Первый взрыв, озарив небо цвета морской волны, ознаменовал начало боя.

Водовоз-убийца рванул вперёд и въехал прямо в пламя. Взрывостойкие двери открылись, и наружу повалили солдаты, и если попадавший на ноги огонь они ещё хоть как-то игнорировали, то пули уже не получалось — Хейвиа не терял времени и всех отстреливал, посвистывая между делом.

— Бой только начался, и не будет ему конца и края до самого казино. Не просрите все патроны, а то джекпот не сорвём!

— Ты больше всех палишь, Хейвиа!

— Если сыграем в ящик, то и смысла не будет!

— Ну и что прикажешь делать?!

Жалуясь, Квенсер смял кусок пластита в шар с мяч, присоединил взрыватель и бросил в сторону солдат Организации Веры, которые настойчиво целились из-за укрытия по незваным гостям.

— Ого, прилипло к нему?

Враг, увидев прилипшую к шлему бомбу, запаниковал, а Квенсер не стал сдерживаться и с помощью рации взорвал убегавшего солдата вместе со всеми остальными за укрытием, а Хейвиа безжалостно добил всех вражеских солдат, которые успели отскочить от взрыва.

— Ого, эти мордовороты такие высокоморальные. Сражаются как надо и даже мрут, когда надо.

— Им точно платят больше нашего.

Пока Хейвиа менял магазин, Эванс противотанковым ружьём уничтожил стену, за которой прятались враги.

Квенсер с остальными продвигались вперёд, а безобидные девушки в бикини и костюмах зайки бегали в панике туда-сюда.

Группа добралась до утопающей в неоновом свете главной зоны казино. Уже почти наступил рассвет, но яркие вывески всё ещё выжигали глаза.

— Веруны как-то несерьёзно к нам относятся. В смысле, у меня же на спине ракетница.

— Наверное, не хотят повредить дороги и мосты гусеницами танков. А пулемётами и артиллерией можно ненароком зацепить какую-нибудь большую шишку.

— З-значит, на курорте для богачей нет снарядов из обеднённого урана? Такие пули пробьют цель и заодно цистерну с водой.

В тот же миг стена ресторана сбоку разлетелась, и на главную улицу выехала гигантская машина. Она походила не на водовоз-убийцу, а скорее на гигантский самосвал, который высотой мог потягаться с трёхэтажным домом. И предназначалась машина отнюдь не для строительных работ. Спереди у двенадцатиколёсного бронированного грузовика крутился под углом вал с цепями и грузами, словно щётка в автомойке, и при контакте с ним железобетонное здание могло превратиться в пыль. Диверсанты и думать не хотели, что случится с человеческой плотью.

— Это цеповой вал! Они реально создали эту хрень для разминирования!

— Сдаваться они всё-таки не хотят. Наверное, этой штукой они рушат здания с минимальным риском пожара. Эванс, твоё противотанковое ружьё на нём не сработает, не трать пули! — прокричал Квенсер товарищу, который без передыха посылал в грузовик специальные патроны.

Машину изначально создали для разминирования. Проще говоря, грузовик расчищал зону от мин, наезжая на них. В отличие от ковша трактора, цепи и грузы не гнулись и не ломались от взрывов. Плюс грузовик сделали больше и оснастили дополнительными модификациями, потому никакое огнестрельное оружие не имело против него и шанса.

И теперь гигантский грузовик с цепами явно двигался на незваных гостей. Если они укроются за автомобилем, тот превратится в труху вместе с ними.

Квенсер с остальными быстро забежали в заведение неподалёку. Их встретила стойка рецепшна, за ней были длинные и узкие стеклянные двери, а остальное пространство занимали кабинки размером с телефонные.

Когда Хейвиа с остальными направили оружие вглубь здания, паренёк за стойкой со слезами на глазах поднял руки вместо того, чтобы нажать кнопку снизу.

— У-у меня нет денег! Тут нет сейфа! Я не хомячу выручку, и нет никаких общаков!

— Мне насрать, балабол. Где чёрный вход?! Покажи, и мы уйдём. Живо! Сейчас же! — прорычал опальный аристократ с винтовкой наперевес, но главная опасность лежала впереди, а не у стойки.

— Чёрт, это тир! Нажратым мужикам дают пушки?! Совсем поехали?!

— Не заморачивайся. Они стоят спиной к нам, да ещё в наушниках. Для них сейчас главное — пальба по мишеням, нас вообще не заметят, — обнадёжил Эванс, держа тяжёлое на вид протитанковое ружьё. В тире вместо двигавшихся по рельсам бумажных мишеней стоял огромный экран, который закрывал всю стену, словно в кинотеатре.

— Божественный чемпионат по покеру в казино «Олимп» приближается к кульминации. Звезда этой ночи — Уайдин Аптаун из Полевой службы зачистки Корпораций Капиталистов. Эта горничная просто помешана на деньгах, а то, как она раскладывает карты, зажжёт любое шоу. Но не будем забывать о таинственном участнике, который называет себя Тысячеликим богом. Имя чудное, но его навыки невероятны. Европейская восьмёрка лучших уже спасовала. Теперь предсказать итог просто невозможно.

В тире использовали игрушечное оружие с инфракрасным лазером, который синхронизировал мушки с экраном, что позволяло участникам пустить знаменитостям пулю между глаз. Так неудачники могли выпустить пар.

Четверо недоумков побежали по коридору, который уводил за стометровый тир, похожий на зал для боулинга.

— Не могу винить их вкусы, но почему на экране Элизабет не было? Разве не она тут главная знаменитость?

— Она богиня удачи, забыл? Ей нельзя в такое играть, люди увидят, как она просирает.

Они ориентировались по указателям и шли к чёрному входу, по пути обсуждая ситуацию.

— Всё равно надо разобраться с цеповым валом. У него непробиваемая броня только спереди. Если обогнём его и выстрелим в бок или прямо в зад, то по идее пробьём.

И тут в коридоре раздались выстрелы, которые совсем не походили на звуки игрушечных пушек. Мёнри с Эвансом укрылись за автоматом с напитками, а Хейвиа повалил на пол беззаботного Квенсера. Телохранители, которых наняли посетители, оказались вооружены даже лучше солдат.

Застигнутый врасплох стрельбой, Эванс крикнул остальным:

— Что за парасоли? Маскировочная сетка?!

— Ага, пока ещё слишком дорого носить такие штуки на себе, как дождевики, но уже продаётся куча вариантов, которые раскладываются как щит.

— Чёртовы любители. Они убивали время на лежаках, пока их хозяева беззаботно стреляли в экран?!

Хейвиа сделал предупредительный выстрел над парасолями, на которых в реальном времени выводилось изображение для маскировки телохранителей.

— Мы пришли только за Элизабет Шнобель! Если не хотите втягивать своих клиентов, тогда проваливайте! Наша двенадцатилетняя элитница вдруг захотела новой жизни, зря мы бы жопы не рвали. С каждой секундой жизнь будущей красотки утекает. Если замедлите нас, получите пулю прям в шоколадный глаз! Но если вы из тех извращенцев, которые ради лишней перестрелки готовы подставить мне анус, тогда идите и получите, засуну локоть!

Услышав предложение мешков с картошкой, люди в чёрных костюмах и солнечных очках сложили парасоли. Всё-таки они не были извращенцами. Они медленно прошли к кабинкам, которые заняли мужчины с плотным телосложением (короче, жиробасины) и нажали кнопку включения тревоги. Хейвиа показал средний палец и сделал ещё одно предложение молодым людям, в чьём светлом будущем не сомневался:

— Мы скажем, что нам пришлось отступить из-за вашей слаженной работы. Доложить можете что угодно, главное, упомяните, каким крутым я был.

Старший телохранитель взглядом велел уходить и указал подбородком на запасной выход.

— Порой солидарность пугает.

— Лучше уж так, чем нарваться на кого-нибудь с извращённым чувством справедливости.

— Понимаю. Стрелять в поборника справедливости сложнее всего.

— И ты туда же, Эванс?! — возмутилась Мёнри. — Нам одного борца за справедливость мало?!

Группа покинула антистрессовый тир через запасной выход, попала обратно на главную улицу и осмотрела гигантский цеповый вал, который продолжал рыскать рядом. Цепы были только спереди, а по бокам броня выглядела совершенно обыденно.

— Эванс.

Хватило одного слова. Полуавтоматическое противотанковое ружьё наделало дыр размером с кулак в боку грузовика через равные промежутки, уничтожив экипажное отделение, моторный отсек и бак с горючим, а прогремевший взрыв добил оставшихся внутри людей.

Группа продолжила путь и, наконец, подобралась к казино «Олимп». И тут раздался шум, напоминавший трепет сухого белья на ветру, но усиленный в десятки раз, и четверо Священных Оленей обернулись.

— О-откуда это? Разогревают мотор?

— Пофигу откуда. Похоже на вертолёт. Это готовят красный конвертоплан! Он принадлежит Элизабет!

— Тогда нельзя дать ему взлететь. Возьмём кого-нибудь в заложники, неважно кого.

Раздался выстрел, и на землю свалился из-за электронной вывески вражеский солдат с раненой ногой. Бойцы Организации Веры пытались собрать своих товарищей, но Мёнри умерила их пыл огнём из скоростного дробовика.

Квенсер рванул вперёд и пнул в лицо солдата, который пытался вытащить окровавленной рукой пистолет. Любой мог изображать героя, когда есть солидное прикрытие. Студент наступил на правую руку врага и задал вопрос:

— Я слышал, тут фишки покупают за бочки оливкового масла. Какими баками владеет Элизабет?

— ...

— Можешь не отвечать, если не хочешь. Мы просто взорвём их все. Старший брат бывает жутким, когда становится серьёзным.

— Н-номера с восьмого по девятнадцатый… Её любят боги. Удача помогла ей собрать масло других инвесторов...

— Больше мне знать не надо. Вот твоя награда.

Студент вытащил из набора для выживания антисептик с бинтами, бросил к ногам солдата и затем достал из рюкзака кусок пластита.

— А бомба зачем? Вряд ли ты докинешь её до тыквенной кареты, если она взлетил.

— Главная проблема в том, что мы не можем её убить. Надо кучу всего у неё спросить, помнишь?

Квенсер пошёл вперёд, а остальные растяпы принялись обсуждать план.

Растяпа №1 не промедлил с ответом:

— Слышь, Хейвиа. Ты ж аристократ, значит, должен знать пару вещей о чартерных самолётах? Из-за чего могут отменить взлёт?

— Хм?

— Ветер и туман.