В итоге Канда-сан заставила всех пойти на пьянку, и мы теперь сидели в отдельной комнате заведения.

Между Йосидой-куном и Мисимой-сан явно было напряжение, и только мы временами хоть как-то поддерживали беседу.

А ещё стало очевидно.

Мисима-сан точно предприняла что-то серьёзное по отношению к Йосиде-куну... Скорее всего что-то близкое к признанию.

И сразу после этого она начала убегать, возможно Йосида-кун поступил неправильно, — или как всегда оказался твердолобым — в общем подробностей я не знала... Но было ясно, что их разговор подошёл к концу до того, как они пришли к какому-то знаменателю.

Йосида-кун старался снова поговорить с ней, но девушка всеми силами этого избегала.

Как-то так.

Пока мы молчали, они как-то смогли поговорить.

В итоге у них появилась возможность пообщаться после нашей небольшой вечеринки...

— А если они сексом займутся?

Мы не стали следить за ними. И переместились в двухэтажное заведение.

По пути мы наткнулись на заведение с якитори, куда и зашли.

— Зная Йосиду-куна, этого не случится, — ответила я, а на лице Канды-сан появилась усмешка.

— И на чём же это основано?

— Я просто не могу представить, что он так поступит.

— Хм, вот как... — ответила она, но при этом читалось «а я так не думаю», и я недовольно уставилась на неё.

— Что за злое лицо? А, принесли.

Когда она заговорила, как раз официантка принесла наши шашлычки.

— Возьму себе шашлычки из кожи, люблю их. А ещё шею и грудку, и печень тоже возьму, — не стесняясь, Канда-сан накладывала еду в свою тарелку.

Остались хвост, лук, бедро и куриные фрикадельки...

— Оставила всё самое жирное, — сказала я, но девушка не слушала меня и уже принялась за шашлычки с кожей, а потом запила.

— Ух! Всё же тут вкусно, — самоуверенно сказала она. После таких слов даже не верится, что выпивка вкусная.

Канда-сан бросила на меня взгляд:

— Ты есть не будешь?

— Говорю же... Ты мне только самое жирное оставила.

— Ну и что? Тебе же нравится, — спокойно ответила она. А я, поражённая, замолчала.

Женщина улыбнулась.

— Ты же тайком мясо лопаешь. Я в курсе, куда ты с Йосидой ходишь.

— Что... Это только когда я с ним хожу...

— Врёшь. На одних салатах такие сиськи поддерживать не выйдет, — сказала она и принялась с наслаждением жевать куриную кожу.

Я испытала зуд от того, что она видела меня насквозь.

И пока мы вчетвером сидели, она по большей части ела салат, а поближе ко мне поставила тарелку с жаренной курочкой... Думала обо мне.

Такая же заботливая как Йосида-кун.

С одной стороны я была благодарна, а с другой ревновала.

Я взяла шашлычок с хвостом. А Канда-сан хмыкнула.

Скромно я откусила. Во рту стал растекаться куриный жир. А я испытала счастье.

Этот вкус я запила саке. Просто чудесно.

— Хи-хи... Похоже вкусно, — хитро проговорила женщина.

— Спасибо.

Я выпустила подавленный аппетит, и стало так хорошо.

И раз уж меня видят насквозь, то и стесняться ни к чему.

Я ответила, Канда-сан рассмеялась.

Какое-то время мы ели жаренную курицу. Я ела мясо и запивала саке. Счастливое время продолжалось, и вот саке кончилось.

— Нравится тебе саке? — спросила она, и я кивнула.

— Ну... Наверное нравится.

— Какой-то неуверенный ответ. Тебе что-то ещё больше нравится? — Канда-сан умела разделять уважительное обращение и обычное общение. Сейчас она разговаривала не вежливо, но почему-то грубости в этом не ощущалось.

— Ну... Мне больше пиво нравится, — ответила я, а она выдала «А?» и нахмурилась.

— Так взяла бы пиво.

— Но ведь... Странно же, если я буду пиво пить?

— Ха-ха, и кто это сказал? Простите! Одно пиво! — усмехнулась Канда-сан и заказала пиво.

А потом снова повернулась ко мне.

— И ты ведь уже пила пиво.

— Всего один стакан.

— Говоришь как какой-то старикан. А Мисима-тян Cassis Orange пьёт. Это даже мило.

— Ожидаемо.

— Точно. Но она наверное берёт только то, что ей нравится. Выпивку надо из предпочтения брать.

— Наверное...

— А, достало! Не обязана женщина выглядеть элегантно с бокалом! — говорила она, и тут на стол поставили пиво. Официантка молча удалилась.

— Самое то под плохое настроение, чтобы его поднять...

Она сказала, а я улыбнулась и кивнула.

Канда-сан передала мне стакан и подняла свой стакан с виски.

— Тогда за любимую выпивку, — сказала я и слегка вздохнула, после чего мы чокнулись.

— Будем.

Я приложила стакан к губам, и холодная жидкость стала вливаться в меня. Слово «восторг» наверное как раз для таких моментов и придумали.

— Ах...

Я чувствовала, как живот заполняется пивом, а алкоголь расходится по всему тему.

— Эй... Ты же училась в Йосидой-куном в одной старшей школе?

Опьянев, я была готова говорить обо всём.

И Канда-сан сразу же кивнула:

— Верно.

— Вы в одном клубе были?

— В одном?.. Бейсбол и софтбол — это немного разное. Но поле мы одно использовали, так что можно сказать, что вместе.

— Вы хорошо ладили? — спросила я, а она захлопала глазами.

После чего ответила.

— Ладили?.. Да мы как бы встречались.

Как бы встречались.

Как бы встречались...

Как бы встречались...

Эти слова звучали в голове точно эхо.

— ...В.

Когда я осознала их суть, то заговорила.

— Встречались?..

— Ага, около года.

— З-значит... Девушка, которая просто исчезла после выпускного.

— Да. Это я.

— А! — я вскрикнула и тут же прикрыла рот.

Видя мою реакцию, Канда-сан захихикала.

— Невероятное совпадение. Я перевелась в офис к бывшему парню.

— Да... Вот уж не думала, что такое бывает.

— Так ты подозревала? Что я его бывшая?..

— Ну, по лицу Йосиды-куна что-то такое предполагала... — сказала я, а она снова захихикала.

— Часто ты на него смотришь.

— ...

Обычно она не издевалась, потому я не знала, как ответить, и просто продолжила пить пиво.

Я посмотрела на Канду-сан. Всё же она красивая.

Стройная, где надо округлая, а какая у неё родинка возле губ.

Если честно, я даже представить не могу, что она с Йосидой-куном встречалась.

... Во мне стало пробуждаться любопытство.

— И как...

— М?

— Как далеко... Вы зашли? — сердце бешено колотилось, когда я спросила, и Канда-сан прыснула.

— Неожиданные вещи тебя интересуют.

— Нет, не то, чтобы прямо интересуют...

Её слова смутили меня. Но мне и правда было интересно.

Она замычала и несколько секунд её взгляд бегал.

Я продолжила пить, ожидая, что она скажет.

И вот женщина посмотрела на меня. И сказала:

— Ну, кроме беременности было всё.

— Гх!.. Кха! Кха!

Я как раз пила, так что пиво угодило не туда.

— А, а, ты в порядке?

— Хха... Хха... Обязательно так говорить было?

— А? Ну тогда: у нас был секс.

— В старшей школе?!

— В старшей школы. Там таким занимаются.

— В-вот как...

— Какая же ты невинная, оказывается, — это уже было очевидное издевательство, и я зло посмотрела на неё. А Канда-сан парировала мой взгляд смехом.

Значит старшеклассники... Занимаются таким... А я думала, что это для студентов обычное дело.

— В-вы часто... Таким занимались?

Но стоило раз спросить, и любопытство было уже не остановить.

— Ну... В основном на свиданиях дома.

— Хм, на свиданиях дома... И часто они у вас бывали?

— Раза четыре в неделю.

— Четыре раза в неделю?!

— Я в сексуальном плане довольно ненасытная.

— А... Так это ты предлагала.

— Да как бы не важно, кто предлагал... Хотя самой первой была я. А дальше уже как-то само собой.

— С-само собой?..

— А? Ну ложились мы на кровать, могли просто болтать или читать мангу.

— Ага, ага...

— А потом начинали целоваться.

— А, вот так внезапно?!

— А дальше был секс.

— Я не понимаю, что тут естественного...

Ощущение такое, будто мне про чужую культуру рассказывают.

— Ну как есть. Вот сейчас: давай сексом займёмся... Тогда я в душ... Я всё... Давай начинать... Если честно, всякий раз это уже достаёт.

Меня озадачило слово «достаёт».

— Если достаёт... Можно ведь и не заниматься этим.

Канда-сан скривилась.

— Секса хочется, а не через все эти моменты проходить!

— Н-но в этом ведь чувствуется что-то особенное...

— Ты явно девчачьей манги перечитала.

«У», — вырвалось у меня. Прямо в цель попала.

Все мои знания ограничены описаниями в манге для девочек.

Мне было неловко, а Канда-сан заговорила.

— Главное ведь желать партнёра.

От этих слов похолодело в желудке.

Желать партнёра.

Это то, чего в моей любви до этого не было.

Я упустила свой первый опыт в университете... И всё потому что не было этого чувства.

— ... Ты его любила? — спросила я, и Канда-сан кивнула:

— Конечно. Иначе не встречалась и не отдалась.

— Ну да.

— Йосида — хороший парень. Он думал обо мне, не было ни намёка на измену, и в сексе он был хорош.

— Х-хм...

— У него большой и сил хватает.

— О-об этом я не спрашивала...

— А как он языком пользуется.

— Блин! Ты уже просто издеваешься! — закричала я, а Канда-сан стала смеяться.

У меня лицо запылало.

А ещё я ревновала.

Было неприятно слышать про Йосиду-куна, которого я не знаю, от другой женщины. Но при этом я хотела услышать ещё.

И ещё меня волновал вопрос.

— При том, что ты рассказываешь... Почему? — спросила я, а она перевела дыхание, прежде чем продолжить.

— Хм, ну... Угу... — её взгляд забегал, пока она осторожно подбирала слова. — Наверное... Он слишком мной дорожил.

— И это плохо?

— Хм... Мне просто стало страшно.

— Страшно?..

Страшно, когда тобой слишком дорожат.

Я не понимала смысла этих слов.

Она доела куриную шкурку и стала размахивать палочкой.

Глядя на неё, женщина вытаскивала из себя слова.

— Просто он... Говорил «люблю» «дорожу», но больше о своих чувствах не рассказывал, — Канда-сан прикрыла глаза. — Я понимала, что дорога ему. Но... При этом я не знала, вдруг его что-то не устраивает.

В её словах была печать. Она точно раскапывала всё, о чём сожалела.

— Мне хотелось, чтобы он не дорожил мной, а был более эгоистичным. Иначе я сама успокоиться не могла. Устраиваю ли я его или он вынужден терпеть?.. Я просто не могла игнорировать своё беспокойство. Но хоть и думала об этом, не могла нормально выразить это словами, отдаваясь плотским утехам.

Из слов уверенной девушки вышли силы. Слушая её, я могла лишь кивать.

Мне было сложно понять такое. Всё же опыта у меня такого не было. Но я ощущала, какая тяжесть за этим стоит.

Тут она широко открыла поникшие глаза.

А потом Канда-сан улыбнулась:

— В итоге я сбежала.

— И оборвала... Все связи?

— Да. Сразу, как выпустилась. Йосида наверняка найдёт кого-то получше. Так я себе говорила. Хоть и знала, что делаю ему больно, — усмехнувшись, говорила она.

Я лишь сказала «вот как...», сняв зелёный лук с шампура. Бессмысленно было пытаться утешить.

— Ну и потом я продолжила жить. Работала, и развлекалась с мужчинами.

— Р-развлекалась с мужчинами...

— Ага. Но подходящего так и не нашла. Эх, даже начала думать, что я и Йосида отлично подходили друг к другу.

— Подходили...

— Раз уж я не могла найти любимого, решила хоть лучше зарабатывать надо, потому перевелась в Токио и снова встретила Йосиду. Прямо невероятно как-то, — рассмеялась Канда-сан.

Я же спросила то, что меня интересовало:

— А сейчас... Что?

— Что?

— Ну... По поводу Йосиды-куна. Он всё ещё тебе нравится? — спросила я, а она замычала.

А потом грустно улыбнулась:

— Ну, наверное нравится. Но я сдалась.

— Почему?

— Почему?.. Ты серьёзно спрашиваешь об этом, Гото-сан? — нарочито надулась Канда-сан. Взрослая женщина, которая вела себя так, казалась милой.

Она недовольно заговорила:

— Йосида уже всеми силами любит другую.

— Д-другую...

— Да! Гото-сан! — решительно сказала она. И моё сердце подскочило.

— Ты ведь и так это заметила.

— Нет, ну, да...

— Йосида прямо говорил о том, что любит тебя.

— А, правда?..

— Он тебе не признавался? — спросила она.

Я почувствовала, как у меня запылало лицо, и, понимая, что обмануть не получится, неуверенно кивнула.

— Да... Ну... Признался...

— А! Признался?

— Ага...

— И что?

— Я-я отказала...

— А?!

— Соврала, что у меня есть парень.

— Это же отвратительно. А, и Йосида ведь тебе тоже нравится.

— ... Ага, — покраснев, я кивнула, а она смотрела на меня как на диковинную зверушку.

— ... А, тогда почему отказала? — последовал новый вопрос. Но я не знала, как ответить.

Я люблю Йосиду-куна. Хочу, чтобы он был моим. Но поддаться желанию и начать с ним встречаться... Я начала думать о том, что может случиться потом. Он положит глаз ещё на кого-то и уйдёт. А может остынет ко мне и покинет.

Меня переполняло беспокойство, я стала настоящей трусихой. И решила... Что спокойнее будет, если я и дальше буду его «обожаемой начальницей».

— Ты испугалась? — спросила Канда-сан. И сердце подскочило.

Она с лёгкостью различает то, что я пытаюсь скрыть.

— ... Да, наверное.

— Понятно... — она вздохнула.

А я говорила, выпуская слова из своей груди:

— Когда осознаю, что что-то хочу, сразу начинаю думать о том, как это потеряю.

Канда-сан слушала меня, подняв стакан с виски.

— Если бы я приняла его признание... Я много раз думала об этом. И сожалела, что отказала. Но... Я боялась связать себя отношениями. Не могла представить, как они изменяться... И мне было очень страшно.

— Хи-хи.

Серьёзная Канда-сан внезапно улыбнулась, а я удивлённо посмотрела на неё.

Женщина покачала головой и сказала:

— Я всё думала, что ненавижу тебя, Гото-сан.

— А... Чего так вдруг?

Меня смутило неожиданное признание.

Она так спокойно говорила, и я не ожидала, что женщина выдаст что-то подобное.

— Ну... Просто. Ты всегда такая самоуверенная, будто говоришь «все мной восхищаются», только я-то видела, что всё это обман, — Канда-сан коснулась указательным пальцем края стакана, продолжая говорить. — Считала, что ты защищаешься, выставляя себя сильной. Потому ты мне и не нравилась... — она подняла взгляд и уставилась на меня. — Прямо как неприязнь к родне.

— Н-неприязнь к родне...

— Да. Мне было противно, что ты скрываешь свою трусость, — говорила она, улыбаясь. — Похоже Йосида в женщинах вообще не разбирается.

Я думала, что она издевается, но похоже она и о себе говорила, потому и не вмешивалась.

— Я просто хотела подтверждения, — говорила Канда-сан, допив содержимое стакана, а потом поставила его на стол. — Мне нужна была причина для спокойствия, без этого я места себе не находила, в итоге я решила сбежать, — перечисляя факты, она усмехнулась над собой. — В итоге я лишилась чего-то важного.

Я понимала, что в этих словах заключены её настоящие чувства.

— Но повзрослев, поняла.

— Что?

— В отношениях нет никаких подтверждений, — сказала она и окликнула проходившую мимо официантку. Канда-сан сказала «один Macallan», официантка молча кивнула и удалилась на кухню.

— Вроде дешёвое заведение, но виски тут отличный... — проговорила она и подняла взгляд. — Загадывая наперёд, отношения не будут волнительными, — вернулась она к теме. — Когда делаешь импульсивную покупку, ты взволнован. Типа взял и купил, даже не раздумывая... А потом может оказаться, что она не так хороша, или наоборот стать сокровищем на всю жизнь. Но... Если покупаешь, зная, какая вещь хорошая, то при использовании думаешь, что она такая, какой ты её и представлял, и на этом всё. Дальше просто «живёшь, владея». Никакого восхищения.

— Понятно, — проговорила я. Она провела вполне чёткие параллели.

Например я сама так и покупаю вещи. Беру то, что мне точно идёт. Когда надеваю в первый раз, не испытываю какого-то волнения. То же относится и к электронике, ко всему, привыкла я к тому, что вот эта вещь должна быть хорошей. Она полезная, но радость вызывает лишь вначале.

Эффект-то ожидаемый. Нет каждодневного волнения. Но привыкла я к тому, что у меня всё спокойно.

— Уверена, незаменимые вещи... Это те, которые ты достаёшь, не думая наперёд, — сказала Канда-сан и взяла со стола новый стакан с виски.

Незаменимые вещи — это те, которые ты достаёшь, не думая наперёд.

Приняв эти слова, в первую очередь я подумала... О Саю-тян.

То, что Йосида-кун подобрал Саю-тян, как раз относится к такому случаю.

Он привёл домой чужого ребёнка. К тому же противоположного пола. Взвалил на себя риск, переживал, что его поймут превратно, и следовал своим принципам. И в итоге получил нечто незаменимое. Хотя конечно тут его не за что хвалить. Но... Это изменило их жизни. В этом я точно уверена.

Я считала, что Йосида-кун похож на меня, а он сделал такое... И мне стало казаться, что я покинута. Прямо как когда Рёхей сообщил, что уезжает за границу.

Я никогда не рисковала и никогда не пыталась брать непреодолимые преграды, и потому завидовала таким людям. Такая вот я ужасная.

— Людям вроде нас непросто забыть, — глядя на меня, заговорила Канда-сан.

— ... Что? — спросила я, а она усмехнулась и сказала:

— Вес того, что мы потеряли.

В желудке стало холодно.

Я прекрасно понимала, о чём она.

— Было бы в то время немного больше храбрости... Я всё время думаю об этом, — низким голосом проговорила женщина.

А потом тут же повеселела.

— Ну, именно со всем этим и вынуждены жить взрослые.

В этих словах был вынесенный урок, но она спокойно продолжила, умело скрывая это.

— Потому, чтобы не пожалеть потом, тебе тоже стоит действовать, Гото-сан. Прямо как Мисиме-тян, — Канда-сан выпила виски и посмотрела на меня. — Ну, конечно если Мисима-тян сегодня не приберёт к рукам Йосиду, — весело добавила она, и я недовольно посмотрела на неё.

— Не пойму, ты мой враг или союзник.

— Ни та, ни другая. Для меня нет разницы, кто с ним будет встречаться, Мисима-тян или Гото-сан.

— ...

Я молчала, стиснув зубы, а она засмеялась.

— А ты можешь быть миленькой, Гото-сан.

— Помолчи...

Надо мной не так уж часто в открытую издевались, потому я даже нормально возразить не могла. Я уже даже начала думать, что ничего не смогу с этим сделать.

При этом казалось, что с плеч ушёл груз, и стало легче.

Если так подумать, с тех пор, как начала работать, я ещё ни с кем так легко не общалась помимо Йосиды-куна и руководства.

Канда-сан видит меня насквозь, и всё равно достаточно уважительна ко мне. Она видит «черту, которую я не хочу, чтобы пересекали», и ведёт диалог на грани.

С ней легко общаться.

— Да уж, похоже в основе мы довольно похожи, — выпив уже достаточно, весело сказала она. — Тебе не кажется, что мы неплохо можем поладить? Выпьем ещё?

Как ни странно, мне это неприятно не было. И я даже могла признать, что мы можем поладить. Мы и правда имеем что-то общее.

— Ну... Если ты хочешь. Я не против... — ответила я, а Канда-сан скривилась:

— Вот снова эта привычка. Трусливая, даже бесит, — прямо сказала она, и моё сердце подпрыгнуло. Сколько бы мне ни исполнилось, мне неспокойно всякий раз, когда меня ругают. — Не люблю я общаться с людьми, которые всё без желания делают, — сказала она, и уголок её губ приподнялся.

Видя её такой, я вздохнула. От облегчения и неловкости.

Она предлагала быть откровенной, пока мы одни.

— Прости. Привычка... Теперь даже неловко.

— Могу понять.

— Мне тоже нравится с тобой болтать. Так что давай продолжим.

— Хи-хи, тогда с радостью.

Улыбаясь, она допила виски.

Посмотрела на стакан и поняла, что он опустил.

— Простите, можно повторить! Гото-сан, а тебе?

— Ещё пива.

Я подняла кружку, и официантка непринуждённо забрала пустую посуду.

— ... Неплохо иногда охладиться, — проговорила она, а я прыснула.

Мы продолжили выпивать.

Жаловались на работу, вели грязные разговорчики.

Иногда проскальзывала мысль, чем сейчас занимается Йосида-кун с Мисимой-сан, а потом пропадала.

Лучше уж думать, что тут я ничего сделать не могу.

Я стала думать о том, что сейчас могу.

И могла я выпивать с Кандой-сан.

И я могу позволить себе немного открыться.

Так я решила.

***На следующий день я ещё более внимательно следила за Йосидой-куном и Мисимой-сан.

Но... Они до странности вели себя как обычно. Особенно Мисима-сан выглядела более расслабленной и работа у неё спорилась.

Между ними точно что-то случилось, и они стали ещё ближе... Хотя вроде нет. Если бы они вели себя как раньше или стали влюблёнными, это было бы заметно в их поведении. Но на работе они говорили только про работу, и было не заметно, чтобы они перемигивались. Начальник и подчинённая, не больше и не меньше.

Мне стало любопытно, и я через пару дней позвала Йосиду-куна на ужин, и там прямо спросила: «Как у тебя дела с Мисимой-сан?»

Вначале он был озадачен, но потом спокойно сказал: «Она больше сил вкладывает в работу, и я только рад этому». Я ожидала, что он будет паниковать, скрывая что-то, но ничего такого не случилось.

Я не знала, рассказала ли Мисима-сан ему о своих чувствах. Но похоже парой они не стали... И теперь поддерживают старые отношения.

Это был конец чувствам, и я испытала облегчение и в то же время была расстроена... Ведь мне тоже придётся познать боль любви.

Мисима-сан вела себя как обычно, но я даже не представляла, как она была морально истощена.

Хотя.

Раз Мисима-сан не с Йосидой-куном, значит у меня есть шанс. А раз есть шанс, надо действовать.

Я стала чаще звать его на ужины.

Иногда приглашала во время обедов. И Йосида-кун соглашался.

Конечно после этого мы никуда не ходили, хотя выйти куда-то поесть в выходной уже само по себе ощущается чем-то особенным, уверена, он тоже так считает.

Постепенно я оказывала больше знаков внимания... Расстояние между нами сокращалось, и уже настала зима. С тех пор, как Саю-тян вернулась домой, прошло уже почти полгода.

***— Ты же уже не студентка... — поражённо сказала Канда-сан.

Мы пошли выпить, чтобы я рассказала о своём прогрессе.

Я сообщила, что мы постепенно сближаемся, и выражение на её лице изменилось.

— Ты сама действовать должна! Ты об этом уже несколько месяцев говоришь. И в итоге вы просто едите вместе. Это уровень повседневности! — недовольно высказывалась она. Мне на руку её слюни капали, которые я салфеткой вытерла.

Мы стали чаще выпивать вместе. И теперь общались довольно обыденно. Что довольно неплохо.

Но сегодня Канда-сан была не такая как обычно. Кстати, когда приглашала меня, выглядела она неважно.

— Ч-чего ты злишься?.. Я ведь всегда рассказываю, что зову его перекусить.

Я сжала губы, а Канда-сан точно залаяла на меня:

— Вот именно что всегда одно и то же, может пора уже выйти из заморозки!

— Не кричи так...

— Вы не парочка старшеклассников, чтобы довольствоваться перекусами вместе!

— Вот из таких дней чувства и взращиваются... Это и есть нежная любовь.

— Только не надо со знающим видом говорить при том, что вы даже не встречаетесь. Там, где надо быть храброй, ты такая же трусиха.

— У, — я ничего не могла сказать. Тут она права.

Да. Хоть я и набралась немного храбрости, но по сути ничего не поменяла. Просто чаще зову его, едва демонстрируя свой интерес. А Йосида-кун... Скорее всего даже и не замечает этого.

Будь это так, то он уже бы признался.

Канда-сан вздохнула:

— Пора уже идти в наступление.

— А? — только и вырвалось у меня, когда она сказала нечто подобное так спокойно.

— Вы же любите друг друга? Ну так за дело. Устрой счастливый конец, с переплетением тел и сердец! И жили вы долго и счастливо.

— Легко сказать...

— Сложным это делаешь ты, Гото-сан, — сказала она.

Наверное она права, но не так просто пересечь черту...

— Ну, про наступление я конечно пошутила, просто ты уже делай более очевидные шаги.

— Б-более очевидные шаги...

— Да! А то расслабишься, и его другая уведёт! Лучше не думай, что на него кроме Мисимы-тян никто не нацелился, — она резко посмотрела на меня. — Знаешь, время — злейший враг. Он теперь ждёт твоего признания, ты сама поставила его в такое положение. Но Йосида обычный человек, и когда ему будет одиноко, ему захочется найти женщину. Вы говорили. Он ждёт твоего признания, потому и признаваться не будет. А ты всё на месте топчешься, вот и признается ему какая-нибудь милая девушка.

Я не думала, что такое может случиться.

Но у меня в голове был образ Йосиды-куна, придуманный мной. Канда-сан права. Со временем человек меняется. Я внутри него могу занимать всё меньше места и в итоге стать никем, и от этой мысли стало страшно.

— А-ха-ха, отличное выражение, — засмеялась Канда-сан.

— Хватит так говорить.

— А? Ведь и правда отличное. Обычно такая самоуверенная, и мне нравится, когда ты волноваться начинаешь.

— У тебя дурной характер.

— Поздновато заметила. И что делать будешь? Ты же любишь Йосиду.

— ... Ну да.

— А если не будешь действовать, просто затянешь время. А потом пожалеешь, если его другая уведёт.

— Верно!

— Значит надо действовать. Пока вы любите друг друга.

— А, блин!

Сейчас моё лицо пылало как никогда, и я выпила пиво.

— О! — восхищённо выдала Канда-сан.

— Почему ты так настаиваешь? Какая тебе выгода? — спросила я, а она, поедая якитори, удивлённо посмотрела на меня. Проглотив мясо, она сказала:

— М... Если вы будете вместе, я наконец окончательно смогу сдаться.

Её ответ у меня вызвал лишь удивлённое «ах».

Да, Канда-сан встречалась с Йосидой-куном. А потом сожалела, что рассталась с ним.

Конечно всё уже было в прошлом, но полностью от этого не избавишься.

— Меня поучаешь, а сама не лучше, — с упрёком сказала я, а она виновато пожала плечами:

— Так ведь поздно уже. Он любит другую и смотрит только на неё, уж я-то это знаю.

— Потому и сдалась? И ничего делать не будешь?

— Да я его как-то уже приглашала в отель.

— От...

Мне точно прямой удар нанесли.

— Но он отказался.

— А... Ясно.

— У тебя на лице облегчение.

— Ну конечно!

— А-ха-ха, конечно. Да, — она рассмеялась, смотря на меня. — Хочется скорее оборвать это. Да и бесит за таким топтанием наблюдать. Наверняка и Мисиму-тян тоже, — сказала она, взяв в рот шашлычок.

Она стала жевать.

Когда жуёт, женщина всегда прикрывает глаза.

Доев, она продолжила:

— Ну, для Мисимы-тян эта любовь подошла к концу, — спокойно сообщила она, а я вопросительно склонила голову:

— С чего ты взяла?

— Так это очевидно.

— ... Ну, наверное.

— А значит в сердце Йосиды только Гото-сан. Пока, — снова заговорила она. — Я говорила про время... Но если бы чувства было так легко изменить, никто бы и не влюблялся, — женщина опустила взгляд. — И потому... Я сделала то, о чём сожалела...

Я чувствовала, как выражение на её лице стало более прохладным.

Если бы она не разорвала отношения с Йосидой-куном, то возможно они бы до сих пор встречались или даже поженились бы.

Я много всего говорила, и если честно, я понимаю, какое у него сильное чувство долга. Ведь... Мы знакомы уже пять лет. Хоть характер у меня ужасный, и всё же он выражал ко мне симпатию. И все эти пять лет он продолжал меня любить. Это явно необычно.

— Как я уже сказала, в сердце человека ни в чём нельзя быть уверенным, — как обычно заговорила Канда-сан. — Если слишком много свободного времени, нельзя утверждать, что чувства не изменятся.

— ...

Я молчала.

Йосида-кун сказал, что будет ждать моего признания. И теперь не будет ничего предпринимать.

А значит если я ничего не сделаю, наши отношения не изменяться.

Хотя так спокойно.

Но после случая с Мисимой-сан я уже могла чётко представить. Как он встречается с другой женщиной.

Представляла, как он смотрит на других женщин.

И мне это было неприятно.

— ... Ты точно не против? — спросила я, а Канда-сан хмыкнула.

— Йосида всё равно не мой.

— Ты точно уже сдалась?

— Твоя дурная привычка спрашивать о таком...

— Вдруг как раз ты Йосиду-куна у меня и решишь украсть! — я сказала это даже громче, чем сама ожидала, и глаза Кадны-сан округлились.

А потом она рассмеялась.

— А-ха-ха!

— Ч-что?..

— Да нет, просто, Гото-сан... — её плечи дрожали, пока она говорила. — Ты такая трусишка.

В этих словах ощущалось дружелюбие.

— Не украду я его. Но ты такая трусишка, что не поверишь, даже если я скажу это.

— Нет, это...

— Так что хватит переживать и действуй. Бессмысленно просто размышлять, — сказала мне она, а потом хитро продолжила. — Начинай действовать уже завтра.

Когда она сказала это, голова опустела.

— Завтра... И что ты предлагаешь?

— Пригласи его на свидание. А, можно в путешествие съездить.

— П-путешествие?..

— Верно. На два дня и одну ночь.

— А... Так внезапно?..

— А что такого? Если его пригласить, он должен понять. И билеты можно заранее взять. Чтобы он не отвертелся.

— Но ведь это запланировать надо!..

— У Йосиды на выходные планов в принципе быть не может! — грубо сообщила она... Хотя и правда, и за такие мысли я была готова извиниться перед ним.

— В первый день сходите на свидание... Поедите, сходите на источники... Потом выпьете.

— А-ага...

— А когда опьянеете, можно и признаться.

— ... А если откажет?

— Да не откажет он. А потом вы проведёте вместе ночь! И если всё пройдёт как надо, Йосида будет твоим!

— Всё ли получится...

— Не думай о плохом! Ничего такого не случится, — парировала она мои слова, а потом достала телефон. — Поищем гостиницу на следующие выходные.

— С-следующие выходные?

— У тебя планы?

— Нет...

— Ну вот и отлично, — она принялась тыкать пальцем по экрану. — Куда поедете? Если на горячие источники, то в Кинугаву или Кусатсу... Хотя там посмотреть не на что... Тогда может Киото? Там и на свидание сходить можно, и горячие источники есть!

— Т-тогда в Киото...

— Отлично. А, и мне ятсухаси нравятся. Захвати.

— Ага...

Канда-сан продолжала говорить.

Какая напористая... Наверное это тоже способ позаботиться. Понимает, что сама я не справлюсь. Она в прямом смысле лишает меня маршрутов для побега.

Свидание. И ночёвка. С Йосидой-куном.

Канда-сан весело показала мне экран телефона, а я лишь кивала и думала о том, что поеду в путешествие с Йосидой-куном.

Я... Была очень взволнована.

Я ещё никогда не была так взволнована... Так я думала, пока моё сердце бешено стучало.

В итоге мы разрабатывали нашу стратегию до последнего поезда, и к окончанию совсем напились.

Мы часто говорили на отвлечённые темы, и я даже рассказала про свою неудачную любовь в университете. Она слушала про мой неудачный первый опыт, хохотала и говорила: «Бедный парень!» Хоть она и высмеивала мои тяжёлые воспоминания, мне прочему-то было спокойно.

Покинув заведение, мы брели до станции, поддерживая друг друга, едва ощущая землю под ногами.

Я испытывала восторг от того, что занималась тем, что обычно не делала...

И я была рада, что у меня есть та, с кем я могу поговорить о любви.

— Да уж... быстрее бы поездка!

— Ты вообще-то не едешь...

Шатавшаяся Канда-сан была весёлой.

— Потом расскажешь про свой первый опыт.

— Дура. Не расскажу я об этом.

— А, злюка! А ведь это я придумала стратегию!

— Такую стратегию любой придумать мог. Свидание, ночёвка, выпивка!

— Но ничего бы не было, если бы я тебя не подтолкнула.

— ... Ну, это... Да... — я слегка смутилась, но призналась честно. — ... Спасибо. За то, что подтолкнула, — сказала ей я, а женщина засмеялась и похлопала меня по спине.

— Я заполучила благодарность! — сказала она и показала зубы, улыбаясь. А потом на лице появилось хитрое выражение. — Если ты облажаешься, я тоже не смогу сдаться. Так что постарайся.

— ... Да. В этот раз я постараюсь, — ответила я, а её глаза округлились, когда она смотрела на меня, после чего она прыснула.

— Прямо невинная девушка!

— Будешь издеваться, и я разозлюсь! И не опирайся, мне идти тяжело!

— А, просто ты такая стабильная, Гото-сан.

— Это ещё в каком смысле?!

Болтая, мы направлялись к станции.

Я была взволнована свиданием с Йосидой-куном... А ещё в моей жизни появилась та, кого я могла называть подругой.