Инь Шисюн свернул направо от Кембридж-стрит и зашел в кампус Гарвардского университета, затем направился на север по Массачусетс-авеню к юридическому факультету, где проходили занятия у Гу Няньчжи.

Он прогулялся вокруг здания факультета права. Оборудование в его рюкзаке молчало не издавая даже малейшего шума, что указывало на то, что здесь не было каких-либо необычных устройств.

В отличие от студентов, изучающих естественные науки и полагающихся на специализированное оборудование и инструменты, студенты юридического факультета Гарвардского университета использовали только свою голову и острый ум.

Инь Шисюн остановился на проспекте, расположенном неподалеку от юридического факультета, и сделал на свой телефон серию селфи, чуть сдвигая каждый следующий снимок, чтобы получить идеальную 360-градусную запись всей прилегающей местности. Проспект был наводнен любителями селфи, вызывающе махающими вокруг своими палками.

Инь Шисюн, с его скромной одеждой и плебейским подходом к фото себя любимого, не уследил за новыми тенденциями в мире селфи. Посмеиваясь, он поправил темные очки и бросил взгляд на карту местности, которую держал в руке. Он понял, что прямо напротив юридического факультета, с восточной его стороны, расположен знаменитый факультет электронной инженерии Гарвардского университета.

У Инь Шисюна вдруг пробудился интерес к этому месту. Он неспеша приблизился к зданию факультета электронной инженерии.

Инь Шисюн все еще оставался в роли туриста. При себе у него была гарнитура для iPhone, и с виду все выглядело так, будто он слушает музыку, а темные очки на лице не позволяли однозначно определить, на что он смотрит.

Инь Шисюн полностью сосредоточился на своей гарнитуре, едва вошел на территорию факультета электронной инженерии. Его гарнитура была подключена к оборудованию, которое он нес в рюкзаке. Вообще, это была вовсе не гарнитура для iPhone, суть модификации состояла в том, чтобы она только внешне выглядела как гарнитура.

Через несколько секунд его гарнитура подала признаки жизни и начала издавать треск. За всем треском и жужжанием скрывались серии ритмичных тиканий и гудков. Это был звук пойманных электромагнитных и радиосигналов. Сенсоры специального оборудования, сложенного в его рюкзаке, могли улавливать, анализировать и записывать звуки, находящиеся за пределами диапазона человеческого слуха.

Инь Шисюн уже продолжительное время стоял у входа в здание факультета электронной инженерии, стараясь не подходить слишком близко.

Он прилагал все усилия, чтобы соблюдать осторожность, ведь он понятия не имел, какое оборудование здесь находилось. Все-таки это был Гарвард, и, скорей всего, работы здесь проводились с использованием современнейших передовых технологий.

Ему говорили, что лучшие колледжи и университеты США делились результатами своих технологических исследований с армией США.

Помимо этого, это ведь факультет электронной инженерии, так что не было ничего удивительного в запутанных электромагнитных сигналах, исходящих из здания.

Инь Шисюн постоял на месте, а затем, перед уходом, с широкой улыбкой на лице сделал еще несколько селфи.

К тому моменту, когда он наконец вернулся в квартиру, уже смеркалось. Гу Няньчжи ожидала его возвращения, чтобы поужинать вместе.

- Я купила пиццу, брат Сюн. Присоединяйся!

Гу Няньчжи не умела готовить. Она никогда и не готовила себе еду, ведь этого никогда и не требовалось.

В те времена, когда Гу Няньчжи еще жила с Хо Шаохэном на базе спецназа, только дневальные в столовых занимались приготовлением пищи. После она поступила в университет С, и там сложиась такая же ситуация - вблизи находилось настолько много студенческих кафе и столовых, что даже было из чего выбирать. Ей никогда не приходилось готовить ничего сложнее лапши быстрого приготовления с одним или парой яиц.

Инь Шисюн бросил взгляд на жирную сырную пиццу Филадельфия. Выглядела она до ужаса неаппетитно.

Положив рюкзак, он отправился в ванную, чтобы умыться и вытереть руки. Закончив с этим, он сказал Няньчжи:

- Не стоит есть эту гадость. Она противная на вкус и в ней полно калорий. Так и быть, пойдем, я приготовлю для тебя ужин. Я полон талантов - вот увидишь!

Гу Няньчжи с воодушевлением захлопала в ладоши:

- Ура! Тебе ведь понадобится фартук, брат Сюн? У меня как раз завалялись два замечательных фартука, которые мне когда-то подарили соседки по комнате.

- Я возьму их, - Инь Шисюн уже полностью вжился в роль шеф-повара.

Открыв холодильник, он достал кусок говядины и положил его размораживаться на стол. В холодильнике явно не хватало свежих овощей. Из того, что было в наличии, он выбрал несколько болгарских перцев, нарезал говядину и обжарил их вместе. Также, он приготовил несложное холодное блюдо, смешав тонкие ломтики тофу, огурца и омлета. Вслед за этим, он принес тарелку жареных картофельных полосок и суп из морских водорослей, креветок и яиц.

Желудок Гу Няньчжи заурчал от заманчивых ароматов. Она помогала Инь Шисюну с мелкими делами: накрыла под руководством Инь Шисюна на стол и откупорила бутылку шампанского, чтобы отпраздновать первый совместный ужин в этой квартире.

На приготовление всех блюд Инь Шисюн потратил всего полчаса. Сев за обеденный стол, он с тоской произнес:

- На самом деле из меня не такой уж хороший повар. А вот господин Хо, напротив, является настоящим волшебником на кухне, он кулинарный бог…

- Ну и ну! - Гу Няньчжи как раз набила полный рот рот тушеной говядиной с болгарским перцем, когда услышала, как Инь Шисюн похвалил стряпню ее дяди Хо.

Это пробудило непередаваемую тоску по нему в самом ее сердце, причем произошло это настолько бурно и резко, что она подавилась едой. Задыхаясь, она принялась кашлять и отплевываться.

Инь Шисюн стремительно бросился к ней и изо всех сил ударил ее по спине. Злополучный кусок говядины, которым подавилась Гу Няньчжи, вылетел из ее рта. Гу Няньчжи быстро схватила свой стакан воды и начала полоскать горло, бормоча и приговаривая:

- Брат Сюн! Ну вот чего ради ты вдруг решил вспомнить дядю Хо и его стряпню? Ты пытаешься так убить меня?!

- Что ты такое говоришь? Я ведь лишь сказал, что мистер Хо умеет готовить, вот и все - что в этом такого? - пробормотал Инь Шисюн себе под нос.

Хо Шаохэну и его людям постоянно приходилось разбивать лагерь на бесплодной земле и в пустынных горах, когда они находились на заданиях за границей. Залогом выживания было умение адаптироваться и готовить из того, что было под рукой.

Все в Силах Специальных Операций умели готовить. На самом деле не стоило об этом упоминать.

Гу Няньчжи проворчала, надув губы:

- ...Мне доводилось пробовать еду, приготовленную дядей Хо, всего несколько раз.

В первый год ее жизни с Хо Шаохэном он несколько раз готовил для нее, чтобы ее развеселить.

Инь Шисюн был очень удивлен. Он вскользь кинул взгляд на ее маленькое возмущенное личико, когда вновь наполнял свою тарелку рисом.

- Ты никогда не бывала с нами на миссии. Почему он готовил для тебя? А ты можешь вспомнить кого-нибудь, для кого он еще готовил, когда ты жила с нами на базе?

Большую часть времени они ели в столовой. Наверное, можно было пересчитать по пальцам, сколько раз Хо Шаохэн лично готовил для своих подчиненных, когда находился на базе.

- И то верно, - Гу Няньчжи задумчиво кивнула. - Теперь мне все ясно - вы, парни, все ленивы и стараетесь, как толькр появляется такая возможность, отлынивать от работы.

- Эй, что ты хочешь этим сказать? Мы вовсе не такие ленивые! - Инь Шисюн чуть не дышал огнем, пуская дым через ноздри. - Мы должны беречь нашу энергию всякий раз, когда можем, ясно тебе? Нет смысла выматываться, почем зря занимаясь такими банальными вещами, как приготовление пищи. Мы элитные солдаты, а не обычные повара! Возможно, я умею готовить, но это не значит, что я стану готовить для тебя каждый день. Лучше не рассчитывай!

Взгляд Гу Няньчжи окинул еду, стоящую на столе.

- Тогда с чего это все?

- ...Я приготовил все это лишь потому, что терпеть не могу американскую пищу. У меня китайский желудок, он переваривает только китайскую еду, - моментом выдал Инь Шисюн. - Да, кстати, я умею жарить ондатру. Хочешь попробовать?

- Уф, какая гадость! Я вообще-то здесь ем, окей? - Гу Няньчжи больше не стала давить на Инь Шисюна в попытке получить более подробную информацию о стряпне Хо Шаохэна и поспешно сменила тему.

Инь Шисюн мысленно усмехнулся. Затем он представил, что ему придется готовить для Гу Няньчжи следующие шесть месяцев, и на душе у него стало уныло.

После обеда Гу Няньчжи сложила посуду в посудомоечную машину и вернулась в свою комнату, чтобы позаниматься и сделать домашнее задание.

Немного поразмыслив, Инь Шисюн запустил на своем ноутбуке программу для видеозвонков, которая связала его с Чжао Лянцзэ. Он должен был рассказать им о текущей ситуации, а заодно попросить у Хо Шаохэна разрешения научить Гу Няньчжи готовить...

Не мог же он ей постоянно готовить.

Гу Няньчжи уже выросла. В конце концов, она выйдет замуж, а хорошая хозяйка должна уметь готовить!

Инь Шисюн мысленно похлопал себя по плечу, хваля за его сообразительность.

Он почти полчаса просидел, глядя на свой ноутбук и ожидая, пока Чжао Лянцзэ примет видеозвонок, но ничего не произошло. Чжао Лянцзэ ему не ответил.

- Что происходит? Что-то не так с подключением? - Инь Шисюн прищурился, глядя на свой ноутбук. Он долго смотрел на него, после чего повернулся и посмотрел в сторону комнаты Гу Няньчжи.

Все было тихо. Гу Няньчжи по-прежнему спокойно занималась учебой.

Если бы пропал интернет, Гу Няньчжи уже сказала бы что-нибудь.

Она выросла с интернетом на кончиках ее пальцев и безнадежно пристрастилась к нему. Инь Шисюну это было прекрасно известно.

Гу Няньчжи не подняла шума, а это означало, что с подключением к интернету в квартире все в порядке.

Так почему же он не мог связаться с Чжао Лянцзэ?

Инь Шисюн забеспокоился.

Он отыскал адрес электронной почты Чжао Лянцзэ и отправил тому зашифрованное письмо.

Из динамиков ноутбука раздался звуковой сигнал, означающий, что электронное письмо успешно отправлено.

Он ждал, когда система пришлет ему извещение его о том, что получатель открыл письмо, но оно так и не пришло.