Переводчик: lerelei

Я замерла. Сехун спал так мирно.

Я почувствовала облегчение, когда он чихнул и повернулся ко мне. Приоткрыв один глаз, он улыбнулся: «Померяй мне температуру».

Я облегченно вздохнула, потянувшись к градуснику. Я сунула его в рот Сехуну и стала ждать. «39 градусов…» – прошептала я. «Это все из-за меня…»

Он взял меня за руку и легонько сжал ее. «Нет», - сказал Сехун. «Я просто заболел, такое бывает», - пробормотал он, - «можешь принести мой телефон?»

Я кивнула и вышла из комнаты. Его телефон заряжался в гостиной.

Услышав дождь, я обернулась, нахмурила брови, смотря на мутное небо. Если бы не дождь… Сехун был бы здоров.

«Вот твой телефон», - сказала я, сев рядом с ним. Сехун открыл глаза. Я обратила внимание на его длинные ресницы. Как несправедливо!

«Пароль – 10080».

Я разблокировала телефон и кивнула. «Можешь позвонить моей маме?» - спросил он.

Нерешительно я листала контакты, ища «маму». Я улыбнулась, на контакте была фотография обнимающегося с мамой Сехуна. Я вздохнула. Прошел почти год, я так давно не видела маму и бабушку с дедушкой… какой же был вкус бабушкиного жаренного риса с кимчи?

«Алло? Сехун?», - женский голос из трубки заставил меня оторопеть. Сехун уснул, а я разговариваю с его мамой по телефону. «А-ах, здравствуйте… Я соседка Сехуна», - сказала я. «Меня зовут Дако- Минхи. Меня зовут Минхи», - сказала я заикаясь.

«Минхи, что-то с Сехуном?» - спросила она.

«Он заболел, температура 39 градусов. Попросил позвонить Вам. Не знаю, чего он хотел. Он… Сейчас спит», - объяснила я.

«Боже, мой мальчик снова заболел… Ты заботишься о нем?» - спросила она.

«Д-да» - сказала я и кивнула.

«Сехун обычно просит приготовить меня кимчхи, когда болеет. Но сейчас я за городом, а его отец по работе за границей. Минхи, умеешь готовить?»

Вопрос меня смутил. Умею ли я готовить? Я никогда не пробовала!

«Минхи?»

«Д-да, умею», - сказала я в растерянности. Мысленно дала себе щелбан по затылку. Зачем я это сказала?.. Я могу подпалить обычный тост. О каком кимчхи для Сехуна может идти речь? Вдруг отравится еще.

«Ох, замечательно~ У Сехуна в заметках телефона есть рецепт. Позаботься о нем, пожалуйста, ради меня, хорошо? Я позвоню через некоторое время. Спасибо, Минхи!»

«Не за что…» - пробормотала я. Гудок дал понять, что телефонный разговор закончился. Я начала листать его приложения. Открыла заметки, вот и рецепт.

Это словно другой язык… Я почесала голову, переписывая список ингредиентов, которые нужно купить. Проснулся Сехун. «А?», - он привстал, придерживая голову рукой. Я похихикала, затем нахмурилась, касаясь его горящего лба. «Ложись спать. Хотела тебе сказать, что мне нужно в город примерно на часик».

Сехун сел и взъерошил волосы. «Зачем?»

«Секрет».

Он отогнул свой мизинец. «Только на час?» - я сжала его мизинец своим, - «Обещаю».

Я вернулась через 40 минут. Заглянув в комнату Сехуна, я убедилась, что он спит. Но, прежде чем уйти, я прислушалась, не кашляет или не чихает ли он.

Взволнованная, не знающая, что делать с продуктами, я позвонила маме за помощью.

«Мама? Сколько нужно на одну порцию кимчхи?»

«Как долго готовить рис?»

«Что лучше взять: говядину, свинину или курицу?»

Я все продолжала и продолжала задавать вопросы. После двадцати минут нашего с ней разговора она спросила: «Ты для кого-то готовишь? Для парня?»

Закусив губу, я молча кивнула.

«Дакота?»

Я вздохнула. «Да, мам. Для парня».

Мама посмеялась: «Он тебе нравится?»

Я стояла на кухне, пока кипела вода. «Ты меня слышишь, Дакота?» - спросила меня мама, после нескольких минут молчания.

«Мама, мне пора. Вода кипит», – быстро пробормотала я.

Мне нравится Сехун? Хотелось бы мне самой знать ответ на этот вопрос.

Он вышел из своей комнаты около шести. «До сих пор льет…», - сказал он, глядя в окно. Я перестала возиться и посмотрела вверх. «О, ты проснулся!» - сказала я.

Он сел на стул у стойки: «Что готовишь?»

Я посмотрела на него: «А сам не догадываешься?»

Сехун покачал головой. «Не-а… Нос заложен», – я снова переключилась на плиту. Что же может помочь против заложенности носа? Васаби? Жаль, что у нас нет суши, чтобы поесть их с ним.

Сехун застонал: «Не чувствую запахов. Но я люблю кимчхи».

Я подошла к нему и открыла тюбик с васаби. Я мазнула немного его губу, и с любопытством наблюдала, как он слизывает его. Сехун поднял бровь и наклонил голову: «А что это?».

Последний раз помешала кимчхи и выключила огонь. Он смотрел, как я пробую его на вкус. Мое лицо покраснело. «О, вкусно!» Неплохо, Дакота! Особенно для первого раза.

Улыбаясь, я поднесла ложку ко рту Сехуна.

Щеки всего бледного Сехуна стали краснющими, его заложенность носа стала отступать. Он побежал за водой, а я пыталась удержаться, чтобы не засмеяться.

Я поставила тарелку перед Сехуном и нервно наблюдала, как он пробует. Он сидел в капюшоне, а его молния от кофты была сильно расстегнута. Мой взгляд упал на его бледно-белую подтянутую грудь. Это заставило меня задуматься о том, а может, его штрих-код находится в другом месте?

Покраснев, я отвернулась, потому что увидела его обнаженное тело.

«Ты снова как помидорка», - сказал Сехун. «Думаешь о поцелуе под дождем?» - он поддразнил меня.

Я посмотрела в окно. Может быть я и думала об этом. Вопрос моей мамы не давал мне покоя.

Нравится ли мне Сехун?

Конец 4 главы.