо «гостя».

— Хе-хе, как и думала, Маки-кун. Добро пожаловать.

— Д-добрый день. Как вы поняли, что это я?

— Секретик есть, секретик. Кстати, что привело? Свидание с дочкой?

— Нет, сегодня ничего такого не планировал... Просто хотел кое-что передать... Ну, вот это, что у меня в руках. Мама попросила передать Уми-сан подарок на день рождения.

— От Масаки-сан? О, какая прелестная цветочная композиция!

Маки-кун держал букет, составленный исключительно из синих цветов. Для него это слишком изысканный подарок, но если это от Масаки-сан, то всё понятно.

— Вообще, я хотел сначала позвонить и предупредить, но мама настояла: «Сюрприз точно понравится больше!» И, в общем, выгнала меня из дома.

— Ох, ну и дела. Даже телефон не взял?

Он молча кивнул, и я не удержалась от смешка. Какие интересные и добрые мама с сыном.

Уми повезло с такими людьми — я даже немного завидую её счастью.

— А Уми-сан...

— Конечно, дома. Прямо сейчас валяется на кровати, разглядывает твой подарок и хихикает на диване.

— П-правда? Ну, если ей нравится, то уже хорошо, — сказал он с неловкой улыбкой.

Поблагодарив его за подарок, я вернулась в гостиную к дочери. Она, как ни в чём не бывало, продолжала разглядывать заколку и улыбаться.

— Кто там?

— Маки-кун.

— Ч-что?! Врёшь! М-Маки?! Почему?!

Как и ожидалось, она тут же вскочила, начала суетливо проверять одежду и чёлку в зеркале.

Интересно, что с ней будет, когда она получит ещё и такой шикарный подарок?

Продвинувшись в старшую школу на второй год, я заметила, что моё окружение заметно изменилось.

Я, Накамура Мио, неизменный лидер по успеваемости, естественно, попала в продвинутый класс для лучших учеников. В этом классе собрались только отличники первого года, но, к моему удивлению, состав оказался довольно разнообразным. Моя подруга Хаякава Рёко, с которой мы снова в одном классе, — это одно, но тут ещё и маскот клуба лёгкой музыки Ситино Мику, а также Кага Каэдэ, этакая отаку в стиле «мина» — в общем, люди, которые неожиданно хорошо со мной ладят. Похоже, этот год будет нескучным.

Но среди них есть и те, с кем, кажется, будет сложнее найти общий язык.

— Асанаги Уми. В прошлом году у меня не было одноклассников из этого класса, так что я немного волнуюсь, но буду рада, если вы со мной заговорите. Приятно познакомиться, — представилась она, мягко улыбнувшись и слегка поклонившись.

Асанаги Уми, номер один по списку. В нашем классе, где из-за отбора по успеваемости мальчиков оказалось меньше, чем девочек, она сразу привлекла внимание парней. Белая блузка, застёгнутая до верхней пуговицы, синий галстук-бант, юбка чуть короче стандартной, чёрные волосы до плеч — настоящая идеальная староста, будто сошла с картинки. Без намёка на чопорность, она излучает такую ауру, что весь класс смотрит на неё с симпатией. Если честно, она полная противоположность мне, с моим слегка эксцентричным характером.

Но мой опыт подсказывает: такие, как она, всегда скрывают что-то за маской отличницы. Что за тёмные тайны прячутся за её идеальным образом? Загоревшись любопытством, я решила со следующего дня внимательно за ней наблюдать.

Утро, дорога в школу.

Она идёт по коридору, мило болтая с девушкой, которая, должно быть, её близкая подруга. И эта подруга — блондинка с голубыми глазами, такая красивая, что я невольно обернулась дважды. Говорят, красотки притягивают красоток, но это уже какой-то запредельный уровень.

Однако из-за таких сцен Уми в классе начала немного выделяться — в не самом хорошем смысле. Она, похоже, не стремится отгораживаться, но её сияющая аура и окружение создают барьер, из-за которого одноклассники чувствуют себя неловко.

В итоге в классе она часто проводит время одна.

Но её, кажется, это не волнует — она всегда улыбается.

Во время утренней переклички, на переменах, в обед и после уроков она, если думает, что учителя не видят, украдкой достаёт телефон и, хихикая, что-то там смотрит. Я, наблюдая за ней, замечаю всё, но она ловко избегает внимания учителей.

...Понятно. У неё есть хитринка, некоторая изворотливость.

Пора действовать. Я решила заговорить с ней.

— Эй, Асанаги-сан.

— Ой! А, да, Накамура-сан... верно? Что такое?

— Да просто ты сидишь одна, выглядишь одинокой. Всё нормально?

— Ха-ха, прости, что заставила волноваться. Но я в порядке, правда.

— Ну, если так, то ладно.

— ...

— Что?

— А, нет, ничего...

Кажется, её зацепила моя фраза «если так, то ладно» — чья-то привычка? Я пока не готова поднимать тему с телефоном, надо ещё понаблюдать, но предчувствие подсказывает, что это будет интересно.

До этого стояла прекрасная осенняя погода, и вдруг — на тебе! — именно сейчас это началось.

Ещё в обед я почувствовал, что воздух, врывающийся через окна класса, стал влажным, и это вызвало дурное предчувствие. И вот, к концу классного часа, дождь хлынул с такой силой, что земля моментально промокла насквозь.

Судя по прогнозу погоды в телефоне, ливень продлится как минимум до ночи.

Теперь выбор: промокнуть до нитки и идти домой или ждать в классе, пока дождь не утихнет. Муторное решение, но в этот раз меня оно не касалось.

— Так, где-то тут... А, вот оно! — пробормотал я, роясь в углу своей набитой учебниками, тетрадями и всяким разным барахлом сумке. Наконец я нашёл складной зонтик, который всегда там валялся.

Я из тех, кто тащит в сумке всё, что может пригодиться, лишь бы не бегать за забытым. Лентяй? Может быть, но в такие дни, как сегодня, это выручает. Хотя я не отказался бы уйти домой даже без зонта — лишь бы не торчать в школе, пускай и промокнув до костей.

Впрочем, друзей, у которых можно было бы одолжить зонт, у меня и нет.

...По крайней мере, так было бы раньше.

— Ух, вот это ливень! Уми, что делаем? Дождь не утихает, может, рванём домой?

— Нет, даже если рванём, в таком дожде мигом промокнем. Нина, может, у кого есть лишний зонт?

— Утром было ясное небо без единого облачка. Кто вообще потащит зонт в такую погоду?

«Извините, что я такой чудак», — мысленно огрызнулся я, стараясь незаметно пройти мимо этой троицы девчонок.

Они — звёзды нашего класса: Амами-сан, Нитта-сан и... ну, ещё одна.

— …

— …

Пока Амами-сан и Нитта-сан пялились в окно, мы с Асанаги обменялись взглядами.

Асанаги Уми. Для всех в классе это секрет, но она — мой первый настоящий друг.

Чтобы не спалиться перед Амами-сан и Ниттой-сан, я отошёл в сторону и открыл телефон.

[Маэхара]: «Асанаги, у тебя зонта нет?»

[Асанаги]: «Да есть, я с собой взяла».

[Асанаги]: «Мама утром сказала, что дождь будет, и всучила мне складной зонт».

[Маэхара]: «Сора-сан — просто ясновидящая...»

[Асанаги]: «Но у Ю и Нины зонтов нет, вот и думаем, что делать».

[Маэхара]: «А, понял».

Двоим ещё можно уместиться под одним зонтом, но троим — уже перебор, как ни крути.

Либо бросить Нитту-сан (чисто гипотетически, конечно) и уйти вдвоём с Амами-сан, либо попросить кого-то забрать их... или, скажем, одолжить зонт у какого-нибудь добряка.

И, о чудо, у меня как раз есть один.

[Маэхара]: «Асанаги, у меня тут складной зонт. Одолжить?»

[Асанаги]: «Серьёзно?»

[Асанаги]: «Но что тогда будешь делать ты?»

[Маэхара]: «Ну, если отдам зонт, сам останусь без него, так что, наверное, немного промокну».

[Асанаги]: «Дурак».

[Асанаги]: «Это же вообще не вариант! А если простудишься?»

[Асанаги]: «Дурак».

[Маэхара]: «Ну не надо столько раз «дурак» говорить...»

[Асанаги]: «А что поделать, если это правда?»

[Маэхара]: П-прости...

[Маэхара]: Но так вы все трое сможете вернуться домой.

Пускай я промокну, и даже если моя форма не высохнет к утру и я явлюсь в школу в полусыром виде — это не привлечёт внимания. А вот если Асанаги и её подруги окажутся в таком положении, им точно будет неловко.

С тех пор как мы с Асанаги подружились, я знаю, как сильно она следит за своим внешним видом. Блейзер, блузка, юбка, носки — всё идеально. С её яркой внешностью она не может позволить себе выглядеть кое-как, так что заботится о каждой детали, от макушки до кончиков ногтей.

Если мой зонт поможет ей избежать проблем, то, думаю, это честная сделка.

[Асанаги]: «...Ладно, будь по-твоему».

[Асанаги]: «Если так настаиваешь, я, может, и возьму его».

[Маэхара]: «Отлично. Тогда я незаметно оставлю его у стойки для зонтов у входа».

[Асанаги]: «Не, не надо так заморачиваться».

[Асанаги]: «Сделаем вот так».

[Маэхара]: «Как это?»

Я недоуменно склонил голову, читая её сообщение, но тут же услышал голос Асанаги из класса.

— Ю, ждать, пока дождь кончится, бесполезно, так что бери мой зонт. Поделишься с Ниной.

— Что? Но тогда ты сама промокнешь!

— Я в порядке, мама сейчас приедет за мной на машине. Уже созвонились. У вас же отец забрал машину на работу, да?

— Ну да, но...

— Всё нормально, правда! Смотри, Нина уже светится от радости.

— ...Нина-чи?

— Упс... Но, знаешь, так ведь и правда всё решится, да? Давай сделаем, как Уми говорит.

— М-м, ну, если ты так говоришь...

В итоге решили, что первый зонт возьмут Амами-сан и Нитта-сан.

А оставшийся у меня зонт...

Тут пришло новое сообщение от Асанаги.

[Асанаги]: «Маэхара».

[Маэхара]: «Да?»

[Асанаги]: «Я придумаю повод и быстро их выпровожу, так что жди где-нибудь, где нет людей».

[Маэхара]: «Эм, Асанаги-сан? Ты часом не задумала что-то довольно смелое?»

[Асанаги]: «...Друзья под одним зонтом — это же не такая уж и сенсация, правда?»

Так и знал, что дело к этому идёт.

Уми, конечно, права в каком-то смысле, но это больше про друзей одного пола.

В любом случае, раз всё решено, я последовал её указаниям и стал ждать в укромном месте у входа, где никого не было.

Прошло несколько минут, и я нервничал больше обычного.

— Маэхара, извини, что заставила ждать.

— А, да, ничего.

— Ну что, сегодня в твоём распоряжении.

— ...Тогда, прошу.

— С вашего позволения, — ответила она тихо.

С этими словами Уми прижалась ко мне под зонтом.

— Эм, не слишком ли близко?

— Ч-что?! А что делать, иначе промокну! ...Дурак ты, Маэхара.

— Опять «дурак».

— Потому что ты и есть дурак. ...Дурак. Дурак-дурак, — пробубнила она, краснея ещё сильнее.

Она продолжала что-то бормотать, стоя рядом, но из-за шума дождя я почти ничего не разобрал. И, честно говоря, не знаю, хорошо это или плохо.

После того случая, когда мы с Асанаги Уми возвращались домой утром, я стал почти всегда по вечерам в выходные провожать её до дома.

Не то чтобы её мама, Сора-сан, заставляла меня это делать или намекала. Просто я сам решил, что отпускать её одну по тёмным деревенским дорогам — не лучшая идея. Это, скорее, моя излишняя забота... или, скажем, навязчивое желание помочь.

Как обычно, мы шли плечом к плечу, и я позвонил в домофон у дома Асанаги.

Через пару мгновений дверь открылась, и Сора-сан встретила нас с мягкой улыбкой.

— С возвращением, Уми. До комендантского часа оставалось совсем чуть-чуть. Весело провела время?

— Да так, нормально... И вообще, мам, тебе-то что? Я дома!

— Ох, какая холодная. Маки-кун, прости, что наша непутёвая дочь доставляет тебе хлопоты.

— Нет, это я виноват, что так поздно... И, знаете, гулять с Уми... то есть, с Асанаги-сан по ночным дорогам даже приятно.

— Слышала, Уми? Тебе повезло.

— Ну всё, хватит! Не надо каждый раз ко мне лезть!

Асанаги, которая у меня дома всегда ведёт себя уверенно и даже слегка поддразнивает, в присутствии Соры-сан становится тихой, как котёнок.

Хотя, если честно, я чувствую себя так же.

Почему-то, когда между друзьями появляется родитель, становится так неловко... Странное ощущение.

— Эм, я свою миссию выполнил, так что, пожалуй, пойду...

— Ой, погоди, Маки-кун! Соседи поделились фруктами, так что возьми с собой, раз уж ты здесь.

— Э? Нет, не стоит, мне и так...

— Да ладно, ладно! У нас слишком много, самим не съесть, а выбрасывать жалко. Выручишь, если возьмёшь.

— Ну, если так...

Я задержал их дочку допоздна, а они ещё и фруктами угощают — неловко, конечно, но отказываться дальше было бы невежливо. Так что я решил принять их доброту.

Сора-сан сказала, что соберёт мне пакет, и предложила подождать в гостиной.

— Проходи. У нас немного не прибрано, но не обращай внимания.

— Э, благодарю...

Я обычно провожаю её до двери и ухожу, так что я впервые оказался в гостиной со времён того утреннего инцидента.

Запах в доме Асанаги совсем не такой, как у нас. От этого я невольно занервничал.

— Это займёт пару минут, так что посмотри пока телевизор. Пить будешь? Яблочный или апельсиновый сок?

— Не стоит беспокоиться... Хотя, ладно, яблочный, пожалуйста.

— Поняла!

Я сел на диван в центре гостиной и огляделся.

Похоже, Сора-сан очень тщательно следит за домом: ни пылинки, полы блестят, как новые. На диване и столе нет разбросанных пиджаков или рубашек, и, конечно, никаких пепельниц с кучей окурков, как у нас дома.

Серьёзно, наш дом — полная противоположность. Мама вечно занята работой, и я сам порой становлюсь лентяем, так что надо бы брать пример с Соры-сан и держать свою комнату в порядке.

— Хм? — вдруг мой взгляд упал на что-то, висящее на карнизе у окна.

Это была какая-то куртка, поблёскивающая в свете лампы среди идеально чистой мебели и техники дома Асанаги.

Это, должно быть, школьная форма — белый блейзер, довольно необычный, с золотой вышивкой на воротнике, похожей на эмблему, и красным бантом с милым дизайном в кармане.

Мы переехали сюда не так давно, но...

— Эта форма, кажется...

— Ага, форма академии Тачибана. И, если что, это моя.

— Асанаги.

— Вот, твой сок. Что, так сильно заинтересовала?

— Да не то чтобы... Просто подумал, что для формы она очень уж приметная.

— Хе-хе, правда ведь? В прошлом году мы с Ю носили её, особо не задумываясь, но по сравнению с нашей нынешней формой она... ну, знаешь.

Как оказалось, в их районе есть девочка, которая скоро поступит в академию Тачибана, и Асанаги решила отдать ей свой старый блейзер на случай, если понадобится запасной.

— Ну и как? Что скажешь, глядя на неё теперь?

— Ну... кажется, с ней было бы сложно есть карри-удон.

— Ха-ха, что за сравнение! Но да, помню, я старалась быть очень аккуратной, чтобы не запачкать. Надевала фартук во время еды, а иногда вообще снимала блейзер... А вот Ю пачкала её направо и налево, каждую неделю таскала в химчистку и получала нагоняй от тёти.

— Что-то я это представляю.

Я не был свидетелем тех сцен, но легко мог вообразить: расстроенная Амами-сан, которую отчитывают, и Асанаги, которая смотрит на неё с лёгким укором, но всё равно с теплотой.

Наверное, это было хлопотно, но весёлых воспоминаний наверняка было больше.

— О, точно!

— Что?

— Да так, пришла одна идея.

Она взяла белый блейзер с вешалки и посмотрела на меня с той самой озорной ухмылкой, которую обычно приберегает, чтобы поддразнить.

Когда Асанаги так себя ведёт, у меня обычно не самые хорошие предчувствия. Что она задумала?

— Да не смотри ты так, я ничего тебе не сделаю.

— Правда?

— Правда-правда. Просто подумала, что раз скоро с этой формой придётся попрощаться, может, надену её в последний раз. И, конечно, жду твоих комментариев.

— ...Так и знал, ничего хорошего.

Она ушла в свою комнату переодеваться, и через пару минут в гостиную вернулась моя «подруга» с совершенно новой аурой.

— Ну... как тебе? Моя фигура с прошлого года почти не изменилась, так что, думаю, всё нормально.

— Ага... Я тоже думаю, что всё в порядке.

Она даже достала блузу и юбку того времени, и теперь передо мной стояла девушка, которую иначе как «юной леди» не назовёшь. Юбка в клетку до колен, аккуратно завязанный большой бант у шеи.

Похоже, она всегда носила эту форму с особой тщательностью. Честно говоря, по-моему, ей очень идёт.

Асанаги, слегка опустив глаза и бросая на меня осторожные взгляды, покраснела, и моё сердце невольно ёкнуло.

— Ну, как тебе?

— Как... Ну, думаю, тебе идёт.

— Не то! Я имею в виду, какая я милее? Эта я, в старой форме, или я в нашей нынешней? Сравни.

— ...Эм.

Вот это она задала задачку.

Обе формы носит один и тот же человек, и с окончания средней школы прошёл всего год, так что в целом я бы сказал: «Обе одинаковые».

— Сразу предупреждаю, ответ «обе идут» не прокатит. Я специально для тебя нарядилась, так что давай, суди честно.

— Я вообще-то не просил тебя переодеваться...

Но раз она так говорит, похоже, всё-таки придётся выбрать.

Передо мной две Асанаги: «юная леди» в форме академии Тачибана и «обычная» в нашей школьной форме.

Учитывая, что она и так милая, обе формы ей идут, но...

— ...Всё-таки, думаю, мне больше нравится «нынешняя» Асанаги. Ну, в нашей школьной форме.

— Хм, правда? А почему?

— Почему... Ну, к этой я больше привык, но ещё...

— Что? Давай, не мямли. Я не обижусь, говори честно.

— ...Ладно, скажу.

Хотя это всего одно предложение, мне почему-то стало жутко неловко.

— Привычка — это главное, но... мне кажется, в нашей форме ты больше похожа на себя. Не такая правильная отличница, а более живая, весёлая, немного озорная — вот это тебе идёт.

— П-правда? Хм, ну, понятно...

— Что? Не понравился ответ?

— Нет-нет, ничего такого! Просто... ну, скажем, на троечку с плюсом.

— На троечку? Я же старался, а ты так строго!

— Хе-хе, работай над собой! Шучу, конечно. Эхе-хе.

Судя по её счастливой улыбке, ответ ей всё-таки понравился.

Впрочем, будь она юной леди или озорницей, Асанаги всё равно остаётся очаровательной девушкой.

Но это всё лирика. Я уже минут пятнадцать жду в гостиной, а Сора-сан, которая пошла собирать мне фрукты, всё ещё где-то пропадает.

Я чувствую на себе какой-то тёплый взгляд, но в поле зрения никого нет.

— Маки, тебе не жарко?

— Да... Кондиционер вроде работает, как обычно, но... Ого, бельё, что я утром повесил, уже высохло.

Как и всегда, Уми пришла ко мне с утра, и мы вдвоём лениво валялись в моей комнате. Но даже ничего не делая, мы потели.

И неудивительно — сегодня настоящий летний зной, побивший температурные рекорды по всей стране. За закрытыми окнами нещадно палит солнце, а отражение от земли делает жару ещё невыносимее.

Но просто сидеть в комнате тоже как-то тяжко.

— В такую жару сидеть без дела вообще невыносимо... Может, в душ?

— Неплохо бы. Но я не взяла сменку, так что это только на время освежит... Эх, был бы поблизости бассейн, можно было бы туда сходить.

— Да, но мы же в глуши. Можно, конечно, поехать, но там будет куча народу, и это скорее утомит, чем освежит.

На экране телевизора мелькали переполненные пляжи и бассейны — люди, люди, люди. Если бы я оказался там один, меня бы точно укачало от толпы, и о прохладе можно было бы забыть.

Так что остаётся только грызть мороженое и отвлекаться.

— Уми, какое берёшь? Дынное или виноградное?

— Оба! Но не в смысле, что всё себе заберу.

— Понял, делим пополам.

Мы ели холодное мороженое и слегка дурачились, когда вдруг зазвонил телефон Уми.

— О, это Ю. ...Алло, Ю? Ага, я у Маки, конечно... Что? Хочешь с ним поговорить? Сейчас поставлю на громкую.

Звонила Амами-сан, и, что редкость, на этот раз у неё было дело и ко мне. Обычно, когда мы с Уми вдвоём, она не звонит, словно чувствуя момент.

— Привет, ребята! Простите, что влезла в ваш романтический момент.

— Да мы сейчас не особо... Кстати, ты редко звонишь. Что случилось?

— А, да, в общем, я только что прибралась в нашем бассейне. Он готов, так что не хотите присоединиться? Холодный сок и мороженое тоже на месте. Приходите, давно не тусовались!

— А, точно...

Действительно, у Амами-сан во дворе есть небольшой бассейн. Не огромный, но для водных игр вполне сгодится.

— Уми, что скажешь?

— Почему бы и нет? Мы всё равно заскучали, так что давай повеселимся с Ю.

— Ура! Тогда решено!

И вот, внезапно, мы собрались в гости к Амами-сан.

В последнее время я часто забирал всё внимание Уми, так что провести время втроём — не такая уж плохая идея. А что до романтики, мы уже наигрались утром и вполне довольны.

Пробираясь под палящим солнцем, мы наконец добрались до дома Амами-сан.

— Ага, явились, голубки! Получите! — крикнула Амами-сан и, не теряя времени, направила на нас струю воды из садового шланга.

Хорошо, что мы были в одежде, которую не жалко намочить, и даже взяли сменку, но оказаться с ног до головы мокрыми прямо с порога было неожиданно. Холодно, приятно, но всё же слегка шокирующе.

— Ха-ха, вы оба насквозь!

— Ю, раз ты так, то и я не останусь в долгу!

— Эй! Погоди, Уми, я ещё не переоделась, дай хоть минутку...

— Никаких разговоров!

— Ай!

В отместку Уми бросилась к Амами-сан, обняла её и с разбегу прыгнула вместе с ней в бассейн.

— Фух... Уми, ну ты даёшь! Это была моя любимая футболка!

— Сама виновата, что напала в такой одежде. Ну, смирись и попроси купить новую.

— Хе-хе, тогда ты в ответе! Пойдём за новой вместе, договорились?

В своём домашнем бассейне они, не думая о мокрой одежде или белье, уже были насквозь промокшими.

Я бы, наверное, засомневался, но глядя на то, как они весело борются в воде, невольно улыбаешься.

Уми милая, когда мы вдвоём, но Уми, весело играющая с лучшей подругой, — тоже милая.

Я задумчиво гладил голову пса Рокки, который незаметно подошёл и начал вилять хвостом, как вдруг на меня обрушился поток воды.

Я потряс головой, открыл глаза и увидел Уми и Амами-сан с огромным водяным пистолетом.

— Хе-хе, Маки-кун, думал, будешь сидеть в сторонке и расслабляться? Не выйдет!

— Именно. Маки, если не хочешь, чтобы мы тебя изрешетили, сдавайся и прыгай к нам!

Моя «девушка» и «подруга» манили меня в бассейн, размахивая руками.

Вдвоём они — сила, с которой я не справлюсь. Быть у них на поводу, в общем-то, не так уж плохо.

Обычно я не особо поддаюсь настроению, но иногда можно и расслабиться.

— Ну вы и зажигаете в такую жару... Ладно, раз так, я тоже!

По их просьбе я с разбегу прыгнул в бассейн.

Вода взлетела вверх. Амами-сан, вся мокрая, расплылась в улыбке, а Уми тут же бросилась ко мне и обняла.

В тот момент я искренне подумал, что такое лето — это и правда здорово.

В начале мая я впервые за долгое время позвонила в дом своего сына, Дайчи. В конце следующего месяца у нас запланирована встреча с родственниками, и я хотела попросить его помочь с приготовлениями.

— ...Фух, — вздохнула я, слушая бесконечные гудки.

Я снова вздохнула, подумав: «Ну вот, опять». Когда я звоню, никто не отвечал быстрее, чем за три гудка. Ни разу с тех пор, как семья сына переехала в тот дом.

Я знаю, что моя невестка, Сора, недолюбливает меня — в те времена, когда мы жили вместе, мы часто ссорились. Наверняка, увидев мой номер на экране, она вздыхает так же тяжко, как и я. Я понимаю, что у них сейчас полно дел.

Но в моём возрасте бегать и всё организовывать самой уже тяжеловато.

— Алло, это Асанаги.

— Это я. Сын, надеюсь, тебе рассказал? Всё по плану с тем делом?

— Конечно, мы приедем. Муж взял отгул на эти дни, так что, если ничего не случится, всё в порядке.

— ...Ясно.

Почему-то мне показалось, что Дайчи в итоге не сможет приехать. Он молчаливый, умный и заботливый сын, но, как и его отец, слишком добрый, из-за чего часто влипает в неприятности. Я уже представляла, как он будет извиняться по телефону: «Коллега попросил поменяться, пришлось согласиться...» Такое уже бывало.

— Кстати, как там Рику и Уми? Я всё время болтаю только с тобой, а их голосов почти не слышу.

— ...Уми сейчас рядом. Хотите с ней поговорить?

— Ого, ты сама предлагаешь? Это редкость. Ещё ведь не сезон дождей.

— ...Она сама хочет поговорить.

— Если цокаешь языком, сначала нажми на удержание.

— Хех, это специально.

— Ладно, позови Уми.

Похоже, мой лёгкий укол её удовлетворил, и через пару секунд я услышала бодрый голос внучки.

— Бабушка, давно не болтали! Это Уми. ...Прости, что редко разговариваем.

— Ничего страшного. Ты уже старшеклассница, наверняка занята учёбой и всяким разным. ...Кстати, Уми, ты сегодня какая-то особенно весёлая. Что-то случилось?

— Фэ?! Бабушка, я что, так сильно изменилась? Ну, я правда рада с тобой поболтать, но...

— Да уж, голос у тебя поживее, чем в прошлый раз. Кажется, мы говорили, когда ты была на третьем году средней школы? Тогда ты явно притворялась бодрой, а сейчас... Попала в точку, да?

— Бабушка, ты прям детектив... Ну, в общем, те дела уже уладились, так что всё нормально.

Уми уже в том возрасте, когда появляются свои заботы, так что я не стала копать глубже. Судя по голосу, она не врёт.

— ...Знаешь, бабушка, по этому поводу у меня есть... ну, вроде как новость.

— Хм? Что за новость?

— ...У меня, эм, появился парень, который мне нравится. И, кстати, мы теперь встречаемся.

— Ого-го!

Услышав, как моя застенчивая внучка открывает своё сердце, я не могла сдержать радости.

Неожиданная новость о её влюблённости заставила меня, старую, почувствовать себя молодой и взволнованной.

После весёлых весенних каникул наступил июнь. Лето, которого я так ждала, уже на подходе.

Из всех времён года я больше всего люблю лето. Да, каждый день жарко до одури, и на улице моментально сгоришь под солнцем, но в этом сезоне столько своих радостей!

Пляж, бассейн, фестивали, фейерверки, арбузы, холодная лапша сомэн — столько вкусного, что только лето и может подарить! А ещё, конечно, летние каникулы для нас, школьников.

...Единственный минус — куча домашних заданий, которые задают на каникулы. Но если справиться с ними, то дальше — полная свобода!

Прошлым летом я отрывалась по полной, но в этом году, в мой второй год старшей школы, я хочу ещё больше ярких воспоминаний.

С новыми друзьями и с лучшей подругой, с которой мы стали ещё ближе.

Я, Амами Ю, хочу, чтобы каждый день был ярким, весёлым и насыщенным. Лёжа на кровати в прохладной комнате с включённым кондиционером, я мечтательно размышляла об этом...

— Эй, Ю! Уже почти время, которое мы назначили! Сегодня выходной, но это не повод вечно валяться!

Моё одеяло содрали, и я заёрзала, как гусеница. Сквозь приоткрытые веки я увидела лицо своей лучшей подруги — полной противоположности мне, ленивой и неорганизованной. Она всегда собранная, но такая добрая.

— М-м... Уми-и, ещё пять мину-ут...

— ...Сейчас ударю.

— Э... Доброе утро!

— Вот и умница. Серьёзно, сколько можно быть такой соней по утрам?

— Но ведь говорят, что спящий ребёнок растёт.

— Ты и так уже выросла дальше некуда. Давай, умывайся и собирайся. Это ведь ты предложила пораньше выйти и позавтракать в кафе, забыла?

— Ага-а...

Точно, вчера я что-то такое говорила... С этой мыслью я поплелась умываться, чтобы окончательно проснуться.

Сегодня июньское воскресенье — выходной с потрясающей солнечной погодой, совсем не похожей на сезон дождей. Ещё в пятницу мы с другой подругой, Ниной-чи, договорились отправиться в город на прогулку.

Идеально было бы в субботу так нагуляться, чтобы устроить ночёвку и сделать эти выходные незабываемыми... Но не хочется слишком нагружать подругу своими прихотями, так что придётся потерпеть.

Пятница и суббота — это время для влюблённых. Для моей любимой подруги и её любимого парня, их личные, особенные моменты.

— Эй, Уми.

— Что?

— В пятницу повеселилась?

— ...Н-ну, нормально.

— Хех, понятно.

— Ч-что такое?

— Ничего-о. ...Уми, ты такая милая.

— Сейчас врежу!

— Ай!

Похоже, на этой неделе она снова вдоволь наобщалась с Маки-куном.

Удовлетворённая смущённым видом подруги, которая отводит взгляд, я напеваю себе под нос и начинаю приводить в порядок растрёпанные после сна волосы.

Я не знаю, что там у них было, но если Уми счастлива, мне этого достаточно.

Переодевшись в повседневную одежду, мы с Уми отправились в кафе у станции, где договорились встретиться с Ниной-чи.

Угощаясь хрустящими тостами с сэндвичем и холодным чаем, мы втроём принялись обсуждать планы на день.

— Кстати, Ю-чин, скоро летние каникулы. Уже решила, чем займешься?

— Хм... На Обон поедем к родителям папы, а в остальном пока ничего. Ну, знаешь, всё зависит от результатов тестов — вдруг придётся на дополнительные занятия.

— Ух, точно... Кто вообще придумал проводить итоговые тесты перед каникулами?

— Так было всегда. И вообще, если бы ты училась нормально, не пришлось бы волноваться.

— Легко тебе говорить... О, кстати, хочу спросить у вас обеих.

— Не называй учёбу «кстати»... Ну, что там?

— А, ну, в общем, что вы думаете насчёт купальников на этот год? У меня есть прошлогодний, можно надеть его, но... если мы поедем на море, ведь мы, скорее всего, позовём тех двоих, да?

— Тех двоих? Ты про Маки-куна и его друга?

— Ага. Кроме них, никого и нет.

— Ну, да, верно.

Раньше мы почти всегда тусовались втроём, но с осени первого года в старшей школе к нам присоединились двое парней — Маки-кун и его друг Сэки-кун. Теперь в школе мы чаще всего впятером, но что в этом такого? Они наши важные друзья, и чем больше народу, тем веселее, разве нет?

— Слушай, Ю. Нина всё-таки тоже девочка.

— Э? Ну, я тоже, но...

— Хех, наша Ю-чин, как всегда, не в теме.

Как оказалось, Нина-чи раздумывает, покупать ли новый купальник. Моя фигура с прошлого года почти не изменилась, так что мне, в общем-то, всё равно, но... симпатичных купальников никогда не бывает слишком много.

— Ладно, с Ю-чин всё понятно. А ты, Асанаги? У тебя же теперь парень, первая летняя любовь. Планируешь соблазнить его смелым купальником и, ну, знаешь, закрепить отношения?

— Это что за образ такой в твоей голове?! Да, мы с Маки договорились поехать в путешествие, и я правда думаю купить новый купальник, но мне просто хочется хорошо провести с ним время, ничего такого...

— Слушай, как ни крути, это звучит ну очень по-взрослому, или мне кажется?

— Тебе кажется! Ю, не стой столбом, скажи ей что-нибудь!

— Ха-ха, ну что тут скажешь...

Над моей головой летали какие-то непонятные слова, но я уловила, что обе они явно думают о взглядах парней.

У меня, в отличие от них, нет опыта романтических отношений, так что я могу только представлять, но даже для друзей приятно, когда тебя называют «милой» или «красивой». Особенно с купальниками, ведь они подчёркивают фигуру, и выбирать их — всегда головная боль.

— Маки-кун и остальные будут смотреть... Да, если так подумать, это и правда заставляет задуматься. Они друзья, но всё же парни.

— Точно, Ю-чин! Если эти парни будут пялиться на нас с пошлыми мыслями, мы их, конечно, отлупим, но всё равно обидно, если подумают, что мы какие-то не такие.

— Ага, понимаю! Как с нашей обычной одеждой — надо, чтобы все видели, что мы всегда продумываем свой стиль. Правда, Уми?

— Ну ты и разошлась с этим «понимаю»... Хотя, это в твоём стиле, Ю.

Раз так, то план на сегодня уже ясен.

— Отлично! Тогда сегодня выбираем купальники для летних каникул! Наденем что-то милое и заставим парней ахнуть! Ура!

— Да эти двое и так от тебя в шоке, что бы ты ни надела. Но идея ничего, летняя такая. Верно, Асанаги?

— ...Рановато, конечно, но раз Ю так хочет, я в деле.

— Ура, спасибо вам обеим! Люблю вас!

Пока лето приближается, наш план успешно продвигается.

Моя милая дочка уже несколько месяцев встречается с парнем, и вот уже которые выходные подряд она, как обычно, засиживается допоздна у Маэхары Маки. Но в последнее время она всё чаще проводит выходные у нас, в доме семьи Асанаги.

Поначалу Уми не хотела приглашать Маки к нам, но, узнав, что его визиты делают наши ужины роскошнее, стала приводить его домой хотя бы раз-два в месяц.

По сравнению с тем, как она носилась со своей подругой детства Ю-чан, это полная противоположность, но, глядя на то, как счастливо улыбается моя дочь, я понимаю, что всё правильно.

— Я дома, мама.

— Э, добрый вечер.

— С возвращением, вы двое. Ужин почти готов, ждите в гостиной.

В эти выходные я, как обычно, встречаю их. По идее, Маки следовало бы сказать «добро пожаловать», но после стольких встреч я упростила всё до одного приветствия для обоих. Маки уже почти как член семьи.

— О, Маки-кун, сегодня ты даже сменку прихватил.

— А, да. Всё-таки каждый раз одалживать у Рику-сана неудобно... Простите, Сора-сан, за все хлопоты.

— Ничего страшного. С тобой веселее, мне даже приятно. Но, конечно, минимальные правила приличия соблюдать надо, — подмигнула я.

— Это... да, всё в порядке.

Я не против, чтобы он чувствовал себя как дома и был чуть более раскованным, как Уми, но есть одно строгое правило для ночёвок.

Нельзя спать вместе в комнате Уми — об этом я их строго предупредила.

Я не занудствую, но в последнее время замечаю, что они слишком уж любят прижиматься друг к другу. Дома они постоянно вместе, а на днях я даже застала их целующимися, пока меня не было в гостиной. Конечно, при мне они ведут себя сдержаннее, но нельзя быть слишком беспечной — мало ли что.

Ещё немного, я хочу, чтобы они оставались в рамках приличия. Хватит с меня сложностей.

Но, зная или не зная о моих родительских переживаниях, Уми и сегодня вечером не отходит от Маки.

— Ладно, я в душ.

— А, хорошо, иди.

Поздно вечером, когда я ушла в ванную, из гостевой комнаты тут же послышался шум. Уми, которая хочет провести ночь рядом с Маки, уже, похоже, стелет вторую постель в гостевой комнате.

«…Ну вот, опять она за своё».

Я недавно узнала, что моя дочь — та ещё любительница близости, но не думала, что она такая уж ласковая. То ли Маки такой добрый, то ли это её настоящая натура... В любом случае, как родитель, я должна хотя бы сделать замечание. Я им доверяю, но порядок есть порядок.

Быстро закончив с душем, я направилась в гостевую комнату, где, скорее всего, были они.

— Эй, вы двое, болтать — это нормально, но спать надо отдельно... Ох, пф-ф, — начала я, но, заглянув внутрь, не удержалась и прыснула со смеху.

— ...Хр-р, хр-р...

Похоже, они так увлеклись разговорами, что устали и уснули. Какие же у них счастливые лица! Они крепко обнимаются, заснув на границе двух разложенных футонов.

— Серьёзно, если я разбужу их с такими лицами, то сама почувствую себя злодейкой.

Ладно, отложу нотации на завтра. Похоже, я сама изрядно мягкотелая.

У меня есть любимая лучшая подруга.

Амами Ю. Она ослепляет своими ярко-голубыми глазами и длинными золотыми волосами, но её визитная карточка — это улыбка, такая же яркая, как подсолнух.

Сейчас Ю полна энергии, иногда даже слишком, так что я устаю за ней гнаться. Но поначалу она была тихой, осторожной, даже со мной, своей подругой, словно боялась сделать шаг навстречу. Её улыбка была такой очаровательной, что я не могла отвести взгляд, но она всё время смотрела в пол, почти не показывая лица.

Так что я начала с малого. Сначала научила её говорить со мной один на один, глядя мне прямо в глаза. Потом познакомила с двумя своими близкими друзьями. А когда она освоилась, ввела её в круг наших одноклассников. Шаг за шагом она обретала уверенность, и её природная яркость начала возвращаться.

К тому времени, как мы закончили начальную школу для девочек, она стала той, кого все считали «номером один».

Конечно, были и те, кто так не думал, но тут вступала я. Я всегда была рядом, чтобы защитить её, стать стеной против любой злобы.

Правда, из-за этого я незаметно для себя накопила тьму в своём сердце... Но это уже в прошлом, и теперь я счастлива, так что не беру в голову.

Вот такая история у нас с моей лучшей подругой, Амами Ю, и у меня, Асанаги Уми.

В старшей школе между нами появилась небольшая трещина, но благодаря «кое-кому» мы помирились и начали всё заново.

Прошёл год, и наши отношения изменились. Особенно после того, как у меня появился очень важный «друг».

Сначала он стал моим «другом», а вскоре — «парнем». С тех пор рядом со мной чаще он, а не моя подруга. Или, точнее, я сама перестала от него отходить.

Если продолжить, это превратится в сплошные романтические бредни, так что остановлюсь. Но в итоге мы с Ю стали держать дистанцию.

Это не значит, что я её разлюбила — наоборот, я люблю её ещё сильнее. Просто я поняла, что нам больше не нужно быть неразлучными, как раньше.

— Доброе утро, Нина-чин! Погода сегодня шикарная! О, и Нагиса-чан тут! Привет, Нагиса!

— Привет, Ю-чин. Ты, как всегда, на полных оборотах.

— ...С утра пораньше орёшь, как ненормальная. Приглуши громкость.

— Хе-хе, просто я сегодня в таком настроении!

Ей уже не нужна моя помощь — она и сама выросла сильной. Её тело уже и так идеально, а душа, кажется, догоняет.

Мне немного грустно, что она больше не льнёт ко мне, как раньше, но это нормально.

— Привет, Ю.

— О, Уми! Привет, Уми! Люблю тебя!

— Ну вот, только похвалила, а ты опять за своё.

— Похвалила? Ты о чём?

— Да так, не бери в голову.

Её сияние ослепляет, но я тоже стараюсь не отставать и сиять так же ярко.

...Чтобы всегда оставаться «номером один» для того, кого я так сильно люблю.

У меня есть лучшая подруга, которую я люблю больше всех и ценю превыше всего.

Асанаги Уми. Я до сих пор ясно помню, как мы с ней познакомились. Я не могла влиться в школьную жизнь, всегда была одна, пряталась в тени и плакала. И тогда она протянула мне руку — мой рыцарь в сияющих доспехах. Уми — милая девушка, но, чёрт возьми, какая же она крутая! Куда там мальчишкам, которые думают только о внешности.

Для меня Уми была идеалом. Всегда в центре внимания, ведущая за собой остальных. Конечно, у неё отличные оценки, и, в отличие от ленивой меня, она трудяга.

Я всегда мечтала стать такой, как Уми. Быть окружённой друзьями, заслужить доверие учителей, иметь смелость протянуть руку помощи тем, кто в беде, вроде той плачущей девочки, какой когда-то была я.

И я старалась. У меня был пример прямо перед глазами, так что сначала я просто подражала ей. А если я не знала, как поступить, подруга всегда подсказывала мне.

Даже если я ошибалась, я не была одна. Это вдохновляло, и я всё больше загоралась энтузиазмом.

И вот, сама не заметив как, я стала центральной фигурой класса. Я, которая ещё недавно жалась по углам, стараясь быть незаметной.

«Рядом с Амами весело, она заряжает энергией», — говорили одноклассники, и я радовалась, понимая, что могу сиять. Мне казалось, что я немного приблизилась к своему идеалу.

— Молодец, Ю, — сказала Уми, улыбнувшись и погладив меня по голове, когда я научилась уверенно смеяться на людях.

Её сдержанная похвала значила для меня больше любых громких комплиментов.

Все вокруг называли меня «номером один», но я так не считала.

Меня не волнуют места вроде второго или третьего, но в моём сердце «номер один» — это, безусловно, Уми.

Я старалась догнать её, стать достойной стоять рядом с моим идеалом — вот какой я была.

Я видела только её лучшие стороны, не замечая её переживаний, и своими бездумными словами и поступками невольно ранила её. Я не понимала, что Уми — не сказочный рыцарь, а обычная девочка, такая же, как я.

В другой ситуации наша дружба могла бы закончиться, но этого не случилось. Нас помирил один парень.

Он был странным. Обычно его почти не замечали в классе — за полгода в школе мы с ним даже не разговаривали. Но когда мы всё-таки заговорили, он сказал кое-то, и я вдруг всё поняла. Его голос был тихим, но слова — твёрдыми, полными убеждённости.

Он казался холодным, но был добрым; ненадёжным, но в нужный момент невероятно надёжным. Глядя на него, я чувствовала, будто в нём слились старая я и Уми.

Маэхара Маки. Ещё один «свет» для меня и Уми.

Я понимала, почему Уми так увлечена им. Для меня «светом» была она, а для неё — он.

Честно говоря, поначалу я немного ревновала. Я всегда думала, что в следующий раз, когда Уми будет нужна помощь, я стану её спасительницей. И то, что он опередил меня, заставляло втайне дуться.

Но теперь я думаю, что так и должно было быть.

— Доброе утро, Ю.

— Привет, Уми! И Маки-кун тоже!

— Доброе утро, Амами-сан.

Заметив, как ненавязчиво они держатся за руки, я тихо хихикнула.

Что бы ни случилось, я всегда буду на их стороне — поклялась я себе в то утро понедельника.

Я никогда не думал, что моё первое по-настоящему весёлое школьное культурное мероприятие — фестиваль — я проведу в компании девушки.

И этой девушкой оказалась моя подруга Асанаги Уми, которая, как и я, была в оргкомитете. Мы с ней на короткой ноге, но оказаться вместе на фестивале, где вокруг столько глаз, да ещё и держась за руки...

— Эй, не тормози, идём дальше! Или хочешь остаться тут и красоваться как влюблённая парочка?

— Нет, это уж слишком... Давай зайдём в здание школы.

Мы уже обошли все уличные палатки с едой, так что теперь решили посмотреть классные выставки.

Наш фестиваль открыт и для гостей извне, но парочек, гуляющих вдвоём, на удивление мало. Может, дело в том, что ещё утро, и позже народу прибавится, но пока пар, держащихся за руки, почти нет, так что мы с Уми невольно выделяемся (или мне так кажется).

— Асанаги, Амами-сан и остальные уже ушли куда-то. Может, отпустим руки?

— Ни за что. Это же обещание Ю! ...Если, конечно, тебе не противно держаться со мной за руки. Тогда могу и отпустить.

— Да нет... ничего такого.

Мне не противно, просто немного неловко из-за чужих взглядов. А так, быть рядом с Уми совсем не плохо.

Дразнилки от Амами-сан и Нитты-сан — единственное, что напрягает, но с Уми я чувствую себя спокойно, и, главное, с ней весело.

Я почти не запомнил вкус сосисок и якисобы, которые мы ели у палаток, — слишком волновался. Но это чувство подъёма, когда мы идём плечом к плечу, до сих пор греет мне грудь.

— Асанаги, прости.

— За что?

— Ну, моя рука... вся вспотела.

— Ничего страшного. У меня, кстати, то же самое.

— Правда? Ну, тогда ладно.

— Ага.

Мы постепенно привыкали к этой неловкой ситуации с руками, когда вдруг наш взгляд упал на один из классов.

— Кафе с плюшевыми игрушками.

Я заметил, что один уголок выделяется особенно милой, почти сказочной атмосферой. Судя по всему, он пользовался популярностью, особенно среди семей с детьми и школьниц.

Как и следовало из названия, все в классе, включая зазывал, были в костюмах плюшевых игрушек. Тут были знакомые всем кролики, собаки и кошки, а ещё черепахи и даже драконы — похоже, всё это ручная работа учеников. Они неспешно (иначе, наверное, упали бы) обслуживали гостей.

— Ого, милота какая! Маэхара, раз уж мы тут, давай заглянем, отдохнём?

— Ага, я как раз немного подустал. Хочу расслабиться.

Мы пару минут подождали у входа, пока освободится столик, и вошли в класс, полный плюшевых игрушек. Заказав напитки у официанта в костюме пузатого дракона, мы принялись осматриваться.

— Сколько тут плюшевых игрушек... Некоторые точно чьи-то личные, да? У меня дома тоже есть, но столько — это уже за гранью хобби.

— Да, но все такие ухоженные, шерсть блестит... чувствуется, что их любят.

— Что такое, Маэхара?

— Нет, смотри, вон там...

Пока я восхищался тщательно продуманным оформлением, мой взгляд вдруг остановился на костюме в углу класса — синем, с характерным спинным плавником, огромным ртом и острыми зубами. Конечно, это был костюм, так что всё выглядело мило и утрированно, но...

— Акула, да?

— Ага, акула.

Костюм, лежащий на стуле, был нашим любимым морским хулиганом.

Сначала я подумал, что кто-то из официантов его снял, но, как объяснил подошедший дракон, это было не так.

— Это для фотосессий. Хотите примерить, ребята?

— Нет, я не особо хорош в таких делах...

— Правда? Ну ладно, я хочу! Хочу надеть!

— Асанаги-сан?

Я собирался вежливо отклонить предложение, но моя напарница, похоже, была в полном восторге.

— Что, надеть это? И фоткаться? Серьёзно?

— Серьёзно-серьёзно! Да ладно, что такого? Это же фестиваль, давай повеселимся! Смотри, тут как раз два костюма. Ну же, Маэхара, давай вместе!

— Э... ну...

— Ма-э-ха-ра-кун?

— Ладно.

Под давлением Асанаги я надел второй акулий костюм, который принёс один из помощников, и мы встали перед драконом, державшим смартфон.

— Маэхара, раз уж так, давай примем какую-нибудь позу. Как насчёт позы ягуара?

— Для акулы? ...Хотя, это же костюм, так что какая разница? Делай, что хочешь.

— Хе-хе, тогда решено!

Фотка двух акул получилась максимально свободной, но, когда мы её посмотрели, там были мы — с сияющими улыбками.

У меня появился первый друг. И это девочка из моего класса.

Прошло полгода с начала старшей школы, и я проводил дни в тишине, не сказав в классе ни слова. Жизнь была спокойной, но одинокой. И тут она сама заговорила со мной.

Её зовут Асанаги Уми. Может, не мне говорить, раз я раньше избегал общения, но у неё, на мой взгляд, очень красивое имя, даже с учётом фамилии.

...Конечно, я никогда не говорил ей этого вслух — слишком неловко. И не собираюсь.

Наверное.

Наша с ней секретная дружба началась случайно, но время, проведённое с ней, у которой похожие увлечения, стало для меня одной из немногих радостей.

— Ну, пока, Маэхара. До понедельника.

— Ага, до встречи.

В пятничный вечер, провожая Уми, у которой вот-вот начнётся комендантский час, я вышел с ней к подъезду моего дома.

Наш тихий сельский район почти безлюдный, уличных фонарей мало, и вокруг уже совсем темно.

Для меня Асанаги — просто «друг», но при этом она ещё и девушка. И, по моим меркам, довольно милая.

До её дома идти недалеко, но, может, мне стоит проводить её до самого порога? ...Нет, тогда её родители меня увидят, и могут неправильно понять наши отношения.

Дружба — это, оказывается, так сложно.

— Слушай, Маэхара, у меня к тебе вопрос.

— Что?

— Я ведь сказала «до понедельника», да?

— Ну, да. Ты всегда так говоришь.

— Тогда почему, когда мы встречаемся в понедельник, ты убегаешь? Будь честным, Маэхара, ты же меня избегаешь, да?

— ...Ну, так и есть.

Она и сама должна понимать: дружба между «Маэхарой Маки» и «Асанаги Уми» — это наш секрет. Никто не знает — ни одноклассники, ни наши родители, ни даже её лучшая подруга.

Раз это секрет, приходится действовать так, чтобы никто ничего не заподозрил. Весёлые разговоры — только по выходным и только у меня дома. В школе мы стараемся не общаться, а в идеале — даже не пересекаться взглядами, притворяясь чужими. Но эта капризная девчонка передо мной, похоже, опять хочет усложнить мне жизнь. Серьёзно, какая же она заноза.

И всё же я, как обычно, поддаюсь её уговорам.

— И что мне делать?

— О, вот это я понимаю, мой друг!

— Ага, ага. Давай к делу.

— Ничего сложного. С понедельника, когда будем видеться, обязательно здоровайся. Вот и всё.

— И чтобы никто не заметил?

— Ага. Хе-хе.

— Это тебе не «хе-хе».

Асанаги рассмеялась, будто придумала забавную игру, но для меня это настоящая головная боль.

Для начала, само по себе приветствие — уже огромный барьер. Когда мы наедине, мы запросто обмениваемся «Йо» в своём стиле (по нашим меркам), но в окружении чужих глаз это для меня всё ещё психологически сложно.

Лёгкий кивок друг другу — это ещё куда ни шло, я иногда так делаю.

— Кстати, Асанаги-сан, можно вопрос?

— М, разрешаю.

— Ты сказала «когда увидимся», но нормально ли, если я, например, приду встречать тебя к твоему дому?

— Хм, это сильно отличается от того, что мы делаем сейчас, так что в этот раз — нет. ...Хотя, может, попозже... если будем... ну, ближе...

— Прости, конец не расслышал.

— ...В общем, встречать нельзя! Даже если увидимся по пути в школу, здороваться только в классе. Понял?

— П-понял.

Меня немного смутило, что Асанаги говорила как-то невнятно, но, в общем, намеренно создавать такие ситуации наедине — под запретом.

Кроме того, были установлены следующие правила:

• Здороваться обязательно вслух (жесты или записки не считаются).

• Если один поздоровался, другой должен ответить.

• Каждый должен хотя бы раз первым начать разговор.

Срок — до конца следующей недели. Проигравший, кто не справится с условиями, оплачивает еду в выходные.

Я и так обычно плачу за еду, так что это не такая уж большая потеря. Но специально саботировать не хочется — это было бы нечестно по отношению к ней.

...Ладно, раз взялся, надо делать.

— Тогда ещё раз. Маэхара, до встречи в школе на следующей неделе.

— Ага, до встречи.

— Хех, завтра выходные, а я уже жду понедельника.

— Серьёзно? А я бы хотел, чтобы выходные длились вечно.

— Эй, да ладно! Ты же на самом деле хочешь меня видеть, просто не признаёшься.

— Ага, ага. Давай, уже поздно, топай домой.

— Я что, собака? Хе-хе, ладно, теперь точно пока!

— Угу.

Мы подшучивали друг над другом до последней секунды, а потом помахали руками и разошлись.

Разговаривая с Асанаги, я снова понял, как мне нравится с ней болтать. Она умеет говорить и слушать, и рядом с ней я, замкнутый и косноязычный, забываю о своей стеснительности и болтаю без напряга.

— Я бы и сам хотел болтать с тобой хоть всегда, Асанаги…

Но смогу ли я после выходных так же непринуждённо заговорить с ней, как сегодня?

Как сказала Асанаги, это даже немного волнующе, но всё же чуточку тревожно.

После скучных выходных, где ничего не происходило, наступил понедельник.

Ранним утром от Асанаги пришло короткое сообщение:

[Асанаги]: «Игра с приветствиями началась!»

И вот, похоже, какая-то игра стартовала.

Хотелось зарыться в одеяло и уснуть, но нужно готовить завтрак для занятой мамы, так что лениться некогда.

Я вручил маме, спешно переодевавшейся в костюм, тост с маслом, отправил её на работу, а сам начал собираться в школу.

Как обычно, допив тёплый кофе, я вышел из квартиры. По привычному сценарию, в это время на пути в школу я встречаю Асанаги.

— ...Ох.

Пройдя минут десять до перекрёстка под эстакадой, я заметил яркую группу девчонок.

— Слушай, Уми, у меня есть о-очень важная просьба, которую я могу доверить только тебе, своей лучшей подруге!

— Если это про домашку с пятницы, то тетрадь я не покажу.

— Ух... Хе-хе, ну, может, всё-таки?

— Не-а. Сколько раз уже в этом месяце? Извини, но на этот раз тебе придётся помучиться.

— О-о, нет! Уми, умоляю! По всем законам подлости, сегодня на матане точно спросят меня! У-у, стыдно в старшей школе стоять в коридоре!

— Ох, Ю-чин, сочувствую. Хотя я тоже не сделала. Но до моего номера в журнале точно не дойдут.

— Нина, чтоб тебе пусто было!

Две девчонки, с утра заряжающие энергией, крутились вокруг девушки с длинными золотыми волосами.

Асанаги Уми, Амами Ю, Нитта Нина.

Мои одноклассницы, самые заметные в классе. Хотя, конечно, где-то 80-90% внимания достаётся Амами-сан. Её кукольные светлые волосы, голубые глаза, словно стеклянные, и улыбка, как подсолнух, — она прямо-таки идеальная «героиня».

Но я, не обращая внимания на её сияние, смотрел только на девушку рядом — на Асанаги Уми.

Сейчас мы на пути в школу, так что по правилам игры это не считается, но в школе ситуация почти не меняется.

Асанаги всегда окружена людьми. Обычно к ней липнет Амами-сан, а если та отлучается, то с ней начинают болтать Нитта-сан или другие одноклассницы.

Хоть Амами-сан и затмевает её, но Асанаги пользуется популярностью в классе.

Ей легко поздороваться со мной первой, но мне незаметно поздороваться с ней — задачка не из простых.

Да что там, даже подойти к ней рискованно.

Я задумался, глядя на Асанаги издалека, и вдруг она, будто почувствовав мой взгляд, посмотрела на меня.

— ... Пф-ф.

— Уми, что такое? Чего хихикаешь, вспомнила что-то?

— Ага, типа того. В пятницу было кое-что интересное.

— Вот как? Это что, про кого-то из семьи?

— Ну, типа того... Хе-хе.

Я покрылся холодным потом, когда она внезапно посмотрела в мою сторону и рассмеялась. Кажется, ей удалось всё замять.

В отличие от меня, который из-за этой игры весь на нервах, Асанаги явно получает от ситуации удовольствие.

Хотя раскрытие нашей дружбы и для неё не самое желанное событие... Я, конечно, не тот, кто должен говорить, но она, похоже, ещё та чудаковатая особа.

День прошёл в таком духе: я искал момент, чтобы заговорить с ней, а Асанаги, замечая мои неловкие попытки, посмеивалась. В итоге ничего не вышло, и начался обеденный перерыв.

[Асанаги]: «Маэхара, это твой шанс!»

[Асанаги]: «Давай, иди сюда!»

Как только прозвенел звонок на обед, пришло сообщение от Асанаги.

Она называет это «шансом», но вокруг неё, как обычно, толпа девчонок, которые её обожают.

...И что мне, чёрт возьми, делать?

[Маэхара]: «Это нереально».

[Асанаги]: «Серьёзно? Так ты никогда со мной не поздороваешься!»

[Маэхара]: «Тогда как-нибудь избавься от всех и останься одна».

[Асанаги]: «Не-а».

[Маэхара]: «Жадина».

[Асанаги]: «Ой, засмущал прям!»

[Маэхара]: «Это не комплимент, знаешь ли».

Игра длится до конца недели, так что не обязательно бросаться здороваться прямо сейчас... Но если я буду просто плыть по течению, то останусь марионеткой в руках Асанаги, а это как-то не очень.

...Я заметил, что немного завёлся.

Ладно, для начала ещё немного понаблюдаю за ними. Но аккуратно, чтобы не прослыть странным.

— Центр разговора... как и ожидалось, Амами-сан. Асанаги отвечает, но в основном слушает.

Амами-сан задаёт тему, Нитта-сан, как обычно, подхватывает и раздувает разговор или уводит его в сторону... Ничего особенного, обычная болтовня. Но тут я кое-что заметил.

«...Они что, почти не смотрят на Уми?»

Когда Амами-сан обращается к Уми, и та отвечает, взгляды девчонок всё равно остаются на Амами-сан.

Я понимаю, что Асанаги никто не игнорирует. Но, похоже, они подсознательно ждут реакции Амами-сан, даже когда слушают Асанаги.

Неужели она так сильно притягивает внимание? Это даже немного пугает. Но если моя догадка верна, то эта ситуация — мой шанс.

Может, Асанаги именно поэтому и назвала это «шансом».

...Но всё же это кажется немного грустным, и я не могу искренне радоваться.

Тем не менее, не упуская шанса, я делаю вид, что иду в туалет, и медленно бреду ко входу, где тусуются девчонки.

Как подойти к разговору, я придумал только что. Может, меня раскроют, но я верю в мастерство Асанаги по части заметания следов.

— О, точно! Слушай, Уми, завтра после школы, давай сходим в караоке? У станции акция со скидкой для школьников, завтра последний день.

— Хм, даже не знаю... У меня дома дел по горло.

— У-у, значит, не получится?

— ...Нет, ладно, пойдём. Столько дел дома, хочется хоть иногда расслабиться.

— Ух! Спасибо, Уми! Люблю тебя!

В этот момент, пока Амами-сан повисла на Асанаги, я, делая вид, что прохожу мимо их группы, «уронил» из кармана ручку.

План был такой: притвориться, что упала ручка, которую Асанаги обычно носит в нагрудном кармане формы, и, пока я её поднимаю, обменяться парой слов.

— Ну всё, Ю, я рада, что ты рада, но не души меня, отпусти.

— Хе-хе, прости, Уми. Так, а что насчёт завтра? Кто ещё идёт?

— Если вы с Ю-чин идёте, то я тоже за. Дома только сестра, скукота.

Пока Амами-сан переключила внимание на других, я поднял свою ручку и протянул её Уми.

— Э, ты уронила.

— А, спасибо.

В идеальный момент мы обменялись словами, и я тут же, тихо, почти шёпотом, добавил:

— ...Привет, Асанаги.

Пробормотав это, я пошёл к туалету, в который мне вовсе не хотелось.

Может, голос был слишком тихим, но я уверен, что она услышала.

Её лицо это подтверждало.

— Погоди, Уми, а что с ручкой в твоём кармане? Обычно у тебя яркие и милые, а эта какая-то простая, вся серебристая.

— Правда? Вчера у моей закончились чернилы, вот я... позаимствовала одну из комнаты брата.

— О, вот оно что. Просто она выглядит потрёпанной для новой, вот я и удивилась.

— Ага, точно. Но мне она нравится, удобная.

Кажется, Амами-сан ничего не заподозрила, но в тот момент, когда я уронил ручку, Асанаги мгновенно сообразила и спрятала свою в карман поглубже.

Она мне подыграла, но главное — норма на сегодня выполнена.

Сдерживая бешено колотящееся сердце, я отошёл от класса, и тут мой телефон завибрировал.

[Асанаги]: «Маэхара, молодец! Хвалю-хвалю».

[Маэхара]: «Серьёзно. Кстати, эту ручку я использую на уроках, так что верни потом».

[Асанаги]: «Не-а».

[Асанаги]: «Это же я её уронила, да?»

[Маэхара]: «Это было только ради приветствия...»

[Асанаги]: «Хе-хе, что же делать?»

[Маэхара]: «Ах ты...»

Ручка, взятая в заложники ради выполнения нормы, вернулась ко мне только спустя долгое время после окончания игры с приветствиями.

Прошло три месяца с тех пор, как я перешла на второй год обучения. Сезон уже давно... ну, это, пожалуй, немного преувеличение, но каждый день стоит невыносимая духота. В нашей школе теперь во всех классах есть кондиционеры, но это новшество появилось всего пару лет назад. Раньше, говорят, открывали все окна и двери или обмахивались папками, чтобы как-то пережить жару.

— Спасибо вам, сэмпаи. Благодаря вам мы теперь живём в комфорте.

— Накамура-сан, ты чего там бормочешь под нос?

— Да так, отдаю дань уважения и благодарности нашим предшественникам.

— Ого, круто.

В апреле она выдавала такие милые, слегка растерянные выражения лица, а теперь вот так. Ну, хоть подыгрывает моим шуткам, и на том спасибо.

Её зовут Асанаги Уми. Я знала её имя, потому что мы обе были в списке отличников, но, став одноклассницами, я поняла, что она во многих смыслах невероятно обаятельная девушка.

— Асанаги-чан, о чём ты там болтала с Рёко и остальными? У нас ведь вкусы, хобби и даже предпочтения в парнях совсем разные. Не так-то просто найти тему, которая всех заинтересует.

— И всё равно мы как-то уживаемся. Это ведь круто, правда? ...Но ладно, к делу. Мы говорили про спортивный фестиваль после летних каникул. Какие соревнования выбрать, что было бы интереснее — вот об этом.

— А, понятно.

Обычная тема, но для короткой перемены — самое то.

Я бы, конечно, предпочла что-нибудь посочнее, вроде любовных драм, но вокруг меня все такие «хорошие девочки» (в романтическом смысле), да и опыта у них маловато.

...И у меня, само собой, тоже.

— Тогда я, наверное, за «заимствование». Классика, но если подойти с умом, можно сделать весело.

— Если доверить Накамуре-сан придумывать задания, никто до финиша не доберётся... И всё же, если бы ты была ответственной, что бы ты выбрала?

— Хм, ну…

Можно с лёгкостью придумать что-то сложное, но тогда это будет трудно, без всякого веселья.

Нужно что-то, что легко достать, но просить будет неловко из-за психологического барьера...

— Ну, например... друг или знакомый противоположного пола, у которого есть парень или девушка.

— Включая женатых и замужних?

— Нет, это было бы слишком просто.

— ...Хм, — нахмурилась она.

Её брови дёрнулись, словно что-то её зацепило.

Интересно, о чём она подумала? Очень любопытно.

— Если бы я участвовала, то, наверное, «позаимствовала» бы Маэхару-ши. У других, может, тоже есть пара, но я не в курсе таких сплетен.

— ...Маки не для заимствования.

— Да ладно, это же просто соревнование! Можно чуть-чуть «похулиганить».

— Ни за что! Не отдам Маки ни под каким предлогом!

— Потому что он только твой?

— ...Да, и что?

— ...Хм-м.

— Накамура-сан, ты вредина.

Она права, но я ничего не могу с собой поделать — её настоящая, не «отличническая» сторона такая милая.

— Ух, что это, серьёзно?!

Закончив уборку после ужина и глядя телевизор в гостиной в ожидании своей очереди в ванну, я услышала голос дочери из ванной комнаты.

— Что там у Уми «серьёзно»?

С тех пор, как стала подростком, Уми строго-настрого запретила заходить в ванную или уборную, пока она там. Но когда слышишь такой громкий возглас, родительское сердце не может не забеспокоиться.

Может, она случайно постирала что-то не то? Или ещё что-то натворила?

Скорее всего, ничего страшного, но я решила проверить.

— Уми, что случилось? Что-то не так?

— Э, мама?.. Н-нормально всё! Это вообще тебя не касается... Я ещё не оделась, не открывай дверь!

— Ох, какая холодная... Ну, ладно, — сказала я и тут же открыла раздвижную дверь ванной.

Я доверяю дочери, но муж оставил меня за главную в доме, так что я обязана следить за всем. Иногда приходится быть «плохим» родителем — такова моя философия.

— Ну я же сказала не открывать! Мама, ты что, извращенка?!

— Ой, я думала, ты голая, а ты в белье.

— Это всё равно что голая! Закрой уже!

— Ладно, ладно.

Меня быстро выгнали, но я сразу поняла, что она делала.

...Ладно, вернусь в гостиную и спрошу прямо.

Через несколько минут Уми, в пижаме и с явно недовольным пухлым лицом, вошла в гостиную.

— Ванна свободна, — буркнула она.

— Спасибо. ...Кстати, Уми, ты поправилась? На сколько кило?

— На граммы... Мама, я тебя ненавижу.

— Попала в точку, да? Кстати, скоро же летние каникулы, — подмигнула я.

Я знаю, что она в последнее время часто беспокоится о своей фигуре. Наверное, планирует поехать с друзьями на море или в бассейн.

На первый взгляд, её фигура не изменилась. Но то, что для меня «ерунда», для неё — серьёзная проблема.

— Эм, мама...

— Что?

— Насчёт еды... Хочу обсудить кое-что.

— Хочешь диетическое меню? Если ты настаиваешь, я не против. ...Но, знаешь, Маки-куну, скорее всего, всё равно, какая ты.

— Ну... наверное, нет, точно всё равно. Маки всегда супер добрый и балует меня. Но всё-таки я сама больше волнуюсь об этом.

— Хе-хе, понимаю.

Я проходила через то же самое, так что её чувства мне знакомы.

Хочется, чтобы любимый человек видел тебя в лучшем виде. И чтобы делал комплименты за это.

— Тогда начнём завтра? Вперёд, покори Маки-куна сногсшибательным купальником! Ура!

— Н-не то! Это совсем не так! — покраснела Уми.

Её смущённый протест, как всегда, очарователен... Но Уми и Маки-кун оба здоровые и счастливые. Я всё же немного волнуюсь.

Ранним утром, пока я, как обычно, собиралась на работу, послышался тихий стук во входную дверь.

«Тук-тук, тук», — ритм был точно таким, как мы договаривались вчера, и я не удержалась от улыбки.

...Какая же она вежливая, серьёзная и милая девушка.

Мой сын — настоящий счастливчик, раз его любит такая девушка.

— Доброе утро, тётя Масаки. Простите, что так рано.

— Ничего страшного. В это время мне даже немного скучно. ...Маки ещё спит, так что проходи скорее.

— Тогда я зайду.

С тех пор, как мы стали близко общаться семьями, Уми-чан почти каждый день заботится о моём сыне. Раньше он даже не думал о своей внешности, но, начав встречаться с ней, вдруг стал подолгу крутиться у зеркала, словно заправский модник.

Но это всё к слову. Сегодня Уми-чан пришла по другому поводу. Она пока не рассказала подробностей, но вчера вечером написала мне, что хочет кое-что обсудить.

И, конечно, Маки об этом ничего не знает. Скорее всего, он сейчас сладко спит, видя во сне свидание с Уми-чан.

Я приготовила две чашки кофе, и мы сели за стол друг напротив друга.

...Кстати, когда я в последний раз сидела так за нашим столом с кем-то?

— Итак, что за вопрос? Если про Маки, можешь спрашивать что угодно — от его неловких историй до того, где он прячет свои эротические манги.

— Это, конечно, очень интересно... но нет, я хотела поговорить о дне рождения Маки. Он же уже в следующем месяце.

— О, точно... Погоди, Уми-чан, ты что, хочешь подарить ему что-то?

— Да. Не знаю, обрадуется ли он, это от него зависит... Но с подарком мне нужна ваша помощь, точнее, кое-что, что вы могли бы предоставить.

— ?? Ну, если это просьба от такой редкой гостьи, как ты, Уми-чан, я готова отдать хоть деньги, хоть личные тайны Маки, всё что угодно.

— Ну что вы, тётя Масаки... В общем, я подумала, может, у вас остались старые фотографии Маки. В идеале — из начальной или средней школы.

— ...Кстати, в наших альбомах их почти нет.

У нас полно фотографий из времён, когда мы с мужем ещё ладили, но снимков Маки-подростка почти не осталось. В те годы он терпеть не мог фотографироваться и избегал камеры, когда я или бабушка с дедушкой пытались его снять.

...И, конечно, в этом виноваты мы, его прежние родители.

— Подойдёт что угодно, лишь бы там был Маки. Неважно, смотрит он в камеру или улыбается. ...Я хочу хоть немного заполнить эти пробелы.

— ... — Я сглотнула, сдерживая нахлынувшие чувства.

Какая же она добрая девочка. Ей было бы проще выбрать какой-нибудь банальный подарок, но она серьёзно думает о прошлом Маки и хочет сделать для него что-то особенное.

— Если так, оставь это мне. Некоторые снимки не очень чёткие, но у меня на компьютере и в телефоне есть фотки, которые я делала тайком от Маки.

— Спасибо огромное! ...Интересно, как он отреагирует. ...Надеюсь, это не будет слишком.

— О, даже если это будет «слишком», Маки справится. Так что будь уверена.

— Да... Хе-хе, мне очень приятно, что вы так сказали, — ответила она, смущённо улыбнувшись.

И эта её очаровательная искренность... Неудивительно, что Маки в неё влюбился.

— Итого 1051 иена. Оплата на первой кассе, пожалуйста.

После школы я вышла на смену и работала как заведённая. Касса, выкладка товаров, уборка в магазине — в школе я из тех, кого считают лентяйкой, но здесь я прямо пашу.

Работа в аптеке приносит неплохие деньги для школьной подработки, и, как оказалось, она мне подходит. Я не прогуливаю и не уволилась, как можно было бы ожидать.

Бывает, конечно, что попадаются приставучие клиенты, но в такие моменты тётушки из постоянного персонала всегда выручают, так что ничего страшного.

— Спасибо за помощь на кассе, Нина-чан. Вот, держи, это тебе.

— О, конфетка! Спасибо!

Крутя во рту леденец со вкусом черники, который мне дала тётушка, начавшая работать одновременно со мной, я вернулась к своим делам.

В школе я в тени, но на работе я самая младшая и что-то вроде местного айдола.

...Не то чтобы я этим хвасталась, популярность уж очень локальная.

— Почти шесть вечера... Скоро народу прибавится, надо быстренько закончить с выкладкой.

Наш магазин называется аптекой, но, кроме лекарств, тут продаются закуски, полуфабрикаты и даже немного алкоголя. Так что к ужину тут всегда оживлённо.

Честно говоря, большинство клиентов приходят именно за этим. Кроме еды, хорошо берут бытовую химию — моющие средства, шампуни.

В общем, наш магазин больше похож на супермаркет.

«О, новый косметический продукт... Надо спросить у менеджера, нет ли пробников».

Ещё один плюс работы — можно пробовать новинки от разных брендов, что даёт мне темы для разговоров в школе.

Хотя, если честно, быть экспертом по косметике и помогать подружкам — не особо-то мне и нужно.

«Эх, где бы найти новую романтику...»

Оглядев магазин, я, конечно, не нашла ни намёка на «встречу судьбы». Весь персонал, включая менеджера, — женщины, а клиенты — в основном пожилые люди или офисные работники, покупающие алкоголь после работы.

Мои одноклассники или ребята из других школ обычно ходят в магазины с большим выбором, так что сюда почти не заглядывают.

Впрочем, так даже спокойнее.

«...Чего это я размечталась? Остался час, пора вкалывать».

Отогнав лишние мысли, я вернулась к работе. Закончив с выкладкой, я взялась за уборку. Когда бездельничаешь, в голову лезет всякое, так что лучше быть занятой.

— ...Хм?

Я уже наполовину вымыла пол шваброй и думала, как убить время после, когда заметила вошедшую в магазин парочку.

«Это же... староста и Асанаги, разве нет?»

Они были в футболках и шортах, так что я не сразу их узнала... но да, это точно они.

Маэхара Маки (он же староста) и Асанаги Уми.

Мои одноклассники с первого года, и пока что я считаю их своими хорошими «друзьями».

— Давно не был в этой аптеке... Хотя, для аптеки тут какой-то странный ассортимент.

— Да? Сейчас везде так. Ладно, не отвлекайся, пошли сюда. Нам сегодня надо много чего купить, — ответила Уми, энергично потянув его за руку.

— А, э, ладно.

Уми уверенно потащила Маки к полкам с мужской косметикой, и они скрылись из виду.

Лето на носу, так что, наверное, они пришли за влажными салфетками, дезодорантом и прочим. Наш магазин больше известен продуктовым отделом, но для повседневных нужд школьников ассортимент вполне подходит.

— Ого, Нина-чан, что ты там прячешься? Уборка закончена?

— Простите, ещё нет... Просто, похоже, знакомые зашли.

— Правда? Сейчас затишье, так что, если хочешь, сходи поздоровайся. Друзья ведь?

— Ну... последнее время мы часто тусуемся, так что да.

Мы в хороших отношениях, и мне хотелось бы подойти, но показываться знакомым в рабочей униформе немного неловко.

Вместо школьной формы я ношу выданную магазином одежду: светло-розовое поло с вышитым логотипом аптеки на груди и мешковатые брюки неброского цвета.

Без моей фирменной резинки для волос меня бы, наверное, даже не узнали... Настолько я сейчас выгляжу неприметной девчонкой.

— ...Ладно, для начала понаблюдаю за ними.

Хотелось бы сбежать в подсобку, но работа ещё не закончена, так что я продолжила уборку, краем глаза следя за парочкой... то есть, присматривая за ними.

В школе они не стесняются флиртовать на глазах у всех, но как они проводят время вне школы?

— Хм, столько мужской косметики... Только одних гелей для волос куча.

— У всех разный тип волос. Для тебя, Маки, подойдёт, например, вот этот.

— «Естественная укладка для небрежного стиля»... На фотке модель выглядит круто, но с моими-то исходными данными.

— Если постараться, ты тоже будешь выглядеть круто. Слушай, давай возьмём и это. Я сама тебе уложу волосы. Ну, можно ведь?

— Хм... Ну, если ты так говоришь, то ладно.

— Хе-хе, ура!

Нечасто увидишь, как девушка уговаривает парня купить косметику, но для этих двоих такое в порядке вещей.

Похоже, Уми искренне любит заботиться о нём и выглядит счастливой. Она бывает собственницей и жутко ревнивой, но, на мой взгляд, это даже мило.

— Новый шампунь, пенка для умывания, мужской тоник, влажные салфетки, дезодорант, тот гель для волос и... эм.

— А, э, да... Точно, и это тоже. На всякий случай.

Они сложили всё в корзину и направились к кассе, но вдруг оба занервничали. Они начали озираться, лица покраснели... Маки — ладно, но чтобы и Уми? Странно.

Не похоже, чтобы эти двое замышляли что-то нехорошее, но всё же.

Ладно, пора поздороваться.

...И, конечно, немного их напугать, подкравшись сзади.

— Бу!

— ?!

Я старалась говорить тихо, всё-таки мы в магазине, но от моего прикосновения они дёрнулись так, будто я крикнула.

— Эй, ну чего так пугаться-то?

— Н-Нина?.. Ты что тут делаешь?

— Как это «что я тут делаю»? Это моя подработка! Я же вам, вроде, говорила.

— Ну... теперь, когда ты сказала, вроде припоминаю.

Похоже, они оба напрочь забыли. Это немного обидно, но ладно, я их напугала, так что мы квиты.

— Кстати, что покупаете? Покажите!

— Н-нет, нельзя! Нина, ты, конечно, подруга, но сейчас ты сотрудник магазина. Лезть в личное покупателей запрещено!

— Хм-м... Ладно, вы ничего не забыли купить? Вон там, на нижней полке, есть...

— Н-нет там ничего такого! Маки, не обращай на неё внимания, пойдём на кассу. О, точно! Давай заодно купим сок или чипсы, дома как раз всё кончилось.

— Э, ну... Да, наверное. Хотя это не то, что нам срочно нужно...

— Ма-ки-кун? — протянула Уми с нажимом.

— Д-да, прости...

Я бросила взгляд на полку рядом и, конечно, всё поняла, но решила притвориться дурочкой и понаблюдать за их реакцией.

Наблюдать за этими двумя — одно удовольствие. Кажется, сегодня я закончу смену в отличном настроении.

Однажды, за месяц до летних каникул, на третьем году средней школы.

Я, Асанаги Уми, вместе с лучшей подругой Амами Ю отправилась за покупками в торговый центр в центре города. Цель — подготовиться к наступающему лету: купить летнюю одежду и что-нибудь от жары.

— У-у, Уми-и, жарко-о-о.

— Понимаю, но если будешь ко мне липнуть, станет ещё жарче. Давай, ещё чуть-чуть, и зайдём в прохладное место.

Мы хотели побродить по городу, но стоило выйти из здания, как жара обжигала кожу. Мы с Ю намазались солнцезащитным кремом и взяли зонтики, но с температурой ничего не поделаешь. Обманывая себя холодными напитками и портативным вентилятором, который я захватила из дома, мы поспешили в ближайший модный торговый центр.

Как только мы прошли через автоматические двери, нас встретил прохладный воздух, словно награда за выживание в этой духоте.

— Ох, вот это да! Прохлада! Я ожила! Уми, давай посмотрим одежду? О, вон тот магазин выглядит круто!

— Как ты быстро оживаешь... Не торопись, магазины никуда не убегут.

Энергичная подруга тащила меня за собой, и я послушно следовала за ней.

Иногда её неуёмная энергия меня поражает, но рядом с ней я невольно начинаю улыбаться, и это здорово.

Ю — как солнце. Если каждый день под её лучами, иногда хочется сбежать, но в пасмурные дни её яркость становится такой желанной.

Болтая с подругой, мы обошли этажи торгового центра. Везде царило лето: манекены в модных (как говорят) нарядах демонстрировали лёгкие, прохладные образы.

Мы разглядывали витрины, поднимаясь на эскалаторе всё выше, пока наш взгляд не остановился на одном из уголков.

— Летняя ярмарка купальников... Точно, сезон же. Со следующей недели у нас начинаются уроки плавания, да?

— Ага, точно. ...Но эта ярмарка, похоже, нам в этом году не особо нужна.

— Ох... да, ты права.

Лето — это бассейны и пляжи, но мы не должны забывать, что мы выпускницы. Наша женская школа — эскалаторного типа, и хотя экзамены в старшую школу скорее формальность, некоторые всё же выбирают другие школы. По традиции, в нашей школе «лето третьего года — для учёбы».

Может, у нас и будет день для отдыха на море, но тратить немалые деньги на купальник ради одного дня кажется расточительством.

...Однако глаза моей подруги сияли от интереса.

И я знала, что мне придётся уступить.

— ...Ладно, давай посмотрим? В этом году не пригодится, но кто знает, что будет в следующем.

— Да, точно! Хе-хе, Уми, спасибо!

— Да не за что... Ю, не липни, жарко же, потерпи.

— Э-эх.

— Никаких «э-эх».

Таща за собой подругу, которая в восторге прижималась ко мне, я направилась к центру этажа, где красовались купальники.

Сначала я держалась в духе «мне не особо интересно», но, взяв один в руки, почувствовала, как просыпается лёгкое желание что-то купить.

— О, это...

«Кажется, мило», — подумала я.

Это был раздельный купальник, довольно скромный, с очаровательными рюшами и узором в горошек.

Цена на бирке заставила меня на секунду замяться, но, похоже, он был на распродаже — на кассе обещали скидку 50%. Так что для моего кошелька это вполне подъёмно.

— Уми, приглянулся?

— Ага, немного... Хотя у меня дома ещё есть один...

— Что? Но ведь твой размер...

— ...

Шёпотом сказанная подругой чистая правда заставила меня умолкнуть.

По сравнению с прошлым годом моё тело... скажем так, подросло в некоторых местах. Старый купальник, может, и налезет, но будет тесновато.

...Особенно в области бёдер и груди.

— Ю.

— Что?

— ...Пойду примерю.

— Ага, я тоже так думаю. И вообще, он тебе точно подойдёт.

Попросив разрешения у продавца, я отправилась в примерочную, чтобы проверить, как сидит купальник.

Покрутившись перед зеркалом и оценив общий вид, я невольно пробормотала:

— ...Чёрт.

Я подозревала, что так будет, но он мне действительно шёл. «Я же милашка», — подумала я.

Я уже примерила его, цена не кусается, и даже если в этом году он не пригодится, размер мне подходит... С этими оправданиями в голове я поняла, что не верну его на полку.

— Уми, как там?

— Беру.

— Полностью поддерживаю! Уми, ты такая милая в нём!

— С-спасибо...

Атмосфера магазина и уговоры подруги сделали своё дело, но, что удивительно, я не чувствовала, что потратила деньги зря.

«Не знаю, когда ты мне пригодишься, но я обязательно тебя надену», — тихо пробормотала я, неся своего нового летнего друга к кассе.

* * *

Поддержать переводчика:

• Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d

В ТГК вся информация и новости по тайтлу: https://t.me/AngelNextDoor_LN