Том 1. Глава 3: Фея не будет сердиться

Давайте рассмотрим понятие «маска». Если заглянуть в словарь, то там будут сложные определения, по типу «фальшивый образ», или «внешний образ, поддерживаемый с целью скрыть неприятные стороны». Но на самом деле всё не так уж и трудно. Маска – это когда ты скрываешь свои истинные мысли, высказываешь только то, что одобряется обществом.

Задумайтесь. Если вас сексуально домогается Принц-пошляк, а вы, подумав о своих будущих отношениях с ним и вашей репутации, решаете простить его, то это и есть маска. Ведь на самом деле вы желаете безжалостно отомстить ему. Но независимо от вашего ответа, в будущем одни будут продолжать выбирать маску, а другие – говорить искренне.

Пример №1. Он касается подростков. Застенчивая девушка краснеет из-за сексуальных домогательств и плачет дома в своей кровати. «Почему я не могу быть более уверенной в себе... Ненавижу свою слабость... Мне больше не нужна моя маска!».

Пример №2. Он о влюбленной девушке. Жестокая девушка, которая немедленно мстит за сексуальные домогательства, но дома смотрит на себя в зеркало и сожалеет об этом. «Почему я не могу быть более женственной? Такими темпами он никогда не посмотрит на меня, как на девушку... Ах, как же я хочу скрыть свои истинные чувства!».

— Так вот, мой план был основан на этом, – сказал я.

— Угу.

— Тебе не кажется, что сексуальные домогательства ради общего блага – довольно крутая идея?

— Может быть ты хочешь, чтобы тебя ненавидели все девушки в этом мире? – ответила Цуцукакуши с серьёзным выражением лица (как всегда, впрочем).

Меня словно пронзили острым ножом. Не в силах придумать достойный ответ, я просто молча считал пятна на потолке. Во время обеденного перерыва в школьный медпункт никто не приходил. Здесь было тихо и спокойно. Лёжа на койке, я вспоминал о детских играх в доктора и пациента. В нашем случае доктором была Цуцукакуши. Она принесла ледяной компресс вместо ушедшей на совещание медсестры,

— Итак, выходит, ты решил поприставать к той, к кому однозначно не следовало лезть, и потому получил по лицу? – спросила она, прикладывая компресс к моей опухшей щеке.

— Ты не права! Звучит так, будто мне нравится, когда меня бьют! Я не хотел, чтобы она вот так взяла и ударила меня, ясно?!

Всё-таки пытаться приставать к Стальному Королю было определенно неверным решением, особенно если я дорожу своей жизнью. Но я не мог отделаться от мысли, что Стальной Король тоже страдает от своей «стальной» маски, и на самом деле она в тайне является влюблённой девой! Чем больше героинь я смогу завоевать, тем лучше*! Об этом я размышлял сегодня утром, и по итогу вышло всё вот так:

[п/п: на всякий случай: это отсылка на визуальные новеллы, где есть «героини», которых нужно завоевать, т.е. пройти концовку с ними]

— Президент, доброе утро! Какая сегодня замечательная погода! Когда у вас начала расти грудь? В начальной школе?

Я спросил то, что всегда хотел узнать, в самом начале утренней тренировки перед всем клубом лёгкой атлетики.

— Принц-пошляк бросил вызов Стальному Королю! Сейчас будет бойня! – восторженно закричали окружающие.

Остальные члены клуба вообще ничего не понимали. Ни о какой драке не могло идти и речи. В конце концов, мне было неловко говорить ей это в лицо, поэтому я кричал ей с приличного расстояния. Поэтому, как только я увидел, что Стальной Король устремилась ко мне, словно бешеный зверь, я бросился прочь, как испуганный кролик. Я бежал напролом, рассекая ветер. Не стоит недооценивать члена клуба легкой атлетики.

...Однако есть небольшая проблемка: Стальной Король намного быстрее меня. Несколько странно, ведь я думал, что Стальной Король специализируется на метании копья.

— Пожалуй, то приветствие стало самым забавным из всех, что я слышала за последние годы. У тебя есть три варианта. Первый: я буду избивать тебя до тех пор, пока не размажу в лепёшку! Второй: покайся, вспоров себе живот. Третий: я похороню тебя заживо. Выбирай! Все три? Отлично!

Она поймала меня около школьных ворот.

— Великий писатель XIX века Оскар Уайльд однажды написал: «Мне кажется, что все мы чересчур много созерцаем Природу и слишком мало живём в ней». Президент, твоя грудь до сих пор растёт! Интересно, насколько она еще увеличится? Исходя из цитаты, я хочу не просто следить за её ростом, но и принимать активное участие в нём!

Меня тут же ударили.

— Твоя болезнь зашла крайне далеко. Опять ты вызываешь эту эмоцию, как её там... А-а, точно, шок. Мне обидно, что я могу только благословить тебя своим стальным кулаком... Клуб легкой атлетики может подождать, пока ты полностью восстановишься, так что не торопись.

— …Я так тронут! Позволь мне выплакаться на твоей большой груди, скрывающей добродушное сердце!

Меня ударили еще раз. Из-за этого моя щека распухла, как картошка, и поэтому я с утра до сих пор мучился в школьном медпункте.

— Зная её, она сдерживалась. Что ж, зато теперь мы знаем, что Стальной Король не носит маску.

— …А она и правда сильная. Если бы мне говорили такие пошлости, я бы разрыдалась на месте.

Цуцукакуши покачала головой. Сложно было сказать, удивляется она или восхищается.

— Разрыдалась? То есть мой план не годится?

— Абсолютно! И я плакса!.. Вернее, была ею… – поправила себя Цуцукакуши, потирая щёку.

Разумеется, её лицо оставалось таким же безэмоциональным, как и всегда.

ฅᨐฅ

Прошла неделя с тех пор, как мы помолились на вершине того холма. Несмотря на все усилия и раны, полученные мною, нам так и не удалось найти кого-то, кто носил бы маску. Напротив, за мной еще сильнее закрепилось прозвище «Принц-пошляк». Теперь все девочки из нашего класса стараются не приближаться ко мне более чем на два метра. Как грубо. Даже я имею право выбирать, какую девушку хочу. Я так и сказал, но не стоило, потому что тогда расстояние увеличилось до четырёх метров.

Такими темпами мне даже не придется беспокоиться о становлении следующим президентом клуба, потому что моя жизнь рухнет раньше. Даже сейчас Стальной Король не против моего возвращения в клуб, думаю, она либо и правда такая добрая, либо глупая.

— Кстати, я тоже взяла отгул в клубе, – сказала Цуцукакуши, сидя рядом с моей койкой и обедая.

Не то чтобы это имело большое значение, но коробка для обеда казалась до смешного большой. Я был бы рад, если бы она поделилась со мной. Хотя, с такой щекой я вряд ли смогу съесть хоть что-то.

— В каком клубе ты состоишь, Цуцукакуши?

— В клубе защиты детей.

— А-а-а, клуб, который посещает детсады и детские дома, верно.

Они устраивают кукольные спектакли, играют в прятки и прочее, пытаясь способствовать здоровому развитию детей в данных учреждениях. Именно в этом и заключается цель клуба защиты детей. Удивительный выбор, даже немного странный.

— Но из-за моего безэмоционального голоса я не могу даже почитать им книгу, а поскольку я не умею улыбаться или смеяться, детям будет некомфортно находиться рядом со мной... Чего ты лыбишься?

— Да так. Просто, когда ты говоришь о заботе о детях, я представляю, как ребенок присматривает за другим ребенком, а все вокруг не могут понять, кто из них ребёнок, а кто взрослый. Звучит очень забавно.

— Тебе смешно, да? Понятно.

— А?! Я не э-это имел в в-виду!..

— Хватит, ты сказал своё реальное мнение. Огромное тебе спасибо.

Она резко ударила по кровати своими маленькими ножками.

— Картошка получилась такой вкусной, но я тебе ни за что её не дам.

— …Выходит, не только я постоянно страдаю из-за произошедшего, но и Цуцукакуши тоже не легко…

— Красиво сказал. Но я всё равно ничего тебе не дам.

— Ха-ха-ха… Нам нужно как можно скорее разобраться со всем этим. Кстати, как отреагировала твоя семья?

Поскольку их юная дочь внезапно перестала улыбаться, они, должно быть, не на шутку встревожились. Цуцукакуши коротко вздохнула и застыла, оставив палочки на полпути. Её холодный взгляд устремился в пол.

— Моя семья… никак не отреагировала. У них полно своих дел, – сказала она, продолжая есть как ни в чём не бывало.

Их совсем не беспокоит, что их дочь потеряла всякие эмоции? Чушь какая-то. В семьях с дочерями всегда царит любовь и забота, а отцы, как я однажды прочитал в журнале, особенно ими дорожат.

Цуцукакуши сосредоточила свой взгляд на бенто, ускорив темп своих палочек, из-за чего я не мог найти подходящего момента, чтобы спросить её про семью. Было очевидно, что она хочет замять эту тему.

Разумеется, я всё равно спрошу! Меня не интересуют криминальные шоу, но я обожаю передачи, в которых люди хватают кого-то посреди улицы и начинают расспрашивать о его личной жизни!

— Эм, Цуцукакуши, насчет твоей семьи...

Не успел я закончить фразу, как услышал звук чьих-то шагов у койки за занавесками. Цуцукакуши подняла голову, а я замолчал на полуслове. Мы понятия не имели, кто там был. Я пришел в медпункт еще на первом уроке, не выдержав боли в щеке. Значит, кто-то пришел сюда еще до меня?

Цуцукакуши закрыла свой бенто, а я сел на кровать, скрестив ноги, держа в одной руке ледяной компресс. Видимо, я упустил свой шанс спросить о её семье.

За занавеской показалась сонная девушка, та самая, напоминающая одинокий цветок.

— Фу, да ты же тот самый извращенец.

Азуки Азуса. Недовольно зевая и глядя на меня сонными глазами, она поприветствовала меня с откровенным презрением. Интересно, следует ли благородной даме, вроде неё, так вести себя?

Похоже, она сама осознала своё поведение и притворно кашлянула.

— Здравствуй, ты первокурсница? Если тебе нужна койка, то моя уже свободна, – обратилась она к Цуцукакуши, словно меня тут не было.

Цуцукакуши никак не ответила ей, а вместо этого стала рассматривать нас, будто пытаясь выяснить наши отношения. Впрочем, в наших с Азуки Азусой взаимоотношениях нет ничего необычного, в школе все девушки остерегаются меня как змею.

Кстати, как я уже говорил, у Цуцукакуши абсолютно каменное лицо, ни капли эмоций. Любой вздрогнет, встретив младшекурсника, молча смотрящего на тебя ледяными глазами. И Азуки Азуса не исключение, она стояла между кроватями и явно волновалась.

Ладно, думаю, пришло время разрядить обстановку.

— Йо, Азуки Азуса, хорошо поспала?

— ...Не разговаривай со мной, извращенец. Зачем ты спрашиваешь меня о таком, извращенец?

— Потому что у тебя на щеке ещё остались следы от слюны!

Азуки Азуса тут же прикрыла рот рукой и покраснела. Я протянул ей салфетку, и она, не задумываясь, схватила её и начала вытирать лицо.

— Но такую благородную леди, как ты, слюна только красит, что-то вроде твоего особенного стиля.

— Т-так и есть! Это все специально! Можешь не обращать внимания на такие мелочи, а? Это все равно, что подарить пингвину пуховик.

— Я прекрасно понимаю тебя. Тогда мне не нужно говорить о таких мелочах, как растрёпанные волосы, расстёгнутая блузка и задранная юбка?

Цвет лица Азуки Азусы из красного превратился в синий, а затем снова стал красным. Прямо светофор. Одной рукой она попыталась прижать свои волосы, а второй начала закрывать свою плоскую грудь, но ей не хватало рук, чтобы поправить юбку. В панике она вернулась за шторки.

— Не может быть, чтобы такая благородная леди, как ты, встала, не проверив сначала свой внешний вид и наряд, так что это, должно быть, тоже было сделано намеренно, верно?

— А?! Ну... конечно... Не говори такие глупости.

— Боже, как ты засмущалась. Но мне сейчас не до того, так что пригласи меня в другой раз.

— Угх… Проклятье, что за извращенец…

Её голос дрожал от обиды и унижения, однако она всё равно не хотела признавать свою ошибку. Оставаться верной себе – хорошо, но не потеряет ли она что-то важное из-за своей гордости?

— Извините за прямоту, – начала Цуцукакуши, – семпай, какие у вас отношения с Йокодерой-семпаем?

Говорила она всё так же холодно.

Что касается наших отношений с Азуки Азусой, то они определённо враждебные. Иначе и быть не может. Но тут важнее другое: она решила задать такой вопрос именно сейчас, что характерно S, а не М*.

[п/п: S – садистка, M – мазохистка]

Чего я не могу понять, так это почему она так пристально смотрит мне в лицо, будто я и есть тот, кого она спрашивает. И опять же, я уже не в первый раз не могу разобрать её выражение лица.

— О-отношения?! С этим извращенцем…

— Неужели ты думаешь, что такая благородная леди может заговорить с кем-то незнакомым?

— Ах ты, проклятый… Угх… Ну, я бы описала наши отношения как «если у рыбы есть сердце, то и у воды есть сердце»*, – горделиво произнесла она.

[п/п: японская пословица, означающая: «если рыба готова, вода тоже готова; добрые отношения обоюдны». То есть, чтобы у вас с другим человеком были хорошие отношения, нужно, чтобы вы тоже к нему хорошо относились]

Но в действительности такой ответ только вредил ей. Она закончила поправлять одежду и выскочила из школьного медпункта так быстро, словно сбегая. Перед уходом она сердито взглянула на меня красным до самых ушей лицом, но я считаю, что в случившемся наполовину виновата она сама. Неужели она так сильно хочет сохранить свой образ богатой леди?

— Понятно, «если у рыбы есть сердце, то и у воды есть сердце», да?

— Цуцукакуши, хватит без причины пинать кровать! Хоть и есть эта поговорка про рыбу, но, если честно, мы как лужа и подводная лодка – совершенно не совместимы. Тяжело же ей жить со своей гордостью.

Я снова прижал ледяной компресс к щеке и глубоко задумался.

Иногда жизнь действительно бьет тебя по лицу, но она всё равно не так уж плоха. Цуцукакуши, в свою очередь, окинула меня долгим взглядом, прежде чем снова заговорила:

— Она и правда очень гордая… Но вы правда не встречаетесь?

— Если бы я сказал ей такое наедине, она бы точно зарезала меня.

— Так ты просто шутил?

— Это просто мой эгоистичный способ снять стресс или типа того. А что?

— Нет-нет, ничего такого. Просто, тебе не показалось, что она носит маску? – тихо сказала она, после чего мы посмотрели друг другу в глаза.

Вопрос: что мы сейчас ищем?

Ответ: очень эмоциональных людей и тех, кто скрывает свои истинные чувства за маской.

ฅᨐฅ

Мы решили создать «Группу наблюдения и изучения Азуки Азусы». Капитан – Цуцукакуши, начальник штаба – тоже Цуцукакуши, секретарь – опять Цуцукакуши. Я – пушечное мясо.

— Азуки Азуса. Класс 2-2, парта номер 2. Водолей. Группа крови А. Не состоит ни в одном клубе. Перевелась сюда в апреле нынешнего года на второй курс. Приезжает в школу каждое утро на черной машине. Любит самую разную брендовую одежду. Каждый день носит разные часы. Получила множество любовных писем. В свою очередь, отвергла множество парней. С недавних пор её способ отказывать им становится всё более и более эмоциональным. Парня и друзей нет. Проблем со здоровьем нет, но выглядит довольно хрупкой.

Цуцукакуши внимательно записывала всё, что я говорил. На столе перед нами стояли два стакана с водой и тарелка с рисом карри.

— …Прости, что не по теме, но разве обычно ты не приносишь с собой бенто? Не приготовила его сегодня? – спросил я.

— Я уже съела его.

— Тогда зачем карри?

— У меня для него отдельный желудок.

— Впервые слышу!

Как столько помещается в таком маленьком теле? Нет, что еще важнее, как она не набирает вес? Что за загадка человеческого тела?

Тем временем она положила карандаш и взяла ложку, а затем, зачерпнув немного карри, протянула её мне своей маленькой ручкой. Я только покачал головой, указывая, что моя щека всё ещё болит. Цуцукакуши с недовольным ворчанием отложила ложку и снова взяла в руки карандаш.

—Подводя итог, мне кажется, что она довольно сложный противник.

Краем глаза она посмотрела в сторону объекта нашего изучения.

Та самая Азуки Азуса сидела в центре столовой и обедала в полном одиночестве. Ела она элегантно, причёска была уложена, как у истинной богатой леди. Думаю, на такую причёску уходит много стараний и времени. На ее пальце красовалось дорогое кольцо, а на запястье можно было разглядеть еще более дорогие часы. Если учесть, что каждое утро происходит «время вознаграждения», то неудивительно, что никто не осмеливается к ней подойти.

В результате Азуки Азуса всегда оставалась одна. Впрочем, её саму это ничуть не беспокоило. На неё то и дело бросали молчаливые взгляды, а она гордо возвышалась над всеми, словно прекрасный ледяной цветок на вершине горы.

С такой внешностью и богатством, если бы она не строила из себя невесть что, то стала бы довольно популярной. Хотя она всё равно доска.

— Кстати, я вот сейчас вспомнил, как назвал её доской на глазах у кучи людей.

— Ты и правда назвал её плоской? Да уж. Ты действительно извращенец.

— Но она никогда не оскорбляла меня в ответ. Не странно ли? Похоже, она очень комплексует по этому поводу.

— Может, она не хотела говорить на эту тему, потому что была шокирована. Как и я сейчас.

— Ха-ха, как сурово! А у тебя острый язык, Цуцукакуши!

— Вообще-то, я серьёзно.

— Э, а зачем ты встаешь? Подожди, подожди. Ты ошибаешься, она просто пыталась утащить меня в безлюдное место. Наверное, потому, что не хотела срываться перед остальными. Как тогда, в школьном медпункте. Она пытается сохранить лицо благородной леди. Но такая прочная маска – довольно необычно, а ещё…

Я указал на чокер на шее Азуки Азусы. Он подчеркивал белоснежность ее кожи. Внешне он напоминал обычный ошейник.

— Думаю, этот «чокер» – мой. Он очень похож на ремень, который я потерял у статуи Кошки-несмеяны.

— …А? – Цуцукакуши уронила карандаш и удивленно моргнула.

После тщательного наблюдения и изучения я пришел к такому выводу. Он был немного меньше, чем прежде, но если учесть, что Кошка-несмеяна стала намного больше после того, как съела одну булочку с мясом, то нет ничего невозможного.

— Дакимакура Понты и его извращённость передались мне. В твоём случае кошка забрала булочку с мясом и эмоции. А Азуки Азуса получила мой кожаный ремень. Вот, что я думаю.

Я собрал все кусочки, и они сложились, как пазл.

— Причина, по которой в её высказываниях столько притворства, заключается в том, что она получила мою «маску». Как я слышал, постепенно ей было всё труднее отказывать уже подготовленным парням, но с недавнего времени она стала намного агрессивнее. Как будто она получила заряд энергии.

— …Неужели?

Взяв карандаш, Цуцукакуши снова принялась строчить в своих записях. Она подняла взгляд вверх, словно обдумывала мои слова.

— Предложим, что твоя маска, семпай, перешла к ней… Тебе не кажется, что это плохо?

— Почему?

— Она получила маску, потому что нуждалась в ней. Ты не думаешь, что она будет меньше кого-либо другого хотеть расстаться с ней?

— Не может быть! – в порыве я хлопнул по столу, Цуцукакуши перевела взгляд на меня.

— Люди должны возвращать чужие вещи своим владельцам!

— Ты прав, конечно, но сейчас не…

— Я сейчас же пойду и скажу ей!

— Подожди, семпай, ты же не серьёзно...

Я встал со стула. И всё-таки Цуцукакуши была права. Азуки Азуса определенно была грозным противником, и возвращение моей маски может оказаться ужасно трудным.

Но что с того?

Я тут вкалываю вовсю. Меня бьют и колотят, а Азуки Азуса просто живёт себе спокойно! При этом она ещё и плоская! Не прощу её!

Я отбросил все сомнения, протиснулся мимо окружающих и направился прямо к моему заклятому врагу, Азуки Азусе. Я встал перед ней и закричал во всё горло:

— Азуки Азуса! Верни важную для меня вещь!

В столовой воцарилась тишина. Все взгляды вонзались в нас, словно иглы. Но никакие взгляды не могли унять мою злость. Моя щека всё ещё болит, и в этом тоже есть её вина!

— Я всё это время смотрел на тебя, и вот, что я понял: ты украла у меня всё, Азуки Азуса! Я больше так не могу! Эта боль! Эти страдания! Только ты можешь исцелить меня! Так возьми на себя ответственность!

— Что?.. –Азуки Азуса, словно поражённая громом, широко распахнула глаза.

Все её лицо, начиная от чокера и выше, покраснело как помидор. После недолгого молчания, осмыслив ситуацию, окружавшие нас ученики начали оживленно переговариваться.

…«Принц-пошляк перешел на новый уровень! Он переключился со Стального Короля на Благородную Леди!».

«Я знал, что он в последнее время поглядывал на Азуки…».

«Конечно же, его признание отличается от других своим извращённым привкусом. Даже у меня мурашки по коже».

«Что, если мне такое приснится во сне?».

«Как она отреагирует?».

«Может, сейчас начнётся «время вознаграждения»?»…

— Т-ты мерзкий извращенец!.. Ну, полагаю, даже морские свинки понимают боль и страдания. Итак, что ты можешь для меня сделать?..

«Что ты здесь творишь? Ты решил со мной поссориться?».

Её огненный, полный гнева взгляд впился в меня, как кинжал, словно она хотела задушить меня на месте. Но с её нежных, подобных лепесткам губ, срывались не истинные мысли, а притворство Благородной Леди, следящей за реакцией окружающих. То самое притворство, которое раньше принадлежало мне.

— Черт возьми! Ты нужна мне вся, Азуки Азуса!

— В-вся я?!

— Но я не настолько самовлюблённый, чтобы просить об этом. По крайней мере... по крайней мере, позволь мне оставаться рядом с тобой! Двадцать четыре часа в сутки, везде и всюду, навсегда! Чтобы, как только ты захочешь, ты немедленно могла открыть мне своё сердце и тело, а затем мы разделили бы друг с другом то самое важное!

— Ч-ч-чт-чт…

— Ты уже говорила мне, не так ли?! Чтобы я показал, насколько серьёзен! Я не против!

Когда я схватил ее за руку, она рефлекторно отдернула ее так быстро, как только могла. Её истинные чувства начали проявляться. Но я не сдался. Я продолжал пытаться схватить ее за руку, пока мы не оказались лицом к лицу.

— ...Прекрати! Поняла я, поняла уже! – выкрикнула Азуки Азуса, словно признавая своё поражение.

Она окинула взглядом окружающую нас толпу, а затем снова уставилась на меня, её истинные чувства столкнулись с маской.

— Девушка извращенца, какая забавная шутка... Нет, во всем должен быть порядок, согласен? Если так, то... давай посмотрим... носить мои вещи... Нет, греть мою обувь... Тоже не подойдёт, такому извращенцу, как ты, подобное, наоборот, понравится… Питомец! Да, домашнее животное! Всегда мечтала о собачонке! Если ты не возражаешь, чтобы с тобой обращались как с домашним псом, то я не против оставить тебя у себя. Хотя, подобное уже слиш…

— Гав!

Я положил правую руку на колено Азуки Азусы и присел. Эта поза называется «рукопожатие».

— Ч-что! Что ты делаешь? Ты хоть знаешь, что значит быть домашним животным?

— Конечно, знаю, гав! Если я смогу остаться с тобой, я не против стать собакой! – крикнул я громче, чем спортсмен, дающий клятву честной игры.

Взяв Азуки Азусу за руку, я снова залаял. Я так счастлив быть ее питомцем, гав!

Конечно, я тоже был смущён. Но в результате столкновения двух мысленных команд «Желание вернуть мою маску» и «Быть собачонкой принцессы – унизительно», обе команды объединились, сложившись в единое целое.

И вот, пути назад уже нет.

— В-вау… что ж… думаю, я счастлива, как свернувшийся калачиком гепард…

Азуки Азуса опустилась обратно на стул. Ее каштановые волосы безжизненно поникли, а их блеск потускнел.

…«Как такое могло случиться, неприступная принцесса пала?».

«Хотя я столько раз признавался ей!».

«Да, и я тоже!».

«Принц-пошляк пошёл ва-банк и завоевал настоящую любовь!».

«Какая милая история~»…

По столовой раздавалось шушуканье. Через мгновение на всю столовую раздались бурные аплодисменты. В этот день я сменил свой титул с «Принца» на «Собаку».

⁜

Второе июля (четверг). Ясно, на небе лишь пара облачек.

Я проснулся в семь утра.

Как и всегда я уселся ждать у школьных ворот. Проходя мимо меня, люди часто говорили:

— Прелесть~.

— Прямо как Хатико~.

Восемь двадцать утра. Азуки Азуса приехала в школу. Я поприветствовал её. И как обычно она сразу же убежала. Я пытался её отыскать, но так и не нашёл Азуки Азусу до самого начала уроков.

На перемене я зашел в класс Азуки Азусы. Её там не было. Я обыскал её стол. Нашёл телефон с брендовым чехлом. В нем нет ни номеров телефонов, ни адресов электронной почты. Я буду первым.

Следующая перемена. Я зашёл в школьный медпункт, но там её тоже не было. После я поднялся на крышу и нашёл её за резервуаром с водой. Она спала вся в слюнях. Что за ужасная поза для сна?

Затем я оставил записку: «Я пришёл, чтобы отдать тебе кое-что. И ещё вытер слюни».

И снова перемена. Я поднялся на крышу. Она снова спала в ещё более ужасной позе. Весь её животик был обнажён. Ручкой я нарисовал животное на её животе. А после сфотографировал и приписал название: «Счастливый тануки и Луна». Отправил ей.

Обеденный перерыв. Ко мне подошла Азуки Азуса. Она улыбалась так же ярко, как и всегда. Мы вышли прогуляться. Все улыбаются, и я тоже. Вот такая она, радость быть питомцем.

Мы пришли в заднюю часть двора. Меня схватили за шею. Забрали мой телефон. Стёрли её номер телефона и почту. Я попытался сопротивляться. Но меня продолжили душить.

На перемене я снова зашёл в класс Азуки Азусы.

— Мне очень жаль, – сказал я.

Она проигнорировала меня. Я встал на колени и извинился.

— Я больше никогда не буду играться с твоим животиком.

Все в классе резко загалдели.

После уроков я снова пошел в класс Азуки Азусы. Однако она ушла раньше.

Вернувшись домой, я посмотрел несколько купленных ранее видео, при этом размышляя:

«Может, мне стоит почаще бегать за моей хозяйкой, ведь в последнее время ей, кажется, нездоровится. Может, мне надеть купальник? Если бы она нарядилась в него, я был бы очень рад».

Я уснул около часа ночи.

⁜

— Я смотрю, ты наслаждаешься жизнью питомца. Какой же ты безнадежный извращенец.

— Ты оскорбляешь меня, или что?!

— Тебе кажется. Дело в том, что я не могу показать тебе свои истинные эмоции, – сказала она безэмоциональным голосом.

Выражение её лица оставалось неизменным, однако в последнее время она стала более «колючей». Как кошка в плохом настроении, она будто не хотела признавать этого.

Сегодня воскресенье, и, к сожалению, похоже, что сегодня будет дождь. Мы вдвоем собрались на вторую встречу для отчета о проделанной работе и решили съездить в соседний город. Частная железная дорога, которой мы воспользовались в этот пасмурный день, была настолько пуста, что я задумался, как они ещё не обанкротились. Мы сели бок о бок на совершенно пустое сиденье.

— Мы ведь не на свидании или типа того, да? – пробормотал я.

Мы собрались не только ради стратегического совещания. Я всё прекрасно понимаю, но, когда я посмотрел на Цуцукакуши, которая была одета в шляпу, похожую на печенье, и шоколадного цвета плиссированную юбку, она выглядела так мило, что создавалось впечатление, будто она из Страны сладостей. Мне сразу же захотелось её обнять. Хотя вряд ли я действительно обниму её. Если я так сделаю, она станет относиться ко мне с еще большей неприязнью, и скажет мне что-нибудь вроде «Что ты вытворяешь?» бесстрастным голосом.

— …Ты думаешь о чем-то странном?

— Н-нет! Я просто думал о тебе, Цуцукакуши, совсем чуть-чуть!

— Ты думал обо мне... совсем чуть-чуть, да? Понятно.

Цуцукакуши вытянула ноги и постучала каблуками туфель друг о друга.

Как всегда, я никак не мог разобрать её выражение лица. Лучше сменить тему, пока она не разозлилась.

— А... в общем, я же не настоящий питомец. Я надеялся, что будет что-то вроде «Хозяин, гав-гав!», «Возьми меня на ручки!», «Умоляю!», «Награду, награду!», «Расчёска!», «Купаться вместе, гав!», но всё вышло совсем не так.

— Что ты там себе нафантазировал? Вот же извращенец.

— Я имею в виду, что Азуки Азуса – богатая и знатная леди... Похоже, её сильно баловали в детстве. Посмотри на ее позу во время сна. Как будто ей никто и никогда не делал замечаний.

— Говоришь так, будто часто видел её спящей.

— Не то, чтобы слишком часто. Она же постоянно избегает меня.

Азуки Азуса носит маску, но только для того, чтобы поддерживать свой общепризнанный титул «Благородной Леди», на её питомца сила этой маски не распространяется.

Кроме того, мы учимся в разных классах. В лучшем случае я могу заглянуть к ней в класс на перемене, но по утрам и после уроков мы с ней словно играем в пятнашки, побеждает.

— Так что да, особых успехов нет. Я думал, что если она начнет ненавидеть меня сильнее, то решит, что ей больше не нужна эта маска. Сейчас она злится, но как-то вполсилы, ни то ни сё. Из-за этого нам обоим только хуже.

— И что ты собираешься делать дальше?

— Именно это я и хотел с тобой обсудить. Есть какие-нибудь блестящие идеи?

— Как насчет того, чтобы просто отказаться от Азуки-сан?

— Я не могу сбежать, когда противник прямо передо мной! Именно она украла мою маску, и я не могу просто так смириться с этим!

— …Это точно единственная причина? – глубоко вздохнула Цуцукакуши.

Поезд подъехал к станции. Прежде чем я успел спросить, что она имеет в виду, она встала и вышла на платформу раньше меня.

Да-а, мы и правда не на свидании. Если бы мы были парой, то шли бы рука об руку, счастливо прижавшись друг к другу. По крайней мере, такое я видел в драмах по телевизору.

ฅᨐฅ

Итак, есть веская причина, по которой я выбрал для нашей стратегической встречи место в соседнем городе.

И заключается она в…

— Кафе с животными?..

— У него были отличные отзывы. Я подумал, что было бы здорово прийти сюда с тобой, Цуцукакуши.

Пройдя по главной улице от станции и миновав запутанные дворы, мы оказались перед кирпичным зданием, прекрасно смотревшимся даже на фоне дождливого пейзажа. Кроме того, вывеска снаружи была украшена отпечатками собачьих и кошачьих лап. Закрыв свой узорчатый зонтик, Цуцукакуши прочитала брошюру.

«Внутри магазина у нас свободно гуляют кошки и собаки, которые радушно приветствуют всех наших дорогих посетителей. Приходите лечить свои сердца с помощью животных и вкусных сладостей».

— Звучит здорово. Зайдём?

Цуцукакуши кивнула в знак согласия. При этом я не упустил из виду, как носки её туфелек слегка подпрыгнули.

Девушки, в большинстве своем, любят маленьких животных. Если верить интернету, подобные места идеально подходят для свиданий, а девушки приходят от них в восторг. Так я смогу поднять настроение Цуцукакуши и попросить придумать дальнейший план действий по Азуки Азусе. По крайней мере, такова официальная причина.

Истинная же причина, побудившая меня выбрать это место, заключается в том, что все официантки здесь носят костюмы. На них были звериные ушки, хвосты и нарядная форма. Ну, то есть, это было кафе с кафе с горничными-зверодевочками. К тому же, если вы попросите, они поприветствуют вас словами «Гав-гав, с возвращением, хозяин!» или накормят вас «Пожалуйста, откройте ротик, няя~», что, честно говоря, было для меня воплощением мечты. Надо будет как-нибудь пригласить сюда Понту.

А пока я просто на разведке. И, конечно же, я должен всеми силами скрыть от Цуцукакуши свою истинную причину.

— ...Понятно. Значит, дело в официантках.

— Э-э-э?! Я еще ничего не сказал!

— По твоему взгляду всё и так понятно, семпай.

Стоило нам войти внутрь, как она раскрыла мои намерения. Когда нас проводили к столику, Цуцукакуши положила подбородок на руки, явно недовольная.

— Не может быть, чтобы ты пришел сюда по какой-то другой причине, кроме как посмотреть на девушек.

— Так-то оно так, но... Мне показалось, что посмотреть на кошек и собачек тоже довольно весело... По крайней мере, кошечки и собаки составили 10% моей мотивации прийти сюда… Наверное.

У моих ног резвились маленькие щенки и котята. Они напоминали маленькие меховые шарики и издавали милые радостные голоса. Даже вечно ничего не выражающая Цуцукакуши не могла не пожать плечами от их милоты.

— Я пошутила. Здесь очень мило… И наряды официанток тоже.

— Правда?! Лапки, ушки, фартучки и вообще всё тело выглядят таким пушистым, они буквально олицетворение умиротворения! Так и выглядела романтика в древней Японии!

— Не уверена насчет романтики, но я не против примерить как-нибудь.

— Я бы хотел увидеть твой косплей хотя бы раз, Цуцукакуши!

— Если ты только посмотришь, то ладно.

— Я не смогу просто посмотреть!

— Тогда я никогда не надену его. Никогда.

Пока мы перешептывались, из задней комнаты вышла официантка, неся поднос с чаем.

На ней была короткая юбка, и носки до колен, внизу которых виднелись звериные лапки. Блузка была с принтом леопарда, а в каштановых волосах – тигриные ушки. На шее у нее был чокер, который, в данной ситуации, выглядел как ошейник, а также белый фартук. Она производила неоднозначное впечатление дикой и одновременно послушной, что еще больше усиливало ее очарование.

Хотя… если бы она не была такой доской, то было бы идеально. В этом плане она кое-кого напоминает…

— П-п-почему?..

Это та самая девушка, у которой всё всегда на лице написано.

— Это ты!

— Что ты здесь делаешь, извращенец!?

Азуки Азуса застыла на месте, сжимая в руках свой поднос. Чашка с чаем опрокинулась, расплескав ячменный чай на ковер. Испуганные щенки в панике разбежались.

— Семпай… ты знал?

— Конечно, нет! Это совпадение! – сразу же покачал я головой.

Я больше всех удивился. С чего бы такой богатой и знатной даме, как она, работать здесь на полставки?!

— Если это и вправду совпадение, то зачем было приезжать сюда?! Наша школа довольно далеко отсюда! Всё потому, что ты извращенец, да?! Да ведь, да?!

Азуки Азуса в костюме неко-горничной так разнервничалась, что в уголках ее глаз даже начали наворачиваться слезы. Её руки, в перчатках-лапках задрожали вместе с подносом, который она держала.

— Не буду спорить с тобой, но может сначала разберёшься с упавшей чашкой? – как всегда самой спокойной была Цуцукакуши.

В такие моменты покерфейс очень помогает, да? И с чем она решила не спорить?

— Приношу свои извинения. Азуки-чан, возвращайся к работе! – менеджер быстро убрала пол и шёпотом призвала Азуки Азусу вернуться к обслуживанию нас.

Выйдя из оцепенения, она согнула колени и глубоко поклонилась.

— ...Добрый день, хозяин. Пожалуйста, отдайте своему питомцу любой приказ, какой пожелаете.

Она сделала отработанное движение, а её пушистый хвост качнулся из стороны в сторону. Хотя мне больно признаваться, но я был полностью очарован этим плавным шевелением её ушек и хвостика.

— Тогда… я буду котлету по-японски с услугой «Кормление с ложечки».

— А?! Чт… мм, хозяин, я…

— Какие-то проблемы? Я здесь хозяин, а ты... Ай!

Не успел я закончить свою шутливую речь, как вдруг меня сильно толкнули под столом. Разумеется, виновницей была не разъярённая Азуки Азуса, а Цуцукакуши, которой, кажется, не нравятся такие шутки.

— Мы хотим сэндвичи и моти.

Зачем ей заказывать так мало еды? Разве она не сумасшедший едок? Я хотел насладиться этим зрелищем еще немного, так почему она мешает мне?

— Понятно. Я постараюсь сделать все возможное для моего дорогого хозяина, ня...

Азуки Азуса машинально приняла милую кошачью позу, а затем застонала от недовольства.

Эта поза была прямо противоположной той, которую она принимала во время сурового «времени вознаграждения» в школе. Честно говоря, её «текущую» я бы с радостью забрал к себе домой.

Но, скорее всего, решение Цуцукакуши было правильным, и мы действительно не должны оставаться здесь надолго. Азуки Азуса с явной неприязнью шлепнула новый чай на стол, одарив меня гневным взглядом, а Цуцукакуши каждые три секунды наступала мне на ногу, пока играл с кошками и собаками, глядя на меня, словно ожидая, что я немедленно наброшусь на любую проходящую мимо горничную.

Как ужасно с их стороны. Никто мне не доверяет. Она хоть знает, зачем мы вообще сюда приехали? Потому что я точно не помню.

ฅᨐฅ

— Вряд ли мы смогли бы поговорить об Азуки-сан в том кафе, – вздохнула Цуцукакуши, когда мы вышли из заведения.

На самом деле мы пробыли в кафе всего около десяти минут. Все заказанные блюда съела, кстати, она.

— И она постоянно вертелась около нашего столика… А ты, семпай, уже забыл о первоначальной цели нашей встречи?

— Ни капельки! Я только и делал, что представлял Цуцукакуши в костюме неко-горничной!

— Вот как… – ещё раз вздохнула она.

Такое ощущение, что она постоянно вздыхает, находясь рядом со мной. Даже немного чувствую себя виноватым.

— Тем не менее, нам удалось узнать ее секрет. Никто, наверное, больше не знает, что наша дорогая благородная леди работает на полставки.

— Мне не нравится твоё выражение лица.

— Теперь, по крайней мере, у нас есть карта, которую мы можем использовать против нее. Правила нашей школы как раз запрещают любую подработку. Пора дать этой высокомерной буржуйке, привыкшей обращаться с простолюдинами, как с домашними животными, попробовать молот правосудия!

— Я не собираюсь оспаривать твоё решение, но что ты собираешься делать? Серьёзно пойдешь ябедничать учителям?

— Хм… Нет, нет… Тогда, может… Сфотографировать её в костюме горничной и свесить гигантские плакаты с её фотками с крыши школы!

— Не уверена, что такое поможет тебе в возвращении маски. Больше похоже на домогательство от извращенца.

— Бррр...

Я не смог придумать, как возразить на её слова, но и никаких других планов у меня не было.

В голове было пусто. Значит, все, что меня ждет, – скучное будущее? Дождь, слегка капавший всё это время, усилился, отчего я слегка продрог, несмотря на то, что была середина лета. Только рекламные баннеры освещали окружавший нас серый мир.

Пока я размышлял, как справиться со сложившейся ситуацией, Цуцукакуши осматривала окрестности.

— ...Ничего не поделаешь, – пробормотала она со вздохом и потянула меня за собой к зданию.

На нём светилась неоновая вывеска: «Зона отдыха» и парочка сомнительных картинок.

Подождите, подождите… Это ведь то самое место, да? Куда ходят парочки, желающие уединения и... То есть, мы шли в любовный от…

— ель?! А?! Что происходит?!

— Тихо. Просто иди за мной, – без раздумий сказала она и потянула дальше.

— Нет, я не могу! Мы же еще в школе! Всё должно быть по любви!

— Звучит как-то знакомо. И что ты имеешь в виду под «всё»? – Цуцукакуши, ничуть не смущаясь, потащила меня к двери.

На грязноватых стенах здания была написана какая-то откровенная и довольно неприличная информация. Людей вокруг не было, в нос ударил кисловатый запах. Спереди показалась стойка администратора. Там было написано, что два часа стоят 4 000 иен и что есть доставка еды, торговые автоматы и лосьоны.

Конечно же, мой девственный разум вышел из-под контроля. Голова закружилась так сильно, что мне стало трудно ходить. Неужели я вот-вот перепрыгну во взрослую жизнь? Неужели я Золушка, а Цуцукакуши – мой принц?

— Я… неопытен, но… позаботься обо мне…

— О чем ты вообще?

Цуцукакуши притворилась, что входит через парадную дверь, но вместо этого толкнула дверь пожарного выхода. Раздался звук скрежета ржавого металла, а затем взору предстала аварийная лестница.

— ...А?

— Здесь мы будем хотя-бы под крышей, так что сможем переждать дождь, – объяснила она.

— Переждать дождь?.. Подожди… Я думал, что…

Прежде чем я успел закончить, Цуцукакуши легонько стукнула меня по груди и энергично замотала головой:

— Думал что? Хотя нет, неважно. Можешь не говорить. Главное соблюдай нормы приличия, когда включаешь меня в свои фантазии. Иначе я рассержусь.

Закончив говорить, она слегка споткнулась и чуть не упала, а затем села на нижнюю ступеньку, указывая кончиком зонта на кафе, в котором мы только что были.

— Здесь мы сможем укрыться от дождя, пока ждем Азуки-сан. Когда я ходила мыть руки в кафе, то мельком увидела на кухне расписание смен. Похоже, скоро она уже освободится. Так что мы сможем просто подождать её и поговорить с ней.

— П-поговорить с ней? О чем?

— О ее подработке. Мы можем пригрозить, что сообщим о ней в школу. Метод очень подлый, но достаточно просто сказать ей, не больше. У неё с семпаем и так трудности, а из-за этого она может возненавидеть тебя еще больше и решить, что ей больше не нужна маска.

— А... понятно.

Разговор в школе может быть чреват тем, что другие подслушают или вмешаются. А вот поговорить с ней сейчас, на месте, кажется наиболее эффективным.

План Цуцукакуши не лишен смысла. Да, но...

— Тогда рассказала бы о своём плане раньше! А то мы зашли в отель, и я уже начал надеяться!..

— …Значит, ты надеялся. Понятно, – Цуцукакуши замолчала.

Ну вот, кажется, опять. Непостижимый характер Цуцукакуши. Я никогда не смогу понять, о чем на самом деле думает эта девушка.

Мы сели на аварийную лестницу, рядом друг с другом. Ни один из нас не произнес ни слова, наблюдая за кафе. Такой простой парень и она, столь прекрасная, словно сбежала из Страны Сладостей. Казалось, что мы видим мир совсем по-разному.

Время шло, а дождь всё не прекращался.

Не думаю, что я виноват в том недопонимании. Конечно, я поспешил с выводами и повёл себя как полный извращенец. Но разве можно меня винить? Ведь если кто-то потащил тебя за руку в любовный отель, то очень легко понять всё неправильно, да? Особенно, если этот кто-то – симпатичная молодая девушка, пусть и совершенно безэмоциональная.

Я взглянул на Цуцукакуши. Её длинные ресницы, фарфоровая, как у куклы, кожа и утончённые черты лица искушали меня нежно поцеловать её, молча глядя в глаза. Если бы она была моей сестрой, я бы лично казнил каждого парня, посмевшего приблизиться к ней, защищая ее от любого вреда.

Так что, учитывая её красоту, нет ничего странного в том, что я понадеялся на что-то пошлое!

Тем временем, погрузившись в размышления, я начал терять терпение. Я размышлял о том, насколько несправедливо то, что я не могу понять её чувств. Но пожаловаться-то я могу? И вот, когда я уже решился…

— Эй, вы, сопляки! Какого черта вы здесь делаете?

Дверь пожарной лестницы открылась, за ней показался рыжеволосый молодой парень с пирсингом в носу.

— Сюда вход запрещен, сопляки. Вы что, читать не умеете? Или проблем хотите?

Должно быть, он из персонала отеля. На нем был фартук, в руках он держал зонтик и инструменты для уборки. Он явно не был рад тем, что обнаружил нас здесь, а потому вёл себя очень раздражённо. У него был грубый, агрессивный взгляд. Его руки были хорошо сложены и мускулисты, а на ногах были сапоги, в которых, казалось, можно было уместить железную плиту.

— Вы двое – школьники, верно? Уверен, у вас совсем нет денег. Вы просто мешаете другим, шляясь здесь. Умрите. Сдохните к чёртовой матери

Цуцукакуши крепко схватила меня за руку. Её ладони слегка дрожали, похоже, она боялась этого человека. Как только я осознал происходящее, мои глаза широко раскрылись.

В конце концов, Цуцукакуши – обычная, ранимая девушка. Как ни странно, я совсем не боялся этого рыжеволосого парня. Понимание, что рядом со мной тряслась от страха девушка, действовало на меня сильнее, чем любые угрозы мужчины.

— Чего вам, сопляки, дома не сидится? Хватит выставлять напоказ свою идиотскую жизнь. Я вынужден работать в любовном отеле даже по воскресеньям. А меня ведь только недавно бросили, представляете, какого мне убирать простыни после посетителей?! Нет, откуда ж вам знать?! Идиотские парочки, пусть они сгорят в аду! Сволочи, мрази, суки…

Под конец парень что-то начал бормотать себе под нос, вытирая мокрые от дождя глаза. Казалось, он забыл не только о том, что мы здесь, но и о том, зачем вообще пришёл. Прежде чем он опомнился, мы решили убежать оттуда.

И когда отошли на безопасное расстояние…

— …Ха-ха-ха.

Мы с Цуцукакуши посмотрели друг на друга, а затем я засмеялся. Цуцукакуши – нет, но она слегка дёрнула плечами, что, наверное, означало одобрение.

Я и сам не знаю, почему рассмеялся.

— Блин, я чуть не закричал: «Мы не пара! Я тоже ненавижу влюбленных парочек!», лишь бы убраться оттуда.

— А я думала сказать: «Он хочет изнасиловать меня! Помогите, спаси-и-ите!».

— Как жестоко!

— Я пошутила, – успокоила она меня, слегка наклонив голову, что, вероятно, означало «улыбку», – а мы похожи на пару?

— Кто знает. А ты как думаешь?

— Понятия не имею. У меня никогда не было друзей-парней, так что я не знаю разницу между друзьями и любовной парой.

— Вообще не дружила с парнями? Даже в начальной школе?

Если она не ходила в школу для девочек, то такое довольно странно.

— Мой отец умер, когда я была совсем маленькой, поэтому я никогда не понимала, каковы мальчики и как с ними общаться. Я всегда стеснялась их, и потому убегала.

— Понятно... А сейчас? Ты не смущаешься, когда разговариваешь со мной?

Цуцукакуши тихонько вздохнула – она часто так делала. Мне пришло в голову, что ее вздохи не просто выражают недовольство или усталость. Возможно, в них был и какой-то другой смысл.

— Может и смущаюсь, но теперь этого не видно по моему лицу. Можно сравнить с тем, как ночь скрывает твои эмоции в своей тьме. По крайней мере, за это я благодарна Кошке-несмеяне.

Я пристально посмотрел на Цуцукакуши. Она слегка склонила подбородок вниз, но я продолжил смотреть на неё. Каждая черточка её лица казалась безупречной, а большие глаза несли в себе непостижимую глубину, словно в них заключалась бесконечная вселенная. Почему-то в этот момент мне показалось, что я стал хоть на чуточку лучше понимать её.

— ...Что такое?

— Просто мне показалось, что ты немного похожа на кошку.

Я говорил искренне. К тому же, складывалось ощущение, что ни о чём другом я и не мог говорить.

— Кошку?

— Да. Как кошка в незнакомом для неё вместе, даже если в глубине души ты сильно волнуешься, внешне ты всегда кажешься спокойной.

— …Мне кажется, ты не совсем прав… И я не до конца понимаю… – отвела взгляд Цуцукакуши.

Я не удержался и хихикнул, из-за чего она снова повернулась ко мне.

Как раз в этот момент из черного входа кафе вышла Азуки Азуса, моментально бросившаяся бежать. Она мчалась так, словно торопилась куда-то.

— Мы должны догнать её!

Схватив Цуцукакуши за руку, я бросился бежать. Её рука оказалась необычайно теплой, настолько, что моя ладонь начала согреваться. Я чувствовал ее дыхание рядом со мной, пока мы бежали.

К этому моменту дождь уже прекратился.

Конечно, вид тяжело дышащей девушки возбуждает. Но как только я сказал это вслух, ее ногти впились в мою руку.

ฅᨐฅ

К тому времени, как мы добрались до главной улицы, мы уже потеряли Азуки Азусу.

Возможно, она зашла в один из окрестных домов. В районе было очень шумно, повсюду велись дорожные работы. Ни капли не похоже на элитный жилой район, в котором могла бы жить такая богатая леди, как она.

Даже немного побродив по окрестностям, мы не смогли найти никаких зацепок. В конце концов мы решили отступить и отправиться домой. Как раз в этот момент из соседнего здания появилась группа рабочих в спецодежде. Повсюду зашумели грузовики и краны, кажется, уже скоро начнётся их рабочий день.

Вокруг нас поднялся гам, рядом появился кто-то из дорожной службы с красным указателем в руках, которым он направлял прохожих и проезжающих рядом машин подальше от рабочей зоны.

— … Эй, мы, часом, не спим?

— … Нет. Спим мы по ночам.

Странно. Я протирал глаза и смотрел снова и снова, но всё равно видел стоящую там Азуки Азусу. Она была одета в немодный синий рабочий комбинезон со светоотражающим жилетом и размахивала сигнальными огнями по сторонам.

— Не думаю, что такая богачка должна работать… здесь.

— И она пришла сюда сразу после подработки в кафе, – добавила Цуцукакуши.

— Всё стало ещё страннее… – уставился я на Азуки Азусу.

Каска смотрелась на ней катастрофически неуместно. Богатая аристократка, усердно работающая и потеющая, чтобы заработать деньги, вместо того чтобы полагаться на своих родителей? Сюжет из какой-нибудь книги.

Азуки Азуса и работа на стройке.

На первый взгляд, две совершенно несочетаемые вещи. Как они могут быть связаны?

— Семпай. Ты что-нибудь понял?

— Хм... Форма рабочего ярко сверкает, так что, думаю, она отлично подойдет для ночных ролевых игр на улице.

— Не стоило и спрашивать. Ты действительно законченный извращенец.

— Так и не спрашивай! Мои настоящие мысли выплёскиваются наружу, даже если я этого не хочу! Ох, пусть меня наградят, какой я честный пёсик!

— Значит, ты извращенец, даже когда оправдываешься. Понятно, – холодно ответила Цуцукакуши.

Несмотря на то, что голос у нее был тот же, что и всегда, причина холода была другой, по крайней мере, мне так показалось. И так я понял, что дела плохи. Такими темпами на меня обрушится целая снежная буря.

— Ну, как бы то ни было! Это всё неважно, ведь я – парень, который приложит все усилия ради серьёзного дела! А наша ситуация как раз такая, и потому я решу эту загадку с шиком!

И так я восстановлю свою репутацию!.. То есть, очищу своё имя?.. Уже и не помню, что хотел сказать, но главное, что прозвучало очень уверенно.

⁜

День Азуки Азусы начинается рано. Пока город еще спит, она разъезжает на своем мопеде, доставляя газеты. Хотя держать руль одной рукой во время езды очень опасно, она привыкла бросать газету прямиком в почтовый ящик, и ей удается попасть в цель с десяти метров примерно в 50% случаев. Время от времени собаки, живущие в доме, пытаются утащить газету. С теми собаками, с которыми она уже успела познакомиться, дело часто заканчивается игривой схваткой, во время которой Азуки Азуса радостно хихикает. Всякий раз, когда она играет с кошками или собачками, Азуки Азуса выглядит искренне счастливой.

Азуки Азуса живет в обычном жилом доме на четвертом этаже. Из-за правил аренды ей не разрешается держать домашних животных. На это мать всегда отвечает: «Если тебе так нужны домашние животные, заведи детей», – шутя. Каждый раз, когда Азуки Азуса вынуждена выслушивать её, в памяти всплывают неприятные воспоминания. Она мечтает о лучшей жизни вдали от городских джунглей. Когда ее отец, пилот воздушного шара, был еще жив, мать никогда не говорила ничего подобного.

Даже когда ей пора отправляться в школу, Азуки Азуса никак не может избавиться от сонливости. Поэтому она всегда выкраивает несколько драгоценных часов сна в школьном медпункте. Поскольку после окончания уроков ее день становится еще более насыщенным, она вынуждена уходить из школы как можно скорее. Если уроки затягиваются, она притворяется больной, чтобы уйти пораньше.

Причина, по которой она решила работать в кафе с животными, заключается в том, что, по ее мнению, вероятность встретить знакомых, тем меньше, чем дальше от школы она работает. Закончив эту подработку, она отправляется на стройку. Там ее ждет ночное дежурство в качестве регулировщика движения. Такое плотное расписание Азуки Азусу никак не смущает. Под летним ночным небом, размахивая своим дорожным жезлом, она с трепетом смотрит на усыпанное звездами небо.

«Может, моя грудь и плоская, но мои мечты такие же большие, как папин воздушный шар. Однажды я стану достаточно богатой, чтобы заполучить звезду с этого неба!».

⁜

— Вот таков один день из жизни Азуки Азусы. Конец.

На экране вспыхнул слайд с подписью, означающий конец моей презентации. В груди поднялось чувство гордости за себя – пришлось пропустить учёбу, что составить такой доклад.

Мы находились в зале для презентаций после окончания занятий, наступила пауза и полная тишина. Честно говоря, я ждал аплодисментов.

— …Ты что, сталкерил меня весь день?

— Сталкерство – преступление. Я же просто пытался односторонне углубить нашу связь, поэтому следил за тобой с безопасного расстояния, чтобы увидеть твою повседневную жизнь.

— Это и есть сталкерство, извращенец! – раздался гневный рёв.

Мне удалось поймать ее после уроков, сказав, что хочу показать ей кое-что, прежде чем она отправится на свою подработку, но, похоже, ее настроение сейчас совсем испортилось. Может, потому что она больше не видела причин использовать свою маску, а может, потому что мы были здесь только вдвоем, но сейчас она честно высказывала свое мнение.

— Ну и ну. Я следовал за своей хозяйкой, как и подобает хорошему питомцу, а ты ещё и недовольна.

— Ещё и я виновата?! И что-то я сомневаюсь, что в мире есть такой жуткий питомец! И что за историю ты выдумал?! Какой, к черту, пилот воздушного шара?!

— Разве воздушные шары не прекрасны? Я бы хотел хоть раз слетать на них, очень романтично.

— Всем плевать на твои идиотские мечты! И к твоему сведению, мой папа жив и работает на нормальной работе, спасибо тебе большое! Моя мама не несёт такого бреда! Я не бросаюсь газетами, когда разношу их! Ты во всём наврал!

— Но в самом важном я ведь не наврал, да, доска?

— Не называй меня доской, урод! Все, что ты сказал, враньё с начала и до самого конца, ты, гнилой извращенец! И к твоему сведению, я работаю не с целью разбогатеть! К тому же…

— В любом случае, ты бегаешь с подработки на подработку и живёшь в дешевой квартире. Ты явно не богатая и знатная леди.

Азуки Азуса внезапно замолчала и уставилась на меня так, словно я ударил ее по лицу.

Несмотря на то, что Азуки Азуса была самой красивой девушкой школы и якобы хрупкой юной леди из богатой семьи, на самом деле она была обычной девушкой из обычной семьи, работающей на нескольких подработках. Ещё пряталась в медпункте, чтобы ей удавалось поддерживать изнурительную маску в школе.

Вот к чему всё сводится. Такое разоблачение можно сравнить с тем, как раскрывается истинный возраст айдола, который врал о нём, чтобы оставаться в индустрии. Наверное, она сейчас чувствует, что мир, построенный ею, рушится. Она открыла рот, желая что-то сказать, но не смогла ничего придумать и снова закрыла его.

— Менеджер того кафе сказала нам, что ты всегда усердно работала и что тебе очень нравилось общаться с животными. Она знает, что ты работаешь в других местах, но была бы очень рада, если бы ты сосредоточилась на их кафе.

Губы Азуки Азусы подрагивали, не издавая никаких звуков. Вероятно, она хотела сказать: «Заткнись» или «Это не твое дело», но до моих ушей ничего не дошло.

— Нет необходимости работать на износ, чтобы продолжать строить из себя богатую леди. Тратить свои деньги на дорогие вещи вроде этих часов и других аксессуаров как-то глупо, тебе не кажется?

— Что плохого в том, что мне это нравится?! Отвянь от меня!

Не знаю, что в итоге вывело ее из равновесия. По крайней мере, Азуки Азуса вошла в полную ярость, что наконец позволило ей говорить без маски.

— Я не осуждаю тебя за подобное увлечение, Азуки Азуса. Просто... вести себя как принцесса, отказывать людям налево и направо, смотреть на всех свысока... неужели это так весело?

— И что с того? Ты собираешься читать мне нотации, как будто ты какой-то святой?

Азуки Азуса резко встала, взяла свою сумку и расправила плечи.

— Ты позвал меня сюда из-за такой ерунды, просто смешно! Я ухожу.

— Попридержи коней. Я еще не закончил.

— А вот я закончила. Ты, наверное, хотел меня запугать, но у тебя ничего не вышло. Можешь просто всем рассказать. Какое мне дело до такого ничтожества? – сказала она равнодушно.

Но эти слова были лишь маской.

Азуки Азуса использовала парты в качестве перил, когда шла, как будто могла вот-вот упасть из-за дрожащих ног.

— …Эй, Азуки Азуса. Если ты боишься, что я всем разболтаю про тебя, то так и скажи.

— Кто боится?! Меня совсем не пугает шантаж какого-то извращенца... ни капельки!

Я не решился указать её на то, что она буквально дрожит от страха.

Она кусала свои дрожащие белые губы, а ее глаза смотрели прямо на меня, наполненные тревогой и страхом. Почти как у цветка, который вот-вот будет сорван.

Честно говоря, иметь такое огромное чувство гордости и достоинства, должно быть, нелегко. Если бы она могла поделиться со мной хоть частичкой маски, то ей явно стало бы проще жить.

— К слову, я не собирался угрожать тебе или вроде того.

— П-правда?! Н-нет, нельзя верить такому гнусному сталкеру!

— Я приношу свои извинения. Но, как я уже говорил, я твой питомец, Азуки Азуса. И я хотел выяснить, почему моя хозяйка всё время такая уставшая.

— …Даже твоё объяснение до жути пропитано извращением…

Словно пытаясь угадать мои намерения, она пробежалась взглядом по мне с головы до ног. Она отпустила парту, вновь взяв под контроль свое дрожащее тело. Как я и говорил, у меня не было планов угрожать ей. Я ведь уже упоминал, что люблю видео с счастливыми девушками, а не насилием.

— Ты помнишь, что я говорил тебе в столовой?

— ...Хмф. Ты имеешь в виду тот случай, когда ты начал приставать ко мне?

— Я не приставал к тебе! Я говорил искренне. У меня совсем не получается лгать. Ты действительно украла у меня кое-что очень важное, когда вижу тебя, невинно улыбающуюся, сердце начинает биться быстрее!

Особенно этот чокер, похожий на ремень. У меня в груди все сжимается, когда я вижу, как символ моей маски обвивает её шею.

Эти слова я пробормотал вслух, но так тихо, что Азуки Азуса их не услышала. Она же удивлённо раскрыла глаза, её бледное лицо в мгновение вновь обрело краски и покраснело. Она растерянно смотрела на меня, хлопая глазами:

— Ну... Ну. Знаешь, для такого извращенца, как ты, эти слова оказались слишком хорошими, так что я, честно говоря, немного удивлена, что ты мог сказать что-то подобное так открыто…

— Потому что я сказал правду.

— К-как скажешь. Так чего ты хочешь?

— Как ни посмотри, ты слишком много работаешь, Азуки Азуса. Как твоему питомцу, мне больно смотреть на твоё самочувствие. Так что, может, сходим на свидание, когда закончатся экзамены?

— С-свидание?!

— Если свидание не подходит, тогда можно устроить прогулку, собачьи бега, да что угодно! Я просто хочу пойти с тобой куда-нибудь, дать тебе понять, что я рядом, и вернуть ту драгоценную вещь! Вот и все, что мне важно!

— Ну, естественно, ты как всегда прямолинеен…

— Ты против?

Выражение лица Азуки Азусы словно говорило: «Не смотри на меня такими глазами», она немного заколебалась, но в конце концов...

— …Хорошо, – пробормотала она тихим голосом.

Я принял победную позу, вздёрнув кулак вверх, а она тем временем направилась к выходу.

— Ну, в задачи хозяина входит и вознаграждение питомца, верно? – произнесла она повышенным голосом, словно пыталась убедить саму себя, стоя уже перед порогом.

Думаю, она снова надела свою маску.

ฅᨐฅ

Убедившись, что она ушла, я подал сигнал, после чего из-за проектора показалась Цуцукакуши.

— …Что ты собираешься сделать?

— Именно то, что я ей сказал. Похоже, Азуки Азуса всегда восхищалась жизнью аристократки. Возможно, именно поэтому ей и понадобилась маска. Я подумал, что что-то обычное, приземленное, например, время, проведенное с кем-то вроде меня, может помочь ей увидеть хорошее в более простой, обыденной жизни. И если она сможет проникнуться такой жизнью, то, возможно, ей больше не понадобится маска. Я не могу лгать, поэтому придумал именно такой план.

— Ты просто хотел пойти на свидание с Азуки-сан, не так ли? Понятно.

— А? Ты вообще меня слушала?

Цуцукакуши смотрела на меня безразличным взглядом. Было видно, что она хочет что-то сказать. А я-то думал, что придумал отличный план по восстановлению своей репутации. Так почему же она в таком плохом настроении?

…В плохом настроении?

Точно. Раньше я как-то не придавал этому особого значения, но кое-что было не так. Цуцукакуши, которая должна была лишиться способности проявлять эмоции, выглядела ужасно надутой.

— Я пойду с вами.

— А? То есть я не против, но тогда свидание будет не совсем с Азуки Азусой…

— Я обязательно пойду.

— А, ну ладно...

Я был погружен в мысли, почему она выглядит такой расстроенной, поэтому не стал спорить.

ฅᨐฅ

Большая часть жизни школьника вращается вокруг учебы. Ежедневные старания очень важны, особенно перед самыми экзаменами. Однако именно в такие моменты у меня возникает желание зарубиться в какую-нибудь игру. Неужели это такой инстинкт?

Кстати, какое место для свидания можно назвать «обычным»? Я решил поинтересоваться этим у Понты во время нашей игры в deathmatch* «Братья-сантехники», но он просто ответил: «Игровой центр».

[п/п: Deathmatch — вид игрового процесса многопользовательской компьютерной игры, в котором основная задача — непосредственное уничтожение противников]

— Игровой центр? Конечно, маджонг на раздевание – лучшее изобретение Японии на сегодняшний день, но я не думаю, что смогу пригласить туда такую девушку. Честное слово, Понта, иногда ты несёшь чушь.

— Эй, не причисляй меня к себе подобным. Почему первое, что приходит тебе в голову при упоминании игрового центра – маджонг на раздевание?! И притормози-ка, Принц-пошляк. Свидание с девушкой? Даже если бы мир был в опасности, я бы не позволил случиться чему-то настолько сомнительному!

— Ух ты, а как же мир во всем мире?! И перестань бить меня контроллером!

...Как видите, я был занят игрой с Понтой и его дурачествами, а ведь я еще даже не проработал детали свидания с Азуки Азусой. Вдобавок ко всему, я чувствовал, что забыл кое-что очень важное... А, мои экзамены? Конечно же, я их провалил.

Я вспомнил о том, что нужно связаться с ней, только за день до свидания. Определившись с днем, местом встречи и прочим, я позвонил ей домой. Трубку взяла её мама, которая, на удивление, оказалась очень приятной:

— О, Боже, спасибо, что всегда заботишься о моей Азусе.

— Что Вы, никаких проблем.

— Нет, правда. Она постоянно говорит о тебе.

— А... Что именно она говорит?

— Неважно. Я, кстати, очень люблю собак.

— А?

— Пожалуйста, приходи к нам в гости в любое время, хорошо?

— Э-э…

— Фу-фу-фу.

В итоге мы поболтали больше, чем я планировал, и совсем забыл рассказать о Цуцукакуши.

ฅᨐฅ

Итак, настал день нашего свидания.

Когда я подошёл к главному входу в торговый центр, расположенный недалеко от станции, Азуки Азуса уже стояла там.

— Прости, что заставил тебя ждать… А-а-ах, всегда мечтал сказать так в реальности, а не просто нажать на кнопку в игре.

— …О чём ты вообще? Кроме того, я сама только пришла сюда. Я не голодный щенок, ясно? Я совсем не ждала нашего свидания, чтоб ты знал.

— Ну да, конечно...

— Но все же, почему ты позвонил мне только вчера? У меня плотный график, учеба, много подработки, а еще нужно было подготовиться морально. Почему ты связался со мной в последнюю минуту? Как ты думаешь, сколько я ждала? Я уже начала волноваться, что ты забыл! Я устала ждать у моря погоды, понимаешь?

Нет, ни капли. К слову, до назначенного времени еще пол часа.

— Раз уж я любезно согласилась на свидание с тобой, ты должен устроить всё подобающе! И куда мы пойдём сегодня? Ты мне ничего не сказал заранее.

Азуки Азуса проверила свой внешний вид посмотрев на своё отражение в окне здания, и слегка одернув юбку. На ней была желтая блузка, которая хорошо сочеталась с ее каштановыми волосами, что немного отличалось от ее обычного стиля. Обычно она как одинокий космический цветок, но сейчас я бы сравнил её с высоким и ярким подсолнухом, цветущим под летним солнцем.

— Тебе очень идёт.

— А?! Чего так внезапно?.. В-впрочем, я этого и ожидала, так что ничего удивительного.

— Но я знаю, какая одежда подойдет тебе еще лучше, – сказал я и указал на витрину на другой стороне улицы.

В окнах магазина виднелся наряд, обожаемый всеми девушками – свадебное платье.

Да, сперва мы сходим в свадебный салон.

— …А?

— Я подумал, что для начала нам следует сходить туда.

Поскольку Понта оказался совершенно бесполезным, я решил все спланировать сам. Что может быть лучше, чем показать Азуки Азусе прелести обычной жизни, сосредоточившись на самом счастье? А что может быть более ярким олицетворением счастья, чем брак? Будучи аристократкой, она может столкнуться с такими проблемами, как родословная или браки по расчёту, но обычные люди женятся по любви. Думаю, для того, чтобы она осознала радость брака, нет лучше места, чем магазин, полный профессионалов этого дела.

Не обращая внимания на то, что Азуки Азуса застыла как статуя, я взял ее за руку, пересек улицу и вошел в магазин. Интерьер, выдержанный в чисто белых тонах, был ослепительным: на витринах было представлено множество роскошных свадебных платьев. Кроме того, помещение было украшено маленькими колокольчиками и ангелочками, словно подражая церкви.

— Извините, мы задумались о свадьбе и… – сказал я первому попавшемуся сотруднику.

С отполированной улыбкой мне ответили:

— Поздравляю! Для меня большая часть помочь вам открыть…

— ГЯЯЯЯАААА! – раздался полный ужаса голос.

Уже через мгновение я оказался за дверями магазина.

Честно говоря, я не ожидал, что Азуки Азуса настолько сильная. Вцепившись в воротник моей рубашки, она пробежала по улице более ста метров. Наконец, проносящиеся мимо меня пейзажи начали замедляться. Когда я обернулся, то увидел, как мокрая от пота Азуки Азуса поправляет волосы, глядя на меня.

— Рано! Ещё рано!

— А? Правда?

— О таком стоит задумываться после того, как мы узнаем друг друга получше, верно?! Мы же не кролики, чтобы…

— Я думал, что всё продумал..., подумал, что так ты сможешь проникнуться жизнью обычных людей. Разве ты не хочешь надеть свадебное платье?

— Проблема не в этом! У нас еще не такие отношения, и мы должны пройти весь путь неспеша… с-стоп, я не имею в виду, что хочу этого…

Её плечи вздымались и опускались, а дыхание было прерывистым.

Она вся покраснела и потому потирала красные уши, словно пыталась вернуть их в нормальное состояние.

Внезапно я почувствовал на себе острый, пристальный взгляд, наблюдавший за мной с противоположной стороны улицы. Конечно, я знаю, кто следит за нами, но сейчас лучше сосредоточиться на свидании.

— Ну что ж, если с браком ничего не вышло, тогда перейдем к следующему. Думаю, ты правильно сказала про «пройти весь путь неспеша». Доверься мне сегодня, как будто ты на борту «Титаника».

— Если я доверюсь тебе, то точно утону! Уверена, что следующий пункт в твоём плане такой же глупый! – как могла, запротестовала Азуки Азуса, хлопнув меня по руке.

Из-за этого дотащить её до второго места оказалось гораздо сложнее. На углу перекрестка главной улицы стояло здание с несколькими магазинами внутри, мы поднялись на второй этаж. Мой взгляд привлек рекламный щит перед ним.

«Гинекология Хигути».

В браке у влюблённых рождается ребёнок. Все понимают радость рождения своего дитя, так что, очевидно, так я смогу показать Азуки Азусе счастье обычных людей.

— …А?

Азуки Азуса внезапно замерла. С её губ сорвался неразборчивый стон, а лицо становилось всё краснее и краснее, казалось, что вот-вот пойдёт пар, как из чайника. Она стояла, застыв, на грани обморока.

— Что случилось? Заходи внутрь, а то испортишь здоровье.

— …

— В конце концов, я мужчина, поэтому готов взять на себя ответственность.

Я имею в виду, что сегодня ужасно жарко. Если мы продолжим разгуливать по улице, у нее может случиться тепловой удар, поэтому я решил, что лучше сводить её в больницу, где профессионалы смогут объяснить ей радость материнства. Если к нам возникнут вопросы, я смогу сам всё объяснить.

Поскольку Азуки Азуса застыла на месте, я попробовал слегка подтолкнуть ее, как вдруг...

— ИЗВРАЩЕНЕЦ, ИЗВРАЩЕНЕЦ, ИЗВРАЩЕНЕЦ, СУМАСШЕДШИЙ ИЗВРАЩЕНЕЦ! ЧУДОВИЩЕ! ЗВЕРЬ! ЖИВОТНОЕ В ТЕЧКЕ!

— В чём дело?!

— Закрой рот, поехавший! Когда?! Когда ты сделал это со мной?! Пока я спала?! МОЙ ПЕРВЫЙ РАЗ! Как ты собираешься взять ответственность?! Что ты теперь будешь делать?!

Кипящий чайник сменился на паровую турбину, Азуки Азуса вышла из себя, бешено колотя меня по животу, размахивая руками, как на соревнованиях по метанию молота. Ох, у тебя пробудился интерес к лёгкой атлетике? Ха-ха-ха. Ой-й, у меня голова кружится, Азуки Азуса. Впервые такое…

Перед гинекологией стояла красная, как помидор, девушка, желавшая, похоже, побить мировой рекорд по метанию. Очевидно, что окружающие уставились на нас.

— Боже правый, вот почему современная молодежь такая проблемная. Увлекаются короткими летними интрижками, а потом страдают от незапланированных трудностей. Как безрассудно. И вот ожидаемый результат! Позорный извращенец!

Я услышал пренебрежительные шепотки и бормотание вокруг нас. Жаль. Так много людей делают поспешные выводы, особенно обо мне.

— Ты действительно худший бабник-извращенец из всех.

Не говоря уже о том, что к ним присоединился голос девушки, которую я очень хорошо знал. Она была одета в камуфляжные брюки, кепку «Ньюсбой» и несла сумку, перекинутую через плечо. Будто на войну собралась. Напоминающая игрушечного солдатика Цуцукакуши двинулась к нам.

Конечно, я знал, что Цуцукакуши с самого начала следила за нами. Именно её гнетущий взгляд я почувствовал совсем недавно. Но поскольку она постоянно держалась ровно в десяти метрах от нас, я подумал, что она решила поиграть в сталкера, а потому не препятствовал ей. Неужели она тоже решила сыграть в метание молота? И всё-таки она ребёнок.

— Так почему ты вышла, Цуцукакуши?

— Я собираюсь позвать сюда союзницу всех женщин, полицию. Чем ты занимаешься тут? Пытаешься изнасиловать? Думаю, тебе стоит обдумать свои преступления в тюрьме.

— Изнасиловать?!

Я беру свои слова назад. Она говорит со стопроцентно безэмоциональным лицом, а ее голос настолько холоден, насколько это вообще возможно, при этом она произносит слова, которые ребенку никогда бы не пришли в голову. Своим ледяным взглядом она резала меня похлеще любого ножа, а Азуки Азуса и не думала прекращать бить меня.

— За кого ты меня принимаешь? Я такого никогда не сделаю в реальности, для подобного есть сны!

— В реальности нет значит… Погоди, ты занимаешься этим во сне?

— Конечно! Сны для того и существуют, чтобы делать все, что захочешь!

— ...Я не вижу здесь связи.

Удары по животу резко прекратились. Хотя щеки Азуки Азусы всё ещё пылали алым, её голос стал ледяным, как сибирская тундра, а взгляд стал столь же суровым, как у главы русской мафии.

— Я просто пытаюсь сказать, что являюсь идеальным джентльменом! Азуки Азуса, ты же понимаешь, да?!

— Я понимаю, что ты извращенец, наслаждающийся извращенными снами по ночам. Но кое-что мне хочется узнать…

— Да ты же вообще ничего не понимаешь!

— Ладно, давай отойдём на минутку.

Азуки Азуса, похоже, всё ещё не вышедшая из режима метания, отправила меня в полёт ударом своего воображаемого молота.

Я приземлился на задней аллее, скрытой от главной улицы, а потому совершенно пустой. Ух ты, какая она напористая. Я подготовился к таким ситуациям заранее, посмотрев парочку 18+ видео, но события развиваются уж слишком быстро…

Так я думал, пока она внезапно не схватила меня за шею.

— Эй. Это кто такая?

— Ты, наверное, уже видела её раньше. Это Цуцукакуши Цукико, первокурсница нашей школы. Она знает ситуацию…

— Я не об этом! Почему на наше свидание пришла другая девушка? Почему она знает о нём? О чем ты думаешь?! Это так же грубо, как обниматься с бродячей кошкой на глазах у своей собаки!

— Значит, Азуки Азуса считает себя домашней собачкой... Тебя это так беспокоит? И ещё, я не могу дышать…

— Пф-ф! Как будто меня это беспокоит! Я с самого начала знала, что у нас не настоящее свидание. Ты просто планировал попытаться понять мои слабости, таскать меня по извращенным местам, дразнить меня извращенными вещами, чтобы вы двое могли повеселиться! Меня не проведешь! Какая я дура, оставшиеся дни считала!.. Я тут, вообще-то, очень расстроена, хоть это ты понимаешь?!

Честно говоря, вообще нет.

Тем временем чайник продолжал неистово бурлить, обдавая меня своим паром. От нехватки кислорода начала кружиться голова – со мной такое впервые.

Как раз в тот момент, когда я уже видел улыбающегося из кустов Оскара Уайльда, пришло спасение:

— Прости. Семпай не виноват, я настояла на этой идее.

Хорошо, что дело не закончилось трупом и новым убийцей на свободе. Цуцукакуши, я всегда верил в твою доброту. Ты ведь не вызвала полицию, правда?

— Кроме того, я больше всех страдаю от того, что меня считают сообщником этого извращенца. Азуки-сан, ты, конечно же, понимаешь, что семпая нельзя оставлять одного, иначе он начнёт мешать остальным.

— И ты хочешь сказать, что стала его сторожевой собачкой? Спасибо, но я уже насмотрелась на выходки этого извращенца. Хотя я вынуждена согласиться, что он тот еще извращенец, я вполне справлюсь сама. Нет нужды в двух сторожах на этом «свидании».

— Нет, ты не понимаешь, насколько этот извращенец извращенец.

...Похоже, она оказалась не такой уж и доброй. К счастью, Азуки Азуса отпустила меня, но Цуцукакуши не удосужилась бросить на меня даже мимолетный взгляд. Они сосредоточились друг на друге, напряжение росло. Правда, в основном «напрягалась» Азуки Азуса.

— О, а ты смелая. Ну что ж, насколько извращенец извращенец? Как насчет того, что он заходит в школьный медпункт и обнимает спящую там девушку, обнюхивая её шею?

— Семпай… делал такое?

— Нюхать шеи станет только законченный извращенец. Потом он шептал девушке на ухо, пока она спала: «Когда ты проснёшься, то захочешь надеть купальник».

— ...Хмф. Неужели? А знаешь ли ты, что он подкидывал в ящик идей для студсовета предложение расширить женский клуб плавания и увеличить их бюджет в три раза? Причем несколько раз, и постоянно разным почерком.

— Что… Так ему без разницы кто, лишь бы она носила купальник?

— Потом он ходил к поставщику школьных купальников, относил им свои эскизы нового дизайна для них.

— Его так интересуют купальники… Вернее, ему только они и важны! Насколько никчёмным ты можешь быть?! Извращенец!

В одном углу ринга стояла Азуки Азуса, щеки которой уже начали разгораться от дебатов. В противоположном углу стояла Цуцукакуши Цукико, озвучивая аргументы ледяным голосом. Мне, как стороннему наблюдателю, уже был известен победитель.

— Прекратите, вы двое. Не надо ссориться из-за меня.

— Тебе никто не разрешал открывать рот, извращенец, – огрызнулась Азуки Азуса.

— Мы вообще-то не ссорились, а обсуждали тебя, извращенец.

Я проиграл.

Не успел я опомниться, как они скоординировали свои атаки против меня. Опечаленный и одинокий, я рисовал круги на земле. Как всё так вышло? Что и когда пошло не так? Общество? Страна? Планета? Солнце? Или дело в том, что сегодня необыкновенно яркое солнце?

— Т-точно. Сегодня слишком жарко, так что давайте продолжим разговор где-нибудь в прохладном месте.

— Если ты еще раз попытаешься затащить меня в кабинет гинеколога, я заставлю тебя пожалеть о том, что ты вообще родился.

— Если ты вздумаешь пойти в детский сад или, того хуже, ясли, то я заявлю о тебе куда надо.

— Почему вы обе мне ни капли не доверяете?! У меня на уме были классные, приятные места! Почему вы думаете обо мне только плохое?! Хоть раз подумайте здраво!

— Здраво, да?..

— Подумать здраво, говоришь?

Цуцукакуши и Азуки Азуса обменялись между собой сомнительными взглядами, как будто хотели что-то сказать, но в итоге промолчали, лишь со вздохом покачав головами. За столь короткий срок они успели заметно сблизиться.

ฅᨐฅ

Чтобы исправить эту странную атмосферу, нужно было сменить место. И дело не в том, что я испугался звука полицейских сирен. В любом случае, смена обстановки оказалась отличным решением.

И, к слову, Понта не обманул меня.

Сюрприз, сюрприз… В игровых центрах есть не только маджонг на раздевание!

— Ух ты! Как много хватаек*!

[п/п: редактор предлагал «кран-машин», но также в интернете есть вариант «хватайка». В общем суть названия ясна]

Игровой центр, расположенный в оживлённом центре города, предлагал широкий выбор новых и ретро-игр, в нём любили тусоваться старшеклассники. Я бывал здесь много раз, но почему-то застыл в благоговении прямо перед входом.

На первом этаже этого игрового центра было разбросано бесчисленное множество кран-машин. Призы варьировались от мягких игрушек до сладостей, от ремешков для мобильных телефонов до фигурок. Поскольку я всегда направлялся прямо к уголку игр на раздевание, расположенному этажом ниже, я никогда не обращал на них внимания.

— Тц… Давай… Почти получилось!..

Азуки Азуса осталась у входа, прижавшись щекой к стеклу автомата, наблюдая за движением крана. Она пристально смотрела на большую плюшевую черепашку, достаточно большую, чтобы обнимать её. Кран пошатывался из стороны в сторону. Азуки Азуса совсем не умела с ним обращаться, дёргая его в лево в право, как пьяница.

— Хм…

Я не мог больше оставаться в стороне и взял её за руку, когда она потянулась за бог знает какой по счету монеткой.

— Что?

— Думаю, эта игра ни капли тебе не подходит. Я впервые вижу кого-то настолько неумелого!

— Заткнись! Я впервые играю в такое! Птицы тоже не с рождения умеют летать, ясно?!

— Есть птицы, которые вообще никогда не летают. Курицы, например.

— Тьфу… Тогда ты мастер в автоматах, да, извращенец?!

Она внезапно разозлилась на меня и даже заставила поиграть. Я уверен в своём мастерстве в играх на раздевание, но автомат с игрушками – диковинка для меня. В любом случае, отступать уже поздно.

А потому я вставил монетку…

— А… а? Да он же скользкий!

— Теперь понял?! Эта игра дико сложная, тут даже осьминог не справится!

— Не думаю, что в количестве рук дело.

Проблемка… Придется обратиться за помощью к Цуцукакуши, и... А? Куда она делась?

Я поискал её маленькую кепочку и нашёл её возле автомата с конфетами. Она уже выиграла столько сладостей, что они не помещались в её руке, но это ей не мешало с тем же упорством выискивать следующий автомат-жертву. Она, вероятно, гадала, в каком из них её шансы на победу будут выше. И вот её упорство было вознаграждено: поверженный автомат щедро одаривал её конфетами.

Вот она, истинный мастер кран-машин. Ты действительно так голодна, Цуцукакуши?

— …Ух ты. Ну что, безрукий цыплёнок, попробуем другую игру?

— Уф… Но я очень хочу её… – надулась Азуки Азуса, указывая на черепашку.

Она обиженно надула губы, продолжая тыкать на кнопки автомата, который, конечно же, игнорировал её, поскольку она перестала вкладывать монетки.

Да… Она как маленький ребёнок.

В итоге настроение Азуки Азусы не улучшилось, пока Цуцукакуши не дала ей печенье. Затем Цуцукакуши подробно объяснила, что хватка крана слишком слаба, чтобы достать такой приз, на что Азуки Азуса неохотно кивнула.

Когда они так себя ведут, совсем непонятно, кто из них семпай.

Естественно, я сказал об этом вслух, на что Азуки Азуса ответила гневным взглядом, а Цуцукакуши лишь слегка дрогнула плечами.

ฅᨐฅ

Время пролетело довольно быстро. Наигравшись в краны, мы поднялись на второй этаж и начали играть в «Поймай крота».

— Давайте уже в другую! Эта совсем не весёлая!

— Почему ты плачешь, Азуки-сан?

— Никогда не думал, что кто-то может сочувствовать кротам.

— Нет, я не…

Затем были автоматы с барабанами на третьем этаже.

— Бум! Бум!.. Дон!!! Ой, здесь нужен был не дон…

— Пожалуйста, успокойся.

— Азуки Азуса, ха-ха, какая ты неуклюжая!

— Урк...

— Хмф, давай посоревнуемся.

— …Эй, почему у тебя свои барабанные палочки?

— Никак не могу уследить за движением рук Цуцукакуши-сан!

И, конечно же, мы должны были обязательно зайти на подземный этаж.

— Здесь как-то тускло.

— И сигаретами воняет.

— Смотрите! Новая версия маджонга! О-ого, на этот раз противник – медсестра!

— Ладно, пойдём к следующей.

— Согласна.

— Эй, хватит дёргать меня за уши!

— Заткнись.

— Молчи.

Время действительно пролетело быстро. Не успели мы опомниться, как солнце начало садиться, а с востока уже доносились шаги луны. Начиная с третьего этажа и заканчивая подземным, мы обшарили все уголки игрового центра и, наконец, уставшие присели на скамейку передохнуть.

Я просто планировал отдохнуть от жары, но по итогу мы болтались по центру весь день. Что вообще происходит с этим «свиданием»? Это ещё можно назвать свиданием?

— Я впервые сходила в игровой центр, как же весело! – сказала Азуки Азуса, наслаждаясь конфетками и рамуне*, выигранными Цуцукакуши в автомате с краном.

[п/п: такая японская газировка]

Она размахивала руками, выглядя беззаботной, как маленький ребёнок.

— А то! Автоматы крутые, да? Вот она жизнь простых людей – дешевые игры, но острые ощущения! Захватывающе, верно? Радости обычной жизни…

— Что за энтузиазм такой?.. Ты тот ещё извращенец, но иногда ты говоришь что-то странное даже для тебя...

— Ха-ха... Кстати, у тебя на пальце крошки от печенья.

— Я… я знаю! Я специально! Так случайно вышло!

Азуки Азуса поспешила облизать свой палец – поступок явно не благородный. Вообще, она любит брендовые вещи, строит из себя элегантную особу, но во время игры в автоматы все её аристократические замашки испарились, будто их и не было. В душе она самая обычная девушка.

И именно в этом кроется проблема.

Нам нужно, чтобы она вернулась к обычной жизни, решила избавиться от маски богачки, но что же делать, если она никогда искренне и не менялась, раз так легко проявляет полную беззаботность, прямо как сейчас?

Я взглянул на Цуцукакуши с надеждой на помощь, но она была занята закусками. Она уже проголодалась? Я знаю, что у домовых мышей быстрый метаболизм, к тому же они могут быстро умереть, если не будут постоянно есть, может, и с ней так же? Хотя я понятия не имею, куда девается вся съеденная ею еда.

— Ты ведь только что размышлял о чем-то грубом, не так ли?

— Для него это ведь норма. Мне даже кажется, что ты оскорбила его, ведь он, как извращенец, постоянно думает о всевозможных пошлостях, а не только сейчас.

— И ведь верно. Прости меня, семпай. Я оскорбила тебя.

— А вы поладили, да?..

Цуцукакуши уже слопала все свои сладости и увлечённо смотрела на конфеты и рамуне Азуки Азусы. Она, в свою очередь, стала протягивать по конфетке за раз, счастливо хихикая, будто кормила маленького зверька.

— У девочек всё проще. Они легко могут стать подругами или даже сёстрами.

В одно мгновение всё застыло. Они просто перестали двигаться. Как будто им подбросили ручную гранату, которая вот-вот взорвется. Кажется, я наступил на мину.

— А-а? Я сказал что-то странное?..

Со стороны они выглядели дружелюбно, но, похоже, в их душах томилось желание, чтобы одна из них ушла. Неужели все девушки чувствуют такое, когда рядом есть другие девочки? Брр, страшно, давайте просто забудем…

— …Нет, я просто подумала, что было бы здорово иметь такую классную сестру, как Азуки-семпай, вот и удивилась, – первой нарушила молчание Цуцукакуши.

Своей речью она явно пыталась подчеркнуть, что никаких других чувств у неё не было.

— Раз уж мы заговорили об этом, Цуцукакуши, ты единственный ребёнок в семье?

— У меня есть родная старшая сестра, но…

Но что? Я не успел спросить её, потому что:

— Кто сказал, что мы друзья?

Азуки Азуса начала вести себя странно. Хотя ее голос звучал мягко, в нем слышалось недовольство. Она тяжело вздохнула, даже не пытаясь скрыть свое раздражение.

— Согласна, мы только что веселились вместе. Но это только потому, что я позволила тебе обмануть меня. Я пришла сюда не для того, чтобы играть в друзей.

— Тебе так не нравится слово «друзья»?

— Мне нравится быть одной, ясно? Как гепард в саванне. Друзья – не более чем помеха. Они лишь мешают.

Если честно, Азуки Азуса всегда была одна. Мне удалось остаться с ней, только потому что она сама оттолкнула от себя всех остальных. Конечно, это был её выбор – устраивать при каждом удобном случае «время награждения», но…

— Знаешь, звучит не очень убедительно, учитывая, что ты выглядишь такой счастливой.

— Г-где я выгляжу счастливой?!

Но ведь именно ты держишь Цуцукакуши за руку, именно ты только что радостно качала ногами, а сейчас яростно скрипишь зубами, потому что я попал в самое яблочко.

Маска Азуки Азусы хороша, но она не способна скрыть эмоций на её лице. Говорить она может что угодно, но её лицо и поступки выдают её истинные мысли.

— Тогда если Цуцукакуши не твоя подруга, то кто же она? Ты ее ненавидишь?

— А… н-нет!..

— И? Кто она для тебя?

— ...Я в туалет, – сказала Азуки Азуса.

— Разве ты не ходила несколько минут назад? Ты что, убегаешь, как трусиха?

— Я... я не убегаю! Просто всё это время я держала себя в руках! И не нужно меня ждать! Мы не друзья, так что просто оставьте меня в покое, я всегда была одиночкой, мне плевать!

— Одиночкой?

Как мы вообще пришли к этой теме? Она из тех, кого возбуждает мысль о том, что тебя игнорируют? Занимайся подобными ролевыми играми с подходящими людьми, а не каждым встречным.

— Я не против, чтобы такой извращенец, как ты, от меня отстал! Мы же вовсе не друзья!.. – сжав кулаки, завопила Азуки Азуса.

Оставив нас и закуски, она бросилась в сторону уборной, как кролик, убегающий от опасности. Её подсолнечно-жёлтая одежда совсем не сочеталась с красным лицом, готовым вот-вот разрыдаться.

Две сотрудницы чуть не столкнулись с ней, переглянувшись друг с другом, явно недоумевая, в чём дело.

Азуки Азуса… страдает из-за своей маски, которая лишает Азуки важных для неё вещей.

ฅᨐฅ

— Не стоит так задирать Азуки-сан, – раздалось сразу после того, как жёлтая блузка скрылась из виду.

И вот, мне опять сделали выговор.

— Нормально, когда в начальной школе мальчики дразнят девочек, но ты уже старшеклассник.

— …Прости.

Девочка, внешне похожая на ученицу начальной школы отругала меня. Хотя, я и сам извинился как маленький школьник…

Цуцукакуши вздохнула, закончив отчитывать меня. В отличие от бесстрастной Цуцукакуши, Азуки Азуса открыто демонстрировала свои эмоции, за чем мне очень нравилось наблюдать. Как только я поймал себя на этой мысли, меня пробрала дрожь.

Если бы не вся эта ситуация, Цуцукакуши тоже смеялась и радовалась вместе с нами. Не то чтобы у неё совсем не было эмоций, просто они были скрыты. И об этом нельзя забывать.

— Каждому нелегко определить, какие отношения связывают его с другим человеком. Даже я хочу знать...

Она не договорила до конца, запнувшись на полуслове.

— Что такое?

Проследив за ее взглядом, я заметил фотобудку. Помнится, мы ведь так и не сделали памятную фотографию сегодня, да? Похоже, она хочет сфотографироваться. Боже, иногда Цуцукакуши бывает очень милой. Пребывая в подобных беспечных размышлениях, я резко вскочил на ноги, увидев человека, вышедшего из-за штор.

Стальной Король!

В её спокойных, красивых глазах читалась твердая, решительная воля. Даже в выходные она была одета в форму. Должно быть, у нее действительно стальной характер. В руках у неё было два человека, она несла их за шкирку, как котят: две девочки из легкоатлетического клуба.

Члены нашего клуба не могут позволить себе глупых и пустых развлечений.

О Стальном Короле ходит множество легенд, в которых она сокрушает самых жестоких преступников именно в этом игровом центре. А всё началось с того, что она впервые пришла сюда, чтобы убедиться, что члены её клуба не проводят время за глупыми играми. По её мнению, участники клуба должны тратить всё своё свободное время на тренировки, в том числе и выходные.

В клубе лёгкой атлетики был запрещен не только отдых, но и любовь. Его даже прозвали «Тёмной диктатурой».

— Я осознаю свой проступок!

— Дома мы будем тренироваться до потери пульса!

У первокурсниц были лица, как у теленка из «Донны Донны*», они бежали так быстро, как только могли их нести ноги. Президент клуба даже рта не раскрыла, просто молча смотрела им вслед. Но ведь нет ничего плохого в том, чтобы время от времени веселиться, разве нет? Жаль их.

[п/а: песня, где телёнка ведут на смерть]

Но как раз в тот момент, когда я начал сочувствовать этим девушкам, Стальной Король посмотрела в нашу сторону. Затем ещё раз. На третий раз она устремила свой взгляд ровно на нас.

— Плохи дела! Пора сваливать отсюда!

Я запаниковал и схватил Цуцукакуши за руку, но она не сдвинулась с места.

С бесстрастным выражением лица она смотрела на Стального Короля, словно готовилась к бою.

Величие Короля было таким же грозным, как и обычно. Люди, стоявшие на её пути, немедленно расступались, она подходила всё ближе и ближе и оказалась передо мной, не успел я и глазом моргнуть.

...Хм? Но раз уж у меня перерыв в клубных занятиях, значит, мне можно быть здесь, верно? Так я подумал, но потом понял, что Стальной Король смотрит вовсе не на меня.

— Цукико. Что ты здесь делаешь?

— ...Свидание, – ответила Цуцукакуши как всегда спокойным голосом, её лицо оставалось таким же безэмоциональным.

— О чем ты? Ты ничего такого мне не говорила.

— Верно, я решила ничего тебе не рассказывать.

— Что ты сказала?..

Они обменялись короткими, ёмкими фразами, словно проверяли друг друга. Происходящее напоминало дуэль Стального Короля и Ледяной Девы. Никто из них не сдвинулся ни на миллиметр. Но пока я наблюдал за ними, я кое-что понял.

У всех людей есть имя и фамилия.

Стальной Король не исключение.

Если подумать, когда я впервые увидел Цуцукакуши Цукико на свету, то мне показалось, что она похожа на кое-кого.

Как я не догадался? Хотя выражение глаз у них было совершенно разным, цвет их был одинаков: глубокий синий, словно притягивающий к себе своим очаровывающим блеском.

— ...Цуцукакуши. Старшая сестра, о которой ты говорила...

— Да. Она президент клуба легкой атлетики, Цуцукакуши Цукуши.

Цуцукакуши Цукико ответила на мой вопрос с полным безразличия лицом, а Цуцукакуши Цукуши промолчала, не став ничего отрицать. Сестры Цуцукакуши, получается? Никогда бы не подумал, хотя, конечно, стоя рядом друг с другом, они как две капли воды. У меня есть старшая сестра, но она никогда бы не стала говорить со мной таким холодным голосом. Разве они не должны миленько общаться и, например, поправлять друг другу галстуки по утрам, как Мария Юми*?

[п/а: Отсылка к серии новелл «Maria-sama ga Miteru», которая начинается с того, что девушка поправляет галстук главной героини Юми]

— Йокодера. Ты ведь все еще лечишься? – мои размышления прервал устремившийся на меня стальной взгляд, – не думала, что ты потратишь дарованный отпуск на какую-то интрижку…

— А, эм… Нет…

— Хм, понятно. Значит для излечения потребовалось свидание. Современные болезни та ещё странность, но я дилетант в подобных вопросах, потому не буду судить. Я в этом совсем не разбираюсь.

В последнее время я часто слышал подобный ласковый голос от Стального Короля, но внезапно она заговорила как прежде сурово:

— Однако кое-чего я совсем не понимаю. Почему для своего рандеву ты выбрал Цукико? Ей ещё и шестнадцати нет! Проще говоря, я не могу этого допустить.

…Каким же наивным я был.

Давление, которое она вкладывала в свой взгляд ранее, просто смешно по сравнению с желанием убить меня, читавшемся в её глазах.

Каждый мой волосок встал дыбом. Я уже бесчисленное количество раз видел, как Стальной Король злится. Потому что она всегда такая. Однако в ее присутствии мне никогда не было так страшно. Так вот каково это – ощутить на себе адский гнев?

Ясно, здесь я и умру.

— Нет, нет! Президент, вы всё не так поняли, с нами была ещё одна девушка…

Даже когда меня терзал страх, мой язык двигался сам по себе, выбалтывая мои истинные мысли, о которых было лучше не говорить.

— О? Так ты посмел втянуть Цукико в свой любовный треугольник?

— Конечно, нет! Сегодня я собирался поиграть только с другой девушкой!

— Значит, Цукико ты пригласил просто забавы ради? Ах, какая интересная история. Расскажи поподробнее.

С каждым словом брови Стального Короля нахмуривались всё сильнее от нарастающего гнева.

— Мы не обязаны что-либо объяснять тебе, сестра. Тем более, если это с тобой никак не связано.

Цуцукакуши, не задумываясь, подлила масла в огонь.

— Никак не связано… Со мной?..

Послышался отчетливый щелчок. Стальной Король передёрнула плечами.

Не успел я опомниться, как мои ноги уже рванули на всех парах.

Бежать. Только так я смогу выжить. Пока бежишь, ты можешь надеяться встретить завтрашний день.

— Семпай, что ты…

— Просто беги!

Взяв Цуцукакуши за руку, я рванул к выходу из игрового центра. Я не слушал ни протестующего голоса младшей Цуцукакуши, ни разгневанного голоса старшей. Оставив сладости и наши вещи, я схватил Цуцукакуши и просто бросился бежать.

Я не отпускал ее руку. Мне казалось, что, отпустив ее, я лишусь своей души.

…Фраза крутая, но, если подумать, я просто украл её с великой игры. Всем рекомендую!

[п/п: судя по всему, имеется в виду игра «ICO», выпущенная в 2001 году. Фраза про руку описывает геймплей игры, который заключается в прохождении испытаний вместе со спутницей. Фраза является, как я понял, крылатой и использовалась Sony для описания игры]

ฅᨐฅ

Как только мы оказались за пределами игрового центра, у меня возникло ощущение, что бог, обычно издевавшийся надо мной, решил проявить милосердие – перед нами очутилось такси. Пустое. Не задумываясь, я открыл дверь и запрыгнул внутрь вместе с Цуцукакуши, протягивая водителю бумажник.

— Отвезите нас так далеко, насколько хватит наших денег!

— Семпай, подожди...

— Не беспокойся обо мне. Я скоро получу карманные.

— Я не…

— Не бери в голову, Цуцукакуши. Газ в пол, водитель!

Я прижал ее маленькое тело к себе, закрыв ей рот, который продолжал донимать меня своими замечаниями. Может, ей и не нравится идея убежать от старшей сестры, но в условиях чрезвычайного положения свобода слова граждан часто ограничивается.

Бросив беглый взгляд в боковое зеркало, я увидел, как за нами гонится Стальной Король. Её желание убить меня чувствовалось даже на расстоянии.

— …!... !!!

Цуцукакуши билась на моих коленях, а водитель бросил на меня полный сомнений и опасений взгляд.

— Мне на мгновение показалось, что он похитил её. Но провоцировать молодого человека, уже нарушившего закон, опасно... – пробормотал он, избегая зрительного контакта.

Несмотря на сказанное, водитель помчался вперёд.

Честно говоря, есть в что-то в крутое в том, чтобы ехать такси, сам не зная куда. Как в каком-нибудь детективном фильме тоскливо смотреть на проплывающие мимо пейзажи, напевая песню из «Жизнь Мухомацу»* и погружаясь в бесконечные размышления. Однако, конечно, я понимал, что поступаю плохо, но всё же…

[п/п: японский фильм 1958 года. Кстати, вышел в СССР в 1960 году]

— Мг-г-г!

— Ай! Чего ты кусаешься?!

Не надо так сильно впиваться зубами в мою кожу, ладно?!

Грызя мою ладонь, Цуцукакуши уставилась на меня ледяными глазами. У неё есть привычка кусаться? Мне что, нужно выдрессировать её, как кошку? Она продолжала грызть мою руку, пока я не отдёрнул её.

— …Ха-а… Я сделала тебе больно, потому что ты опять грубо поступил себя со мной. Почему ты всегда такой грубый?

— Потому что Стальной Король – твоя старшая сестра – пустила бы нас на фарш! Из-за неё нам пришлось бы идти на похороны, ногами вперёд!

— Ты опять преувеличиваешь, семпай. Моя сестра не свирепый зверь и не бульдозер. Мы не сделали ничего плохого, поэтому могли бы просто поговорить с ней.

— Может, тебе легко «просто поговорить с ней», ты ведь её младшая сестра. Но для всех остальных такое просто нереально! И ещё, почему ты не рассказывала, что она твоя сестра?! У меня чуть инфаркт не случился!

Раньше Цуцукакуши никогда не называла Стального Короля «сестрой». Она использовала обращения по типу «тот человек», или «президент», но на этом всё. Неужели у них настолько холодные отношения?

— Я думала, ты знаешь фамилию президента, раз уж состоишь в клубе, даже если ты и боишься её… – Цуцукакуши на секунду замешкалась, отводя взгляд, – если бы ты поссорился с кем-нибудь, то не захотел бы говорить о нём, верно? У меня так же. К тому же, сейчас есть дела поважнее.

— Что может быть важнее?!

— Ну, например, что ты собираешься делать с Азуки-сан?

— А…

Я мгновенно побледнел.

Как далеко мы уехали от центра города?

Когда я взял у водителя кошелек и заплатил за всю поездку, то обнаружил, что у меня совсем не осталось денег. Выйдя из такси, мы оказались на национальном шоссе, то есть между нами и центром было более пяти километров. Никаких поездов поблизости не было. Вещи Цуцукакуши мы оставили в игровом центре. Однажды мне уже удалось узнать номер телефона Азуки Азусы, но она удалила его из-за фотографии с пупком. Что ж, я ошибся, бог всё так же суров со мной.

— ...Придется бежать обратно!

Не успел я договорить, как Цуцукакуши уже понеслась по широкому тротуару вдоль шоссе. Я побежал за ней. На этот раз мне не хотелось брать ее за руку – боялся, что она укусит меня.

Я поймал себя на мысли, что по жизни только и делаю, что бегу, но постоянно сбиваюсь с пути.

ฅᨐฅ

Пять километров – не самая сложная дистанция для члена клуба легкой атлетики, даже если я был на перерыве. Но ситуация совсем иная для человека, который разве что играл в мяч с детьми.

Под конец я подталкивал ее, тянул за собой и предложил отнести её на руках, на что получил резкий отказ. Наконец мы вернулись в центр города примерно через тридцать минут.

Мы ворвались в игровой центр, обливаясь потом, и обнаружили там Азуки Азусу, сидящую на той же скамейке. Слава богу, мы успели. На мгновение я почувствовал облегчение и задумался, как же извиниться перед ней, но все слова тут же застряли комом в горле.

Азуки Азуса была не одна.

С двух сторон её окружали две грубо смеявшиеся девушки.

— Давно не виделись, Комаме-чан! Как поживаешь?

— Изменила прическу и стиль? Да что же это с тобой? Решила устроить какой-то дебют в игровом комплексе? А как же твоя работа~?

Азуки Азуса опустила лицо вниз, прячась за волосами, уложенными наподобие богатой девушки, которой никогда не существовало.

— Ну как, завела друзей в новой школе?

— Ты чего, она же пришла сюда одна!

— Ой, точно~. Прости, что ляпнула лишнего~.

Судя по одежде, которую носили две девушки, они были сотрудницами этого игрового центра. Если судить по их росту, то они были школьницами. Скорее всего подрабатывают здесь.

Больше я не мог что-либо определить по их внешнему виду. Пот начал высыхать. Я не понимал, на что они намекают и о чём именно говорят, – вернее, не хотел понимать.

— Если ты все еще одиночка, почему бы тебе не вернуться в нашу школу?

— Мы же не виноваты в том, что ты перевелась, верно? Мы очень волновались за тебя, Комаме-чан~.

Азуки Азуса крепко стиснула фантики от оставленных нами сладостей. Она даже не заметила мешочек Цуцукакуши, впрочем, она вообще никуда не смотрела. Её лицо побледнело, а губы судорожно дрожали. Девушки, казалось, не обращали внимания на ее состояние. Они лишь бездумно поглаживали её по неподвижной голове, посмеиваясь.

Они враги. Мне ну нужны логика и размышления, я просто знаю это.

В жилах закипела кровь, я зашагал к ним:

— …Хм? Йокодера, ты вернулся. Я уже устала ждать. Так вот, насчет твоего свидания с Цукико…

— Да плевать на это! Уйди с дороги, дура! …Нет, это я здесь дурак! Как всё так вышло?! Почему я облажался в такой важный момент?!

— А… Что?

— Дурак, дурак, дурак! И ты тоже! Не мешайся, дура!

— А?..

Я оттолкнул девушку с хвостом, которая загораживала мне путь.

— …Дура? Я? Почему?..

Она начала что-то бормотать, но мне было уже всё равно.

— Что вы делаете с Азуки-сан?

Пока я задержался из-за препятствия, Цуцукакуши проскользнула мимо и направилась к скамейке. В ответ на ее спокойный, равнодушный голос девочки на секунду растерялись, а потом разразились хохотом.

— Ты что, подружка Комаме-чан? Не очень-то ты и дружелюбная. Сколько тебе? О, стой-стой, я не смеюсь! Ты ведь драгоценная подруга номер один, верно?

— Хорошо придумала, а, Комаме-чан? Не получилось найти друзей старшеклассников, так хоть подцепила какую-то малолетку из началки. Какое облегчение, правда~?

Затем они хлопнули Цуцукакуши по плечу. Ее худенькое тело сильно содрогнулось от толчка. Внешне она казалась спокойной и собранной, но я видел, как подрагивают её ноги.

— …Вы, мелкие!..

Не успел я договорить, как уже схватил девушек за руки.

— А?! Ты кто такой?!

— Мы тут беседуем с Комаме-чан, можешь не мешать, пожалуйста~?

— Заткнитесь! Вы, две дуры! Идиоты должны заткнуться и помалкивать!

Казалось, что я злился из-за чужой проблемы. Причина моего гнева в том, что они насмехались над Азуки Азусой и Цуцукакуши? Определённо нет. Всё из-за неудавшегося свидания? Тоже нет.

Тогда почему я так зол?

— А-а-а, почему я больше не могу нормально говорить?! Что с моим языком?!

Я не мог разобраться в своих истинных чувствах, не мог понять, почему поступаю именно так. Из-за этого я не мог нормально говорить.

— Какого черта?..

— Заткнись уже, а? Охрана, здесь какой-то ненормальный!

Девушки замахали руками в надежде, что кто-нибудь обратит на них внимание, но их желание не исполнилось.

— Меня кто-то звал, придурки? У меня сейчас особо плохое настроение.

Стальной Король с лёгкостью схватила девушек, её лицо было переполнено яростью.

— Я наконец-то выяснила, куда ушла моя глупая младшая сестра, выяснила, что моя бестолковая младшая сестра влипла в любовный треугольник, а когда наконец начала осознавать произошедшее недоразумение и подумала, что всё на самом деле хорошо, парень из самого эпицентра интрижки назвал меня дурой. Вообще ничего не понимаю. Никогда в моей жизни не происходило ничего более глупого. А теперь вы двое решились прикоснуться к моей непутевой сестренке своими грязными, идиотскими ручонками. Хотите, чтобы я поделилась частичкой своего непонимания происходящей абсурдности? Да? Так получите и распишитесь.

Она вынесла девочек из здания. До нас доносились их крики. Но что толку беспокоиться об их судьбе? Она до банальности проста, и известна всем, так же, как и то, настоящий ли пляж на фоне фотографии айдола.

 — …Я всё знала с самого начала.

Азуки Азуса медленно покачала головой из стороны в сторону и встала со скамейки.

— Мы не друзья. И не то, чтобы я чего-то ожидала, – она продолжала сжимать фантик от конфеты.

Но уже через секунду она выбросила его. Как и наше счастливое время, проведённое вместе.

Затем она повернулась к нам, одарив нас натянутой, слабой улыбкой.

— Прости меня… Прости, что не дождались тебя, у нас были причины уйти…

— Да, конечно, я всё понимаю. У всех есть свои причины. Но позволь спросить: зачем ты вообще позвал меня на это свидание?

— Я уже говорил тебе. Чтобы показать тебе мои хорошие стороны...

— И всё? Не верю. Есть и другая причина, верно?

От всего сердца я желал, чтобы она просто накричала на меня, как всегда. Но сейчас ее голос был спокойным и собранным. Словно больная собака, она выплёвывала слова самоуничижения, а ее глаза лишились всяких эмоций.

Но я даже не мог солгать, чтобы залечить раны бедной собачки.

— Нет… Всё не так… Вернее, есть другая причина, но она не столь важна…

— Опять твои причины, да? Я уже всё поняла. И с этим «свиданием» тоже всё ясно. Ты просто обманул меня. Позвал сюда другого человека. Старался усыпить мою бдительность. Заставил меня ждать. Из-за тебя я встретилась с моими бывшими одноклассниками. Ты сам создавал причины, как хитрая змея, которой и являешься.

Всего лишь тридцать минут. Какие-то тридцать минут.

Но… Что она почувствовала, увидев пустую скамейку? Что чувствовала, дожидаясь нас?

То же самое, что и тогда, когда увидела отчет моего расследования. Словно её мир рухнул. Для других подобная рана была бы пустяком. Но для неё случившееся во сто крат больнее. Такую ужасающую боль она испытала.

— Я знала, что вы просто издевались надо мной. Наслаждались моей реакцией. Смеялись у меня за спиной, в лицо называя нас «друзьями». Я просто подыгрывала вам… Ведь я всё знала с самого начала… Но поддалась, как дура…

И что же?

Цуцукакуши покачала головой. Несколько раз, так быстро, как только могла. Хотя выражение ее лица не изменилось, можно было ясно прочитать ее эмоции.

«Вот она, настоящая Цуцукакуши», – подумал я в такой неподходящий момент.

— Это неправда. Клянусь, мы ничего такого не планировали, – произнесла она своим обычным безэмоциональным голосом. Она не могла показать сожаления. И лишь дрожащее тело выдавало её чувства.

— Все в порядке. Тебе не нужно заставлять себя лгать. Мне уже всё равно, нет причин для беспокойства.

Азуки Азуса прикусила губу. Маска была словно проклятием, сковавшим её. Я знал, что её слова лгали. По подрагивающим ногам было очевидно, что маска не отпускала её. Вернее, она сама держалась за неё.

— Подожди секунду, пожалуйста. Я извинюсь, но, пожалуйста, выслушай нас...

Цуцукакуши ухватилась за руку отвернувшейся Азуки Азусы.

Но что бы она ни пыталась сделать, та её игнорировала.

— А…

Я не мог найти подходящих слов. Даже мой язык, всегда выплескивавший наружу все мои мысли, сейчас молча сжался комом.

— ...Уйди с дороги.

Она толкнула меня в грудь.

— Все. Все вы лжёте. Все всегда лгут мне. Лучше уж с попугаем поговорить, чем с вами.

Она тщательно подбирала слова, стараясь не сорваться.

Её голос дрожал, будучи как никогда хрупким. Она продолжала держаться за свою гордость, однако всё равно еле сдерживала слёзы.

— Просто… Не разговаривай больше со мной, хорошо? Ты для меня пустое место.

Прозвучали знакомые слова. Могло показаться, что они обращены к нам, но на самом деле она говорила не с нами. Она мучилась из-за чего-то, что пробудилось глубоко внутри нее.

Похоже, я открыл ящик Пандоры.

— Азуки-сан... – попыталась еще раз позвать ее Цуцукакуши.

Она не могла показать все свои сожаление и боль, не могла объяснить случившееся недоразумение. Позвать лишённым всяких эмоций голосом – всё, на что она была способна.

В конце концов Азуки Азуса ушла одна. Она была похожа на увядший подсолнух, готовый вот-вот разразиться слезами. Но только из-за маски она продолжала смотреть вперёд, не в силах обернуться к нам.

Я молча стоял, как полный идиот. В важный момент я ничего не смог сказать. Как тогда, когда у меня ещё была маска. Даже без неё я остался таким же. Ничего не изменилось.

Каждый из нас троих несовершенен. У одной нет эмоций. Другая прячется за непробиваемой маской. А третий не может сдерживать своих мыслей.

Оставаясь такими, мы не сможем стать счастливыми.

▣▣▣

Перевод: Potters

Редактура: Tepes

▣▣▣