— Что за дела, Асанаги-чан? Ты, оказывается, неожиданно злая! Если собиралась сегодня пойти отвечать, могла бы хоть словечко мне сказать! 

— Э? Ну… я же передала это и тебе, Накамура-сан?

— …Что?

Уми, склонив голову с озадаченным выражением лица, заставила Накамуру-сан застыть с окаменевшим взглядом.

— …Серьёзно?

— Серьёзно.

— Когда?

— Кажется, перед утренним классным часом. …Кстати, Рёко-сан и Мику-чан тоже были рядом, так что, может, у них спросишь? 

— …Эм.

Накамура-сан, начав украдкой возиться со смартфоном в углу комнаты ученического совета, выглядела как-то не так, не как обычно. Хотя она и эксцентрична, но всегда казалась такой раскованной и уверенной, будто напряжение ей вообще чуждо.

— Рёко, Рёко, я сейчас в комнате ученического совета, и тут столкнулась с Асанаги-чан… А? А, понятно, да. Извините, что позвонила без предупреждения.

Закончив проверку, Накамура-сан медленно повернула голову в нашу сторону.

— …Простите, это я ошиблась.

— Вот и отлично. …Хотя, если подумать, я ещё с утра заметила, что ты, Накамура-сан, сегодня какая-то странная. Весь день витаешь в облаках, смотришь в окно, и было непонятно, слушаешь ты нас или нет.

— Угх… Ну, знаешь, даже я, с моим железным здоровьем, раз в год могу быть не в форме… Эм, ну, типа, женские дела… А, нет, это я пошутила!

Она явно пыталась вернуться к своему привычному образу «Накамура Мио», но это только ухудшало ситуацию. Её щёки покраснели так сильно, что это было заметно даже несмотря на опущенную голову, и она то и дело бросала взгляды на стоящего рядом парня — Такизаву-куна.

Пока их отношения не совсем ясны, но, судя по всему, этот парень, о котором ходят некоторые слухи, определённо одна из причин странного поведения Накамуры-сан.

— То, что ты вызвалась баллотироваться на пост президента ученического совета, для меня, как человека, который тебя завербовал, очень радостная новость… Но не могли бы вы, вице-президент, для начала объяснить ситуацию?

Хотя перед нами Томоэ-сэмпай и улыбается, на поверхности сохраняя дружелюбную манеру, ясно, что для президента это сложный момент, ведь изначально привести Накамуру-сан в эту комнату было идеей сэмпая.

Поняв намёк в словах Томоэ-сэмпай, Такизава-кун выпрямился и, с серьёзным выражением лица, тут же склонил голову.

— Да. …Прежде всего, извините, что я связался с Мио-сэмпай… с Накамурой-сан, не сказав ни слова вам, президент. Я внушал себе, что выбор нового президента ученического совета — это дело президента, а моя задача — чётко выполнять свои обязанности… Но, честно говоря, я так обрадовался встрече с Накамурой-сан после долгой разлуки, что не смог сдержаться…

— Можно просто Мио-сэмпай, Содзи. Все здесь, похоже, уже что-то заподозрили, так что скрывать дальше нет смысла.

— Д-да, верно. Простите, Мио-сэмпай.

— Ха-ха. Ты всё так же извиняешься по любому поводу, совсем не изменился. Хотя за то время, что мы не виделись, ты так вытянулся, что я чуть не упала от удивления, да и стал таким красавчиком, что просто вау. Серьёзно, я даже не думала, что ты поступишь в нашу школу. С твоими-то данными мог бы целиться в школы покруче.

— Эта школа ближе всего к моему дому. И потом, здесь же ты, сэмпай.

— Ого, ты теперь и такое говорить умеешь, а я для тебя, значит, просто довесок? Мог бы хоть сказать, что поступил сюда.

— Прости, что не сказал. Просто хотел удивить тебя, сэмпай, вот и…

— Ох-ох, подумать только, этот мелкий пацанёнок, который в первом классе средней школы был размером с горошину, теперь стал настоящим крутым парнем. Мне и грустно, и тоскливо от этого.

— Да, внешне я, может, и изменился, но внутри, мне кажется, всё тот же.

Судя по их разговору, эти двое, скорее всего, давние знакомые.

Значит, это отношения сэмпай-кохай ещё со времён средней школы.

…Хотя, если честно, кажется, что они слишком уж близки для такого.

— Простите, что прерываю ваши ностальгические посиделки, но, может, вернёмся к главному? Накамура Мио-сан, просто чтобы убедиться: ты ведь, как и сказала, согласна взять на себя роль нового президента ученического совета, верно?

— Да. Честно говоря, я до сих пор не особо в восторге от этой идеи… Но, если уж кому-то придётся взять на себя эту роль, то, учитывая мои способности — безусловно лучшие в нашем году, да ещё и все предметы на последнем экзамене я сдала на сто баллов (ну, это пока предварительно), — то, кроме Накамуры, других кандидатов и быть не может, верно? Хотя, конечно, можно было бы доверить это Асанаги-чан, но, к сожалению, её летние планы полностью заняты им. А, нет-нет, ничего такого в пошлом смысле! Я имею в виду исключительно чистые и невинные намерения.

— А что, кроме чистых и невинных, ещё какие-то бывают?..

Я решил пропустить мимо ушей лишнее замечание Накамуры-сан с её почти сорвавшейся пошлой шуткой, но её язык, похоже, снова обрёл привычную бойкость. Уми рассказывала, что, когда Накамура-сан в особенно хорошем настроении, она начинает называть себя не «я», а «Накамура».

— Ха-ха, вот она, настоящая Мио-сэмпай! …Рад тебя такой видеть.

Такизава-кун, глядя на неё, тоже расплылся в умилённой улыбке.

Впрочем, Накамура-сан, безусловно, личность с ярко выраженным характером, и реакции остальных членов ученического совета на неё были самые разные. Но, так или иначе, минимальный состав команды теперь собран. А значит, Томоэ-сэмпай теперь сможет спокойно сосредоточиться на подготовке к экзаменам.

— …Уми, мы закончили с делами, может, пойдём уже?

— А, да. Тогда, Томоэ-сэмпай, мы пойдём. Простите, что не смогли помочь, но мы будем болеть за вас издалека.

— Спасибо, Асанаги-сан. И ты, Маэхара-кун, продолжай хорошо ладить с моим младшим братом.

— Да, конечно.

Мы попрощались с Томоэ-сэмпай и остальными членами ученического совета и встали из-за стола.

В итоге я так и не смог толком отблагодарить Томоэ-сэмпай, но надо будет подумать, как это можно сделать в другой раз. Конечно, с полной поддержкой со стороны Нозому.

— Асанаги-чан, на каникулах с понедельника наслаждайся временем с Маэхарой-ши на полную!

— Угу, спасибо, Накамура-сан. Если будут какие-то проблемы, обращайся, хорошо? Мы с остальными поможем, чем сможем.

— Спасибо. Хотя, думаю, у нас с Содзи проблем не будет.

— Мио-сэмпай, как всегда, в своём репертуаре. …Хотя, между прочим, для нас это первый опыт работы в ученическом совете.

— Ха-ха… Ну, разберёмся по ходу дела.

Слушая их диалог, я невольно задумался, что грядущий спортивный фестиваль, похоже, обещает быть слегка неспокойным… Но, в конце концов, с точки зрения деловых качеств у них всё должно быть в порядке, а с поддержкой старых членов ученического совета, таких как Томоэ-сэмпай, проблем быть не должно.

Так что мы с Уми, как и прежде, будем просто справляться с задачами по мере их поступления.

…И для начала надо разобраться с одним «другом», который умудрился провалить недавний итоговый тест.

Обычные занятия первого семестра закончились, и впереди остался только выпускной день после трёхдневных выходных. Обычно в такое время после школы я бы проводил время с Уми вдвоём дома, расслабляясь, но сегодня мы сидели за столиком в семейном ресторане неподалёку от ближайшей к школе станции.

За столом собрались я, Уми, Амами-сан, Нитта-сан, и сегодня, впервые за долгое время, к нам присоединился Нозому. Мы собирались обсудить, чем займёмся на летних каникулах… по крайней мере, таков был план.

— Ух… Ребята, простите, что я такая глупая, правда, извините…

В ресторане было шумно от учеников нашей школы, но за нашим столом царила слегка мрачная атмосфера, в основном из-за того, что Амами-сан, обычно создающая настроение, сидела с поникшими плечами.

Причина была в разложенных на столе листах с ответами по японскому языку (современному и классическому) и английскому. Это были бланки итогового теста, проведённого недавно, и рядом с именем «Амами Ю» красной ручкой было написано: «38 баллов» и «39 баллов».

В нашей школе всё, что ниже 40 баллов, считается красной зоной… то есть Амами-сан, к сожалению, завалила тест.

…И сразу по двум предметам.

— Ну-ну, Ю-чин, не расстраивайся так сильно! На этот раз итоговый тест был слишком сложным, и средний балл, похоже, сильно ниже, чем обычно. Может, они проявят снисхождение и отменят дополнительные занятия. Особенно по этим двум предметам.

— Но ведь Нина-чи и Сэки-кун всё-таки избежали красной зоны… Прости, Маки-кун, ты так старался меня учить, а я всё равно…

— Нет, это мне стоит извиниться.

Если говорить о результатах Амами-сан, то в целом по всем предметам они не такие уж плохие. По точным дисциплинам, которые объясняла Уми, она показала хороший результат, несмотря на то, что многие с ними не справились. А по таким предметам, как искусство, музыка и физкультура, она вообще набрала высокие баллы.

На нашей последней учебной встрече Амами-сан старалась изо всех сил, и я, честно говоря, в глубине души думал, что скорее Нозому или Нитта-сан окажутся в зоне риска.

Я старался объяснять всё как обычно, но теперь чувствую, что часть ответственности за провал Амами-сан по гуманитарным предметам лежит и на мне.

Может, в этот раз моя методика преподавания была неудачной?

— Не будем искать виноватых, но, похоже, летние каникулы для Ю откладываются ещё ненадолго. …Так когда будут дополнительные занятия по японскому и английскому?

— По японскому — после церемонии закрытия, а на следующий день первым уроком пересдача… А по английскому — дополнительные занятия сразу после японского, а потом пересдача в тот же день во второй половине. Если наберу больше 60 баллов на этих тестах, меня отпустят… Так сказала наша классная, Мики-чан.

— Учительница Ягисава, да?

— Да, она…

Это было известно с самого начала, но в нашей школе те, кто завалил итоговые тесты первого семестра, должны посещать дополнительные занятия по каждому предмету с начала каникул до конца июля. Нозому, который, похоже, проходил через это в прошлом году, рассказывал, что после дополнительных занятий проводится пересдача, и, если набрать проходной балл (в этот раз — 60), всё будет в порядке. Но, если не сдать, начинается цикл «уроки → тест → уроки → тест», который продолжается, пока не сдашь. В некоторых случаях это может затянуться даже до августа.

Естественно, это неудобно не только ученикам, но и учителям, так что все хотят (и стараются), чтобы всё закончилось с первой попытки.

— Ну, судя по моему опыту в прошлом году, учителя сами говорили, что им это «честно говоря, хлопотно», так что, если серьёзно слушать на уроках, всё должно быть нормально.

— …Серьёзно слушать… 

— …Вот как, значит… 

— А-а-а! Почему вы оба смотрите на меня такими глазами?! 

Мы с Уми, как те, кто ближе всех знает Амами-сан, понимаем это на собственном опыте: её нелюбовь к учёбе — нечто неистребимое. Даже на нашей последней учебной встрече, если мы не следили за ней, она тут же переключалась в режим «дремоты». И даже на дополнительных занятиях, которые длятся «целый день» и требуют «сосредоточенности» и «внимательного слушания учителя», ей, скорее всего, будет очень сложно. К тому же, в этом году, говорят, на дополнительных занятиях будет много учеников, так что учителям вряд ли удастся уделять внимание только Амами-сан.

С учётом того, что в августе начнётся активная подготовка к спортивному фестивалю, июль — единственный месяц, когда нет никаких планов и можно свободно распоряжаться своим временем.

Кто-то может расслабиться в одиночестве, чтобы восстановить силы, а кто-то отправится с близкими друзьями или любимым человеком на море или в бассейн — в места, куда обычно не ходит.

Если говорить прямо, эта история с дополнительными занятиями меня лично не касается. Даже если Амами-сан придётся посещать занятия, это никак не повлияет на наши с Уми планы. Мы можем просто наслаждаться летом, как и запланировали.

Но Амами-сан для меня — важный «друг», а для Уми — можно сказать, единственная «лучшая подруга».

Амами-сан тоже с нетерпением ждала летних каникул, чтобы провести их вместе с нами, и ради этого старалась на экзаменах. Если всё пойдёт гладко, занятия закончатся всего за два дня, но пока Амами-сан будет в школе, упорно глядя на доску, сможем ли мы с Уми просто отмахнуться, сказав, что «нас это не касается»?

Сможем ли мы с Уми, два неисправимых добряка, похожих друг на друга, искренне наслаждаться временем вдвоём, зная это?

Ответ, скорее всего, «нет».

Провести время со всеми друзьями вместе, а затем, без всяких угрызений совести, быть беззаботной влюблённой парочкой с любимым человеком.

Для меня и для Уми это было бы идеальным сценарием.

Так что было бы здорово найти какой-нибудь подходящий способ…

— Для начала, думаю, Ю-чин просто придётся постараться, верно? Конечно, мы четверо можем быть рядом с ней… А, может, мы тоже потихоньку присоединимся к занятиям и будем следить, чтобы Ю-чин не задремала? 

— Зачем нам, у кого нет дополнительных занятий, специально туда тащиться? Нитта, это что за шутка такая?

— Да я просто предположила! Секи, вот из-за такого ты и не нравишься девчонкам.

— Ой, тише, тише.

Даже во время каникул школьное здание открыто, так что просто пойти вместе с Амами-сан в школу не проблема, но вот участвовать в занятиях вместе с ней… с учётом того, что это может помешать другим ученикам и учителям, это не слишком реально.

Или всё-таки реально?

— Эй, Нозому, хочу уточнить кое-что по прошлогоднему опыту.

— А, что такое?

— На дополнительных занятиях сколько примерно человек было?

— Хм, ну, я ходил на математику, и там было, наверное, человек десять-пятнадцать. Конечно, были те, кто прогуливал, или те, кто отложил занятия из-за клубных дел.

— …Значит, места в классе было довольно много.

— …

Мои слова, тихо произнесённые вслух, заставили всех четверых замереть.

Они, хорошо знающие мои мысли, похоже, сразу почуяли, что Маки (то есть я, Маэхара) опять собирается предложить что-то странное. …И они абсолютно правы.

— Маки, для начала давай послушаем, что ты придумал?

— Ага. Понимаю, что это, скорее всего, не сработает, но… нельзя ли нам тоже присоединиться к дополнительным занятиям? Если учитывать количество участников, то, думаю, в классе должно хватить места.

В нашей школе в каждом классе примерно по тридцать человек. Даже если взять математику, где обычно больше всего заваливших, то там десять-пятнадцать человек. По гуманитарным предметам, даже в самом крайнем случае, вряд ли наберётся больше двадцати.

Скорее всего, несколько мест будут свободны. Четыре человека, думаю, вполне впишутся.

У меня самого на каникулах запланированы смены на подработке, но на день-два я смогу их перенести.

— Ну, конечно, ты такое предложишь. Это так в духе Маки… Хотя, если по японскому ещё ладно, то с Ягисавой-сэнсэй, может, хотя бы получится договориться.

— Э, неужели и ты, Асанаги, всерьёз загорелась этой идеей?.. Сразу скажу, я пас! Я же старалась учиться, чтобы не ходить на дополнительные занятия на каникулах, а если я туда пойду, то какой вообще смысл? А ты, Сэки?

— У меня клуб… Но если Маки так хочет, я хотя бы помогу ему уговорить. Учитель по японскому как раз наш тренер в бейсбольном клубе.

— …Ну, если только в этом помочь, то я тоже согласна.

Нозому будет занят в клубе, а Нитта-сан не участвует. Значит, на дополнительных занятиях будем только мы с Уми — вдвоём.

Учителя, узнав об этом, наверняка подумают, что отличники (а Уми, между прочим, третья по успеваемости в нашем году) совсем с ума сошли.

Но вот такой я, Маэхара Маки, и Уми, моя девушка, всегда поддерживает меня в таких безумных затеях.

Я в очередной раз чувствую, как сильно ей благодарен.

— Так вот, Ю, мы тут разгорячились и всё сами решили, ты не против? Если скажешь, что мы только мешаем, то мы с завтрашнего дня, как и планировали, начнём отдыхать… 

— Нет-нет, ни за что! П-пожалуйста, Уми, иди на занятия со мной! И ты, Маки-кун, если нас будет трое, точно будет весело, правда?

— Ну, не то чтобы дополнительные занятия — это прям весело…

И всё же, если подумать, главная обязанность ученика — это учёба, так что участие в занятиях ради повторения материала — не такая уж плохая идея.

Даже если нам придётся пересдавать тесты, я и Уми, скорее всего, сможем набрать почти максимум баллов даже без подготовки, а значит, мы сможем сосредоточиться на том, чтобы помогать Амами-сан. Конечно, расслабляться нельзя.

Я сам понимаю, что это довольно странная затея, но иногда такие вещи тоже неплохи.

Уверен, это станет хорошим воспоминанием.

— Э-хе-хе, если со мной будут мои два учителя, то дополнительные занятия точно будут проще простого! Раз решили, надо поскорее связаться с Санаэ-чан и Манакой-чан. Уми, в этом году мы сможем тусить с ними обеими, да? 

— У Санаэ и Манаки вроде бы летние соревнования, так что зависит от их расписания. Но если получится, я бы хотела заехать к ним в загородный дом. Там частный пляж, можно отрываться и плавать, не думая ни о чём.

— И фейерверки можно запускать! …Хи-хи, чем больше об этом думаю, тем больше жду. Ребята, вы ведь все тоже поедете, правда? Нина-чи, и ты, Маки-кун, и Сэки-кун.

— Э, Ю-чин, серьёзно? Я знаю Нитори-сан и остальных, мы вместе тренировались перед классным матчем, но, честно говоря, мы же вроде как посторонние.

— Ничего страшного! Я недавно связывалась с ними насчёт каникул, и они сказали, что пара лишних человек — вообще не проблема. К тому же, их горничные будут сопровождать нас, так что об этом тоже не надо беспокоиться.

— Э, серьёзно? …Вот это настоящие богатые барышни. 

Горничные, загородный дом, частный пляж — для простого человека вроде меня эти слова звучат как из другого мира, но если можно искупаться в море, не толкаясь в толпе, то это просто идеально.

А ещё мне нравится, что не придётся показывать мою любимую в купальнике куче посторонних глаз.

Из парней там будет только Нозому, но его взгляд, скорее всего, будет прикован к кому-то другому.

…Как сейчас, например.

— …Эй, Маки.

— Нозому?

— Маки, Маки, спасибо тебе, правда, огромное спасибо. Я этого никогда не забуду, клянусь, я тебе отплачу!

— Я вообще не понимаю, о чём ты, но, ну, делай, что хочешь… Только, знаешь, не сжимай мне руку так сильно, это больно.

Делай, что хочешь, но я, как друг, надеюсь, что ты не сорвёшься, как прошлой зимой, когда в порыве чувств признался Амами-сан. Надо будет проследить, чтобы ты не натворил глупостей.

Как бы то ни было, со следующей недели наконец-то начнутся долгожданные летние каникулы.

Долгожданное лето… Для меня это первое лето, которое я жду с таким нетерпением.

Церемония окончания семестра проходит без особых проблем: она начинается с приветствия директора, продолжается награждением клубов, добившихся успехов на летних соревнованиях, и речами с выражением решимости от клубов, которым ещё предстоят крупные турниры.

— Завтра начинаются летние каникулы, но, даже находясь на отдыхе, не забывайте, что вы представляете нашу школу. Пожалуйста, старайтесь вести себя сдержанно и ответственно. Вскоре начнутся тренировки к спортивному фестивалю, так что берегите себя, избегайте травм и болезней.

На сцене Томоэ-сэмпай, которая сегодня официально покидает пост президента ученического совета, обращается к нам, обычным ученикам, с напутствием, включающим напоминания о поведении во время долгих каникул.

Чуть поодаль от неё, с напряжёнными лицами, своего выхода ждут Накамура-сан и Такизава-кун.

Новый состав совета, который официально начнёт работу с сентября, представит сегодня на церемонии только двух своих представителей — президента и вице-президента.

— На этом я завершаю своё выступление в качестве бывшего президента ученического совета. Я передаю слово двум новым членам, которые возьмут на себя наши обязанности. Они кратко представятся. …Президент, вице-президент, дальше дело за вами.

Одновременно кивнув, первым на сцену поднимается новый президент, Накамура-сан.

— Эй, Уми, как думаешь, с Накамурой-сан всё будет нормально? Лишь бы она не ляпнула вдруг какую-нибудь пошлую шутку и не заставила всех в зале замереть от неловкости…

— Она же нервничает, так что, наверное, всё будет в порядке. К тому же, рядом Такизава-кун.

Мы с Уми, оказавшиеся по счастливой случайности рядом, наблюдаем за первым официальным выступлением Накамуры-сан.

То, что её нервозность воспринимается как что-то успокаивающее, — это в её духе… Тем временем она, слегка откашлявшись, открывает рот перед микрофоном.

— Всех приветствую. Меня зовут Накамура Мио, я из класса 2-11, и с этого момента я беру на себя обязанности президента ученического совета, сменив президента Сэки. Это мой первый опыт работы в ученическом совете, но, ну, я постараюсь не слишком напрягаться и просто делать своё дело. Для начала, я бы хотела сдвинуть даты спортивного фестиваля. …Знаю, что говорить такое перед учителями, наверное, не стоит, но проводить его в жаркий сезон, жертвуя драгоценными летними каникулами, — это явно ку… Ой, простите, язык запнулся.

Поскольку это мысль, которую разделяют многие, среди слушающих учеников раздаются голоса согласия.

Несмотря на напряжение, она уверенно демонстрирует свой характер.

Вот это и есть настоящий лидер года по успеваемости, не иначе. Конечно, за кулисами она, должно быть, тщательно репетировала.

— На этом моё краткое выступление окончено. Вице-президент, теперь твоя очередь.

Под редкие аплодисменты Накамура-сан покидает сцену, и её место занимает вице-президент, Такизава-кун. В этот момент среди части учеников, в основном девушек, начинается оживлённый шёпот.

— Эй, это же первогодка, да? Слушай, он же классный, нет?

— Ага, просто отпад. Он что, какой-то актёр?

— Такой высокий, и лицо просто сла-а-адкое…

Старшеклассники, которые во время выступления Накамуры-сан сидели, уткнувшись в пол, теперь все как один уставились на Такизаву-куна.

Такизава-кун уже стал предметом сплетен среди девушек-первогодок, но теперь, похоже, о нём узнает вся школа (особенно женская её часть).

Я невольно бросаю взгляд на Нитту-сан, стоящую в ряду 7-го класса. Высокий, стройный, с освежающей аурой и, само собой, привлекательной внешностью — в нём есть всё, что нравится Нитте-сан.

И, как и ожидалось, её реакция именно такая, как я и думал.

— —, —,

— …Нитта-сан, вон, губами хлопает, как рыба.

— Ага. Она, может, сама этого и не замечает, но лицо у неё красное, как никогда.

Судя по тому, как она смотрит на Такизаву-куна с таким восторженным выражением, какого я никогда раньше не видел, в душе она, наверное, уже мысленно выкрикивает: «Наконец-то я его нашла!» и делает победный жест.

Но, учитывая поведение Такизавы-куна до этого момента… похоже, весна в сердце Нитты-сан наступит ещё не скоро.

На сцене Такизава-кун продолжает говорить, но сколько людей действительно слушают содержание его речи? Он сам искренне увлечён работой в ученическом совете и сейчас, несмотря на то, что он первогодка, уверенно демонстрирует свою решимость перед всей школой.

Его внешность, конечно, неизбежно привлекает внимание, но жаль, что из-за этого некоторые могут начать завидовать ему.

Мы с Уми, решив, что должны хотя бы внимательно его выслушать, сосредоточенно внимаем его словам, как вдруг я замечаю, что наши с Такизавой-куном взгляды пересеклись.

«Такизава-кун, ты молодец!» 

Я шевелю губами, посылая ему эти слова. Голос, конечно, до него не дойдёт, но я надеюсь, что хотя бы мимикой и жестами смогу передать свои чувства. Конечно, после церемонии можно будет сказать ему это лично.

Выделяться в такой обстановке — не обязательно плохо, но лично мне обидно, когда люди из-за шума не слышат того, что ты хотел донести.

Больше всего мне жаль Такизаву-куна.

Один из учителей, стоявший у края сцены, заметив поведение учеников, сделал строгое замечание, и в спортзале наконец-то начала устанавливаться тишина.

— Я поступил в школу всего несколько месяцев назад, но вместе с президентом Накамурой и другими членами ученического совета, а также с комитетами, буду стараться изо всех сил. Прошу вас пока просто тёпло нас поддерживать.

Его речь закончилась, и теперь передаются объявления от различных комитетов, но некоторые всё ещё продолжают обсуждать Такизаву-куна. Мы с Уми переглянулись и одновременно скривились.

Мы уже проходили через подобное с Амами-сан, и, хотя можно было предугадать, что так произойдёт, это всё равно не слишком приятно.

Я невольно посмотрел на Амами-сан, которая должна была слушать выступления чуть впереди нас.

— Фуаа… Я проголодалась, Нагиса-чан, поесть бы…

— Чего? Нет у меня ничего такого. …Эй, Ямашита, разберись с ней.

— Э, я? Ну ладно, делать нечего… Давай, Амами-сан, осталось чуть-чуть, держись!

То ли из-за непривычной тишины, характерной для церемонии окончания семестра, то ли ещё почему, но Амами-сан клюёт носом, а стоящие впереди Араэ-сан и прямо за ней Ямашита-сан её поддерживают.

Как обычно, она в своём ритме. 

Мы вставали, садились, в конце пели школьный гимн — всё это заняло около часа. Наконец, освободившись от этого испытания, мы разошлись по своим классам.

Осталось только последнее классное собрание, и после этого для всех учеников начнётся непревзойдённое время — летние каникулы.

— Так, все садитесь! Знаю, что вам не терпится на каникулы, но остались ещё объявления по спортивному фестивалю, так что потерпите ещё немного.

На раздаточных материалах от Ягисавы-сэнсэй была изложена общая информация о подготовке к спортивному фестивалю, который начнётся в августе. Расписание тренировок в целом совпало с моими ожиданиями, но первое, что меня заинтересовало, — это распределение по командам.

(Распределение по командам, 2-й год)

Красная команда: классы 4, 5

Белая команда: классы 2, 3, 8

Жёлтая команда: классы 1, 6, 9

Синяя команда: классы 7, 10, 11

— А, круто! Мы с Уми в одной команде! 

Голос Амами-сан раздался как раз тогда, когда я это заметил. Мне, конечно, стыдно выражать эмоции так же открыто, как она, но в душе я, как и Амами-сан, тихонько сжимаю кулак от восторга.

Чуть позже я понял, что мы с Ниттой-сан тоже в одной команде. Жаль, что с Нозому из 4-го класса нам пришлось разделиться, но, учитывая правило, что в одну команду входит не больше трёх классов из параллели, тут уж ничего не поделаешь.

— А, да, раз уж определились с командами, нужно ещё выбрать участников для группы поддержки на соревновании болельщиков. Пол не важен, есть желающие? Это, конечно, добровольно, и нет требования, чтобы каждый обязательно выставлял кого-то…

— Я! Мы с Нагисой-чан сделаем это вместе!

— Эй, Амами, ты чего это за меня решаешь? Я ещё не говорила, что согласна!

— Э? Но ты же сказала: «Я и так занята, так что мне, честно говоря, всё равно…»

— Это… это потому, что ты приставала! Эй, Ямашита!

— Вы вдвоём в длинных пальто для группы поддержки будете выглядеть круто, так что почему бы и нет? Араэ-сан вообще будет, наверное, жутко популярна. А я, коротышка, пас.

Амами-сан, похоже, так обрадовалась, что будет в одной команде с Уми на спортивном фестивале, что первой подняла руку. Араэ-сан, как обычно, оказалась втянута в это против воли, но, судя по всему, не слишком сопротивляется, так что остальное можно оставить на Ямашиту-сан.

— Вы уверены? Группа поддержки — это всего лишь один из видов соревнований, и совмещение с другими дисциплинами разрешено, но… я слышал, тренировки довольно тяжёлые.

— Думаю, всё будет нормально. Учёба — это не моё, но всё, что связано с движением, я обожаю. Для Нагисы-чан это тоже раз плюнуть, правда?

— …Ты это чего, меня подначиваешь?

— Да нет же! Но если Нагиса-чан скажет, что ей это не по силам, я, так уж и быть, могу постараться и научить её. А если всё-таки боишься, может, откажешься? Я хочу, чтобы мы с Нагисой-чан делали это вместе, но заставлять не стану.

— …Ну, держись.

Араэ-сан, попавшись на очевидную провокацию Амами-сан, записывает на доске их имена: «Араэ, Амами».

Обычно Араэ-сан вялая и отвечает всем с холодком (и взглядом исподлобья), но стоит Амами-сан её задеть, как она тут же теряет голову и бросается в бой.

Со стороны кажется, что вот-вот начнётся ссора, и это заставляет понервничать, но, похоже, для них это и есть их идеальная форма общения.

Иногда между ними и правда повисает напряжение, но это не вражда, а скорее взаимное признание… Это, наверное, их собственный стиль дружбы.

Поскольку дела, похоже, идут гладко, в отличие от недавних событий, я, как обычно, отправил сообщение Уми.

[Маэхара]: «Уми». 

[Асанаги]: «Ага».

[Асанаги]: «Мы в одной команде, да? Давай стараться!»

[Маэхара]: «Ну, в меру сил».

[Асанаги]: «Накамура-сан говорила, что окончательную программу позже определит ученический совет, но в какие дисциплины пойдём? Может, парный бег? Там же есть пары парень-девушка, наверняка».

[Маэхара]: «Скорее всего. Кстати, как у вас в классе с группой поддержки? У нас Амами-сан и Араэ-сан рвутся в бой».

[Асанаги]: «Серьёзно? Ну, Ю, небось, опять подначила Араэ-сан, что-то в этом духе?»

[Маэхара]: «В точку».

[Асанаги]: «Хи-хи, так и знала».

[Асанаги]: «У нас класс для продвинутых, так что энтузиазма не особо много, но совсем никого не выставить — это уж слишком, так что Рёко-сан вызвалась».

[Маэхара]: «Хаякава-сан? Ну, логично».

[Маэхара]: «Перетягивание каната, эстафета и другие стандартные дисциплины уже, скорее всего, утверждены, так что давай потом решим, что выбирать?»

[Асанаги]: «…Вдвоём?»

[Маэхара]: «Нет, со всеми».

[Асанаги]: «…Вдвоём?»

[Маэхара]: «Без этого ответа дальше не двинемся?»

[Маэхара]: «Ну, если честно, мне бы больше понравилось остаться с тобой вдвоём».

[Асанаги]: «Э-хе-хе».

[Маэхара]: «Моя девушка — настоящая шалунья».

[Маэхара]: «Хотя, перед этим нам ещё предстоят дополнительные занятия».

[Асанаги]: «Да уж, точно. Мы идём, чтобы поддержать Ю, но раз уж решили, надо отнестись к этому серьёзно».

Большинство обычных учеников теперь отправятся на летние каникулы, но нас сразу после этого ждут дополнительные занятия по японскому языку. Кстати, насчёт этих занятий: когда мы рано утром пришли в школу, попросили разрешения у учителя по японскому и Ягисавы-сэнсэй, которая ведёт английский, и они охотно согласились. Но, должен добавить, что почти все преподаватели в учительской смотрели на нас с удивлением и недоумением.

…Ну, если честно, будь я на месте учителя, я бы тоже подумал: «Что за ребята такие?..»

Когда я закончил переписку с Уми, все дела на данный момент, похоже, были завершены.

В конце учительница ещё раз напомнила нам: «Не слишком увлекайтесь на каникулах», — и после этого одноклассники, наконец-то освобождённые, с радостными лицами наперегонки выбегали из класса.

— Маки-кун.

— Амами-сан. …Эм, нам теперь в 7-й класс идти, да?

— Ага. Прости, что вам с Уми приходится меня сопровождать.

— Не переживай. Мне, если я с Уми, всё равно, развлекаемся мы или учимся.

— Вот как. Хи-хи, вы, как всегда, горячая парочка. …Глядя на вас, я тоже начинаю думать, что хочу чего-то такого. Завидую, что вы так хорошо ладите… Это странно, да?

— Нет, ничего страшного. По-моему, это нормально.

— Спасибо, Маки-кун. Хотя, конечно, с другой стороны у меня пока совсем ничего.

Амами-сан ведь такая же старшеклассница, как и все мы, так что подобные чувства для неё вполне естественны.

Особенно учитывая, что Амами-сан была той, кто ближе всех наблюдал, как мы с Уми стали парой, как развивались наши отношения и как мы превратились в настоящую влюблённую парочку.

Уми, обретя меня как своего парня, стала заметно веселее и мягче. Амами-сан, которая давно с ней общается, наверняка это хорошо знает, так что её желание «быть как мы» и испытывать подобные чувства — это вовсе не плохо.

Конечно, для начала ей нужно найти того, кто ей понравится.

Закончив с болтовнёй, мы вышли из класса и направились к 11-му, чтобы встретиться с Уми. Там, похоже, классное собрание тоже уже закончилось, и, как и в нашем классе, помещение было почти пустым.

— Уми, я за тобой.

— Угу, благодарю за труды. …Шучу, прости, Маки. В последнее время ты всё время за мной приходишь.

— Ничего страшного. Я примерно представляю, как ты занята, глядя на Накамуру-сан, которая стоит прямо за тобой.

— Ха-ха, всё-таки заметно, да? …Кстати, Накамура-сан? Нам скоро надо на дополнительные занятия, так что не могла бы ты отпустить мою форму? А то вы вцепилась в неё мёртвой хваткой… 

— Ух… Серьёзно, участвовать на дополнительных занятиях, которые вам вообще не нужны, — вы, ребята, тоже хороши. …Ладно, идите на свои занятия, но не могли бы вы хотя бы оставить мне правую руку Асанаги-чан?

— Думаю, в этом нет никакого смысла…

Пока большинство учеников переключаются в режим летних каникул и пребывают в приподнятом настроении, Накамура-сан, единственная, сидит за своей партой с усталым выражением лица.

Причина очевидна без лишних вопросов — это работа в ученическом совете. Накамура-сан только недавно сменила Томоэ-сэмпай на посту президента, но её первоначальный энтузиазм куда-то испарился, и, похоже, её уже одолела куча дел.

— Чёрт, кто бы мог подумать, что я, великая Накамура, так сильно захочу «одолжить хоть кошачьи лапы»… Я знала, что они работают с минимальным количеством людей, но дел так много, что голова вот-вот взорвётся.

Для нас, обычных учеников, это не так заметно, но в преддверии спортивного фестиваля и других мероприятий за кулисами идёт подготовка к множеству событий, больших и малых.

Если вспомнить прошлый год, то после спортивного фестиваля идёт культурный фестиваль, затем рождественская вечеринка. Это включает в себя общение с другими школами, обсуждение программы, бронирование мест для мероприятий — всё это, должно быть, Томоэ-сэмпай и другие члены старого ученического совета делали одновременно.

Для учеников, не связанных с ученическим советом, любое событие кажется однодневным, но за кулисами подготовка начинается за несколько дней, а иногда и за несколько месяцев.

Я слышал, что в нашей школе почти все мероприятия в течение года организуются под руководством ученического совета… так что сейчас их комната, наверное, завалена горами бумаг.

Остальные члены совета наверняка тоже в шоке от того, сколько работы было у Томоэ-сэмпай и её команды.

— Чёрт возьми, если бы я знала, не согласилась бы так легко на пост президента… Тогда бы сейчас сидела дома, ела мороженое, пялилась в телек и валялась… Хотя, если подумать, это как-то не очень для старшеклассницы.

— Тогда надо было, как я, честно отказаться. …Работа в ученическом совете ведь на самом деле тебе не так уж интересна, да?

— …Угу. А, это секрет между нами четырьмя, ясно?

На днях в комнате ученического совета Накамура-сан выглядела полной энтузиазма (или так казалось), но, похоже, пока она не чувствует ни особого удовольствия, ни удовлетворения от работы.

Она понимает, что, раз объявила перед всеми, что будет президентом, бросить это дело без серьёзной причины нельзя, но всё же интересно, почему Накамура-сан решилась взяться за это?

— А, слушай, Накамура-сан, я сегодня впервые его видела, но этот парень, который теперь вице-президент, Такизава-кун, да? Он такой крутой! После церемонии Нина-чи… то есть моя подруга была в таком восторге, как никогда раньше.

— А, насчёт Нины-чи я в курсе, так что можешь её так и называть. …Да, она же сама заявляла, что обожает красивых парней. Для таких, как она, наш Содзи — это идеальная мишень.

Я наполовину пропустил это мимо ушей, но, кстати, после церемонии наша группа из пяти человек в чате тоже оживилась (в основном благодаря Нитте-сан). В последнее время она уже не так рьяно искала парня, и мне казалось, что она немного успокоилась, но появление такого идеала, как Такизава-кун, похоже, снова разожгло её романтический пыл.

— Если хотите, могу познакомить вас с ним? Он немного балованный, так что, думаю, ему больше подойдут те, кто чуть постарше.

— Э, правда можно? У меня нет друзей среди младшеклассников, да ещё и парней, так что я буду рада, если мы поладим. Нина-чи, наверное, вообще в восторге будет!

— Поняла. Тогда я сегодня поговорю с ним, и, если расписание совпадёт, можете в какой-нибудь выходной пойти гулять. Если взять Маэхару-ши и Асанаги-чан, чтобы было побольше народу, он точно не откажется.

Мы с Уми молча наблюдали, как разговор стремительно продвигается, но я невольно задумался: «Накамуру-сан правда это устраивает?»

Конечно, если это станет поводом для знакомства с Такизавой-куном, я лично только за. Найти нового друга-парня, кроме Нозому, — это моя секретная цель, и с ним, я уверен, мы бы подружились, несмотря на разницу в возрасте.

И с Амами-сан, и с Ниттой-сан то же самое.

Но ведь и у неё самой, должно быть, есть желание проводить больше времени со своим важным младшеклассником, Такизавой-куном.

— …Ой! Маки, Ю, нам пора, скоро начнутся дополнительные занятия. Опоздать в первый день — это уже точно не смешно.

— Э? Ой, точно. Накамура-сан, прости. Мы бы с радостью помогли, но…

— Ого, Амами-чан, серьёзно? В моём нынешнем состоянии лучше не искушать меня пустыми обещаниями! Стоит дать малейшую слабину, и эта женщина тут же утащит тебя в пропасть!

— Эй-эй, разве подобает новому президенту ученического совета говорить такие страшные вещи? …Если станет совсем невмоготу, мы с Маки посоветуем, что делать, так что продержись ещё немного.

— Угу. Ну, если станет совсем туго, рассчитываю на вас. И на Маэхару-ши, которого так естественно втянули в это дело.

— Ха-ха… Ну, Накамура-сан столько для нас сделала.

Судя по всему, скоро мне, возможно, придётся поучаствовать в делах ученического совета в качестве помощника по мелочам.

Это значит, что июль нужно использовать по полной.

Особенно время вдвоём с Уми.

На следующий день после церемонии окончания семестра, в первый день летних каникул. Большинство учеников, скорее всего, уже вовсю наслаждаются долгожданным отдыхом. А мы, как обычно, встали рано утром, пошли в школу и теперь сидим на дополнительных занятиях в непривычном классе.

Сегодня, во второй день, нас ждёт пересдача по японскому, а затем — дополнительные занятия по английскому и ещё одна пересдача.

Если мы (а точнее, Амами-сан) успешно сдадим пересдачи, то наконец-то сможем начать каникулы. Пока мы планируем всё так, чтобы сдать с первого раза, так что Амами-сан просто обязана пройти этот тест.

— Нгх, н-н-н… 

— Ю, не спи. Давай, старайся. Сдашь пересдачу — и поедем вместе со всеми остальными на море. Санаэ и Манака тоже ждут с нетерпением, знаешь? 

— Амами-сан, держись!

— Н-н-н… с-стараюсь…

Мы с Уми — я впереди, она сзади — поддерживаем Амами-сан, пока она борется с классическим японским и сонливостью. Мы так увлечены поддержкой, что почти не слушаем учителя, но, поскольку задания на пересдаче те же, что были на итоговом тесте, для нас это не проблема.

Утренние дополнительные занятия закончились, и вот настало время пересдачи.

«…Ага, с этим даже Амами-сан должна справиться».

Глядя на раздаточный тест, я вижу, что вопросы явно составлены так, чтобы ученики набрали больше 60 баллов, так что, если делать всё, как учили, проблем быть не должно.

Судя по тому, как бодро Амами-сан водит механическим карандашом, первый предмет, похоже, она сдаст.

— Фуэ~н, я сделала это, Уми~! 

— О, молодец, молодец! Умница, Ю, хорошо постаралась. В том же духе разберёмся и с английским! 

— У, угу~…

Амами-сан кивнула. Из-за привычки спать одна прядь еë волос забавно торчала. Видимо, они не были уложены.

— Ну что ты, Ю. Не уложила волосы с утра как следует?

— Э-хе-хе~ Хоть это и дополнительные занятия, но сейчас всё-таки каникулы, так что я, признаться, немного засиделась ночью.

— И что с тобой делать… Маки, мы с Ю ненадолго в уборную, ты не против пойти вперёд? Мы вернёмся до начала занятий по английскому.

— Понял. Я передам Ягисаве-сэнсэй.

Хотя мы и говорили не расслабляться, пересдача сама по себе не такая уж сложная, так что все участники, включая нас, в целом вели себя довольно вяло.

Обычно по утрам в школе шумно от множества учеников, но сейчас и коридоры, и внутренний двор, и даже площадка перед столовой были совершенно тихими.

Какой уголок школы ни взять, везде царит атмосфера «выходного дня». Это вызывает какое-то странное чувство.

Попрощавшись с Уми и остальными, я первым отправился в класс 10, где будут проходить занятия по английскому.

До начала урока ещё немного времени, и, даже не заглядывая в окно, я понял, что, кроме меня, там пока никого нет.

Да и неудивительно — дверь даже не шевельнулась, когда я попытался её открыть.

— …Может, учительница опаздывает?

Я думал, что к этому времени Ягисава-сэнсэй уже откроет дверь и всë подготовит, но, похоже, она либо задерживается с подготовкой, либо ей просто неохота. В любом случае, раз дверь закрыта, проще сходить в учительскую за ключом, заодно уточнив. К тому же, стоять в душном коридоре не слишком приятно.

Обмахиваясь красной подложкой для учебников вместо веера, я пошёл по коридору к учительской, где, скорее всего, была учительница.

Несмотря на яркое предобеденное время, коридор, по которому я шёл в одиночестве, почему-то вызывал чувство тревоги. Мои шаги эхом отдавались в пустоте, создавая ощущение, будто кто-то преследует меня сзади — это, наверное, особенность больших зданий, вроде школ.

…Только представьте, если бы это было ночью.

— Даже если бы я был с Уми, на испытание смелости я бы точно не подписался… 

По плану в конце июля или начале августа мы собираемся поехать на виллу, которой совместно владеют семьи Нитори-сан и Ходзё-сан. Уми упоминала, что на вершине горы, где стоит вилла, есть какой-то храм… Нет, лучше не думать об этом слишком много.

Размышляя о предстоящем, я добрался до учительской.

— …Фух, ну ладно.

Глубоко вдохнув, я взялся за ручку двери. После прошлогоднего культурного фестиваля я пару раз бывал здесь один, но мысль о том, что за дверью куча взрослых, всё равно заставляет немного нервничать.

— Разрешите. Эм, Ягисава-сэнсэй? 

— А, Маэхара-кун, прости, прости. Ключ от класса, да? Я собиралась туда пойти, но мне внезапно позвонили.

На столе Ягисавы-сэнсэй, стоявшем у входа, лежали учебники, папки и другие документы, которые, похоже, будут использоваться на уроке, и занимали больше половины пространства. Рядом с телефоном валялись листки с заметками, а сама учительница выглядела слегка измотанной. Видимо, из-за подготовки к уроку.

— Вот, ключ от класса. Я успею к началу урока, не волнуйся.

— Понял. …Лето, а всё равно заняты, да?

— Ну, мы же, в отличие от учеников, уже взрослые. …Ладно, если опоздаю, прикрой меня, отличник.

— Э, нет, это как-то не по мне… Но я передам, что вы, возможно, задержитесь из-за срочного дела.

Легко поклонившись Ягисаве-сэнсэй, которая уже взяла трубку, чтобы куда-то позвонить, я с ключом от класса поспешил к выходу.

До начала дополнительных занятий по английскому осталось минут десять, так что Уми, Амами-сан и другие участники, наверное, уже ждут.

Конечно, я уже сообщил Уми, что пошёл за ключом.

— До свидания… о…

— Ох… о!

В тот момент, когда я, торопясь вернуться к Уми, быстро выскочил из комнаты, в моём поле зрения внезапно появился парень.

Похоже, он собирался войти в учительскую, и мы слегка столкнулись.

— Ой, извини.

— Это мне стоит извиниться… о, Маэхара-кун?

— Э? …А, это ты, Оояма-кун.

Передо мной стоял мой одноклассник, Ояма-кун.

В последнее время мы редко общались, но, если подумать, встретиться здесь и сейчас — это довольно странно.

Я пришёл в школу из-за дополнительных занятий, но Оояма-кун, один из лучших по успеваемости в классе, должен быть на каникулах.

К тому же, я никогда не слышал, чтобы он состоял в каком-нибудь клубе.

— Оояма-кун, что ты тут делаешь?

— У меня тут небольшое дело… А ты, Маэхара-кун, что тут делаешь?

— Я на дополнительных занятиях. По баллам мне, конечно, они не нужны, но, знаешь, сопровождаю друга.

— Друга… это, часом, не Амами-сан? 

— Ага.

Я кратко объяснил Оояме-куну, не знавшему всех деталей, как мы до этого дошли.

…Как и ожидалось, он посмотрел на меня с лёгким недоумением, но, кажется, в целом понял.

— Вот оно как. Тогда, похоже, я немного опоздал.

— Опоздал?.. ты тоже за ключом пришёл?

— Именно. …Но я не на занятия.

— …Не на занятия, а за ключом?

— Ага. Ну, в общем, стоять перед учительской как-то неудобно, так что давай по пути поговорим?

Следуя словам Ооямы-куна, я направился обратно к классу 10, где, скорее всего, ждали Уми и остальные.

Кстати, кажется, это первый раз, когда мы с ним так идём и болтаем вне класса. В классе мы иногда перекидывались парой слов, но стоило выйти за его пределы, и он обычно быстро исчезал из виду.

— Я тоже сегодня пришёл сопровождать друга. Мы договорились в этот день тусить, так что после его занятий собираемся пойти в игровой центр.

— Вот как… А что там с твоей историей?

— Да вот, один из тех, кто на дополнительных занятиях, сказал: «Ты всё равно бездельничаешь, сходи за ключом». Ну, в нашей тусовке такое не редкость.

— Э… Вот оно как.

Среди моих «друзей» нет тех, кто отдавал бы такие странные приказы, но, наверное, в некоторых компаниях такое бывает.

…Даже Нитта-сан (хотя «даже» звучит, пожалуй, грубовато) никогда не просила меня о подобном. И Нозому, конечно, тоже.

Оояма-кун, похоже, привык к такому и лишь горько усмехается, но можно ли таких людей по-настоящему назвать «друзьями»?

— Хм, — пробормотал я, чтобы как-то поддержать разговор, и мы молча направились к классу 10, где будут проходить занятия по английскому.

Поднявшись по лестнице и выйдя в коридор, мы увидели Уми и Амами-сан, которые, заметив нас, подошли ближе.

Благодаря стараниям Уми, торчащие волосы Амами-сан были аккуратно уложены, и теперь она выглядела так же красиво, как обычно.

— Маки, молодец. А где учительница?

— У неё какое-то срочное дело, сейчас в учительской по телефону говорит. Сказала, что постарается успеть к началу.

— А, ясно. …Э-хе-хе, раз у учительницы срочное дело, может, она ещё немного задержится… Ай! 

— Ю, не думай о том, чтобы сачковать.

— Фуа~й. Э-хе-хе.

Получив лёгкий, явно сдержанный щелчок по лбу, Амами-сан расслабленно улыбнулась.

Дополнительные занятия, конечно, она бы предпочла не посещать, но Амами-сан, похоже, всё равно рада проводить время с Уми.

На каникулах они, конечно, будут иногда проводить время вдвоём, но, по сравнению с прошлым или позапрошлым годом, таких возможностей у них точно будет меньше.

Добрая Амами-сан с улыбкой прощает нам наши эгоистичные желания, но в глубине души она наверняка хочет больше времени проводить с Уми и остальными, создавая кучу воспоминаний.

Хотя большинство и считает нас чудаками за участие в ненужных нам дополнительных занятиях, сейчас я уверен, что это было правильное решение.

— …Маэхара-кун, я, похоже, тут лишний, так что пойду.

— А, да. Эм… до следующей встречи на школьном дне, да?

— Наверное. Хотя, ты, Маэхара-кун, такой популярный, что, похоже, у тебя не особо есть время болтать с такими, как я.

— …Э?

— …Ну, пока.

С этими словами Оояма-кун внезапно отстранился и ушёл от нас троих.

Всё произошло так быстро, что я не успел среагировать, но его слова оставили какое-то неприятное послевкусие.

— Эй, Уми, что с Ооямой-куном? Он выглядел мрачнее обычного.

— Да? Я с ним давно не общалась, так что разницы особо не заметила… А ты что думаешь, Маки?

— Я с ним тоже не так близок, чтобы точно сказать… Но нормально ли, что он ушёл, не сказав ничего своему другу?

Я невольно оглянулся на других участников дополнительных занятий, но никто из них, похоже, не обращал внимания на Оояму-куна. Может, его друг и был среди них, но кто именно — непонятно.

«Друг», который заставляет его бегать за ключом ради удобства и при этом не говорит ни слова благодарности… Я уже не раз это сказал, но можно ли такого человека по-настоящему назвать «другом»?

Ягисава-сэнсэй, влетевшая в класс в последнюю минуту, начала занятие по английскому. Похоже, формат дополнительных занятий оставлен на усмотрение каждого учителя, и урок Ягисавы-сэнсэй, по сравнению с японским, проходил в гораздо более расслабленной атмосфере.

Похоже, учительница хочет, чтобы все сдали пересдачу с первого раза, потому что она говорила:

— Вот это место в тексте я точно включу в тест, так что учите его особенно внимательно. Конечно, слова я заменю, но структура предложений почти такая же.

Она даже обводила красным мелом важные моменты на доске для пущей наглядности. Конечно, не всё будет таким простым, но, скорее всего, если выучить только эти обведённые фрагменты, можно набрать проходной балл.

— У~х, спать хочу, есть хочу…

— Ю, скоро будет перерыв на обед, так что потерпи ещё немного, хорошо?

— Амами-сан, держись.

— Нгх, постараюсь…

Мы с Уми подбадривали Амами-сан, но из-за раннего урока и того, что материал нам уже знаком и слушать его скучно, мои веки тоже начали тяжелеть.

Подавляя зевок, я кое-как пережил первую часть занятия, и мы вышли из класса, чтобы провести обеденный перерыв в нашем обычном месте.

Из-за каникул в школе почти нет людей, и мы могли бы пойти в менее привычные места, вроде внутреннего двора, столовой или спортзала, но лично мне спокойнее в нашем обычном уголке. К тому же, там есть тень от сливового дерева, так что даже без кондиционера там вполне комфортно.

— Ого, Маки-кун, у тебя сегодня такой огромный бэнто! Это, небось, чтобы с Уми поделиться?

— Ага. Сейчас каникулы, вот мы с Уми вчера вечером и решили, что можно так сделать. Я, правда, немного переборщил, так что, Амами-сан, угощайся.

— Ух ты, спасибо! Не возражаю!

Мы втроём уселись на старой скамейке и принялись за большой контейнер с бэнто.

В нём были маленькие рисовые колобки, жареная курочка, слегка сладкий омлет, остатки вчерашнего ужина и, для яркости, пара помидорок черри и брокколи, заполнившие пустое место.

— М-м, давно не ела, но я всё-таки обожаю твой омлет, Маки-кун. Его одного хватило бы в качестве основного блюда.

— Да. Слушай, Маки, ты, кажется, ещё круче стал готовить?

— Правда? Ну, если каждый день готовить, само собой так выходит.

Я встал на час раньше обычного, но, глядя на то, как они с аппетитом едят, я чувствую, что усилия того стоили.

— Ой, слушай, Маки-кун, раз уж так, попробуй и мой! Его мама приготовила, выбирай, что хочешь.

— А, да. Тогда, пожалуй, омлет со шпинатом.

— Хорошо. Вот, держи.

С этими словами Амами-сан взяла кусочек омлета, нарезанного треугольниками, и положила его на крышку контейнера, которую мы использовали как тарелку… вернее, не положила, а поднесла прямо к моему рту.

— …Эм, Амами-сан?

— Что такое, Маки-кун? Вот, бери.

— Э, да, но, знаешь, я могу и сам поесть.

— Э? …Ой!

Тут Амами-сан, похоже, наконец поняла, но если бы я съел омлет прямо из её рук, это бы стало полноценным «а-а-ам».

Для Амами-сан это, наверное, было в порядке вещей, как когда она ест с Уми, но всё же, когда речь идёт о противоположном поле, такие вещи немного смущают.

Если бы это была Уми, это была бы обычная сцена из нашей жизни.

Но лицо Уми, которая внимательно наблюдала за этим со стороны, стало немного пугающим.

— …Ю, такое делаю я.

— П-прости! Точно, у Маки-куна же есть Уми, а я, как обычно, опять в своём стиле… Ха-ха-ха.

Амами-сан, в панике вернув омлет на место, покраснела до ушей.

Когда мы только начали дружить, Амами-сан старалась держать дистанцию, поскольку я был её первым другом-парнем (по крайней мере, мне так кажется). Но, продолжая учиться в одном классе и всё чаще общаясь один на один, она, кажется, постепенно теряет внутренние барьеры.

Я польщён, что Амами-сан всё больше мне доверяет, но слишком сильное сближение — не лучшая идея.

…Потому что Уми начинает ревновать.

— Маки.

— А, да?

— …А-а-ам.

С этими словами Уми взяла кусочек курицы из контейнера и поднесла его к моему рту.

Конечно, я сам могу поесть, но, как и хотела Уми, послушно откусил кусочек.

— … 

— Ч-что, Уми, чего ты так пялишься на меня?

— Ну и как? 

— Как… ты про вкус?

— Кто знает?

Я понял это ещё в момент, когда Амами-сан сделала «а-а-ам», но, похоже, настроение Уми и правда не из лучших.

Похоже, если угодишь одной, расстроишь другую… Со стороны, наверное, кажется, что я окружён двумя красотками и мне можно только позавидовать, но лично для меня это всё довольно сложно.

— Я сам это готовил, так что вкус, конечно, хороший, но становится ещё вкуснее, когда ты меня кормишь, Уми. Хотя немного неловко, что Амами-сан так внимательно за этим наблюдает.

— Хм. Ладно, тогда вот это.

— П-погоди, ещё?

— Конечно, пока я не буду довольна. …Ничего страшного, да?

— Да.

И так мой обед превратился в непрерывную атаку «а-а-ам» от моей девушки, пока бэнто не опустел.

Когда мы наконец закончили обед и настроение Уми, похоже, вернулось в норму, я слегка пожалел, что вчера так разошёлся с готовкой.

— Фух, спасибо за угощение… Эм, у нас ещё полчаса до конца обеденного перерыва, что будем делать? Может, вернёмся в класс пораньше и подготовимся к уроку?

— Мне всё равно. Ю? 

— …

— Ю? Ты слышишь?

— Амами-сан спит.

— Ага. Ну, она же с утра старалась.

Похоже, пока Амами-сан пила холодный чай, её сморило, и она, прижавшись к Уми, уже мирно посапывала.

— Ну, раз так, давай дадим ей поспать до последнего. Маки, если тоже хочешь спать, можешь прислониться ко мне. Я разбужу, когда придёт время.

— Нет, я в порядке… Но можно я придвинусь чуть-чуть поближе?

— Хи-хи, Маки, ты такой избалованный. …Иди сюда.

— Угу.

Я подвинулся вплотную к Уми, положив свою руку поверх её.

В это время года тесно прижиматься жарковато, но я бы всё равно предпочёл быть так близко к Уми, чем далеко.

Может, это звучит немного извращённо, но я люблю любой запах Уми — даже её пот, потому что это часть неё.

Я сам довольно потливый, и сейчас по моей шее стекают капельки пота, но Уми, кажется, это совсем не волнует — она приблизила лицо и начала принюхиваться.

— Маки, от тебя пахнет потом.

— Прости, Уми… Эм, может, я вытрусь платком и отойду?

— Не-а. Мне нравится так.

— Ну, если ты так говоришь, то ладно.

Приблизившись, мы начали нюхать друг друга. Обычно в школе мы так не делаем, но вокруг так тихо, а Амами-сан, спящая рядом, не подаёт признаков пробуждения, так что я подумал, что чуть-чуть можно.

— Уми, прости, всё-таки можно я немного посплю?

— Давай. Я тоже начинаю клевать носом, так что, может, все вместе вздремнём? Если поставить будильник, думаю, всё будет нормально.

— …А то проспим все втроём, и учительница нас отругает.

— Ха-ха, такое вполне возможно. Ну, разберёмся, если что.

— Ладно.

Мы с Уми обняли друг друга за талию, прижавшись ещё ближе, и медленно закрыли глаза.

Сытые после обеда, да ещё с прохладным ветерком, дующим между школьными корпусами, сон накатил моментально.

— Н-н-н…

— Хрр…

— Фуня… 

Каждый со своим сопением, мы втроём погрузились в короткий сон.

В итоге мы поспали всего минут пятнадцать, но, когда будильник зазвонил и мы проснулись, вся усталость куда-то улетучилась.

Кстати, Амами-сан так и не проснулась, так что нам с Уми пришлось тащить её до класса — это я добавлю по секрету.

Дополнительные занятия, благодаря нашим с Уми стараниям (или не совсем?), прошли без необходимости пересдавать ещё раз, и Амами-сан официально ушла на летние каникулы.

Правда, баллы у неё были на грани.

* * *

Перевод: ZAK

Хочешь читать бесплатные главы быстрее и следить за моими другими переводами?

Тогда тебе в мой ТГК: https://t.me/AngelNextDoor_LN

На Бусти на 3 тома больше, чем тут и в ТГК: https://boosty.to/godnessteam

Поддержать переводчика:

Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d

Бусти https://boosty.to/godnessteam