Тут должна была быть реклама...
Глава 32.
Воздух был наполнен чем-то, что называлось «напряжение».
Сердце Лю Юй вскочило выше и билось где-то в горле.
Тудум, тудум, тудум.
«Может ли Гайя почувствовать необычность Луиса?
Может ли он слышать его мысли?
Как Луис мог вот так в открытую войти сюда? Он не боится, что епископ Брюс обнаружит его?» – сердце Лю Юй словно положили на сковороду с маслом и жарили, и жарили, но буквально через мгновение её спина покрылась холодным потом.
Ведь…
– Беллия, я не слышу его, – в этот момент голос Гайи казался крайне спокойным. – Странно… – но его брови были слегка приподняты, выражая встревоженность неизвестной эмоцией.
– Кого ты не слышишь?
– Профессора Луиса
Руки и ноги Лю Юй снова согрелись:
– Гайя, думаю, не все хотят, чтобы их голоса были раскрыты… Даже если я очень сильно люблю тебя, боюсь, что я не могу быть перед тобой как чистый лист бумаги в любое время и в любом месте.
– Прости, – искренне ответил Гайя.
В это время Ходж Луис за кафедрой начал рассказывать об обычаях и этикете разных стран:
– … народ Хару любит скрывать себя с головы до ног черной тканью, оставляя открытым лишь лицо. За исключением свадеб и похорон, в остальное время они должны носить лёгкую чёрную ткань… Также, мы не можем есть говядину на глазах у людей Монлэа, иначе они начнут с Вами яростное сражение… Женщины Пинсини никогда не опускаются на землю. Красотой они считают – большой вес. Говорят, что самая красивая женщина их страны весит 200 фунтов…
– Боже! Двести фунтов?! Она вообще видит свои ноги?
– Она же никогда не опускается на землю.
В аудитории раздался взрыв смеха.
Новый профессор был изящным и весёлым, а также не таким строгим, как другие профессора, и поэтому быстро покорил сердца большинства учеников.
– Профессор Луис! Поскольку это урок этикета, помимо обычаев и традиций, мы ведь будем изучать ещё и танцы?
– Танцы? О, конечно, Вам нужно будет научиться всем придворным, а также народным танцам этих стран. Это очень важно, ведь, когда Вы станете посланниками Бога, Вам придётся распространять волю Бога по всему миру, – с улыбкой сказал Луис.
Когда его чёрные глаза были слегка прищурены, они выглядели очень добрыми и мягкими:
– Однако… – протянул профессор Луис. – До этого моменты вы должны найти своего партнёра для танцев, самостоятельно.
– Джентльмена в пару с леди?
– Думаю, я не стану возражать, если джентльмен захочет составить пару джентльмену, – протянул Луис. – А сейчас… продолжаем слушать тему сегодняшнего занятия, иначе вы оскверните божью волю.
Смотря на тёмного апостола на сцене, Лю Юй неоднократно выражала свою безоговорочную любовь к Богу Света.
«Если говорить лишь об актёрской игре, то я крайне далека от Луиса. Неудивительно, что вампир словно рыба в воде, в человеческом мире.»
Внимательно слушая, Лю Юй постепенно погрузилась в тему лекции.
– Отлично, на сегодня всё. Надеюсь, что к следующему занятию вы найдёте своего партнёра.
Самые смелые подняли руки.
– Могу ли я взять в пару профессора, если я не смогу найти себе пару?
– Ох, боюсь, что тогда скипетр епископа Брюса разобьёт мне голову. До встречи, дети, – посмотрев на учеников, молодой мужчина с тёмными волосами и чёрными глазами, покинул аудиторию, держа одну руку в кармане.
Лю Юй застыла от этого взгляда, она поняла, что Луис предупреждал её, что если девушка осмелится сообщить о том, что ей известно, то он больше не будет стоять в стороне, ведь ему известно, в чём её слабость.
– Беллия, ты дрожишь… Почему? – повернувшись, Гайя посмотрел на Лю Юй.
Красивый и изысканный профиль юноши был подобен тонкому и прозрачному нефриту под солнцем. Вспыхнув, Лю Юй подумала, как сильно это похоже на хрупкие и чувственные отношения, которые она пыталась поддерживать между ними.
– Я иду в ванную комнату, – поднявшись, сказала Лю Юй. – Здесь есть насекомые.
Не дожидаясь реакции Гайи, она поспешно покинула аудиторию.
В ванной комнате.
В медном зеркале ванной отразилось слегка бледное лицо девушки. Лю Юй опустила глаза и начала сосредоточенно мыть руки.
Когда холодная вода потекла по тыльным сторонам её ладоней, встревоженное сердце девушки постепенно успокоилось.
«Это пустяк,» – сказала сама себе Лю Юй.
«Я должна продолжать двигаться вперёд шаг за шагом, нагромождая ложь на ложь…
Я не должна оглядываться назад.
С прямой спиной, я должна каждый день делать больше, чтобы выжить здесь.»
Вытерев руки, Лю Юй вышла из ванной комнаты, но когда она шла по коридору, спустя пару пройдённых дверей, чьи-то руки внезапно втянул и её внутрь одной из комнат.
– Что… ?!
– … ш-ш-ш, это я, – в темноте, большая ладонь закрыла Лю Юй рот. – Луис.