Рафаэль молчал.

— …

И я тоже молчала.

— …

Я подняла взгляд на его беспощадные алые глаза, и в памяти всплыло предупреждение, услышанное прямо перед сном.

— Отдыхай. Подробно поговорим завтра. Завтра. Обязательно.

Верно, он точно говорил нечто подобное.

Но надо же было встретиться именно в истинном облике. Рафаэль наверняка обрушит на меня целый шквал нравоучений.

Однако у меня сейчас каждый день на счету. И всё же, понимая, что Рафаэль искренне беспокоится обо мне, остаётся только один выход — изложить ситуацию в трёх пунктах.

— Ты возвращаешься в Вэзервуд, виконтесса Вэзервуд?

Вопрос прозвучал на удивление спокойно, без лишних эмоций.

Что это с ним? Кажется, сегодня он в неплохом расположении духа. Подумав, что дело с этой Тревисой или как ей там благополучно разрешилось, я тут же перешла к краткому изложению сути.

— Четыре года назад я столкнулась с Риином и чуть не погибла. Но этот мелочный извращенец, видимо, до сих пор не оставил меня в покое и теперь изводит моих близких. Я должна вернуться и разобраться в ситуации.

Рафаэль мгновенно нахмурился.

— Чуть не погибла? Что это значит, конкретнее?

— То и значит. Когда я пришла в себя и встала на ноги, оказалось, что прошло четыре года. Ах, сразу скажу: зла я не держу. Зла-то нет, но он определённо продолжит охоту за мной. Его цель — моё сердце.

Он прижал руку ко лбу и тяжело вздохнул.

— Ха-а... Ну и ну, чёрт бы тебя побрал. Что? Сердце? Бедствие Риин охотится за твоим сердцем? И ты говоришь об этом с таким невозмутимым лицом, проболтавшись четыре года между жизнью и смертью!

Он порывисто протянул руку, словно собирался схватить меня за грудки, но тут же вспомнил, что я — Дейзи, и крепко сжал кулак.

— Ты...

Рафаэль стиснул зубы и перевёл дыхание.

Посмотрите только на эти угрожающие вены, выступившие на тыльной стороне ладони. Будь я сейчас в облике Андерта, точно бы получила затрещину. Да здравствует Дейзи.

— И что ты намерена делать после возвращения?

— Планов пока нет.

На самом деле они были, но я придержала язык, боясь нотаций в духе: «Раз уж только пришла в себя, сиди и отдыхай, обсуждая планы на будущее, а не тащись на север, чтобы снова по глупости оказаться на грани смерти и встретиться ещё через четыре года!»

— Хорошо, виконтесса Вэзервуд.

Уперев руки в бока, он коротко выдохнул и смерил меня (злобным) взглядом.

— ...Можешь не беспокоиться о деле Тревии Меситы. Мы тут кое-как уладили.

— Какое облегчение. А я-то думала, меня, беспомощную, продадут на чужбину.

Интересно, как они это решили?

Не успела я спросить, как Рафаэль развернулся и слегка махнул рукой.

— Ступай домой. Увидимся в Мидвинтри.

«Увидимся».

Звучит как-то странно. Может, он имел в виду, что пришлёт письмо?

В этот момент мозг словно пронзила молния.

Это чувство… да, это тревога. Увидимся в Мидвинтри? Неужели он собирается притащиться в Мидвинтри, чтобы продолжить свои поучения...

В тот миг, когда я хотела схватить его за руку и потребовать взять слова назад, путь Рафаэлю преградила фигура, возникшая словно из ниоткуда.

Незнакомое, но уже встречавшееся мне лицо.

Это был Ру.

Теперь, когда я могла рассмотреть его как следует, передо мной предстала совсем молодая женщина, которой едва исполнилось двадцать.

Длинные светлые волосы, развевающиеся на лёгком ветру, сияли, как солнечный свет, а улыбка на маленьком лице так и лучилась жизненной силой.

Простоватого дизайна платье и стоптанные туфли, которые нечасто встретишь в императорском замке. С огромной коричневой сумкой через плечо, будто унаследованной от отца, она казалась воплощением невинной деревенской девушки.

— Здравствуйте, герцог Зенайл? Сегодня довольно жарко, не так ли? Кажется, скоро лето.

В отличие от энергичного Ру (женщины), лица Рафаэля не было видно. Оно и понятно, ведь он стоял ко мне спиной.

Однако, основываясь на долгом опыте общения с ним, я видела: эта спина говорила о том, что её обладателю есть что сказать, но он предпочитает молчать.

Судя по тому, как он на мгновение замер, а затем продолжил свой путь, сомнений не было. То есть, судя по всему... он отреагировал так, будто знал, что это Ру.

Ру подошёл ко мне, не теряя улыбки.

— Пойдём? Я уже передал великой герцогине Хейло, что тебе нужно ненадолго вернуться из-за срочных дел.

— В этом облике?

Улыбка Ру стала шире.

— Именно. В облике прелестной и невинной деревенской девушки, которая вырвала тебя из когтей Сполии.

Он взял меня за руку и повёл к ожидающей карете.

— Раз уж речь о когтях Сполии...

— Да, это из-за той глупой Меситы, которая требовала тебя под предлогом Семидесятилетнего соглашения.

Я вспомнила того загадочного сумасшедшего, встреченного в поезде до Бришура.

— Просто за теми, кто сумел преодолеть стену через невзгоды Магической войны... За талантами, что достигли просветления и могут стать пятым богом... Мы следили и искали их очень долго.

Значило ли это «мы», что он имел в виду орден рыцарей Бога, о котором твердила Тревия?

— Что вообще такое этот «орден рыцарей Бога»?

Улыбка Ру, застывшая на губах, едва заметно исказилась.

— Драгоценная выставочная галерея Сполии. Как бы это сказать… стеклянная оранжерея, где собраны самые любимые и красивые куклы.

— Куклы?

— Дети.

— Дети? Он что, собрал детей по всему миру, чтобы создать орден?

Конечно, я слышала, что Сполия — следующий по старшинству после Ру, так что, предположив ему лет сто пятьдесят, и если он такой же бабник, как Святой Меч, то, перебрав кучу женщин, мог наплодить сто пятьдесят детей...

— Половина — её собственные дети.

Половина, значит.

«А-ха, так Сполия была женщиной. В поезде она выглядела как мужчина, поэтому я сразу решила, что это мужчина».

Подумать только, я совершила такую ошибку, имея под боком Ру. Да, половину Сполия выносила и родила сама... А вторую половину... кто родил?

Мужчина родить никак не мог. Единственная возможность — превратившись в мужчину...

— Неужели высокоразвитая магия трансформации влияет даже на репродуктивную функцию...

— С чего бы ей меняться? Разве у мужчины появится матка, если он примет облик женщины? Создать-то её можно. Но она будет фальшивой. Репродуктивные способности — это божественная сфера. Никто не может в неё вмешиваться. За исключением одного человека.

Тогда этот человек…

— Это Сполия.

Ру кивнул, словно хваля за верный ответ.

— В ней пробудилась сила жизни. Она души не чает в крови первопроходцев... Такого прекрасного и доблестного героя, как ты, она попытается заполучить любыми способами. [1]

«Тогда нельзя однозначно утверждать, что он — женщина».

Странно.

Обычно Ру зловеще усмехается и спрашивает: «Может, прикончить его?», а тут лишь ограничивается недовольным видом. Может, такое поведение — часть концепции его нынешнего образа?

— Кажется, я и правда слишком долго спала. О чём бы ни зашёл разговор, всё кажется в новинку.

— Наконец-то ты проявила интерес к миру, наша Дейзи. Быть невеждой не так уж и плохо, но знать такие вещи гораздо удобнее для дела.

Когда вернусь в Вэзервуд, нужно будет выяснить, что именно произошло, пока я спала.

— ...Ах. Ру, зачем ты в итоге принял этот облик?

— Если сделать тебя женатым, тебя не смогут забрать силой. Поэтому я самолично стал этим «средством».

Знакомая логика.

— И как ты объяснил это Тревии?

Вместо ответа он показал мне книгу, которую прижимал к груди.

<Том 1: Герой, вернувший память, одержим мной>

Ха-ха.

* * *

Мы прибыли в Мидвинтри.

Может, виной тому события последней недели? Особняк Вэзервуд, вновь представший перед глазами... нет, штаб-квартира гильдии «Серое Копьё» выглядела куда более внушительно, чем раньше.

В штабе, вопреки обыкновению, царила тишина, не было привычной суеты. Было настолько тихо, что даже «подлинного мастера гильдии», совершившего возвращение, никто не вышел встречать.

Может, дворецкий-убийца ждёт в кабинете?

Я поднялась по лестнице и открыла дверь. В тот же миг мужчина, без спроса занявший диван для гостей в кабинете «подлинного мастера гильдии», поднял голову.

Затем на его лице расплылась приветливая улыбка.

— О, пришла? Прибыла раньше, чем я ожидал.

У меня заныло в затылке.

Это был Святой Меч.

* * *

Примечание:

1. Время от времени род Сполии будет скакать, т. к. я предполагаю, что большинство не знают, что это женщина. Да и Дейзи говорит, что нельзя однозначно сказать, что это женщина. А ещё чтобы не схлопотать бан новеллы.