Иден бездельничал в теплой воде, одна его рука лежала на скалистом берегу, а другая обхватила Изабель, что положила голову ему на плечо. Поверхность снова начала пузыриться, все больше пара поднималось к сталактитам, что расположились на куполообразном потолке, Изабель нагревала воду всякий раз, когда температура начинала падать слишком сильно.

Тепло успокаивало его ноющие мышцы, тело Идена было покрыто синяками от боя, и он должен был быть осторожным, чтобы ненароком не намочить забинтованное лицо. Длинные волосы Изабель плавали рядом с ним, ее гладкая кожа прижалась к его телу, ее маленькая рука лежала на его бедре.

Иден ожидал, что они будут обсуждать совместное будущее, фантазировать о том, что может случиться, и приносить больше извинений за прошлые ошибки. Вместо этого они просто наслаждались обществом друг друга некоторое время, мирно и тихо.

«Ты не возражаешь, если я трансформируюсь?» - спросила Изабель, Иден открыл глаза, чтобы взглянуть на нее. - «Мне нужно взглянуть на собственные раны».

«Ох, конечно», - пробормотал он, - «я понятия не имел, что что-то не так».

Изабель отпустила Идена, углубляясь в бассейн, пока не оказалась в центре. Иден наблюдал, как она начала меняться, теперь он отчетливо мог разглядеть весь процесс, ее бледная кожа превращалась в синие чешуйки. Изабель увеличивалась в размерах, прорастали рожки и крылья, ее длинный хвост уже показался из-под воды и плавал на поверхности. По мере того как она становилась все тяжелее, ее объем вызывал повышение уровня воды, настолько сильное, что теперь ее тело создавало волны, которые мягко ударялись о грудь Идена, когда Изабель двигалась.

Вскоре Изабель вернулась к своей истинной длине. Как Иден и подозревал, бассейн был достаточно большим и достаточно глубоким, чтобы она могла погрузить свое массивное тело. Лишь острые перья, что простирались по ее спине, и вытянутые крылья расположились на поверхности водной глади, голова Изабель поднималась, как морской змей, на ее гибкой шее.

Теперь Иден смог получше разглядеть ее раны. На ее правом плече был глубокий порез, и еще один на левой передней конечности, где пика драконьего рога пролила кровь Изабель. Иден думал, что она невосприимчива к повреждениям, по крайней мере, тем, что касаются силы смертных, и поэтому было немного неприятно видеть Изабель раненой. Темная кровь начала просачиваться из ран, окрашивая воду вокруг Изабель.

«Ты в порядке?» - спросил Иден. Хоть тело Изабель и было большим, количество крови все еще пугало его.

«Раны поверхностные», - ответила она, вытягивая длинную шею, чтобы рассмотреть их поближе.

«Я могу чем-нибудь помочь? Тебе ... нужно что-нибудь?»

«Если ты не прячешь целителя, который специализируется на драконах в своей сумке, я не думаю, что ты можешь что-то сделать. Я должна прижечь их, пожалуйста, не пугайся. Это будет больно, и я могу ... закричать».

Иден приготовился. Изабель подтянула губы к порезу на плече, из ее рта вырвалась яркая струйка пламени, на мгновение охватив рану, прежде чем рассеяться и превратиться в дым. Изабель зарычала, такой глубокий и сильный звук, что оставил на поверхности рябь, запах обугленной плоти достиг носа Иден. Она повторила процесс с надрезом на передней конечности, а затем погрузилась глубже в воду, позволяя ожогам остыть. Похоже, что Изабель была огнестойкой снаружи, но не внутри.

«Так что же происходит с этими ранами, когда ты снова становишься человеком?» - спросил Иден. - «Ты все еще чувствуешь их?»

«Моя смертная форма создается и уничтожается, как мне угодно, это магическая конструкция, но моей истинной форме нужно дать время исцелиться. Было бы разумно остаться в этом состоянии ненадолго, по крайней мере, пока раны не начнут затягиваться. Драконы восстанавливаются довольно медленно по сравнению с людьми, наш метаболизм довольно слабый».

«Метаболизм?» - удивился Иден.

«Мы долгожители, питаемся нечасто, наши сердца бьются лишь двадцать или тридцать раз в минуту. Все аспекты нашей жизни протекают медленнее, чем у смертных. Я верю, что ты не будешь слишком против, если я останусь в такой форме, хотя бы на некоторое время».

«Почему я должен возражать?» - усмехнулся он.

«Ну ... я разработала Изабель, чтобы привлекать мужчин, вызывать у них особые чувства. Не думаю, что ты находишь что-нибудь привлекательное в драконах», - сказала Изабель, дым поднимался из ее морды, когда она расслабилась и частично погрузила голову в воду. - «Смертные женщины мягкие, мясистые, изящные. У них привлекательные изгибы, мягкие волосы, очень гладкая кожа».

«Но ты не всегда была такой, когда мы занимались любовью», - сказал Иден, подплывая немного поближе к Изабель. Она была настолько большой, что напоминала чешуйчатый остров, ее глаза рептилии следили за ним, пока он приближался. - «В прошлый раз ты так сильно изменила свою форму, что я не мог отличить драконьи черты от человеческих».

«Тебе понравилось, не так ли?» - усмехнулась Изабель.

«Может быть, это только потому, что это все для меня в новинку, но мне точно есть что сказать по поводу чешуек и когтей. Ты можешь делать то, чего не может ни одна смертная женщина. Я имею в виду твой язык, твой хвост...» - Иден внезапно начал краснеть, Изабель улыбнулась своими чешуйчатыми губами. Она не могла видеть, как его щеки краснеют под повязкой, но она чувствовала тепло. - «Могу ли я коснуться тебя?»

«Конечно», - промурлыкала Изабель, - «я не буду кусаться».

Иден подплыл немного ближе, его ноги покинули гладкую скалу, когда он оказался в самой глубокой точке бассейна, приближаясь к Изабель. Он протянул руку, поглаживая ее грубую шкуру. Конечно, Иден уже прикасался к ее чешуйками. Даже в ее полу-трансформированном состоянии синие были большими и грубыми, но теперь они оказались еще больше. Каждая из бронированных перекрывающихся пластин была почти такой же большой, как его рука, и обладала неопределенной формой наконечника стрелы, обращенного назад. Они были как драгоценности, меняя оттенки с голубого на зеленый в зависимости от того, как на них падал свет. Чешуйки были такими твердыми, но странно податливыми, прогибаясь под пальцами Идена.

Иден опустил руку ниже, достигнув ее бежевой нижней части, погруженной под воду. Чешуйки там были такими же нежными и такими же приятными, какими они были, когда они в последний раз занимались любовью, и Иден почувствовал, как кровь приливает к его бедрам, когда он вспомнил ощущения внутренней поверхности ее бедер.

Изабель была настолько невероятно массивной, что поднималась перед Иденом, словно отвесная стена, только постоянное расширение и сжатие ее груди служили доказательством того, что она не была вырезана из твердого камня. В каком-то смысле это было ошеломляюще, ее размер и сила безумно превосходили силу Идену. Изабель была больше похожа на власть природы, чем на живое существо.

«Когда я сказала тебе, что не могу зачать ребенка в форме Изабель, я надеюсь, что ты уловил смысл», - сказала она. Иден поднял голову и увидел, как голова Изабель поднимается из воды, ее гибкая шея маневрирует ближе, ее светящиеся глаза выжидающе смотрят на него, когда вода капает с ее нижней челюсти.

«Я еще не заглядывал так далеко вперед», - ответил Иден, заметно сглотнув, когда Изабель в ухмылке обнажила свои острые клыки. - «Ты хочешь сказать, что мы должны ... как ты сейчас? Это даже ... как бы мы ... мы точно сможем?»

«Мы сможем», - просто ответила она.

«По крайней мере, я могу быть сверху?»

Изабель засмеялась.

«Я ценю твою откровенность, Иден, но давай немного поправимся, прежде чем мы попробуем что-нибудь столь ... акробатическое».

Иден повернулся, чтобы прислониться спиной к Изабель, положив голову на ее чешуйчатый бок, позволяя себе свободно плавать в воде. Она казалась довольной тем, что он чувствовал себя так спокойно возле, и у Идена возникло подлое подозрение, что Изабель меняла свою форму во время их "романтических встреч", чтобы медленно склонить его к мысли заняться с ней любовью в истинной ее форме. Но вот чего Иден точно не мог сказать, так это то, что ее попытки не увенчались успехом.