Белая башня тянулась от земли к небесам.

Она пересекала высоту полёта птиц и даже плывущих по небу облаков и простиралась ещё дальше вверх. За такой вид башня носила имя София — связующий землю с небесами дворец.

— Как много воспоминаний… — со вздохом пробормотал Игнайд, разглядывая башню издалека.

Повелитель необычных книг в чёрном костюме был неподвижен подобно статуе. Он стоял на невысоком холме в природном секторе, почти у самого входа в жилые кварталы.

— И правда, так много воспоминаний…

Игнайд широко развёл руки, словно желая обнять пустоту. Из-под фетровой шляпы выглядывала едва заметная улыбка.

— Воспоминания о деньках, проведённых в башне, наши с Шелтисом общие воспоминания — все они сейчас похожи на мыльные пузыри и тающие иллюзии. Только это прошлое так дорого и так ненавистно мне… Но осталось недолго… Уже совсем скоро всё вернётся в изначальное состояние. Я верну себе всё, что у меня было там.

Светло-золотые волосы мягко колыхались на ветру.

Придерживая чёрную шляпу, чтобы её не унёс ветер, Игнайд продолжал говорить:

— Видишь, Запретный Кристалл? Прошла целая тысяча лет с тех пор, как ты даровала королеве Сале заклинание для запечатывания Эдема. И наконец появился тот, кого ты так ждала. Юноша, достигший самых глубин Эдема, которого выходил тот напев. Первый и единственный шанс уничтожить Эдем и вместе с тем освободить тебя…

Тёмно-красные губы Игнайда напряжённо стянулись.

— Но я этого не допущу.

Его слова тихо обволакивали всё вокруг, словно родившаяся из маленькой капли рябь на поверхности озера.

— Я не позволю Шелтису отправиться в Эдем и уничтожить его. Поэтому ты будешь спать там вечно, Запретный Кристалл. Этому миру не дано ни шанса, ни чуда, которые привели бы к твоему пробуждению.

Неподвижно застыв на холме, Игнайд неотрывно всматривался в исчезающую между облаков вершину башни.

— Скажи, Шелтис, ты чувствуешь эту трагедию? Ты единственный во всём мире еретик. Узнав о себе и о законах мира, куда ты направишься дальше?

Назвав имя оставшегося далеко в природном секторе юноши, Игнайд резко развернулся и начал спускаться с холма ко входу в жилые кварталы, к дороге, которая вела к башне.

— Я не был в Софии уже целых три года… Какой же это долгий срок.

***Откуда-то издалека послышался шум брызг. Прикоснувшись к чему-то и отскочив, одна-единственная капля воды породила этот напев. Только эта влага пропитывала беззвучное жаждущее пространство.

Однако…

Запретный Кристалл знала, что и этот звук — всего лишь иллюзия, поднявшаяся из её воспоминаний.

Потому что в этом мире замёрзли и свет, и звук, и даже само время.

Она находилась в Эдеме.

В мире, который она же и запечатала, став ядром барьера.

Девочка с закрытыми глазами парила в пустоте, обхватив колени руками. На ней не было никакой одежды, но её длинные, сияющие алым волосы укрывали её тело подобно божественному одеянию.

— Бо… льно…

Истратив почти все силы, она создала барьер «Ледяное Зеркало». В расплату за запечатывание Эдема, её тело разъедала превосходящая любой холод боль.

— Selah [Села]… твоя печаль… слишком велика…

Заплатив огромную цену, ей в конце концов удалось заморозить Эдем.

Даровав королеве Сале заклинание Ледяного Зеркала, она стала ядром барьера, который запечатал Эдем. Потому что такова была её роль — роль защитницы мира.

— Но…

Запретный Кристалл парила в чёрном пространстве, похожем на холодные морские глубины. Её руки мелко дрожали.

— Я… правда…

Её голос даже не звучал как голос. Это были пронзительные, смазанные, готовые в любой миг исчезнуть тихие стоны… Их можно было назвать только плачем.

— Сест… ра… я…

Из закрытых глаз девочки вытекла крошечная капля. Она скатилась по щеке и упала… Нет. В этом мире такие капли обращались в лёд ещё до падения.

Девочка открыла рот, желая что-то сказать, но голос не слушался её.

Наконец ей удалось связать звуки в слова.

— Шелтис… тебе решать…

Её монолог был обращён к одному-единственному юноше.

Её слова текли из Эдема на летающий высоко в небе Орби Клэр.

— Тебе решать… куда направится этот замёрзший мир.