Синоптики обещали скорый спад температуры, однако шум вентиляторов и кондиционеров всё ещё продолжал ласкать людям слух. То же касалось и Мао, явившегося на свою смену в «Mg Ronald», что располагался на станции Хатагая. В какой-то момент у стойки он увидел Кисаки, пролистывающую небольшой журнал учёта продаж с хмурым видом:

— Доброе утро, госпожа Кисаки. Что-то стряслось?

— М-м? А, привет, Марко. Ну, что-то типа того…

Женщина лишь мельком взглянула на него, чтобы поприветствовать, после чего снова сосредоточила всё своё внимание на журнале. Заглянув в него издали, Мао увидел несколько рукописных чеков:

— Чего это Вы старые чеки рассматриваете?

— А, да так, без особой причины… На днях тебе Саруэ, случаем, не попадался?

— А? — парень удивлённо поднял брови.

Митсуки Саруэ, менеджер конкурента в лице «Sentucky Fried Chicken», расположенного через дорогу от «Mg Ronald»-а, не был родом с Японии, а если точнее, то в принципе не являлся землянином. На самом деле он архангел Сариэль, прибывший из рая Энте Исла с целью захватить Мао и Героя Эмилию, живущую в Японии под именем Эми Юса, которая всё ещё относилась к нему враждебно. После последовавшей между ними битвы и некоторых других событий Сариэль безответно влюбился в Маюми Кисаки, менеджера «Mg Ronald»-а, и тогда желание выполнять свои райские обязанности у него быстро угасло. Теперь всё это осталось в прошлом, и сейчас его дни заняты повторяющимися и несколько странными попытками завоевать сердце Кисаки.

— Господин Саруэ? Не-а, не видел.

Обычно Мао называет его настоящим именем, но рядом с Кисаки, которая ничего не знает об их прошлом, ему приходится говорить о об этом парне, как о простом сотруднике конкурирующей сети ресторанов через дорогу. Насколько Мао помнил, в последнее время Митсуки Саруэ у них не появлялся.

— Я просто подумала, что он мог появляться тут в мои выходные, но, похоже, ошиблась. Он же всё время оставляет рукописные чеки для меня в моё отсутствие, правильно?

«Чего? Так вот почему она старые чеки перебирает», – подумал Мао.

Вопреки жёстким методам, к которым Саруэ прибег в отношении Эми и Чихо, его подход к Кисаки на удивление находился в рамках закона, пусть и глупостей он наделал тоже немало. Действовал архангел только тогда, когда оба заведения открыты, и в личную жизнь Кисаки ни разу не вмешивался.

Его попытки добиться её расположения обычно включали в себя вручение громадных подарков, громкое прочтение странных стихов собственного сочинения, а также заказ огромного количества еды на вынос. Все они длились в среднем не дольше получаса. Происходило подобное три раза в день: утром, днём и вечером – однако пока он не беспокоил других клиентов, Саруэ напоминал эксцентричного завсегдатая.

Однажды ему запретили появляться в этом заведении из-за ряда недоразумений, но вскоре всё вернулось на округи своя. Ныне этот запрет снят, поэтому Саруэ часто появлялся, привлекая к себе всеобщее внимание, заказывал ещё больше фастфуда, чем раньше, и сразу же уходил, продолжая свой обычный цикл.

— Странно как-то видеть Вас, госпожа Кисаки, эм, беспокоящейся за господина Саруэ…

— А не должна? Сам-то не обеспокоен?

— А? Ну…

Мао даже не представлял, как ему стоит ответить. «Агрессивная» любовь Саруэ к Кисаки известна как ей самой, так и всем сотрудникам «Mg Ronald» вместе с постоянными клиентами, а также тем, кто захаживает в соседние магазины и рестораны.

Неужели в ней зародились какие-то чувства, когда он перестал тут появляться ежедневно? Нет, не может такого быть.

— Он так усердно старался обратить на себя внимание, а тут внезапно пропал, — пояснила Кисаки. — Меня беспокоит, что он мог найти себе другую цель. Этот парень выглядит, как тот ещё бабник, тебе так не кажется?

— Ну, да, наверное… Но почему это вызывает у Вас беспокойство?

— Я, конечно, не пытаюсь поставить себя выше других, но мне кажется, что такая женщина, как я, ещё может справится с подобной ненормальной настойчивостью. А что, если он устроит подобный цирк в отношении другой? Он может нарваться на такую, что при первой же выходке на него в полицию заявление напишут, — Кисаки с серьёзным видом посмотрела на Мао, который беспомощно хлопал глазами в ответ. — Он всё же является частью торгового квартала. Если кто-то из нас совершит преступление, это нанесёт огромный ущерб всему кварталу.

— А-а-а… Так вот почему Вы обеспокоены…

Теперь всё встало на свои места. На секунду Мао даже поверил, что попытки Саруэ стали находить отклик в сердце Кисаки, но её больше беспокоила возможная катастрофа.

— Значит, он в самом деле перестал появляться, — вздохнула Кисаки и положила журнал на полку под стойкой. — Может быть, мне самой стоит заняться сбором информации? Так я смогу пообщаться с его подчинёнными. Если вдруг обнаружатся какие-то нарушения, то смогу обратиться по этому вопросу в местный профсоюз…

— Не, это, как по мне, Вы уже в крайности бросаетесь! — у Мао складывалось такое впечатление, будто по мнению Кисаки Саруэ занимается чем-то незаконным. — Просто, может, они там заинтересованы в увеличении продаж за месяц или ещё чего? Думаю, господин Саруэ хорошо знаком с тем, как у нас ведётся бизнес, поэтому, возможно, он слишком увлёкся своей работой?

Мао сам задавался вопросом, почему это он так упрямо защищает своего врага. Однако ему не хотелось, чтобы Сариэль впал в отчаяние из-за того, что ему не удалось удержать Кисаки от поспешных выводов.

— Хм-м-м… Может и так, — кивнула Кисаки, немного расслабившись. — Что ж, если вдруг что случится, мы потом всё обдумаем. А пока я удостоверюсь, что все в нашей команде знают номер телефона полицейского участка.

Кисаки всё так же принимала Саруэ за нарушителя порядка. По крайней мере, сегодня её мнение не изменилось.

— А! И ещё кое-что, Марко.

— Да?

— Не навыдумывай там себе ничего. Я не жажду его возвращения. Продажи – далеко не единственный фактор, определяющий ценность клиента.

— Знаю.

Как бы Саруэ ни пытался, ему не тронуть сердца Кисаки. Кроме того, она редко выражала своё личное мнение об окружающих её людях. Она человек и, разумеется, у неё есть люди поважнее остальных, но Мао никогда не видел, чтобы она кого-то критиковала не в рамках работы.

Однако вдруг он вспомнил, что один раз такое было. Критиковала она того, кого называла «злейшим врагом», с которым Мао не был знаком. В тот момент она не на шутку разошлась. Этим врагом была женщина, работающая в «Sentucky Fried Chicken». В этом в свою очередь и заключалась основная причина, почему её так взбесило открытие по соседству «Sentucky», и почему она всё время соревнуется с ним в продажах и прочем.

«Что же за человек этот её «злейший враг»? – задумался Мао. – Если так посудить, должность начальника должна была получить именно она, а не Саруэ, но, видимо, что-то пошло не так».

— А? — вырвалось у него, когда заметил кое-что странное.

Как госпожа Кисаки узнала, что за открытием «Sentucky» поблизости стоит её «враг»? Пусть мы и работаем на одной территории, никто из сотрудников «Sentucky» не приходил к нам, чтобы поздороваться, перед его открытием. А чтобы кто-то из сотрудников «Mg Ronald»-а, в том числе и госпожа Кисаки, знал, что там творится с кадрами «Sentucky», как минимум очень странно.

— Эм, госпожа Кисаки?

— М-м-м? Что такое, Чи?

Протиравшая в обеденном зале столы Чихо подошла к ним с обеспокоенным видом:

— У нас посетитель, эм… Это господин Саруэ, что работает по соседству.

Кисаки тут же повернулась к Мао с ухмылкой на лице:

— Помяни чёрта.

— Действительно…

— И в чём проблема? Просто проведи его к кассе…

— А, ну, с ним сегодня ещё одна посетительница, и… — замявшись на пару секунд, Чихо повернулась к двери. — Она попросила привести к ней менеджера, Маюми Кисаки…

— М-м-м? — Кисаки и Мао вместе нахмурились.

Это известие не предвещало ничего хорошего. Вдобавок было слишком уж тихо, раз появился Саруэ. Он каждый день придумывал всё новые и новые признания в любви, которыми потом донимал Кисаки, причём настолько громко, что люди, часто заходящие на Хатагая, стали называть это «флешмобом одного человека».

— И кто пришёл вместе с Саруэ? — задалась вопросом озадаченная Кисаки.

Раз уж её позвали, она была обязана явиться. Оставив своё место у стойки, женщина пошла за Чихо. Мао увязался следом.

У входной двери в самом деле стоял Митсуки Саруэ, менеджер «Sentucky». Однако он выглядел каким-то напряжённым, что было необычно. Рядом с ним стояла низкорослая женщина, лицо которой Мао не удавалось разглядеть из-за проникавшего внутрь помещения солнечного света.

— …Хм-м-м? — Кисаки вдруг остановилась.

— Г-госпожа Кисаки? — обратился к ней Мао.

Она не просто остановилась, её практически сразу стала окружать свирепая аура. По телу Мао, который, будучи демоном, мог преобразовывать негативные человеческие чувства в демоническую энергию, пробежала дрожь. Ему уже не раз доводилось лицезреть гнев Кисаки, но сейчас это была чистая враждебность – сильная, давящая, такой он ещё у неё не видел.

Подобного от своей начальницы он не ожидал, но её враждебность была направлена на посетителя. При этом она как-то раз пошутила, что никогда не станет вызывать полицию, если только Саруэ не заявится в «Mg Ronald» голым. Кисаки была менеджером, что может спокойно иметь дело с любыми клиентами, как бы неразумно они себя ни вели и когда бы ни появлялись.

Стоящая перед ней Чихо ещё более остро ощутила эту свирепую ауру, чем Мао. Когда она обернулась, чтобы узнать, откуда возникло чувство обречённости, он увидел на лице девушки выражение крайнего ужаса.

— …Что тебе здесь надо? — холодно спросила Кисаки.

Мао начал не на шутку опасаться, что завтра Земле конец настанет. «Чтобы она сказала такое посетителю?!» – поразился он. От такого неожиданного поворота событий Мао и Чихо замерли на месте и наблюдали за тем, что будет дальше. Тихий Саруэ делал всю эту ситуацию ещё более необычной: раньше он всегда проходил по залу, чуть ли не пританцовывая, но сейчас он выглядел таким крохотным и беспомощным, словно ягнёнок среди волков.

Гнетущая тишина продержалась ещё некоторое время, прежде чем её, наконец, нарушил посетитель:

— Как холодно. И это притом, что мы так давно не виделись, — язвительно сказала она. — Я зашла просто поздороваться, не более.

Теперь Мао мог как следует разглядеть женщину. Длиной до плеч волосы были завязаны сзади, а сама она была одета в брючный костюм, который можно носить как дома, так и на работе. На вид она одного с Кисаки возраста. Несмотря на милую очаровательную улыбку, от неё веяло невероятным высокомерием, а ещё такой же враждебностью по отношению к Кисаки.

— Поздороваться? — переспросила Кисаки.

Её резкий и громкий голос заставил Мао и Чихо вздрогнуть.

— Да. Я подумала, что это будет лучшим способом поздороваться с другой фирмой, работающей в моём регионе.

Лицо Кисаки ещё сильнее исказилось от негодования:

— Твоём регионе?

— Да! Произошли неожиданные кадровые перестановки как раз перед тем, как меня должны были назначить региональным менеджером. И теперь я отвечаю за всю западную часть Шибуя.

— Ты? Региональный менеджер? Это даже не смешно.

— А и не должно быть. Я не такая упёртая, как ты, вот и продвигаюсь по карьерной лестнице намного быстрее.

— И-и-ик! — Мао, Чихо и Саруэ одновременно взвизгнули от страха.

Кисаки была красавицей, издалека её можно было принять за модель. Саруэ являлся далеко не единственным её поклонником, но когда её красоту искажала злобная гримаса, это внушало неописуемый ужас в сердца окружающих.

— Знаешь ли, этот Саруэ… — загадочная женщина стукнула стоящего рядом Саруэ кожаной сумкой, которая висела у неё на плече.

— У-у-уф!

Удар оказался достаточно сильным, чтобы выбить воздух из его лёгких.

— Он то и дело без умолку болтает о тебе. Какая ты талантливая, какая красивая. Будто пластинку заело. Вот я и решила наведаться в дань уважения былым временам. Я уже даже соскучилась по тем дням, когда мы с тобой состязались. В последний раз у нас прямое столкновение было в универе, я права?

— Ого, не ожидала, что этот глупый конкурс так плотно засядет у тебя в памяти.

Мао и Чихо подумали об одном: их никоим образом не касаются события, о которых говорили эти женщины. Они просто хотели как можно быстрее выбраться из этого ада. Теперь Мао понял, как себя чувствуют люди, которые подверглись воздействию демонической силы – оказавшись рядом с Кисаки, неспособной скрыть своей злости, он почувствовал, как с него ручьём течёт пот, а дыхание участилось.

— Вынуждена согласиться. Для меня это очень приятные воспоминания об универе, потому что в отличие от тебя я способна принимать чужую похвалу.

— М-мао!!! — Чихо спряталась за своим коллегой, едва не плача.

В отличие от него с Саруэ, она была самым обыкновенным человеком. Даже Владыке всех демонов и архангелу было сложно тут оставаться – в воздухе витало такое напряжение, что не удивительно, почему школьница так перепугалась.

Мао пришёл к выводу, что им нельзя здесь продолжать разговор, потому что ничем хорошим это не кончится. Поэтому парень набрался смелости и обратился к дамам:

— Извините… Мы стоим прямо на проходе, поэтому, чтобы не мешать другим посетителям, может, перейдём в комнату для персонала?..

Несмотря на всю смелость, говорил он очень тихо. И даже для этого ему потребовалось приложить кучу усилий. Однако загадочная женщина просто отмахнулась, толком не взглянув на него:

— А, меня и тут устраивает! Я не займу много времени, да и посетителей у вас тут не так уж и много.

— Гх?! — у Мао и Саруэ вырвался сдавленный стон.

— А-а-а!!! — Чихо же не выдержала и убежала в слезах.

Заявившаяся к ним незнакомка только что сказала то, чего ни в коем случае нельзя произносить рядом с Кисаки. Теперь и так было понятно, что она работает в «Sentucky», а Саруэ – её подчинённый, но женщина продолжала просто стоять у входа и дразнить Кисаки. Казалось, менеджер «Mg Ronald»-а совсем скоро лопнет от злости.

— Кстати говоря, я тут краем уха услышала, вы целую кучу новых услуг внедряете. И это при том, что посетителей у вас меньше, чем у нас.

— А-а-а?! — знающий характер Кисаки Мао запаниковал.

— М-менеджер! Пожалуйста, это уже… О-уф!

Даже Саруэ уже не мог оставаться в стороне, но женщина просто ударила его снова и даже не думала останавливаться:

— Кроме того у вас на входе всё время висит объявление о поиске новых работников. У тебя же, наверное, и тут лезет твой скучный перфекционизм, что ты придираешься к новым сотрудникам?

— А-а-а-а… — Король демонов и архангел уже не знали, куда деваться.

— Судя по размерам заведения, с продажами у вас ещё не совсем всё плохо, но ты так и останешься рядовым сотрудником, если продолжишь в том же духе. В студенческие годы у тебя были такие великие мечты, но если позволишь компании себя тут похоронить…

Возможно, что-то подобное видели жители Содома и Гоморры в последние свои минуты жизни: яркий свет и следующий за ним мощный взрыв.

— Убирайся!!! — по всему помещению разнёсся крик Кисаки, от которого даже все окна задребезжали.

Мао и Саруэ в панике разбежались, чтобы не попасть под раздачу.

*****

Люди и демоны стали всё чаще собираться вместе по вечерам в Цитадели Владыки тьмы. Однако сейчас в комнате 201 Вилла Роза Сасадзука висела тяжёлая атмосфера. Чихо так до сих пор и не оправилась от случившегося, продолжая всхлипывать.

— Ты в порядке, Чихо?

— Д-да… У-у-у…

Эми всячески пыталась успокоить школьницу, которая сидела с опущенной головой, роняя на колени слёзы. Девушка бросила на Мао недоверчивый взгляд:

— Ты точно ничего не сделал?

— Я в принципе ничего не мог сделать…

Чихо замотала головой, из-за чего слёзы закапали на уложенный татами пол.

— Мао не виноват… Но стоит мне об этом вспомнить, как тут же становится страшно, и… — она снова расплакалась.

Чихо оказалась втянута в битву, в результате которой обрушилась скоростная дорога, встретилась лицом к лицу с архангелом и даже была похищена демоном, но всегда проявляла удивительную стойкость и храбрость. И сейчас эта самая девушка-подросток была до ужаса напугана. Мао, что сидел неподалёку, было её очень жаль.

— Тяжко тебе, должно быть, пришлось, Чихо, раз так плачешь, — посочувствовала ей Эми.

— Сестлёнка Чи, не плачь! Боль, боль, уходи!

— Чем больше я слышу, — присоединилась Судзуно, пока Алас Рамус успокаивала Чихо, — тем меньше мне в это верится. Чтобы госпожа Кисаки такое устроила…

Она и Эми были буквально шокированы, когда увидели, что Чихо плакала всю дорогу до Вилла Роза Сасадзука из-за неё. Кисаки ни с того ни с сего набросилась на клиента и силой выпроводила из заведения – именно так это выглядело со стороны. После этого она доложила обо всём без утайки своему руководителю, отвечающему за регион, в который входит и «Mg Ronald» на станции Хатагая. Руководитель очень хорошо знал Кисаки, из-за чего не сразу поверил в эту историю – да даже вся её смена не могла поверить в увиденное. Однако она обо всём доложила и попросила установить ей соответствующее наказание.

— Я тоже понять не мог, что между ними такое произошло.

— Так она написала объяснительную, — спросил занятый готовкой Ашия, — и осталась безнаказанной?

Мао угрюмо покачал головой:

— По поводу этого…

Сокращение зарплаты на десять процентов и трёхдневное отстранение от работы – такое суровое наказание последовало за сложившуюся скандальную историю с региональным менеджером. Как потом её начальник объяснил Мао по телефону, главный офис хотел ограничиться лишь устным выговором, но Кисаки этот вариант не устраивал.

— Так кем же была эта женщина? Менеджером «Sentucky»? — спросила Судзуно.

Мао отрицательно покачал головой в ответ:

— Как я понял, она должна была им стать, если бы этот болван Сариэль не объявился. Кроме того…

— Погодите-ка, — присоединилась к разговору Эми. — А откуда вы вообще знаете, кто в «Sentucky» работает?

— Ну, так сказала госпожа Кисаки.

— Я не про то…

— Ты считаешь странным, что она это знает? Согласен, мне и самому интересно, откуда.

Им недоставало информации. Мао не знал, ни что вынудило Кисаки так поступить, ни насколько уместно будет спрашивать об этом её, когда отстранение закончится. Парень был уверен лишь в одном: этот менеджер «Sentucky» и является тем самым «злейшим врагом», о котором рассказывала его начальница.

— Эй, ты про эту бабу, что ль? — отозвался у него за спиной Урушихара.

— А? — повернулся недоумевающий Мао.

 — Вот, список сотрудников «Sentucky». Я же тебе говорил, забыл уже?

— А, да, точно.

Ещё до того, как стало известно, кем Саруэ является на самом деле, Урушихара нелегально получил доступ к базе данных отдела кадров, чтобы указать на странности. Тогда Урушихара предположил, что именно этот человек должен был стать менеджером того заведения на Хатагая.

— У-а-а!!! — разревелась школьница.

— Г-госпожа Сасаки?! Пожалуйста, успокойтесь!

Как только фотография отобразилась на экране ноутбука Урушихары, Чихо снова обуял ужас, из-за чего её старался успокоить уже Ашия.

— Э-это она! Та самая женщина! — крикнул Мао, глядя на экран. — Химеко Танака?..

Та самая женщина, на которую сорвалась Кисаки, выглядела высокомерно даже на фотографии.

— Кстати, я тут вспомнил… — начал Мао. — У них же там ещё один человек с именем «Митсуки Саруэ» был? Можешь узнать, что с ним стало?

— А, да, точняк. Погоди-ка… — Урушихара принялся стучать по клавиатуре. — Да, он всё ещё у них. Из-за Сариэля его не уволили. Похоже, он работает в другом отделе, не связанном с ресторанами.

— Вот как…

Мао не знал, кем на самом деле являлся этот «Митсуки Саруэ», чьё имя позаимствовал Сариэль, но его беспокоила судьба того, кому мог навредить этот архангел.

— Но, если задуматься, Сариэль занял должность менеджера «Sentucky» не самым честным путём, – заметила Эми. — Если бы ты вернул свою демоническую силу, то тоже бы поставил себя на этот пост?

— Ну, я не жажду ни денег, ни власти, а просто хочу получить опыт. И работаю я не из стремления получить высокую должность.

— Думаешь, такое оправдание со мной прокатит, чувак? — скептически отозвался Урушихара.

— Ой, да ладно. Я всегда доверяю своим подчинённым. Почему же ты мне не доверяешь в ответ?

— Может быть, потому что на самом деле это просто пустая трата времени?

— Урушихара-а-а!!! Да как ты смеешь сомневаться в действиях Его демонического высочества?!

Урушихара выразил своё честное мнение, чем навлёк на себя гнев Ашии.

— А что такого-то? Я всего лишь сказал, что это пустая трата времени!

— Бесполезный паразит! Пустой тратой времени является то, что наш господин тратит на тебя свои драгоценные сбережения!

Мао не стал как-либо встревать в их спор и просто сел рядом с компьютером:

— Танака Химеко… Её биография выглядит вполне обычно. Слушай, Чи?

— Д-да?..

— Ты знаешь, сколько госпоже Кисаки лет?

— А? Кажется, как-то упоминала… Вроде она меня лет на десять старше, если правильно помню.

— Выходит, ей где-то двадцать шесть или семь? По идее, госпоже Танаке примерно столько же. И, видимо, они очень хорошо друг с другом знакомы… Наверное, между ними произошло что-то такое, из-за чего «врагом» Кисаки назвала её не в шутку.

— Врагом? Ты это про что?

— А, да просто однажды госпожа Кисаки отзывалась об этой Танаке, как о «злейшем враге». Тогда мне казалось, что она преувеличивает…

— У-у-у… Мне стыдно такое говорить о госпоже Танаке, но от одного только взгляда на её фотографию в голове возникают неприятные воспоминания…

Чихо всеми силами старалась не смотреть на изображение на мониторе, словно страшащийся солнечного света вампир. Однако Мао это ничуть не забавляло:

— Что же нам делать, если эта женщина из «Sentucky» пробудет там какое-то время?

Ему так и не удалось перекинуться хотя бы парой слов с этой Танакой Химеко: Кисаки выставила её за дверь раньше, а Саруэ вылетел вслед за ней. Парень всё гадал, зачем она вообще приходила. Рядовой сотрудник, всё время торчащий на кухне, едва ли когда-то встретится с региональным менеджером, но, если вдруг тот появляется, об этом узнают все. Поэтому есть некоторый шанс, что Танака зайдёт, когда Кисаки нет на смене.

— Если она снова заявится, наверное, лучше вести себя, будто ничего и не было, — вздохнул Мао, подперев голову рукой.

— Как-то это слишком пассивно с твоей стороны, — заметила Эми, продолжая успокаивать Чихо. — Ты же видишь, как Чихо напугана. Почему бы тебе не пробраться на территорию врага и не разведать всё там, чтобы потом иметь что-нибудь для защиты?

— Территорию врага? Ты о «Sentucky», что ль?

Мао потом ещё долгое время обдумывал этот вопрос.

*****

На следующий день во время обеденного перерыва Мао стоял напротив «Sentucky». Он заглянул внутрь через дверь, но регионального менеджера нигде не увидел:

— Наверное, Сариэль должен быть внутри.

Собравшись с духом, он открыл дверь и сразу же осознал одну вещь. Пусть они и были соперниками одновременно в двух разных стезях, ведь конкурирующей сетью ресторанов быстрого питания заправлял архангел, на которого у него имелся зуб, Мао ещё ни разу не заходил сюда. Внутри царила спокойная, роскошная, в какой-то мере даже изысканная в сравнении с «Mg Ronald» атмосфера, что объясняет более высокие цены в меню. Для прихода он выбрал такое время, когда посетителей немного, поэтому его очередь подошла достаточно быстро. У кассы, как он и надеялся, стоял Саруэ.

— Здравствуйте! Что будете?.. А, это ты, — улыбка парня тут же померкла, когда он узнал Мао, и Саруэ опустил взгляд, словно уже порядком вымотался: — Чего тебе? У меня сейчас нет никакого настроения с тобой разговаривать.

— Это потому что твоя начальница вывела госпожу Кисаки из себя?

— О-ох… — простонал Саруэ, словно это было его больным местом, и уклонился от ответа. — Эм… Как там госпожа Кисаки?

— Ну, из-за того, что она выпроводила вас двоих таким скандальным образом, компания назначила ей наказание.

— Н-наказание?! А-а-а, просто ужас! И ведь я там был от начала и до конца… — архангела начало так трясти, будто он вот-вот рухнет на пол.

— Да, ты там был, но не встал ни на чью сторону, верно?

— Я-я не просил мне об этом напоминать! Как будто тебе хватило бы смелости встать между менеджером Танакой и госпожой Кисаки!

Стоять как вкопанные и смотреть на ссору двух работников фастфуда было довольно жалким решением с их стороны.

— У тебя что, с ней не заладилось?

— Перед красавицами я бессилен, — констатировал Саруэ.

— Я не об этом спрашиваю, дубина, — Мао неосознанно стукнул кулаком по стойке.

Ему неизвестны предпочтения Сариэля, но если красоту Кисаки можно было сравнить со льдом, ночью или луной, то Танака Химеко больше напоминала солнце или летнюю поляну. Хотел ли он с ней сблизиться или нет, но она определённо была красива – достаточно, чтобы заслужить похвалу Саруэ, несмотря на его увлечение Кисаки:

— Ну, если коротко… Менеджер Танака… С госпожой Кисаки в прошлом были одноклассниками.

— А, вот оно в чём дело. То-то они кажутся знакомыми.

Это предположение возникло у него после просмотра базы отдела кадров, но сообщать об этом Саруэ он не собирался.

— Я как-то упомянул про госпожу Кисаки, — продолжил архангел, — и она восприняла это странным образом. Я думал побольше узнать о моей богине, поэтому мы стали обмениваться известной нам о ней информацией. Тогда она ни с того ни с сего решила зайти и поздороваться…

— М-м-м?

Его утверждение звучало так, будто Танака Химеко больше всего хотела увидеться с Кисаки.

— Но ты же совсем недавно говорил мне, что у тебя с ней не заладилось, — заметил Мао.

— Я сказал, что бессилен перед красавицами.

— Ты издеваешься надо мной, или что?

— Я могу задать тебе тот же вопрос, Король демонов. Если не собираешься ничего покупать, то должен попросить тебя уйти. От одной только мысли о том, что ваша компания наказала госпожу Кисаки, у меня сердце на части разрывается!

Мао не терпелось увидеть, как его в самом деле разрывает, но, к сожалению, этому не суждено было сбыться:

— Э-э-э, мне три «Chicken Original» с собой.

— …Хорошо.

Любой, кто приходит с деньгами, считается клиентом. Саруэ молча принял заказ Мао, что было для него нехарактерно, учитывая, как они друг с другом обычно вели.

— Так какой же информацией вы друг с другом поделились?

— Всё никак не уймёшься? — Саруэ выглядел ещё более раздражённым, чем раньше, но всё равно ответил на вопрос: — Ничего важного. То, что менеджер Танака и госпожа Кисаки уже давно друг друга знают, что я без ума от госпожи Кисаки, и всё такое прочее.

— Ты об этом сказал? Должен признаться, я впечатлён.

— А ещё о том случае.

— Каком?

 — Помнишь, мы разок наткнулись на госпожу Кисаки за пределами заведения? После обучения Чихо Связи разума.

— …А-а-а.

В какой-то момент Чихо научилась одной святой магии, известной как Связь разума, поэтому могла теперь быстро связаться с Мао и остальными при экстренном случае. Они заручились помощью Сариэля, а на обратном пути после очередного урока случайно встретились с Кисаки.

— Погоди, ты рассказал ей о том, что госпожа Кисаки хочет?..

— Во мне что, по-твоему, совсем ничего святого нет? Я не настолько глуп, чтобы вот так просто раскрывать чужие мечты. Я выразился так, будто госпожа Кисаки только раздумывает над тем, чтобы стать в будущем независимой.

Мао посчитал, что он уже этим много разболтал, но решил промолчать. В целом он не выходил за рамки тех тем, которые можно затронуть при обсуждении общего знакомого.

— Вот.

Когда курицу, которую заказал Мао, завернули и передали на кассу, Саруэ аккуратно положил её в пакет и протянул его своему собеседнику:

— В любом случае менеджер Танака вернётся нескоро. Можешь ни о чём не волноваться. Но стоит мне только подумать, что госпожа Кисаки сейчас дома переживает за свою работу… А-а-а!

— Благодарю.

Уверенный, что продолжение данного разговора просто выведет Саруэ из себя, чем он помешает своим коллегам, Мао собрался уходить. По крайней мере ему далось хоть что-то узнать.

— К-как всё прошло? — спросило Чихо, когда он вернулся.

Мао угрюмо покачал головой:

— Не с пустыми руками, но узнал немного.

Он кратко пересказал свою беседу: Танака Химеко уже давно знакома с Кисаки, которой до сих пор интересуется, а Саруэ держал её в курсе событий, связанных с Кисаки. Но ничего из этого не объясняло внезапную вспышку гнева их начальницы.

— Что ж, давнее знакомство человеком ещё не означает, что он тебе нравится. Наверное, это что-то типа такого отношения между людьми, где они являются одновременно и друзьями, и врагами, или теми, что обречены всё время сражаться друг с другом.

— И друзьями, и врагами?..

Для Мао такая оценка звучала подходяще. А вот Чихо увидела в этом кое-что другое.

— Ты над чем это смеёшься, Чи?

— А, да просто вспомнила тут пару знакомых мне людей.

— М-м-м?

— Не бери в голову. Так чем сейчас занимается госпожа Танака?

— Ну, если верить этому идиоту Сариэлю, то в ближайшее время мы её не увидим.

— Правда? — Чихо облегчённо выдохнула. — Просто если она явится тогда, когда госпожа Кисаки вернётся на свою должность, то сомневаюсь, что смогу выжить.

— Точно. Если уж она способна выйти против госпожи Кисаки, когда она в такой ярости, тогда с ней уже никто тогда не совладает, — искренне признался Владыка всех демонов.

*****

Новая встреча не заставила себя долго ждать и случилась в тот же вечер.

— Чёрт тебя дери, Сариэль…

— М? Ты что-то сказал?

— Н-нет, ничего…

Мао сразу же мысленно поклялся, что обязательно отплатит архангелу сполна, когда Танака Химеко, менеджер Сариэля, которая ещё не скоро должна была здесь появиться, внезапно наведалась в «Mg Ronald». Чихо и все остальные коллеги, что знали её, нервно сглотнули, когда увидели её рядом с Мао.

— Так-с, посмотрим… Мне комбо с бургером в соусе терияки, картошкой фри и апельсиновым соком. А ещё один обычный гамбургер отдельно. Сока средний стакан, без льда.

Женщина выглядела так же, как при первой встрече. Как только она вошла в заведение, то сразу же направилась к кассе, лишив Мао возможности в панике убежать, и сделала заказ, как совершенно обычный посетитель.

— Хорошо. С Вас шестьсот пятьдесят йен.

— Вот. Извини, что со сдачей.

Она высыпала на монетницу горсть монет. Мао мысленно их посчитал:

— Эм, извините, но эта монета…

Среди четырёх монет по сто йен, четырёх по пятьдесят и кучке по десять затесалась одна, которая не была похожа на стандартную монету достоинством в десять йен.

— Ой, прости, — извинилась Танака, хоть в её тоне не было и намёка на раскаяние, и достала вместо неё другую. — Видать, забыла выложить её из кошелька после приезда из Англии.

Монета в два пенни была того же цвета, что и в десять йен, но заметно отличалась по размерам. Однако вперемешку с другой мелочью её можно было с лёгкостью проглядеть.

— …Вы там бывали?

— Ага, что-то типа того, — кивнула ему Танака.

Тут к ним на подносе подоспел заказ.

— Благодарим за ожидание. Приятного аппетита.

— Ага, спасибо.

Она взяла поднос и устроилась на месте у окна, которое почти не просматривалось со стойки. Мао, глядя искоса, проводил её взглядом.

— Ого, Марко, — послышался у него за спиной восхищённый голос Такефуми Каваты, которого Кисаки и все остальные члены команды зовут «Кавачи». — Я и Чи тут до чёртиков перепугались, а ты… М-м-м?

Тут он обратил внимание на вытянутую в его сторону руку Мао с поднятой ладонью под таким углом, который не виден со стороны обеденного зала. Это был своеобразный стоп-сигнал. Убедившись, что Кавата заметил его сообщение, Мао подошёл к нему, стараясь выглядеть при этом максимально естественно, а затем наспех прошептал ему на ухо, проходя мимо:

— Дождись, как уйдёт.

После этого Кавата вернулся к своей работе как ни в чём не бывало. То же самое Мао проделал и с Чихо.

Примерно через час Танака Химеко наконец встала, убрала за собой поднос, выбросив мусор в контейнер, махнула рукой Мао на прощание и ушла. Однако, даже когда она уже скрылась из виду, Мао оставался настороже где-то ещё полчаса, после чего он в конце концов почувствовал, что можно вздохнуть полной грудью. К нему сразу же подоспели Чихо и Кавата с расспросами.

— К чему это всё было, Мао?

— Мне кажется, нас проверяли, — ответил он.

— А?

— В смысле?

— Вкус бургера терияки, который она заказала, — пояснил Мао, — сильно зависит от качества пластин, да и собрать его тоже непросто.

«Пластины», о которых он говорил, были металлическими частями гриля, прижимающими котлеты для бургеров с обеих сторон. Бургер терияки требует при готовке добавления к котлете специального соуса, что затрудняло его приготовление наряду с другими бургерами. Если пластины не в лучшем состоянии, это влияло на вкус как самой котлеты, так и соуса, что сразу же отражалось на бургере в целом. Кроме того, если при сборке бургера неправильно намазать майонез на пропитанную соусом котлету, то в результате булочки размокнут, как и обёрнутая вокруг бумага, и есть его будет неприятно. Среди всех остальных бургеров из меню «Mg Ronald»-а этот требовал наибольшего внимания.

Помимо этого, Танака заказала ещё и обычный бургер, который нельзя было делать на тех же пластинах, что и с соусом терияки. В отделе «Mg Cafe» был гриль с несколькими раздельными пластинами, позволяя готовить одновременно терияки и другой бургер. Мао предположил, что так она хотела узнать, как устроена их кухня:

— Также я догадываюсь, почему она заказала апельсиновый сок. И почему села именно там, а не где-либо ещё.

Напитки в «Mg Ronald», за исключением кофе и горячего чая, подавались из специального автомата, который при необходимости смешивал концентрированный сироп с газированной и негазированной водой. Однако обслуживание сиропа для газированных напитков существенно отличается от такового для апельсинового сока и холодного чая улун.

— Она хотела проверить, как мы следим за автоматами? — спросил Кавата.

— Ага. Сюда же относится и просьба не добавлять лёд.

Сироп, газированная и негазированная вода выливались из различных диспенсеров, но апельсиновый сок и чай улун находились в специальных упаковках. Из-за находящейся в апельсиновом соке фруктозы и его меньшей популярности, в сравнении с газировкой, редкий уход за автоматом приводил к тому, что в трубках и дозаторе гораздо быстрее скапливался осадок.

— А ещё она ушла аж в другой конец зала. Так она могла оценить, насколько у нас чисто. Я в этом не уверен, но такое вполне возможно… — Мао нахмурился. — Господин Саруэ рассказал мне, что его менеджер, госпожа Танака, довольно давно знакома с госпожой Кисаки. Не знаю, что между ними произошло, но мы все часть команды госпожи Кисаки. Я считаю, что мы не можем показывать перед ней слабину.

— Те бургеры сделал Кавачи, так что, думаю, переживать не о чем, — заверила Чихо.

— Ага, в этом деле я вас не подведу!

— А я убиралась в зале. Старалась не пропустить ни пылинки, так что по этой части тоже не должно возникнуть проблем!

Она и Кавата сияли уверенностью, поэтому Мао поверил им на слово, кивнув:

— Отлично. А я вчера как раз проверял автомат. Пока мы здесь, в нашем заведении всё должно быть пучком.

Несмотря на свои слова, Мао всё никак не мог унять беспокойство, вызванное поведением Танаки. Пусть она и Кисаки уже взрослые люди, но всё ещё довольно молоды. Он предположил, что в прошлом им нравилось друг с другом в чём-то соревноваться, и теперь так сложилось, что одна смогла вырваться вперёд.

— Ладно, в любом случае, — сказал он, взглянув на расписание смен на стене, — мы будем как следует следить за порядком, пока госпожа Кисаки не вернётся в строй.

*****

За полчаса до закрытия Мао позвонил региональному менеджеру «Mg Ronald» и сообщил, что всё проходит в штатном режиме. По итогу разговора, закрывал заведение сегодня вечером Мао, а завтра утром открывал его региональный менеджер. Такое случалось крайне редко, поэтому парень совершил обход, дабы убедиться, что ничего не упущено. Часы показывали половину двенадцатого вечера. Хоть посетители часто заявлялись и после полуночи, в этот раз было всё совсем наоборот – обеденный зал стремительно пустел. Казалось, уже скоро заведение закроется без каких-либо проблем, как вдруг автоматические двери открылись.

— Добро пожаловать!.. А?

Мао поприветствовал ночного посетителя со всем оставшимся в нём энтузиазмом, однако посетитель этот оказался неожиданным, но не таким, как Танака Химеко.

— Что? — вырвалось у него.

— Привет. Рада, что ты ещё полон сил.

Спокойная утончённая женщина, заговорившая с ним, была примерно одного роста с Мао с аккуратной причёской каре. Из-за нежного голоса и безмятежного лица трудно было поверить, что она на самом деле очень быстрый и надёжный работник. Мао впервые увидел её в чём-то помимо униформы заведения:

— Госпожа Мизушима… Это Вы, что ль?!

— Привет! Извини, что так поздно захожу, — ответила она с улыбкой на лице, подходя к стойке.

Мизушима Юки начала работать в «Mg Ronald» в тот момент, когда Кисаки управляла объектом в тематическом парке Фушима-эн. Это уже был другой район, а не западная Шибуя, в которой находилась Хатагая, но эти два места часто делились сотрудниками, чтобы заполнить пробелы в расписании смен. Мао и сам провёл на Фушима-эн в общей сложности порядочное количество часов. Однако Мизушима впервые показалась в заведении на Хатагая.

— Эм… Простите, госпожа Мизушима, но госпожи Кисаки сегодня нет…

Обратив внимание на одежду, Мао решил, что она здесь не по работе, поэтому он рассудил, что единственная причина, по которой она пришла сюда, заключалась во встрече с Кисаки.

— Знаю, — оборвала она его. — Она сейчас временно отстранена по собственной инициативе, да?

— Собственной?.. Ну, вообще это официальное распоряжение компании, но…

— Как-то совсем уж упрямо с её стороны, не находишь? Сомневаюсь, что руководство вообще хотело её наказывать.

— Да, слышал такое. Но и чувства госпожи Кисаки мне понятны. Силой прогнать посетителя из заведения, ещё и на виду у нас…

Кисаки всегда придерживалась принципа, что со всеми клиентами нужно обращаться одинаково, и старалась привить этот принцип всей своей команде. Вот только она сама же и нарушила это золотое правило, поэтому Мао был уверен, что ей тогда страшно хотелось зарыться с головой в песок.

Когда он подумал об этом, Мизушима облокотилась на стойку с таинственной улыбкой:

— Кстати…

— Да?

— После работы не занят, Мао?

— …Нет, — Мао стало немного не по себе из-за её заискивающего тона.

— Как смотришь на то, чтобы вместе поужинать?

— Чего?!

*****

— Эм, так куда мы идём?..

— Не беспокойся ты так. Просто следуй за мной.

Мизушима не обратила внимания на робость Мао и сразу же пошла вперёд, покидая парковку для велосипедов с обратной стороны здания. Парень пошёл следом за ней, катя рядом велосипед, как вдруг женщина его остановила:

— Нам сюда.

— А? П-понял… Стоп, что?

Удивление Мао было вполне объяснимо. Они оказались перед бизнес-центром, в котором находился бар, буквально в пятидесяти метрах от станции Хатагая. Женщина сразу же поднялась по лестнице и открыла дверь.

Поскольку это был вечер воскресения, свободных мест имелось предостаточно, но вместо того, чтобы обратиться к сотрудникам, Мизушима пошла дальше, прямиком в обеденный зал, а Мао, который растерялся ещё сильнее, просто последовал за ней.

— Эй!

Когда он увидел, перед кем остановилась Мизушима, Мао чуть не подскочил от неожиданности:

— Г-госпожа Кисаки?!..

На стуле, скрестив руки, с угрюмым видом сидела Кисаки в повседневной уличной одежде:

— Привет, Марко… Спасибо, что подменил сегодня. И прости, что выдернули тебя сразу после смены.

— Я как следует присматривала за ним, пока он закрывал ресторан, Кики. Всё прошло, как по маслу, — заявила Мизушима.

— К-кики? — переспросил Мао.

Вскоре он понял, что это прозвище Кисаки. Однако, узнав, что женщину, которой хватило сил склонить перед собой Короля демонов и архангела, называли просто «Кики», Мао лишился дара речи.

— Прекрати называть меня так на людях, Юки, — раздражённо бросила Кисаки, замети его реакцию. — Я уже не ребёнок.

— Как-то не слишком убедительно, Кики, учитывая, как ты резко вышла из себя при встрече с Химе. Ты всё такая же, что и раньше! Да, Мао?

— А-а-а?! Чего?! Э?! Нет, это, эм… В-в каком смысле «что и раньше»?

Мао и так чувствовал себя не в своей тарелке, но из-за положенной ему вдруг на плечо руки Мизушимы сердце у него заколотилось ещё быстрее.

Чего это с ней? Она ведёт себя совсем не так, как на работе!

— Юки! Отстать ты уже от бедного парня, ты его смущаешь… Присесть не хочешь, Марко?

— Ла-а-адно! — ответила Мизушима.

— А, конечно, э, прошу прощения… — принял предложение Мао.

Мизушима примостилась рядом с Кисаки, а Мао сел у прохода. Глядя на изучающую меню Мизушиму, которая оказалась напротив него, ему оставалось только гадать, что будет дальше.

— Сегодня я угощаю. Ты пьёшь, Мао? — спросила она.

С точки зрения возраста и закона Японии Мао мог употреблять алкоголь. Однако из-за экономного образа жизни, которого он придерживался, а также вперившихся в него взглядами двух девушек, парень просто не мог себе этого позволить:

— Н-нет, я это, мне завтра вставать рано, так что ограничусь чаем улун.

— Да ты у нас трезвенник, оказывается? Или нервничаешь? Или сдерживаешься?

Мао начал подозревать, что Мизушима уже успела накатить один или два стакана спиртного до прихода в «Mg Ronald».

— Если говорить о Марко, то я бы предположила, что всё вышеперечисленное.

— Госпожа Кисаки…

Он хотел было возразить, но Кисаки вдруг повернулась к Мао и склонила голову:

— Прости. Я вспылила и заставила тебя пройти через такое.

— А, да ничего…

— Кики не позволяет себе пить во время отстранения, так что не беспокойся. Ну что? Ты наверняка голодный после работы. Мы уже много чего заказали.

— …А Вы пьёте, Мизушима?

— Ну я-то не отстранена, — заявила она, когда на стол поставили стакан сладкого картофельного ликёра сётю. — Итак, причина, по которой я тебя сюда притащила, заключается в том, что хотела тебе рассказать одну нашу старую историю.

— Старую историю? — переспросил озадаченный Мао.

— О Танаке Химеко, девушке, что с Саруэ пришла.

— А, господин Саруэ мне немного рассказал о ней. Говорит, что вы давно знакомы друг с другом.

— Ага, давно… — улыбнулась Мизушима, играя со льдом в своём напитке. — Аж с детского сада.

— О-о-о… — невольно протянул Мао, услышав такую новость.

«Они в таком случае не просто «знакомые», а самые настоящие «друзья детства», – подумал Мао, и это навело его на ещё одну мысль:

— Погодите… Вы тоже, госпожа Мизушима?

— Нет, познакомилась я с ней в начальной школе. В детском саду мы были в разных группах.

— Да тут разницы же никакой!

Мизушима тихо посмеялась в ответ:

— Действительно. И уже с самой начальной школы ходила легенда о том, как они друг с другом не ладят.

— Ох…

— Если поспрашиваешь наших общих друзей, то узнаешь, что они ещё в детском саду ругались.

Описание их отношений «и друзья, и враги» действительно подходило.

— Тогда почему же вы до сих пор общаетесь? — поинтересовался Мао.

— Не общаемся, — проворчала Кисаки. — Это из-за Юки мы не можем окончательно порвать все связи.

— Ой, не говори так, — Мизушима стукнула свою подругу по плечу. — В любом случае Кики и Химе всё время соревновались. К тому же они проучились в одном классе целых девять лет – это тоже могло послужить причиной таких отношений.

— О-ого. Я в шоке

Мао хоть никогда и не учился в школе Японии, но по крайней мере знал о системе ежегодной смены классов. Проучиться целых девять лет с одним одноклассником сродни чуду.

— Насколько я помню, Кики хорошо давалось искусство и каллиграфия, поэтому она ежегодно занимала призовые места в школе. И всякий раз Химе краснела как помидор от досады. Слово «креативность» к ней совсем неприменимо.

— Креативность?

— Ага, у неё не было совершенно никаких способностей к творчеству. Рукоделие ей давалось плохо, а если попросить Химе нарисовать собаку, птицу и рыбу, то едва ли удастся различить, кто есть кто.

— Ну надо же… Это удивительно…

— Ага, а между тем картины, которые я нарисовала в художественном классе, ещё долго продолжали выставлять на районных конкурсах, — добавила Кисаки с гордым видом.

Мизушима же быстро спустила её с небес на землю:

— Но вот незадача, Кики никогда не могла одолеть её в спорте.

— Да ладно?! — поразился Мао.

— Нгх!..

В это трудно было поверить, так как физически обе девушки мало чем от друг друга отличались, однако реакция Кисаки давала понять, что сказанное – правда.

— У Кики, конечно, было всё не так уж и печально с физрой, но с Химе не шла ни в какое сравнение. Неважно, марафон это или сдача нормативов, она всегда побеждала. И тогда уже Кики при каждом поражении плакала со словами: «В следующем году я её точно сделаю!»

— Меня это сильно расстраивало! Я была выше и сильнее её! Но я не проигрывала ей всё время, Марко! Один раз во время подготовки к марафону на втором году обучения в средней школе я её победила!

— О-о-о… — только и смог выдавить Мао.

Ему трудно было представить Кисаки плачущей, даже в детстве. Мао понятия не имел, как ему следует себя вести, когда она демонстрирует свои искренние эмоции касательно чего-то ещё, помимо продаж ресторана.

— Ага, только вот Химе тогда простудилась, — возразила Мизушима. — И несмотря на болезнь, она заявила: «Я не стану отсиживаться и отказываться от состязания с Кики!» Поэтому она заставила себя участвовать, после чего отсутствовала целую неделю, помнишь?

— Ну так надо было держать себя в тонусе перед таким марафоном!

Мао потерял дар речи, но не из-за самого разговора, а из-за представившейся ему возможности увидеть, какими людьми были Кисаки и Мизушима на самом деле, за пределами работы. Вероятно, осознав это, Кисаки несколько раз негромко кашлянула:

— Понимаешь, — начала она, — я не живу одной лишь работой. В кругу друзей я веду себя как самая настоящая дура и не стесняюсь показывать эмоции. В принципе, как и любой другой человек.

— Д-действительно.

Она была права, однако её текущее поведение и то, какое она демонстрирует на работе настолько отличалось, что любой бы впал в ступор.

— Н-но почему вы так друг друга невзлюбили?.. Ещё и с самого детского сада? Серьёзно?

— Я и сама не помню, — ответила Кисаки, — но если верить моим родителям…

— И ваши родители были не против такого? — удивился Мао.

— …В детском саду был один воспитатель-мужчина, который нравился всем девочкам. Мы с ней ссорились из-за того, кто пригласит его поиграть с нами в семью. Наверное, с этого всё и началось.

— Только из-за этого?!

С её слов всё звучало так, будто обыкновенная детская ссора каким-то необъяснимым образом переросла в извечное противостояние.

— Ну а Вы как оказались в это втянуты, госпожа Мизушима?

— Я была чем-то вроде подушки для Кики и Химе. Когда плакала Кики из-за того, что продула Химе, я её утешала. Когда Химе расстраивалась из-за победы Кики, я помогала ей выпустить пар.

Мао хотел спросить, зачем она взяла на себя такую сложную и неблагодарную задачу, но осёкся. Однако Мизушима всё поняла по его лицу:

— Понимаешь, что бы они там себе ни думали, мне никогда не было скучно в их компании. Если за ними не присматривать, они кучу дров наломают, но если направлять их, то они способны сделать многое на благо класса. Всё-таки я становилась старостой несколько раз…

— Понятно…

В каком-то смысле Мизушима была своего рода кукловодом, умело дёргающим за ниточки Кисаки и Химеко. У Мао начало закрадываться чувство, что с ней тоже не стоит шутить.

— И, знаешь, они очень усердно учились, поэтому контрольные сдавали чуть ли не на высший балл. То же касалось и экзаменов – они всё время находились в первой двадцатке лучших учеников. И всякий раз мне приходилось туго, потому что они сразу же начинали очередную ссору по поводу того, кто кого опередил.

— От тебя это звучит, как сарказм, Юки, — тихо пробурчала Кисаки. — Нам с Химеко едва ли под силу тебя превзойти.

— Надо же мне было выкладываться на полную, чтобы продолжать с вами тусоваться. — вяло ответила Мизушима. — Тем не менее мы втроём всё же были отличными подругами, разве нет? Может, и не всегда ладили, но и не ходили вместе в туалет, как это делают другие девчонки.

— Не шути так. Мы с ней никогда не были подругами. И вместе были только потому, что ты того хотела, Юки.

Мао в очередной раз убедился, что Мизушима единственная, кто несмотря ни на что может заставить Кисаки и Танаку Химеко работать сообща. От этой мысли его пробрала дрожь.

Закончив среднюю школу, они пошли в разные старшие, казалось бы, положив тем самым конец многолетнему противостоянию. Вот только спустя три года вся троица встретилась вновь, выбрав один и тот же университет.

— Ого, — поразился Мао, уже порядком привыкнув к установившейся атмосфере, — да вас прям судьба свела.

— Ага, мы ещё и жили по соседству… — добавила Кисаки. — Если думаешь, что, поступив в универ, мы стали взрослее и сговорчивее, то ты ошибаешься.

Поступив в университет Мэйдзи для обучения управлению бизнесом, противостояние Кисаки и Танаки разгорелось с новой силой.

— Пока там учились, — сказала Мизушима, — работу мы найти не могли, сколько ни старались, поэтому посвящали всё своё время учёбе. Но и здесь не всё было так гладко…

— Я до сих пор сомневаюсь в здравомыслии профессора, который поставил Химеко «отлично» за доклад о теории управления развитием, — возмутилась Кисаки. — Как можно подходить к системному анализу развития, опуская при этом индивидуальные качества сотрудников?

— …Тут и началась новая битва.

— Понятно, — только и смог сказать Мао с усмешкой.

Теперь Кисаки и Танака ругались не по поводу оценок, а теорий и различных сложных процессов, из-за чего их споры становились всё более и более запутанными.

— Но вишенкой на торте стал конкурс «мисс Мэйдзи», да? — обратилась Мизушима к Кисаки.

— «Мисс Мэйдзи»? Ты про тот конкурс красоты, которые обычно по телеку крутят?

— Ага. Фестивали у нас в универе проводились небольшие, а конкурс красоты так и вообще скромнее некуда, поэтому, даже победив в нём, знаменитостью не станешь. Так уж сложилось, что его решили провести в том году. И наши однокурсники заставили всю нашу троицу в нём поучаствовать.

— А-а-а… — Мао вспомнил диалог между Кисаки и Химеко.

— Ого, не ожидала, что этот глупый конкурс так плотно засядет у тебя в памяти.

— Вынуждена согласиться. Для меня это очень приятные воспоминания об универе, потому что в отличие от тебя я способна принимать чужую похвалу.

— Так, эм, — осторожно начал парень, — получается, госпожа Танака вас всех обставила?

— Да кого вообще волнует, победила она меня в этом тупорылом конкурсе или нет?!

Из реакции Кисаки Мао получил всё, что хотел знать. Какого бы масштаба он ни был, это ведь конкурс красоты между двумя девушками, и победа в нём досталась Химеко, а не Кисаки. И когда Химеко поднимала эту тему, его начальница страшно расстраивалась. Вот только если бы Мао попытался её утешить, то обрёк бы себя на вечные муки.

— То, как она кичится своим званием «недомисс», выглядит просто жалко! Какое вообще значение имеет любое другое место, кроме первого?!

Кисаки залпом опустошила остатки чая улун, как какой-то ликёр, и с громким стуком поставила стакан на стол. Как Мао понял с её слов, Танака заняла второе место, а Кисаки – третье.

— А, я заняла первое, кстати, — как бы невзначай добавила Мизушима.

— Пожалуйста, госпожа Мизушима, не нужно подробностей…

Мао предполагал, что этим всё и кончилось, но он уже услышал достаточно о прошлом своей начальницы. С каждым новым подшучиванием в рамках этой истории ему становилось не по себе.

— Ну, теперь, думаю, ты имеешь представление о том, какими были Кики и Химе.

— Ага, узнал даже больше, чем требовалось…

Примерно к третьему курсу университета их споры касались уже не только способностей и личных убеждений, но и работы, и взглядов на будущее. Однокурсники даже в шутку стали сравнивать Химе и Кисаки со свекровью и женой.

— Что касается работы, Кики руководствовалась поговоркой: «Лучше быть первым в деревне, чем вторым в городе». Химе же всё время пряталась за лидером, а как появлялась возможность, обходила его и первой пересекала финиш.

Мизушима на протяжении всего периода обучения выполняла роль эдакого связующего моста между Кисаки и Танакой, но после выпуска каждая из них пошла своим путём, что было неизбежно. В итоге одна из этой парочки оказалась в «Mg Ronald», а другая в «Sentucky», двух, казалось бы, похожих, но при этом разных компаниях. Забота Кисаки о каждом отдельном сотруднике часто приводила к конфликтам с руководством, что замедляло её продвижение по карьерной лестнице, несмотря на исключительную исполнительность и популярность. Танака, в свою очередь, превосходно выполняла свою работу независимо от места, уделяя меньше времени коллегам, поэтому и стремительно взбиралась наверх.

Друг с другом эти двое, само собой, не связывались. В курсе всех событий находилась именно Мизушима. При встрече Мизушимы и Кисаки, первая рассказывала, как идут дела у Химеко, опустив те подробности, которые могли как-то её расстроить. А когда Мизушима виделась с Химеко, она рассказывала о Кисаки в рамках простой и непринуждённой болтовни. Это напоминало своеобразный любовный треугольник, который Мизушима создавала ещё со школьных лет.

— Так вот откуда Вы знаете, кто в «Sentucky» работает, госпожа Кисаки.

Мао предположил, что Танака Химеко рассказала Мизушиме о своём перераспределении, а та в свою очередь передала новость Кисаки. Теперь парень знал о разногласиях между этими двумя, а также причине, по которой Кисаки так повела себя при встрече со старой знакомой.

— На самом деле наши отношения ничуть не изменились, но после всего, что накопилось, когда я её увидела впервые за долгое время, у меня просто кровь закипела и… Ну, дальше ты сам всё видел. Извини, — Кисаки снова склонила перед Мао голову.

— А, да ничего страшного… Но зачем вы мне всё это рассказываете? Никто в нашей смене ведь и не подумал, что Вы просто так на неё набросились. Просто решили, что это больная тема.

— Ну, честно говоря, я не ожидала, что Юки будет с тобой настолько откровенна. Я просто хотела всё тебе объяснить и извиниться, Марко, потому что тот момент ты оказался под огнём. Я собираюсь также извиниться перед Чи и остальными членами той смены. Хочу оставить этот момент позади.

— Так ты меня и не пыталась остановить, Кики, — Мизушима несколько раз потрясла оставшимся в стакане льдом, после чего облокотилась на стол, подперев подбородок. — Но ты права. Возможно, я сболтнула лишнего. Хотя у меня есть основания полагать, что ничего страшного не случится, если Мао обо всём узнает.

Женщина усмехнулась и посмотрела на Мао с прищуром:

— Похоже, Кики тебе правда доверяет. А это редкость.

— Доверяет? — переспросил парень.

Мао казалось, что в их команде нет ни одного человека, которому бы Кисаки не доверяла. Однако Мизушима имела в виду немного другое:

— До сих пор о мечтах Кики знали только я да Химе. Когда выяснилось, что она и тебе рассказала, то я очень удивилась.

Её мечта – стать лучшим бариста и экспертом в сфере ресторанного сервиса. Она хотела испытать себя, узнать, насколько далеко может продвинуться в Японии. По крайней мере так она однажды объяснила Мао и Чихо.

— …Ну, это не потому что я считаю тебя каким-то особенным, Марко. Просто подходящая возможность подвернулась, вот и всё.

Кисаки попыталась оправдать себя, но для Мао её слова прозвучали слишком уклончиво. Она скрывала свои настоящие чувства, и Мизушима тоже это заметила:

— Что, правда? — она испытующе взглянула на Кисаки, после чего подняла глаза кверху. — Не помню, чтобы раньше ты хоть кому-то это рассказывала, кроме нас. Согласна, Химе?

— А?! — удивлённо воскликнули Мао и Кисаки.

— …Да, ты права. Тоже такого не припоминаю, — прозвучал женский голос из-за перегородки, что находилась у парня за спиной.

Вышедшая к ним Танака Химеко была одета во всё тот же брючный костюм, в котором они её видели раньше.

— Юки… Ты всё это спланировала?! — сразу же взбесилась Кисаки. — Я тут, значит, перед Марко извиняюсь, а Химеко всё это время тут подслушивала?!

— Мне пришлось, иначе ты бы ни за что не согласилась с ней увидеться.

— Ну да, — согласилась Танака Химеко, присаживаясь на свободное место рядом с Мао. — Думаю, даже просто пить, сидя напротив Маюми, я бы не смогла. Терпеть не могу этот сётю из сладкого картофеля, его в основном старики пьют. Мне лучше Калуа с молоком.

— О, любишь послаще? — съязвила Кисаки. — Такое только детишки пьют.

— Уж тому ли, кого от одного бокала пива разносит, это говорить?

— У меня всего лишь лицо краснеет! Я не пьянею от него!

— Ладно, девочки, хватит, — вклинилась Мизушима. — Мао из-за вас неловко. Давайте поедим, пока всё не остыло.

— А… Эм, извини.

— Хм.

Кисаки и Химеко одновременно посмотрели на Мао, который надеялся по тихой сбежать, но не успел. Тем временем Мизушима умелыми движениями накладывала всем тэппанъяки и чахан – достаточно калорийные блюда, но при этом очень вкусные.

— Сегодня вечером я снова заходила в твою забегаловку, — сообщила Химеко Кисаки, отпив Калуа с молоком.

— Что?

— И оказалась впечатлена. На моей территории нет ни одного места, где бы всё было так же хорошо организовано. Все всегда чем-то заняты. Никто не болтает попусту, при этом коммуникация у всех на высшем уровне. К еде, которую там подают, тоже претензий никаких, да и в самом зале я ни пылинки не заметила.

— Твои комплементы для меня ничего не значат, но они же всё-таки моя команда. Само собой, от них я подобного и ожидала.

— «Моя команда», значит?.. — фыркнула Химеко, закончив с похвалами. — Маюми, и тебя всё устраивает? Сидеть в одном и том же ресторане «Mg Ronald» до конца своих дней с этим чувством гордости?

Она сделала продолжительную паузу, а затем саркастично ухмыльнулась:

— Знаешь, мне всегда казалось странным, что ты присоединилась к такой крупной компании, как «Mg Ronald». Сомневаюсь, что ты сможешь подчерпнуть для себя какие-то идеи и получить навыки в этой огромной корпорации, которые пригодились бы для открытия собственного бара. Так почему бы не стать независимой прямо сейчас?

— Чего?

— Только ты ведь теперь хочешь открыть не просто какой-то бар, да? Если же всё ограничивается лишь им, то просто уволься, найди пустое помещение и открой его там. Постаравшись, ты без сомнения добьёшься успеха. Так почему же так не сделаешь? Дело же не в недостатке денег или отсутствии возможного спонсора, так? Строя из себя королеву в стенах какого-то одного небольшого заведения крупной компании, ты ничего не добьёшься. Какой смысл во всей твоей исключительной исполнительности, когда ты по карьерной лестнице поднимаешься гораздо медленнее меня?

— Химеко, — прошипела Кисаки, — ты насмехаешься надо мной, потому что я работаю в «Mg Ronald»-е?

— Нет, я насмехаюсь потому, что ты сидишь, запершись в том мелком ресторанчике, и ворчишь на всех вместо того, чтобы пустить в ход свои таланты для карьерного роста, — ответила Химеко, раздражённо звякнув стаканом. — Стоит ли торчать на одном месте и постоянно из кожи вон лезть, когда ты могла бы руководить одним или двумя регионами, а то и вовсе обзавестись собственным? Или у тебя случилось что-то такое, что заставило тебя передумать?

Кисаки не дала ответа ни на один из вопросов. Все остальные, кто сидел с ней за столом, восприняли это как знак согласия с точкой зрения Химеко.

— За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь, Маюми. Я знаю, что ты не маленькая и должна понимать, что, работая на такую крупную фирму, тебе необходимо игнорировать сию минутные вещи и смотреть на общую картину.

— Это…

— Ну давай, скажи уже что-нибудь. Я слушаю.

Кисаки, показавшая на мгновение слабину, пристально посмотрела на Химеко:

— Я вольна делать то, что захочу. Мне не нужно тебе ничего говорить.

Мао опасался, что между ними вновь начнётся скандал, но, вопреки его ожиданиям, Танака улыбнулась ей в ответ:

— Отлично. К слову, я не пытаюсь выведать у тебя, чем ты планируешься заниматься в будущем. Если хочешь остаться в том заведении и без конца играть в большую счастливую семейку, то ради бога. Я просто продолжу подниматься вверх по карьерной лестнице, а потом от души над тобой посмеюсь.

— Ты не уважаешь своих коллег, как и всегда, — вздохнула Кисаки.

— Большая часть из них этого и не заслуживает. Поэтому важно относиться ко всем беспристрастно с самого начала. Таково уж одно из правил японского бизнеса, которые соблюдались годами.

Затем Танака взглянула на Мао:

— Хоть я и не знаю, достоин ли такой мутный паренёк, как ты, доверия, но если надеешься меня однажды превзойти, то сразу говорю: так ты этого никогда не добьёшься.

— Мутный?..

Мао почувствовал раздражение, когда стал новой целью для насмешек, но отплатить тем же он не мог, так как тут вовлечены две конкурирующие компании. Хоть они и находились на одном поле, Химеко стояла выше него по социальному положению.

Обратившая внимание на его реакцию Химеко снова усмехнулась:

— Если сможешь что-нибудь сделать в своём положении, кроме как наброситься на меня или спрятаться в где-то закутке, то добьёшься бо́льшего.

— …Ага.

— Запомни, в любой организации у тебя обязательно появится куча врагов – как внутри неё, так и за её пределами. Конкуренты, которые поставят подножку при первой же возможности. У тебя будут злые и бездарные начальники, коллеги и подчинённые, которые постоянно станут тянуть тебя вниз. Подобные люди найдутся повсюду. И ты никогда не научишься справляться с такими людьми, находясь под руководством Маюми, которая старается везде и всюду выстроить гармоничные отношения.

Мао бросил мимолётный взгляд на Кисаки. При первой встрече со свои «злейшим врагом» она не выдержала и сорвалась, но сейчас внимательно слушала её.

— Я не сомневаюсь, что с Маюми очень комфортно работать, если, конечно, ты до конца жизни собираешься оставаться в первых рядах. Но если метишь выше, то мне очень жаль, в каком положении ты сейчас находишься. Бороться с вышеупомянутыми врагами ты не сможешь.

— Но, — вступилась Мизушима, — работая под руководством Кики, у тебя будут такие замечательные коллеги, которых ты нигде больше не найдёшь. И ты сможешь улучшить свои навыки.

— Тут наши с тобой мнения расходятся. Я же считаю, что именно друзья, которых ты находишь ранеными на поле боя среди полчища врагов, как раз-таки и позволят улучшить навыки.

Танака была права, как и Мизушима. При этом Мао по-прежнему не сомневался в том, что подход Кисаки тоже верный. Однако ни один из них не совпадал с другим.

— Ну тогда, — ответил парень, не колеблясь, — если не выйдет сделать что-нибудь с тем, что имеется, почему бы не попробовать создать что-то с нуля, но лучше?

Кисаки удивлённо посмотрела на него. Мизушима восторженно ахнула и сложила вместе ладони. Химеко же фыркнула, но не так презрительно, как в прошлый раз.

— Конечно, это мечта Маюми, а не твоя. Но, ты думаешь, смог бы начать своё дело? Безрассудных людей я уважаю больше, чем тех, что постоянно о чём-то волнуются и жалуются на несправедливость, даже если сами нечего сделать не могут. Только на деле всё не так просто, как на словах.

— Я понимаю. Деньги, образование, люди – всё это, безусловно, важно, но всё, что у меня есть сейчас – это только собственные рот да тело.

Танака Химеко несколько раз моргнула в изумлении, после чего кивнула, словно подтверждая что-то для себя:

— …Действительно. Миюми.

— …Чего?

— Кажется, теперь я понимаю, чем тебе этот парень приглянулся.

— Ты тоже, да? — вмешалась Мизушима. — Согласись, классный.

— А?.. Чего?.. — Мао недоумевающе взглянул на них.

— …Марко? — позвала его Кисаки.

— Ч-что такое?

— Ты за временем следишь? Твои друзья, скорее всего, волноваться начнут, если не поспешишь домой.

— Э? А! У-уже полвторого ночи?!

Посмотрев на наручные часы, Мао вскочил со стула. Он ведь и не предупредил никого, что задержится.

— Эх, уже домой уходишь? А ведь только-только стало поинтереснее.

— Ох, Мао, мы всё это сами не съедим. Не поможешь немного?

— А, д-да, хорошо.

Мао принял просьбу и стал быстро поглощать принесённые блюда.

— С девушкой живёшь? Смелое решение для твоего возраста.

— Химеко, он живёт в одной квартире со своим другом.

— Да ну? — удивилась Танака. — Так у тебя такие предпочтения?

— Да ладно?! Это правда, Мао?! — воскликнула Мизушима.

— Не стану спрашивать, о каких именно предпочтениях вы там говорите, но нет.

Мао понимал, что опьяневшие Мизушима и Химеко просто будут его дразнить, что бы он ни сказал, поэтому решил просто сосредоточиться на своём позднем ужине.

*****

Мизушима и Химеко попрощались с Мао и Кисаки.

— Безусловно важно, значит.

— Химе?

 — «Деньги, образование, люди – всё это, безусловно, важно». Но ведь можно обойтись и без всего вышеперечисленного. Понимая это, ты станешь сильнее. А став сильнее, ты способен на что угодно, только если вдруг где-то напортачишь, то навредишь окружающим.

— Согласна. Но, — Мизушима улыбнулась, провожая взглядом Мао и Кисаки, — порой один человек может быть опасен, в то время как двое – олицетворением этой самой силы.

— Что ты хочешь этим сказать?

— М-м-м… То, что и сказала, — ответила она озадаченной Химеко с неизменной улыбкой. — Ведь именно это Кики и имела в виду.

*****

— Ты прости. Похоже, Юки снова тебя моими проблемами нагрузила.

По дороге из бара Кисаки снова извинилась перед Мао, проходя по тротуару улицы Косю-Кайдо.

— Да нет, всё в порядке. Можно сказать, я поучаствовал в дружеской встрече своих старших коллег.

— Дружеской встрече? Знаешь, если так подумать, то с нашего выпуска это первый раз, когда мы всё трое вместе собрались, — сказала Кисаки со вздохом, словно тоскуя по прошлому.

— Госпожа Кисаки?

— …Марко, не пойми меня неправильно. Даже лучше просто считай пьяным бредом то, что я скажу.

Этим вечером никто из них не был пьян, но Мао всё равно кивнул.

— Если ты собираешься работать в компании, то правильнее будет придерживаться позиции Химеко, а не моей. Однако сейчас я не могу отвернуться от своих идеалов. Не могу, потому что встретила такого человека, как ты.

— …А?

— Если бы ты не появился, я бы, наверное, уже сделала первые шаги для открытия собственного заведения, как и сказала Химеко. Но когда ты начал работать в нашем ресторане, я стала думать несколько иначе.

— П-правда?

— Ты говорил, что хочешь однажды устроиться на полную ставку, верно? Твоё желание не изменилось?

— Ну, да… Точно…

За последний год в жизни Мао много изменилось. Всё отчётливее вырисовывалась перспектива возвращения в мир демонов, и ему приходилось разгребать одну проблему за другой. Неизменным оставалось лишь его желание узнать побольше о мире людей.

— Да, я всё ещё хочу. Мне это необходимо для достижения своих целей.

— М-м-м. Я никогда не сомневалась в твоем добросовестном отношении к работе. Не знаю никого, кто бы ещё мог так гармонично сочетать работу со своей личной жизнью. Поэтому я и колеблюсь. Я хочу, чтобы ты…

— Хм?

Мао опешил, так как её слова напоминали признание в любви. Однако она зашла куда дальше, чем он мог себе представить:

— Честно говоря, я даже не знаю, стоит ли мне сделать тебя своей правой рукой и забраться на вершину «Mg Ronald»-а или забрать тебя с собой в качестве партнёра своего собственного заведения.

— …А?

— Если я хочу изменить мир или создать новый, мне нужны товарищи, которым я смогу всецело доверять.

Мао уже однажды проходил через подобное. Когда он делал свои первые шаги по объединению мира демонов, у него не было ничего, кроме тех знаний, что даровал ему случайно встреченный ангел.

— И из всех членов нашей команды ты единственный, у кого нет чётких планов на будущее и кто мог бы себе позволить ещё долго работать вместе со мной.

Выговорившись, Кисаки сделала небольшую паузу:

— …Ну, как я и сказала, считай это пьяным бредом. Ты не обязан следовать моей мечте, и я не собираюсь как-то ограничивать твоё будущее. Мы просто кучка пьяных потенциальных менеджеров, которые пытаются прибрать к рукам перспективных молодых людей, чтобы потом работать вместе с ними. Так что давай пока забудем об этом.

 Мао тупо уставился на уходящую Кисаки – женщину, носившую рабочую форму словно доспех и живущую ради своей работы.

— Но… — она повернулась с лёгкой улыбкой на лице, словно с её плеч упал тяжёлый груз. — Я бы не стала так не смешно шутить. Ты же это понимаешь? Ладно, дальше мне в другую сторону. Позаботься о ресторане эти несколько дней ради меня.

Расставшись на перекрёстке, Кисаки помахала Мао на прощание и ушла, скрывшись на улицах ночного города. Проводивший её взглядом Мао почесал в затылке и задрал голову к небу:

— Ну и дела…

*****

— Бу-у-удь ты-ы-ы прокля-я-ят, Мао-о-о!!!

Встречи за ужином в Цитадели Владыки тьмы стали уже привычным делом, и вечером следующего дня на Мао буквально набросился архангел:

— Да чтоб тебя черти покромсали, Король демонов! Ты вчера всю ночь шлялся по городу вместе с моей… Моей… Моей богиней! Чем вы там занимались?! От твоего ответа зависит, прикончу я тебя прямо здесь и сейчас или нет!

Шокированная Чихо выплюнула чай, который она неспешно попивала. Мао понятия не имел, откуда Саруэ об этом узнал, и мог только предположить, что кто-то видел, как он вместе с Кисаки выходил из бара.

— М-м-мао?! Наедине с госпожой Кисаки посреди ночи… Что ты там с ней делал?!

— Н-ничего! Мы просто немного выпили в баре…

— В-выпили?! Ты и Кисаки, наедине ночью, пили?! Какими ещё взрослыми вещами вы там занимались?! — Чихо густо покраснела от того, что успела себе представить.

— Вы сказали «в баре», мой господин?

— А-ашия? Твоё внимание привлекло только это?

— Как много Вы потратили? Домой поздно вернулись, так ещё и деньги на ветер бросили…

Услышав низкий голос своей самого преданного слуги, Мао пулей отбежал к дальней стене:

— Н-нет, они! Они заплатили! Я ни йены не потратил! А ещё, хоть я и сказал, что мы выпили, но я не имел в виду попойку! Сам то я не…

— Моя богиня за тебя заплатила… И вы пили друг напротив друга?! Ты не жилец! Клянусь, я тебя сегодня прикончу!!!

Допрашивавший Мао Сариэль схватил его за воротник, то тот грубо сбросил с себя руку архангела:

— Мы там не одни были! С нами находились твоя начальница и менеджер из заведения на Фушима-эн…

— Та самая, о красоте которой ходят легенды?.. М-мао, тебя пригласили ночью выпить три красавицы, которые потом ещё за тебя заплатили… У-у-ух…

Попытки Мао оправдаться ни к чему не привели. Чихо, казалось, вот-вот упадёт в обморок, но её уже придерживала Эми:

— Ч-чихо! Держись!

— Менеджер Танака, моя богиня и ещё одна женщина?! Да будь ты проклят, Король демонов! — Сариэль снова схватил Мао за грудки со слезами на глазах и продолжил орать на него, не то угрожая, не то умоляя: — К каким нечестивым махинациям ты прибег, чтобы совершить то, чему я так завидую?! Отвечай! Как ты это сделал?! Говори! Говори-и-и!!!

— Я ведь уже сказал, что ничего такого не было… Мы просто болтали о работе…

Мао не солгал, но в то же время их темы для разговора всё-таки выходили за рамки ежедневной рутины. Он знал, что этого упоминать не стоит, иначе всё станет только хуже, вот только все присутствующие, казалось, уже и так это поняли, поэтому не собирались оставлять его в покое.

— Король демонов! Пить поздней ночью… Не мог бы ты, пожалуйста, прекратить давать дурной пример Алас Рамус?!

— Я ведь могу тебе верить, Мао?! Вы только разговаривали о работе и ничего более?!

— Нет ничего хорошего в том, что Вас угостили! Теперь Вы должны ответить своей начальнице тем же! Вы же понимаете это, Ваше демоническое высочество?!

— Отвеча-а-а-ай, Король демонов! Что между вами двумя бы-ы-ыло-о-о?!

— Да ничего не было! Кляну-у-усь!!!

Из-за всех этих криков, которые даже не думали стихать в такой маленькой квартирке, у Судзуно лопнуло терпение:

— Да замолкните вы уже! Мы сейчас за столом вообще-то!

— Сестлёнка Судзу стла-а-ашаная-я-я!!!

Теперь плакать и кричать начала уже Алас Рамус. Во всём этом балагане только Урушихара продолжал спокойно есть:

— …Когда ж вы заткнётесь…