— Что случилось, малыш? Уже устал?

Неуемный гнев постепенно стих в процессе поединка с Эсилдом, но Серенити решила поддразнить его с томной улыбкой на лице.

Если бы у нее не было повода сдерживать себя, он бы уже лежал в луже собственной крови. Но этот человек не был настроен к ней враждебно. Она не чувствовала никаких других эмоций, кроме чистого желания помахать мечом. Ей это очень понравилось.

— Не дождешься!

Тело Эсилда снова пришло в движение. Он направил меч в плечо Серенити. Но девушка увернулась и контратаковала, выставив свое оружие так, чтобы блокировать его выпад. Только сейчас на лице Серенити заиграла довольная улыбка, когда он задействовал свои навыки для атаки.

— Очень хорошо.

Теперь ей хотелось преподать ему урок. Она нанесла быстрый и точный удар.

— …Угх!

Когда он почувствовал более серьезный натиск, Эсилд тихо зарычал, пытаясь сдержать его. Ее меч, который только что летел на него сверху, теперь был направлен в его ребра. Девушка ловко развернула клинок и нанесла прямой удар.

Лязг!

Его меч взлетел в воздух и упал наземь. Эсилд, едва поняв, что только что произошло, посмотрел вниз на меч, приставленный к его шее. Острие клинка было буквально в миллиметре от его кожи.

«Все кончено».

Это было абсолютное поражение, но в то же время и приятное. Она была любезна настолько, что во время боя указала ему на несколько его ошибок.

— Ты проиграл!..

Эсилд, готовый признать поражение, насупился и встал в свою привычную стойку. Не успел он опомниться, как перед ним возникло прекрасное личико Серенити. Она была так близко, что он мог чувствовать ее дыхание. По его телу побежали мурашки, когда ее длинные белые пальцы коснулись его лица.

— У тебя очень красивые глаза. Люблю темно-фиолетовый цвет. Он довольно загадочный и мистический.

Нужно сказать, что ощущения, вызванные звуком ее голоса, были скорее мягкими, чем холодными. Его сердце на мгновение забилось сильнее, когда Серенити сказала это. Но это было совсем не так, как перед началом их дуэли.

Пока Эсилд удивлялся собственной реакции, ее холодные пальцы скользнули по его взмокшему от пота лбу и коснулись его черных волос.

— …

Серенити в абсолютном молчании зарылась пальцами в его волосы. Его шелковистые пряди вызвали у нее странные чувства.

Почему… это кажется ей таким знакомым?..

Ее красные глаза заблестели от смутного предчувствия.

«Что же это?..»

Эсилд в свою очередь молча смотрел сверху вниз на Серенити, продолжавшую перебирать его волосы. Его взгляд был устремлен на нее, но при этом она не смотрела на него в ответ.

Ее затуманенные глаза, блуждающие где-то вдали, казались какими-то грустными, и он, словно зачарованный, не мог оторвать от нее взгляд. Если бы не сердитый голос Кайраса, раздавшийся за его спиной, он так бы и стоял до бесконечности.

— Что, черт возьми, здесь происходит?!

Словно в ответ на его голос в ее красные глаза вернулся прежний огонек.

Как только рука Серенити опустилась, Эсилд почувствовал некоторое разочарование.

— Ты о чем? — взглянув на Кайраса, невинно спросила Серенити.

Выражение ее лица, говорившее, что она понятия не имеет, что именно сделала не так, ошеломило императора. Он стремительно подошел к ней и, сжав кулаки бросил, на нее грозный взгляд.

— Вчера ты убила моих рыцарей, а сегодня решила избить их до полусмерти? Кто дал тебе разрешение так себя вести?

Кайрас понизил голос, сдерживая гнев, который так и норовил вырваться из его уст. Серенити сузила глаза и приподняла уголки губ, словно понимая, почему он сердится.

— О, ты об этом. Неужели тебя рассердило то, что я тут пыталась кое-кого поднатаскать?

— Издеваешься? Я что, по-твоему, похож на шута?!

Серебряные глаза Кайраса блеснули, когда он крепко сжал ее изящную руку. Но как только он моргнул, запястье, которое схватил, исчезло.

Серенити, с легкостью вырвавшись из его хватки словно по волшебству, улыбнулась и подняла руки, поглаживая его изумленное лицо.

— Если держать так крепко, то мне станет больно, малыш. Ты уже принял решение?

— !..

— Ах-х… Я чувствую сильный запах… крови Хейманда…

Ощущение прижавшейся к нему стройного девичьего тела мгновенно лишило его дара речи. Не успел он опомниться, как ее вторая рука очутилась на его спине. Ее пальцы медленно двигались вверх по позвоночнику, отчего каждая клеточка в теле Кайраса вздрагивала.

Серенити подняла на него свои красные глаза и чарующе улыбнулась.

— У тебя остался всего один день.

Уткнувшись лицом ему в грудь, она начала жадно вдыхать его запах. Этот волнующий сердце аромат влился в ее разум и тело как наркотик. Ей захотелось, чтобы он овладел ею прямо здесь и сейчас, но так как ее жажда пока была утолена, она отступила. Их уговор все еще оставался в силе.

Когда она вдруг подалась назад, рука Кайраса, запоздало поднятая, чтобы оттолкнуть ее, теперь неловко зависла в воздухе.

— …

Выражение его лица было полно раздражения. Серенити никому здесь не нравилась, особенно — имперским рыцарям, которым пришлось иметь с ней дело.

Но что им было ненавистно больше всего, так это то, что она заговорила с Эсилдом как ни в чем не бывало после всего того, что с ним сделала.

Ей показалось, что Кайрас неким образом был оскорблен, когда она обратила свой взор на черноволосого мужчину.

— Как тебя зовут?