В последнее время в наш особняк приходило много разных людей. Они хотели многое посмотреть и обсудить с моим отцом. И, похоже, именно их голоса я сейчас слышала за пределами своей комнаты.

Возможно, мне следовало просто оставить все как есть, но тут мое внимание привлек чей-то скрипучий голос.

- Причина этого - и правда в старшей мисс?

Что?

Это же я - старшая мисс? О чем они говорят? Что я сделала не так?

Мое сердце взволнованно заколотилось.

Я тихо встала с постели и подошла к двери.

Я не хотела подслушивать, но мне нужно было понять, о чем они говорят.

Тогда, возможно, я смогла бы понять, почему люди в особняке продолжают смотреть на меня свысока.

Мысль об этом разрывала мое сердце в клочья.

Я нерешительно повернула дверную ручку: с одной стороны, я хотела открыть дверь, с другой - делала это с неохотой.

Услышав очень тихий скрип, я смогла увидеть двух человек, которые стояли снаружи, сквозь появившуюся щель.

Один из них был слуга, работавший в нашем особняке уже довольно давно, а другого я не знала.

Кажется, это был недавно нанятый слуга, только что приступивший к работе.

- Я уже об этом слышал.

Он опустил взгляд, словно смутившись из-за того, каким неожиданно высоким стал его голос. Затем он осмотрелся, чтобы убедиться, что никто его не услышит, и тихо признался:

- С тех самых пор эти слухи далеко расползлись. Не только одному-двум людям любопытно было бы узнать о двух леди Хиллингтона.

- ...

- Вот почему я слышал так много слухов о старшей мисс.

Понятия не имею, о чем они говорят.

Я еще не была представлена обществу, так откуда взяться слухам обо мне?

- Конечно, мисс Хильдея не очень любящая девочка. Ей только восемь, но она все равно почти никогда не улыбается. Я и не видел никогда, чтобы она хоть с кем-нибудь обращалась по-доброму. Мисс Роза, в свою очередь, очень милая и жизнерадостная.

- ...

Этот человек.

Мне хотелось схватить его за воротник и встряхнуть, как только я обдумала всю эту сказанную им чушь.

Нормально, если я сама себя корю, но я не хотела слышать подобное от других, в особенности - от незнакомцев!

Однако мой едва было не вспыхнувший, как проснувшийся вулкан, гнев неожиданно замер, как холодный воск.

- Ты только что сказал, что герцогиня умерла из-за пророчества, дарованного первой леди? Скажи мне честно, это правда?

... Что?

«Пророчество? Мое пророчество?»

Когда я услышала об этом, мои губы задрожали.

Я не могла не скрипнуть зубами.

Мне казалось, будто я оказалась совсем голой на улице в разгар зимы.

«У меня правда есть пророчество? Но...»

Моя мать умерла из-за меня?

- Что же там такое говорится, что герцогиня умерла? Какое у мисс Хильдеи пророчество?

Другой слуга, которому задавали вопросы, не ответил, но его решительность поразила мое сердце, как топор.

Моя мать умерла из-за пророчества, о котором я даже не знала.

Тогда... Не по этой ли причине меня все ненавидят? Это так?

Мое сердце застучало как бешеное, я чувствовала ужасную боль. Я знала, что слезы стекают по моим щекам, и я чувствовала себя полной дурой.

Я осторожно закрыла дверь и глубоко вздохнула.

- Ах.

Мое зрение затуманилось.

Плечи мои продолжали сотрясаться, и я не могла сдержать слез, навернувшихся на глаза.

В первоисточнике такой истории не было.

Итак, у меня есть пророчество.

И о чем же оно?

Все это произошло из-за него?

Может, оно - причина того, почему отцу и вообще всем тяжело находиться со мной рядом?

«Почему мне так грустно? Ведь это даже не мое настоящее тело».

На моем лице, отражавшемся в зеркале, застыла невыразительная маска, как и у настоящей меня из прошлого.

Я не знала, на что я способна. Я даже не знала своего имени, пока мне не исполнилось двенадцать месяцев.

Но тут меня неожиданно сжала лапа страха.

Если моя мать умерла из-за моего пророчества, не означает ли это, что у меня с самого начала не было надежды?

Неужели я и правда просто пятая спица в колесе, ненужный посторонний объект?

Ведь в изначальной «Милой молодой мисс» другого ребенка в семье Хиллингтон не было.

Раз так, не значит ли это, что настоящая Хильдея, возможно, умерла в тот день, когда ее похитили?

Тогда я действительно не должна здесь находиться...

Разве это не так?

* * *

- Сестра.

- !

Если бы сзади меня не обхватили эти маленькие ручки, должно быть, я утонула бы в своих грустных размышлениях.

- Что ты делаешь?

Я быстро смахнула слезы. Стоящая позади меня восьмилетняя Роза еще ничего не знает.

Подавленность и печаль заразительны.

- Ничего.

- Сестра, почему ты плачешь? Кто это с тобой сделал?

Оглянувшись, я заметила, что и на ее покрасневшие глаза навернулись слезы.

Тонкие морщинки собрались кругом носика Розы, и она захныкала еще громче.

- Но почему ты-то плачешь?

- Нет... я плачу потому, что услышала, как кто-то сказал нехорошие слова.

- Это ничего не значит, Роза. Тебе нужно больше спать. Почему ты уже проснулась?

- О! Тогда мы можем поспать вместе. Не слушай их.

Роза постепенно подошла ко мне и накрыла мои уши своими теплыми ладонями. Она успокаивающе потерла их.

Мне казалось, будто она закрывает мне уши, чтобы я ничего не слышала. Вот почему я не сдержала смех. Ох, как же это мило.

Когда я посмотрела на Розу, она намеренно медленно моргнула милыми глазами, словно говоря: «Вместо того, чтобы быть умной, я лучше буду милой».

- Мне все еще хочется спать. Пойдем со мной в кровать вместе, сестра.

Это странно. Мне показалось, я только что слышала, как кто-то скрипнул зубами.

Но перед собой я видела только широко улыбающуюся милую Розу.

Ладно, просто быть такого не может, чтобы эта девчонка, похожая на кролика, могла так злиться, чтобы даже скрежетать зубами.

- Пойдем?