Асахи-сан сидит у меня на коленях, лицом ко мне, пока я сижу на кровати.

— М-мы и правда это делаем…?

Я спрашиваю, всматриваясь в её глаза с расстояния, которого у нас с ней никогда прежде не было.

— Конечно. Это же игра с наказанием. Проигравший обязан выполнить то, что скажет победитель… Верно?

Она произносит это с завораживающей улыбкой на губах.

— Ладно… Но только не слишком усердствуй…

Не то чтобы я до конца собрался с духом… Но сейчас идти против неё я просто не мог.

— Тогда… Закрой глаза, хорошо?

Когда я послушно закрываю глаза, все остальные чувства обостряются до предела.

Приятная тяжесть, давящая на оба бедра. Сладкий аромат её шампуня, щекочущий ноздри.

В каждой точке соприкосновения тел её жар передаётся мне... Настолько сильно, что становится почти горячо.

Она говорила, что пойдёт в полную атаку, но это уже не «мы вроде как близко» — мы буквально приклеились друг к другу.

Её сила атаки во второй форме намного превзошла все мои ожидания.

Кажется, я открыл ящик Пандоры, который никогда не стоило открывать.

Я чувствую, как тепло её тела опаляет моё лицо.

Её слабое дыхание касается моей кожи.

Если бы я открыл глаза, её лицо сейчас наверняка было бы ближе, чем когда-либо прежде.

Ощущение, будто я в раю... Нет, какое «будто». Я, возможно, и правда сейчас в раю.

＊＊＊

......Время отматывается к тому дню, что был перед моим вознесением на небеса.

Кто-нибудь, помогите.

Сегодня понедельник, прошло два дня с тех пор, как я ходил болеть за Асахи-сан на матче.

Второй этаж главного здания школы превратился для меня в настоящий ад.

— Эй, эй, эта история… Ну, про Хикару… Она вообще правда?

— Да ну… Быть такого не может… Ты только посмотри, с кем это связано…

— Но ведь что-то же произошло, раз пошли такие слухи? Говорят, в нашем классе есть те, кто сам это слышал…

— Не-е-ет… Может, у них у всех просто массовая галлюцинация была…?

Шепотки девчонок доносятся со всех сторон класса.

— Серьёзно, да ну… Почему именно он…?

— Блин, я вообще в шоке…

— Скорее в бешенстве. Кто-нибудь, пойдите выместите на нём злость… Физически.

Голоса парней, даже не пытающиеся скрыть обиду и раздражение, наполняют класс.

Воздух в помещении холоднее, чем в глубинах восьмого круга ада.

И, разумеется, в центре всего этого — тот самый инцидент.

Сразу после того, как она с триумфом вернулась в игру и одержала блестящую победу, Асахи-сан призналась мне.

Тогда это слышали всего около десяти человек, но сейчас, похоже, слух разошёлся по всей параллели... Нет, по всей школе.

С того момента, как я пришёл в школу, никто не решался подойти и спросить напрямую... Меня лишь пронизывали колючими взглядами.

Меня не окружили толпой и не закидали вопросами, как новенького в первый день:

«Ты просто красавчик, серьёзно! Как тебе удалось её завоевать?»

«Слушайте, если присмотреться к Кагеяме-куну, он вроде даже симпатичный, да…?»

«Я сам был влюблён в Асахи-сан, поэтому для меня это дикий шок… но если она счастлива, значит, всё пучком!»

...И в конце концов меня всё равно поздравляют.

Я, конечно, не ждал какого-то избитого обмена репликами из молодёжной драмы.

Не ждал… Но это всё равно слишком.

Меня словно заставляют отплясывать чечётку на гвоздях.

А хуже всего то, что сама Асахи-сан — та, кто всё это затеяла и находится в самом центре событий, — отсутствует.

Как и в выходные, сегодня её снова нет: она освобождена, чтобы продолжать участвовать в турнире.

Другими словами, сегодня мне предстоит пережить этот ад в полном одиночестве.

Я как раз решил, что остаётся только одно — использовать свой коронный приём «притвориться спящим», и уже собрался опустить голову, как в кармане завибрировал телефон.

Достаю, смотрю на экран — сообщение от Хино-сан.

«Нужна помощь?»

Перевожу взгляд с экрана на первый ряд... Хино-сан тоже смотрит в мою сторону.

Она беззвучно повторяет то же самое, что написала в сообщении, блеснув стёклами очков.

«Всё нормально. Скоро само утихнет. Слухам свойственно выдыхаться»

Я набираю ответ, ловко управляясь с телефоном.

Честно говоря, мне совсем не «нормально», и я не думаю, что это утихнет в ближайшее время.

Но если она сейчас ввяжется, класс без сомнений превратится в море огня.

Асахи-сан вряд ли обрадовалась бы, если бы начатая ей тема разгорелась в такое пламя.

«Понятно. Но если что — сразу скажи мне, хорошо?»

Приходит ответ от Хино-сан.

Сначала она казалась мне пугающей, но когда такой человек оказывается на твоей стороне, надёжнее его нет.

Я хотел отправить ей спасибо, но новое сообщение от неё приходит первым.

«Я болею за вас. За обоих»

Эти слова приносят облегчение... Совсем чуть-чуть, но моё сердце становится легче.

«Спасибо. Если совсем припрёт, возможно, воспользуюсь твоим предложением»

Отправив благодарность, я отрываю взгляд от телефона и смотрю на учительский стол.

До начала урока осталось пять минут.

Твержу себе, что бессмысленно зацикливаться на происходящем, и пытаюсь думать о чём-то другом.

И, само собой, первой на ум приходит Асахи.

Сейчас она, наверное, в разгаре своего матча.

Беспокойство за неё уже прошло, но в голову приходит совсем другая мысль.

Как мне ответить на те чувства, которые она мне открыла?

Увиливать уже не получится... Остаётся лишь признать, что я тоже испытываю к ней чувства.

Иными словами, теперь наши чувства официально взаимны.

Но проблема в том, что в глубине души мой комплекс неполноценности перед ней всё ещё жив и здоров.

Мне никак не уложить в голове, что звезда, которая одной лишь фразой способна устроить такой переполох во всей школе, и такой никчёмный тип, как я, состоят в таких отношениях.

Даже я считаю свой характер проблемным, и чем отчётливее это понимаю, тем сильнее себя ненавижу.

Чем больше я зацикливаюсь на нежелательном внимании вокруг, тем глубже утопаю в негативных мыслях.

И, как и следовало ожидать, не сумев сосредоточиться, я досиживаю утренние уроки до конца.

Под звонок, сообщающий о перемене, я достаю из сумки свой обед, стремясь как можно скорее убраться отсюда.

Даже это крошечное движение на мгновение привлекает к себе всеобщее внимание.

Делая вид, что ничего не замечаю, я хватаю пакет и быстро выскальзываю в коридор.

Разошёлся ли слух уже по всей школе или нет, но взгляды не прекращаются даже после того, как я покидаю класс.

По иронии судьбы теперь я на собственной шкуре испытываю, каково это — быть Асахи-сан, постоянно находиться в центре внимания, только самым жалким образом.

Ноги сами собой несут меня по привычному пути, но я уверен, что стоит мне встретиться с этими двумя, как они начнут выпытывать всё без остатка.

Я размышляю о том, как отвечать, и тянусь к двери в соединительный коридор.

— А, вот ты где, вот ты где!! В классе тебя нет, я и подумала, что ты где-то здесь!

Позади раздаётся оглушительно громкий голос.

Обернувшись, вижу девушку... Она на целую голову ниже меня.

— Ты же Кагеяма-кун, да? Из класса Б?

Её манера говорить выдаёт сильный акцент, интонации непривычны для уха.

Она подпрыгивающей походкой приближается ко мне, её светло-каштановое каре покачивается в такт.

— А-а, да… Это я…

— Я, кстати, Огата. Слышал обо мне?

— Ну… В общих чертах…

Мы говорим лицом к лицу впервые, но я уже знал, кто она.

Огата Аканэ — по словам Хаято, её общительность превосходит даже Асахи-сан, и она считается одной из самых популярных девушек в нашей параллели.

— Так, хочу кое-что у тебя быстренько спросить… Можно?

— Ч-что спросить…?

Я кое-как выдавливаю ответ, сбитый с толку её напором.

— Ну, о том дне, а о чём же ещё? Хикару же тебе призналась, да?

— А? Н-ну… Это… То есть…

Она подходит к делу настолько прямо, что я теряю дар речи.

— …Хотя я же там тоже была, так что особо и спрашивать нечего.

Она говорит это и звонко смеётся.

Между её густым кансайским диалектом и тем, как она сокращает дистанцию, что можно назвать разве что бестактностью…

Честно говоря, первое впечатление: она из тех, с кем я не умею ладить.

— Ну и… Это всё, что ты хотела спросить…?

— Да нет, как же всё! Ты — тот парень, на которого наконец-то положила глаз сама Асахи Хикару! Я пришла взять эксклюзивное интервью у самого везучего парня во всей Японии!

— Интервью, значит… Вообще-то я собирался пойти пообедать.

— Ничего страшного! Я тоже! Так что давай, рассказывай всё, пока будем есть!

Она показывает ланч-бокс в простой упаковке, совсем не похожей на девичью.

Я понятия не имею, что здесь такого «не страшного», но тот, кто так легко поддаётся чужому давлению, как я, всё равно не смог бы ей отказать.

Так, по какой-то причине, я впервые в жизни привёл к нам в класс совершенно незнакомую девушку.

— Ого… И такой класс тут есть, да? Ты всегда здесь обедаешь?

Огата-сан оглядывает абсолютно пустую комнату.

Хаято и Юума всё ещё не пришли... Возможно, у них уроки затянулись.

— Мм… Да, почти всегда…

— Так-так… Значит, парень, в которого влюблена Асахи Хикару, любит малолюдные места…

Она садится на ближайший стул, изображая, будто что-то записывает.

— Ну, перейдём к главному… как же вы с Хикару так сблизились? С чего всё началось?

Открыв свой бенто, она сразу же принимается за еду и тут же берёт быка за рога.

— С чего началось… Ничего особенного, правда… Просто обычное знакомство, просто постепенно сближались…

— Да нет, нет, нет! Речь-то об Асахи Хикару, между прочим! У неё личная охрана будь здоров, плюс рядом с ней Хино Аяка — стены железные! Никак невозможно «обычным» образом покорить эту неприступную, непобедимую крепость, о которую разбились толпы отважных бойцов! Обычным — никак!

Она тараторит так быстро, что я удивляюсь, как она не прикусывает язык.

— Ну, серьёзно… Я просто обращался с ней как обычно…

Если задуматься, всё, что я делал, — это изо всех сил старался не оплошать, как безнадёжный человек.

Мы просто, как обычно, весело играли вдвоём, иногда куда-то выбирались.

После того как я узнал о её проблемах, я сделал пару вещей, которые были для меня немного нехарактерны, но ничего кардинального.

То, что это сработало и помогло ей вернуться в строй, уже казалось чудом. Я и в страшном сне не мог представить, что она сама признается мне.

— То есть ты хочешь сказать, что Хикару сама втюрилась в тебя по уши только от того, что ты вёл себя обычно!?

— Ну, если с моей стороны… Да, наверное…

— Ну и ну… Тут уж нечего противопоставить…

Возможно, она не получила того ответа, на который рассчитывала, и выглядит откровенно разочарованной.

— Но всё равно не верится, что Хикару так запала на тебя просто из-за этого… Слушай, в тебе наверняка есть что-то такое, чего ты сам ещё не замечаешь, а?

— Даже если ты так говоришь…

— Ну, например, ты в тайне пишешь страстные стихи, как Шекспир или Сирано…?

— Исключено… Если бы ты увидела мои оценки по литературе, ты бы ужаснулась. В самом плохом смысле.

— Или, может, твоё истинное лицо — легендарный ночной король, который всё это время крутил романы с кучей красоток! Или ты на самом деле дипломированный гипнотизёр высшего класса!?

— Да нет же… Я правда такой, каким кажусь…

«Что за сюжет манги», — думаю про себя, но отвечаю настолько спокойно, насколько могу.

— Такой, каким кажешься, да…

Она пододвигает стул вместе с собой поближе и в упор разглядывает моё лицо.

— Э-эм… Огата-сан, ты слишком близко…

Даже с Асахи-сан не было столько моментов, когда она подходила настолько вплотную.

Так что все те истории о том, как парни постоянно строят иллюзии из-за того, что она слишком близко подходит, — теперь я прочувствовал это на себе.

— Если судить по внешности… Если бы ты немного привёл себя в порядок, было бы неплохо, но… Парней с приятной внешностью было много, так что дело явно не в этом…

— Я же говорю… Ты слишком близко… Отодвинься, пожалуй…

Когда Огата-сан продолжает наклоняться, я отодвигаю стул назад, пытаясь увеличить дистанцию, но...

— Эй, Рэйя! Ты тут? Если да, то мы хотим всё в по-дроб-но....

— Рэйя-кун, у тебя нет права… Мол-чать…

В дверях, как обычно, появляются эти двое, и их голоса доносятся у меня из-за спины.

Но оба осекаются на полуслове, словно увидели что-то, чего видеть не должны.

Я на долю секунды задумываюсь, почему, и тут же понимаю причину.

Расстояние между мной и Огата-сан такое, что нас можно назвать почти «соприкасающимися».

Со спины это вполне могло бы выглядеть как нечто совсем иное.

— Простите-простите…

— Мы пошли, пошли…

— Стойте, стойте, стойте!! Всё не так!! Мы ничего такого не делали!!

Я спешно останавливаю их, когда они уже собираются выйти из класса.

Если к этим слухам, разлетающимся по школе, добавится ещё и то, что я уже успел приударить за другой девушкой…

Если подобная глупая сплетня разойдётся, меня официально признают главным подонком школы.

— Н-не волнуйся… Я не пойду трепать, что ты уже пытаешься подкатить ко второй девушке S-ранга…

— А-а… Я и не думал, что Рэйя-кун окажется настолько пробивным и настойчивым…

— Да говорю же, это недоразумение… Огата-сан, скажи им...

— Вы же Кадзама-кун и Канэда-кун из класса С, да? Друзья Кагеямы-куна?

Я оборачиваюсь, чтобы попросить её прояснить ситуацию, и понимаю, что она уже стоит прямо рядом со мной.

Она сократила расстояние с такой скоростью, будто применила технику телепортации…

— Э? Ну… можно и так сказать… друзья?

— Наверное, ближе будет «одного поля ягоды».

— Хмм… Ну ладно, тогда с вашей точки зрения как друзей... Какой парень этот Кагеяма-кун?

Ошеломлённые внезапным вопросом, они переглядываются.

— Какой?… Ну, задрот игровой, всегда с радостью рубится в какую-нибудь малоизвестную игру на этой дикой портативной приставке размером с ланч-бокс строителя?

— Ага, и почему-то шарит только в распродажах и прочем… И у него есть офигенно красивая кузина с большой грудью, чему я жутко завидую…?

Мне остаётся лишь молча кивать на эту характеристику, которая не совсем похожа на комплимент... И то, что она подходит мне на все сто, лишь доказывает, насколько точно они меня описывают.

— Так-так… Значит, Хикару — единственная, кто разглядел в Кагеяме-куне те достоинства, которые не видят даже его друзья, да…

Огата-сан скрещивает руки, склоняет голову набок и погружается в раздумья.

— Хмм… Похоже, в конце концов придётся спросить напрямую у Хикару, когда она вернётся…

Конечно, ей не хватает такта... «Не хватает», пожалуй, даже слишком мягко сказано.

Но даже если я сам не могу до конца поверить в эти отношения с Асахи-сан, она — единственный человек, который не отмахивается от них как от «да ну бред» и не отвергает с порога. Может, у неё и есть какой-то свой интерес, но она хотя бы пытается найти в этом объяснение.

Уже за одно это я не могу не испытывать к ней чуточку симпатии.

— Что ж, на сегодня хватит… Спасибо, что всё рассказал!

— А? А… да…

— Вот мой PINE, так что если что ещё произойдёт — держи меня в курсе, ладно? Ну, давай, пока!

Не успеваю опомниться, как она молниеносно обменивается контактами, быстро убирает свой бенто и стремительно выходит из комнаты.

Она и правда была похожа на пронёсшийся ураган… Я смотрю на дверь, за которой она скрылась, и в этот момент телефон в моей руке начинает вибрировать.

Думая, что это Огата-сан уже что-то прислала, я смотрю на экран...

— Ах…

Имя отправителя «Асахи Хикару» заставляет меня невольно издать этот звук.

«Выиграла чемпионат~!»

Короткое сообщение, наполненное безграничной радостью, сопровождается фотографией, где она держит кубок победителя, сияя ослепительной улыбкой.

Победа в чемпионате... Это, наверное, действительно потрясающе… Пока я вглядываюсь в присланное фото, я начинаю ощущать что-то, напоминающее жажду крови, с обеих сторон.

— Понятно… Значит, это всё-таки правда. Тот самый слух…

— Рэйя-кун, мы ведь друзья… Да…?

Оба моих уха одновременно улавливают эти холодные, полные обиды голоса.

— Ну тогда, думаю, ты не против рассказать нам все подробности…

Из огня да в полымя. От этих двоих, которые обычно не бывают настолько синхронны, я в один день получил столько вопросов, сколько не задавали за всю жизнь.