И тут внезапно подул резкий летний ветер. Испуганный Теанон изо всех сил натянул шляпу.

Работавшие люди обернулись туда, откуда дул прохладный ветер, и подняли головы на голос:

— Привет, доброе утро!

Дриэль, сидевший на перилах балкона, помахал слугам и легко спрыгнул вниз.

С беспечной улыбкой он смешался с прислугой. Он помогал таскать тяжёлые ящики, расспрашивал о семьях — всё это выглядело естественно.

Наш лорд и правда удивительный.

Маленький Теанон заворожённо смотрел на него. Почувствовав взгляд, Дриэль обернулся.

Заметив старого садовника и его внука, он радостно помахал рукой.

Мгновенно слившись с духом ветра, Дриэль появился перед ними.

— Привет, Теанон. Погода сегодня отличная, правда? Ты позавтракал?

— А. Здравствуйте, лорд. Завтрак... ещё нет... думал поесть, когда закончу с обрезкой...

Теанон, поражённый тем, что лорд помнит его имя, поспешно снял дедушкину соломенную шляпу.

Он хотел проявить уважение, но Дриэль надел шляпу обратно ему на голову.

— Нужно хорошо завтракать, чтобы расти. Подожди здесь немного. Солнце станет жарче, так что шляпу не снимай.

Лорд с золотистыми глазами дружелюбно улыбнулся мальчику и рассеялся ветром.

Изумлённый Теанон огляделся, и исчезнувший Дриэль вдруг появился снова, как маг. В его руках была небольшая корзина.

Присев на корточки, Дриэль принялся объяснять, что в ней:

— Смотри, Теанон. Это сэндвич, внутри нет яиц, так что не испортится. Но если оставить надолго, размокнет и станет невкусным, так что ешь скорее.

Теанон растерянно кивнул и взял сэндвич. Внутри было столько же тонко нарезанной ветчины, сколько и салата.

Дриэль показал ещё несколько печений.

— Это масляное печенье. Принёс десять штук, если не хватит — иди на кухню и попроси ещё. Я предупредил служанок, они дадут.

Он разломил большое печенье и сунул кусочек мальчику в рот, и уголки губ Теанона поползли вверх.

Баловавший ребёнка Дриэль достал круглый хлеб.

— Служанки дали кучу хлеба, который слишком долго вымешивали, так что он жёсткий. Проголодаешься на работе — съешь. А это земляничный джем, чтобы намазывать на хлеб.

Корзина, полная еды, была очень тяжёлой.

Лицо Теанона, прижавшего её к груди, светилось радостью. Он выглядел счастливым.

Прежде чем подняться, Дриэль завязал верёвку на соломенной шляпе бантиком под подбородком мальчика.

Теанон, теребя бантик, ярко улыбнулся.

— А что я могу сделать для вас, лорд?

От его взрослого вопроса Дриэль, уже собиравшийся встать, рассмеялся.

— Тогда достань мне один букет.

— Букет? Какого цвета?

— Хм, белый, ближе к серебряному. Есть такие цветы?

Теанон задумался, потом передал корзину дедушке и крикнул: «Я мигом, мигом принесу!» — и убежал куда-то.

Управляющие принесли в замок разные цветы для украшения большого зала. Среди них, кажется, были белые.

Дриэль с довольным видом смотрел вслед мальчику и перевёл взгляд на садовника.

— Мальчик похож на отца.

От этих слов садовник изумлённо обернулся.

— Вы помните моего сына...?

— Конечно, помню. Фелиппос, верно? Он пошёл со мной на северную войну вместе с братьями.

Дриэль помнил имена всех, кто сражался рядом с ним.

Рыцари архонского корпуса в большинстве выжили, но солдаты, к несчастью, погибли все.

Складывая обугленные кости в урны, он заучивал их имена одно за другим.

У Дриэля была исключительная память, так что их лица, голоса и улыбки он не забудет ещё долго.

— Он был славным и хорошим парнем. Улыбался даже в тяжёлых ситуациях... До последнего пытался спасти младших.

Пожав плечами, Дриэль посмотрел туда, куда убежал Теанон.

— Прости, что не уберёг твоего сына.

— Не говорите так. Пойти за вами было выбором моих сыновей. Благодаря вам я хотя бы обнял их кости — этого достаточно...

Садовник заставил себя улыбнуться. Он был благодарен, что Дриэль оказался добрым лордом.

То, что правитель Архона помнит имя его сына, погибшего на войне, стало большим утешением для садовника и его внука, которым ещё предстояло здесь жить.

— Лорд! Я взял букет у служанок!

Послышался голос Теанона. Сжимая в руке белый букет, он быстро бежал к Дриэлю.

— Это агапантусы. Леди больше всего любит белые агапантусы.

Дриэль думал, что мальчик принесёт любой букет, но Теанон оказался очень смышлёным.

Дриэль не скрыл улыбки.

— Спасибо, Теанон. Идеально.

Он ласково потрепал мальчика по голове, с которой слетела соломенная шляпа.

Садовник с удовлетворением смотрел на сияющего внука и вдруг заметил кольцо на безымянном пальце Дриэля.

У женатого Дриэля могло быть только одно такое кольцо. Садовник, мягко улыбнувшись, вместе с внуком проводил Дриэля.

— Защищайте Архон вместе с леди долгие годы, лорд.

На слова садовника Дриэль вместо ответа приподнял уголок губ.

Он обратился ветром и улетел. Садовник проводил взглядом ветер, скользивший между листьями, и протянул внуку сэндвич.

— Поедим и поработаем.

— Да!

Мальчик сел в тень и с счастливым лицом откусил большой сэндвич.

─── ⋆⋅༻ ·❈· ༺⋅⋆ ───

Дриэль с края сада смотрел на далёкий дуб. Под дубом было похоронено то, что он не смог сберечь.

Неродившийся ребёнок.

Их первый и последний ребёнок, у которого не было даже имени, и которого всегда будут звать просто «малыш».

Говорили, что между корнями дуба зарыто надгробие без даты рождения и смерти, без имени и эпитафии.

У него не хватало смелости увидеть надгробие, и он всегда поворачивал обратно на середине дороги.

Когда-нибудь нужно будет сказать ребёнку: «Здравствуй, я твой папа», — но смелости всё не находилось.

Теребя букет, он вошёл в сад.

Размышляя, до какого места сможет дойти сегодня, он неспешно шёл среди густых деревьев, как вдруг почувствовал присутствие.

Он поднял взгляд, прикованный к земле. Это была Рюн.

Вспомнились слова Теанона, что Рюн приходит в сад на рассвете или утром.

Неловко улыбнувшись, Дриэль слегка покачал букетом.

— Привет, Рюн. Доброе утро.

В руках Рюн тоже был белый букет. Агапантусы.

Дриэль, заслоняя её от солнца, посмотрел в сторону дуба.

— Ты ходила к малышу?

— Ещё нет...

Рюн осёклась и покосилась на его руку. На безымянном пальце было обручальное кольцо.

Только тогда она вытащила из-за спины правую руку.

На белом пальце было точно такое же кольцо, как у него. Ощущение от кольца было непривычным.

Глядя на его руку, Рюн обдумала услышанное ночью. Слова о том, что он хотел защитить её и ребёнка.

Дриэль изменился. Нет, вернее сказать — вернулся к прежнему себе.

К тому Дриэлю Штайну, что был добр и ласков с ней до свадьбы.

Что же изменило его сердце?

Она попыталась угадать причину, но бросила это. Понять его душу было невозможно. Если ответа не найти, бессмысленно и мучиться.

Нужно было перестать сомневаться и поверить в поведение, что показывал Дриэль. Это было лучшим выходом.

Чувство, будто они танцуют на тонком льду, не проходило, но Рюн решила сначала двигаться с ним вперёд.

— Я хочу задать тебе один вопрос.

Лицо её было бесстрастным, но голос дрожал.

Дриэль наклонил голову, пытаясь поймать её взгляд, и заглянул в глаза Рюн, которая всегда отводила взгляд.

Вспомнилось, как прошлой ночью она схватила его за рукав. От этого воспоминания в груди защекотало. На красивом лице расцвела довольная улыбка.

— Можешь задавать не один, в хоть десять. Если смогу ответить — расскажу всё.

От этих слов Рюн, всё время смотревшая вниз, слегка подняла подбородок.

Взгляды встретились. В синих глазах застыла нерешительность.

Дриэль почувствовал, что она колеблется, и молча улыбнулся. Показав всем видом, что готов ждать сколько угодно, он дал ей время. Рюн медленно разжала губы.

— Если бы ребёнок родился... ты полюбил бы его?