— ... Джо... Н... Джон... Эй! Джон!

Я слушал крик и медленно открыл глаза.

И увидел Келкейра, который, плача, смотрел на меня.

Он удивился тому, что я очнулся и широко отрыл глаза, а потом приподнял меня и обнял.

— ... Придурок! А если бы ты умер!.. Слава богу, живой... Слава богу!..

* * *

— А... Это, что дальше случилось? — спросил я, когда Келкейр успокоился.

Я осмотрелся и понял, что находился в тронном зале повелителя демонов.

Место не было необычным, непривычными были люди.

Келкейр, Морис и конечно же Нар.

А ещё ребята из деревни Тарос и Наклур с остальными героями.

Но ещё я увидел четырёх высших чернокнижников, с которыми они сражались.

Однако я больше не мог разглядеть ненависть в их глазах.

Видя это я вспомнил.

И понял. Фалена и Папиона говорили, что всё будет в порядке, и похоже это была правда.

Келкейр, ничего не знавший о разговоре во сне, рассказал мне обо всём.

Нар очнулась и рассказала о себе, о прошлом, о присоединении к армии и о чернокнижниках.

Выходило, что она вспомнила прошлое.

Это из-за того, что не стало Папионы? Возможно она блокировала воспоминания.

Сейчас и я понял, что из-за одержимости Фаленой, часть моих воспоминаний была нечёткой.

Скорее всего это из-за того, что они удерживали часть наших душ.

Нар закончила рассказ, и тогда сюда прибыли высшие чернокнижники.

Выглядели они так, будто избавились от одержимости.

Во время боя они поговорили, и поняли, что нет смысла и дальше сражаться.

Всё это казалось невероятным, но с учётом знаний Наклур и благодаря пояснениям Арк, стало очевидно, что всё было правдой.

А ещё оказалось, что Арк знал обо всём, потому что он первый эльф... То есть он был самым первым из тех, кого создали Фалена и остальные.

Сам он этого не сказал, но я понял это из его рассказа.

Нар и другие высшие чернокнижники ничего не знали о существах вроде Фалены.

Выходило, что девушки не лезли к ним с самого первого сражения между людьми и чернокнижниками.

Они знали лишь о захватчиках, явившихся с неба, и о силе руин, позволявших размножаться.

И эти руины... Были кораблями Фалены и остальных.

Скорее всего Папиона научила Нар использовать их.

И Нар тоже похоже стала собой...

Все божьи дела. Всё это была работа тех девушек.

Нет... Даже они не могли всё просчитать.

И поэтому Фалена вселилась в меня, а Папиона в Нар.

И вот началась война, которая привела к этому результату.

В любом случае...

— Похоже это и правда конец... — сказал я, и все кивнули.

Но вместо облегчения на лицах было понимание, что придётся приложить много усилий, чтобы действительно наступил конец.

И что будет дальше, пока неведомо.

Нар могла снова воспылать ненавистью и начать войну.

Но я не позволю этому случиться...

— Верно, Фалена... — позвал я, но никто не ответил.

Верной напарницы больше не было во мне.

Она растворилась где-то далеко.

А может...

* * *

— ... Сон?

Сон о том, что было очень давно.

Когда я ещё сражался.

Когда мир был спасён, я всё потерял и смог достичь всего задуманного.

Сон о тех временах.

Я повернул голову и выглянул в окно.

Дети людей, дети дварфов, дети эльфов... И чернокнижников... Нет, дети иблисов.

Они не выделялись и играли вместе с остальными.

И тут дверь открылась.

Там был старик, которого я знал ещё с молодости. Взгляд был острым, но очень терпимым.

Сразу ясно, что он был генералом и политиком.

— ... А, это ты, Келкейр.

Я, Джон Сериас, по-дружески обратился к нему.

— Ну и приветствие у тебя. А ведь я как услышал, что тебе нездоровится, оставил работу и приехал.

Мне казалось забавным, ведь я только что видел во сне, как мы беспечно общались, когда ещё были мальчишками.

— Да вот... Увидел хороший сон. Когда мы были молодыми... Тот замок.

— А... О том времени. Сколько лет прошло... Сорок пять... Нет, пятьдесят лет?

— Пятьдесят два года.

— Похоже на то.

— И теперь ты министр, решающий будущее страны...

— Эх. Джон Сериас, министр по вопросу примирения людей и иблисов, кто бы говорил. И мне уже почти нечем заниматься. Мелкие детали решу, а дальше сами, без меня. И тогда, Джон, возьмём Тиану и отправимся на северный остров? Нар нас тоже ждёт. А потом... В Тысячелетнее королевство. Арк сказал, что достал отличную выпивку. А ещё... А, надо сходить на могилу старика Хакима. Квал же говорил, что если покинет северный остров, то хочет увидеться с ним. А ещё... Ещё... — Келкейр рассказывал о планах на будущее.

Но сейчас из его глаз текли слёзы.

И я знал почему.

Я сказал:

— ... Было бы здорово... И всё же. Не в моём состоянии...

Я лежал на кровати.

Конечно я не был совсем неподвижен, но состояние моё было тяжёлым.

Меня осматривали врачи и говорили: «Никаких отклонений. Он должен двигаться, для старика он очень крепкий».

Но почему-то тело отказывалось слушаться меня как следует.

Даже великая святая Мирея, помогавшая людям из разных стран, использовала на мне свои целительские навыки, но всё безрезультатно.

Было очевидно, что лучше мне не станет.

И причина... Была ясна.

— ... Всё же душа находится в ужасном состоянии.

— Скорее всего. Наклур, Брубаха и Арк осматривали меня, и все пришли к одному выводу. Фалена вернула мне душу. Ей слишком много пользовались, и она достигла предела.

Я услышал от девушек много всего, но рассказал лишь одному Келкейру.

Наклур, Арку и остальным я так и не сказал, что случилось в самом конце.

Может и стоило бы, но им лучше было не знать.

У них были слишком хрупкие сердца.

И всё же жили они дольше людей.

Когда-нибудь они докопаются до истины.

Особенно тяжким случаем был Арк.

Он знал, что демоны истинные жители этого мира и понимал, почему они воюют с людьми.

Потому и сомневался, стоит ли сражаться с демонами, хотя, узнай он всю правду о Фалене и остальных, он загрузит свою голову ещё большими мыслями.

Что до Наклур, я сказал Келкейру, что не против, если он ей когда-нибудь обо всём расскажет.

Что же до того, чтобы рассказать лично... Я для этого был слишком стар. Это было просто невозможно.

— ... Моей душе тоже досталось, но я в норме...

Келкейр был одержим Нико, и его душу использовала она.

Его душа могла находиться в таком же состоянии.

Однако... Мою душу выжимали в течение двух жизней.

Это происходило долгие годы, начиная с той жизни, и вот к чему это привело.

Похоже Фалена и Папиона соединили две мои души и создали новую.

Будто какая-то детская игра, ничего странного, если с ней вышло бы что-то не так.

Ну, так думал лишь я, может получилось что-то получше... Хотя спросить я всё равно не мог.

Нико, которая была в Келкейре, с того дня тоже не появлялась.

Скорее всего поняла, что задача была выполнена.

Чернокнижники и люди выжили.

Остальное они оставили на нас... А сами исчезли.

Больше они не придут в этот мир... Ведь так?

Воля, которая правила в Состену, тоже исчезла.

Скорее всего там тоже была часть корабля.

И глава святого города Ористелла... Однажды он просто исчез.

У него было тело, но он был таким же как и Фалена.

Я спросил об этом у Арка, и он подтвердил.

Кстати, после его исчезновения, верующие последовали за Миреей, теперь она стала главой святого города.

Герой тоже вернулся в святой город. Он хотел выяснить, в чём цель его существования.

Я говорил с ним после войны, оказалось, он лишился всех воспоминаний до того, как покинул святой город.

Тогда его это не волновало, и он сражался до конца, но когда настал мир, решил узнать, откуда он.

И чтобы выяснить это, лучше всего было вернуться в святой город.

Его решение было верным. В святом городе среди множества документов Ористеллы было много записей о Морисе.

У него не было души, и потому её надо было забрать у кого-то ещё.

Морис не понимал точного значения этого, но понимал я.

То есть как Фалена и остальные создавали новые виды людей, Ористелла создал Мориса.

При том, что вначале нас создали, а дальше мы размножались самостоятельно, Морис был первым человеком.

И души у него не было, как и говорила Фалена, из-за отсутствия связи с этим миром. В нём не было крови демонов.

У него были невероятные способности, но на разработку технологий, позволявшей забирать души демонов, у Ористеллы ушли годы.

Осознание этого факта обычного человека шокирует, но Морис всё же был героем.

— Понятно, вот оно как, — понял и принял он.

Ему просто хотелось знать правду, не более.

Сейчас он путешествовал по миру, исполняя долг героя.

Он был таким же человеком и успел состариться, так что и его ждала смерть.

Но за мной она придёт раньше...

У остальных всё хорошо.

Ну, только старик Хаким не смог победить течение времени. Казалось, он будет жить вечно, но на девятом десятке его здоровье резко ухудшилось, и он покинул нас.

Больше всего по нему горевал его любимый противник чернокнижник Квал.

Сейчас он сражается с его внучкой Каторой, но Квал сам говорит, то до Хакима ей далеко. Скорее всего сейчас он сильнейший мечник во всём мире.

Я получил должность того, кто налаживал отношения между людьми и чернокнижниками после боя с повелителем демонов... И до сих пор что-то делал в этом ключе.

Келкейр называл мои достижения выдающимися, но мне помогало столько людей, ещё и вынуждены были приходить ко мне сюда... А я был не против остаться обычным солдатом.

Да.

— ... Хватит с меня.

— ... Что?

— Хватит, этой жизни...

— Э-эй, Джон! Ты что!..

Мне говорили, что сегодня придёт Келкейр, потому я и держался до этого дня.

Я умел обращаться со своей душой и силой духа смог немного продлить свою жизнь.

Но больше не смогу.

Главное, что мы смогли встретиться.

Я увидел прекрасный сон, увидел, как мы вошли в будущее.

Как мир стал мирным и прекрасным...

— Келкейр... Для меня это конец. Не знаю, встретимся ли мы ещё, но... Может увидимся. Пусть в третий раз мы будем обычными людьми...

— ... Ты чего, хватит нести подобное, эй... Джон. Не смей умирать... Прошу, слышишь, прошу!..

Но перед глазами всё покрывалось дымкой.

И провалилось во тьму...

Я...

* * *

— О, наконец ты прибыл, Джон.

— Долго ты.

Я открыл глаза и увидел знакомую парочку.

— Фалена... Папиона.

Девушка в чёрной одежде и с чёрными волосами и девушка в белой одежде и с белыми волосами.

Будто зеркальные отражения друг друга, только улыбки у них было разными.

— Смог насладиться?

— Да.

— Тогда посмотрим следующий сон. Время нашего дежурства в этом мире подошло к концу.

— ?.. Что это значит?..

* * *

— ... Джон. Ты ушёл слишком рано... Чёрт, — пожаловался Келкейр, наливая крепкую выпивку из бутылки во второй стакан.

На кровати лежал Джон, точно просто спал.

Он совсем не дышал.

Он вызвал целителей, Арк должен был привести Мирею на летучем корабле, но вернуть его к жизни уже не получится.

То есть больше ничего нельзя было сделать.

А потому Келкейр проведёт с Джоном всё оставшееся время до завтрашних похорон.

Поднимая стакан, он посмотрел в небо.

Невероятно большая луна сияла.

Невероятно большая луна... Луна?

— Эй, эй, а она не слишком большая?! Н-нет... Она движется?..

Он думал, что она приближалась, но луна отдалялась и через несколько минут просто исчезла.

Это выглядело как какое-то наваждение... Но Келкейр знал то, что не знал больше никто.

Луна была главным кораблём, где были Фалена, которой был одержим Джон, и Папиона, вселившаяся в повелителя демонов.

Всех тонкостей он не знал, но слышал от Джона, что они вроде как боги.

Довольно тонкий намёк.

Будто они забрали жизнь Джона и увезли куда-то далеко.

Фалена обожала играть с душами.

Даже если ты умер, если ей была интересна твоя душа, она тебя не отпустит.

Джон и сам называл её настоящей жадиной.

То есть... Вот оно как.

Невольно на лице Келкейра появилась улыбка...

— ... Вот как, Джон. Собрался и дальше где-то развлекаться... Эх. Значит и я последую за тобой. Всё же я был одержим Нико. Значит я тоже отправлюсь в путь... Да? — Келкейр направлял слова себе за спину.

Там никого не было, но он ощущал присутствие.

... Да, будет... Весело.

Ему показалось, что он услышал ответ.