Холмистые предгорья простирались вдаль, туман низко нависал над долиной, тень горы возвышалась за спиной Идена, пока он спускался. Голые выступы и ледяной снег сменились пурпурными чертополохами, выносливыми травами и валунами, покрытыми липким мхом и лишайниками. Иден все еще был подвержен угрозами стихии, да и лесов все еще было не видать, но худшая часть уже была позади. Он вовремя достиг подножья горы, солнце только начинало опускаться к горизонту. Должно быть, Изабель уже вернулась в свою пещеру, но если это и так, то она не отправилась на его поиски. В конце концов, магия Изабель не делала ее всезнающей. Может потребоваться некоторое время, чтобы выяснить, куда он ушел или что прихватил с собой.

Иден должен был радоваться тому, что ограбление прошло успешно, но он не мог избавиться от этого давнего чувства вины. Иден пытался игнорировать его, опуская свою сумку и раскладывая палатку. Земля здесь была достаточно мягкой, чтобы он не испытывал особых затруднений при забивании колышков. Если Изабель все же отправится искать его, ей, возможно, будет довольно-таки трудно заметить Идена с воздуха. Иден нашел довольно хорошее местечко и замаскировался, так что не будет особо выделяться на местности. Безопасность в отношение разбойников, которые могли ограбить его, пока он будет спать, была так же важна, как и сокрытие своего местоположения от разозленной драконицы.

Ему пришлось выложить несколько книг, чтобы достать свое снаряжение, Иден осторожно сложил их на соседнем камне. Книги не выглядели слишком хрупкими, но они, очевидно, были очень старыми. Последнее, чего ему бы хотелось, так это чтобы хоть одна из них порвалась, отправив пожелтевшие листья парить в воздухе, как опавшие листья на ветру. Когда Иден вынул другой том, его глаза обратили внимание на каллиграфический текст, украшавший кожаную обложку. Его сердце замерло, когда он вновь прочел название: «Жизнь и творчество Жерара де Мерсье». Некоторое время Иден просто пялился на книгу, чувствуя, что чем дольше он будет продолжать это делать, тем будет хуже, после чего положил литературное произведение на стопку надписью вниз...

«Соберись», - проворчал Иден самому себе, снова сосредоточившись на своей сумке. Он просто устал от тяжелого спуска, вот и все. Он будет чувствовать себя лучше, когда выспится. На следующее утро он проснется бодрым и освеженным, а потом, когда он пообедает горячим в гостинице в деревне, то сможет навсегда забыть об этом случае. Иден окажется в сотне миль от горы за кратчайшие сроки, и тогда он сможет просто забыть обо всем. Боги, почему он чувствует себя так, будто кого-то убил...

Иден установил палатку, ветер сильно трепал ее, а затем положил спальный мешок внутрь. Он вновь поместил книги в сумку, а затем начал сбрасывать доспехи, пробираясь внутрь и закрывая за собой "дверцу". Хотя это не помогло спрятаться от буйного шторма, холодный воздух проникал под разрывы между колышками, где палатка чуть приподнималась с земли. Иден залез в свой мешок и плотно обернул его вокруг себя, постукивая зубами. В такой ситуации лучше не разводить костер, ибо это может выдать его местоположение Изабель.

Невозможно было не вспомнить шелковистую кровать, которую Изабель вылепила из роскошных штор и причудливых платьев в своей пещере, все это богатство было просто брошено в кучу, чтобы они могли спокойно спать вместе. Иден скучал по ее мягкости, и более того, он скучал по теплу тела Изабель. То, как она крепко прижимала его к себе, ее дымный запах, ощущение ее нежных пальцев, играющих с его волосами...

Не стоит забивать себе этим голову. Когда он продаст книги, то сможет купить себе любую женщину, которую только пожелает. Они сами будут падать к ногам Идена, делать все, что он только попросит. Он сможет делить свою двуспальную кровать каждый раз с новой женщиной, если сам того пожелает, он сможет построить свой собственный гарем.

Тем не менее, мечты о плотских развлечениях не насыщали чувство одиночества Идена. Казалось, что в его груди была дыра, пустая и зияющая, как будто он оставил какую-то важную часть себя на горе. Он отмахнулся от подобных мыслей и повернулся в своем спальном мешке, пытаясь отвлечься от них, но сон множество раз ускользал от Идена, его мысли бродили кругами.

Он был потрясен до полной боевой готовности звуком копыт и звенящей брони, несколько приглушающим завывания ветра. Прилив адреналина заставил Идена выпрямиться, его сердце начало биться быстрее, инстинкты профессионального солдата сообщали ему, что приближаются вражеские всадники. У него не было времени надеть доспехи, и он схватил меч в ножнах с отведенного места возле спального мешка, держа его в руке, после чего двинулся к створке палатки и вышел на холодный воздух.

Вокруг его палатки стоял круг конных рыцарей, их лошади фыркали, топая копытами в ветхой траве. Это были паладины, благодаря пафосным шлемам и позолоченным доспехам их невозможно было ни с кем спутать. Иден повернулся лицом к каждому из них, держа меч наготове, но не вытащив его из ножен, всего его окружили шесть человек. У него не было шансов одолеть полдюжины конных рыцарей, но паладины не были разбойниками, скорее наоборот. Они варьировались от невыносимых добродетелей, которые суют свои носы в дела, которые их не касаются, до опасных фанатиков, которые могли бы ударить человека за использование имени одного из богов в пустую. Хотя они не представляли непосредственной угрозы, им точно нельзя доверять...

«Что вам от меня нужно, господа?», - спросил Иден. Он был зол на то, что его вот так окружили, но было мудро проявить немного уважения. Нет никакого смысла наезжать на паладинов.

«Вы - наемник, о котором говорил пастух», - сказал один из паладинов, благодаря шлему его голос казался более грубым. - «Мы ожидали найти ваши почерневшие кости в логове дракона».

«Пастух?» - переспросил Иден, немного расслабляясь. - «Я знаю человека, о котором вы говорите, тот пьяница, который часто бывает в гостинице в деревне, я встретил его, когда приехал в долину. Он говорил с вами о драконе?»

«Действительно», - ответил рыцарь. - «Он поведал нам о наемнике, который пытался заполучить награду, которую магистрат объявил за голову зверя. Я очень удивлен, что мы обнаружили вас живым».

«Что ж, мне льстит, что паладины заботятся о благополучии наемника», - пробормотал Иден. - «Вы всегда защищали угнетенных. Но, боюсь, я не нуждаюсь в вашей помощи».

«Мы заботимся не о вашей безопасности, а о потенциальной угрозе террора дракона», - кратко ответил незнакомец. - «Мы идем на гору с намерением одолеть его. Как так получилось, что простой наемник поднялся на гору, прямо в логово дракона, и выжил, чтобы рассказать об этом? Только не говорите мне, что вы убили этого зверя в одиночку?»

Иден на мгновение задумался, пытаясь придумать историю, в которую поверят рыцари. Они клялись в целомудрии, и в лучшие времена не любили прелюбодеяния, не говоря уже о драконе. Если бы они даже установили законы, ограничивающие подобные действия, то наказание явно не было бы мягким. Паладины действительно хотят убить Изабель? Ну, удачи им... Исходя из того, что Иден видел во время своей борьбы с ней, понадобится целая армия, чтобы одолеть ее. У этих игрушечных солдат нет ни шанса.

«Я так и не достиг вершины», - ответил Иден. - «У меня было намерение сразиться с драконом и получить награду, но мне удалось увидеть его один раз и я сразу же повернул назад. Его длина не менее сорока футов, зверь целиком укрыт чешуей, жесткой, как сталь, и способен выдыхать пламя, которое может растопить камень. Я сомневаюсь, что любое оружие смертных может причинить ему вред. Если хотите услышать мое мнение, я бы советовал вам повернуть назад и оставить это существо в покое».

«Вы приняли правильное решение», - ответил паладин, - «такие, как вы, могут даже не надеяться одолеть такого зверя. У паладинов есть особые инструменты и стратегии для покорения магических зверей, переданные нам через древние архивы ордена. Наши предки имели дело с такими существами в прошлом, и мы хорошо подготовлены к тому же».

«Почему это?» - спросил Иден, в его голосе звучал намек на беспокойство. Он тоже думал, что готов сражаться с драконом, но Изабель говорила о том, что в прошлом на нее охотились, и Иден не мог быть уверен, что у этих паладинов не было оружия, которое могло бы причинить ей боль. Если у кого-то и есть доступ к такому оружию, то только у них. Их ордену множество веков, а их архивариусы хранили древние секреты, также, как Изабель накапливала золото.

«Драконы обладают сверхъестественными способностями», - объяснил другой рыцарь, Иден повернулся к нему лицом. Необходимость поднять голову, чтобы поговорить с безликими фигурами, когда они сидели на своих лошадях, немного нервировала. - «Хорошо, что ты одумался, наемник. Если бы ты попытался пробить шкуру дракона своим лезвием, то очень разочаровался бы. Сначала дракон должен быть выведен из строя магическими средствами, чтобы нейтрализовать его великую силу и лишить его огненного дыхания. Лишь тогда он может быть уничтожен».

«Есть только одно оружие, которое может пробить его толстую броню», - добавил Паладин слева от него, - «копье, наконечник которого был выкован из рога такого же дракона».