— Ну что, теперь ты понял?

Когда рассказ Средневозрастного священника закончился, Айден тихо кивнул.

—…..

Если кратко подытожить всё, что он услышал…

Святая этой Церкви каким-то чудом исцелила его кибер-зависимость.

«Что это вообще значит…»

Он хотел возразить, что это бред, но на инстинктивном уровне понимал это не ложь.

Речь ведь шла о его собственном теле. Если бы он не ощущал перемен, всё это действительно было бы абсурдом.

С того самого момента, как он связал кибертело со своей нервной системой, он ощущал ужасное чувство отторжения.

Неприятный серый шум, без конца терзавший его разум.

Даже головные боли, которые не проходили, несмотря на наркотические обезболивающие… исчезли, будто смыты.

«Это сон…?»

Сколько времени прошло с тех пор, как он вновь ощутил этот покой. Это было настоящее чудо. Если бы он сам это не пережил… нет, даже теперь трудно было поверить в результат. Айден всё ещё пребывал в растерянности.

«Постой-ка».

Вдруг в уголке души поднялось холодное беспокойство.

Почему такая невероятная возможность выпала именно ему? И какой будет плата?

Внезапно его охватил страх.

Заметив выражение Айдена, Средневозрастный священник слегка усмехнулся.

— Что? Боишься, что Церковь накинет на тебя поводок и сделает рабом до конца жизни?

Он говорил в шутливом тоне, но взгляд оставался серьёзным.

— Не переживай. Та, кто подарила тебе новую жизнь, искренне желает помочь отчаявшимся. Церковь не станет тебя к чему-то принуждать.

Айден сглотнул.

— Тогда… какие именно три варианта вы упоминали?

— Ну, это о том, какие пути открываются для наёмников вроде тебя, переживших кибер-ярость. Решение, конечно, за тобой.

Священник поднял первый палец.

— Первый: уходишь с работы наёмника. Благодаря милости Святой Девы твоя кибер-зависимость больше не будет прогрессировать. Ты сможешь жить обычной жизнью без ингибиторов. Это золотая возможность сойти с лезвия ножа, на которое ты сам влез из-за глупых решений прошлого.

Это было то, о чём Айден мечтал, чего жаждал.

Но когда возможность наконец появилась, он оказался не готов что-то ответить.

Слишком внезапно, слишком… нереально.

Несмотря на замешательство Айдена, священник спокойно продолжил.

— Второй: продолжаешь быть наёмником, как раньше. Теперь, когда твоё тело в норме, ты можешь ещё немного поработать, если захочешь. Но запомни: даже если чудом вылечить сломанное тело, повторно влив в себя яд получишь тот же результат.

В его голосе прозвучало ледяное предупреждение.

— Импланты, приросшие к твоему телу, и есть этот яд. В повседневной жизни проблем не будет, но если продолжишь вести такие же ожесточённые бои, как прежде, симптомы вернутся. Если по глупости повторишь и спровоцируешь вторую Кибернетическую ярость… никто уже не придёт тебя спасать. Для глупца, дважды совершившего одну и ту же ошибку, нет спасения.

Эти слова прозвучали особенно холодно.

Его тело, гниющее от отторжения. Неконтролируемая ярость, пожирающая личность.

Это был ад, в который он не хотел возвращаться.

В этом смысле, возможно, лучшее решение уйти из наёмников прямо сейчас.

Благословение уже в том, что ему спасли жизнь.

И всё же что-то внутри удерживало его от окончательного ответа.

Это была недосказанная часть речи священника.

— …А последний вариант? Вы ведь говорили, их три?

Отчаянный вопрос вырвался сам собой.

Священник чуть подался вперёд и с намёком улыбнулся.

— А последний…

* * *

—……

Юноша неловко поправил одежду перед зеркалом.

Чёрная священническая ряса. Пока ещё непривычная, но странным образом вполне ему подходящая.

Айден ещё раз оглядел себя в зеркале, пригладил складки и вышел из своей кельи.

— Доброе утро, отец!

— Приветствуем

Шагая по улице, он встречал тёплые приветствия прохожих.

Айден с неловкой улыбкой отвечал на них.

«Священник, значит…»

Звание всё ещё казалось странным. Он никогда не верил в религию. Но теперь, когда его называли священником, он невольно задумывался о странностях мира.

Причина, по которой Айден шёл в этой одежде, крылась в последнем предложении Средневозрастного священника:

«Последний вариант - стать “Хранителем” вроде меня».

Это был своего рода трудовой контракт оставаться при Церкви и обеспечивать безопасность прихода.

Разумеется, речь не шла о рабстве. Церковь платила жалование, пусть и меньше половины того, что он получал как наёмник.

Однако на деле выгоды оказались куда больше, чем в наёмничестве.

Ему больше не приходилось тратить огромные суммы на дорогие иммуноподавители, нестабильные корректировки прошивок и ремонт изношенного кибертела.

Но главным оказалось даже не это.

Взгляды людей. Раньше одного его появления на улице было достаточно, чтобы прохожие в страхе разбегались. Угрожающий вид наёмника с кибер-улучшениями внушал ужас.

Но стоило надеть чёрную рясу, всё изменилось. Теперь на него смотрели с доверием и теплом. Ему даже отвечали с радушием.

Вместо того чтобы вредить, он защищал. И это ощущение оказалось удивительно удовлетворяющим. Поддержка людей, о которой он не мог и мечтать прежде, оказалась ценнее любых наёмных денег.

—……

В раздумьях он дошёл до двора Церкви.

Как раз навстречу ему шёл знакомый Средневозрастный священник. Он первым заметил Айдена и радостно помахал.

— Эй, новоиспечённый священник. Как поживаешь?

Айден слегка кивнул.

— Артур, давно не виделись.

Это был тот самый священник, который изначально всё ему объяснил, когда Айден пришёл в Церковь.

Только позже он узнал, что его зовут Артур.

Разговор быстро перешёл к другому.

— Разве Артур не из другого прихода? Что тебя сюда привело?

— Да так, на последней плановой проверке гормоны иммунитета показали превышение. Благодаря этому появилась возможность снова увидеть Святую.

От этих слов в памяти Айдена всплыло одно объяснение, данное при заключении контракта:

«Если Хранитель при Церкви получает ранение или проявляются ранние признаки кибер-зависимости во время задания, Святая исцеляет его чудом…»

Это была одна из ключевых причин, почему наёмники, пережившие Кибернетическую ярость, оставались верны Церкви.

«Святая…»

При одном воспоминании об этом имени взгляд Айдена невольно дрогнул. Артур, заметив перемену, усмехнулся.

— Наш новый священник думает о Ней?

Айден на секунду отвёл взгляд.

Ответить он не смог, но лицо выдало всё.

Впрочем, так было с каждым. Если тот, кто вытащил тебя из ада боли, оказался ещё и столь прекрасен, с добрыми руками и мягким сердцем… неудивительно, что человек мог быть очарован.

Для мужчины, особенно молодого, это естественно.

«Пусть Она и недосягаема…»

Если когда-нибудь выпадет возможность, он хотел бы ещё раз искренне поблагодарить.

Почувствовав его мысли, Артур хмыкнул.

— Думаешь, только ты один получил чудо исцеление? Если бы Она слушала каждую благодарность, у неё бы и минуты покоя не было.

Но он оставил тонкий намёк:

— Хотя… сказать, что шансов совсем нет, было бы неправдой.

— Что?

Айден тут же насторожился.

— Говорят, среди Хранителей отбирают самых верных и выдающихся. Их называют… Спасённые (Los Salvados).

Артур задумчиво посмотрел в небо:

— Если тебя выберут… может быть, получишь шанс служить Святой поблизости.

От этих слов сердце Айдена забилось чаще.

Впервые за долгое время перед его мутным взором появилось ясное стремление.

«Если я буду стараться… смогу ли увидеть Её снова?»

* * *

— Я очень хочу хоть раз увидеть женщину, которую называют Святой.

На верхнем этаже одного из трёх пятизвёздочных отелей в пригородах.

В огромном банкетном зале, похоже, снятом целиком, стоял только круглый стол.

На столе лежали изысканные блюда и редкие свежие фрукты, но к ним никто не прикасался они лишь поблёскивали, как декорации. Здесь собирались те, кто мог себе позволить подобную роскошь.

— Святую, говоришь?

Мужчина лет сорока, лениво потягивая вино, пробормотал вполголоса. Женщина с загадочной внешностью, сидевшая напротив, ответила.

Она играла с вишней на столе своими длинными тонкими пальцами и продолжила разговор.

— Слышала, господин председатель. На 13-й Авеню появилась странная… религиозная группа, наделавшая шуму. Внезапно они быстро усилили позиции.

В этот момент третий, всё время молча глядевший на город, коротко вставил слово. Китайский мужчина в модернизированном красном чанпао, с острым взглядом.

— Это Пять Мутных Зол. Конец времён идет.

Будийская поговорка рассуждающяя о грехопадение человека и приближение конца света.

Его тихий вздох был пропитан цинизмом.

Роскошный зал, где находились лишь эти трое, казался совершенно отрезанным от шума внешнего мира.

Повисла лёгкая пауза.

Загадочная женщина первой нарушила молчание.

— Хотя, похоже, они делают кое-что полезное. Поговаривают, что из-за них пропадают соседние организации.

Средневозрастный мужчина оживился.

— Бандиты?

Он фыркнул.

— Да они просто салаги, всего то держутся за один перекрёсток.

— Верно?

Женщина слегка улыбнулась.

— Не были большой проблемой, так что я их не трогала, но подчистить мусор сейчас не помешает.

Она небрежно поправила ногти, словно обсуждала мелочь.

Никто не воспринимал тему всерьёз. Для этих людей исчезновение уличных группировок было пустяком.

У них была власть и капитал, прочные территории и десятилетия традиций за спиной.

Они были вне сравнения с мелкими бандитами, вымогающими у слабых.

Настоящий доход и структуры, ключевые фигуры всё это находилось в их руках.

На протяжении десятилетий именно они фактически правили пригородами, оставаясь в тени города.

Люди называли их Мафией.