Побочная история из Drama CD 1 спин-оффа Ханнелоры. Рекомендуется к прочтению после первого тома спин-оффа Ханнелоры.

***

— Господин Лестилаут, здесь как-то одиноко, не правда ли? Я и представить себе не могла, что тут будет так тихо после того, как несовершеннолетние последователи отбудут в дворянскую академию, — задумчиво произнесла после ужина Айнлибе, моя жена. 

Сегодня мы провожали студентов последнего курса.

Как она и сказала, когда несовершеннолетние последователи отправляются в дворянскую академию, становится удивительно тихо. Хотя я испытал это в прошлом году, для неё всё это впервые, поскольку она вышла замуж за меня и обрела последователей только после того, как в конце весны состоялось собрание герцогов.

— А вам не интересно, господин Лестилаут, кто станет женихом госпожи Ханнелоры — Кентрипс или Разантарк? Если возможно, я хотела бы отправиться в дворянскую академию, чтобы стать свидетельницей разворачивающегося романа.

В конце осени были выбраны кандидаты в женихи для Ханнелоры. Ими стали Кентрипс и Разантарк, мои последователи. Когда я впервые услышал об этом, то обратился к отцу с просьбой пересмотреть решение: «Пожалуйста, официально определите одного жениха, не предоставляйте выбор Ханнелоре. Ей потребуется слишком много времени, чтобы определиться».

Разантарк переходил на пятый курс дворянской академии, а Кентрипс — на последний. Несмотря на важность раннего выбора партнёра, который будет сопровождать вас на выпускной церемонии, Кентрипс, избранный в качестве потенциального жениха кандидата в аубы, не сможет заниматься поиском невесты до самого последнего момента. Нечестно оставлять решение неопределённым на этом этапе. Однако отец отказал мне, сказав: «Поскольку мы получили разрешение от их отца¹, ты не вправе жаловаться. — Он также добавил: — Это ты безответственно поставил на кон будущее Ханнелоры в диттере с Эренфестом. Ты не посоветовался и не получил разрешения от меня, её отца. Хоть ты и следующий ауб, ты ещё не унаследовал магию основания и не имел права на подобное».

— Но это была моя промашка, Кентрипс и Разантарк тут ни при чем...

— Ты хочешь сказать, что они не причастны? Шлафтрауму, богу снов, ещё рано тебя посещать.

Взгляд отца стал более острым, одним своим видом он говорил, что не допустит никаких возражений.

— Они — твои последователи, и вместо того, чтобы остановить безрассудное поведение своего господина в то время, они помогли тебе представить планируемое сражение в качестве диттера за невесту, несмотря на отсутствие взаимной любви². Я не намерен рассматривать любые трудности, с которыми могут столкнуться их браки из-за того, что их выбрали в качестве потенциальных женихов Ханнелоры. Пойми, что и ты и они всё это заслужили.

Почувствовав непреклонный гнев в глазах отца, я не стал спорить дальше, и кандидатами в женихи стали Кентрипс и Разантарк. Разантарк был вне себя от радости, а поскольку Кентрипс не выглядел особенно недовольным, мне ничего не оставалось, как наблюдать за развитием событий.

— Если бы только Ханнелора поскорее определилась с женихом... Однако она слишком нерешительна. Скорее всего, она просто размышляет в одиночестве, и, насколько я могу судить, без всякого прогресса.

Ханнелора боязливая и медленно принимает решения, поэтому легко предсказать, что в ближайшее время она не сможет сделать выбор самостоятельно. Одно дело, если бы она просто металась между двумя кандидатами, однако проблема с чувствами Ханнелоры глубже.

Во время той истории с кражей невесты, Ханнелора легко поддалась влиянию мужчины, предала всё наше герцогство, а затем получила отказ на предложение о браке и безропотно его приняла. По словам окружающих, она до сих пор влюблена в Вильфрида. Ей следовало бы просто жить дальше, но вместо этого она продолжает цепляться за человека, который её отверг, и защищать его.

Если бы я видел, как она сравнивает свои затянувшиеся чувства с выбранными отцом женихами, но не может принять решение, я, без сомнения, чувствовал бы всё большее раздражение и, скорее всего, в конце концов сказал бы ей «определись уже!». И тогда матушка непременно отругала бы меня за это. Думая об этом, я обрадовался, что уже закончил дворянскую академию.

— Итак, господин Лестилаут, есть ли у вас предпочтения относительно того, кто должен быть выбран в качестве её жениха, или кто, по вашему мнению, больше подходит госпоже Ханнелоре?

— Нет, мне всё равно. Ханнелора давно нравится обоим.

Когда я резко ответил, Айнлибе удивленно повысила голос: 

— Правда? Неужели? Ещё до моего крещения госпожа Зиглинда в частном порядке обратилась ко мне как к кандидатке на роль вашей невесты, господин Лестилаут. Так что, полагаю, у меня было больше возможностей, чем у большинства высших дворян, сблизиться с герцогской семьёй. Тем не менее, хотя я видела, как эти двое довольно комфортно общались с госпожой Ханнелорой, я никогда не замечала никаких признаков особых чувств. Я не думала, что они держат дистанцию из-за романтической привязанности...

Айнлибе растерянно моргнула красными глазами, но ничего непонятного в этом не было.

— Конечно, нет. Ханнелору изначально растили, чтобы выдать замуж в другое герцогство. Если бы мои последователи открыто проявили к ней симпатию, это было бы проблематично.

После крещения Ханнелоры они заботились о ней, как о младшей сестре своего господина, но ни один из них никогда не переступал черту, разделяющую герцогскую семью и их последователей. Только после того, как зашла речь о кандидатах в её женихи, Разантарк начал открыто выражать свои чувства к Ханнелоре.

— Когда ей предложили стать второй женой в Эренфесте, он воспылал в праведном гневе, так что те, кто были тогда в дворянской академии, вероятно, заметили его чувства, но почти все остальные ничего о них не подозревают.

— Почти все?

— Было бы неудивительно, если бы кто-то из наших родственников, встречавшихся с ними в детстве, заметил это. До крещения Ханнелоры они оба вели себя довольно открыто.

Особые собрания были призваны объединить род герцога и укрепить семейные узы. Они давали возможность детям герцога, которые не могли покидать замок до крещения, получить опыт общения со сверстниками, оценить совместимость с потенциальными будущими последователями из побочных ветвей герцогской семьи, а также понаблюдать за различными фракциями и отношениями внутри семьи. Это особенно важно для детей герцога, так как им требуются последователи герцогской крови для помощи в таких задачах, как восполнение магической силы, что делает крайне важным оценку совместимости с самого раннего возраста.

— Могут ли участвовать в этих собраниях даже некрещёные дети?

Заметив озадаченное выражение лица Айнлибе, хотя она уже посетила два подобных собрания с момента нашей свадьбы, я хлопнул в ладоши. 

— А, понятно. В настоящее время в семьях побочных ветвей герцогской семьи нет некрещёных детей.

— Думаю, в ближайшее время дети второй и третьей жён моего дяди, а также правнуки предыдущего герцога скоро достигнут возраста, когда они смогут участвовать в этих собраниях. Дети герцога допускаются с рождения, но детям из побочных ветвей, похоже, не разрешается присутствовать, пока они не научатся вести себя должным образом. Я слышал, что Разантарк с большим трудом получил разрешение отца.

— ...Кентрипс явно должен был получить разрешение раньше Разантарка.

◆

Как и предполагала Айнлибе, первое участие Кентрипса состоялось довольно рано, перед его трехлетием. Когда я впервые увидел его, то сильно удивился, что пришёл кто-то настолько маленький.

— Господин Лестилаут, это мой сын, Кентрипс. Он впервые участвует в собрании, поэтому я прошу вашего руководства. 

С Кентрипсом меня познакомил мой дядя ещё до моей церемонии крещения. В то время у меня не было официальных последователей помимо нескольких членов свиты моей матери и старших родственников, которые были представлены как «те, кто со временем станут моими последователями».

— Значит, то, что он сын дяди, означает, что он брат Реджинальда? Они не очень похожи.

Я оглянулся на Реджинальда. Он тоже был сыном моего дяди, заботливым парнем, которого предложили в качестве потенциального слуги для меня. Он старше меня на пять лет и должен был направлять меня как старшекурсник, когда я поступлю в дворянскую академию. Подумав немного, Реджинальд озабоченно улыбнулся.

— Он мой единокровный брат. Мы познакомились совсем недавно, поэтому с этого момента я планирую углубить наши отношения.

Реджинальд — сын первой жены, а Кентрипс, как говорят, сын второй жены. Несмотря на то что у них один отец, они редко видятся, потому что у них разные матери. До того этого собрания в замке, их встреча ограничивалась лишь кратким приветствием…

«Понятно. Я тоже лишь обмениваюсь приветствиями со второй женой моего отца».

Впервые они встретились как следует, когда вместе ужинали в главном поместье моего дяди.

— Если кто-то хочет выйти на улицу, вы можете это сделать, — разрешила моя бабушка, в то время первая жена герцога. С её разрешения мы отправились в северный сад — укромное место для герцогской семьи. Мы шли совсем недолго, когда сзади раздался плач моей сестры.

— Старший брат, подожди! Я просила тебя подождать! Ты такой злой... уаааа!

Поскольку она была членом герцогской семьи, Ханнелора тоже принимала участие, но, по правде говоря, моя младшая сестра только мешала. В таком возрасте разница в три года очень существенна. Когда Ханнелора была рядом, мы не могли нормально играть. Когда мы находились в своих комнатах, она была единственным человеком, с которым я мог бы поиграть, но на собраниях есть много товарищей по играм, которых я обычно не вижу.

— Ханнелора, возвращайся к маме! Пойдём!

Бросив короткий взгляд на Ханнелору, которая стала мне в тягость, я бросился прочь с теми, кто впоследствии станет моими последователями. Даже если бы я оставил плачущую Ханнелору, о ней наверняка позаботились бы слуги или наши родственники.

Когда я обернулся, чтобы проверить, не отстает ли от меня Кентрипс, который был здесь впервые, я заметил, что он постоянно оглядывается назад, беспокоясь о Ханнелоре.

— Ладно, Кентрипс. Я оставлю эту плаксивую принцессу³ на тебя.

— А?

Кентрипс на мгновение удивлённо моргнул, но быстро побежал к Ханнелоре.

***

— Давай сегодня останемся вместе.

Когда я вернулся после игры в северном саду, Ханнелора прижималась к Кентрипсу, который баловал её, одновременно называя «плаксивой принцессой». Её речь по-прежнему всё ещё была невнятной и сипловатой, она, казалось, постоянно жаловалась на меня.

— Вааа, Кентрипс, старший брат плохо ко мне относится!

— Я здесь, с тобой, плаксивая принцесса.

С тех пор на собраниях, когда Ханнелора начинала плакать, потому что не успевала за нами, Кентрипс добровольно утешал её.

◆

— О боги... Такая прелесть. А Разантарк тоже присоединился?

— Нет, совсем нет. Разантарк не обращал на Ханнелору никакого внимания и просто бегал со мной по северному саду.

Когда я отринул это, Айнлибе улыбалась, желая услышать больше.

◆

К тому времени, когда Разантарк впервые принял участие в собрании, я уже завершил свою церемонию крещения. Ведя за собой своих последователей, я наблюдал за Разантарком, которого представили как ребёнка третьей жены моего дяди, присматриваясь к нему как к будущему последователю.

— Ему сейчас около четырёх, почти пять... Он невероятно энергичен, и у него более чем достаточно выносливости. Даже если он немного отстает, он старается оставаться на равных.

— Ему суждено стать рыцарем, верно? Реджинальд, какой он дома? — спросил я.

— По словам моего отца, у него, похоже, довольно много магической силы. Однако его прямой характер не позволяет ему быть никем иным, как рыцарем, — ответил Реджинальд.

Поэтому было решено, что Разантарк станет моим рыцарем сопровождения. Хотя Разантарк, казалось, не проявлял интереса к Ханнелоре, предпочитая наслаждаться развлечениями на свежем воздухе, когда мы начали тренироваться вместе, выражение его лица заметно изменилось. Во время тренировок он был очарован Ханнелорой, что, несомненно, легко могли заметить взрослые на собраниях — или даже те, кто не был взрослым.

— Госпожа Ханнелора, кого вы предпочитаете: рыцарей, служащих или слуг? — спросил однажды Разантарк на одном из собраний.

— Я восхищаюсь рыцарями, которые защищают меня от моего брата.

— Рыцарями, вот как...

— Да. Если бы у меня был рыцарь, возможно, я смогла бы победить своего брата хотя бы раз. Я просто хочу нанести ему хоть один удар.

— Давайте победим вместе. Я буду защищать вас, госпожа Ханнелора!

«Я слышу тебя, знаешь ли».

Мой будущий последователь, рыцарь сопровождения Разантарк, на каждом собрании придумывал вместе с Ханнелорой особые приёмы и совместные техники, и они вместе постоянно бросали мне вызов.

— Хмф, я разберусь и с двумя.

Это была нелепая игра, но поскольку она происходила только во время собраний, я решил подшутить над ними. Это стало обычным делом: после неизбежного поражения Ханнелора плакала, а Кентрипс её утешал.

◆

— Они всегда терпели поражение? — спросила Айнлибе.

— Однажды я позволил им нанести удар. Всего один раз.

— Почему бы вам просто не признать, что вы проиграли?

Айнлибе дразняще подняла брови, и я слегка нахмурился в ответ:

— Я позволил им победить только потому, что знал: это последний раз, когда Ханнелоре удастся побегать по саду с Разантарком.

Я видел, как наша мать велела Ханнелоре присоединиться к женскому общению во время собраний, чтобы обучить её этикету и подготовить к церемонии крещения. Одетая в изысканные одежды, она должна была сидеть с нашей матерью и остальными, пить чай и вышивать, обучаясь женскому общению. Зная об этом, я позволил ей выиграть только один раз.

— Господин Лестилаут, похоже, вы были на удивление хорошим братом, — заметила Айнлибе, глядя на меня с тёплой улыбкой.

На самом деле нет, но пусть она так думает.

Ханнелора была так счастлива, нанеся всего один удар. Она вела себя так, будто действительно победила меня, совершенно не обращая внимания на последствия для фракции. Её самодовольное выражение лица так раздражало меня, что я сражался, пока она не заплакала, напоминая ей: «Это была моя милость, не принимай её за своё мастерство». Конечно, я умолчу о том, как матушка отругала меня за это.

— Учитывая такие милые воспоминания, очень приятно, что они теперь потенциальные кандидаты в женихи. Я уже с нетерпением жду отчётов от своих последователей о том, как развиваются отношения Кентрипса и Разантарка с госпожой Ханнелорой в академии в этом году.

— Это прекрасно, что ты получаешь удовольствие от обучения своих последователей, но не стоит слишком расслабляться. Даже если это пока не вызывает беспокойства, их обучение связано с выбором и развитием главного слуги и служащих, которые будут наставлять наших будущих детей.

Айнлибе, вошедшая в герцогскую чету через брак, теперь имела своих собственных последователей. Ей нужно было научиться понимать их сильные и слабые стороны, научить их правильно составлять отчёты и следить за тем, чтобы они не скрывали, не преувеличивали и не изменяли собранную информацию — навыки, необходимые дворянке в её положении.

— Возможно, это покажется немного преждевременным, но раз уж мне предстоит стать второй женой, то для меня это большое облегчение. Особенно когда я думаю о госпоже Зиглинде, которая изначально должна была стать второй женой, но в итоге стала первой. Кстати, господин Лестилаут, что вы думаете о выборе первой жены? Есть ли у вас на примете кандидатки?

В Дункельфельгере роль второй жены заключается в управлении внутренними делами знати герцогства, в то время как переговоры с другими герцогствами ведёт первая жена. В результате первая жена ауба обычно выбирается из великого герцогства. Из-за гражданской войны мой отец не смог выполнить это правило, поэтому я обязан выправить ситуацию.

— Если бы не королевский приказ, Летиция Александрийская была бы идеальна и по родословной, и по герцогству. Есть также Джентиана из Классенбурга или кандидат в аубы из Древанхеля... Это должен быть кто-то из великого герцогства, но я подожду и посмотрю ещё как минимум три года.

Услышав мой ответ, Айнелибе беспокойно нахмурила брови.

— Похоже, вы не торопитесь. Если вы будете ждать три года, прежде чем начать поиски, кандидаток, которые вам приглянулись, может уже не остаться. Кроме того, нельзя судить о характере человека, пока не встретишься с ним лицом к лицу...

— Даже если мой второй брак состоится немного позже, это не проблема. Я планирую искать, пока Лунгтаза ещё учится в академии, — ответил я. В отличие от Рауферега, Лунгтаза не глупа. Она понимает, что если Ханнелора останется в Дункельфельгере, то её саму, скорее всего, выдадут замуж в другое герцогство. Ранг её дома и прочность связей с аубом существенно повлияют на отношение к ней в будущем браке. 

В отличие от Рауферега, Лунгтаза пытается наладить со мной отношения. Она зашла так далеко, что даже представила своих подруг в качестве кандидаток в мои первые жены.

— Кроме того, если Ханнелора останется в Дункельфельгере, мы сможем доверить ей переговоры с другими герцогствами. Нет необходимости спешить брать вторую жену, — продолжил я.

Ханнелору воспитывали с расчётом на то, что она выйдет замуж в качестве первой жены в другое герцогство. Если она останется в Дункельфельгере, мы можем доверить ей женские общественные обязанности, связанные с другими герцогствами.

— Прошло полгода с тех пор, как Розмайн стала аубом Александрии. Я считаю, что мы должны продолжать наблюдать за тем, что они с Ханнелорой будут делать дальше, как будет развиваться правление зента, получившего Грутрисхайт, и как изменения в учебной программе дворянской академии повлияют на дворянство.

Открытие и закрытие ворот страны, пленение людей Ланценавии, нисхождение Богини Мудрости, дарование Грутрисхайта... Розмайн принесла в Юргеншмидт значительные перемены, и всё это всего за несколько лет.

Как будет развиваться её недавно созданное герцогство и останется ли Юргеншмидт действительно стабильным, пока неизвестно. Мы пока не можем ослабить бдительность. Следует быть внимательными, ибо будет катастрофой, если мы подумаем, что вступили в брак с великим герцогством, а потом это герцогство будет захвачено или исчезнет.

— Оставим госпожу Розмайн, вы также опасаетесь госпожи Ханнелоры? — с любопытством спросила Айнлибе.

— Нехорошо, когда эти двое вместе. Я не могу представить, чтобы в дворянской академии прошёл хоть один год без происшествий, если там присутствуют Розмайн и Ханнелора.

— А не слишком ли это яркая реакция? — Айнлибе ответила мягко, но с ноткой сомнения в голосе.

Я посмеялся над её скептицизмом. На первом курсе Розмайн активировала магические инструменты в библиотеке, чем вызвала желание Ханнелоры заполучить их. На втором курсе Розмайн наладила связи с королевскими особами во время чаепития, которое Ханнелора посетила в библиотеке, и получила доступ к информации о закрытом архиве. На третьем курсе они провели совместные исследования с участием королевской семьи, в результате чего обнаружили подземную библиотеку дворянской академии. Во время собрания герцогов обе были вовлечены в перевод на современный язык материалов подземного архива. На четвёртом курсе, после участия в церемонии посвящения, Розмайн получила от Богини Мудрости Грутрисхайт, что привело к настоящему диттеру. Что может произойти в этом году? Невозможно представить совершенно мирный год.

***

— Лестилаут, немедленно явись в кабинет герцога.

Примерно через десять дней после моего разговора с Айнлибе наступил вечер, когда пришло распоряжение от отца. Когда я пришёл в его кабинет, там уже собрались отец, мать и Айнлибе. У отца было суровое выражение лица, но деревянных досок не было видно. Это не было похоже на отчёт служащих.

— Отец, что случилось?

— Из зала перемещения прибыл срочный ордоннанц.

Поскольку ордоннанц не может пересекать границы герцогств, его нельзя отправить напрямую из дворянской академии в Дункельфельгер. Обычно доставляют деревянную дощечку, но в тех случаях, когда на это нет времени, рыцарь, находящийся в зале перемещения общежития, перемещается в зал перемещения Дункельфельгера, отправляет ордоннанц аубу и сразу же возвращается в дворянскую академию. Этот способ используется только в крайних случаях.

— Что-то случилось с Ханнелорой?

На лице матери отразилось беспокойство. Кроме отца и его последователей, никто из нас не знал подробностей, поэтому мы все сосредоточились на нем, призывая его продолжать.

— Похоже, от Кордулы в зал перемещения общежития пришёл ордоннанц, сообщающий, что Дрефангуа, богиня времени, снизошла к госпоже Ханнелоре в беседке дворянской академии.

— Богиня снизошла к Ханнелоре?! — удивлённо воскликнула мама. 

Я чувствовал то же самое — это было так несвязно. Однако, хотя я и не видел этого своими глазами, уже был прецедент с Розмайн, к которой снизошла Богиня Мудрости. А поскольку Кордула послала ордоннанц рыцарю общежития, это, скорее всего, не было шуткой или ложью. 

— Кажется, в этом году суматоха ещё больше, чем в прошлом.

— Подумать только, всё обернулось именно так, как предсказывал господин Лестилаут...

Айнлибе смотрела на меня с удивлением и восхищением в голосе, но радоваться тому, что такое предсказание сбылось, было нельзя. От этого у меня только разболелась голова.

— Если было много свидетелей, это может стать серьёзной проблемой. Но раз уж это произошло в беседке, вероятно, их было немного? В это время года она ещё не должна активно использоваться, верно? — предположил отец.

— Я не уверена, — засомневалась матушка. — Я понимаю надежду на то, что свидетелей было немного, но не кажется ли вам, что, когда в дворянской академии происходит что-то связанное с богами, часто появляется столб света? Если он резко образовался при нисхождении богини, то даже если сначала вокруг было мало людей, вскоре это, несомненно, изменилось.

Предсказание матери было более реалистичным, чем предсказание отца. Во время ритуала диттера действительно появился столб света. Если к ним спустилась богиня, было бы неудивительно, если бы произошло нечто ещё более драматичное. 

Только я вздохнул, как показалось, что к нам пришёл посетитель. Я заметил, что рыцарь, стоявший у двери, зашевелился.

— Ауб, у меня сообщение от рыцаря из зала перемещения. Это свежие новости из дворянской академии.

Так как донесение было записано на деревянной доске и лично доставлено рыцарем в кабинет герцога, срочности, похоже, поубавилось. Отец взял деревянную дощечку у рыцаря, прочитал её и бросил на стол. Мать подняла её и начала читать вслух:

— Это от Кордулы. В нём говорится, что Дрефангуа, богиня времени, использует тело юной леди, чтобы призвать ауба Александрии. Ситуация не изменится, пока не прибудет ауб Александрии. Мы стоим наготове перед беседкой и сообщим, как только появится новая информация.

Ордоннанц от Кордулы был переписан рыцарем в зале перемещения, а на обратной стороне деревянной доски были написаны имена двух рыцарей.

— Если богиня останется в теле Ханнелоры до прибытия ауба Александрии, как сказано на доске, то число свидетелей только увеличится, не так ли? Беседка находится рядом с корпусом служащих, так что там обычно собираются любопытные.

Айнлибе согласилась со мной:

— Дело не только в месте, но и в неудачном времени. Время уроков уже прошло. Поскольку ученики не заняты на занятиях, они могут захотеть взглянуть на происходящее.

Даже если сначала вокруг Ханнелоры было всего несколько человек, толпа должна была расти. 

— Мы не знаем, почему спустилась Дрефангуа, богиня времени, почему была выбрана Ханнелора и чего богиня хочет от госпожи Розмайн... Мы ничего не можем сделать, пока не получим новые сведения, — заявил отец.

Мы все кивнули в знак согласия и решили подождать в кабинете герцога. Поскольку Розмайн вызывали в дворянскую академию, это не должно было занять много времени. Однако никаких новостей не поступало даже по прошествии некоторого времени.

— Они учатся в одной дворянской академии, так почему же это занимает так много времени? Что случилось с Ханнелорой? Неужели богиня предъявляет Розмайн какие-то необоснованные требования? — в ожидании я становился всё более нетерпеливым. 

И тут в комнату влетел ордоннанц. Маленькая белая птичка приземлилась на руку отца и раскрыла клюв:

— Это срочное сообщение от Кордулы. Из-за последствий нисхождения богини госпожа Ханнелора находится в состоянии, близком к смерти, в бессознательном состоянии. Её необходимо поместить в лечащее юрэве, пока она не придёт в сознание. Пожалуйста, немедленно отправьте юрэве госпожи Зиглинды или господина Лестилаута в дворянскую академию. На этом всё.

— Что? Она в бессознательном состоянии и близка к смерти?

— Что там произошло?!

Я надеялся, что ослышался, но ордоннанц трижды повторил одно и то же сообщение, после чего снова превратился в жёлтый магический камень и грохнулся на стол.

— Немедленно приготовьте юрэве! Если юрэве Лестилаута, смешанное до его женитьбы, ещё хранится, следует использовать именно его.

— Реджинальд, Акрингель, поспешите в хранилище. Я отправлюсь в зал перемещения впереди вас.

— Окажите помощь последователям Лестилаута, — приказала своим последователям Айнлибе, пока я отправлял своих служащих и слуг в хранилище юрэве.

— Господин Вердекраф, я немедленно отправлюсь в дворянскую академию. Мне нужно оценить, не лучше ли вернуть Ханнелору в герцогство, пока она не пришла в себя. Могу я получить ваше разрешение? — попросила матушка.

Зал перемещения уже должен был закрыться, а для использования его в нерабочее время требовалось разрешение герцога. Если матушка намеревалась отправиться в дворянскую академию, зал должен был оставаться открытым.

— Очень хорошо. Я лично прослежу, чтобы всё было улажено, — ответил отец.

Он отправил ордоннанц рыцарю, стоявшему в зале, сообщив о скором отъезде матушки. Проинструктировав её слуг, что ужин задержится, мы все покинули кабинет.

Матушка в сопровождении рыцарей сопровождения и слуг вышла на круг перемещения. Она вернулась из общежития ещё до того, как прибыл мой юрэве.

— Мне удалось поговорить с Кордулой. Похоже, Ханнелоре лучше пока остаться в дворянской академии. Учитывая потенциальную силу богини, нам может понадобиться позаимствовать некоторые предметы у зента. К тому же, находясь в дворянской академии, мы сможем получить доступ к информации от последователей госпожи Розмайн, которые имеют опыт работы с нисхождением богини.

Судя по всему, заявление о том, что Ханнелора впадёт в состояние, похожее на смерть, пока не придёт в себя, исходило непосредственно от богини. Из-за разницы во времени между миром богов и нашим миром ей может потребоваться некоторое время, чтобы проснуться. Поэтому главная слуга Александрии посоветовала погрузить её в юрэве, чтобы магическая сила не затвердела за это время.

— Госпожа Розмайн молилась Богине Времени, прося, чтобы сознание Ханнелоры вернулось быстро, и богиня приняла её просьбу. Пока Ханнелора остаётся в юрэве, её жизни ничего не угрожает. Завтра они пришлют подробный отчёт о нисхождении богини.

Проверив состояние Ханнелоры, матушка с некоторым облегчением вздохнула: 

— Пока у нас есть юрэве, проблем быть не должно. 

Хотя я всё ещё не до конца понимал, что произошло, напряжение, наполнявшее зал перемещения, начало рассеиваться.

— Пока её жизни ничего не угрожает, это радует. Но разве Ханнелора не на пятом курсе? Разве она не должна была уже создать свое собственное юрэве? Она уже сделала его?

— Учебный год только начался, и юрэве обычно создается позже, на занятиях по смешиванию. Нередко оно остаётся незаконченным. Опасные для жизни ситуации случаются редко, а не вступившие в брак студенты обычно пользуются юрэве своей семьи, так что создание собственного юрэве часто является менее приоритетной задачей, — отметила Айнлибе, её тон стал более лёгким. Даже я нашёл в себе силы немного пошутить с ней.

В этот момент появились наши последователи, которые толкали тележку к кругу перемещения, соединяющему нас с дворянской академией:

— Мы перенесём юрэве господина Лестилаута на этой тележке. Оно довольно большое, поэтому вручную его нести будет слишком долго.

Пока они говорили, над тележкой расстелили ткань. Ткань была снабжена кругом перемещения, специально предназначенным для перемещения предметов. Как только Реджинальд отправил ордоннанц с сообщением «Подготовка завершена», на ткани появился большой горшок с юрэве.

— Пожалуйста, отправьте это прямо в общежитие. Вам, вероятно, понадобится тележка, чтобы завезти юрэве в комнату госпожи Ханнелоры.

Как только юрэве был отправлен, на круге перемещения появилась деревянная дощечка, исписанная почерком Кордулы, с надписью: «Принято». 

— Теперь мы можем оставить всё остальное Кордуле и её коллегам, пока ждём, когда Ханнелора придёт в себя. К завтрашнему дню мы должны получить подробный отчёт. Уже поздно, но давайте ужинать, — предложила матушка, выходя из зала.

Мы с Айнлибе последовали за матушкой. Нам нужно было быстро уйти, так как отец не мог закрыть дверь, пока мы не выйдем.

— Так, так... Похоже, в этом году у нас есть ещё одна большая проблема, — с облегчением вздохнул я, когда мы направились в столовую, на что Айнлибе тихонько захихикала.

— Вы говорите так, будто все уже закончилось, господин Лестилаут. Вы слишком благодушны, семестр в дворянской академии только начался.

Услышав, как она отметила, что сейчас ещё не середина зимы, я почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Как и говорила Айнелибе, уже через несколько дней из других герцогств посыпались предложения о браке, и все они были направлены на Ханнелору, ставшую вторым воплощением богини. Глядя на всё увеличивающуюся кучу заявок о диттера по краже невесты, я в отчаянии кричал:

— Даже если Ханнелора без сознания, а Розмайн отсутствует, почему мы не можем получить передышку!

Прошло ещё несколько дней, прежде чем мы получили известие о том, что Ханнелора наконец-то очнулась.

***

Примечание:

1. Да, у них один отец. Кентрипс и Разантарк — единокровные братья. Их отец — брат ауба Дункельфельгера. 

2. Напомню различие между диттером за невесту и диттером по краже невесты.

Для вступления в брак используется два вида диттера.

Первый и наиболее распространенный. 嫁取りディッター bride-taking ditter «диттер за невесту». Он предполагает, что партнер девушки, против брака с которым выступает её отец, борется за нее в диттере. Сама девушка при этом против брака не возражает. Мия Кадзуки в одном из отчётов о деятельности оценивает опасность этого диттера «от среднего до высокого» и указывает, что сражения в этот вид диттера могут обойтись без смертельных случаев.

Второй вид диттера — 嫁盗りディッター bride-stealing ditter «диттер по краже невесты». Он редок даже для Дункельфельгера. Он похож на предыдущий за той лишь разницей, что здесь уже и сама девушка выступает против брака. По словам Кадзуки, это самый кровавый вид диттера.

Лестилаут создал впечатление внутри Дункельфельгера, что его диттер за Розмайн это именно «диттер за невесту», хотя в действительности он, конечно, являлся «диттером по краже невесты».

3. Это прозвище Ханнелоры встречалось уже несколько раз, но до этого я как-то не уделял ему особого внимания. «Плаксивая принцесса» 泣き虫姫. Формально Ханнелора не является принцессой и 姫 (-hime) можно переводить и иначе (в обращениях шмилов, например, используется тот же иероглиф). Это необязательно именно принцесса, так могут звать любую знатную девушку, однако здесь в отличие от обращения шмилов это вряд ли кого-то введёт в заблуждение. Варианты же вроде «Плаксивой леди» звучат не очень хорошо.