Иден тащил тело вверх по туннелю, металлические доспехи все еще издавали лязг, когда их тянули по голому камню. Он почувствовал прохладный ветер, воздух становился все холоднее и свежее, солнечные лучи целиком омывали его тело, когда он достиг входа в пещеру. Иден вытащил мертвого паладина наружу, ветер развевал его волосы, и поставил ногу на нагрудник.

«Думаю, я должен ... сказать несколько слов», - пробормотал Иден. - «Я не знал тебя, а ты не знал меня. Не могу сказать, что мне очень жаль, все случилось из-за того, что ты пытался убить меня и всякое такое, но я надеюсь, что тебя там ждет лучший мир. Я чувствую, что из этого можно извлечь урок... Я хотел оставить вас, ребята, в пещере, чтобы ваши друзья смогли отыскать вас и похоронить, как только мы уйдем, но ... вы уже начинаете вонять, так что ... ступайте».

Иден столкнул тело вниз по снежному склону горы, где уже валялись три других трупа. Они были покрыты легкой насыпью снега, вероятно, уже завтра тела совсем не будет видно.

Иден отряхнулся и пошел обратно в пещеру, оказавшись в главной комнате, он увидел Изабель, сидящую рядом с собственной кучей сокровищ, будто гигантская собака, просящая угощение, что изящно сжимала нечто между своими огромными когтями.

«Хорошо, последний паладин уже ... ушел», - сказал Иден. - «Что это там у тебя?»

«Это действительно редкая книга!» - взволнованно сказала Изабель, ее остроконечные перья дрожали, что могло быть особым способом выражения радости. - «Трудно определить ее точный возраст, но она была написана где-то в поздний магический период, а это значит, что ей около четырехсот лет. Это книга заклинаний, написанная кровью морозного гиганта. Я узнала бы этот запах где угодно, даже после стольких лет. Магия крови наполняет читателя ограниченной формой силы существа».

«Так они смогли временно заблокировать твою магию?»

«Криомантия, ага», - кивнула Изабель. - «Они использовали ее, чтобы на некоторое время заглушить пламя в моем животе. Я удивлена, что такой артефакт просуществовал все эти годы, интересно, что еще паладины спрятали глубоко в своих хранилищах?»

«А как насчет этого?» - спросил Иден, наклоняясь, чтобы поднять странную пику. Она была удивительно легкой, безупречно сбалансированной, рукоять сделана из декоративного сплава, совсем неизвестного Идену.

«Драконий Рог», - торжественно ответила Изабель. - «Единственное, что достаточно острое, дабы пробить чешую дракона. Она была сделана из рога одного из моих павших товарищей. Представь, что кто-то убивает твоего родственника, а затем превращает его бедро в оружие, после чего пытается убить тебя... Примерно так я себя чувствую. Нам несказанно повезло, что у них не было с собой брони из драконьей чешуи, а иначе она бы послужила отличной защитой от пламени».

«Хочешь, чтобы я выбросил ее?» - спросил Иден.

«Нет», - ответила Изабель, качая головой. - «Я бы предпочла, чтобы паладины никогда не смогли обнаружить и восстановить это оружие. Просто положи его в кучу к другому оружию».

Иден подошел к груде сокровищ и бросил пику. Аккуратная куча была несколько задета во время боя, по всей пещере были разбросаны монеты. Вернуть их на свое законное место будет действительно сложно.

«Так как ты собираешься перенести все это?» - спросил Иден, оценивая кучу сокровищ. - «Ты ведь сама сказала, что невозможно унести столько сокровищ с горы».

«Вопреки тому, что ты мог предположить, эта пещера не мое первое логово», - ответила Изабель, отрываясь от своей книги. - «Я перемещала свой запас несколько раз за столетия. Независимо от того, насколько далеко я выбирала свое новое логово, фермы смертных и поселения в конце концов доберутся куда угодно. Это не простой процесс, и требуется сначала найти подходящее логово, но это вполне возможно».

«Значит, тебе нужно найти другую гору с достаточно большой пещерой? А что потом?»

«Потом я соберу все в деревянные ящики и совершу несколько поездок туда-сюда. Мы, драконы, крепкие существа, на своих крыльях мы можем перевозить довольно большой вес».

Если уж Изабель спокойно несла целую корову, то было довольно несложно представить, как она перевозит эти сокровища. Но даже так, это, вероятно, очень трудный процесс. Невозможно оценить, сколько тонн золота было на самом деле в пещере, или сколько перелетов потребуется.

Иден наклонился, чтобы исследовать кучу оружия. Они отобрали у паладинов все, кроме их доспехов. Как бы хорошо ни было получить в свои руки полный комплект, который не был покрыт вмятинами и царапинами, бродить вокруг в том, что по сути было униформой паладинов, довольно плохая идея. Это может одурачить непосвященных, но, если Иден встретит настоящих паладинов, они сразу раскроют его маскировку. Единственный способ отобрать униформу у их брата - это убить его. Очевидно, паладины попытаются ответить тем же.

Однако Иден мог сохранить один из коротких мечей. Они были отличительными по своему дизайну, но пока он держал его в ножнах, это не должно привлекать никакого внимания. Его собственный меч был поражен магией Изабель, лезвие осталось погнутым и деформированным после того, как оно остыло. Иден поднял один из мечей, сверкающая сталь блестела под светом факелов, рукоять украшена резьбой с головой орла. Для самоотверженных хранителей мира их снаряжение, безусловно, было очень уж экстравагантным. По мнению Идена, большую часть стоимости этих доспехов лучше было бы отдать бедным и голодающим, чем на глупый пафос. Также он достал ножны, закрепив их на своей талии. Они были значительно лучше его старых, да и на них не было никаких маркировок паладинов, что могли бы его выдать.

«Сделай доброе дело, положи ее на полку вместе с остальными, хорошо?» - спросила Изабель. Она подняла свой длинный хвост и использовала конический кончик, чтобы передать книгу в руки Идена. Он взял ее, опасаясь острых перьев Изабель, и направился к полкам, где положил книгу рядом с остальными томами.

«Похоже, в итоге ты все же оказалась в выигрыше», - подметил Иден, отступая, чтобы оценить ее коллекцию. - «Ты заполучила два артефакта, а Орден потерял четырех паладинов.

«Нуу... Полагаю, можно сказать и так», - ответила Изабель. - «Ну, это необычно ...»

Иден обернулся и увидел, что она копается в куче монет, отправляя огромные пригоршни вниз по склону. Изабель зацепила своими когтями что-то, вытащила это и свалила на пол пещеры. Идену потребовалось время, чтобы понять, на что он смотрит. Чтобы избежать магической сети, которая связывала ее, Изабель купалась в огне. Ее жесткие чешуйки были непроницаемы для ее огненного дыхания, пока паутина сгорала, но в то время она лежала на своей куче сокровищ. Пламя Изабель, по-видимому, было достаточно горячим, чтобы растопить кучу золотых монет, в результате чего образовалось нечто похожее на комковатый золотой ствол дерева как по внешнему виду, так и по размеру.

«Температура плавления золота намного ниже, чем у стали», - пробормотала она, поглаживая странную скульптуру. - «Полагаю, мне придется переплавить "это" во что-то другое».

«Уже довольно поздно», - сказал Иден, вытянув руки над головой и широко зевая. - «Вероятно, нам следует пораньше лечь спать, а то все эти убийства паладинов и перетаскивание их тел вызывают у меня сильный голод».

«Мы оба должны питаться», - ответила Изабель, кивнув своей массивной головой. - «Мне понадобится энергия, если я собираюсь залечить свои раны, и паладины нагрянули ко мне, прежде чем я смогла отведать еду, которую принесла с последней охоты».

«Кого ты там поймала?» - спросил Иден.

«Ну ... возможно, "покупка без явного разрешения" больше подходит для описания, чем "охота"», - усмехнулась Изабель. - «Я принесла пару коров, их трупы укутаны снегом в моей ... кладовой. Сейчас схожу за ними».

Изабель вновь опустилась на четыре лапы, идя по пещере в направлении одного из боковых туннелей. Ее шаги сотрясали землю под ногами Идена, и он наблюдал за ней, когда Изабель проходила мимо него, ее походка напоминала ему гигантскую лошадь. Голова Идена едва дотягивалась до ее плеча, да и она обладала такой массой, что было бы более уместно сравнить Изабель со зданием, чем с каким-либо живым существом. Огромные мускулы, которые удерживали ее тело, колебались и сгибались прямо под поверхностью ее сияющей шкуры, жир откладывался на ее мягком животе и толстом хвосте.

Иден так и не привык к тому, насколько Изабель огромна, даже если ее превращения стали рутиной. Гораздо легче было вообразить себе девятифутового гуманоида, нежели тридцатифутового зверя, который почти не имел ничего общего с человеческой формой, и все же Иден не счел ее какой-то неуклюжей. В движениях Изабель была определенная грация, из-за которой было трудно отвести взгляд. Несмотря на силу, которую она излучала, каждое движение ее хвоста было умеренным, каждый шаг ее мощных ног был размеренным.