Обычное, более суетливое, чем обычно, утро понедельника.

— Ыыын…!

— Да-да, тебе неудобно.

Успокоив капризничающего малыша, я принялся торопливо собираться.

Мысль о том, чтобы тащиться на работу в автобусе с ребенком на руках, меня не прельщала, поэтому я позвонил своему руководителю, объяснил ситуацию и вышел из дома уже после десяти, сев в автобус.

… Вообще-то, таких крох, как Лука, нельзя так часто выносить на улицу из-за слабого иммунитета.

Мне было жаль, что в этот холодный зимний день нам приходится столько мотаться.

К счастью, ребенок не плакал и мирно заснул, покачиваясь в автобусе.

Переступив порог офиса уже после одиннадцати, я заметил, что начальник отдела, казалось, только и ждал моего появления, чтобы отчитать. Но, увидев меня с Лукой в слинге, он, похоже, потерял дар речи.

— …Итак, на сколько вы планируете уйти?

— Для начала хотел бы оформить максимальный отпуск по уходу за ребенком, три месяца. Это возможно? Если малыша быстро усыновят, я сразу же вернусь.

Начальник отдела, наконец, удовлетворился и отпустил меня. Я быстро разобрал свой стол и передал текущие дела коллегам по команде.

Несмотря на внезапно свалившуюся на них работу, мои замечательные коллеги не жаловались. Правда, Лукой заинтересовались все.

— Ой, какой хорошенький!

Сотрудники потянулись ко мне, собравшись в кружок. Проснувшись, Лука удивленно моргал большими глазками, разглядывая собравшихся, и то и дело зевал.

— Кажется, за эти несколько дней малыш стал еще симпатичнее, — улыбнулась Мария.

Я не мог долго задерживаться, поэтому еще раз поблагодарив Марию, вышел из офиса и направился в команду разработчиков приложений, где ни разу не был.

У нас с ними были разные этажи. Мы на пятом, а они на третьем.

Добравшись до третьего этажа, я заглянул в дверь их офиса и, поймав проходившего мимо сотрудника, смог задать вопрос о приложении для покупок.

Мне было сложно объяснить ситуацию, поэтому я начал с простого вопроса.

— Скажите, пожалуйста, бета-версия приложения, которую вы недавно выпустили, уже запустилась официально?

— Нет, что вы, официальный запуск запланирован на весну, — ответил сотрудник, поочередно глядя то на меня, то на ребенка.

Я не хотел, чтобы меня и на работе считали странным, как тот курьер, поэтому старался подбирать слова, чтобы не показаться подозрительным.

Правда, рассказ о том, что «на выходных я совершил покупку через приложение, получил бонусы за покупку и потратил их на шикарный ужин», звучал, даже для меня самого, крайне сомнительно и невероятно.

К счастью или к сожалению, сотрудник, выслушав меня, лишь усмехнулся и махнул рукой.

— Наверное, вы просто переутомились из-за ухода за ребенком и перепутали приложение. Запуск приложения — это довольно сложный процесс, и случайный заказ просто невозможен.

…Судя по его тону и выражению лица, он счел меня компьютерным профаном или полным чайником в технике.

— Тогда, может быть, вы посмотрите вот это? Я просто совсем в этом не разбираюсь… — торопливо сказал я, доставая смартфон, чтобы показать ему приложение.

Но на домашнем экране приложения как сквозь землю провалилось.

— Ой, подождите. Что это…

Что происходит? Неужели я все перепутал? Может, из-за того, что просыпаюсь каждые два часа, у меня начались галлюцинации?

Пока я растерянно бормотал, другой разработчик, услышав наш разговор, хмыкнул и заметил:

— Эх, если бы это было правдой! Получаешь бонусы за каждую покупку, и все достается по принципу «два по цене одного»! Я бы на твоем месте никому об этом не рассказывал.

С этими словами он наклонился к Луке, сидящему у меня в слинге, и крикнул: «Ку-ку!». Выражение лица Луки, смотревшего на него, было явно недовольным.

— Уаааа!

Лука внезапно разразился плачем.

— Да от твоей рожи любой заплачет!

— Да что с моим лицом не так?!

Так ни к чему и не придя, ситуация зашла в тупик. Не желая оставаться в офисе с плачущим ребенком, я извинился и покинул этаж команды разработчиков.

От такого количества сумбура в голове я и сам начал сомневаться. Неужели я все придумал? Но этого не может быть.

Однако сами разработчики отрицали существование приложения, да и с домашнего экрана оно исчезло.

Решив, что сейчас главное успокоить плачущего ребенка, я вышел на улицу и поймал такси. Возвращаться на автобусе с кричащим малышом было бы проблематично…

Но как только мы сели в такси, Лука тут же перестал плакать.

— …Ты не хотел ехать в автобусе?

Лука словно в ответ моргнул. А потом еще несколько раз и сладко засопел.

* * *

Домой я вернулся около трех часов дня.

Впервые за долгое время я оказался дома в будний день, и это было неплохо. На поздний обед я достал из холодильника приготовленный вчера простой сэндвич.

И снова уставился в экран телефона. Мне никак не верилось в произошедшее. Всю дорогу я то и дело доставал телефон, но приложение так и не появилось.

Однако в банке, куда я заезжал по пути, подтвердили, что с моего счета списалась ровно та сумма, которую я потратил на покупки в интернет-магазине.

Товары были в пути.

— …

Тогда откуда взялся этот сэндвич?

Пока я размышлял над этим, доедая сэндвич, завибрировал телефон, переведенный в беззвучный режим. Неизвестный номер.

Боясь разбудить ребенка, я пулей вылетел в пустую комнату и ответил на звонок.

— Алло?

— Здравствуйте, это Чжун, верно? Опекун Луки Анжелуса.

Звонили из организации, занимающейся временной опекой и усыновлением детей.

Вероятно, это как-то связано с поддельными документами…

Отчего-то возникло ощущение, будто я вступил в контакт с «семьей» настоятельницы, и я невольно напрягся. Но дальнейшие слова звонившей повергли меня в ступор.

— С нами связалась молодая пара, которая хотела бы познакомиться с Лукой. Они сказали, что чем раньше, тем лучше. Вам удобно будет завтра?

Согласившись, я уточнил время и место встречи и завершил звонок.

— …

Я думал, что если за все время строительства приюта поступит хотя бы один запрос на усыновление, это уже будет удачей. Но чтобы так быстро…

А я ведь оформил отпуск по уходу за ребенком на целых три месяца!

Ну, конечно, можно будет вернуться на работу раньше, если понадобится…

Мы провели вместе всего несколько дней, но на душе уже было пусто и тоскливо.

От мысли о расставании с малышом на сердце уже скребли кошки.

Выйдя из комнаты, я увидел разбросанные по гостиной и кухне детские вещи, и на душе стало еще тоскливее.

Оставив недоеденный сэндвич на столе, я осторожно положил свой палец на крошечную ладошку спящего малыша. Даже во сне он крепко сжал мой палец.

— …Уже уезжаешь.

Я думал, что у нас будет немного больше времени вместе.

* * *

В чистом морозном воздухе рождественские огни сияли еще ярче.

Снег еще не пошел, но пронизывающий ветер заставлял крепче прижимать к себе малыша.

Наверное, я нервничал. На душе было какое-то странное беспокойство.

— …

Не стоит так. То, что у малыша появится семья, — это же здорово.

Процедура усыновления, насколько мне известно, не так уж проста.

Может быть, поэтому так много детей остаются без родителей. Отказаться от ребенка слишком легко, а усыновить — сложно.

В любом случае,

эти люди, наверняка, хорошие. У них есть все необходимое для роста и развития ребенка: финансовая стабильность, комфортная обстановка и готовность любить.

Будет правильно отпустить его с легким сердцем. Это лучшее, что я могу сделать.

С этими мыслями я вошел в центр. Нас встретила сотрудница в строгих очках, производящая впечатление собранного и ответственного человека.

Проверив мои документы, она начала объяснять порядок действий перед встречей с потенциальными усыновителями. Ее деловой и четкий тон успокаивал.

Минут через десять вошли элегантно и дорого одетые супруги. После короткого приветствия я передал им Луку, чтобы они могли подержать его на руках.

— …

Но их поведение было странным.

Разве обычно не смотрят на ребенка с любовью, не пытаются установить зрительный контакт?

Они же, взяв малыша, не прижали его к себе, а положили на стол и начали осматривать со всех сторон.

Словно проводили контроль качества. А потом и вовсе принялись оценивать его.

— Цвет волос мне нравится. В самый раз. Но глаза не голубые… — пробормотала женщина.

— Простите? — растерянно спросил я.

Ответил мужчина:

— У нас обоих голубые глаза, поэтому хотелось бы, чтобы и у ребенка были такие же. В идеале, чтобы он никогда не узнал, что он приемный.

— А…

Не зная, что сказать, я промолчал. Женщина добавила:

— И, пожалуй, лучше, если бы это была девочка…

— …Простите?

Я снова переспросил. Ну что они творят, когда ребенок здесь? На этот раз мое недовольство было очевидно, и мужчина поспешил вставить слово, вставая между мной и своей женой. Он повернулся к сотруднице и сказал:

— Все, не стоит. К сожалению, этот ребенок нам не подходит.

С этими словами они, не оглядываясь, вышли из комнаты.

Сотрудница, пришедшая с ними, вздохнула и последовала за этой парой. Мы с Лукой и сотрудница в очках остались сидеть в тишине.

Я был в шоке. Мне было обидно и жаль малыша.

Разумом я понимал, что не виноват, но мне было безумно жаль ребенка.

Я осторожно взял малыша с стола, словно брошенную вещь, и постарался успокоиться.

Лука невинно моргал, глядя на меня.

— Вы в порядке?

— Они все такие?

Я задал вопрос немного быстрее, чем следовало, прижимая к себе ребенка.

Невыносимо было думать о том, что к ребенку относятся как к товару.

Разве можно выбирать ребенка, как мебель, которая должна подходить к интерьеру?

— Берут ребенка на всю жизнь, разве можно не выбирать? Конечно, хочется взять того, кто больше нравится, — деловито ответила сотрудница. В ее словах была логика, но от этого становилось еще горше.

Такое поверхностное отношение, когда начинают с внешности, вызывало недоверие. Что, если бы они усыновили Луку, а потом он бы не соответствовал их ожиданиям?

Не так уж редко случалось, что усыновленные дети возвращались в приют.

…Впрочем, я понимал, что нет смысла обсуждать эти философские вопросы с этой сотрудницей.

Я застыл на месте, словно вкопанный, а сотрудница добавила:

— Но я согласна, что их поведение было некорректным. Как по отношению к вам, так и к ребенку.

— …Да.

— Если они и дальше будут так себя вести, нам будет сложно им кого-то подобрать. Непростая пара.

С этими словами сотрудница что-то записала в своем блокноте и перешла к завершению встречи.

— В любом случае, это был первый раз, поэтому я вам позвонила. В дальнейшем, если будут звонить другие потенциальные усыновители, вам будет приходить смс. Пройдя по ссылке в сообщении, вы сможете выбрать удобное время для посещения, после чего вам придет подтверждение…

Внимательно выслушав ее, я не выдержал и спросил. Сердце говорило громче разума.

— Скажите, пожалуйста, можно ли здесь получить информацию о процедуре усыновления?

— Простите?

— Я знаю, что бывают случаи усыновления детей из приемных семей.