Стон сорвался с губ Идена, когда он почувствовал, как язык Изабель отдернулся, снова скрывшись за пухлыми губками, что изогнулись в хитрой улыбке, когда Изабель отказала ему в третьем оргазме подряд. Иден уже был на грани безумия. Он не особо задумывался над этим, когда Изабель сказала ему, что она может продолжать подобное целый день, но теперь эта перспектива была слишком реальной.
«Не волнуйся», - сказала Изабель, чувствуя, что разочарование Идена уже достигает своего пика. - «У меня для тебя припасено еще кое-что...»
Она подняла грудь, настолько большую, что даже в ее чешуйчатых руках они провисали сквозь ее ладони, словно шарики из тающего воска. По мере того, как они двигались, повсюду было столько дрожащего влажного мяса, что Изабель плотно прижимала их друг к другу, чтобы создать раскол достаточно глубокий, дабы Иден смог засунуть руку по плечо. Ее сиськи были покрыты тонкими бежевыми чешуйками, более грубые синие едва виднелись по краям с обеих сторон. Пара розовых сосков торчала между этими холмами.
Изабель подтянула свою грудь к Идену, скользя ими вдоль его члена, который все еще был покрыт толстым слоем слюны, делая контакт более влажным и приятным. Она сжала их более крепко, их тяжесть давила на мужское достоинство Идена, ее кожа была мягкой, как атлас. Затем Изабель толкнула его пульсирующий член глубже в пределы досягаемости ее теплой груди, они прижимались к бедрам Идена, формируясь вокруг них из-за своего преувеличенного размера. Он чувствовал, как ее твердые соски прижимаются к его коже, Изабель начинает медленно качать своими плечами взад-вперед.
Ей не нужно было много двигаться, сиськи Изабель были настолько массивными, что медленно покачивающихся движений было вполне достаточно, чтобы принести невероятное удовольствие Идену, два шара плоти вели себя почти как жидкость. Их вес давил на него, а затем они возвращались в исходное положение, почти как ведро воды, которое качалось туда-сюда. Изабель изо всех сил пыталась удержать их в подвешенном состоянии, поддерживая руками. Она еще сильнее сжала свои груди вместе, когда они чуть не выскользнули из ее рук, предплечья Изабель глубоко вонзились в шатающуюся плоть, настолько мягкую, что почти не было никакого сопротивления.
Теперь она позволила ему свободно двигаться, инстинкты Идена одолевали его, его живот хлопал по ее груди, а член скользил внутри. Благодаря такому весу ощущения напоминали настоящие влагалище, ее чешуйчатая кожа прижималась к нему, словно две гигантские подушки. Иден делал это с другими женщинами, и даже с самыми одаренными он всегда мог видеть, как кончик его члена торчал между их сисек. Но теперь его каменный стояк полностью исчез, все, что он мог видеть, так это два чешуйчатых холма.
Изабель почувствовала, что смазка в виде слюны почти закончилась, и поэтому, она открыла челюсти, делая паузу, чтобы собрать немного слюны. Затем шар слюны приличных размеров приземлился на ее грудь, Иден следил за ним глазами, пока тот не исчез внутри ее сисек. Ее грудь была такой толстой и объемной, что уж слишком сильно напоминала бедра. Изабель облизнула губы языком, взглянула на Идена и соблазнительно взмахнула ресницами.
«Двигайся так быстро, как пожелаешь», - прошептала она, - «выпусти все...»
Неужели она наконец собирается позволить ему закончить? Как бы Иден ни был разочарован, он не мог отрицать правдивость ее слов. Он никогда не чувствовал ничего подобного раньше, по всему его телу поднимались волны удовольствия, его конечности дрожали, будто судороги. Казалось, все синхронизируется. Биение его сердца, его шаткое дыхание, движения его бедер, когда они врезались в мягкий бюст Изабель. Это было похоже на симфонию, где все инструменты играли вразнобой, сталкиваясь и противореча друг другу, но в конце концов собираясь вместе, чтобы идеально дополнять друг друга, поскольку они соответствовали темпу для создания прекрасной музыки.
Пока Иден двигался, он все глубже и глубже погружался в грудь Изабель, пока ее нижняя часть тела еле-еле удерживала ее грудь. В конце концов Изабель отказалась от попыток справиться со своей грудью, вместо этого обняв Идена. Она плотно удерживала его, используя свое плечо, чтобы помочь ему ускорить темп.
Пойманный в петли ее хвоста и крепкие объятия Изабель, Иден едва мог пошевелиться. Тлеющие угли его возбуждения теперь загорались, поднимаясь внутри Идена, словно вздымающийся, ревущий ад. Его щеки пылали, его член пульсировал меж ее грудей, по всей коже стекал пот, когда выносливость Идена подходила к концу. Его мышцы дрожали, темнота ползла по уголкам его зрения, пальцы рук и ног сжимались сами по себе.
Все шло к этому, каждый оргазм, в котором Изабель ему отказывала, только усугублялся следующим, и теперь он наконец балансировал над пропастью. Этот процесс был ему неподконтролен, он не мог принять решение самостоятельно, Изабель сама все сделает, как только ей это будет угодно. По-настоящему странное чувство - не контролировать собственное тело, и все же Иден чувствовал себя так хорошо, что боялся, что никогда больше не вернется к нормальному состоянию разума. Если бы кто-то сказал ему, что заниматься любовью можно так, он бы посмеялся над ними. Он считал себя настолько опытным в способах плотского мышления, но это было нечто совершенно иное, больше похожее на опиум, чем на секс.
Иден очнулся от своего оцепенения, когда Изабель легонько укусила его за шею, легко достигая ее благодаря собственному росту, даже при этом удерживая его пульсирующий член меж своих сисек. Она стала немного сильнее, чем раньше, недостаточно, чтобы доставить Идену боль, но достаточно, чтобы оставить красные вмятины на его коже. Было что-то необычное в том, что ее драконьи клыки вдавливались в его кадык, влажный язык вырисовывал узоры на его горле. Иден издал неприличный звук, который никогда доселе не слышал, Изабель тихонько хихикнула, после чего поползла губами выше.
«Ты уже на грани?» - прошептала она, делая паузу и прижимая губы к его уху. - «Твои стоны такие сладкие...»
Ее непристойный шепот заставил Идена сорваться в пропасть, его сердце, казалось, дрогнуло, сладкая боль, которая накапливалась в нем всю ночь, приобрела невыносимый эффект. Он стиснул зубы, но не смог сдержать болезненный стон, Изабель радостно наблюдала, как его тело начало дрожать. Она сжала витки своего пухлого хвоста, удерживая тело Идена в покое, пока он дергался и раскачивался, отчаянно толкая свой член в ее искусственную киску и заставляя ее грудь дрожать в процессе.
Длительное возбуждение усугубляло все ощущения Идена, его возбуждение, его жгучую потребность, берущую над ним верх. Вместо короткого, интенсивного кульминационного момента, который был полностью ограничен его бедрами, экстаз распространился по всему его телу, как изнурительный яд, переносимый его кровью. Каждый новый всплеск ощущений был более сильным, чем предыдущий, заставляя голову Идена кружиться, короткий момент передышки перед очередной восхитительной волной удовольствия, дающий ему достаточно времени, чтобы оценить ситуацию, прежде чем вновь затуманить его взор, доставлял безумные ощущения.
Иден чувствовал, как вздымающаяся грудь Изабель наполняется его жидкостью, толстые жемчужные шарики создают теплый карман вокруг его члена. Иден начал скользить по ее расколу, получая невероятное удовольствие от сочетания его сущности и ее слюны, стекающей по чешуйчатому торсу Изабель, блестящие нити которого свисали с ее груди и дергались туда-сюда при каждом его толчке.
Иден попытался согнуться, когда еще одна молния удовольствия пронзила его, все его нервы были связаны с тем же неослабевающим ритмом, но спиральный хвост Изабель все еще держал тело Идена крепко связанным. Теперь он перестал пытаться подавить свои стоны, его волосы распластались по всему его лицу, когда он проваливался вперед в лапах ее витков, залитых свежим потом. Иден застонал, его веки трепетали, когда он дал ей последний кусочек спермы, мышцы живота горели от усилия. Чувствовалось, будто она вытянула из него веревку, завязанную узлом, через его мужское достоинство, Изабель полностью опустошила его, Иден не мог поверить, сколько ей удалось выдавить из него.
Как только суровое удовольствие начало отступать, эйфория, не похожая ни на одну из тех, которые он чувствовал раньше, обрушилась на него, как теплое одеяло. Как будто лихорадка одолела Идена, оставив его больным и бредящим, и все же он чувствовал такое чудесное облегчение. Он закрыл глаза, не в силах подавить широкую улыбку, Изабель наблюдала за ним с довольной улыбкой, когда сознание Идена потихоньку угасало. Время потеряло всякий смысл, мир вокруг него постепенно таял, пока не остались лишь светящиеся глаза Изабель.
Она медленно отодвинулась, Иден вздрогнул, когда последствия коснулись его все еще твердого члена, глаза Идена на мгновение открылись, чтобы взглянуть, как Изабель выпустила собственную грудь из своих рук. Она позволила своим сиськам упасть вниз, гравитация овладела ими, тяжелые кучи плоти подпрыгнули после падения. Между прекрасными холмами был грязный беспорядок, струны его спермы связывали ее сиськи, попутно растекаясь под их собственным весом, и еще больше неописуемой жидкости стекало по туловищу Изабель и пробивалось между ее мясистыми бедрами. Она казалась почти такой же удивленной количеством, как и сам Иден, ее взгляд устремился сначала к его семени, а затем снова к его лицу.