Глава 8

Всё произошло в мгновение ока.

И лишь когда в самом центре арены поднялось облако пыли, зрители осознали: Квак Хо Син только что сделал выпад.

— !..

— !..

— !..

А смазанная тень, выкатившаяся из облака пыли, оказалась Квак Ёном, который ушел от удара.

Топ-топ.

Квак Ён встал и отряхнулся.

У Чхон Гана, наблюдавшего за этим, отвисла челюсть.

«Ленивый Осел Валяется в Пыли».

Как следует из названия, в Муриме такой способ уклонения, когда воин катается по земле, считался верхом позора и неуклюжести.

«Уклонение перекатом!»

Но Чхон Гану было плевать на эстетику — важен был лишь результат. Таково было не только его мнение, но и принцип всего клана. Поэтому с трибун не раздалось ни свиста, ни насмешек.

Безмолвие накрыло арену.

— Т-так я и знал! — завопил Чхон Ган, прервав тишину.

Он орал так, что на шее вздулись жилы.

— Отлично сработано, молодой господин! Вы увернулись просто идеально!

Только тогда толпа начала гудеть.

— Что это было?

— Он увернулся?

— Да ну. Не зря же его брата прозвали Беззвучным Громом...

— Вот именно.

— Что вообще произошло? Я даже толком не разглядел.

— Может, он с перепугу рухнул и случайно увернулся?

— Или третий господин поддался.

— Кто знает…

Кто-то в толпе указал пальцем на арену и тогда все увидели.

Вечная маска безразличия на лице третьего господина дрогнула: на его холодных, как лед, губах заиграла жуткая ухмылка.

— Хи-хи-хи…

От этого звука по спинам зрителей пробежал холодок. Квак Хо Син, слывущий человеком, который проявляет чувства не чаще раза в год, вдруг улыбнулся. Что предвещала эта ухмылка? 

Пока толпа пребывала в оцепенении…

— Ну к-как вам это?! Молодой господин! — Чхон Ган продолжал надрываться. — Тренировки не прошли даром! Я же говорил! Вы человек, который делает, если захочет! Не робейте!

Несмотря на колючие взгляды, он не унимался.

То уклонение было чистой случайностью, но он хотел, чтобы даже благодаря случайности Квак Ён обрел уверенность.

Даже верный Чхон Ган думал, что это было случайностью, что уж говорить о воинах из Павильона Третьего Тигра.

— О-о, Говоришь, тренировки принесли плоды.

— Пф-ф.

— Неужели ему так повезло?

— Упасть от страха и увернуться — тоже талант, ага.

— Хватит смеяться.

— Да, жалко же.

— Если уж кого и жалко, так это Чхон Гана, а не второго молодого господина. Он ведь останется без гроша.

— Вот именно, зачем было спорить...

— Гордость взыграла.

— Да какая разница, нам-то хорошо, легкие деньги.

В их насмешках сквозила неприкрытая алчность. Они уже мысленно тратили выигрыш. Один серебряный лян — достойная сумма, чтобы славно кутнуть в ресторанах Ханчжоу.

Глоть.

Совсем иначе чувствовал себя Чхон Ган, обливающийся холодным потом. Он заключил пари с каждым из них, поставив на кон всё, что имел. И теперь Квак Хо Син, оборвавший смех и изготовившийся к атаке, казался ему воплощением неминуемой гибели.

Вжух.

Легко крутанув мечом, Квак Хо Син изготовился к удару.

Атмосфера накалилась.

«Хоть раз увернулся — и то хлеб».

Второй такой случайности не будет. Так думали все.

«Но все же один раз он смог».

«Конец!»

«Давай, опозорься уже поскорее».

Вспышка!

В тот момент, когда Квак Хо Син исчез, перейдя в атаку.

«Ну что ж, спасибо за легкие д...»

Квак Ён не увернулся «еще раз».

«?!»

«?!»

«?!»

Деревянный меч рассек воздух у самой щеки. Все решило одно мгновение. Квак Ён, заранее прочитавший траекторию, легко ушел с линии атаки. Шаг назад. Резкий прогиб в пояснице. Этого хватил, чтобы кончик меча, просвистевший на волосок от лица, лишь едва заметно дрогнул.

Эмоция, переданная острием клинка, — чистое замешательство.

Квак Хо Син, хоть и выглядел бесстрастным, был потрясен.

«Сейчас?»

Бой можно завершить одним ударом. Подбородок Квак Хо Сина совершенно беззащитен. Достаточно резко выпрямиться и ударить в челюсть — победа в кармане. Но…

«Нет».

Квак Ён не желал столь скорой развязки. Отказавшись от контратаки, он выбрал иной путь: изобразив, будто потерял равновесие, он неуклюже повалился на землю.

Бум!

— Ого, это было действительно опасно.

— ...

— Еле увернулся, почему он такой быстрый?

— ...

Даже пока Квак Ён неуклюже поднимался с земли, Квак Хо Син не атаковал. Он лишь выжидал, сверля противника взглядом. Квак Ён отряхнулся, выпрямился и посмотрел брату в глаза. И только в этот миг их взгляды скрестились по-настоящему. 

«Странно».

 Что-то было не так. От техники меча, которую использовал этот парень, исходил знакомый душок. Смутное дежавю, посещавшее его во время спаррингов с Чхон Ганом, вдруг обрело четкие очертания.

[ Меч Тысячи Форм ]

Любопытство к боевому искусству этого клана — вот главная причина, по которой он не закончил бой сразу. Но было и кое-что еще.

— ...

— ...

Третий сын, Квак Хо Син. 

«Взгляните-ка на это лицо». 

К этому парню, носящему ледяную маску, у Квак Ёна имелись вопросы. 

«Но... что-то здесь не так».

Вампирское чутье снабжало Квак Ёна массой деталей: ритм дыхания, микродвижения мышц, колебания ауры. Он мог читать эмоции как открытую книгу. Ведь тело лгать не умеет. И в этом смысле...

Вспышка.

Квак Ён опешил. Свирепый взгляд Квак Хо Сина и сигналы его тела совершенно не вязались со слухами. «Разве не говорили, что он и бровью не поведет, даже если его иглами колоть?» Но сейчас Квак Ён слышал отчетливо. Своим сверхчувствительным слухом он уловил бешеный ритм чужого сердца. 

Ту-дум! Ту-дум! Ту-дум! 

Слишком бурная реакция. Настолько, что титул «хладнокровный гений» казался здесь неуместной шуткой. Пока Квак Ён пытался это осмыслить... 

— Хе-хе-хе-хе... 

Лицо брата исказила ухмылка, от которой мороз пробежал по коже пуще прежнего.

«Наступает…»

Квак Хо Син начал атаковать всерьез.

***

На почетной трибуне царило оживление. Вдруг один из старейшин резко поднялся с места. Управляющий Ю Чжун Хак с ошеломленным видом указал рукой на арену: 

— Ха, что это такое?

Там метались две стремительные фигуры. Зрелище было странным: один обрушивал атаки с убийственной яростью, а другой ускользал в самое последнее мгновение.

— Разве это поединок? Он только и делает, что просто убегает... Да и не похоже, что это его навыки.

 Ю Чжун Хак пренебрежительно фыркнул, глядя на «жалкие» уклонения Квак Ёна. 

— Это не мастерство, а сплошная череда случайностей. Второму господину сегодня дьявольски везет.

— Везет, говорите...

— Или же третий господин поддается. В любом случае, то, как он бережет честь брата... трогательно.

— Это вряд ли.

Глава [ Зала Летающего Дракона ] Ви Чон Гык покачал головой.

«Хо Син не из тех, кто станет поддаваться».

Как наставник братьев, он знал это наверняка.

И не только это.

«Удача... У вас совсем нет глаз».

В движениях Квак Ёна не было ничего случайного.

Он виртуозно маскировал мастерство под неуклюжие ошибки. И не только Ви Чон Гык это заметил.

— ...

— ...

Старейшины, понимающие в боевых искусствах, начали осознавать, насколько невероятно то, что сейчас демонстрирует Квак Ён.

« Ёна всегда был отличный глазомер.».

Ви Чон Гык знал о потенциале парня.

Но... как он может так идеально чувствовать дистанцию без реального боевого опыта?

— Ха! Если он не поддается, то что это? Вы хотите сказать, глава Ви, что это его собственные навыки?

— Ха-а…— только и вздохнул Ви Чон Гык в ответ на слова Управляющего Ю. 

В этот момент с другой стороны арены донеслись вопли отчаяния: 

— П-пять ударов!

— Черт побери!

— Это был пятый, верно?

— Н-не может быть!

— А-а-а!

— Мои деньги!

Ученики из Павильона Третьего Тигра рвали на себе волосы. Они только что проиграли свои ставки. Ви Чон Гык тоже знал о споре.

«Кажется, спор был о том, выдержит ли Ён пять ударов».

Пять ударов только что прошли. Значит, эти ребята потеряли свои деньги. 

— Ха-ха-ха! Вы лучший, господин! Вы справляетесь отлично! Покажите всем!

Чхон Ган, не сдерживавший ликующего крика, был, вероятно, единственным победителем в этом пари.

 Ви Чон Гык невольно усмехнулся и отвернулся. В клане поощряли ставки ради поднятия боевого духа и создания праздничной атмосферы, и сегодня это сработало как никогда. 

«Атмосфера хорошая».

Семья не поскупилась, превращая поединок в торжество. Грандиозный пир — шестьдесят свиней, двадцать быков — был устроен сегодня вовсе не для одного лишь повышения лояльности вассалов.

— О-о-о!

— В второй господин тоже неплох, а?

— Опять увернулся!

— Я думал, все закончится быстро...

— Ему сегодня реально везет.

— По-моему, третий все-таки поддается.

— Но всё равно его теснят. 

— Тс-с, как-то все неоднозначно, не находишь?

— Но если он так может... зачем было убегать?

— А это даже интересно!

Гул толпы нарастал. Атмосфера накалилась до предела — и все из-за юноши, который превзошел любые ожидания. 

«Ён... кто бы мог подумать». 

Честно говоря, Ви Чон Гык не верил, что тот продержится так долго. 

 Если подумать, у Квак Ёна были свои достоинства. Он был мягким, но терпеливым, и накопил немало внутренней силы через медитации.

«В детстве у него были хорошие глаза».

Он не любил драться, но в искусстве движения ему не было равных. 

«Острыми глазами он похож на того человека...»

Ви Чон Гык тряхнул головой. О чем он только думает? Предыдущий глава. Отец нынешнего лидера. Ви Чон Гык видел его лишь в старости, но это был человек с самой мощной аурой, какую когда-либо видел в Муриме. 

Тот, кто возвысил эту семью, пережив в детстве то, от чего любой другой стал бы калекой. Как можно сравнивать эту легенду с Ёном — нежным тепличным цветком? И все же... Возможно, кто-то разглядел то, чего не увидел он? Например, Квак Со Рён, настоявший на этом поединке, хотя большинство старейшин были против. Ви Чон Гык, подталкиваемый любопытством, обернулся, чтобы взглянуть на реакцию главы. 

«Неужели он увидел скрытый потенциал и...» 

В этот момент по рядам зрителей прокатилась волна недоумения. 

— Э, э-э?

— М-м?!

— Э-это же!

Ви Чон Гык резко повернул голову обратно к арене. Раздался звук, мгновенно остудивший пыл толпы. 

Бум!

Бой был окончен. 

— Какого черта?