Летние каникулы всегда пролетают незаметно, но в этом году, кажется, они промчались с какой-то особенной скоростью.

Всего неделю назад я отрывался на полную катушку, купаясь в море на курорте в загородной вилле, а потом несколько дней бездельничал в прохладе дома, наслаждаясь послевкусием тех ярких моментов. И вот, не успел оглянуться, как наступил день возвращения в школу.

Из-за привычки засиживаться допоздна ранний подъем дался мне с трудом. Чувствую себя выжатым лимоном.

— Доброе утро, Маки! Давай-ка я приведу твои волосы в порядок, садись сюда.

— Угу. А где мама?

— Тётушка Масаки уже ушла. Сказала, что вернется поздно, так что ужин можешь не готовить.

— Понял, — буркнул я, позволяя ей заниматься моими волосами, которые после сна напоминали последствия ядерного взрыва.

Обычно во время летних каникул наш дом, семья Маэхара, превращается в филиал свалки — я не самый аккуратный человек, да и мама не особо следит за порядком. Но в последнее время Уми, которая заглядывает к нам с самого утра, взяла на себя уборку. Благодаря ей дом сияет чистотой, будто из рекламы моющего средства. Честно говоря, мы с мамой немного избаловались её добротой.

— Ну вот, готово! Красавчик! Сегодня ведь первый день в школе после каникул, надо выглядеть на все сто!

— Школа… да, точно. Слушай, Уми, а нельзя как-нибудь ещё на один денёк отложить?

— Нельзя, и не мечтай! Давай, я заварю тебе кофе, а ты пока переодевайся в форму. Шевелись!

— Угу.

С сегодняшнего дня начинается подготовка к спортивному фестивалю, так что нам, обычным ученикам, придётся чаще появляться в школе для тренировок. После Обона наш график будет почти как в обычные учебные дни. Конечно, хорошо, что уроков как таковых нет — всё-таки это «летние каникулы». Но мысль о том, чтобы бегать по раскаленному стадиону под палящим солнцем, не особо радует. В целом, по уровню мучений это ненамного лучше обычных занятий.

Сегодня только первый день тренировок, так что серьёзные нагрузки начнутся, скорее всего, завтра. Но если думать о будущем, настроение становится слегка мрачным. Хотя… не то чтобы всё так уж плохо.

— Эй, Маки.

— А?

— Сегодня тебе исполняется семнадцать, да? Поздравляю! Это, кстати, от Масаки-сан.

— А, от мамы, значит… А от тебя что?

— От меня? Хм… ничего особенного, — ответила она с притворной небрежностью, но тут же рассмеялась. — Шучу, шучу! Но это будет сюрприз… позже, договорились?

— Угу.

— Ого, Маки, что это с тобой? Лицо красное, как помидор! Что ты там себе нафантазировал, а? Давай, колись, не стесняйся, расскажи старшей сестрёнке!

— Да ничего я не фантазировал!

— Хм, правда? Значит, мне и делать ничего не надо?

— Я… я такого не говорил, — пробормотал я, чувствуя, как ситуация выходит из-под контроля.

Сегодня, шестого августа, мой день рождения. Я, Маэхара Маки, официально становлюсь на год старше. Не то чтобы я как-то особо ждал этого дня, но в этом году шестое августа почему-то ощущается по-особенному. В прошлом году я вообще пропустил свой день рождения — засиделся за онлайн-играми до глубокой ночи, а когда спохватился, уже наступило седьмое. Но в этот раз… в этот раз всё иначе.

На прошлой неделе Уми уже намекнула, что днём мы будем тусить нашей обычной пятёркой, празднуя мой день рождения, а вечером… вечером мы останемся с ней вдвоём. От одной этой мысли мрачное настроение улетучивается, и даже предстоящие тренировки для спортивного фестиваля кажутся не такими уж страшными. В общем, я с нетерпением жду, что будет во второй половине дня.

Но сначала — о спортивном фестивале, который пройдёт в начале сентября. Сегодня нам объявили составы команд, и теперь предстоит выбрать дисциплины, в которых мы будем участвовать, а также провести общее собрание по группам. График тренировок каждая команда составляет самостоятельно, так что по этим мелочам можно понять, насколько серьёзно люди относятся к фестивалю.

— Эй, Нагиса-чан, в чём будешь участвовать? В парном забеге? В «сороконожке»[1]? Или, учитывая твою скорость, всё-таки в эстафете?

[1]: «Сороконожка» (ムカデ競走) — командный забег, где участники выстраиваются в линию, держась за плечи друг друга, и бегут синхронно, словно многоножка.

— Да мне без разницы, лишь бы не с тобой.

— Ну что ты такое говоришь? Давай, давай, выступим вместе! Если мы с Нагисой-чан объединим силы, нам никакой враг не помешает!

— Враги? Да вот же один, прямо передо мной.

— Что? Перед тобой? Ты про Яму-чан, что ли? Ну, Нагиса-чан, так нельзя! Нельзя так про друзей говорить!

— Ты это специально, да?

— Эхе-хе!

Я невольно улыбнулся, наблюдая за их привычной перепалкой, и, не теряя времени, вписал своё имя в список участников «парного забега». Из-за ограниченного числа участников мне, скорее всего, придётся выступить ещё в паре дисциплин, но если я смогу пробежать парный забег с Уми, то остальное — вроде рыцарского боя или перетягивания каната — мне уже не так важно.

— О, Маки-кун, ты тоже в парном забеге? С Уми, небось, хочешь в смешанной паре побежать?

— Ну, типа того. А ты с Араэ-сан не собираешься?

— Хе-хе, я пыталась её уговорить, но Нагиса-чан стесняется. Кстати, запиши моё имя в список участников эстафеты, ладно?

— Когда это я стеснялась? Эй, Маэхара, заодно впиши меня и Ямашиту в «сороконожку».

— Ага, понял. Значит, с Ямашитой-сан ты не против выступать?

— Что-то сказал?

— Ничего, ничего.

Учитывая спортивные способности Амами-сан и Нагисы-сан, хотелось бы, чтобы они участвовали в большем количестве дисциплин, но обе уже согласились на дополнительные обязанности: Амами-сан — в команде поддержки, а Нагиса-сан — в классном совете. Плюс тренировки для группы болельщиков. Так что перегружать их не стоит.

— Слушай, Маки-кун.

— А? Что? Хочешь ещё в чём-то участвовать? Я запишу.

— Спасибо, но… э-э-э… — Она замялась, и мне показалось, что её палец на секунду указал на графу «парный забег», но тут же переместился к «сороконожке». — Нет, я передумала. Пожалуй, я тоже хочу в «сороконожку» с Нагисой-чан и Ямой-чан.

— Точно в «сороконожку»?

Нагиса-сан, стоявшая позади, не выказала никакого недовольства — ни цыканья, ни кислой мины. Похоже, всё в порядке.

Я стер имя «Амами Ю» из графы «парный забег» и вписал его в «сороконожку».

— Спасибо, Маки-кун. Ну, я пойду.

— Ага, я тоже… — начал я, но она уже скрылась в толпе одноклассников.

На мгновение мне показалось, что на лице Амами-сан промелькнуло какое-то странное выражение, и, возвращаясь на своё место, я невольно продолжал поглядывать на неё.

— Тьфу, опять с тобой в одной команде.

— Да ладно тебе, Араэ-сан. На классном матче в прошлом году атмосфера была так себе, но сейчас-то мы справимся, правда? Как думаешь, Амами-сан?

— Точно, точно! Нагиса-чан, теперь мы будем вместе на всех тренировках, так что тебе не придется скучать!

— Отстань.

— Хи-хи, Нагиса-чан такая стесняшка!

— …

На первый взгляд, ничего необычного — Амами-сан вела себя как обычно, подкалывая Нагису-сан. Но то лёгкое чувство неловкости, которое я заметил раньше… Может, это просто моё воображение? Однако с недавних пор, особенно после поездки на море, мне кажется, что Амами-сан немного отдаляется от меня.

Возьмём, к примеру, тот случай с выбором дисциплин. Обычно она бы с радостью воскликнула: «Я тоже с Маки-куном!» — и записалась бы в ту же команду. Но сегодня она вдруг передумала, пробормотав что-то вроде: «Нет, всё-таки не буду…», и выбрала другой вариант. Похоже, она старается не вмешиваться в мои дела с Уми, чтобы не мешать нам, но делает это так неуклюже, что иногда возникает странная напряжённость.

— Слушай, Амами.

— А? Что такое, Нагиса-чан?

— Ты… Маэ… А, нет, забудь, ничего.

— Эй, ну что за дела? Нельзя так резко обрывать, теперь же мне любопытно!

— Да отстань, ничего особенного. Забудь.

— Ну во-о-от, Нагиса-чан, какая ты злюка!

Даже Нагиса-сан, которая, наверное, лучше всех знает Амами-сан (хотя вслух этого не скажешь), кажется, замечает, что с ней что-то не так. Но, как обычно, она ничего не говорит напрямую.

Амами-сан на людях ведёт себя как обычно, но со мной… она явно старается держать дистанцию. И, вспоминая прошлую осень, я вдруг осознал, что нечто похожее уже было.

Благодаря резкому оклику Нагисы-сан на прошлом классном собрании (или это было что-то вроде вдохновляющей речи?), мы быстро разобрались с выбором дисциплин для всех одноклассников. Теперь настало время общего собрания по командам. Сегодня это скорее формальность — знакомство внутри групп, но с завтрашнего дня начнутся тренировки, и старшеклассники-командиры явно настроены поднять нам боевой дух.

Каждая команда подходит к этому по-своему. В одной группе лидер, типичный спортивный парень, громким голосом и строгим тоном нагнетает напряжение, чтобы всех взбодрить. В другой — командир и его зам устроили что-то вроде комедийного дуэта, разряжая обстановку шутками и создавая дружескую атмосферу. Интересно наблюдать, как разные подходы к одной и той же цели — сплочению команды — дают такой разный эффект.

— Итак, по итогам жеребьёвки почти все спортивные ребята достались другим командам, — начал лидер нашей синей команды, старшеклассник третьего года обучения, слегка нервничая. — Но это не значит, что мы сдадимся! Мы будем бороться за победу, и я сделаю всё, чтобы привести нас к ней. Прошу вас, поддержите меня!

Его громкий голос и искренний тон мне лично понравились, но, судя по реакции, первогодки не особо впечатлились. Старшеклассники, похоже, прониклись, но младшие… им, кажется, все равно.

— Эй, ты видел ту блондинку-старшеклассницу сзади? Она же просто огонь!

— Это Амами-сэмпай, второй год, да? Ну, она реально классная.

— Да ладно, там и другие старшеклассницы ничего! Наша синяя команда, похоже, заточена под внешность, а не под спорт.

Пока лидер команды заканчивал свою речь, а его заместитель начинал свою, все взгляды были прикованы к Амами-сан. Я не в курсе последних школьных сплетен, но, судя по всему, она популярна не только среди первогодок, но и среди старшеклассников. Поговаривают, что она чуть ли не школьная икона.

Но Амами-сан — не единственная звезда нашей синей команды.

— Это и есть тот самый вице-президент? Серьёзно, он просто нереальный!

— Слишком уж смазливый! Я ничего не ела, а уже чувствую передозировку сладкого!

— Такизава-кун… я его фанатка.

Такизава-кун, стоявший в ряду первогодок, лишь криво улыбнулся, явно смущённый таким вниманием. После того случая с консультацией по любовным делам мы с ним иногда переписываемся. Как там у него дела с Накамурой-сан после того испытания смелости? Он пока ничего не рассказывал, но я надеюсь, что у них всё складывается. Было бы здорово.

Собрание закончилось в слегка хаотичной атмосфере, и обычные ученики вроде меня были отпущены по домам. Те, кто, как Нагиса-сан и Амами-сан, взялись за организационные роли, остались, чтобы заняться подготовкой к фестивалю: кто-то оформлял декорации, кто-то разбирался с другими закулисными делами.

— Маки-кун, я сейчас иду на собрание по декорациям, так что иди с Уми и остальными без меня. Думаю, задержусь минут на тридцать, не больше.

— Понял. Когда выберем кафе, я скину карту в наш чат.

— Ага, спасибо. Слушай, а ты случайно не видел Оояму-куна? Я его ищу, но он как будто испарился.

— Оояма-кун? Хм, он только что был рядом… — Я тоже начал осматриваться, но знакомой фигуры в очках нигде не было.

Может, он забыл и ушёл домой? Я уже начал мысленно паниковать, представляя, как это может осложнить планы, как вдруг…

— Я тут, — раздался голос за моей спиной, и кто-то легонько постучал мне по плечу.

Я обернулся и замер. Передо мной стоял парень, которого я… не узнал. Но голос был знакомым.

— Ой…

— Простите, мои очки сломались, я был в туалете, пытался их починить… Эм, что-то случилось?

И тут до меня дошло. Это же Оояма-кун! Просто без очков!

— Ох, прости, Оояма-кун! Ты так неожиданно пропал, я уже начала волноваться. Правда, Маки-кун?

— А, да… Прости, я тебя без очков сразу не узнал.

— Ха-ха, ну да, без очков я вообще никто, — с лёгкой самоиронией сказал Оояма-кун, пожав плечами.

Мы с Амами-сан только переглянулись и неловко улыбнулись. Я всегда считал, что внешность не главное, но, похоже, сам попался на эту удочку: очки были для меня главным ориентиром, чтобы узнать Оояму-куна. А ведь он наш одноклассник, с которым мы каждый день сидим в одном классе. Надо бы пересмотреть своё отношение.

— Слушай, Оояма-кун, а тебе точно нормально без очков? Если плохо видишь, я могу поговорить с учителем, и тебя отпустят домой.

— Нет, я и без них немного вижу. И… не хочу задерживать всех, так что пойдем скорее.

— Ой, Оояма-кун, подожди! Маки-кун, я побежала. Увидимся!

— Ага… Ну, будь осторожнее, — сказал я, глядя, как Амами-сан с немного растерянной улыбкой поспешила за Ооямой-куном к группе, ответственной за декорации.

Начало не сказать чтобы идеальное, но Амами-сан и Оояма-кун — люди серьёзные, так что с работой они точно справятся без проблем. Проводив их взглядом, я отправился за Уми, чтобы вместе пойти праздновать мой день рождения. Сегодня я — главный герой, окружённый близкими людьми, которые хотят поздравить меня с семнадцатилетием. Пора в полной мере насладиться этим моментом,

Мы с Уми и Ниттой-сан, опередив остальных, добрались до ближайшего торгового района. Из трёх сетевых караоке-баров у вокзала мы выбрали тот, где было меньше всего народу, и оплатили комнату на пятерых.

Амами-сан и Нозому пока задерживаются: Амами-сан занята на собрании, а Нозому, как оказалось, состоит в группе поддержки красной команды, из-за чего придёт примерно на час позже, чем планировал.

Пока мы ждём остальных, в комнате немного пустовато, но мы забронировали её на долгий срок, так что можно просто петь и убивать время. Правда, петь перед кем-то, кроме Уми, всё ещё немного напрягает.

— Держи, староста, — сказала Нитта-сан, протягивая мне микрофон, как только принесли наши напитки.

— Эм, то есть я первый пою?

— Ну, сегодня ты у нас звезда дня. Слушай, Асанаги, он вообще как, нормально поёт?

— Ага. Высокие ноты ему даются чуть сложнее, но в остальном он вполне… Хотя, это я сужу по тому, как он поёт для меня.

— Ого, серьёзно? Ладно, тогда надо это заснять.

— Если будешь снимать, я ещё больше зажмусь. Нитта-сан, только никому не показывай, ладно?

— Да поняла я, поняла. Давай, не тяни, выбирай песню!

— Не надо так торопить… Ладно, начну с этой.

Я выбрал песню для группы, которая недавно взорвала соцсети. Когда мы с Уми ходим в караоке вдвоём, я часто беру анимешные или игровые треки, но сегодня решил начать с чего-то более нейтрального. Спасибо нашим свиданиям — я уже немного набил руку в таких вещах.

— ♪ ~, ~~, ♪ — напевал я, следя за текстом на экране и изредка поглядывая на своих слушателей.

Уми, как всегда, смотрела на меня с тёплой улыбкой, слегка пританцовывая и хлопая в такт. Нитта-сан же то и дело подкалывала меня в паузах между куплетами, но без злобы, и всё время направляла на меня камеру телефона.

Такие мелочи показывают, насколько они разные: Уми — мягкая и поддерживающая, Нитта-сан — дерзкая, но в душе добрая. И, несмотря на разницу в характерах, обе они — классные.

Видя, как они веселятся, я сам начинал чувствовать себя всё лучше. Настроение поднималось, я втягивался в процесс. В ударе? На подъёме? Не знаю, как это называется, но ощущение было потрясающее.

— О, староста, да ты реально неплох! Пожалуй, отправлю это Ю-чин.

— Ну, раз Маки так выложился, теперь моя очередь. Давай, Маки, выбирай мне песню. Назови свою любимую, я спою что угодно!

— Хм… Тогда вот эта.

Караоке с друзьями — это что-то новенькое после той вечеринки по случаю классного матча. Такое сборище — отличный способ переключиться. Конечно, с Уми вдвоём тоже круто, но в таких случаях пение часто отходит на второй план, и мы начинаем… ну, скажем, больше флиртовать, чем петь. Так что для чистого удовольствия от музыки лучше, когда нас побольше.

Хотя, конечно, провести время с любимой девушкой в тесной тёмной комнате, создавая особую атмосферу, — это тоже ни с чем не сравнимое удовольствие.

Мы с Уми и Ниттой-сан по очереди спели по песне и как раз обсуждали, что выбрать дальше, когда в комнату вошла Амами-сан.

— Хе-хе, всем привет! Извините, что задержалась, зашла по делам. Маки-кун, держи!

— Это… торт?

— Конечно! Я сказала в кондитерской, что это для дня рождения друга, и они даже добавили надпись в подарок. Смотри, смотри!

Мы втроём заглянули в коробку. На шоколадной табличке белым шоколадом было выведено:

«Маки-кун, с днем рождения!»

Выглядело немного по-детски, и, честно говоря, для старшеклассника это слегка смущающе. Но это был первый раз, когда кто-то, кроме семьи, устраивал для меня такое. Радость и волнение переполняли меня, перекрывая любую неловкость.

Чуть позже к нам присоединился Нозому, закончивший тренировку с группой поддержки красной команды. Наконец собравшись впятером, мы приступили к нашему традиционному ритуалу. В комнате караоке можно орать сколько угодно, и мои четверо друзей воспользовались этим на полную, громко и весело распевая «Happy Birthday».

— Маки, давай, задуй свечи одним махом! Фу-у!

— Маки-кун, с днём рождения!

— Староста, поздравляю! Ну, продолжай в том же духе.

— Маки, с днём рождения. Надеюсь, про мой ты тоже не забудешь.

Каждый из них хлопнул меня по спине, и я, собравшись с духом, одним разом задул свечи на торте. Улыбка сама собой расплылась по моему лицу.

Я мысленно обратился к себе прошлогоднему — одинокому, угрюмому, убеждавшему себя, что можно жить без друзей или девушки:

«Эй, приятель, посмотри! Тебя сейчас окружают друзья и любимая, и они празднуют твой день рождения. Неплохо, правда?»

— Хе-хе, торт — это круто, но сюрпризы еще не закончились! Нина-чи, ты же не забыла принести?

— Естественно. Староста, это тебе. За всё, что ты для нас делаешь, и за твой день рождения, само собой.

— Это что… подарок?

— А ты как думал? Сегодня же твой день.

— Точно! Маки-кун, и от меня тоже! — Амами-сан вручила мне ещё один красиво упакованный пакет. — С днём рождения!

Я растерянно принял подарки. Кажется, их купили в магазинах торгового центра у вокзала.

Торт уже был выше всяких ожиданий, а тут ещё и подарки… Теперь я просто обязан как следует отблагодарить Нитту-сан и Нозому на их дни рождения.

Заглянув внутрь, я обнаружил футболки от Амами-сан и Нитты-сан и спортивную кепку от Нозому. Подарки будто намекали: «Пора бы тебе выглядеть чуть стильнее!» Пора, похоже, учиться разбираться в моде, а не только в практичной одежде.

— А? Уми, ты что, ничего не подарила Маки-куну? У тебя же что-то было в сумке, нет?

— Ну… да, есть кое-что, но я пока не могу отдать. Скажем так, оно ещё не совсем готово.

— Не готово? Это как, подарок надо ещё «допекать»?

— Да, почти! На девяносто процентов готов, но ещё чуть-чуть.

— ?.. — Мы переглянулись, недоумённо наклонив головы в ответ на уклончивые слова Уми.

Что за подарок она готовит? Я примерно в курсе, потому что мама, которая, похоже, тоже причастна к этой затее, обмолвилась о некоторых деталях. Но пока я решил не лезть с вопросами. Моя задача сейчас — сделать так, чтобы этот день рождения прошёл весело и с улыбками. Уверен, это порадует Уми, когда она наконец вручит мне свой подарок.

Мы пели и шумели вчетвером, не обращая внимания на окружающих, и три часа в караоке пролетели как один миг. Первая часть моего дня рождения официально завершилась.

Говорить, петь — когда я в последний раз так нагружал горло? Сегодня я был в центре внимания, старался соответствовать праздничному настроению друзей, и к моменту, когда мы вышли из караоке, я чувствовал себя выжатым, как лимон.

Мы немного перестарались, забыв про завтрашние тренировки, но я ни о чём не жалею. Это был один из самых счастливых дней в моей жизни.

Но настоящий праздник начнётся, когда я вернусь домой.

— Ну, пока, Уми, Маки-кун! Увидимся завтра в школе!

— Эй, парочка, не загуливайтесь до утра, завтра тренировки!

— Будьте счастливы.

Мы с Уми, провожаемые их дразнилками, попрощались с друзьями и направились в «Pizza Rocket» — место, где я подрабатываю. Изначально мы с Уми планировали приготовить что-то особенное вдвоём, но после неожиданно бурного караоке решили просто довериться знакомому меню.

— Добрый вечер!

— А, привет! Ну что, Маки, повеселился с друзьями в караоке?

— Ага, спасибо. И, э… простите, Эми-сэмпай, что пришлось поменяться сменами.

— Да ладно, для милого младшего коллеги в день рождения можно. Так, что будете заказывать? Бесплатно всё не выйдет — шеф расплачется, — но на скидку в полцены могу расщедриться.

— Спасибо большое!

Мы с Уми сели за столик и, не торопясь, обсудили, что хотим заказать. Обычно по выходным я стараюсь держать бюджет в рамках, но сегодня — особый день. Мы выбрали кучу куриных крылышек, пиццу с горой сыра и чеснока и даже десерт на потом. После караоке, где я сжёг кучу энергии, это должно зарядить меня силами на завтра.

…Правда, кажется, с чесноком я немного переборщил. Надо будет держать дистанцию в разговорах, чтобы не смущать окружающих. Хотя с Уми, конечно, я останусь так же близко, как обычно.

— Вот ваш заказ! Кажется, всё, что вы просили. Если что-то нужно, зовите. О, и, Уми-чан, можно тебя на секунду?

— Меня?

— Ага. Хочу дать тебе маленький совет от старшей сестренки, — Эми-сэмпай наклонилась к ней и что-то прошептала на ухо.

В тот же момент щёки Уми начали стремительно краснеть.

— …Вот такой совет от старшей сестры. Уми-чан, сегодня постарайся, я за тебя болею!

— Ну, Накада-сан, как всегда… Маки, пошли домой!

— Ага… — кивнул я, бросив взгляд на Эми-сэмпай, которая с ухмылкой махала нам вслед.

Мы попрощались с ней и вышли из пиццерии. Наверняка Эми-сэмпай опять нашептала Уми что-то из своих «экспертных» советов по любви. Она отличная старшая коллега, всегда готовая помочь, но когда дело доходит до романтики, её знания становятся… скажем так, слишком специфическими и обильными.

Эми-сэмпай — мастер разговоров, и я сам не раз попадался, выбалтывая ей личные подробности. Надо будет в будущем держать ухо востро.

— Маки, я займусь стиркой перед ужином, так что переодевайся первым. Я переоденусь после тебя.

— Ага, сейчас… Погоди-ка. Что?

— Что такое? Хочешь, чтобы я первой переоделась? Или у тебя нет домашней одежды? Вещей для стирки вроде накопилось прилично.

— Да нет, не в этом дело. У мамы полно вещей, так что с одеждой порядок. Просто… ты прям настроена зависнуть у меня дома, да?

— Ага! Я же остаюсь у тебя на ночь. И да, я уже договорилась с твоей мамой, тётушкой Масаки. Она сказала, что раз это твой день рождения, то на один вечер можно. Всё официально, не переживай!

— Как всегда, всё продумала заранее.

Честно говоря, я и сам втайне надеялся, что мы проведём ночь вдвоём, но не ожидал, что всё сложится так гладко.

За время наших отношений у нас бывало несколько… скажем, рискованных моментов, когда разум едва удерживал нас от пересечения черты. Но мы старались держать себя в руках, сохраняя наши отношения чистыми. И я рад, что мы справились. Хотя, конечно, и сегодня придётся держать себя в узде.

Перед тем как переодеться, я отправил сообщение Соре-сан, маме Уми, поблагодарив за разрешение и пообещав, что утром отведу Уми домой, как позавтракаем вместе. Затем я надел подаренную Уми футболку, а Уми переоделась в мою старую оверсайз-футболку и шорты, которые я обычно ношу дома.

— Ого, Маки, эта футболка… Это же та, что подарила Ю?

— Ага. Футболка от Нитты-сан слишком стильная, жалко в ней дома ходить. А эта, наоборот, как раз для дома.

Я сразу обратил внимание на дизайн на левой стороне груди — мишка, почти такой же, как тот плюшевый, что я подарил Амами-сан в прошлом месяце.

Не знаю, насколько это модно, но футболка удобная, сидит отлично, и я уже чувствую, что она станет одной из моих любимых. Подарок явно выбирали с душой, учитывая мои предпочтения и даже как ответ на мой прошлый подарок.

Это касается и вещей от Нитты-сан и Нозому.

— Слушай, Маки, может, не стоит её сейчас носить? Вдруг испачкаешь за ужином. Ю будет обидно, если ты испортишь подарок в первый же день.

— Думаешь? Ну, может, ты и права… Тогда надену что-нибудь в пару к твоей. Такую можно и запачкать, ничего страшного.

— Это ту, что вся в пятнах от табаско?

— Ага. Старался отстирать, но пара пятен всё-таки осталась.

Я всегда считал, что футболки для того и нужны, чтобы их носить, но реакция Уми показалась мне слегка неодобрительной. Обычно она бы просто посмеялась, сказав что-то вроде: «Ну и стрёмная же у тебя футболка!» — и не стала бы настаивать на переодевании.

Может, ей просто не нравится, как я выгляжу в этой футболке? Или что-то другое? В любом случае, если Уми против, я не буду спорить — её чувства для меня важнее.

Мысленно извинившись перед Амами-сан за то, что не ношу её подарок, я переоделся в свою привычную домашнюю одежду.

Мы с Уми сели за поздний ужин, готовые продолжить наш вечер.

Прошло минут тридцать с тех пор, как мы принесли еду домой, но пицца, приготовленная прямо перед выдачей, всё ещё оставалась теплой.

Курицу и картошку я слегка подогрел в тостере, а из морозилки достал запотевшие стаканы, наполнив их льдом и колой.

— Маки, с днём рождения! За тебя!

— Спасибо, Уми… Ну, за нас! — ответил я, и мы чокнулись, наполнив тишину комнаты лёгким звоном стекла.

Дневное караоке с друзьями было классным, но, как ни крути, самые спокойные и уютные моменты — это вот такие, привычные.

Жирная, насыщенная пицца, которую запиваешь шипучей колой. А напротив — моя любимая девушка, глядящая на меня с тёплой, нежной улыбкой.

Если подумать, именно с таких моментов всё и началось.

— Маки, как тебе пицца с работы? Вкусная?

— Ага. Слушай, Уми, ты сколько ещё будешь меня снимать? Сыр уже остывает!

— Ой, точно! Ладно, тогда… а-а-ам!

— Что, мне тебя кормить? Ну, держи, а-а-ам!

— Ам! Хе-хе, спасибо, Маки. Теперь моя очередь!

На прошлой неделе, во время поездки на море, мы сдерживались из-за чужих взглядов, но сейчас, когда мы вдвоём, да ещё и мама не вернётся до утра (хотя странно, что не в выходной), можно не стесняться.

Наверное, позже я буду краснеть, вспоминая, как мы тут дурачились, но с тех пор, как мы стали парой, такие моменты, когда мы подтруниваем друг над другом, стали для нас чем-то особенным.

— Ладно, раз поели, пора переходить к главному — подарочному времени!

— О, наконец-то! Уми, всё готово?

— Ага. Хотя то, что я снимала, добавлю чуть позже, — ответила она с улыбкой и достала из своей школьной сумки старый, потрёпанный альбом. Я сразу его узнал — это был семейный альбом семьи Маэхара, полный фотографий моего детства.

Его перестали обновлять, когда я был ещё ребенком, а последней страницей стала семейная фотография с прошлогоднего Рождества, где мы были все вместе. Тогда я думал, что на этом альбом закончился.

— Держи.

— Спасибо… Можно посмотреть?

— Конечно! Для того он и нужен.

— Ага…

Как и в прошлом году, я начал медленно листать страницы с самого начала.

Вот я, совсем малыш, сплю на руках у мамы.

Вот мне три года, я сижу на игрушечной машине, смеюсь вместе с папой (на рамке фотографии маминым почерком написан мой возраст).

Эти воспоминания почти стёрлись из памяти, но каждая фотография — это маленький кусочек счастья.

Я невольно погрузился в ностальгию, но это было только начало.

Главный сюрприз от Уми ждал меня дальше.

Первое, что меня поразило, — это фотографии на страницах, которые должны были остаться пустыми. После того как мы перестали фотографироваться, альбом должен был быть чистым, но…

— Это что… я в средней школе?

— Ага. Эти снимки были на старом телефоне тётушки Масаки. Я нашла их и распечатала. О, и тут ещё есть с твоего выпускного в начальной школе. Смотри!

— Мама же говорила, что все данные пропали… — пробормотал я, не веря своим глазам.

На страницах альбома, которые должны были остаться пустыми, появились фотографии, заполняющие пробелы в моей истории. На одном из снимков я стою у ворот школы в парадной форме, слегка смущённый. В то время я ужасно комплексовал из-за своей внешности и старался избегать камеры, если только это не было групповое фото, где уклониться не получалось. Этот снимок, скорее всего, был сделан по просьбе мамы — я согласился только при условии, что он останется в её телефоне. На фото она обнимает меня за плечи, а я неловко отворачиваюсь от объектива.

Но это был не единственный сюрприз. Мама, оказывается, продолжала тайком снимать меня все эти годы.

Вот я, в новой школьной форме, сплю на диване после церемонии поступления. Вот я, занятый уборкой или готовкой по утрам, пока мама на работе. Некоторые фото были совсем недавними, и я даже не подозревал, что она их делала.

— Ну, Маки, что скажешь?

— Думаю, надо почаще смотреть в камеру.

— Хе-хе. Тётушка Масаки, наверное, будет рада. Ты же говорил, что родители любят видеть, как растут их дети, да?

Я вспомнил альбомы семьи Асанаги — их было столько, что наш одинокий альбом казался скромнее некуда. Если бы я был чуть более открытым, может, мама тоже с энтузиазмом снимала бы каждый мой шаг, как Сора-сан. Я почувствовал лёгкую грусть, но подавил её и перевернул страницу.

А вот и настоящий подарок от Уми — фотографии с Рождества и до сегодняшнего дня. Я и не замечал, но, став парой, мы с ней снимали довольно много. Вот наше первое Рождество вместе. Вот мы вчетвером — я, Уми, Амами-сан и Нитта-сан — на новогоднем походе в храм. А тут — День святого Валентина, день рождения Уми, классный матч, поездка к её родным… В основном это снимки нас двоих, но есть и другие: с Нозому, с Эми-сэмпай на работе, с Рику-саном и Шизуку-сан.

Судя по всему, Уми собирала эти фото у всех знакомых, готовясь к этому моменту заранее.

— Слушай, это невероятно. Смотрю на это и чувствую себя каким-то… крутым парнем.

— Хе-хе, не знаю, крутой ты или нет, но жизнь у тебя точно насыщенная! А ещё у тебя перед глазами такая вот милашка, как я!

— Это точно. Если с такой девушкой я не чувствую себя счастливым, мне точно влетит от судьбы.

Фотографии были аккуратно отсортированы по датам, и по мере того, как я листал альбом, я замечал, как меняюсь. На ранних снимках я ещё не отошёл от старой привычки — хмурился или напрягался перед камерой. Но постепенно моё лицо становилось всё более расслабленным, а улыбка — естественной.

На последних фото я уже спокойно стою, прижавшись щекой к Уми, и выгляжу по-настоящему счастливым.

— Мама, конечно, много снимала, но ты тоже не отставала.

— Ну, да. Вместе фотографироваться здорово, но есть моменты, которые видишь, только когда человек не знает, что его снимают. Твоё спящее лицо или когда ты чем-то увлечён… Это тоже ты, Маки. И всё это — прекрасно.

— Спасибо.

Глядя на фотографии, которые сделала Уми, я вдруг понял, что способен на такие эмоции.

Раньше я считал себя не совсем обычным. Из-за работы родителей мы постоянно переезжали, я то и дело менял школы, и каждый раз мне было сложно влиться в новый коллектив. Я думал, что так и буду жить — немного отстранённо, в каком-то искажённом ритме, не таком, как у всех.

Но все изменилось.

Потому что у меня появились друзья.

В этот момент я не смог больше сдерживать чувства, которые до того пытался подавить.

— Маки, держи платок, — мягко сказала Уми, протягивая мне голубой платок с узором из акул. — Хочешь, я помогу вытереть слёзы?

— Да нет, лицо у меня не такое уж заплаканное… Но спасибо, — ответил я, принимая платок и вытирая глаза. От ткани исходил легкий аромат Уми, и это было так знакомо, так успокаивающе. Её запах, её присутствие рядом — это снимало тревогу, утихомиривало бурю эмоций.

— Ещё раз с днём рождения, Маэхара Маки-кун. Позволь мне и дальше быть рядом с тобой, всегда, и смотреть, как ты растёшь.

— Если ты согласна терпеть такого, как я, то я только за, — ответил я, чувствуя, как тепло разливается в груди.

Слезы утихли, и сердце наполнилось уютным теплом. Мы даже не заметили, как придвинулись ближе, прижавшись друг к другу.

— Слушай, Уми.

— Давай. Иди сюда.

— Ага… Сегодня ты не дразнишься, да?

— Ну, сегодня же твой день рождения. Так что я разрешаю тебе быть максимально избалованным.

— Максимально — это насколько?

— Хе-хе, а вот угадай!

— Ага, вот и начались подколки.

— Ха-ха, прости-прости! Просто ты такой милый, не могу удержаться.

Я уткнулся лицом в её грудь, словно маленький ребёнок, ищущий утешения у матери, а Уми обняла меня, мягко поглаживая по голове. Это был наш секретный момент, который мы не показывали ни друзьям, ни родителям.

Уми и так всегда ко мне мягка, но в этот раз она позволяла мне быть совсем уж несдержанным, балуя меня ещё больше.

— Хочу, чтобы так было всегда. И завтрашнюю тренировку пропустить.

— Если ты правда так хочешь, я не против. Прогуляем тренировку и будем весь день валяться у тебя дома, лениться вместе.

— Звучит заманчиво. Знаешь, Уми, когда ты рядом, мне больше ничего не нужно. Только ты.

— Ого, сегодня ты прям жадный до меня. Но если ты говоришь, что хочешь быть только моим, я совсем не против.

Мы оба достаточно разумные, чтобы не сбегать из школы или не уезжать куда-то вдвоём, как в каком-нибудь фильме. Но здесь, в нашем маленьком мире, мы можем говорить всё, что угодно, — это наш секрет.

Мы делимся слабостями, опираемся друг на друга, и так мы заряжаемся энергией, чтобы двигаться дальше. Это наш стиль, стиль нашей пары.

— …Фух.

— Маки, уже всё?

— Если честно, я бы ещё немного побаловался. Но у нас же ещё десерт остался.

— Десерт… хм, звучит интригующе.

— Эй, почему ты сразу об этом подумала? Ну… я не то чтобы совсем не думал в этом направлении, но… всё-таки день рождения!

— Хе-хе, точно. Сегодня твой единственный в году день рождения. Так что, с чего начнем?

— Эм… — я замялся, а мои щёки снова вспыхнули.

Когда она так прямо спрашивает, я начинаю стесняться. Наверное, сегодня она готова выполнить почти любое моё желание, но всё же есть границы.

— Ну же, не стесняйся! Я сегодня стараюсь, так что давай, говори!

— Ладно, прости… Может, тогда… вместе в ванну?

— Ух… Хорошо, идёт. На горячих источниках мы не могли, но сегодня я даже спину тебе потру. А если захочешь… ну, и спереди тоже могу…

— Н-нет, это… я пас, спасибо!

— Ха, ты так долго думал! Ладно, будем действовать по ситуации.

— Д-да, так и сделаем…

Подарок Уми — альбом с фотографиями — уже переполнил меня эмоциями, но, похоже, празднование моего дня рождения ещё не закончилось. Главное — не увлечься слишком сильно, чтобы завтра не выглядеть как выжатый лимон.

На следующий день меня встретило палящее летнее солнце. Я, конечно, готовился к жаре, но, выйдя на школьный стадион, понял, что моя решимость тает быстрее, чем мороженое на солнце. Хотелось сбежать в тень школьного здания и спрятаться там.

— Уф, ну и пекло… Как все вообще в такой духоте тусуются? Ю-чин, дай за тобой спрятаться!

— Не думаю, что это сильно поможет. Верно, Уми?

— Да. Ю, может, отойдешь от меня? Когда ты так липнешь, становится еще жарче.

— Э-э, ну почему-у?

— Не «почему», а просто отстань.

— …Сама-то к Маки-куну липнешь.

— Маки — это другое.

Мы с Уми в разных классах, но на спортивном фестивале в одной синей команде, так что, кроме тренировок по своим дисциплинам, мы будем тусоваться вчетвером: я, Уми, Амами-сан и Нитта-сан.

Все надели синие повязки, готовясь к тренировкам и самому фестивалю в следующем месяце.

Я невольно взглянул на Уми. С синей повязкой на голове и серьёзным выражением лица в спортивной форме она выглядела потрясающе. Как и на классном матче, она собрала волосы в хвост, но, кажется, они стали чуть длиннее.

— Что? Что-то не так, Маки?

— Да нет, просто… заметил, что твои волосы немного отросли.

— Правда? Хе-хе, решила для разнообразия их немного отрастить. Не то чтобы совсем длинные, но… Тебе больше нравятся короткие?

— У меня нет особых предпочтений, но если выбирать… наверное, длинные.

— О, и почему же?

— Ну, твои волосы такие… красивые. Без всяких странных завитков, гладкие, блестящие.

С этими словами я невольно протянул руку и мягко коснулся её челки. В последнее время, когда мы оставались наедине, мы часто касались волос друг друга. Мне нравится трогать волосы Уми — они такие мягкие, шелковистые, с лёгким блеском. Может, рядом с Амами-сан и не так заметно, но каждая прядь у неё идеальна.

Конечно, возможно, я так думаю только потому, что она моя любимая девушка, но для меня в Уми нет ни единого изъяна — от макушки до кончиков пальцев. И тело, и душа — всё в ней прекрасно.

— М-Маки, э…

— Что?

— Ну, может, уже… отпустишь мои волосы?

— Ой… — я отдёрнул руку, внезапно осознав, что мы на школьном стадионе, а не дома.

Я так привык к нашим моментам наедине, что не задумываясь коснулся её волос, как делал это вчера, когда мы лежали в одной постели. И это прямо на глазах у Амами-сан и Нитты-сан, которые ни о чём таком не знали.

— Погодите… вы что, даже зная, что сегодня тренировка, всю ночь…

— Нет, ничего такого! Ну, да, я ночевала у Маки, и мы спали в одной кровати, и, может, чуть-чуть… но это же его день рождения, это особый случай!

— Уми, успокойся. Если продолжишь, то точно всё разболтаешь.

— Ох…

— Ха, какие вы… горячие.

— Ю, нет, это не так! Пожалуйста, не отдаляйся от меня из-за этого, ладно?

Но было поздно — наш секрет, что мы с Уми провели всю ночь вместе, раскрылся. Кажется, всё утро нас будут засыпать вопросами.

Хотя я ещё даже не начал тренироваться, пот уже стекал по шее.

Сегодня первый день тренировок, и основное внимание уделяется подготовке команде поддержки. Старшеклассники уже всё организовали, и каждому раздали листы с текстами песен — переделанными версиями популярных хитов для болельщиков.

— Мы сделали панели для конкурса поддержки, так что подойдите и заберите свои! На обратной стороне в правом верхнем углу есть номер, берите тот, что соответствует вашему школьному номеру.

— Тяжело, — пробормотала Нагиса-сан, помогая Ямашите-сан тащить большую картонную коробку с панелями.

Панели сделаны из плотного картона, и, хотя они не такие уж тяжёлые по отдельности, для целого класса это приличная нагрузка. Во время конкурса поддержки мы будем использовать эти панели, чтобы складывать узоры или слова в поддержку команды.

— У каждого номера свой цвет панели, так что не перепутайте с соседом, иначе всё зря. И на тренировках выкладывайтесь по полной, я буду следить.

Похоже, Нагиса-сан взяла на себя роль организатора тренировок нашей синей команды. Её суровый взгляд и без того пугающий, а уж когда она начинает командовать, даже старшеклассники чувствуют себя не в своей тарелке. Впрочем, это так похоже на неё — серьёзно относиться к делу и не давать спуску никому.

— Слушай, Араэ-сэмпай реально крутая, да?

— Ага! Прямо такая… неприступная и сильная, аж восхищает!

— Эй, первогодки, болтать будете на перерыве!

— Да, простите, сэмпай! — хором ответили они.

К моему удивлению, Нагиса-сан, похоже, пользуется скрытой популярностью среди младших девчонок. Для меня она всё ещё немного пугающая, но, видимо, для них её суровость выглядит скорее надёжно и круто.

Не знаю, кто это решил, но Нагиса-сан и правда идеально подходит для того, чтобы держать в узде толпу из старшеклассников и младших.

Я заметил, как Накамура-сан посмотрела в мою сторону и вроде бы подмигнула… или мне показалось?

В любом случае, раз Нагиса-сан так выкладывается, мне тоже нельзя расслабляться и ныть.

— Маки, давай сегодня отработаем на полную.

— Ага… Только, пожалуйста, во второй половине дня будь ко мне помягче.

— Хе-хе, посмотрим. Но травм точно не допущу, обещаю.

— Почему-то твои слова звучат так, будто всё остальное мне не простится…

Благодаря тому, что Уми стоит прямо за мной (спасибо расположению мест), я смогу продержаться на утренней тренировке без особого уныния. А после обеда у нас с ней запланирована тренировка по парному забегу, так что надо сохранить силы.

Кстати, Нагиса-сан, похоже, заметила наши перешёптывания, но ограничилась лишь лёгким цыканьем и не стала придираться. Надо будет впредь быть осторожнее, когда мы с Уми начнём дурачиться.

— Ладно, на сегодня с тренировкой поддержки покончено. До фестиваля ещё есть время, но к следующей тренировке все должны выучить песни наизусть.

Суровый тон «тренера-демона» Нагисы-сан ознаменовал конец утренней части, и мы отправились на обеденный перерыв.

Как я уже говорил Уми, после общей тренировки утром во второй половине дня нас ждут индивидуальные занятия по выбранным дисциплинам.

После поездки на море я почти не выходил из дома, так что тело явно отвыкло от нагрузок. Пора встряхнуться, но сперва — подкрепиться.

— Фух, жара невыносимая, да ещё и проголодалась… Ю-чин, пошли скорее в столовую или в школьный магазин. А вы, парочка, что будете? Опять вдвоём романтично обмениваться бэнто? Небось утром вместе готовили, да?

— Нина, ну хватит! Нет, в такую жару бэнто может испортиться, так что сегодня мама дала мне денег на обед. Правда, Маки?

— Ага. И почему-то на мою долю тоже.

Как мы и договаривались вчера, утром я проводил Уми домой и позавтракал в доме семьи Асанаги. Когда зашла речь об обеде, Сора-сан неожиданно вручила мне деньги и на мой обед тоже. Я пытался отказаться, но она сказала, что это «в благодарность за то, что Уми постоянно тусуется у нас по выходным». В итоге я взял только одну монету в пятьсот иен.

Уми потом объяснила, что после того, как её старший брат уехал, Сора-сан, похоже, скучает по тому, кого можно баловать. Я начинаю чувствовать себя почти частью семьи Асанаги… И, если честно, мысль о том, чтобы официально стать частью их семьи, не кажется такой уж далёкой. День, когда я буду называть Сору-сан и Дайчи-сана «тёщей» и «тестем», наверное, уже не за горами.

— Ну вы и правда идеальная парочка. Ладно, идём в столовую вчетвером?

— Ой, Нина-чи, прости, но я немного…

— Что такое, Ю-чин? А, это из-за работы над декорациями?

— Хе-хе, да. На самом деле, я начала работать над ними пару дней назад. Меня выбрали главным дизайнером синей команды.

— Дизайнером? То есть ты типа главная по этой части?

— Ага. Конечно, старшеклассники тоже помогают, но основную часть работы я взяла на себя.

Все знали, что Амами-сан отлично рисует — это подтвердилось ещё на культурном фестивале. По словам Уми (а она в курсе всех сплетен), Амами-сан в свободное время иногда рисует, и, похоже, её талант стал ещё заметнее.

— Это круто, конечно, но… Ю, тебя же не заставили, правда? Не потому же, что ты просто хорошо рисуешь, тебя припахали против воли?

— Хе-хе, Уми, ты такая заботливая. Не переживай, всё нормально. Я сама попросилась, и старшеклассники согласились. Нагиса-чан и Яма-чан выкладываются по полной, так что я тоже не хочу отставать. В этом году я полна энтузиазма!

С этими словами Амами-сан энергично сделала жест, будто показывая бицепс. Если это её собственное желание, нам не стоит вмешиваться. Остаётся только поддерживать её и болеть за неё.

— Ну что ж, Амами Ю отправляется на задание! Уми, увидимся после обеда!

— Ага, удачи, Ю!

— Хе-хе, спасибо. А потом жду от тебя много-много похвалы и обнимашек! — подмигнула Амами-сан и направилась к спортивному залу, где располагалась мастерская декораций.

До конца спортивного фестиваля будет больше таких моментов, когда кто-то из нас будет отлучаться по делам. Мне немного грустно, но это всего лишь до начала следующего месяца. К тому же у меня есть Уми, так что это не такая уж большая проблема.

Собравшись с мыслями, мы с Уми и Ниттой-сан направились в школьную столовую. Как и ожидалось, все думали примерно так же, и столовая была забита под завязку. Можно было бы взять что-то в школьном магазине — булочки или онигири, — но в такую жару хочется посидеть в помещении с кондиционером. В классах, кстати, кондиционеры выключены, раз там никого нет.

— Похоже, до конца перерыва мест не освободится. Староста, не знаешь какого-нибудь укромного местечка? Может, крыша или секретная комната для учителей? Где попрохладнее и не слишком сыро.

— К сожалению, ничего такого не знаю. Если сырость не проблема, то мест полно, но…

— Серьёзно, есть такие? Хотя нет, прятаться по углам как-то не хочется.

Во время таких мероприятий, как спортивный фестиваль, школьная территория заполнена активностями, так что выбор мест сильно ограничен.

Пока мы искали, где бы присесть перед тем, как сделать заказ, я заметил в углу столовой фигуру, машущую нам рукой.

— Сэмпай! Маэхара-сэмпай!

— Такизава-кун?

— Если ищете место, идите сюда! Я занял столик, — сказал он, приветливо улыбаясь.

Даже в шумной, переполненной столовой его голос звучал чётко, а харизма буквально притягивала взгляды. Он выглядел как всегда уверенно и свежо.

— Такизава-кун зовёт, пойдем?

— Судя по всему, других свободных мест нет, так что давай. Нина, ты чего в меня вцепилась?

— Ой, это… просто неожиданно, вот и спряталась. Но я тоже за, без вопросов.

— Ну раз так, то идём.

Поведение Нитты-сан показалось мне слегка странным. Но выбора не было — свободных мест в столовой больше не нашлось, так что мы направились к столику на четверых в углу.

— Давно не виделись. Кажется, со времени поездки на море. Спасибо за ту встречу.

— Да нет, это тебе спасибо. Слушай, точно не помешаем? Ты же не других членов ученического совета ждёшь?

— Было такое, но остальные, похоже, заняты. Так что не переживайте, садитесь.

На столе я заметил небольшую наклейку с надписью «Приоритет для ученического совета». Видимо, поэтому другие ученики обходили этот стол стороной.

Хорошие отношения с членами совета иногда приносят такие маленькие, но приятные бонусы.

— Спасибо. А чего Амами-сэмпай не с тобой?

— Амами-сан занимается декорациями, так что действует отдельно. А ты, кстати, не с Накамурой-сан?

— Ха-ха. Я звал её утром, но она только сказала: «Если получится, приду», — и всё.

— Ох, вот как…

Накамура-сан была с нами в одной команде на утренней тренировке, и ничего необычного в её поведении я не заметил. Она не жаловалась на дела, связанные со спортивным фестивалем, и не просила у Уми совета.

Похоже, с нами она ведёт себя как обычно, но с Такизавой-куном её поведение резко меняется.

— Такизава-кун, а что там дальше было?

— Давайте сначала закажем еду. Это приоритетный стол, но злоупотреблять этим тоже не стоит.

Мы с Такизавой-куном отправились за талонами на обед для четверых, оставив Уми и Нитту-сан держать стол. Вокруг было шумно, все погружены в свои разговоры, так что, если не орать, подслушать нас было бы сложно.

— Маэхара-сэмпай.

— Да?

— Я признался Мио-сэмпай.

— Серьёзно? Когда?

— После того, как мы вернулись с виллы. Когда расходились от дома Нитори-сэмпай, мы шли и болтали о фейерверках, испытании смелости и о всём, что было за те два дня… И я, ну, решился и сказал.

Похоже, Такизава-кун последовал нашим советам и сделал шаг вперёд. Это уже прогресс.

— И… каков результат?

— Ну… Я признался, но она тут же сбежала.

— Сбежала? Без ответа?

— Ага. Покраснела, как помидор, и умчалась, как спринтер. С тех пор… ну, на работе или когда рядом другие члены совета, она общается нормально, но наедине — тишина.

— Хм, звучит не так уж плохо. Реакция вроде положительная.

В любом случае, Такизава-кун набрался смелости и сделал первый шаг. Теперь дело за Накамурой-сан — ей решать, что дальше.

Её реакция — покраснеть и сбежать от смущения — вполне в духе той милой стороны, которую она показала на испытании смелости. Несмотря на свою лёгкую отстранённость и загадочность, у неё явно есть и такая, более мягкая сторона.

— Хорошо, ситуация ясна. Думаю, Уми и остальные попробуют ненавязчиво разузнать, что у неё на уме. А ты пока сосредоточься на делах ученического совета.

— Извините, сэмпай, за все хлопоты.

— Да ладно, раз уж взялись, доведём дело до конца.

Такизава-кун говорил так вежливо и вёл себя настолько почтительно, что со стороны, наверное, казалось, будто я важничаю, разыгрывая из себя крутого сэмпая.

Рост, спортивные навыки, внешность, коммуникабельность и популярность — он превосходит меня во всём, кроме возраста. Видеть, как он чуть ли не кланяется мне, наверняка шокировало бы некоторых.

До меня доносились обрывки шепотков от учеников других классов и годов, но я уже привык. Главное — прислушиваться к тем, кто действительно мне важен, а на сплетни можно не обращать внимания.

— Такизава-кун, ты что берёшь? Дневной ланч А или Б?

— Хм, после обеда нас ждёт тренировка, так что, наверное, что-то посытнее… — он вдруг замолчал и резко обернулся, будто что-то услышал.

Его приветливое выражение сменилось настороженным, он внимательно оглядывал толпу.

— Такизава-кун, что случилось?

— А? Нет, ничего… показалось, что кто-то позвал. Сэмпай, вы ничего не слышали?

— Нет, ничего, — я покачал головой и прислушался.

Ничего необычного — просто гул толпы, обычные разговоры. В основном обсуждали Амами-сан, Такизаву-куна и «какого-то невзрачного парня рядом с популярными личностями». Я привык к подобным перешёптываниям и не стал отвлекаться.

— Похоже, это была моя ошибка. Тогда забудьте. Вернёмся к ланчу. Я, пожалуй, возьму Б — напоритан и омухаяши[2].

[2]: Омухаяши — это вариация японского блюда омурайсу (омлет с рисом) с добавлением соуса хаяши. 

— Отличный выбор. Я, пожалуй, тоже его возьму.

Мы собрали заказ для всей компании, пробираясь через шумную толпу в столовой обратно к столу, где ждали Уми и Нитта-сан.

— Ничего подозрительного, вроде, — пробормотал я себе под нос, ещё раз прислушавшись к окружающим разговорам. Похоже, тема обсуждений уже сменилась, и про нас с Такизавой-куном никто не говорил. Что бы он там ни услышал, надеюсь, на этом всё и закончится.

После обеда мы вернулись на стадион, где начались тренировки по отдельным дисциплинам. Я надеялся, что смогу практиковаться с Уми весь день, но для начала нам нужно было официально зарегистрироваться как пара для смешанного парного забега. Я думал, что мы с ней будем единственными, кто с энтузиазмом вызовется на эту дисциплину, и всё пройдет гладко… Но тут появился сюрприз.

— О, Такизава-кун тоже в парном забеге?

— Да. Изначально я планировал только эстафету из-за дел в ученическом совете, но из-за нехватки людей пришлось взять ещё одну дисциплину.

Оказалось, в классе Такизавы-куна меньше парней, чем в других, так что ему пришлось участвовать. Его присутствие в команде — это, конечно, плюс, но настоящим сюрпризом стала его напарница.

— …Хмф.

— Накамура-сан, ты чего там одна? Иди к нам!

— Асанаги-чан… Нет, я, наверное…

В парном забеге, где каждый класс обязан выставить как минимум две пары, второй участницей от нашего 11-го класса, помимо меня и Уми, оказалась Накамура-сан.

Она стояла чуть поодаль от нашей троицы — меня, Уми и Такизавы-куна — и внимательно разглядывала нас. Если ей хочется поболтать, могла бы подойти, как обычно, но, похоже, она не могла отвести глаз от своего младшего товарища.

— Ну что за нерешительность. Накамура-сан, давай сюда!

— Ой, Асанаги-чан, подожди… — начала было Накамура-сан, но Уми, не слушая, решительно схватила её за руку и втянула в наш круг.

В этот момент я заметил, как взгляды Накамуры-сан и Такизавы-куна пересеклись.

— Э… Привет, Мио-сэмпай.

— Содзи… А, да, привет.

Ну и неловкая же атмосфера между ними! После признания Такизавы-куна, конечно, неудивительно, что им немного не по себе, но такой уровень неуклюжести даже мы с Уми не демонстрировали в своё время.

Глядя на них, я вдруг понял, почему Уми так хочется вмешаться. Их поведение вызывало почти непреодолимое желание помочь.

— Эй, Содзи, ты тут прохлаждаешься, а как же работа? Моччи из бухгалтерии жаловалась, что ей одной не справиться!

— Ох, я потом извинюсь перед Мочизуки-сан. А ты, Мио-сэмпай, сама-то от чего убегаешь?

— Ух… — Накамура-сан невольно застонала, явно задетая его словами. — Это ты… Ты же так внезапно всё это выпалил!

— Выпалил? Что выпалил? Разве я что-то сказал, сэмпай?

— Ах ты… Как ты смеешь так дерзко отвечать президенту ученического совета?!

Пока третьегодка объяснял план тренировок, президент и вице-президент ученического совета, которые должны быть примером для всех, увлечённо перешёптывались, игнорируя всё вокруг.

Со стороны могло показаться, что они ссорятся, но мы с Уми знали: это больше похоже на игривую перепалку, почти как лёгкие укусы влюбленных.

Почему же они до сих пор колеблются начать отношения?

— Итак, сейчас будем формировать пары. Если у кого-то уже есть предпочтения…

— Мы! — мы с Уми в унисон подняли руки. — Хотим в смешанную пару!

Заявлять о желании участвовать в смешанном забеге — это почти как открыто объявить, что мы пара, и я почувствовал лёгкое смущение. Но ради того, чтобы точно быть с Уми, это того стоило.

Наше рвение вызвало смешки среди других участников, но это неожиданно разрядило атмосферу, сделав её более непринуждённой.

— Понял. Если других желающих нет, то в смешанном парном забеге от вашей команды выступят Маэхара и Асанаги…

— Простите, погодите!

С идеальной осанкой, уверенно подняв руку, стоял Такизава-кун.

— А? Содзи, ты что задумал?!

— Это первый крупный школьный фестиваль с момента формирования нового состава ученического совета. Думаю, нам, как представителям совета, стоит задать тон и поднять настроение. Так что, сэмпай, давайте побежим вместе!

— Ч-что?! — Накамура-сан покраснела, явно не ожидая такого поворота.

Едва мы с Уми решили, что парный забег наш, как это неожиданное «погодите» привлекло всеобщее внимание. Взгляды окружающих устремились к нам четверым.

— Что это за ситуация?

— Не похоже на драму… Но что происходит?

— Они вроде близко общаются, может, президент и вице-президент правда пара?

Такизава-кун выглядел уверенно, тогда как Накамура-сан, стоя позади него, краснела и нервно теребила пальцы. Эта сцена была идеальной мишенью для сплетен.

— Уми, Маки-кун!

— Ю!

— Амами-сан, ты же на тренировке по эстафете?

— Хе-хе, там стало шумно, вот я и заглянула. Что-то с выбором пар натворили?

— Ага. Мы с Уми хотели бежать в смешанной паре, но Такизава-кун тоже вызвался с Накамурой-сан.

— Ох, точно. В смешанной категории только одна пара от команды, да?

В идеале все должны были бы участвовать с теми, с кем им комфортно, но правила есть правила. Нужно как-то договориться, чтобы все остались довольны.

— Уми, что думаешь?

— Зная ситуацию, я бы с радостью уступила им. Но… я уже попросила маму прийти и сфотографировать нас с тобой в парном забеге. Она так воодушевилась, сразу согласилась.

— Вот это скорость. Но я с тобой согласен.

Как бы мы ни хотели помочь младшим, у нас с Уми тоже есть свои желания.

Может, по физическим данным мы и уступаем Такизаве-куну, но по мотивации и слаженности нашей паре нет равных.

— Такизава-кун.

— Да?

— Просто уточню: ты не собираешься отступать, верно?

— Простите, что вмешиваюсь. Но да, я не отступлю. У меня ещё будет спортивный фестиваль через два года, но для Мио-сэмпай это последний шанс. Я хочу бежать с ней.

Спортивный фестиваль проводится раз в два года, так что для меня, как и для Такизавы-куна, это единственный шанс побежать с любимым человеком.

Мы с Уми упрямые, но, похоже, Такизава-кун тоже настроен решительно.

Обычно такие вопросы решаются обсуждением, но если договориться не выходит…

— Может, решим на «камень-ножницы-бумага»?

— …Давай.

Похоже, так и придется.

— Камень-ножницы-бумага? Маки-кун, ты серьёзно хочешь решить это случайностью? Я думала, вы устроите что-то вроде: «Пусть победит тот, чья любовь сильнее!»

— Любовь? То есть чисто соревнование? Ну, Ю, ты права, так было бы понятнее, кто круче, и без обид. Мы с Маки, конечно, выложились бы, но вот кое-кто, похоже, специально бы поддался. Правда, Накамура-сан?

— Ух… О чём ты вообще? Фью-фью…

— Мио-сэмпай, вы всегда так плохо свистели?

Честное соревнование было бы идеальным вариантом, но, судя по комично-панической реакции Накамуры-сан, она явно подыграла бы нам, чтобы не ставить себя в неловкое положение.

Камень-ножницы-бумага, конечно, тоже включает в себя элемент тактики, но в целом это честный и равный способ для всех.

— Мио-сэмпай, если я выиграю, вы побежите со мной, да?

— Ух, ладно, ладно! Если тебе так нравятся мои тощие прелести, я уж прижмусь к тебе во время забега!

— Это что, парный забег теперь такой… пикантный?

В итоге мы договорились. Сообщив организатору, что нам нужно время, наша четвёрка — я, Уми, Такизава-кун и Накамура-сан — отошла в угол стадиона. Амами-сан, хоть и не была участником спора, увязалась за нами из любопытства.

— Серьёзно, примешивать личные дела в спортивный фестиваль… Я ещё с испытания смелости подозревала, но вы правда так хотите нас с Содзи свести? Даже подстроили ту дешёвую сцену, чтобы разжечь мою ревность!

— А, значит, ты раскусила.

— Ещё бы! Тогда я немного потеряла голову и пару дней ходила сама не своя, но всё же.

Мы с Уми не просто так вмешивались — у нас не было цели просто повеселиться за их счёт. У Накамуры-сан явно были свои причины избегать признания и тянуть с ответом, даже если оно состоялось.

— Может, не место и не время, но… Накамура-сан.

— Да?

— Как ты относишься к Такизаве-куну? В смысле, как к парню. Ты правда его замечаешь?

— Прямо в лоб, да? Ладно, ладно, сдаюсь. Я… я его люблю. Как парня, как человека. Доволен, Содзи?

— Сэмпай… Спасибо. Правда, спасибо.

Это был первый раз, когда Накамура-сан открыто призналась в своих чувствах перед Такизавой-куном.

Похоже, она наконец решилась быть честной.

— Ч-чего вы все на меня так уставились?! Ну и что? У нас общие интересы, и он не боится быть прямолинейным, несмотря на мой… скажем так, непростой характер. Просто… он как-то внезапно стал таким красавчиком, я растерялась и начала его избегать.

— Вот оно как. Но если ты так сильно его любишь, почему не призналась сама? После выпуска из средней школы вы же не скоро увидитесь.

— Потому что… Если бы я призналась и получила отказ… Было слишком страшно…

— …

«Как же это… муторно», — невольно подумал я, глядя на Накамуру-сан. Надеюсь, это не слишком грубо с моей стороны.

— Ну и что? Тогда я правда так думала, вот и всё!

Я невольно восхитился Такизавой-куном — надо же, так упорно добиваться Накамуры-сан, несмотря на её невероятную нерешительность в любви.

— Ну всё, я не совсем поняла, что тут произошло, но дело закрыто, да? Тогда давай, поехали! Сначала камень-ножницы-бумага! Маки-кун и Такизава-кун, вы представители своих, да?

— Ю, ты прям в ударе. Ладно, я доверяю всё Маки. Давай, Маки, не подведи!

— И я тоже. Содзи, если хочешь быть со мной в паре, докажи это в бою!

Подбадриваемые нашими любимыми девушками, мы с Такизавой-куном встали друг напротив друга. Это всего лишь камень-ножницы-бумага, но, как говорится, атмосфера решает всё.

— Поехали, Такизава-кун.

— Я готов, Маэхара-сэмпай.

— Камень-ножницы-бумага! — хором выкрикнули мы.

После неожиданно напряжённого возгласа исход стал ясен в один момент.

Я показал бумагу.

Такизава-кун — камень.

Моя победа.

— Да! — я рефлекторно сжал кулак в победном жесте.

— Ура! Маки, ты молодец!

— Спасибо, Уми. Обещание выполнено.

— Хе-хе, я была уверена, что ты выиграешь. В такие моменты у тебя всегда всё получается.

— Правда? Ну, главное, что всё сложилось, — ответил я, чувствуя, как её теплое тело прижимается к моей спине. Это, честно говоря, радовало не меньше победы.

— Ух… Мио-сэмпай, простите, я проиграл.

— Ха-ха, продул, да? Ты всегда был немного невезучим, но это так похоже на тебя, Содзи. Честно, даже как-то успокоило.

Несмотря на поражение, пара из ученического совета не выглядела особо расстроенной.

Они не смогут бежать вместе в парном забеге, но их чувства наконец-то нашли отклик друг в друге. Для них победа или поражение уже не имели значения.

Мы с Уми отвоевали право тренироваться вместе и… ну, ладно, немного поворковать во время подготовки. А еще помогли Такизаве-куну и Накамуре-сан разобраться в своих отношениях. Идеальный исход, и мы с облегчением выдохнули.

— Как же вам всем повезло… Я тоже… я…

— Ю, что случилось?

— А? Ой, нет, ничего! Эхе-хе, просто, если я буду слишком долго отлынивать, меня отругают. Пора возвращаться к тренировке по эстафете. Уми, Маки-кун, удачи на тренировках!

— Ага. Амами-сан, ты тоже будь осторожнее, не травмируйся.

— Спасибо, Маки-кун! Увидимся позже! — Амами-сан помахала нам с яркой улыбкой и побежала обратно на тренировку по эстафете.

На мгновение мне показалось, что в её глазах мелькнула тень грусти, и это немного обеспокоило. Но сейчас не время об этом думать — впереди тренировка.

— Маки, мы с таким трудом отвоевали это право, так что давай выкладываться по полной!

— Ага, это как минимум наш долг перед ними. И как будем тренироваться? Повторения, конечно, важны, но…

Скорость и время в парном забеге — это одно, но ключ к успеху — это слаженность. Важно не допускать ошибок и пройти трассу без сбоев. Учитывая, что мои спортивные способности немного подкачали, чтобы передать эстафету следующим бегунам в лидерах, нам с Уми нужно идеально синхронизироваться.

— Хм, со скоростью разберемся на наших «спецтренировках».

— Разберёмся, значит. А что ещё?

— Самое главное — это научиться дышать в унисон. Может, попробуем жить в стиле парного забега? Например, привязывать ноги даже во время прогулок или дома, чтобы привыкнуть к движениям друг друга. Так мы невольно начнем лучше понимать друг друга в повседневной жизни…

— Вето!

— Эй, почему-у?

— Потому что это как из манги! Серьёзно, что за идея?

— Ну и что, прикольная же! Тогда мы точно пойдём в ванну вместе.

— …

— Ого, вот тут ты и задумался. Маки, какой ты пошлый!

— Я не задумался!

Но я понял, что она имела в виду. Нам действительно нужно лучше узнать друг друга — как Уми бегает, есть ли у неё привычки в ритме, как она дышит. И, конечно, мне нужно дать ей понять мои особенности. Разумеется, речь только о спортивных движениях, а не о… чем-то другом.

— Ладно, сегодня первый день, так что давай для начала побегаем по стадиону. До общего сбора чуть больше часа, этого хватит, чтобы понять, над чем работать.

— Погоди, Уми, ты же не хочешь сказать, что мы будем бегать целый час?

— Ну, бегать будем. Но не волнуйся, на первый день просто лёгкий бег, так что расслабься.

— Это совсем не успокаивает…

Я иногда бегаю с Уми по утрам для поддержания формы, но её «легкий бег» для меня — это уже 70-80% от моих сил. В такие моменты Уми превращается в настоящего «тренера-демона» с улыбкой, которая скрывает суровые испытания. Но, надо признать, после всех этих трудов она всегда щедро «награждает» меня, так что я стараюсь изо всех сил.

Прошло две недели с начала тренировок. После трёхдневных выходных во время Обона, в конце августа подготовка к спортивному фестивалю вышла на финишную прямую. На стадионе рабочие устанавливали трибуны для болельщиков, а рядом оргкомитет из учеников трудился над созданием входных ворот. Также начали привозить тенты для родителей и почетных гостей.

— Поехали, Маки!

— Ага. Амами-сан, засекай время!

— Окей! Давайте, ребята, скажите, когда будете готовы!

Мы с Уми продолжали тренироваться для парного забега. Привязывать ноги вне школы, конечно, не вариант, так что мы выкраивали время для ранних утренних или вечерних тренировок после уроков.

— Раз-два! — хором выкрикнули мы, синхронно делая первый шаг и устремляясь вперёд.

Благодаря нашим тренировкам ритм у нас с Уми почти идеальный. Теперь главное — сохранить этот темп на полной скорости до конца забега.

— Раз-два, раз-два! — мы бежали по пустой утренней трассе, словно она была только нашей.

— Давайте, ребята, вы почти у цели!

— Маки, ты замедляешься! Ещё немного, давай!

— Знаю… стараюсь…

Трасса для забега — около 130 метров в длину, но для такого неспортивного человека, как я, пробежать её на полной скорости — настоящий подвиг. Тем не менее, благодаря Уми, которая буквально тянула меня за собой, мы промчались мимо Амами-сан, державшей секундомер у финишной черты.

— Ха… ха… Ю, как время?

— Посмотрим… О, улучшили! На 0,1 секунды!

Для одного бегуна это было бы достижением, но в парном забеге этого недостаточно. Как и в прошлый раз, под конец трассы я выдохся, из-за чего Уми не смогла выложиться на полную. Поднять мою скорость уже вряд ли получится, так что остаётся надеяться на выносливость и упорство.

Уми быстро восстановила дыхание, а я всё ещё пыхтел, опираясь на колени. Я всегда знал, что у меня не лучшая физическая форма, но такая разница в выносливости заставляла чувствовать себя виноватым.

— Эй, Маки, не делай такое лицо. У нас ещё есть время. Ещё немного усилий, и всё получится, правда.

— Спасибо, Уми.

Жалеть поздно, так что до самого фестиваля я буду выкладываться по максимуму. К счастью, рядом с Уми моя мотивация на высоте — не хочу выглядеть слабаком перед любимой девушкой.

— Вы двое, скоро начнётся классный час, пора в класс. Я помогу, чем смогу, так что, если что, зовите!

— Прости, Ю. У тебя же куча дел с тренировками болельщиков и декорациями.

Амами-сан, как член нашей синей команды, с энтузиазмом помогала нам с тренировками, но у неё и без того полно задач. Нельзя слишком на неё полагаться — мне нужно стараться самому, чтобы не подвести остальных.

— О, Ю-сэмпай, доброе утро!

— Привет, Ю-сэмпай!

— Доброе утро! Сегодня опять жарко, так что не забывайте пить воду!

По пути в класс Амами-сан то и дело здоровалась с младшими, называвшими её «Ю-сэмпай».

Даже среди двух сотен участников нашей команды её харизма выделялась. Будь то работа над декорациями, тренировки болельщиков или индивидуальные забеги, вокруг Амами-сан всегда собиралась толпа — старшеклассники, младшеклассники, парни и девушки.

Если прошлогодний культурный фестиваль был скорее локальным событием, то спортивный фестиваль, где все классы и годы активно взаимодействуют, полностью раскрывает её харизму.

Даже если она старается быть скромнее, взгляды окружающих неизбежно притягиваются к ней, как к солнцу.

Для Амами-сан это, наверное, привычное дело, и мне не стоит особо беспокоиться, но всё же…

— Что такое, Маки-кун? На моём лице что-то есть?

— А, да, на щеке немного белой краски…

— Серьёзно? Я же старалась быть аккуратной… Уми, помоги, убери, пожалуйста!

— Вот, держи.

— Хе-хе, спасибо! Уми, я тебя обожаю!

— Да знаю я, знаю, только не прижимайся так!

— Му-у, какая ты вредная!

Похоже, Амами-сан справляется и даже получает удовольствие от всей этой суеты, так что мне пока не нужно вмешиваться. Видеть, как Уми и Амами-сан весело смеются вместе, для меня достаточно. Если они счастливы, то и я доволен.

Но вот чего я не могу игнорировать — это слухи вокруг.

— Эй, смотри, тот парень, который часто тусуется с Ю-сэмпай, они что, близкие?

— Не знаю. Но говорят, у него есть девушка. Вон та, Асанаги-сэмпай, что всегда с Ю-сэмпай. Смотри, они и сейчас вместе.

— Серьёзно? Две красотки сразу? А он-то, с такой внешностью…

— Тш-ш, потише, услышат же!

— Ха-ха, да ладно!

Они думают, что говорят тихо, но недооценивают мои способности. Бывший одиночка, привыкший сидеть в углу класса и подслушивать чужие разговоры, всё ещё сохранил свои «адские уши». И, похоже, Уми и Амами-сан тоже всё слышат.

— Слышали, да?

— Ага, пара первогодок из нашей синей команды. Лица я уже запомнила.

— Ха-ха, они же без злого умысла.

— В том-то и проблема. Если бы они специально, было бы ещё хуже, но всё равно…

Для них это просто сплетни, но нам, конечно, не слишком приятно быть их объектом.

— И всё-таки, почему все так плохо отзываются о Маки-куне? Он серьёзный, трудяга, заботится о своей девушке, да и учится хорошо. Правда, Уми?

— Вот именно. Раз мы с Ю рядом, могли бы и сообразить, что к чему.

— Ну, люди часто судят по внешности или каким-то ярлыкам. Это неизбежно.

Мне, в общем-то, всё равно, что думают посторонние, но для Уми и Амами-сан, которые ценят меня, это, похоже, немного обидно.

Именно поэтому я хочу на этом спортивном фестивале доказать, что их мнение обо мне — просто слова.

Пусть я не блещу харизмой и не отличаюсь сногсшибательной внешностью, я уверен, что у меня есть, что показать.

Пока мы втроём шёпотом жаловались на сплетни, незаметно дошли до своих классов. Не самый похвальный способ проводить время, но такие разговоры так затягивают, что забываешь о времени.

— Ладно, я пошла в свой класс. Маки, во второй половине дня будем выкладываться ещё больше!

— Ух… Постараюсь.

— Ого, какие вы заряженные. Тогда и мне надо поднажать, чтобы не отставать!

— Ю, тебе уже некуда больше стараться. Главное, не переусердствуй, чтобы не травмироваться на фестивале.

— Эй, я ещё горы могу свернуть! — запротестовала Амами-сан, но её энтузиазм вызывал только улыбку.

Амами-сан и без того выдавала невероятные результаты на тренировках командной эстафеты, обгоняя даже парней, и в других дисциплинах была настоящим козырем команды. Она — икона синей команды, звезда на поле и при этом ещё успевает работать над декорациями. Её потенциал не удивляет, но я полностью разделяю мнение Уми: Амами-сан нужно беречь силы, чтобы блистать на самом фестивале.

Мы с Уми попрощались, и я с Амами-сан направился в свой класс. Благодаря тому, что утреннюю тренировку закончили чуть раньше, в классе было почти пусто. Только Ямашита-сан из команды по реквизиту и, что удивительно, Араэ-сан, наш классный представитель, уже были на месте — похоже, дела, связанные с фестивалем, подходят к кульминации.

— Э…

— Ой! — я вздрогнул, почувствовав, как кто-то схватил меня за край спортивной формы.

Обернувшись, я увидел Амами-сан, которая тут же отпустила мою одежду. Её щёки слегка покраснели, и она смотрела в пол, что-то бормоча.

— Что такое, Амами-сан? — спросил я, удивленный её непривычным поведением.

— Ой, прости, я нечаянно… Просто забыла сказать… Спасибо.

— За что?

— Ну, за то, что заметил краску на моей щеке.

— А, это… Да ладно, не стоит благодарности.

Честно говоря, мне кажется, что такая мелочь даже идёт Амами-сан. Если бы это был я, выглядело бы неуклюже, но на ней это смотрится мило.

— Нет, правда, мама всегда говорит, что в таких случаях нужно благодарить. Так что спасибо, Маки-кун, что заметил.

— А, ну… тогда пожалуйста. Так нормально?

— Угу! — кивнула она, одарив меня своей ослепительной улыбкой.

Её улыбка, подсвеченная утренним солнцем, льющимся из окна, была почти слишком яркой для меня, словно само солнце решило улыбнуться.

— Ладно, я пошла в класс. Прости, Маки-кун, что остановила тебя так внезапно.

— Да ничего страшного. И, как говорила Уми, не переусердствуй, ладно?

— Ха-ха, всё нормально! Прямо как будто у меня две Уми теперь!

Смеясь, Амами-сан направилась к Ямашите-сан и Араэ-сан, которые уже о чём-то болтали.

— Яма-чан, Наги-чан, доброе утро!

— Амами-сан, доброе! Смотри, вот оно, готово!

— Что, серьёзно? Это что…

— Та-дам! Это для конкурса поддержки, кастомные школьные формы! Мы с Араэ-сан сделали их длиннее, добавили рюши на рукава и нашили на левое плечо эмблемы.

— Покажи, покажи! Ой, какой тут милый щеночек!

— Это твой, Амами-сан. А у Араэ-сан — тигр. Нам вчера выдали две формы от капитана болельщиков, но они были какие-то скучные, так что я их немного… переделала.

— Никто не называет такое «немного»! И почему ты вообще решила переделать мою форму?!

Я невольно улыбнулся, глядя на их оживленную беседу, но решил не подслушивать дальше — подглядывать за женскими разговорами как-то не по мне. Амами-сан вела себя как обычно, и это главное. Если она в порядке, мне не о чем беспокоиться.

Тренировки подходили к финальной стадии, и утренняя репетиция болельщиков становилась всё более напряженной. Все сосредоточенно слушали указания капитана команды.

— Первогодки, громче! Так вас никто не услышит!

— Поздно поднимаете панели! Один промах — и весь вид портится. Учите партитуру так, будто сдаете экзамен!

Среди болельщиков, выкрикивающих лозунги с полной отдачей, выделялась Араэ-сан. Её длинные светлые волосы развевались, пока она танцевала с невероятной энергией.

— Она двигается наравне с другими, а то и лучше… Прямо выкладывается на полную.

— Эта девчонка обычно выглядит так, будто ей всё лень, а в такие моменты становится серьёзной. Но это не значит, что я её зауважала, или что-то в этом роде.

Мы с Уми знали, что Араэ-сан спортивная, но то, как она освоила сложную хореографию, от которой даже старшеклассники допускали ошибки, впечатляло. Её движения были такими же четкими, как у Амами-сан, но благодаря более высокому росту выглядели ещё динамичнее.

— Ох, Нагиса-сэмпай, как круто!

— Сэмпай, посмотрите на нас, пожалуйста!

— Эй, первогодки, потише там!

— Простите, сэмпай! — хором ответили они.

Выступление Араэ-сан, не уступающее парням, вызывало восторженные крики, особенно среди младших девочек.

Она, похоже, не в восторге от такого внимания, но, вспоминая её среднюю школу, неудивительно, что у неё есть скрытые фанаты.

Если даже Араэ-сан так выкладывается, обливаясь потом, мне тоже нельзя отставать.

После утренней репетиции болельщиков, которая уже напоминала настоящее выступление, настало время для финальных тренировок по дисциплинам. Пришла пора показать всем плоды наших с Уми усилий.

— Маки, давай победим.

— Ага. Что бы ни случилось, выложимся по полной.

Большинство пар из других команд состояли из спортсменов, а мы с Уми, как представители клуба «домоседов», были тёмной лошадкой.

Лично мне это только на руку — меньше давления.

— На старт, внимание… — раздался сигнал стартового пистолета, эхом разнёсшийся по стадиону.

Первыми стартовали пары первогодок. Наш школьный парный забег проходил в формате эстафеты: первогодки, второгодки, смешанные пары (двое или трое), третьегодки и, наконец, анкор. Мы с Уми были где-то в середине, но это важная позиция, чтобы удержать лидерство или сократить отставание.

Пары первогодок, хоть и теряли равновесие, уверенно финишировали, передав голубую ленту второгодкам. Наша команда была на третьем месте, но отставание небольшое. Ещё есть шанс вырваться вперед.

— Уми, пора.

— Погнали, Маки!

Мы крепко сжали руки друг друга и встали на позицию. С трибун синей команды, где сидела Амами-сан, донеслись громкие крики поддержки.

— Маки-кун, Уми, давайте, жгите!

— Эй, парочка голубков, если свалитесь на бегу, я вам не прощу!

Среди гула голосов болельщиков мы отчетливо слышали Амами-сан и Нитту-сан.

Что до Нозому из красной команды — он не кричал, но явно следил за нами, наверняка переживая.

— Маэхара-сэмпай, Асанаги-сэмпай, в бой! Даже если вы отстанете, я на анкоре всё исправлю.

— И я тоже, как президент совета. Вы же знаете, у меня талант в беге.

— Очень убедительно.

Такизава-кун, несмотря на то, что являлся первогодкой, был анкором, а Накамура-сан участвовала в тройном забеге сразу после нас. С такими союзниками мы чувствовали себя увереннее.

Первая и вторая команды почти одновременно получили ленту, а наша синяя команда слегка отстала.

— Простите, немного задержались!

— Ничего. Уми, лента!

— Принято! Ну что, догоним их?

Мы одновременно глубоко вдохнули и рванули вперёд в идеальной синхронизации. Многонедельные тренировки сделали своё дело — нам даже не нужны были команды, чтобы держать ритм. Если говорить о командной работе, то мы, «парочка влюблённых», точно лучшие.

— Ха… ха… — мы с Уми синхронно дышали, пробежав половину круга по стадиону.

Разрыв с лидерами заметно сократился. Шаг, ещё шаг, третий — мы с Уми неслись вперёд, и, похоже, пара на втором месте, услышав наши шаги, на мгновение оглянулась.

— Маки, они…

— Все нормально.

В этот момент я решил слегка изменить траекторию, сделав небольшой крюк на повороте. Вторая пара отвлеклась на нас, потеряла ритм и сильно сбилась с шага. До падения дело не дошло, но нам этого хватило.

— Уми! Маки-кун!

— О, обогнали! Молодцы!

На максимальной скорости мы с Уми элегантно обошли пару, вырвавшись на второе место. Догнать лидеров за оставшееся расстояние было почти невозможно, но мы сделали всё, что могли, и теперь дело за остальными.

— Маэхара-ши, Асанаги-чан!

— Держи, президент!

— Накамура-сан, дальше дело за тобой.

— Принято!

Мы с Уми завершили свой этап, выполнив всё почти безупречно. Я сумел угнаться за скоростью Уми, и, хотя времени мы не засекали, это точно был наш лучший забег.

— Второе место. Для тренировки вполне неплохо.

— Ты как всегда строга. А по мне, так это был наш лучший результат.

— Хе-хе, да, ты прав, — она наклонилась ко мне и шепнула на ухо: — Маки, ты был на высоте. Просто невероятный.

Её слова, сказанные только для меня, наполнили меня радостью больше, чем любой результат. Тренировки окупились, любимая девушка похвалила — в этот момент я даже забыл про место в гонке, переполненный чувством счастья и удовлетворения.

Благодаря усилиям Накамуры-сан, Такизавы-куна и остальных наша синяя команда удержала второе место до конца эстафеты. Мы уступили лидерам совсем немного, и при удачном раскладе на самом фестивале у нас есть все шансы побороться за первое место. Анкор Такизава-кун и пара третьегодок показали потрясающий бег, что только укрепило нашу уверенность.

Вернувшись на трибуны после тренировочного забега, мы были встречены громкими аплодисментами, особенно от старшеклассников. Судя по всему, никто не ожидал от нас такого результата, так что наша команда стала приятным сюрпризом.

— Уми, с возвращением! Вы были просто супер!

— Ой, Ю, полегче! Ты как всегда без тормозов!

— Амами-сан, мы вернулись.

— Маки-кун, с возвращением! Результат тренировок налицо, молодцы!

— Староста, вы дали жару. Честно, я даже пересмотрела своё мнение о тебе.

— Спасибо. Иногда и мне надо показывать, на что я способен.

Пока Амами-сан и остальные поздравляли нас, я невольно прислушался к голосам вокруг.

— Для парного забега состав не особо впечатляющий, но они неожиданно круто выступили.

— Ага, начало было так себе, но смешанная пара в середине всё перевернула.

— Точно. Второгодки… не знаю их имён, но бежали так, будто один человек.

Моё имя, похоже, пока не запомнили, но лицо, кажется, — да. И, в отличие от прошлых сплетен, в этих не было ничего неприятного. Для меня это стало главным достижением дня.

— Фух, сегодня я вымотался как никогда… — выдохнул я, когда все тренировки закончились.

До старшей школы я почти не участвовал в соревнованиях или поддержке, сохраняя силы и оставаясь в сторонке. Так что даже тренировочный день выжал из меня все соки.

— Маки, ты молодец, сегодня отлично постарался.

— Ага, я правда выложился… А… как насчёт награды?

— Награды? Ты серьёзно? — Уми прищурилась с лукавой улыбкой.

— Ну, не то чтобы награда… Просто я хочу, чтобы ты меня побаловала.

До фестиваля осталось несколько дней, и мне нужно держать мотивацию на высоте. А если честно, я просто хотел лишний раз поворковать с Уми.

— Ну и ну, мой парень, как всегда, безнадёжен. Завтра опять ранняя тренировка, так что могу предложить массаж уставших мышц. Но…

— Правда?

— Да, но только если ты тоже сделаешь мне массаж.

— С душой и полной отдачей!

— Ха-ха, Маки, какой же ты сладкоречивый.

Только что я чувствовал себя на грани истощения, но мысль о том, что скоро мы с Уми будем дома, занимаясь друг другом, мгновенно вернула мне силы.

— Ладно, сегодня сделаем исключение, пропустим дополнительную тренировку и завалимся к тебе домой. Позвоню маме, скажу, что задержусь до десяти вечера…

Она уже начала менять планы, когда нас прервал голос.

— Асанаги-ча-а-ан… Моя единственная и неповторимая подруга, абсолютная звезда нашего класса…

— Накамура-сан? Что такое? У меня тут важные дела.

— Да какие там дела, небось просто собираетесь к Маэхаре-ши домой ворковать. Я понимаю, что парочкам важно быть вместе, сама теперь с парнем, но всё же…

Подумать только, ещё недавно она боялась любых намёков на романтику, а теперь так лихо переменилась!

Накамура-сан гордо выпятила грудь, а позади неё Такизава-кун, неловко улыбаясь, кланялся нам, словно извиняясь за неё.

— Рад, что у вас всё хорошо, — сказал я, глядя на них. Похоже, их отношения действительно налаживаются.

— Простите за нашего президента. Но, Асанаги-сэмпай, у нас к вам просьба. Нам нужна ваша помощь.

— Даже ты, Такизава-кун? Что-то случилось в ученическом совете?

— Нет, мы все здоровы, но объём работы стал просто нереальным.

— Понятно.

По словам Такизавы-куна, подробности пока в секрете, но, помимо спортивного фестиваля, на осень и зиму намечаются другие мероприятия. Их предложили другие школы. Для обсуждения этих событий нужно отправить представителей ученического совета. Вице-президент Такизава-кун и первогодка Мочизуки-сан, отвечающая за бухгалтерию, должны будут участвовать в этих встречах. Их временное отсутствие создаёт нехватку рук для текущих дел.

— Мы думали попросить бывшего президента совета, но третьегодки заняты подготовкой к экзаменам. Они бы, конечно, помогли, но нагружать их сверх меры не хочется.

— Да. Спортивный фестиваль, экзамены, да ещё и дела совета… Я бы, наверное, отказался.

Вот почему выбор пал на Уми — она немного в курсе внутренних дел совета. Честно говоря, у нас с ней были свои планы, и я бы предпочёл следовать им, но…

— Маки, что думаешь?

— Тебя зовут, так что решай сама. Но, Накамура-сан, если я тоже помогу вместе с Уми, всё нормально?

— Конечно, Маэхара-ши, никаких проблем! Чем больше рук, тем лучше. И платить никому не надо, так что это вообще идеально.

— Хм…

Значит, времени наедине будет меньше, но вместе мы будем проводить столько же. Это уже не так плохо.

— Уми, что скажешь?

— Хм… А ты что хочешь?

— Я… Ну, не могу же я их бросить.

— Ха-ха, тогда мы на одной волне.

Мы с Уми, хоть и слывём влюбленной парочкой, но не из тех, кто думает только о себе. Наши отношения крепки не только из-за наших усилий, но и благодаря поддержке окружающих. В такие моменты нужно отдавать долг.

Раз мы с Уми думаем одинаково, ответ очевиден.

— Хорошо. Тогда до конца спортивного фестиваля мы с Уми временно присоединимся к совету. Можем помогать с бумажной работой или мелкими поручениями. Подойдёт?

— Конечно! Спасибо вам обоим, добро пожаловать!

— Маэхара-сэмпай, Асанаги-сэмпай, огромное спасибо за помощь.

Так мы с Уми стали временными членами ученического совета до окончания фестиваля. Тренировки и работа допоздна — задача не из лёгких, особенно для меня, уже вымотанного тренировками. Но раз все стараются, жаловаться не приходится. Если станет совсем невмоготу, честно признаюсь и отойду в сторону, чтобы не быть обузой.

Я мысленно укрепил свою решимость, но тут…

— Погоди. А можно, чтобы только я помогала?

— Уми?

Неожиданно Уми остановила меня.

— Асанаги-чан, ты уверена? Нам, конечно, хватит и твоей помощи, так что если ты хочешь одна, то без проблем.

— Да? Тогда тем более не могу позволить Маки участвовать.

Я думал, что мы будем помогать вместе, но, похоже, у Уми свои соображения.

— Э… Уми-сан, я же справлюсь…

— Не-а. Сегодня у нас выходной, но у тебя же с завтрашнего дня куча смен на работе, да? Накада-сан упоминала, что ты в начале месяца брал много выходных, так что теперь в конце августа у тебя плотный график.

— Ну… вроде да.

Между школьными мероприятиями, прогулками и свиданиями моя жизнь и правда насыщенная. Но я ещё умудряюсь подрабатывать в пиццерии, чтобы заработать на наши с Уми свидания.

Дни под палящим солнцем на тренировках, а вечера — за работой. Уми явно беспокоится, что если я ещё и в дела совета влезу, то вообще не буду отдыхать.

— Маки, я справлюсь одна. А ты сосредоточься на работе и заработай побольше на наши свидания. Договорились?

— Но мы же обычно делим расходы…

— Не придирайся к мелочам!

— Ладно, прости.

Уми бывает упрямой, и переубедить её в такие моменты — задача не из легких. К тому же она беспокоится о моём здоровье, так что лучше послушаться.

— Ха-ха, девушка, которая знает расписание смен своего парня наперечёт. Маэхара-ши, тебе реально повезло. Содзи, может, нам тоже стоит так?

— Как пожелаете, Мио-сэмпай. Но, Маэхара-сэмпай, раз так, я тоже против вашего участия. Нам приятно, но не стоит себя перегружать.

Я чувствовал, что пару дней до фестиваля мог бы выдержать, но если переоценю силы и подведу всех, будет только хуже.

— Ладно, тогда я пас. Уми, прости, что сваливаю всё на тебя, но удачи с делами совета.

— Не переживай, я справлюсь. Хотя я задержусь, но всё равно заскочу к тебе домой «поиграть», так что готовься.

— Договорились, ужин будет ждать.

— Отлично!

После некоторых колебаний план на ближайшие дни определился. Жаль, что времени с Уми станет чуть меньше, но я компенсирую это более насыщенными моментами вместе. Осталось лишь перетерпеть до конца фестиваля.

— Ну, тогда я иду с Накамурой-сан в комнату совета. Маки, знаю, тебе будет одиноко, но иди прямо домой, ясно?

— Я не ребенок, разберусь.

Проводив взглядом Уми, которая присоединилась к Накамуре-сан и Такизаве-куну, я направился в класс, чтобы переодеться из спортивной формы в школьную.

Что ж, как теперь убить время?

Вытерев пот и пыль с тела чистым полотенцем и переодевшись в форму, я плюхнулся на своё место в классе, наконец-то выдохнув. Почти все одноклассники уже разошлись. Я остался один из-за разговора с Накамурой-сан. Можно расслабиться, вытянуть ноги и не переживать, что кто-то сделает замечание.

— Давненько я не оставался один после уроков.

На первом году обучения такое бывало нередко, но с тех пор, как мы с Уми стали парой, особенно после перехода на второй год, рядом всегда кто-то был. Одиночество стало редкостью.

Уми всегда рядом, Амами-сан и Нитта-сан где-то поблизости, Нозому, хоть и в другом классе, иногда тоже заглядывает. А недавно к нашей компании присоединились Накамура-сан и Такизава-кун. Даже на подработке в пиццерии есть весёлый менеджер и… ну, скажем, надежная старшекурсница Эми-сэмпай.

Мои отношения с одноклассниками меняются медленно, но круг общения явно расширяется. Даже сидя в пустом классе, я больше не чувствую той тоски и одиночества, что раньше. Я стал гораздо устойчивее эмоционально.

— Горло пересохло… Чай в бутылке кончился, надо бы купить сока.

Можно было пойти домой, как велела Уми, но захотелось ещё немного побродить по школе. Схватив сумку, я направился к автомату у столовой.

По пути я наблюдал за учениками, занятыми дополнительными тренировками или подготовкой реквизита. Все работали на износ, но, несмотря на усталость, многие перебрасывались шутками и смеялись. Тяжело, но весело. Мне понадобилось время, чтобы понять это чувство, но я рад, что не окончил школу, так и не узнав его.

— Эй, Маки!

— О, Нозому. Первый раз за день тебя вижу. Тренировка болельщиков?

— Ага. У нас в красной команде старшеклассники такие заряженные, конца и края не видно. Идёшь за соком? Я с тобой.

— Пойдём.

На переходе к столовой я заметил, что красная повязка на лбу Нозому потемнела от пота. Он выглядел уставшим, но довольным. Такой бодрый настрой для меня, заядлого домоседа, почти недостижим.

— Слушай, Маки, как там дела… ну, знаешь, у вас?

— Ну, синяя команда довольно сплочённая, тренировки идут нормально.

— Да не то! Я про Амами-сан. Ты же понял, да?

— А, вот оно что.

Нозому, единственный из нашей пятёрки, кто оказался в другой команде, явно волновался за Амами-сан. Она, со своей харизмой и внешностью, уже стала звездой не только нашей команды, но и всего фестиваля.

Вот почему Нозому и волнуется.

— Ну, она, конечно, популярна, но парней, которые бы слишком навязчиво лезли к ней, вроде нет. Хотя я вижу не все.

— Правда? Фух, хорошо.

Спортивный фестиваль — время, когда ученики из разных классов и годов активно общаются, но, похоже, никто не пристаёт к Амами-сан слишком назойливо. Она часто тусуется с Уми и Ниттой-сан, а когда одна, рядом обычно Ямашита-сан или Араэ-сан, чья суровая аура отпугивает даже старшеклассников.

— Понимаешь, у нас в красной команде про Амами-сан уже куча слухов. Сегодня один из болельщиков вообще пристал: «Познакомь», «Есть ли у неё парень?» Я всех вежливо отшиваю, конечно.

— Да уж, Нозому, тебе тоже несладко. Хотя, если подумать, парни, которые реально близко общаются с Амами-сан, — это только мы с тобой.

Иногда Амами-сан тусуется с другими, но из тех, кто может напрямую связаться с ней, — только я и Нозому. А если говорить о номере телефона, то я вообще единственный.

— И всё-таки, какой у Амами-сан типаж? Когда появился Такизава, я, честно, напрягся, но Нитта-сан одна всполошилась. Амами-сан вела себя как обычно.

— Ну да. Хотя с Такизавой-куном случай особый.

С начала старшей школы Амами-сан общалась с кучей разных парней, но, похоже, никто не задел её сердце.

Даже такие, как Нозому, который весь в бейсболе, или Такизава-кун, занятый ученическим советом, — вроде бы идеальные кандидаты, но Амами-сан, кажется, это не трогает.

— В общем, пока лучше не торопиться и просто наблюдать. Амами-сан сейчас явно больше удовольствия получает от тусовок с нами и новыми друзьями, чем от мыслей о любви.

— Значит, не спешить, да? Похоже, так и есть.

— Скорее всего.

Я сам начал что-то вроде настоящей любви только в старшей школе, когда встретил Уми. Она тоже влюбилась в меня примерно в то же время.

Так что Амами-сан, лучшая подруга Уми, наверняка скоро найдёт кого-то.

Я знаю по себе: достаточно одного толчка, и всё может закрутиться.

— Ну, вот такие дела. Это все новости?

— Ага. Честно, немного запаниковал из-за всей этой болтовни вокруг, но поговорить с тобой было правильным решением. Спасибо, Маки.

— Не за что. Какой сок возьмешь? Ты выкладываешься на полную, так что сегодня я угощаю. Только получил зарплату с подработки.

— Серьёзно? Тогда не откажусь.

Я закинул двести иен в автомат, купив себе бумажный пакет с молочным напитком, а Нозому — большую бутылку спортивного напитка.

Холодный сладкий сок был как спасение для пересохшего горла и разгорячённого тела. Может, «ожил» — это слишком громко сказано, но в жаркий вечер конца августа такой напиток для школьников — просто блаженство.

— Пфух, заряжен. Прости, Маки, что заставил раскошелиться.

— Да ладно. Ты всегда выручаешь… ну, или почти всегда. Один сок — это ерунда. Удачи на тренировке.

— Спасибо! — кивнул он и побежал обратно к красной команде.

На фестивале мы с Нозому будем соперниками, но как друзья можем поддерживать друг друга.

— Ладно, планы на вечер есть, пора домой без задержек, — сказал я себе, допивая сок и вставая с лавки у автомата.

В одиночку бродить по школе после уроков — это уже прогресс по сравнению с моими одинокими днями. Но теперь, похоже, пора заканчивать.

— Что на ужин приготовить? — размышлял я, идя к выходу. — В морозилке вроде осталась курица, плюс заготовленные гарниры, мисо-суп и рис… Хм?

Я уже собирался покинуть зону столовой, когда краем глаза заметил знакомую фигуру с красивыми светлыми волосами.

Это была Амами-сан.

— Она что, до сих пор работает над декорациями?

Издалека было видно, как Амами-сан у крана моет кисти и щётки, испачканные краской.

Декорации для трибун, которые установят в день фестиваля, явно вступили в финальную стадию подготовки.

«Она так старается», — подумал я, решив не мешать и просто понаблюдать. Но, похоже, мой взгляд был слишком настойчивым — Амами-сан подняла голову и заметила меня.

Теперь уже не отвертишься.

— О-ой, прости, не хотел мешать.

— Да ничего! Я как раз собиралась заканчивать. А ты что тут делаешь? Редко тебя вижу в школе в такое время без дела. Уми же в ученическом совете помогает, да?

— Ага. Хотел пойти домой, но решил задержаться, купить сок. Ты работаешь над декорациями? Как дела?

— Ну… в целом нормально. Думаю, к предпоследнему дню закончим. Хочешь взглянуть? Ещё не готово, но…

— Серьёзно, можно? Не помешаю другим?

— Остальные уже ушли, так что всё в порядке. И, честно, я как раз хотела услышать мнение кого-нибудь вроде тебя или Уми.

У меня были планы на вечер, но время позволяло, да и любопытно было посмотреть, что Амами-сан создала.

— Ну, если так, то на минутку.

— Ха-ха, вот это настрой! Тогда добро пожаловать, экскурсия для одного!

Она повела меня за спортзал, где находилась рабочая зона синей команды. Там я увидел огромные деревянные панели, собранные в впечатляющую композицию, изображающую слово «Синий» и мощный образ.

— Вау… Амами-сан, это дракон, да?

— Ага. В честь синей команды — синий дракон. И, кстати, мы использовали только белую и синюю краску.

— То есть всё сделано за счёт оттенков?

Амами-сан сказала, что работа ещё не завершена, но, на мой взгляд, декорация уже выглядела достаточно эффектно, чтобы украсить трибуны.

Дракон с голубыми чешуйками, вырывающийся из воды (или моря?) с брызгами, взмывающий к небу, был просто потрясающим. Я невольно замер, впечатлённый.

Не зря дизайн доверили Амами-сан — это было нечто.

— Ну, как тебе?

— Честно? Это невероятно. Можно сфоткать и показать Уми?

— Хе-хе, ещё не закончено, но если хочешь, то давай, — разрешила она, улыбнувшись.

Я с энтузиазмом начал фотографировать синего дракона, а Амами-сан наблюдала за мной с мягкой улыбкой. Она работала над этим с начала лета, и, наверное, мой восторг был для неё облегчением.

Даже если ты уверен в своём творении, показывать его другим всегда немного страшно — даже друзьям.

— Но это ещё не конец, да? Что дальше?

— Ну, нужно доработать усы, текстуру чешуи, брызги воды… Ребята из команды говорят, что и так сойдёт, мол, не надо себя загонять, но я не могу остановиться, пока не буду довольна.

— Ты что, поэтому осталась одна доделывать работу?

— Э… хе-хе, — Амами-сан неловко улыбнулась, и я понял, что попал в точку.

Если бы это был обычный холст, может, и не было бы проблем, но тут огромная декорация из деревянных панелей. Добавлять тени на каждую чешуйку дракона или прорисовывать реалистичные брызги воды — это, даже на мой дилетантский взгляд, требует уймы времени.

Амами-сан говорит, что осталось «чуть-чуть», но, зная её перфекционизм, это «чуть-чуть» может оказаться самым сложным этапом.

Её товарищи по команде, вероятно, именно поэтому сказали, что «и так достаточно». И я с ними согласен. На таком уровне мало кто назовет это компромиссом. Дальше — уже вопрос личного стремления к идеалу, почти одержимости. Поэтому Амами-сан и осталась одна.

— Амами-сан, ты, как и Уми, бываешь упрямой.

— Может, и так. Всё-таки мы с ней столько времени проводим вместе, что-то да перенимаешь.

С этими словами Амами-сан снова взяла кисть и повернулась к своему огромному дракону.

Никто бы не упрекнул её, если бы она остановилась на этом. Все бы сказали, что она и так выложилась на полную.

Но Амами-сан не из тех, кто довольствуется «достаточно».

Как и Уми, она идёт до конца, до своего внутреннего предела. Они обе в этом смысле неуклюжи, но именно это делает их такими особенными. И я, под их влиянием, становлюсь таким же.

— Амами-сан, можно я помогу? Я, конечно, полный профан, но…

— Что? Нет, не стоит! Это моя блажь, не хочу тебя втягивать…

— И ты собираешься упрямиться в одиночку? До фестиваля считанные дни, и времени на работу почти не остаётся.

— Ух… но это будет нечестно по отношению к Уми.

— Это точно.

Но оставить её одну я не мог.

Не тогда, когда дело касается Амами-сан, подруги Уми и моей тоже.

Я достал телефон и открыл чат.

[Маэхара]: «Уми-сан».

[Асанаги]: «Да-а?»

[Маэхара]: «Прости, что отвлекаю, ты занята?»

[Асанаги]: «Не, как раз сделала паузу».

[Асанаги]: «Что такое?»

[Маэхара]: «Это декорация для трибун на фестиваль».

[Маэхара]: [фото дракона]

[Маэхара]: «Амами-сан говорит, что до завершения ещё много работы».

[Асанаги]: «Ага, Ю в своем репертуаре».

[Асанаги]: «На прошлом культурном фестивале она из-за этого всю ночь не спала…»

[Маэхара]: «Серьёзно?»

[Асанаги]: «Угу».

[Асанаги]: «Ю всегда жутко придирается к своим рисункам».

[Маэхара]: «Вот оно как…»

[Асанаги]: «А где остальные из команды? Неужели она одна?»

[Маэхара]: «Именно так».

[Асанаги]: «Ну и ну, наша принцесса как всегда перегибает».

[Асанаги]: «Ладно, значит, ты поможешь ей с доделкой, пока я занята?»

[Маэхара]: «Поэтому и пишу, хотел спросить у тебя».

[Асанаги]: «Изменщик».

[Маэхара]: «Это еще почему?!»

[Асанаги]: «Ха-ха, шучу!»

[Асанаги]: «Но только на этот раз, не забывай. Даже если это Ю, ты всё равно остаешься наедине с другой девушкой».

[Маэхара]: «…Да уж. Нитта-сан недавно что-то похожее говорила».

[Асанаги]: «Правда? Ну, Нина вообще замечает всякие мелочи. Хорошая девчонка».

[Маэхара]: «Ты хвалишь Нитту-сан?..»

[Асанаги]: «Ха, я же не только железной клешнёй ей раздаю».

[Асанаги]: «Как закончу, приду к вам. Вместе пойдём домой».

[Маэхара]: «Спасибо, Уми».

[Асанаги]: «Хе-хе, не за что!»

Закончив переписку, я взял чистую кисть. Художник из меня никакой, но следовать указаниям Амами-сан я вполне способен.

— Дурак ты, Маки-кун.

— Может, и так. Похоже, я заразился этим от тебя и Уми.

— Хмф… Ладно, начнём с правого нижнего угла. Бери белую краску и разбрызгивай её кистью, как будто небрежно. Панели большие, так что не бойся, делай смело.

— Понял.

Так началась наша совместная работа.

Обычно Амами-сан — настоящая болтушка, но сейчас она полностью погрузилась в процесс. Говорит только чтобы давать мне чёткие инструкции по доработке.

Время пролетело незаметно.

— Ну вот, на сегодня, пожалуй, хватит. Маки-кун, спасибо за помощь, правда! Благодаря тебе мы здорово продвинулись. Как тебе? По сравнению с тем, что ты сфотографировал, стало ведь круче?

— Ну… да, однозначно.

Работа ещё не закончена, но разница между доделанными и необработанными участками была колоссальной.

Сначала я думал: «Зачем так заморачиваться?» Но теперь, увидев результат, понял, что Амами-сан была права — оно того стоило.

В который раз убеждаюсь: Амами-сан — это нечто.

Я мельком глянул на работы других команд — для разведки, так сказать, — и даже мой непрофессиональный взгляд подтвердил: декорация синей команды на голову выше всех.

— Пора домой, так что давай уберёмся. Как там Уми, что пишет?

— Сказала, что закончила дела и через пять минут зайдёт за мной.

— Поняла. Не буду мешать вам, голубкам, уйду по-быстрому, не переживай.

— Да ладно тебе. Делай, как хочешь.

— Хе-хе, принято, капитан!

— Капитан? Опять мне клички придумываете… И вообще, сегодня я скорее помощник, чем капитан.

— Правда? Ну, Нина же зовет тебя «староста», вот я и подумала, что надо что-то в этом духе.

— Вето!

— Эй, ну что-о-о!

— Никаких «что»!

Разговор с Амами-сан один на один — редкость, но, к моему удивлению, слова лились легко, без заминок.

Наша дружба началась как «друг подруги» через Уми, но постепенно Амами-сан становилась для меня человеком, с которым можно быть собой.

Конечно, исключительно как друг.

Мы продолжали болтать о пустяках, убирая кисти и краски, и наконец завершили работу на сегодня.

Я начал день, ломая голову, чем занять вечер без Уми, но оказалось, что стоит оглянуться — и интересное само тебя найдёт.

— Маки-кун, спасибо за сегодня. Завтра попрошу ребят из команды помочь, так что закончим вместе.

— Договорились. Жду финальную версию на фестивале.

— Будет круто, обещаю! Ой, Маки-кун, поверни голову чуть в сторону.

— А? Вот так?

— Ага, так. У тебя к волосам белая краска прилипла. Сейчас уберу.

— Погоди… — начал я, но замер, когда Амами-сан наклонилась ко мне совсем близко.

Я невольно отшатнулся. Разговоры — это одно, но её привычка сокращать дистанцию всё ещё ставит меня в тупик.

— Ой… п-прости! Уми и Нина сто раз говорили, чтобы я не лезла так близко, а я опять… Прости, не хотела, чтобы это выглядело как-то неправильно.

— Да нет, это я затупил. Спасибо, что хотела помочь с краской.

— Ага, ну… пожалуйста.

Только что мы болтали как обычные друзья, но моя резкая реакция сделала ситуацию ужасно неловкой. Можно было бы отказать мягче, как-то естественнее, но, похоже, мне ещё учиться и учиться искусству общения.

— Эм… ну… в общем, я пойду домой, как и планировала. До завтра, Маки-кун.

— А, да, конечно… до завтра.

Наш разговор стал таким же неуклюжим, как в прошлом году, когда мы только начинали общаться. Амами-сан быстро ушла, будто убегая от меня. Я испортил настроение своим поведением, но, честно говоря, в тот момент не мог поступить иначе.

Амами-сан — мой друг, и мы отлично ладим, но она девушка, да ещё и становится настоящей звездой школы. Если бы это произошло в тесной компании с Уми или Ниттой-сан, я бы не парился. Но мы в школе, где полно глаз и ушей.

— Надеюсь, никто не видел… и никаких странных слухов не пойдёт, — пробормотал я, пока школьный звонок, возвещающий о скором закрытии, эхом разносился по коридорам.

Я мысленно молился, чтобы всё обошлось без лишнего шума.

※※※

— Чёрт возьми, наконец нашел, — пробормотал я, поднимая сумку, одиноко забытую на самом дальнем столе в библиотеке. — Ну и зачем было её сюда тащить?

Я одолжил другу свежий том манги, но это не повод утаскивать мою сумку, не дождавшись, пока я вернусь с дел. А потом он ещё и бросил её здесь, дочитав, и ушёл, оставив меня разбираться.

«Прости, задумался о своём и забыл про твою сумку», — гласило его сообщение. На словах извинение, но я прямо вижу ухмылку этого «друга» за экраном.

Я сразу понял, что он просто вымещает на мне своё раздражение. Он не вдавался в подробности, но, похоже, его недавно отшила первогодка, с которой он, по его словам, «сблизился» во время подготовки к спортивному фестивалю. Из-за этого он последние дни был особенно мрачен.

Мы с ним тусуемся ещё со средней школы, и он ни капли не изменился. В нашей компании он всегда считал себя крутым только из-за того, что крупнее остальных. Мнит себя сердцеедом, пытается заигрывать с девчонками из популярных групп, но раз за разом его отшивают, а то и откровенно избегают.

И вот на самом дне этой шайки — я.

— Тч… — я почувствовал укол в груди, переодеваясь в школьную форму в тускло освещённой, тихой библиотеке.

Почему вокруг меня только такие люди? С начальной школы я ни разу не прогуливал и не опаздывал, мои оценки всегда в топе. Я старался быть прилежным, научился более-менее общаться. Но школа никогда не приносила мне радости. Меня постоянно слегка подтрунивали, держа на грани, где это ещё не совсем буллинг, но уже неприятно. Я заставлял себя улыбаться, скрывая слёзы.

Эти отношения давно пора оборвать. Я это понимаю. Но… я до сих пор не могу вырваться из этого круга. И сил бороться, кажется, уже не осталось.

Даже если это было нелепо, я не был «одиноким».

— Прошу прощения, — вежливо поклонился я пустой библиотеке и поспешил к выходу. Спортивный фестиваль уже на носу, и даже перед самым закрытием школы в коридорах гудели голоса болельщиков и болтовня учеников.

— Горло пересохло, надо бы купить сок, — решил я, направляясь к автомату у столовой.

Из-за беготни в поисках сумки жажда одолела меня. Конечно, автоматы есть и по дороге домой, и на станции, но школьный — самый дешёвый. Без подработки каждая мелочь на счету. К тому же в такое время я не буду привлекать внимания, бродя в одиночестве.

— Хм? — я заметил белый автомат вдалеке, но тут же уловил голоса парня и девушки.

— Маки-кун, спасибо за сегодня…

— Понял… жду…

— Это… Амами-сан и Маэхара-кун, наверное.

Судя по разговору, это точно были мои одноклассники.

Амами-сан упоминала, что останется доделывать декорации, но почему он, у которого нет дел, торчит здесь так поздно?

— Впрочем, это уже не моё дело. Он живёт в другом мире.

Раньше я завидовал ему, бывал резок, говорил гадости. Но каждый раз, думая о нём, я чувствовал себя только хуже, поэтому старался держаться подальше от него и его компании.

Почему только ему так везёт?

— Хватит. Довольно, нельзя так.

Но, несмотря на мои попытки уйти, ноги и взгляд оставались прикованы к ним.

— Как же круто… Я бы тоже хотел так весело болтать с милой девчонкой… — слова сорвались с губ прежде, чем я успел их остановить.

И в этот момент…

— Ой, Маки-кун…

Я рефлекторно выхватил телефон и сделал снимок.

Амами-сан наклонилась к Маэхаре-куну, делая что-то — из-за расстояния я не разглядел, что именно, но это точно не было «дружеской» дистанцией.

С определенного ракурса можно было подумать, что…

Я замер, осознав, что натворил, и тут же спрятался за автомат, затаив дыхание, чтобы меня не заметили.

Я снял это.

Амами-сан, школьная знаменитость, которую знает каждый, и Маэхара-кун, неприметный парень с едва заметным присутствием.

Я понимал, что подглядывать и фотографировать — неправильно.

Но…

— У него же есть девушка, Асанаги-сан, а он тут тайком с Амами-сан… Это не дело.

В итоге я так и не смог заставить себя удалить только что сделанный снимок.

* * *

Перевод: ZAK

Хочешь читать бесплатные главы вперёд на 1 том и следить за моими другими переводами?

Тогда тебе в мой ТГК: https://t.me/AngelNextDoor_LN

На Бусти на 3 тома больше, чем тут и в ТГК: https://boosty.to/godnessteam

Поддержать переводчика:

Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d

Бусти https://boosty.to/godnessteam