«Убивать или не убивать, вот в чем вопрос».

Ну, Ансельм был прав. Большая часть моего гнева, ярости и раздражения рассеялась, увидев, как они вдвоем едва наскрести несколько монет, купили себе свежих фруктов.

Однако в этой неудаче я увидел возможность. Я могу убить двух зайцев одним выстрелом. По какой-то причине они боятся и почитают магию, которой я обладаю. Возможно, потому что это могло вернуть мертвых, но это вряд ли, так как они не знают, что Ансельм мертв.

В любом случае, у меня был план. Дом был обшарпанный, но защищал от палящего солнца, потому что у меня все еще не было другого выбора, кроме как пользоваться тем, что есть.

-… Великий Маг?

- Хм?

Ах, я слишком долго молчал, женщина снова начала бояться. Глядя на нее сверху вниз, я замечаю, что она довольно хорошенькая: у нее были длинные каштановые волосы, заплетенные в косу, и голубые светящиеся глаза.

- Что ж, Эльза. Поскольку тебе нечего мне дать…

- Я предлагаю себя, о Великий Маг!- она вскакивает на ноги, что-то в ее глазах горит еще ярче. Я был застигнут врасплох, но вспомнил женщину на рынке, посмотрел на мальчика. Что-то не так, что-то особенное есть в этих людях. — Ребенок не имеет значения, мой Лорд. Я отошлю его, пока ты будешь делать то, что твоей душе угодно.

Я кринжанул и отступил назад, у Ансельма такой же потрясенный вид, как и у меня. Это абсолютно не то, что я имел в виду.

- Эльза, я не хочу тебя.

- О..- она выглядит ужасно подавленной, и я понимаю, что совершил ошибку. - Конечно, милорд, вы не захотели бы запятнать свое величие такой низкой женщиной, как я.

Я вздыхаю и зажимаю нос. Ансельм хихикает, но, в конце концов, приходит, чтобы спасти меня:

- Он имеет в виду, что он не хочет иметь с тобой дело, как с проституткой, он просто хочет от тебя чего-то другого, дай ему договорить, и ты узнаешь.

Наконец-то!

- Отлично, теперь Эльза, в этом нет ничего сложного. Я собираюсь остаться с тобой и мальчиком, с этого момента ты будешь делать то, что я говорю, и делать это правильно, хорошо?- она делает такое лицо, словно понимает, что корзина с фруктами не приравнивала жизнь рабстве колдуну, появившемуся из ниоткуда:

- Не волнуйся, это не навсегда, только к тому времени пока я не верну себе то, что потерял.

- Никаких возражений, Великий Маг. Служение тебе принесет большую честь моей семье и моей расе.- Ее розовая губа опущена, ее хмурый взгляд выглядит почти мило. – Но боюсь, мы не сможем обслужить вас подобающим образом.

Я поднимаю бровь и смотрю на Ансельма. Он только пожимает плечами и говорит:

- Объясните.

- Ну, в этой деревне нам запрещено обрабатывать землю, поэтому мы не можем выращивать себе еду. Мой муж умер… позорным образом, и с тех пор мы боремся. Очень мало мест работы, где меня принимают, так как я просто слуга. Я работала на мэра, но он не самый добрый лорд, поэтому мы голодаем на десять медяков в неделю. У нас нет возможности содержать и вас, мой лорд.

Она шаркает в своем грязном платье горничной, которое, как выясняется, принадлежит мэру.

- Все в порядке, Эльза. Пока ты даешь мне одежду и кров, ты будешь возвращать свой долг.- Я отмахиваюсь от ее беспокойства, по правде говоря, я никогда не ожидал, что кто-то будет содержать меня. Кажется, еда по-прежнему беспокоила их, возможно, даже больше, чем меня. Мне нужно было бы найти работу, если я хотел выжить.

- У меня все еще есть то, что осталось от одежды моего мужа, - ее голос немного прерывается каждый раз, когда она упоминает своего умершего супруга. Мне было неприятно брать его одежду, но она ведь ему уже не нужна. - И если вы можете обойтись моим скромным жилищем, пожалуйста, чувствуйте себя как дома.

Я кивнул и последовал за ней. Она берет корзину и ведет меня в обшарпанную гостиную с одним столом и тремя стульями. - Я приготовлю для нас еду, Великий Маг.- Она берет немного угля, запихивает его в карманы платья и выходит из дома. Оставив меня, Ансельма и сбитого с толку мальчика Сэма.

Я сажусь за стол. Стул, на котором я сижу, шатается, как будто одна нога короче остальных. Однако мальчик не отвел взгляда, он только поменял цель, глядя то на меня, то на парящего Ансельма.

- Как ты думаешь, на что он смотрит? - спрашивает Ансельм.

Я пожимаю плечами: - Может быть, на парящего человека в своем доме?

- Или же на мнимого Великого Мага а своем доме?

- Эй! Я воистину великолепен. Ты сам сказал это, когда я впервые наложил на тебя заклинание.

Он фыркает:

-Ну да, пока я не обнаружил, что ты еще слабее меня. И твои заклинания точно никого не спасут.

Я пожимаю плечами. Здесь есть доля правды. Некромантия — это не совсем магия , способствующая жизни.

- Какой ты маг? - спрашивает мальчик. Его глаза останавливаются на мне, но на Ансельма он смотрит с некоторой осторожностью.

- Какой маг?

- Да.

Верно. Владелец этого тела был пиромантом до того, как я переключился на некромантию. Я не решаюсь ответить правдой, так как у меня было небольшое подозрение, что некромантия не была самым известным видом магии.

- Я могущественный маг. – Отвечаю я, надеясь, что его внимание привлечет что-то еще.

- Да. Но какой именно?

Я вздыхаю. Полагаю, средневековые двенадцатилетние дети не страдали от недостатка внимания.

- Он некромант, — моя голова поворачивается в сторону Ансельма, когда он проболтался как раз о том, что я хотел скрыть, - он общается с мертвыми, и иногда они следуют за ним.

Мальчик открывает рот и щелкает пальцами, улыбка расползается по его впалым щекам:

- Я так и думал. Значит, ты дух? — спрашивает он Ансельма.

Ансельм делает сальто, но не так зрелищно как всегда, из-за того, что пространство было ограничено. – Именно!

- Великий маг, - говорит Сэм, он обращается официально, поэтому я знаю, что он собирается попросить меня поколдовать. - Можно ли пообщаться с моим отцом?

Прежде чем я успеваю ответить или хотя бы подумать о просьбе, Ансельм вскакивает и спрашивает:

- Разве у вас в деревне нет прорицателя?

Он хмурится, может быть, потому, что его беспокоит этот вопрос, или потому, что Ансельм начал исчезать. Он поворачивается ко мне, удивленный.

Я развел руками:

- Я не могу долго сохранять физическое состояние духа.

Я произношу Призыв духа и думаю о заклинании. На данный момент я довел его до такой степени, что Ансельм может оставаться до шести минут с одним применением, заклинание не требует много маны, поэтому к тому времени, когда он начинает исчезать, я уже регенерировал силы, которые использовал.

- Но маг научился удерживать меня дольше. — говорит Ансельм, когда снова появляется.

- Если бы ты только перестал летать… - бормочу я.

Он игнорирует меня и предлагает Сэму ответить на его вопрос.

- Прорицатель подчиняется мэру. Мой отец бесчестно умер, и мы были лишены многих привилегий, так что мы даже не получили права на общение с ним после его смерти.

Прорицатель? Право на общение? У меня накопилось много вопросов, но я воздержусь от их задавания, похоже, я знаю меньше, чем должен знать Великий Маг.

Вместо этого я спрашиваю:

- Что ты имеешь в виду под словами «бесчестно умереть»?

В комнате становится тихо, Ансельм даже перестает парить, и я понимаю, что спросил не о том. Глаза Сэма слезятся, но он держит их неподвижно, не позволяя себе заплакать.

- Можете ли вы пообщаться с моим отцом ради меня, Великий Маг?- голос его дрожит и прерывается на этой фразе, но я не подал виду. Я кивнул.

- Я попробую.

Мана потекла и скопилась в моих глазах. Они вспыхивают и светятся зеленым цветом:

- Ощущение смерти. – Проговариваю я. Мир меняется, и я осматриваю комнату, но вокруг нет никакого нового духа.

Сэм выжидающе смотрит на меня, а Ансельм слегка нахмурился, он с самого начала знал, что здесь нет никакого духа. Но ради Сэма я все же решил поискать.

- Ничего, - бормочу, заканчивая заклинание, - извини.

- Есть шанс, что он, конечно, подался восвояси.- Ансельм торопится сказать.

- Нет, все в порядке. - Он качает головой. - Спасибо за попытку, Великий Маг.

Он кланяется мне и выходит из гостиной, направляясь на улицу, чтобы, вероятно, подуться или помочь своей матери приготовить еду.

Я поворачиваюсь к Ансельму и впиваюсь в него взглядом.

- У меня много вопросов, но давай начнем с того, кто, черт возьми, этот предсказатель?