«Белое пространство». То, чего не мог понять Матсуяма.

Он был вне себя от радости, когда его закинули сюда. Есть то, чего он не знает и не понимает. Это дарило лишь радость.

Получив объяснения от Илиады он спустился в новый мир и столкнулся со множеством непонятных вещей. Он не мог сдержать волнения, видя на дороге столько нового. Постепенно разбираясь, он заинтересовался новыми явлениями. И думал, как же чудесно быть живым.

Но в то же время... Матсуяма испытывал лёгкое сожаление.

Почему-то в тот момент.

В момент

э когда его призвали в «белое пространство».

— Ниндзюцу?..

Ему казалось, что он знал всё о родном мире, Земле, но в Японии осталась ещё как минимум одна неразгаданная тайна.

***— Ух... А-а!.. — опустившись на колено, Матсуяма Киити закричал от боли.

Из разрубленной спины не прекращая волнами сочилась волна боли.

... Он этого не ожидал. Он не мог подняться и даже нормально мыслить. Мужчина был в полном замешательстве. Будучи учёным, он стал считать, что есть что-то невозможное... Это признак высокомерия. И когда Матсуяма успел стать таким?

Профессия врага — фокусник. Он придерживался тактики обмана, мужчина изначально должен был исходить из этого. Это было самодовольство. Он слишком доверял своим расчётам.

— Но... В итоге проиграл ты.

Хромая, Матсуяма пытался уйти отсюда хотя бы на миг быстрее. Его жизнь была важна для него. Без неё он ничего не сможет изучить. Без неё не ощутит радость.

Потому ему было плевать на лежавшего Сидо, пусть даже он умрёт.

Тяжело дыша, он взобрался по обломкам и шёл к внешней границе города. Там была простая лаборатория Матсуямы. Большую часть оборудования они переместили в подземную лабораторию, там почти ничего не должно было остаться, но медицинское оборудование быть должно.

Потому, когда доберётся, он сможет подлатать спину. Он понимал серьёзность травны. Сидо потерпел неудачу. Матсуяма не умрёт. Так он думал.

Перебравшись через обломки, он перешёл через разрушившуюся область и оказался в безлюдном переулке.

Когда сбежит из этого города, придётся начать всё сначала... Так он думал.

И потому.

Когда услышал, как кто-то позади сжал меч, ощутил отчаяние.

... Однако это не мог быть Камия Сидо.

Он лежал без сознания, с его ранами он умрёт через несколько минут.

Это уже можно было назвать тщеславием. Так что наверняка это кто-то другой. Но кто мог проявить враждебность к Матсуяме в такой ситуации?.. Он тут же понял.

— Эй... Это ведь ты глава «альянса иного мира»?

Взрывная жажда убийства. Она напоминала тьму. Точно его вело нечто, порождённое ненавистью, Матсуяма медленно обернулся.

Там стоял одетый в белую одежду с серебряным святым мечом герой света.

Сирасаки Ямато. Герой королевства Мира.

Его красота была божественной, а свет его глаз явно был не из этого мира.

Глубокое отчаяние. Абсолютная чернота. И Матсуяма знал, что направили их на него.

И знал, в чём было дело.

Айрис Мирарин. Третья принцесса королевства Мира.

Матсуяма убил девушку, с которой Ямато проводил время. Но её уникальный навык «видение будущего» был необходим, чтобы продлить жизнь этого мира. Потому он изначально включил в свои планы эту обиду. И, глядя в глаза Ямато, не мог не понимать, что был наивен. Видя молчавшего Матсуяму, Ямато улыбнулся. В этой улыбке не было эмоций. Глаза были такими же чистыми. Он заговорил. Голос настолько спокойный, что даже жутко.

— Святой меч, неси свет.

«... Где там свет?» — задумался Матсуяма. А Ямато активировал навык «святой меч», и появился свет правосудия. Он слышал, что меч героя первого поколения нёс надежду людям. Но что насчёт этого мужчины? В этом свете он видел лишь отчаяние. Один поток ненависти и печали. Матсуяма боялся его. Он испытывал ужас.

... Он отступил на шаг и открыл рот.

— Если не ответишь, я тебя зарублю.

— Я...

Он собирался ответить, поднял правую руку и активировал «удар». Нет. Рука была направлена на живот Ямато, и удар должен был выйти.

Но его правая рука отказалась отрублена.

— ... Что?

Руку отрубили плавно. Даже боль пришла с запозданием.

Скорость рефлексов просто безумная. Просто быстрыми их не назвать. Он принимал решения даже быстрее, чем действовал. Это было за пределами того, на что способен человек.

— Я же сказал, что зарублю.

Так же спокойно.

Сирасаки Ямато так же спокойно говорил.

— ... Я и правда глава «альянса иного мира», — обливаясь холодным потом, говорил Матсуяма, и парень расслабленно улыбнулся:

— Вот и хорошо.

Это была искуренная улыбка. Взмахнув святым мечом, герой света сказал:

— Так я смогу оставить тебя в живых.

Не понимая, Матсуяма нахмурился. А потом это случилось. Ямато выпустил свет, который обжог открытую рану. Прозвучал безмолвный крик. Даже Матсуяма не мог сохранять спокойствие перед лицом сильной боли. Когда очнулся, его левая рука тоже лежала на земле. И он понял, что лежит. У него не было ног. Он их не чувствовал. Была лишь боль, которая неистовствовала как свирепый зверь. Матсуяма приготовился к смерти. Но Ямато сказал: «Живи». В этом слове был лучик надежды.

Хриплым голосом он умолял. Называл причины, почему он должен жить.

— Если не сохранишь... Мне жизнь... Этот мир будет уничтожен...

«... Устраивает?» — спрашивал он между строк.

Ямато был японцем. Он должен был слышать про достижения Матсуямы. Если это говорит Матсуяма, значит это правда... Так он должен был думать.

Но не сработало.

— А, о, у-о-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а?!

Все конечности были отрублены, раны прижжены светом, и он испытал ещё более сильную боль. «Да он демон», — подумал мужчина. Матсуяма размышлял, может ли человеческая ненависть быть настолько ужасной. Будучи в отчаянии в детстве, он не изучал людей и их психологию. И в своём парализованном разуме задавался вопросом: «Это и есть месть?»

А глаза Ямато оставались такими же чистыми. Он мстил, но никаких эмоций не проявлял. Он сказал Матсуяме:

— Я спасу этот мир.

Слова были такими лёгкими, что их мог унести ветер.

Но по голосу было не ясно, серьёзен он или врёт.

Тон был совершенно равнодушным.

... Но последующие слова были ожидаемы.

— Потому ты этому миру больше не нужен.

... Я не убил тебя.

— Я хочу, чтобы ты вдоволь насладился миром снов.

Матсуяма был вынужден принять препарат, который Ямато заранее приготовил.

Он оказался в мире снов, где была одна лишь адская боль.