Если не считать того, что я была перемазана грязью, а она — совершенно чиста и безупречна на вид, у нас обеих было одно и то же лицо.

— Как это вообще возможно?

Существуют ли двойники в этом мире? Нет, может, у меня сейчас галлюцинации? Я протерла глаза и подняла лицо, чтобы еще раз взглянуть на ее внешность.

Тем не менее, сколько бы я ни вглядывалась в женщину, она казалась неотличимой от меня. Реальность разницы между «такая же» и «похожа» заставила мою спину покрыться мурашками.

— Т-ты, кто ты?..

Когда я спросила дрожащим голосом, она согнула колени и посмотрела мне прямо в глаза. Девушка ответила широкой улыбкой, которая напомнила мне свежий весенний цветок.

— Меня зовут Серрин Латни.

— Серрин Латни?

Почему-то кажется, что это знакомое имя…

Пока я копалась в памяти, она внимательно изучала мое лицо, как будто что-то подтверждая.

Вскоре она обратилась ко мне, и ее глаза сияли от удовольствия.

— Эйшан, ты.

Вопреки милой улыбке на ее лице, резкий голос проник в мои уши.

В отличие от широко изогнутых губ, как ни странно, в ее глазах не отражалось никаких эмоций.

— В будущем ты должна жить как Серрин Латни из Империи Теккенен вместо меня.

Я вспомнила.

В этом разрушительном романе существовала Серрин Латни, злая, безжалостная женщина, которая в конце концов столкнулась с ужасной смертью.

«Почему у меня такое же лицо, как у злодейки Серрин…»

Более того, что она имела в виду, говоря, что я должна жить как Серрин? Что это была за смехотворная чушь?

Я покачала головой из стороны в сторону, чтобы привести в порядок запутанные мысли, и открыла рот.

— Что за глупости вы несете… Более того, наши лица…

— Да, действительно удивительно слышать что-то подобное внезапно. Я полностью понимаю.

Я читала много описаний ее появления в романе.

Но я никогда не думала, что ее лицо будет таким же, как у меня.

Серебристые волосы и голубые глаза. Я просто думала, что родилась красивой!

Когда я не смогла ничего ответить, оставаясь в замешательстве, Серрин схватила меня за руки и медленно подняла вверх.

Она взяла толстую шаль, которая была на ней, и накинула ее на мои тощие плечи.

— Раз у нас много времени, почему бы нам не поболтать? Здесь холодно… Пойдем в теплый экипаж, на котором я приехала.

Я посмотрела туда, куда указывал палец Серрин, и увидел карету, собранную из золота. Это была самая дорогая карета, которую я когда-либо видела в своей жизни.

«Я бы поверила, если бы императорская семья использовала такую же…»

Нет, сейчас не время обращать внимание на карету!

— Как же эти двое…

Когда я указала на двух мужчин, отлетевших к стене, и нерешительно спросила, Серрин молча положила мне на руку что-то теплое.

— Давайте сначала зайдем внутрь.

Запах, щекотал нос. Даже не посмотрев, я поняла, что это… Это свежеиспеченный пельмень. Пар ударил мне в лицо, и притягательный, приятный запах безжалостно заполнил нос.

— Давай поговорим, пока ты ешь. Если хочешь пить, в карете также есть вода.

Мой желудок заурчал. Я не замечала этого до сих пор, но в тот момент, когда я увидела клецку, мое тело внезапно почувствовало головокружение.

— Вы даете это мне?

Как только я откусила пельмень, я повернулась к ней и спросила об этом. Не было такой вещи, как ведение бизнеса, когда дело касалось еды. В тот момент, когда я увидела клецку, официальная речь тут же слетела с моих губ*. Серрин, в свою очередь, ответила яркой улыбкой, противоположной злобной ухмылке злой женщины.

*TL/N: корейский состоит из формальной и неформальной речи. Обычно, когда вы разговариваете с кем-то, кого вы не знаете или кто старше вас, имеет более высокую иерархию и т.д., вы используете формальную речь. Неформальную речь вы в основном используете с друзьями, братьями и сестрами. В основном это люди, с которыми у вас одинаковые отношения.

— Конечно, я принесла его для тебя, Эйшан. В карете есть еще.

Другого варианта не было. Я голодала, и если бы мое тело ничего не потребляло в этот момент, я бы потеряла сознание. Я не хотела оставаться со злой женщиной, но моя смерть стала бы реальностью, если бы я осталась здесь до рассвета.

«Я все равно умру, так или иначе. Давайте поедим, пока этого не случилось.»

Когда я кивнула в знак подтверждения, Серрин взяла меня за руку.

«Была ли она той же Серрин в романе?»

Теперь, когда моя память угасала, я лишь мельком вспомнила ее как злую женщину, облившую героиню горячей водой, бессердечную к собственной семье и кокетничавшую со всеми мужчинами в романе.

Была ли она такой доброй и милой?

Когда я покинула склад благодаря ее помощи, она остановилась, повернулась и посмотрела на сопровождавшего ее мужчину, произнося слова холоднее зимнего ветра.

— Уничтожить без следа.

Верно... Вот кем была Серрин. Верно. Я должна быть осторожна.

Когда мы вышли со склада и подошли к карете, Серрин осторожно протянула руку. Когда я наклонила голову, показывая, что не понимаю ее действий, она любезно объяснила.

— Молодую леди обычно сопровождают, чтобы ее платье оставалось опрятным и без складок, Эйшан.

— Для меня это нормально.

Карета была не очень высокой. Что она имела в виду, говоря, что мое платье испортится? Начнем с того, что я даже не ношу платье.

Когда я подняла ноги и запрыгнула внутрь, Серрин ярко улыбнулась, показывая, что ей весело. Она взяла за руку кучера, стоявшего рядом с экипажем, и грациозно поднялась.

— Ты очень крутая, Эйшан. Однако барышни так себя не ведут, так что в будущем было бы полезно научиться пользоваться чужой помощью.

Научиться пользоваться чужой помощью в будущем? Разве это не говорит о том, что у меня будет еще один шанс покататься на карете?

У меня были некоторые подозрения, но сначала я решила их отложить.

Мы сидели лицом друг к другу.

— Во-первых, ешь медленно и слушай меня.

Пока я осматривала салон кареты, Серрин протянула мне огромную пельмешку и чашку с водой.

Мой желудок заурчал. Как только я заметила толстый пельмень, я не могла больше думать ни о чем другом. Я поспешно запихнула клецку в рот, как будто я была не более чем рабом еды.

Когда я впервые за несколько дней прикоснулась к еде, у меня на глазах навернулись слезы.

Серрин, которая продолжала наблюдать, как переполняющие меня эмоции отражаются на моем лице, спокойно открыла рот только после того, как скорость моего потребления пищи значительно замедлилась.

— Возможно, я скоро умру.

"Кха-кха!"

Клецка, которую я ела, застряла в горле из-за шокирующих слов, донесшихся до моих ушей. Она сидела неподвижно и спокойно ждала, когда мой кашель прекратится.

После того, как я вытерла слезы и подозрительно посмотрела на нее, Серрин рассмеялась.

— Вы не должны быть такой осторожной. Это правда. Меня отравили, и если я не смогу правильно обезвредить яд, у меня будет от шести месяцев до года самое большее.

Серрин все время оставалась спокойной. Казалось, что она говорила о ком-то другом. Или это я была настолько глупа, чтобы на мгновение ошибиться в том, что она говорит о себе?

«Ее отравили?»

Я не помню ничего подобного в оригинале. Была ли Серрин отравлена?

Я так давно читала роман, что не помню его содержания должным образом.

Пока я копалась в памяти, Серрин скрестила ноги и перевела взгляд, чтобы посмотреть в окно. У нее было то же лицо, что и у меня, но наши «атмосферы» полностью противоречили друг другу.

Эта роскошная атмосфера и сложное выражение лица, передающее грусть, доказывали ее благородство.

Даже перед лицом своей смерти она не боялась, не говоря уже о том, чтобы поднимать шум.

Могут ли люди быть такими разными в зависимости от среды, в которой они жили?

— …Вот почему я так отчаянно искала тебя, Эйшан.

Именно тогда я вспомнила бессмысленные слова, которые она ранее произнесла.

«Ты сумасшедшая, сумасшедшая. Ты не можешь продать свою жизнь за пельмени, Эйшан.»

— Я не знаю, сколько это будет стоить… Но я потрачу остаток года, чтобы компенсировать эту сумму. Я хочу убежать от всего сейчас.

До этого спокойный тон Серрин немного изменился. Неподдельная досада отразилась на ее лице.

— Вот почему я так безнадежно нуждаюсь в тебе.

— …Во мне?

— Да, в тебе.

Серин встала и подошла ко мне. Свежий аромат весенних цветов исходил от ее тела.

Она поправила мои волосы, чтобы еще раз подчеркнуть мое лицо, и восхитительно улыбнулась.

— Как я уже говорила, вместо меня ты должна стать Серрин Латни.

Ее сияющие голубые глаза искрились радостью, жаждущей свободы.

— П-пожалуйста, подожди. Я не ты! Это слишком, чтобы быть тобой, и, во-первых, ты…

Ты злодейка, которая столкнется с самой трагической смертью в этом романе!

Пока я кусала губы, чтобы проглотить слова, которые грозились вылететь наружу, Серрин спокойно склонила голову набок.

— Это не займет много времени. Вероятность успеха при лечении детоксикацией очень мала. Если моя продолжительность жизни коротка, я умру через шесть месяцев. Вам просто нужно притворяться мной в течение этого периода.

Не говорите так, будто это то же самое, что есть пельмени.

— Если я умру и стану трупом, ты просто должна снова стать Эйшан. Это довольно просто, не так ли?

Да где здесь «просто»?

Я посмотрела на нее со смешанным выражением лица, но Серрин оставалась спокойной.

— Конечно, но ваша семья…

— Они ничего не узнают. Мы с тобой похожи внешне.

Серрин перебила меня, уверенно приподняв уголок рта.

После этого она положила что-то толстое и увесистое мне на колени. Звенящий звук был очень знакомым.

— …Это.

Мои глаза задрожали, когда мешок с деньгами оказался у меня на коленях.

— Это первоначальный взнос. Вы ведь не собирались работать бесплатно, не так ли?

Она сияла передо мной. Посмотрите на эту капиталистическую улыбку.

Дрожащими руками я развязала веревки мешка. Это было так ярко и ослепительно. Мне будет трудно спокойно смотреть на эти монеты.

— Я все равно умру, так что ты можешь делать все, что захочешь, живя как Серрин.

Серрин продолжила свои слова, взмахнув рукой.

— Вы можете поглотить все деньги в особняке и использовать мою силу и честь. Если хотите, каждую ночь спите с другим мужчинами.

Серрин понемногу шептала мне на ухо. Это было сладкое искушение, как у дьявола.

— Скоро наступит более холодная зима. Если ты будешь жить как Серрин… Ты не останешься рабом, ты будешь спать на мягкой кровати в теплом особняке и есть три раза в день, включая десерты.

Она погладила мой изголодавшийся живот с соблазнительной улыбкой.

— Возможно, ты будешь сильно беспокоиться, не набрала ли ты слишком много веса.

Эта, эта девушка. У нее достаточно таланта, чтобы работать менеджером по продажам.

Мой мозг сразу начал считать.

Затем, словно заметив мою заинтересованность, Серрин снова соблазнительно прошептала.

— Кроме того, разве это все? Я отплачу тебе за то, что в конце концов помогла мне остаться на свободе.

Серрин вытянула палец и показала на окно. Когда я перевела взгляд на то, куда она указывала, я заметила мужчину, ходившего по складу.

— Он мой друг. В тот день, когда я умру и вернусь в особняк в качестве трупа, он подарит вам огромную сумму денег, в том числе большой особняк в Империи Теккенен. Конечно, он даст вам достаточно, чтобы вы могли есть и играть всю оставшуюся жизнь.

Мой мозг кричал о том, что я обязала заключить этот выгодный контракт.