– Ещё три дня до полнолуния.

Девушка лет двадцати с небольшим, с белыми до щиколоток волосами, заплетёнными в одну косу, смотрела пустым взглядом через маленькое вентиляционное отверстие.

Её незнание того, что произойдёт, когда наступит Полнолуние, заставило девушку напрячься, когда она увидела Луну, что была почти в идеальном круге.

– Если бы это чудовище не пришло и не уничтожило всё...Может быть, меня бы здесь не было...Отец, мать...Старший брат.

Девушка подняла руку, будто пытаясь до чего-то дотянуться, что находилось в её тени. Слёзы бессознательно текли по её щекам и, казалось, сверкали, когда лунный свет освещал её лицо.

*Тук* *Тук*

Стук в металлическую дверь нарушил мечтания девушки, за которым последовал свирепый взрослый мужской голос, кричащий на неё.

– Хей, маленькая девочка! Вот сегодняшняя еда...Эй...! Хфф...ты снова мечтаешь? – голос охранника звучал раздражённо, когда его вопрос остался без ответа.

– ...

Несмотря на то, что девушка слышала слова охранника из-за железной двери, она предпочла промолчать и не отвечать. В железной двери есть только небольшое отверстие снизу, которое служит источником передачи пищи для людей внутри. Так что люди со стороны не увидят, что она делает.

– Скоро наступит твой счастливый день...Ты должна быть счастлива и жизнерадостна. Если бы всем девушкам был предоставлен выбор стать тобой, то они определённо бы боролись за то, чтобы заменить тебя, – охранник протолкнул поднос с едой через маленькое отверстие под металлической дверью, и он соскользнул, коснувшись ног девушки.

Она не могла вспомнить, сколько раз слышала этот бред от каждого охранника, который приносил еду. Она не знала, было ли это даром или проклятием, с которым ей пришлось столкнуться.

Они все говорят, что ей повезло, потому что стала Избранной и получит счастье. Однако ни один не сказал, что произойдёт с Избранным, когда наступит Полнолуние.

Если бы несколько дней назад она не слышала, как охранники говорили о Наследственной традиции Святого Королевства...Традиция, согласно которой красивая девушка приносится в жертву Злому Дракону, возможно, она бы поверила в этот бред и почувствовала себя самой счастливой девушкой в мире.

Однако, когда она увидела, в каком состоянии её заперли в маленькой тёмной комнате без каких-либо удобств, она поверила, что её принесут в жертву.

– Какой глупый человек хочет, чтобы его приносили в жертву?!

Она всё ещё помнит, что 2 месяца назад она была со своей семьёй в своём маленьком доме, в тёплой одежде и с обильным количеством еды. Она даже никогда не чувствовала холода, потому что в её доме всегда горел костёр, и там находилась её мать, что всегда обнимала её, когда воздух становился холодным.

Но, к сожалению, эти счастливые дни длились недолго. На деревню, в которой жила Алисия, внезапно нападает кровожадное существо, прячущееся в темноте.

Она была глубоко травмирована, когда увидела, как её родителей убивает злобное существо со светящимися красными глазами перед ней. Никто не выжил после происшествия, произошедшего 2 месяца назад, кроме Алисии и её старшего брата.

Она не знала, что случилось с её братом, но когда она очнулась ото сна, её спас Священник в одежде Епископа Высокого Уровня и отвёз прямо в Святое Королевство.

Прибыв, с ней не обращались как с жертвой войны. Её сразу же отвели в маленькую комнату. Её одежда сменилась на свободную и рваную ткань, используемую заключёнными. Алисия стала заключённой.

*Рычание*

Снова из её живота вырвался громкий звук. Я не знаю, сколько раз урчало у неё в животе. Но на самом деле ей было всё равно.

С наступлением Полнолуния количество выдаваемых порций пищи продолжает уменьшаться. И в это время ей давали только одну.

Несмотря на то, что её желудок продолжал урчать, у неё не было ни малейшего намерения прикасаться к еде. Еда на подносе не была роскошной едой для принцессы, что была на диете. Ей дали всего лишь стакан воды и кусок сухого хлеба, что не придало вкуса. Она скорее умрёт от голода, чем будет принесена в жертву.

Алисия просто тупо смотрела на поднос, что касался наручников у её ног. Её седьмой поднос дополняет коллекцию других, что стоят в углу комнаты.

Хоть она и не ела несколько дней, она всё ещё выглядит красивой, совсем не худой. Как будто её тело приспособилось к условиям, даже без еды и воды.

– Предположительно, люди умирают без еды и питья в течение 4 дней...Но прошло почти 7. Почему я всё ещё жива?! – потеря родителей и тяжёлая травма, которую она пережила, пробудили в ней желание покончить с жизнью, в которой не было никакой цели.

Алисия плакала, оглядываясь на Луну и обнимая колени. Кажется, что в её глазах больше нет интереса к жизни.

Как только она успокоилась и перестала лить слёзы, кто-то открыл металлическую дверь.

*Клик*

За железной дверью появился старый священник в полностью белой одежде, похожей на те, что используют высокопоставленные епископы, в сопровождении 3 охранников. Это был старик, который привёл её в это место.

– Мисс Алисия...Как вы?

– ...

Алисия проигнорировала слова старого священника и продолжила смотреть на Луну пустым взглядом.

Старый священник был загипнотизирован, когда увидел изящество лица Алисии, что блестело в лунном свете.

– Как я и думал, вы Избранная...Обычно девушки не могли продержаться на этой пище больше 5 дней, и они падали в обморок или даже...Гм...Имею в виду, вы потрясающая. Вы даже не притронулись к своим 7 порциям еды. Но я напомню вам, что вы должны продолжать питаться, чтобы не заболеть во время Священной Церемонии через 3 дня. Боги рассердится, если вы заболеете, – священник ласково уговаривал Алисию поесть, будто малыша.

– ... – узнал правду о Священных Церемониях, Алисия по-прежнему ни с кем не разговаривала, даже со своим спасителем. Нет, возможно, священника лучше назвать похитителем.

– Эй! Ты что, немая?! – видя безразличное поведение Алисии, когда священник говорил, один из охранников позади него разозлился и собирался ударить её.

– Не смей прикасаться к этой девушке! Она драгоценная святая дева...Я не прошу никого, кто причинит ей боль! – слегка взвизгнув, старый священник мгновенно остановил движение разъярённых охранников.

Охранник дрогнул после того, как на него накричали. Он сразу же отдёрнул руку и остановил своё намерение.

– Мне жаль, сэр Кассиус, – он поклонился и извинился перед старым священником.

– Простите нас, мисс Алисия. Надеюсь, вы простите моего наглого телохранителя. Буду надеяться, что вы не заболеете и останетесь такой красивой, пока не наступит ваш великий день, – священник извиняющимся тоном поклонился и быстро ушёл, снова оставив Алисию одну в тёмной комнате.

*Бац – Щелчок*

Хоть Алисия и знала, что её спас сэр Кассиус, но она себя таковой не чувствовала. Одиночество в тёмной тюрьме, без кого-либо, с кем она могла бы разделить печаль, переполнявшую её сердце, полностью разрушило психику.

Разочаровавшись в своём будущем, она наконец заснула после того, как снова выплеснула свою печаль, заплакав.

———

Лунный свет снова был скрыт облаками, и ночью в тюрьме потемнело. Но прямо в полночь была замечена тень, крадущаяся через лес.

– Капитан, мы его потеряли! – несколько человек в доспехах и белых халатах бежали за чем-то на склоне горы.

– Не позволяйте ему уйти дальше! Будет трудно, если мы не найдём его сейчас, поторопитесь и продолжайте искать! – кто-то, кто был крупнее, выглядел раздражённо и попросил своих подчинённых продолжить поиски своей цели в тёмном лесу.

– Так точно! – воины немедленно разошлись в разные стороны.

– Я не позволю тебе самовольничать, – здоровяк сжал кулак и решил поймать или убить свою цель.

Когда покрытая облаками луна снова начала светить, крошечная тень, прячущаяся за тенями деревьев, немедленно отошла от воинов и продолжила спускаться с холма. Тень продолжала двигаться, пока не достигла пустого дома, что находился прямо под склоном горы, и сразу же растворилась в нём.

———

Взошло солнце, его свет проник через вентиляционное отверстие и ослепил лицо спящей Алисии.

Она заслонила ослепительный солнечный свет ладонью, прежде чем открыть глаза. Её зрение было немного размытым, когда она увидела ярко светящееся солнце. Однако есть одна вещь, которая заставляет её чувствовать заинтересованность, когда она находит что-то в своей тюрьме.