Гостиницу «Калдем» строили для тех, кого в торговом Олдеке считали гостями особой важности. На въезде в город ей принадлежали четыре огромных корпуса, а два верхних этажа каждого были отданы под роскошные апартаменты для самых знатных постояльцев.

Трудно представить, чтобы один человек занимал сразу два этажа, но для тех, кого принимали на уровне первых лиц континента, подобное даже не считалось чрезмерной роскошью.

За долгие годы здесь успели обслужить немало влиятельных гостей и прекрасно знали, как встречать людей такого ранга.

Но требование за один день подготовиться к приезду Святой из Карфеа оказалось чересчур даже для «Калдема».

Стоило главе администрации Олдека передать распоряжение, как на ноги подняли весь персонал. Люди работали без передышки, однако результат всё равно едва дотягивал до того уровня, которого заслуживала Святая Кларис.

И всё же за неполные шесть часов они совершили почти невозможное. Поэтому со стороны Святой столицы претензий не последовало.

Тем более виновата была сама Кларис: приехала внезапно, никого заранее не предупредив.

— Вообще-то я собиралась в имперскую столицу, вести богослужение...

— Я бесконечно благодарен, что вы так резко изменили планы. Я у вас в большом долгу.

— Я знала, что без серьёзной причины вы не стали бы вызывать меня с такой срочностью, сэр Эд. Надеюсь, причина действительно стоила всей этой суматохи.

Обращалась она к Эду заметно суше обычного. Иначе было нельзя: слишком много глаз следило за каждым её движением.

Они находились в главных гостевых апартаментах «Калдема». Вокруг сидели советники и сопровождающие Кларис, так что по атмосфере помещение почти не отличалось от её кабинета в Святой столице.

Орден храмовых рыцарей замечал буквально каждый шаг Святой. Если бы Кларис позволила себе разговаривать с Эдом так же свободно, как когда-то в Академии Сильвании, рыцари наверняка пришли бы в ярость.

Эд и сам прекрасно это понимал, поэтому не удивлялся её официальному тону. Неловко было лишь самой Кларис.

— ...Борьба за контроль над торговым домом «Эльте» в дальнейшем принесёт Святой столице немалую выгоду.

Раз уж он, махнув рукой на последствия, вызвал Кларис в Олдек, теперь следовало объяснить, ради чего всё затевалось.

Она сорвалась с места, едва увидев имя Эда Ростейлора в послании. Но одной личной преданностью такой поступок не оправдаешь.

Святая — не просто человек. Скорее государственный институт, вокруг которого движется целая система.

Стоит ей изменить маршрут, и расписание Святой столицы рассыпается следом. Приходится перестраивать дела множеству чиновников, рыцарей и служителей.

Значит, Эд обязан был предъявить причину, ради которой участие Кларис действительно стоило всех этих издержек. От этого напрямую зависело и то, сохранит ли она доверие к нему впредь.

— Если будущая глава торгового дома окажется вам серьёзно обязана, это поможет вам создать собственную опору, независимую от остальных сил в Святой столице.

Помощники Кларис переглянулись.

За ней стояло всё могущество Церкви Телоса, однако абсолютной властью она не обладала. Святой Император и архиепископы сколько угодно могли делать вид, будто не вмешиваются в борьбу влияний, но на деле непрерывно следили друг за другом.

Властные группы везде устроены примерно одинаково.

Даже служителям богов не удаётся навсегда выбраться из трясины соперничества. Люди остаются людьми.

А чтобы получить силу, которая не зависит от чужой воли, приходится собирать вокруг себя как можно больше союзников.

— Сделка с торговым домом «Эльте»... Понимаю. Это и есть ваша «схема», сэр Эд.

Святую столицу и торговый дом предстояло связать взаимной выгодой.

Кларис гарантирует, что при Лортель торговый дом «Эльте» получит львиную долю перевозок и товарных потоков Святой столицы.

Лортель, в свою очередь, получает огромную прибыль от этого рынка и одновременно усиливает позиции внутри собственного дома. Тот, кто приносит сделку такого масштаба, получает опору, способную удержать его на вершине даже в борьбе за должность главы.

Для Кларис выгода была не менее очевидна. Если значительная часть снабжения Святой столицы окажется в руках торгового дома, лично обязанного ей своим успехом, её вес во внутренних делах Церкви вырастет.

Чем сильнее Святая столица будет зависеть от логистики «Эльте», тем труднее станет игнорировать мнение Кларис, которой глава торгового дома задолжала слишком многое.

Обе стороны укрепляют собственные позиции за счёт влияния другой. А соединяет их Эд Ростейлор.

И Кларис, и Лортель Кехельн в конечном счёте действуют потому, что доверяют ему.

Советники Святой невольно посмотрели на Эда, спокойно стоявшего с опущенной головой, и сглотнули.

Перед внутренним взором словно возникла карта огромной империи, поверх которой одна за другой ложились линии влияния, интересов и будущих союзов.

Нападение на торговый дом «Эльте» со временем представят всего лишь как неприятный эпизод внутренней борьбы.

Всеобщее внимание уйдёт к Кларис, прибывшей на место, и к Лортель, которая вскоре займёт кресло главы дома.

Имя безрассудного аристократа, разгромившего здание «Эльте», вполне может затеряться в стороне...

Хотя именно этот светловолосый дворянин расставил все фигуры.

Настоящая власть редко любит стоять на сцене. Чаще она сидит в тени и молча дёргает за нужные нити.

Помощникам Кларис показалось, будто им на миг позволили заглянуть за кулисы. От этого зрелища стало не по себе.

— Со своей стороны я не вижу причин отказываться, сэр Эд.

Выслушав его, Кларис мягко улыбнулась.

Она не могла смеяться так же открыто, как в Академии Сильвании, но в этой улыбке всё равно чувствовалась искренность.

От предложения Эда она отказываться и не собиралась.

— Теперь я хотя бы понимаю, ради чего стоило отменять расписание и трястись в карете через полконтинента.

— Благодарю вас.

— Детали договора я поручу подготовить советникам. Но остаётся вопрос с последствиями нападения...

Кларис перевела взгляд к входу в гостиную. Там, на коленях и с почтительно опущенными головами, сидели две женщины.

Белл Майя сохраняла безупречно спокойный вид и соблюдала все формальности.

Рядом с ней Лортель Кехельн заметно терялась и явно не знала, куда деть руки.

Торжественная обстановка давила на неё так сильно, что по вискам выступил холодный пот.

— Если госпожа Лортель останется в таком состоянии, у меня тоже возникнут сложности... Ей ведь нужно как можно скорее принимать дела будущей главы торгового дома.

— Боюсь, здесь я могу сказать только одно: нужно время.

— Срочности нет. Но Слог вряд ли будет спокойно смотреть, как всё уходит у него из рук.

Они только что выбрались из разгромленного здания торгового дома и вернулись в гостиницу.

Кларис ещё не успела разобраться во всех подробностях, поэтому её тревога была вполне понятна.

— ...Об этом можете не беспокоиться.

Эд ненадолго прикрыл глаза.

— Слог Келдракс мёртв. Я сам это подтвердил.

* * *

— Вы очень много сделали. Я уже отправила госпоже Тане почтового голубя и сообщила, что с торговым домом всё улажено.

— Тебе тоже пришлось несладко, Белл. Всё, что я поручил, ты сделала безупречно.

Гостиница, которую нашла Белл, не поражала роскошью, зато была удобной и полностью отвечала моему условию.

Я просил выбрать место с хорошим видом на порт. Отсюда действительно одним взглядом охватывались парусники, выстроившиеся вдоль берега.

Ниже по пологому склону тянулась обсаженная деревьями улица, а дальше, почти у самого края неба, блестел горизонт.

Я положил руку на край стола у окна и подставил лицо морскому ветру. Стоило немного расслабиться, как накопившаяся усталость навалилась разом.

Лортель, приехавшая вместе с Белл, уже тихо сопела на кровати. Вид у неё был настолько безмятежный, что от одного взгляда становилось спокойнее.

— Когда вы собираетесь возвращаться? Скоро начинается семестр в Академии Сильвании. Если не выехать в ближайшее время, можно не успеть на остров Акен к началу занятий.

— Я помню. Но в Олдеке осталось ещё несколько дел. Для начала надо передать Лортель секретарю Лиэнне.

Пока проклятие не спадёт окончательно, Лиэнна сумеет за ней присмотреть.

Сейчас секретарь, судя по всему, разбиралась с предателями внутри торгового дома и была по горло занята.

— Господин Эд...

— Можешь не продолжать. Ты впервые так надолго оставила поместье. Там наверняка уже чёрт знает что творится.

Я много раз говорил: Белл — один из людей, на которых держится всё хозяйство Ростейлоров.

Равноценной замены ей пока не нашлось, поэтому представить состояние поместья после её долгого отсутствия было нетрудно. И уж точно сама Белл не могла об этом не думать.

Едва войдя в комнату, я заметил, что она уже собрала вещи. Отдельную комнату для себя Белл тоже не снимала. Было сразу понятно: возвращаться она собиралась без задержки.

Я глубже откинулся на спинку кресла и закинул ноги на стол.

Дневной морской ветер шевелил занавески. Вместе с прохладой снова подступала сонливость.

— Можешь ехать первой. У меня здесь осталось два дела. Закончу — вернусь следом.

— Благодарю за понимание. К вашему приезду я приведу дом в такой вид, чтобы мне не пришлось перед вами краснеть.

Как ни крути, за эту поездку Белл тоже досталось.

Сначала долгая дорога в карете, потом гора поручений сразу после прибытия. Усталости у неё наверняка накопилось не меньше, чем у остальных.

Главные проблемы уже были решены.

Я даже хотел предложить ей хоть немного отдохнуть вдали от поместья, не думая ни о работе, ни о чужих ожиданиях. А она первым делом заявила, что собирается вернуться и снова работать.

Шурх.

Белл подняла заранее подготовленный деревянный саквояж, поставила его на стол и ещё раз проверила, ничего ли не забыла.

Я некоторое время следил за её привычно спокойными движениями, а потом вдруг спросил:

— Белл.

— ...Да?

— Сколько ты вообще работаешь горничной?

Она ушла из дома барона Планчела, какое-то время провела в монастыре Кледрик, затем служила в резиденции «Офелис» и наконец оказалась в поместье Ростейлоров.

Белл прожила почти всю сознательную жизнь на службе. Её стаж уже давно не посчитаешь по пальцам двух рук.

— Точных лет я никогда не считала. Как уже говорила, к тому времени, когда начала по-настоящему себя помнить, я уже занималась этой работой.

— Понятно.

— Вас что-то беспокоит?

— ...Нет.

Не меняя позы, я спросил будто между делом:

— Ты от этого не устаёшь?

— Спасибо за заботу. Но я регулярно отдыхаю и не довожу себя до переутомления. Следить за собственным состоянием тоже часть работы.

— Это не столько забота... Скорее любопытство. Я просто не очень понимаю, каково всю жизнь заниматься одним и тем же делом.

— Можно спросить, почему вы вдруг об этом задумались?

— ...Сам не знаю.

Я подпёр подбородок ладонью и посмотрел в окно.

Чистое синее небо. Солнце почти в зените. Солёный ветер касается подбородка.

Иногда слышно, как во сне тихо сопит Лортель и как шелестит ткань занавесок.

— Как думаешь, в какой момент тебе захочется уйти на покой?

— Уйти... со службы?

— Да. Когда человек понимает, что дело, которому отдал всю жизнь, пора оставить?

— Никогда об этом не задумывалась. Но если предположить...

Белл остановила руки и тоже посмотрела за окно.

— Помните, как я работала в резиденции «Офелис»?

— Конечно.

— Предыдущая главная горничная, госпожа Элис... Кончилось у неё всё плохо, но решение уйти она приняла потому, что тело уже не справлялось. Наверное, со мной будет так же. Пока могу двигаться и работать, буду продолжать.

Белл опустила взгляд и ненадолго закрыла глаза.

— Всё-таки бросить дело, которое было твоей жизнью, и уйти на покой... на такое решиться непросто.

— ...Да.

Я смотрел на порт, подперев подбородок. Торговцы, как и всегда, сновали между складами, кораблями и лавками, не позволяя городу остановиться ни на минуту.

— Наверное, у всех так. Прости за бессмысленный вопрос.

— Вам не за что извиняться.

После этого я позволил сонливости окончательно взять верх.

К вечеру, когда солнце сменится луной, должны были прийти вести либо от Лиэнны, либо из городской администрации.

До тех пор можно было ничего не делать.

Я расслабил измученное тело и медленно выдохнул.

* * *

Бум. Грохот!

Я проснулся от звука удара.

Когда закрывал глаза, солнце стояло высоко. Теперь день уже клонился к вечеру.

Небо будто залили красноватой краской. Люди в порту завершали работу, а крики чаек в этой тишине звучали почти лениво.

Стол у окна, где я сидел, тоже весь оказался в багровом свете. За несколько часов знакомый пейзаж успел стать совсем другим.

В комнате заметно стемнело. Обычный дневной сон затянулся гораздо дольше, чем я рассчитывал.

Впрочем, я и правда был вымотан.

— ...

На столе лежала записка от Белл. Видимо, она решила не будить меня и уехала в поместье сама.

Разрешение у неё было, так что причин волноваться не осталось.

Я несколько раз тряхнул головой, поднялся и окончательно прогнал сон.

Во рту пересохло. Я потянулся к чайнику, надеясь налить холодной воды, но тот оказался пуст.

Перед сном я выпил всё до последней капли — слишком мучили усталость и жажда. Значит, придётся спуститься в холл и попросить ещё.

— Ух... Чёрт...

Я встал и как следует потянулся.

В комнате оставалась только Лортель, по-прежнему укрытая одеялом. Я взял чайник и вышел.

Деревянные половицы гулко отзывались под ногами. Спустившись в холл, я подошёл к сотруднице за стойкой и попросил наполнить чайник холодной водой.

Девушка с вежливой улыбкой приняла его, а через минуту вернула уже полным.

— Эм... Если вам понадобится одежда или ещё что-нибудь, я могу купить...

— ...Что?

— Нет, ничего. Простите за лишний вопрос...

— ...?

Странная реплика сбила меня с толку, но разбираться я не стал.

С полным чайником я поднялся обратно. У самой двери из комнаты послышалось движение.

Похоже, маленькая Лортель наконец проснулась. Она уснула раньше меня, так что время уже было. За последние дни ей и самой пришлось пережить достаточно: испуг, постоянные переезды, суматоха. Теперь её следовало успокоить и нормально обо всём рассказать.

Я кивнул собственным мыслям и открыл дверь.

— Эй, Лортель. Просну...

Грохот! Бах!

Стоило мне войти, как Лортель на кровати дёрнулась и одним движением натянула одеяло с головой.

— ...

Я не понял, чего она так испугалась, но прошёл к окну, поставил чайник на стол и спокойно сел.

— Белл уехала первой. У неё тоже дел полно, так что всё время сидеть рядом она не сможет. Только не реви из-за этого. Пока побудешь с секретарём Лиэнной из торгового дома «Эльте» и...

Я говорил ровно, но постепенно начал ощущать: что-то здесь не так.

Лортель под одеялом ёрзала слишком уж странно.

— ...Лортель?

Тут мой взгляд упал на пол рядом с кроватью.

Там лежали несколько вещей.

Одежда, которую носила маленькая Лортель.

У меня перехватило дыхание.

— ...Лортель... ты...

...

...

Ответа не было.

Силуэт под одеялом... выглядел заметно крупнее, чем прежде.

Нет. Сейчас нельзя давить на неё и требовать ответа. Я никогда не считал себя тонким знатоком чужих чувств, но даже у меня хватало элементарного такта.

Во рту снова стало сухо. Я налил себе стакан холодной воды и выпил.

В тишине отчётливо слышалось только, как я глотаю.

Молчание становилось по-настоящему мучительным.

Я допил ещё воды, поставил стакан и провёл ладонями по лицу, будто умываясь насухо.

Вечно сидеть так всё равно не выйдет.

Ещё несколько раз потёр лицо, коротко выдохнул и подошёл к кровати Лортель.

Я сел на край своей кровати напротив и осторожно позвал:

— ...Эй.

— ...

— Давно... проснулась?

— Г-где-то... час назад...

По одному голосу всё стало ясно. Чистый, взрослый, знакомый до последней интонации.

Это была Лортель, которую я знал.

— ...

— ...

— Если можешь, объясни, что с тобой сейчас. Как тело, нет ли боли или других последствий... И что у тебя с головой. Это важно.

Я говорил как можно спокойнее, глядя на неподвижный свёрток из одеяла.

— Т-тело... вроде в порядке...

— ...Хорошо.

— Я уже давно проснулась, но вы спали, Эд...

— ...

— А одежды... подходящей нет. Я... мне стало стыдно, поэтому хотела просто завернуться в одеяло и быстро выйти... Но всё пошло не так...

Теперь я наконец понял, откуда взялся тот странный вопрос сотрудницы внизу.

— Поэтому... Простите, я несу какую-то чушь...

— Ничего. Не торопись.

Память о времени под действием проклятия наверняка вернулась целиком.

Назвать всё это одним словом «позорище» было бы даже слишком милосердно. Масштаб катастрофы куда серьёзнее.

Лортель мучительно выдавила почти неслышным голосом:

— Старший Эд... Только, пожалуйста, не поймите неправильно...

— ...

— ...Я хочу сдохнуть...

Да уж.

Неудивительно.

И это только начало.

Держись, Лортель. Теперь тебе предстоит битва с самой собой.

Соберись, мать твою... и выживи.