День семнадцатый.
Мальчишка вернулся в свою палатку.
— Чтобы я жил в том заброшенном здании? Ну уж нет. Я буду жить здесь, в палатке. На этой земле похоронен мой брат. Пусть это место и выглядит убого, я буду его охранять, пока не вырасту и не стану сильным.
Видала я тех, кто живёт рядом с могилой, но чтобы прямо на ней — такого встречаю впервые. Что и говорить, у неординарных личностей и идеи соответствующие.
Мальчишка выглядел бодрее, чем когда-либо. Видимо, перемены в душе пошли на пользу: его движения мечом стали куда естественнее и острее. Всё-таки есть в наставничестве своя прелесть.
День двадцатый.
Я вручила мальчишке блокнот, который приводила в порядок последние несколько дней.
— …Это ещё что?
— Я записала моменты, когда сама заходила в тупик во время тренировок, и способы, которыми их преодолевала. Конечно, твой случай отличается от моего, но порой именно другой взгляд помогает лучше всего. Если понадобится помощь — загляни туда.
Приняв блокнот с озадаченным видом, мальчишка быстро пролистал страницы.
— «Что делать, когда меч кажется неповоротливым… Воспитывать силу духа». Ты серьёзно даёшь мне это в качестве совета?
— Сейчас тебе это кажется пустяком. Но это советы, которые станут твоими плотью и кровью.
В голубых глазах мальчишки заиграло сомнение. Однако, в своём репертуаре, он хоть и продолжал ворчать, блокнот припрятал надёжно.
— Всё равно ведь ты и дальше будешь приглядывать за мной. Зачем мне эта писанина? Но так и быть… сохраню её.
Я составила эту «шпаргалку» именно потому, что не смогу приглядывать за ним вечно. Ведь сегодня день, когда должен вернуться Ру.
«Надо будет и ему сказать заранее».
Каким бы талантливым ни был этот малец, оставлять его одного на этой земле было тревожно.
«Пусть я не смогу приходить часто, но раз или два в год навещать его получится…»
Нужно либо попросить Ру временно одолжить мальчишке его дом, либо забрать сорванца с собой в Пен Лоту.
Правда, упрямства ему не занимать, так что не факт, что он послушается.
— Эй, ты чего застыла? Живее, посмотри моё это… как его… ну, это твоё «Героическое Воровство» или как там это позорное название. Я сейчас на пике формы! Ещё года три поучусь и мигом тебя обгоню… Ай! Хватит меня бить, я так поглупею!
Невоспитанный паршивец, честное слово.
* * *
День двадцать третий.
Я внезапно открыла глаза.
Тик-так. Кроме звука секундной стрелки и дыхания Эша, в уши не проникало ни единого шума.
Рассвет был безмолвным.
Воздух — холодным.
Но я отчётливо что-то ощущала.
«Чьё-то присутствие…»
Можно ли это так назвать? Не совсем ошибка, но нечто иное.
Это не просто «присутствие», это «мощь существования». Я определённо чувствовала нечто подобное прежде. В тот миг, когда преодолела четвёртую стену и достигла единства души и тела.
«Ру».
Если бы это был он, я бы поняла. Но я была уверена — это не Ру. Тогда кто же посмел выставлять напоказ такую ауру?
Поправляя жемчужную серёжку, я вышла из дома.
Я шла медленно.
Миновала пустой рынок, мост, мусорный холм и, оказавшись перед сухим хвойным лесом, со вздохом обернулась.
— Малец. Возвращайся домой.
Видимо, он изо всех сил старался скрыть своё присутствие, пока шёл за мной. Мальчишка на мгновение замер, а затем поднялся из зарослей кустарника.
Разумеется, та «мощь», которую я ощутила, исходила не от него.
— …Куда это ты так тайком собралась? В такую-то рань.
— Возвращайся.
— Эй, если ты думаешь, что я увязался за тобой с дурными мыслями… ну там, ударить в спину или найти твои слабости, чтобы потом шантажировать, то это абсолютно не…
— Ты, — в оклике заключена сила.
Будь то зов слова или зов взгляда — неважно. Тот, кто достиг высшего предела, может вложить в этот зов неодолимую мощь, способную одним лишь взором сокрушить боевой дух противника.
«Ха-а».
Но я не собиралась направлять эту силу на мальчишку.
Я пересекла сухой кустарник и встала перед ним. Парень сидел на земле, смертельно побледнев. Должно быть, пока я сканировала окрестности, случайно напугала и его.
— …Напомни, как тебя зовут?
Обиделся ли он на то, что его так легко подавили, что он и пикнуть не смог? Мальчишка, с трудом поднимая дрожащие ноги, выкрикнул:
— «Как зовут»?! «Как зову-у-ут»?! Да я тебе ни разу и не говорил своего имени, идиотка!
А у этого мальца есть характер.
Только я задумалась, не припугнуть ли его ещё разок, как вдруг…
— Скажу только один раз, так что слушай внимательно. Моё имя…
— Пригнись!
— …Что?
Я вжала голову опешившего мальчишки прямо в землю.
Фью-ить!
Над нашими макушками пронёсся звук, похожий на свист, а затем…
Ба-бах! Бум!
Вспыхнуло яростное пламя, окрасив всё вокруг в багровый цвет. Сухая зимняя земля в мгновение ока стала добычей огненного монстра. Нас обдало невыносимым жаром.
— Ч-что… это… что происходит?!
Я вздёрнула мальчишку на ноги и рванула вглубь леса.
Фьють!
Всего один порыв ветра.
Грох!
Деревья, подпиравшие небеса, бессильно повалились на землю.
— Ч-чёрт! Да что это такое!
Вопреки предрассветному часу, в лесу стало светлее, чем днём. Пылающее во тьме пламя было ярче солнца — оно поглотило луну и горело белым светом.
«В кого он целит?»
В меня или в мальчишку?
Было ясно одно: противник — обладатель той странной ауры и невероятно могущественный маг.
«Нельзя просто бежать наверх. Если лесной пожар распространится дальше, пострадает не только округа, но и всё королевство Ванахейм…»
В этот момент мальчишка, который, задыхаясь, ковылял следом, схватил меня за руку.
— Смотри туда! Со стороны мусорного холма!..
Валил густой чёрный дым.
Ветер принёс запах куда более едкий и зловонный, чем запах горящего леса.
Где-то вдалеке послышался протяжный крик.
Горела не только гора, но и жилые дома. Если так пойдёт и дальше, весь район окажется в огненном кольце и выгорит дотла.
— Держись крепче. Сейчас прыгнем.
— П-погоди!
Подхватив мальчишку, я спрыгнула с обрыва. Миновав обугленные кусты, я направилась к пустому логову бандитов — прямо в центр бушующей мощи, которая меня поджидала.
Там стоял мужчина.
Волосы и глаза его были черны как смоль.
Длинная коса развевалась на ветру. Пёстрая рубашка с аляпистым узором, казалось, кричала всему миру: «Это я — источник пожара».
— Привет, Дейзи.
И это выражение лица, будто он знает абсолютно всё.
Я завела мальчишку себе за спину и впилась в незнакомца взглядом.
— Ты кто такой?
Мужчина, словно только этого и ждал, осклабился в белозубой улыбке.
— Я бог Южного континента, Дейзи.
Что он несёт?
— Бог Южного континента — это я.
— Я.
— Нет, я.
— Это я — бог Южного континента.
— Да я тебе говорю: бог Южного континента — это я!
После короткого молчания мужчина, называющий себя богом Юга, так и покатился со смеху, закинув голову назад.
— Ха-ха-ха! Ха! Что ж… мне нравится твоя безрассудная отвага. Хочешь владеть Югом? Но вот незадача — эта земля принадлежит мне. Тебе на Юге не светит ни пяди земли.
— С каких это пор земля делится на «твою» и «мою»?
— Ха-ха… С каких пор? Не ожидал, что ты настолько «зелёная», что с тобой даже поговорить не о чем.
Его неспешный голос заставил меня невольно погрузиться в странные ощущения.
«Как же давно мне не попадался такой расслабленный противник».
Уверенность, не знающая поражений. Её корни определённо в…
— А если противник — полубог моего уровня?
Всё-таки он из тех, кто достиг единства души и тела.
— Иди поищи себе ученика в другом месте, на других землях, новичок. Ах… хотя вряд ли ты найдёшь.
Мужчина широко улыбнулся и вскинул подбородок.
— Потому что здесь всё и закончится.
Не успел затихнуть его свист, как я обнажила жемчужный меч.
Задержав дыхание и сосредоточившись, я увидела линии ветра, прочерченные маной мага. Стоило мне взмахнуть мечом и рассечь все линии, как послышался короткий возглас восхищения.
— Зачем ты охотишься на меня?
— И впрямь, настоящий гений, достигший единства в столь юном возрасте. Чёрт… вот за это я и ненавижу гениев.
Хватит разговаривать сам с собой.
— Я бы с удовольствием с тобой поиграл, да вот времени маловато. Ха-ха… Ну что ж, придётся немного поднапрячься и закончить побыстрее.
Мужчина, только что смеявшийся и болтавший сам с собой, внезапно опустился на колено и коснулся ладонью земли.
Гро-о-ом!
Земля под ногами содрогнулась от мощного удара.