— По... Поверить не могу.

— Н-ну, понимаешь...

Не в силах выдержать обвиняющего холодного взгляда Каори Шоджи, Чихо неловко отвернулась. Однако, её одноклассница, напарница по кюдо и лучшая подруга только сильнее придвинулась к девушке:

— Ну-ка, повтори ещё разок. Потому что, мне кажется, я ослышалась.

— А, ну, видишь ли...

— Что с расписанием твоих смен?

— Э-это...

Чихо уже откинулась на спинку стула, стараясь держаться от подруги подальше. Однако Каори от неё не отставала:

— Рождественский сочельник! Что у тебя в этот день с расписанием смен?!

— Э-эм, — замялась Чихо, но под требовательным взглядом Каори всё же ответила: — Ну, Мао работает, Юса работает, а я буду проводить его дома с семьёй.

— Да ла-а-адно, Сасачи-и-и!

Всё ещё нависающая над ней Каори схватила Чихо за воротник и принялась трясти.

— А-а-а!..

— А с Рождеством что?! — спросила Каори, уже чуть ли не залезая на разделявшую их парту. — Что насчёт двадцать пятого?!

— О-отп-пусти-и! Я д-дышать н-не мог-гу!

Девушка попыталась вырваться, но взгляд Каори прямо говорил о том, что она не отпустит Чихо, пока не получит ответ. Вот только этот ответ ей как раз-таки и сложно было дать, ведь так она лишь рассердит Каори.

— Мы все трое в этот день работаем... — осторожно начала Чихо.

— До скольких?!

— ...Я – до десяти вечера, а они – до закрытия.

— Да ла-а-а-а-адно, Сасачи-и-и-и!

Вопль Каори прозвучал ещё громче, чем раньше, а Чихо всеми силами пыталась оттолкнуть от себя её, пока та окончательно не перевалилась за парту:

— Ну а что я могу с этим поделать?.. Я ещё школьница и не могу работать после десяти...

— Да не в этом дело! — выкрикнула Каори, чуть ли не брызжа слюной. — Почему ты согласилась на эту смену?! Чем ты вообще думала?! Я просто даже слов подобрать не могу, в каком сейчас шоке! Прошлый раз просто ничто по сравнению с этим! — возмущалась она, схватившись за голову. — Что ж, ладно. Ладно. Валяй! Празднуй Рождество со своей семьёй! Многие люди так делают, в том числе и я! Но в этот раз... Вот в этот раз это самая настоящая ошибка!

— Думаешь?.. Но в рождественские и новогодние праздники у нас будет нехватка персонала...

— Слушай, меня не волнует, что молодёжь сейчас считают обленившейся и тому подобное, но я ни за что не стану работать там, где новогодние праздники считаются рабочими днями! Это всё вина чёртового «Mg Ronald»-а в том, что он остаётся открыт!

Чихо, уже искушённая в потребительском стиле жизни в Японии, хотела было возразить, но сдержалась.

— Сасачи, — начала Каори, вздохнув, — послушай-ка меня.

— Эм, что такое?

— Ты же мне не так давно говорила, что хочешь получить от Мао ответ на признание, верно?

— А? Ну, эм, да.

Внезапно всплывшая тема заставила Чихо с опаской оглядеть класс. Акробатические трюки Каори подошли к концу, так что на них уже никто не обращал внимания. Однако учитывая, что их одноклассники сейчас находились как раз в таком возрасте, когда подобные истории вызывают страшный интерес, Чихо не хотела, чтобы их кто-нибудь подслушал. Каори, разумеется, прекрасно это понимала, но просто не могла удержаться сейчас от вопроса:

— Ну же, Сасачи. Мы ведь девушки, притом подростки, понимаешь? Подростки. В нашем возрасте хочется чуть больше той драмы в жизни, какая случается у взрослых.

— Н-наверное...

Чихо была уверена, что за последний год драмы в её жизни было больше, чем у большинства голливудских знаменитостей, и ей этого хватило с лихвой, но всё равно согласно кивнула Каори.

— И что же ты делаешь? В лучший для этой драмы день ты собираешься оставить свою главную соперницу наедине с парнем, которого любишь, а сама – сидеть дома с родителями? Ты уверена в правильности своего решения?

— Юса никакая не главная соперница...

— Ой, да хватит уже! Только ты этого не замечаешь! — возмутилась Каори, тыкая в подругу пальцем. — Смелости потребовать от него ответ, как я вижу, тебе так и не хватило. Тогда вполне было бы разумно всё уладить в канун Рождества, нет?

Чихо понимала, к чему клонит Каори, ведь она и сама задумывалась над этим, только ей мешали некоторые факторы:

— Понимаешь, расписание на декабрь было составлено ещё в прошлом месяце, когда мы только об этом говорили, потому...

— Не-е-ет, это не сработает! Нет-нет! Даже не пытайся! — Каори обхватила голову руками. — У тебя нет ни шанса, Сасачи. Ты можешь прождать хоть пять тысяч лет, но ответа не получить! Просто сдайся! Сдай-ся.

— Н-но как же...

Конечно же Чихо хотела устроить рождественское свидание с Мао, пока город занят подготовке ко встрече надвигающихся праздников. Только останавливало её то, что он является Владыкой всех демонов. Насколько девушка понимала, это было его вторым по счёту Рождеством в Японии, но как он провёл предыдущее – она уже не знала. Он мог поступить так же, как и в этом году, а именно – взять в «Mg Ronald» полные смены на двадцать четвёртое и двадцать пятое числа.

*****

Чихо осознала, что упускает свой шанс ещё в ноябре. Все смены на декабрь уже были расписаны, поэтому она даже подумать не могла, чтобы попросить Мао или Кисаки как-то изменить расписание в праздничные дни.

С сентября и до самого ноября произошло множество событий, коснувшихся как Чихо, так и всех тех, кто в той или иной мере связан с Энте Исла: захват Эми и Ашии, экспедиция Мао по их спасению, попадание Урушихары в больницу, внезапное появление матери Эми. Для самой Эми это стало особенно значимым событием, ведь она наконец воссоединилась со матерью, которую почти не помнила, но та имела отношение к нависшей над Энте Исла угрозе.

И Лайла, архангел и мать Эми, и Мао Садао, Король демонов и возлюбленный Чихо, приложили немало усилий на то, чтобы растопить лёд в сердце Эми, хоть при этом сами между собой не особо ладили. Чихо, что одинаково сопереживала обеим сторонам, поначалу радовалась такому результату, но вскоре поняла, что стала ужасно ревновать, увидев с какой заботой Мао относится к Эми.

Хорошо это или плохо, но его отношение к Чихо с того лета, когда она призналась ему в своих чувствах, ни капли не изменилось. Если он и Эми примут «важную работу», предложенную им Лайлой, то они отправятся далеко-далеко, оставив Чихо позади. Девушка не знала, как ей нужно воспринимать отношения, сложившиеся между ней и её возлюбленным из другого мира, поэтому обратилась за советом к Каори Шоджи, опустив всё, что как-то связано с Энте Исла.

Это случилось в конце ноября, и даже тогда она не могла решиться на нечто столь смелое, как позвать на свидание в Рождество. Однако затем в копилку беспокойств Чихо добавилось кое-что ещё: Рика Судзуки, подруга Эми и ещё один человек, знающий правду о Мао и остальных, призналась Широ Ашии, Великому генералу демонов Альсиэлю, в том, что он ей небезразличен. Она открылась ему, но этого оказалось недостаточно.

Чихо была глубоко потрясена поступком Рики: она влюбилась в жителя Энте Исла, не позволила правде отпугнуть её и прямо сказала о своих чувствах, вместо того чтобы прятать их. Это потрясло Чихо и одновременно напугало. От одной только мысли о том, что Мао её в конце концов отвергнет, у девушки начинали подкашиваться колени. Она могла придумать кучу причин, по которым Мао ей откажет, но ни единой, по которой он бы ответил взаимностью.

Рика же не сдалась после отказа Ашии. Пусть она потом и плакала из-за этого, но не сдалась. Однако, представляя себя в таком же положении, Чихо сомневалась, что смогла бы оправиться после отказа Мао. Это стало причиной, по которой в течение последних нескольких недель старшеклассница подсознательно совсем не задумывалась о Рождестве.

Тем не менее каким бы ни стал ответ Мао, он напрямую зависит от других его решений, которые парень примет в будущем. И это будущее может лишить Чихо не только Мао, но и Эми, Ашии, Урушихары, Судзуно и всех остальных друзей с Энте Исла. Её в каком-то смысле детское желание не разлучаться с любимым человеком как раз и не позволяло Чихо действовать.

В то же время старшекласснице не давали покоя сказанные одной из её знакомых слова: «Если есть, что сказать, просто скажи это, иначе потому будешь жалеть». Слова эти принадлежали Асиет Алла, девушке, которую разлучили с дорогим ей человеком на долгие годы. Чихо, прожившей семнадцать лет, даже представить не могла, как тяжко ей приходилось всё это время.

Она понимала, о чём говорили Каори и Асиет. И от этого у Чихо замирало сердце, она не могла ничего предпринять. Так всё и оставалось до самой середины декабря.

*****

— Хватит уже со своими «но» да «но»! Я поверить не могу, что ты позволила Рождеству вот так вот выскользнуть у тебя из рук!

Каори видела ситуацию, как типичное проявление «мук любви» у своей подруги, однако в свете событий, что происходили в последнее время в жизни Чихо, проведение романтического Рождества уходило для неё на второй план.

— Сделать ты ничего не можешь? — спросила Каори. — Время до Рождества у нас ещё есть. Может быть найдётся кто-то, кто тебя подменит?

— Д-даже не знаю...

Это был вполне закономерный вопрос, и Чихо уже раздумывала над ним. Тем не менее одно дело взять выходной на работе себе, но попросить кого-то другого так сделать – уже совсем другое. А предложить Мао взять в сочельник выходной она уж тем более не могла.

— А, точно! — Чихо посетила идея. — Может быть, мне удастся выйти и двадцать четвёртого, сказав маме, что у нас нехватка персонала...

— Сасачи, почему тебе в голову пришёл именно этот вариант?

— Э? Н-ну, просто...

— Что «просто»?! Ты «просто» пойдёшь в этот день на работу и «просто» его отработаешь – всё! К тому же раньше остальных домой уйдёшь, так? И ты на полном серьёзе предлагаешь вот такое, Сасачи?

— Н-ну да...

— О боже, ты ведь сама говорила, что не хочешь с ними расставаться! И знаешь что, Сасачи? Сейчас ты как раз-таки и идёшь по пути расставания!

— Д-да знаю я, знаю...

Если Мао и его товарищи ответят на просьбу Лайлы спасти людей Энте Исла, то всё пройдёт так же, как когда Мао отправлялся выручать Эми. Другими словами, Чихо не будет его сопровождать, потому что просто не сможет. И причина была проста: если всё перерастёт в войну, девушка станет обузой для Мао и Эми, как это случалось прежде. Им предстояло пройти через множество сражений, а оказавшаяся посреди боя Чихо заставит Мао тратить кучу сил только лишь на её защиту. Всё будет иначе, чем когда она воспользовалась Есодом, чтобы на время одолжить силу Лайлы. Сейчас же архангел явила себя, поэтому у Чихо больше не осталось возможности сражаться бок о бок с Мао.

И всё же девушка не могла отрицать правоту Каори. Времени у неё осталось немного, но у Чихо были все основания полагать, что Мао не вернётся на Энте Исла так просто. Связаны они с другой «работой» Мао, не имеющей никакого отношения к просьбе Лайлы.

— ...Значит, уже утверждённые смены изменить не получится, — вслух констатировала факт Каори. — Ну, ты же хотя бы думала устроить что-нибудь в Новый год или накануне?

— А, кажется, мама или папа говорили, что мы поедем к бабушке с дедушкой, так что... Эм... Као?

Чихо была так поглощена мыслями о текущей ситуации с Мао, что не сразу заметила, как Каори смотрит на неё таким взглядом, будто вот-вот наброситься. Даже демоны не пугали так сильно, как сейчас это делала её подруга:

— Сасачи...

— Д-да?

— Я сейчас правда вне себя от злости.

Каори уже и до этого сильно злилась, но Чихо была так напугана, что просто молча выслушивала последовавший поток возмущений и нравоучений.

*****

Когда занятия по стрельбе из лука закончились, на улице уже стемнело. В этот день у Чихо не было смены. По дороге домой ей вдруг пришло сообщение от матери с просьбой сходить за покупками, поэтому она вскоре оказалась в толпе на торговой улице. Она вся пестрела рождественскими украшениями, но некоторые магазины уже меняли их на новогодние. В особенности это касалось ресторанов и различных забегаловок, где подавали собу или рыбу.

— О, Чихо Сасаки?

Старшеклассница пробегалась глазами по составленному матерью списку покупок, как вдруг из толпы её окликнул знакомый голос. Она даже едва не выронила телефон из рук от неожиданности:

— А? Что-о-о?! — она подумала, что ей это послышалось, но, оглянувшись, убедилась в обратном. — У-урушихара?! Когда ты вышел наружу?!

Недовольный её реакцией Урушихара нахмурился, но оправдать себя ему было нечем:

— Слушай, можешь не выражаться так, будто я преступник какой-то, которого только на свободу выпустили?

— Просто я даже представить себе не могла, что тебя отпустят в город одного...

— Я вам что, зверь дикий или зомби, или ещё кто? Вы, может, и не заметили, но я в последнее время часто один по городу гуляю и даже некоторую работу по дому выполняю.

— Ого, правда? И-извини... — Чихо поклонилась, пожалев о том, что так бурно отреагировала на его появление.

Тем не менее Чихо в самом деле впервые видела, чтобы Урушихара сам вышел на улицу, без сопровождения Мао или Ашии, как это было в начале весны, когда она только узнала о том, кто они на самом деле. Однако дома он сидел не только из-за лени.

— Но, эм, ты уверен, что тебе стоит ходить по городу одному?

— А что? Опасаешься, что меня арестуют копы за все беспорядки, которые я учинил до нашей с вами встречи?

— Э? Н-ну, да, наверное... — Чихо неуверенно склонила голову набок.

Урушихара устало закатил глаза:

— Белл уже говорила, что, если я пойду один, то потеряюсь и никогда не вернусь домой.

— Ну да...

— Эй, нечего поддакивать.

— П-прости...

Чихо легко могла представить, чтобы Судзуно сказала нечто в этом духе, узнав, что он разгуливает по городу в одиночку.

— И всё же если ты всерьёз спросишь, как у меня дела, то скажу, что не ахти.

— Что?

Услышав признание Урушихары, Чихо застыла на месте. Одной из главных причин, почему он проводил большую часть своего времени дома, заключалась в том, что до того, как Урушихара поселился в Вилла Роза Сасадзука, он совершил серию ограблений. Подробностей Чихо не знала, но реакция Мао и Ашии намекала на вероятность того, что одно из них было заснято камерой видеонаблюдения. Поэтому полиция всё ещё могла им интересоваться.

— Однако думаю, тебе беспокоиться не о чем, — заверил Урушихара.

— Точно?

— Угу. Благодаря Мао в нашем распоряжении достаточно демонической силы, чтобы не опасаться копов, — сказал он с ухмылкой.

— Ч-что?! Не надо, пожалуйста, такое говорить!

Помыслы за его ухмылкой явно скрывались нечистые, из-за чего Чихо, чей отец работал в полиции, стало не по себе.

— Хе-хе-хе. Я не собираюсь намеренно устраивать разборки с полицией, но если дело дойдёт до драки, мне будет чем ответить. Недавно я обзавёлся кое-чем новеньким и чувствую себя как нельзя лучше.

Чихо было боязно уточнять, чем же он там таким обзавёлся, но с учётом того, чем в последнее время занимались демоны, у неё имелась пара догадок. Сам того не заметив, Урушихара своими намёками напомнил Чихо о том, что не давало ей в последнее время покоя:

— Получается, ты тоже теперь восполнил демоническую силу, Урушихара?

— В смысле «тоже»? — спросил он, всё ещё ухмыляясь.

Тут уже настал чред Чихо ухмыляться:

— Ну ведь и у Ашии есть демоническая сила, раз он может принять форму демона, когда захочет.

— О, так ты знаешь? О том случае, когда он ходил покупать мобильник.

— ...Да, в какой-то мере знаю.

Чихо было интересно, как много о той истории известно Урушихаре.

— Хм, странно, однако. Ведь не похоже, чтобы Белл что-то знала.

— Потому что я ничего ей не говорила.

— Вот оно как? Зная тебя, ты бы, выяснив, что мы храним демоническую силу в тайне от Эмилии и остальных, сразу бы побежала бы к ней за советом.

— Вот не надо делать из меня какого-то двойного агента, — надулась Чихо. — Я прекрасно понимаю, что Ашия не стал бы делать что-то подобное без веского повода.

Были и другие причины, по которым она ничего не рассказала Эми и Судзуно, но то, что её держали за сплетницу, возмутило Чихо.

— Ага, так и Эмилия, получается, ничего не знает? Хм-м-м, — задумчиво кивнул Урушихара.

Было неясно, значила ли для него эта информация что-то, или он это сделал просто в продолжение разговора. Тут парень приподнял одну руку. Чихо всё ещё была удивлена самим появлением Урушихары, поэтому не сразу обратила внимание на его пакет, где лежали продукты и различные закуски.

— Просто я думал, что Эмилия обо всём узнала, когда Ашия решил принять демонический облик прямо на глазах Рики Судзуки, но… Хотя, даже если она и узнает, в принципе пофиг. Как ты уже сама сказала, без веской на то причины мы этого делать бы не стали. А ещё это связано с моим походом за покупками.

— …Что ты хочешь этим сказать?

— Хм-м-м…

Урушихара осторожно осмотрелся по сторонам. Обнаружив поблизости кафе, он указал на него Чихо:

— Я тебе расскажу, если купишь мне выпить чего-нибудь горяченького. Я замёрз.

Чихо удивлённо вскинула брови, после чего неохотно кивнула. В конце концов Урушихара оставался всё таким же бесстыдным, как и всегда.

*****

— Тут нет ничего такого удивительного, — принялся рассказывать падший ангел, попивая самый дорогой кофе, что был в меню. — Просто Мао, Ашия и я не доверяем Лайле полностью.

— Не доверяете полностью? — переспросила Чихо, наливая большое количество молока в свой дешёвый кофе. — В смысле?

— В самом прямом. Уже ведь прошло много лет с её побега из рая. Однако этого недостаточно, чтобы Мао и Эмилия ослабили бдительность по отношению к ней.

— Ну да, пожалуй, — сразу же согласилась Чихо.

Даже она понимала, что Лайла многое недоговаривает.

— Только потому, что Габриэль и домовладелица сказали, мол, рай никого не впускает и не выпускает, ещё не значит, что всё так и есть. Даже если они и закрылись ото всех, это ещё не гарантирует, что враг оттуда не полезет. Может быть, у них есть другие способы отправлять своих оттуда во внешний мир. Мы сомневаемся, что Лайле удалось полностью скрыться от небес. Ты же помнишь, что я с Ашией тогда не пошли к Лайле?

— А, ну, да.

Лайла пригласила всех к себе домой в район Нэрима, чтобы заслужить их доверие. Ашия и Урушихара от предложения отказались, а учитывая, что за день до этого случилось неудачное признание в любви Рики, Чихо не стала спрашивать о причине отказа.

— Мне так-то вообще пофигу, что там у Лайлы за дом. Всё это было затеей Мао.

— Мао?

— Он оставил нас на случай непредвиденных обстоятельств, — пояснил Урушихара. — К примеру, пока Мао и Эмилия заняты, а враг этим бы воспользовался и напал на «Mg Ronald», Рику Судзуки или, чего хуже, на твой дом, то мы должны были бы немедленно вмешаться.

— Вот оно что…

— Вдобавок беспомощность Лайлы может быть притворством, чтобы вызвать у Мао и Эмилии сочувствие. Может случиться так, что сражаться нам придётся не только против Рагуила с Камаэлем.

— Э?

Чихо не совсем поняла, к чему клонил Урушихара, и тот насмешливо фыркнул:

— Сама посуди: с чего мы вообще решили, что Лайла, так сказать, на стороне «добра», раз она мать Эмилии? Тебя этот момент совсем не смущает? Не мне, конечно, этого говорить, но много ли мы повстречали ангелов, которых можно назвать «хорошими»? А, Чихо Сасаки?

— Нет, — сразу же ответила она с нескрываемой печалью в голосе.

— Вот видишь? И, опять же, не мне о таком говорить, но я, в отличие от Мао с Ашией, прекрасно знаю, насколько порочны ангелы. Что, если вся эта легкомысленность просто часть её образа? Что, если она возьмёт в заложники твою семью или менеджера «Mg Ronald»-а, или Рику Судзуки, или ещё кого-то, кто важен Мао или Эмилии, вынудив их подчиняться её хотелкам? Такое очень даже может быть.

Чихо считала, что он всё чересчур преувеличивает, но вынуждена была признать, что в словах Урушихары имелся смысл:

— А ты сам что думаешь, Урушихара? Насчёт неё.

— Что я думаю? — переспросил Урушихара, словно не понял смысла её вопроса.

Чихо пришлось внести в него чуть больше конкретики:

— Просто госпожа Лайла и господин Габриэль... Они хотят, чтобы Мао и остальные, эм, убили, э-э-э...

— А, точно, ты ж про моих родоков узнала.

— ...Да, — не ожидав такого прямого заявления, Чихо немного промедлила с ответом.

— Что, стала меня больше уважать?

— Ч-что?! — Чихо, не понимая, как эти вопросы вообще связаны, только сильнее растерялась.

— Ну сама посмотри, какая у меня поразительная родословная! Моя мать буквально стала богиней. Она стоит во главе второго поколения ангелов. Будь она человеком, то заняла бы высокий пост, а тебе на неё даже взглянуть было бы страшно.

По тону его голоса Чихо не могла с уверенностью сказать, насколько серьёзно говорит Урушихара, решила на него надавить:

— Хватит говорить ерунду и ответь, пожалуйста, на вопрос.

— Слушай, да тебя это волнует больше, чем саму Эмилию. Ладно, хорошо, я сдаюсь. Можете делать всё, что заблагорассудится. Если Мао поверит в искренность Лайлы и согласится, тогда я не стану его останавливать.

— Ты уверен?! Просто тогда...

— Да знаю я, знаю. Лайла и Габриэль выступают за ту часть жителей небес, которая желает убить мою мать, — голос Урушихары стал монотонным, а лицо практически не проявляло никаких эмоций. — И что, ты думаешь, я вдруг должен полюбить её и со слезами на глазах молить о пощаде? Или внезапно измениться и переманить её на нашу сторону?

— Нет, я и не думала о том, чтобы ты переманивал, но меня напрягает твоё равнодушие по отношению к ней.

— Ох, вот любите вы обо мне болтать всё, что в голову взбредёт. Загляни к нам как-нибудь домой. Думаю, ты найдёшь там, чему удивиться, — Урушихара скорчил недовольную мину и, тяжко вздохнув, продолжил. — Послушай, я не вру. Я правда практически не помню своих родителей. Просто знаю сам факт того, что Игнора, заправляющая сейчас всем раем, моя мать, и даже какие-то смутные воспоминания о ней имею, но если ты спросишь, играла ли она какую-то роль в моей жизнь, то я сразу же отвечу «нет».

— Как же так...

Чихо, что росла в нормальной семейной обстановке, трудно было поверить в услышанное, но Урушихара говорил на полном серьёзе:

— Видишь ли, я жил не в том мире, где родственная связь имеет какое-то значение. В мире демонов, например, если отец или брат встанет на твоём пути, ты просто убьёшь его. Если Лайла с нами действительно честна, то я могу только поблагодарить её за то, что взяла на себя ответственность за поступки моей матери.

Игнора, исполняющая роль Бога среди ангелов небес, являлась матерью Урушихары. Первым после визита в дом Лайлы на Нэрима об этом рассказал Чихо и остальным Габриэль. Он также сообщил им обо всех гнусных деяниях, что она совершила в отношении детей Сфир, и что она делает сейчас с Энте Исла, но Чихо в первую очередь волновало, как всё это воспринимает Урушихара. Её беспокоило полное отсутствие реакции, чем если бы он показал целую бурю эмоций.

— Но если ты хочешь услышать моё мнение обо всём этом как её сына... Хм-м-м, как бы выразиться...

Чихо оживилась, ожидая услышать честное мнение Урушихары.

— ...Наверное, я обижен на неё за то, что бросила меня в мире демонов одного. А ещё за то, что забила на мои поиски. Хотя так-то с демонами было весело, поэтому... Жизнь там, мне кажется, у меня оказалась лучше, чем если бы я остался на небесах, жители которого скорее смахивают на зомбаков. Я не ненавижу её настолько, чтобы мне хотелось ей отплатить соответствующе... Просто было всё это так давно, что я большей части уже и не помню.

— Ты её совсем не помнишь?

— Ну вот скажи, ты все свои разговоры с родителями и друзьями, случившиеся в детском саду или первом классе, помнишь?

— Нет, но...

— Может, по мне и не скажешь, но я живу в несколько раз дольше Мао. И проведённое в мире демонов время было полно ярких и приятных событий. Может Игнора и моя кровная мать, но для меня это всё равно что если бы твои нынешние враги были твоими предками в эпоху Эдо. Всё это уже давно в прошлом, сейчас нам важно настоящее.

Это не совсем то, чего Чихо ожидала услышать от Урушихары, который большую часть времени торчал в шкафу и жил за счёт Мао, но ей по крайней мере стало ясно, что к Игноре он не питает никаких тёплых чувств.

— Прошлое остаётся прошлым, — подытожил парень. — Каких-то людей оно мотивирует, какие-то – нет. В нашем случае я нахожусь в числе вторых, а Лайла – первых.

— Вот как.

— Ага. Не знаю, как много Лайла с Габриэлем тебе рассказали, но, судя по твоему лицу, прилично. О Катаклизме, вызванном Владыкой демонов Сатаной, и всё, что натворила Игнора.

— Эм... Ну, да.

Разговор, который у них состоялся в «Mozz Burger», пока все поедали картошку фри, едва ли можно назвать обычным, но для старшеклассницы он оказался очень информативным.

— Ну, в любом случае, это не моё дело, а про Мао с Ашией, которые ещё тогда даже не родились, я вообще молчу. Эмилия, может быть, считает иначе. Не знаю, стала она там такой же бессмертной или нет, но да плевать. Честно говоря, мне слабо верится, что Мао согласится на предложение Лайлы. Поэтому-то мы с Ашией и ходим с запасом демонической энергии наготове. Это так, на случай, если Лайла выкинет какую-нибудь глупость, чтобы заставить Мао согласиться.

— П-правда?..

Чихо догадывалась, что имел в виду Урушихара, но особой радости от этого не испытывала.

— К тому же, — добавил Урушихара, заметив её смятение, — для тебя самой-то это разве не лучший вариант?

— А?

— Ты ведь не хочешь, чтобы он и Эмилия соглашались, да?

— Н-ну, я... Нет. Ты прав, не хочу.

Пока Чихо колебалась с ответом, в её голове пронеслось сразу множество различных мыслей. Если бы она поверила каждому слову Лайлы, то её желание, чтобы Мао и Эми остались на Земле, было сравнимо с желанием оставить жителей Энте Исла на произвол судьбы. Совесть Чихо буквально кричала ей о том, что так нельзя, но девушка не видела смысла врать Урушихаре в своих истинных чувствах. Сейчас, если она не будет с ним честна в состоявшемся откровенном разговоре, то может лишиться возможности получить ответы, которые так искала:

— Я правда не хочу, чтобы Мао и кто-либо ещё уходил. Почему они должны всё бросить и ввязаться в эту историю? Вот что не даёт мне покоя.

— Ну да, я тоже не в восторге. Почему это мы должны отказаться от спокойных и обыденных деньков и отправляться куда-то далеко рисковать своими жизнями?

Чихо подметила про себя, что эти самые «спокойные» деньки Урушихары являются результатом тяжкого труда многих людей, за исключением самого Урушихары, но на этот раз она решила воздержаться от замечаний.

— Я понимаю, что говорить такое слишком эгоистично с моей стороны, — начала она. — Если Мао или Юса решат действовать, то я не в праве их останавливать. Только вот Лайла и Габриэль, как по мне, слишком многого просят.

— Полностью согласен. Они сами обделались, вот пусть и убирают за собой тоже сами.

Чихо находила странным слышать такое от Урушихары, но он был прав. Они не способны «прибрать за собой» весь тот беспорядок, который привёл к гибели цивилизации, поэтому решили обратиться к Мао и Эми, чтобы те сделали всё за них, но Чихо не могла этого принять. Рассказ Габриэля, что она услышала тогда в «Mozz Burger», дал ей ответы на некоторые вопросы, только всё это просто история, которая совершенно не меняет того, чего он и Лайла хотят от демонов.

С того дня Чихо больше не встречалась с Лайлой или Габриэлем. Однако с учётом того, что Лайла в тот раз пусть и немного, но всё-таки открылась, ситуация в какой-то мере прояснилась. Вот только намерения Мао ей были всё ещё неясны, поэтому для Чихо этот декабрь был полон беспокойства.

— А ещё, — добавил Урушихара, — ты, может быть, знаешь больше меня, но скоро Мао будет по уши в делах.

— А, да, ты прав.

Вспоминая свой разговор с Каори, Чихо была твёрдо уверена, что Мао не согласится на предложение Лайлы. И эта уверенность обоснована тем, что она очень хорошо знала Мао.

— То, что он занят, существенно повлияет на Эмилию. К тому же я ещё не слышал, чтобы она помирилась с Лайлой... Так что с твоей продолжительностью жизни беспокоиться тебе не о чем.

К её удивлению, в словах Урушихары, прожившего во много раз дольше Мао, которому уже несколько веков, было что-то обнадёживающее. Если Король демонов поступит так, как предполагают Чихо и Урушихара, тогда их обычная жизнь на Земле продлится ещё два или три года. К тому времени Чихо уже поступит в университет и будет обладать куда большей свободой выбора и разберётся со своими чувствами.

— Ведь именно этого и старался добиться Мао всё это время, так? Сомневаюсь, что он так просто бросит всё и покинет эту планету, — озвучил своё мнение Урушихара.

— Я... Я тоже сомневаюсь. И Юса, наверное, так же считает.

Чихо вытащила из портфеля блокнот и просмотрела записанное в нём расписание смен «Mg Ronald». Сегодняшняя и смены нескольких следующих дней были зачёркнуты и переписаны.

— Мао ведь всё время так упорно старается, — она с заботливым видом провела пальцем по написанным в блокноте словам:

«Повышение Мао до работника на полную ставку!»

*****

В то время, пока Чихо и Урушихара вели беседу, Эми Юса, чья смена заканчивалась в пять часов вечера, с удивлением посмотрела на вошедшего через автоматические двери посетителя:

— Добро пожаловать! Подходите к стойке, когда будете готовы сделать заказ.

Узнав Эми, посетитель сразу же подошёл к ней:

— Один терияки бургер, большую порцию картошки фри и большой стакан горячего кофе.

— Хорошо.

Девушка приняла заказ, озвучила стоимость, приняла вручённую ей купюру в тысячу йен и отдала сдачу. Вскоре поднос с готовым заказом передали посетителю, который, не говоря больше ни слова, ушёл занять удобное для себя место.

— Как странно, — заметила Эми вслух.

В «Mg Ronald» перед ужином зашёл Широ Ашия и сделал достаточно объёмный заказ. Для него это было крайне необычно – есть вот так вот снаружи в одиночку, да ещё и так много. Вдобавок он ещё и сел на высокий барный стул и уткнулся в смартфон. Он был настолько на себя не похож, что Эми уже начала думать, вдруг это какой-то коварный ангел выдаёт себя за Ашию.

— Саэми, ты разве не уходишь? — прозвучал у неё за спиной женский голос.

— Э? А, да.

К ней обратилась Акико Оки, одна из давних сотрудниц «Mg Ronald», работающих неполный рабочий день. Эми посмотрела на часы – те уже показывали чуть больше пяти вечера. Девушка сняла козырёк, краем глаза взглянула на Ашию, что так и продолжал пялиться в телефон, и спросила у Акико:

— Слушай, раз моя смена закончилась, могу я сделать заказ?

— Конечно. Заказ оформить, как на сотрудника?

— Да, пожалуйста. Эм, один бургер с беконом и перцем, салат и апельсиновый сок.

— Поняла. Иди переодевайся, а я его пока подготовлю.

— Спасибо большое.

Коротко кивнув, Эми поблагодарила коллегу и ушла в помещение для персонала. Переодевшись, она стала размышлять над тем, что могло привести сюда Ашию:

— Он ведь должен знать, что Король демонов и Чихо сегодня не работают... Не пришёл же он ко мне по какому-то делу?

В какой-то момент они встретились взглядами, но Эми объясняла это тем, что сегодня она единственная стояла на кассе. К тому же Ашия не из тех, кто станет ужинать в «Mg Ronald»-е. Эми была уверена, что у него на то имелась какая-то определённая причина, но не знала, какая именно.

Вернувшись в обеденный зал, Эми заметила, как Акико машет ей рукой. Заплатив за свой заказ, на который сотрудникам заведения полагалась скидка в тридцать процентов, она взяла поднос и, подумав, куда ей сесть, в итоге заняла место напротив Ашии. Места с высокими стульями были сделаны так, что сидящих друг напротив друга клиентов закрывала перегородка, чтобы им не приходилось обмениваться неловкими взглядами, но Ашия всё равно должен был понять, кто к нему подсел. Однако мужчина, который едва проглядывался через щели между разделительными перегородками, всё так же сидел в смартфоне и неспешно поедал картошку фри. Эми же открыла пластиковую упаковку с салатом и насадила на вилку красный лист латука.

— Чего хотела? — первым задал вопрос Ашия.

Заведение практически пустовало, а за их высоким столом больше никто не сидел, поэтому Эми и Ашия могли друг друга отчётливо слышать.

— Это ты чего хотел? — задала ему девушка тот же вопрос.

Из-за перегородок никто из них не мог видеть лица своего собеседника.

— Чего делаешь в Маге в такое-то время? Тебе разве не надо готовить ужин?

— Сегодня мы ужинаем порознь, — ответил Ашия.

— О-о-о, нечасто такое бывает.

Она в самом деле была очень удивлена. Например, как Мао ужинает здесь, она могла себе представить. Согласно расписанию смен, составленному ещё в прошлом месяце, он сейчас должен был находиться на работе, но сегодня он совместно с их менеджером, Маюми Кисаки, отсутствовал. Такефуми Кавата и Акико Оки, следующие по старшинству после Мао, сейчас вместе выполняли роль руководства заведения, но Ашия, по предположению Эми, и так должен быть в курсе всего, что касается Мао:

— Оставил Люцифера без присмотра?

— Это не твоё дело.

Он был прав, но Эми, знающая о финансовом положении Цитадели Владыки тьмы, действительно беспокоилась. К тому же Ашия обычно ограничивал свободу действий Урушихаре.

— Если кто-то из моих знакомых начинает вести себя в несвойственной ему манере, я буду за него переживать, — прояснила Эми. — Тебе что-то не нравится?

— О-о-о, так ты считаешь, что знаешь всё о нашей жизни?

— Не всё, но процентов девяносто точно. Этого достаточно, чтобы понять, насколько странно ты себя ведёшь.

— Не лезь в личную жизнь клиента. Вас на работе этому разве не учили?

— Знаешь, обычно, когда ты вот так пытаешься обратить против меня нормы морали, это значит, что ты затеял что-то, о чём не хочешь, чтобы я или Белл узнали.

Ашия промолчал. Он казался Эми разражённым, хоть за перегородкой его и не было видно.

— Ладно, неважно, — Эми не стала на него дальше наседать. — Не знаю, что там у вас приключилось, но да, я повела себя грубо по отношению к тебе как к клиенту. Извини.

— Угу-м.

— Можешь не торопиться. Я уйду сразу же, как только доем.

Всего через несколько минут она закончила с ужином, встала с места и взяла поднос, чтобы отнести его к мусорке.

— Юса, — вдруг остановил её Ашия. — Ты виделась с госпожой Судзуки?

Не ожидавшая такого вопроса Эми удивлённо взглянула на него. Ашия продолжал сидеть на своём месте спиной к ней.

— ...Прошло уже где-то две недели, как мы с ней виделись. Она... Мне пишет, но...

— Вот как. Что ж, хорошо.

— А с ней что-о не так?

В её голосе прозвучала нотка сарказма, о чём Эми практически сразу же пожалела. Можно сказать, она буквально заявила, что знает о произошедшем между Ашией и Рикой. Подруга обратилась к ней за советом перед встречей с ним, а смартфон в его руках был куплен по личной рекомендации Рики, и Эми знала результат её признания в своих чувствах.

Чего Эми не знала, так это того, как именно всё произошло. Они не виделись друг с другом две недели, а сообщение, полученное от Рики, было кратким: «Не получилось. Но всё равно спасибо». С тех пор они стали реже общаться, что очень беспокоило Эми.

Ашия же проигнорировал её вопрос, знаменуя тем самым конец разговора. Девушке в голову стали лезть самые разные вопросы.

Что случилось с Рикой? Что он с ней сделал или сказал ей?

Если бы Эми могла, то прямо сейчас бы вытащила его наружу из заведения и заставила рассказать обо всём, что тогда произошло. Однако в конце концов она взяла себя в руки, отвернулась и просто покинула столик.

— А, уже уходишь, Юса? — спросил у выхода Кавата, который только что вернулся с доставки. — Хорошо поработали. Береги себя!

— Спасибо, вам тоже удачи.

Девушка отвесила ему короткий поклон и вышла из ресторана, не обращая больше внимания на оставшегося внутри демона.

Снаружи её встретил ожигающий щёки холод, солнце уже полностью село. Оказавшись на улице, Эми отправилась по дороге Косю-Кайдо за Алас Рамус, которую оставила у Судзуно в Вилла Роза Сасадзука. Морозный воздух остудил ей голову, и теперь она понимала, что правильно поступила, когда не стала требовать от Ашии ответа. Она знала, что Рика питает чувства к нему, и он единственный, кто этого не замечал. И её «не получилось» могло значить лишь одно.

Если бы между Рикой и Ашией возникла бы та же ситуация, как между Чихо и Мао, она бы прибежала к Эми за очередным советом. Рика даже спросила Эми, есть ли что-то плохое в том, что ей нравится Ашия, но уже тогда она набралась смелости рассказать о своих чувствах. Вот только, выслушав признание, Ашия ей отказал, и тут Эми уже ничего не могла поделать:

— Чего же... Я сама ей желаю?

Она не хотела, чтобы Рика страдала, и в то же время сомневалась, что Ашия сможет или вообще захочет сделать ей счастливой.

— Э-э-эх... — она выдохнула облачко белого пара, подняла голову к ночному небу и вспомнила Чихо. — Какая же я эгоистка...

Эми устраивало, если Чихо и Мао станут парой, но почему-то в отношении Рики с Ашией она считала иначе. Где-то в глубине души Эми надеялась, что у Рики ничего не получится, из-за чего испытывала отвращение к самой себе. Мао крайне нерешителен и, как это недавно отметили Лайла, Судзуно и Ашия, не может вести себя более сурово с Чихо. В то же время ненависть Ашии к людям существенно поугасла, но всё равно даже на Земле он оставался настороже. Так как он оставался демоном, Эми была уверена, что Ашия однажды вернётся на Энте Исла, чтобы снова попытаться его покорить.

Если бы Ашия отверг Рику раньше, у Эми было бы на одно препятствие, мешающее ей разобраться с ним, меньше. Сейчас же она видела его, Мао и Урушихару уже не просто как демонов, а как таких же полноценных личностей, подобных другим людям. Эми и сама за это время изменилась. Частичка Героя, что ещё осталась в ней, спрашивала её, почему она так на этом зациклилась, но сейчас Эми Юсу брала злость от мысли, что человек по имени Ашия ранил чувства Рики:

— Эгоистка... — вырвалось у неё.

Эта злость была неуместна для той, кто долго время горела желанием убить их. Однако реальность такова, что две её дорогих подруги влюблены в тех, кто попал сюда из другого мира и при этом даже человеком не являлся.

Отвлечься от всех этих мыслей, не дававших ей покоя, Эми помогла неожиданно встреченная на перекрёстке знакомая фигура.

— ...В такой-то холод? — невольно произнесла она..

В её голосе смешались одновременно недовольство, смирение и лёгкий оттенок детской радости, которого она сама даже не заметила.

— О-ой, привет, Эмилия. С-с работы идёшь?

По дороге Эми встретила Лайлу. Девушке было интересно, как давно она уже стоить там с пакетом в руках. С того дня, когда она вместе остальными ходила к Лайле в гости, та уже не в первый раз проходит по этой дороге, чтобы встретиться с Эми. Это объяснялось тем, что разделявшая их пропасть стала немного меньше, и Лайла стремилась уменьшить её ещё. Однако её неуклюжие попытки в сочетании с той ненавистью, которую ранее испытывала к ней Эми, делали всю ситуацию просто смехотворной.

По этой дороге Эми идёт не каждый день. Иногда она зайдёт куда-нибудь перекусить вместе с коллегами, с которыми успела сдружиться на новом месте. Иногда она заглядывает в магазин, чтобы купить что-нибудь для Алас Рамус, Судзуно или Норда, её отца. Если Лайла желает встретиться с Эми, она всегда может просто подождать её в квартире 101 в Вилла Роза Сасадзука. И женщина знала это.

— Сколько ты уже тут стоишь? — спросила Эми.

— А? Э-э-э, ну-у-у, я просто шла к твоему отцу и только-только закончила с покупками...

— У тебя нос красный. А ещё в руках пакеты из супермаркета, что неподалёку от станции Сасадзука.

— Ах!.. — Лайла невольно коснулась своего носа рукой.

— Ты же знаешь, что могла просто подождать у отца, если замёрзла.

— Н-нет, просто тогда я не смогу поговорить с тобой наедине...

Слова Лайлы имели смысл. Вполне естественно, что она, будучи матерью, долгое время пропадавшей неизвестно где, хотела наверстать упущенное и наладить отношения с дочерью, вот только её поступки делали её похожей на сталкера.

— ...Я возьму.

— Что? Ах!

Коротко вздохнув, Эми взяла из рук Лайлы пакет.

— Он... Он ведь тяжёлый, Эмилия...

— Он не идёт ни в какое сравнение с теми, что я таскала при походе в магазин с Белл и Ашией.

Эми, не дожидаясь ответа, направилась в сторону дома. Лайла на секунду впала в ступор, но быстро пришла в себя и поспешила за дочерью, поравнявшись с ней и держа при этом некоторую дистанцию. Заметив, что Лайла хочет завязать разговор, но не решается, Эми спросила:

— Ну так что? Не учинила у себя дома очередной беспорядок?

— Э?! Н-нет, конечно же нет! Там чисто! Ну, пока что.

— Ох, серьёзно?

На лице Эми промелькнула едва заметная улыбка, но затем она быстро вернулась к своему обычному хмурому виду. Девушка всё ещё не могла искренне улыбнуться Лайле.

Ранее, когда она впервые посетила квартиру матери, чтобы узнать, какую жизнь она ведёт в Японии, её встретил такой царящий внутри беспорядок, что даже популярный робот-пылесос развернулся и уехал в общий коридор, помчавшись навстречу своей смерти в виде лестницы. В то время, как Мао и остальная компания ушла по своим делам, Эми принялась наводить там порядок, что заняло у неё практически весь день. Во время уборки разговаривали исключительно Лайла и Норд. Между собой Эми и Лайла тогда практически не общались, если только не возникал спор касательно выброса вещей. И всё же даже это уже можно было считать значительным прогрессом по сравнению с тем, что было раньше. Теперь разделявшая их пропасть стала такой узкой, что они могли вместе идти по улице.

— Устаёшь на работе? — задала вопрос Лайла.

— Ну, накануне праздников во всех компаниях возникает проблема с нехваткой персонала. Однако у меня не такая работа, как у тебя, где каждая секунда на счету.

— В-вот как. Это хорошо.

Эми не совсем поняла, чего тут хорошего, ведь это не означало, что она не устаёт, но, по крайней мере, у них наконец получилось завязать хоть какое-то подобие беседы, пусть и разговаривали они в пути урывками. Добравшись до станции Сасадзука, Эми вдруг остановилась, взглянув на расположенный впереди перекрёсток и нависающую над ним скоростную дорогу Шуто.

— Эмилия? — недоумевающе позвала её Лайла.

Девушка вспомнила о том, как Урушихара обрушил эту магистраль, как Чихо едва не оказалась погребена под ней, как Мао и Ашия приняли свой демонический облик, как она сражалась против своего бывшего соратника Олбы. А ещё лицо Чихо, которая под конец всей этой истории продолжала улыбаться, даже узнав правду о них.

— ...Да я так, просто.

Не ожидала, что всё сложится вот так.

Эми уже потеряла счёт тому, сколько раз посещала её данная мысль за весь прошедший год. Если бы в тот раз Мао или Эми стёрли Чихо память, она бы не стояла сейчас здесь. И всё же после победы над Урушихарой Мао даже не попытался этого сделать. У Эми возникли некоторые подозрения насчёт сложившихся между Чихо и Мао отношений, поэтому она решила рискнуть и поставить на них, чего никто из тех, кто знал Короля демонов Сатану, никогда бы на её месте не сделал. О своих догадках она никогда не рассказывала даже Эмеральде с Альбертом. В какой-то момент Эми в шутку сказала о своих подозрениях Мао – ещё до того, как она сдружилась с Чихо. Тот, как девушка и ожидала, стал всё отрицать, однако сейчас у Мао имелось всё необходимое для того, чтобы догадки Эми стали реальным фактом. По крайней мере, так считала она сама.

Ашия ответил отказом, но как поступит Мао?

— Послушай, Лайла.

— Что такое?

— Почему ты вышла замуж за отца?

— Э-э-э?! — Лайла оторопела от неожиданного вопроса дочери. — Ч-ч-чего это ты вдруг?! Просто... Ну, понимаешь, если любишь кого-то, то связываешь себя с этим человеком узами брака, так ведь?

История о том, как родители полюбили друг друга, оказывает куда более сильное влияние на детей, чем думают родители. Эми вспомнила, как спрашивала о том же и отца, что вызвало у неё чувство некоторой ностальгии:

— Я не о том. Ты ведь ангел, которому уже тысяча лет, а мой отец – человек, который едва ли до сотни доживёт. Так почему же ты вместе с ним?

— Эм... — Лайла не знала, как ей следует ответить.

— Просто для тебя проведённое с ним время – не более чем капля в море, разве не так?

— ...Ах, вот ты о чём.

— Рано или поздно вы расстанетесь, и именно ты станешь той, кто проводит его в последний путь. Так почему же?..

— Я бы не находилась рядом с ним, если бы не была готова к этому, — голос женщины оставался всё таким же мягким, как и всегда, но в словах явно чувствовалась уверенность, что было для неё редкостью. — Да, время, проведённое с ним в деревне Слоан, было недолгим. Но это время стало для меня самым интересным, счастливым и дорогим.

— ...Так почему же ты выбрала именно отца?

— Выбрала?

— Он ведь обыкновенный человек. Не из знатного рода и не потомок Героя. Он не может участвовать в тех же битвах, что и ты. Так почему?

Для Эми этот вопрос имел очень большое значение.

— Эмилия, только не говори мне, что ты ещё ни разу ни в кого не влюблялась.

— Что-о-о?!

Полученный ответ совершенно выбил Эми из колеи. Для неё это был даже скорее не ответ, а чистая провокация. Девушка вся раскраснелась, однако Лайла практически не обратила внимания на её недовольный возглас, одарив дочь обеспокоенным взглядом:

— Э-эмилия, ты же не из тех девушек, которых в первую очередь волнует зарплата мужчины, правда? Не рассчитываешь извлечь выгоду из замужества за тем, кто обладает большими перспективами в плане карьерного роста и связями? Тебе важнее деньги и стабильность, нежели чувства?

— Д-д-да что ты вообще несёшь?! Что за бред?!

— Это ты что несёшь? Потому что такой вывод у меня сейчас напрашивается сам собой. Ты же должна понимать, что это нехорошо. Если мужчина занимается домашним насилием или он азартный игрок, то это отдельный случай, но во всех остальных важную роль играет любовь – то, как сильно тебя тянет к этому человеку!

— Погоди секунду! Мы не об этом вообще говорили! Я...

— Ты спросила меня, почему я вышла замуж за твоего отца, правильно? Потому что я его полюбила, вот почему. Какие ещё на это могут быть причины?

— Это... Ч-что ты имеешь в виду под словом «полюбила»?! Я тебя спрашиваю о...

— Я никогда не задумывалась о его родословной, Сфирах или его способностях сражаться. Я просто влюбилась в человека по имени Норд Юстина. Это единственная причина, которую я могу тебе назвать.

— И это всё?..

— Я уверена, что твой отец ответит точно так же.

— Но...

Эми не могла найти слов, чтобы как-то возразить матери. Она вместе с Эмеральдой и Судзуно слышала, сколько хорошего может сказать о ней Норд, хотя от того, что всё это слышали и её друзья, атмосфера тогда стала ещё более неловкой.

— Разумеется, когда мы решили пожениться, первое время было довольно тяжело. Для всех жителей Слоуна я была не более чем незнакомкой, взявшейся из ниоткуда. Некоторые из них считали, что я мошенница, которая пытается обманом лишить человека дома и полей после смерти его родителей. Поэтому я стала стараться. Я усердно старалась и научилась основам земледелия и скотоводства. Так как я разбиралась и в медицине, помогала деревенскому врачу в принятии родов. Так я постепенно вливалась в жизнь деревни. Пусть, может, мы и не жили, как люди благородной крови, но трудиться вместе с ним, иногда ходить вместе с ним в наш маленький домик в горах, любоваться с ним звёздами, дурачиться в реке, читать оставленные его отцом книги... Что бы мы ни делали, это приносило нам радость.

По меркам Лайлы эти события произошли не так уж и давно, но рассказывала она о них так, будто всё это осталось в далёком прошлом:

— Из-за того, какой получилась наша первая встреча, твой отец с самого начала знал, что я ангел. Он знал, что умрёт раньше меня, но всё равно остался со мной. Мы о много разговаривали и даже ругались, но всё равно продолжали жить вместе. Я не знаю, что тут ещё можно сказать.

— Но...

— Да, меня это печалит, — Лайла произносила вслух то, чего не осмеливалась Эми. — Твой отец однажды состарится, а я за это время внешне ничуть не изменюсь. И, зная всё это, я всё равно полюбила его. Уверяю тебя, всё дело в любви!

— Любви...

— Научиться быть добрым и искренним сложно. Но он обладал этими качествами с самого начала. Уже одного только этого оказалось достаточно, чтобы я его полюбила. Я хотела находиться рядом с ним всегда, что бы ни случилось. Такой ответ тебя устроит?

«Правда ли это?» – Эми всё так же находилась в замешательстве. Она понимала, что ангелы, чей срок жизни непомерно велик и чей менталитет несильно отличается от человеческого, могут решить вступить в брак с людьми, но приносит ли им это счастье – этот вопрос оставался для неё загадкой.

— Эмилия, — продолжила Лайла, в очередной раз догадываясь, о чём та думает. — Возможно, тебе это будет неприятно слышать, но позволь кое-что сказать.

— Ч-что?

— Будет ли тот или иной момент в жизни по-настоящему счастливым – никому не известно. Это приходит со временем. И воспоминания о счастливом времени в прошлом могут причинять боль в настоящем. Но если ты не станешь предпринимать никаких действий из страха ощутить эту боль, то никогда не обретёшь счастья. Перестав двигаться, ты начнёшь скатываться вниз по склону несчастья, сама того не осознавая и увеличивая количество увечий.

Пусть Эми и не особо хотелось выслушивать наставления Лайлы, перебивать она не стала.

— Конечно, иногда и действия приводят к несчастью. Даже могут сильно ранить. Не знаю, что ещё тут можно добавить, однако я прожила уже тысячу лет. Скажи, разве я несчастна?

— Это уже не мне судить, — ответила Эми.

— Верно. Судить об этом могу лишь я сама. Я счастлива, что вышла замуж за твоего отца и ни о чём не жалею. И верю, что он думает так же.

— Да, это я тебе гарантирую.

— А?

— Да нет, ничего... Прости. Странный я задала вопрос.

— Всё в порядке. Можешь ещё что-нибудь спросить. Что угодно!

— Не увлекайся. Нас отец ждёт, так что вернёмся уже скорее к нему.

Эми слегка оттолкнула от себя Лайлу, которой не терпелось поговорить ещё о чём-нибудь, но это никак не поумерило её пыл.

— Раз ты предлагаешь именно «вернуться», — поинтересовалась мать, — то почему просто к нему не переедешь?

— Может, когда-нибудь.

Посчитав, что она уже и так сказала лишнего, Эми решила закончить на этом разговор и продолжить путь. Её позиция всё ещё оставалась неизменной: ей было плевать на планы Лайлы и Габриэля. То, что её интересовало, было личной проблемой Эми, которая не зависела от того, какое между ней и Лайлой расстояние.

— Ах, Эмилия, — вдруг снова заговорила Лайла.

— Что?

— Я, конечно, сама тебе рассказала о важности любви и тому подобном, но как мать не хочу, чтобы ты влюбилась в такого, как он.

— Как кто?

Девушка посмотрела в том направлении, куда указывала Лайла, и обомлела. Парень, что только что отвернулся от них, был очень похож на Урушихару.

— В том, каким стал Люцифер, отчасти виновата я сама... Но если верить тому, что я услышала о его жизни в Японии от Сатаны, Альсиэля и Чихо... Только не в такого.

— Это вообще не смешно. Во всех смыслах. Почему он расхаживает по округе, а за ним никто не присматривает?!

— Ах, Эмилия!

От одного только вида Урушихары, идущего по улице в одиночку, Эми охватила сильная тревога. Она побежала его догонять, а Лайла старалась не отстать от неё.

— Сперва Белл, потом Чихо Сасаки, а теперь ещё и вы туда же?! Да я старше вас всех!!! Я сейчас реально из себя выйду!

В итоге им пришлось выслушивать негодование парня всю дорогу до дома.

*****

Через несколько часов, после того как Эми и Лайла благополучно дошли до Вилла Роза Сасадзука, слушая нытьё Урушихары, наступил поздний вечер. В тот момент, когда вечерний наплыв в «Mg Ronald» на станции Хатагая практически закончился, ему на смену пришло другое не менее шумное событие.

— Начнём же банкет!

В заведение заявился Митсуки Саруэ, он же архангел Сариэль и менеджер «Sentucky Fried Chicken» на Хатагая, чтобы внести свой вклад в ресторан Кисаки:

— В этот священный вечер биение моего сердца звучит громче звона колоколов, вновь разжигая пламя моей любви! Сегодня я, Митсуки Саруэ... Вот досада, её снова нет?

— Д-добро пожаловать! — поприветствовал его один из сотрудников.

Спустя какое-то время Сариэль научился каким-то необъяснимым образом определять, была ли Кисаки на работе или нет. Раньше большинство сотрудников при появлении Сариэля натягивали на лицо улыбки и приводили к нему Мао. Теперь же спустя полгода многие к нему уже порядком привыкли и обращались с ним, как с любым другим клиентом, испытывая лишь лёгкое удивление из-за его внезапных появлений.

Хоть он и стал известен под прозвищем «флешмоб одного человека», который приходит спустя тридцать минут после пикового времени утром, днём и вечером, всё равно существовали клиенты, которые о нём не знали. Тот, кто видел его впервые, мог от удивления выронить из рук чашку и пролить всё на себя. И на этот раз случилось кое-что из этой категории – кое-кто выронил из рук смартфон:

— О-ой, чёрт...

Неудачливая жертва подняла телефон, проверяя, цел ли он. Сариэлю этот человек показался знакомым:

— Опа! Надо же, какие люди! — узнав Великого генерала демонов, Сариэль подкрался к нему и с изумлением заглянул мужчине в лицо. — Ты да в одиночку ужинаешь в такое-то время? Чем же я обязан данному необыкновенному зрелищу, Альс... Кхм, нет, эм, Ашия, правильно?

Так как он нечасто пересекается со знакомыми Мао, ему потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить японское имя демона.

— Ты в самом деле себя вот так ведёшь? — спросил Ашия, не веря своим глазам. — Я, конечно, слышал рассказы своего господина, но всё же...

— Как себя веду?

— Вот так... Орёшь всё время про госпожу Кисаки. И громко зачитываешь свои любовные послания.

— Любовные послания? Как грубо, — возмутился Сариэль. — В каждое изрекаемое мною слово я вкладываю бурлящую в моём сердце страсть, что никогда не утихнет. Если бы я подготавливал свои речи заранее, то эти слова перестали бы обладать силой, способной тронуть человека до глубины души.

Говорит он на полном серьёзе или нет, Ашия мог лишь гадать. Однако мужчина был впечатлён тем словарным запасом, которым Сариэль описывает свои чувства:

— К сожалению, ни госпожи Кисаки, ни Мао сегодня тут нет.

— Знаю. В её присутствии меняются атмосфера, звуки, запах...

«Каким образом он вообще что-то видит или чувствует?..» – не мог понять Ашия.

— М-м-м? Погоди, я тебя правильно услышал? Их сегодня вообще не было и не будет?

— Да.

— Что это значит? Куда они оба пропали? Мао ведь у неё начальник смены. Почему «Mg Ronald» работает без менеджера и начальника смены? Тут вообще из руководства есть кто-нибудь?

— Нет. Мао и госпожа Кисаки весь день сегодня отсутствуют, потому что Мао проходит обучение для перевода на полную ставку.

Ашия, которому не приходилось сталкиваться с необычным поведением Сариэля на постоянной основе, понятия не имел, что он только что ляпнул. Услышав данную новость, лицо Сариэля сначала осунулось буквально прямо на глазах, а в следующий миг он пришёл в ярость:

— Мао и госпожа Кисаки... Вместе?

— У-успокойся. Ты о чём там подумал? Всё ограничивается рамками работы.

— Проходит обучение? И моя богиня пошла с ним рука об руку?

— Н-не думаю, что это выражение тут уместно...

— Н-н-ныа-а-а!..

Взбешённый Сариэль издал такой рык, что сам стал походить на демона, а затем направился в сторону кассы. Стоявший там Кавата невольно отступил на шаг, но всё равно постарался следовать шаблону при разговоре с клиентом:

— Д-добро...

— Я тоже буду тут работать!!!

— ...Пожа-а-а?!.. — от такого неожиданного заявления парень невольно вскрикнул.

— Вы же ещё ищете работников на смену, так? Я хочу устроиться. Назначьте мне собеседование. Я вам вмиг резюме своё составлю!

— Э-э-это, господин Саруэ, да что Вы такое говорите?!

— Кавата, ты правда такой болван, что простых слов не можешь понять?

Будучи самым частым посетителем «Mg Ronald» на станции Хатагая, Сариэль поимённо знал практически всех его сотрудников:

— Всё, что от тебя требуется сделать, это сообщить своему менеджеру, то есть госпоже Кисаки, о том, что я, Саруэ, был принят на работу на полставки в «Mg Ronald». После этого она свяжется со мной и назначит собеседование.

— А-а-а, э-э-эм, что?! Ну, э-э-это...

Даже Кавата растерялся при таком непредвиденном повороте событий. Однако трудно было его в этом винить, ведь его просил взять на работу менеджер конкурирующей компании.

— П-пожалуйста, господин Саруэ, успокойтесь! Я передам госпоже Кисаки, что Вы заходили!

— Ты всё время это ей передаёшь! А сегодня я хочу, чтобы ты передал, что меня приняли на... Гх?!

— Что за цирк ты тут устроил, дурень?

Ашия, не в силах больше смотреть на весь этот беспредел, вмешался, чтобы остановить Саруэ.

— Что ты?.. Отпусти меня! Я как никогда серьёзен!

— Обойдёшься! — рявкнул Ашия. — Эм, я позабочусь об этом парне. Извиняюсь, но можете убрать мой столик?

— А, да, конечно... — неуверенно ответил Кавата.

— Спасибо. Пошли, давай.

— Отпусти! Убери от меня свои лапы! Что ты задумал?! Тебя это вообще никак не касается!

— Я не смогу посмотреть в лицо своему господину, если скажу, что видел тут такое и ничего не сделал. Для подобного случая я и оставался тут!

В итоге Кавата только и смог, что ошеломлённо наблюдать за тем, как высокий мужчина поднял Саруэ, который, как Чихо, был заметно ниже него ростом, и ушёл вместе с ним. Видевшая всё это Акико Оки сочувственно похлопала коллегу по спине:

— Молодец, Кавачи.

— Аки... Ты про что?

— Это только моё предположение, но, наверное, этот ресторан ещё долго не сможет работать без госпожи Кисаки и Мао. Никогда не знаешь, на какого клиента нарвёшься.

— Боже, может, мне не стоит брать на себя управление семейным рестораном. Если мне придётся сталкиваться с подобным каждый день...

— Не думаю, что тебе где-нибудь попадётся ещё один такой экземпляр...

— Менеджер Саруэ... Неужели в «Sentucky» в декабре совсем аншлаг творится?

— Да, работа на полную ставку – тот ещё стресс. Иногда и я задумываюсь, смогу ли выдержать.

Кавата и Акико неотрывно смотрели на закрывшиеся автоматические двери заведения, через которые вышла пара мужчин разного роста.

*****

— Да убери ты от меня свои руки! Хватит! Я сейчас на помощь звать начну!

— Ты уже и без того достаточно внимания привлёк. Если увижу, что ты помчался обратно и продолжишь то представление, которое устроил, я позабочусь о том, чтобы Его демоническое высочество уведомил об этом случае госпожу Кисаки.

— Да понял я, понял! Отпусти уже!

Даже несмотря на то, что стрелки часов уже показывали половину одиннадцатого вечера, у станции Хатагая было довольно людно. Взгляды большинства окружающих были устремлены на Ашию и Сариэля, которого тот нёс на руках, как тряпичную куклу. Вскоре Сариэль успокоился, и, когда его опустили на землю, он бросил на Ашию недовольный взгляд, поправил свою одежду, но пытаться сбежать обратно в «Mg Ronald» не стал:

— Ох, видимо, я немного вышел из себя.

— Что, до такого ещё не доходило?

— Хмф, проклятый Король демонов. Какой ещё перевод на полную ставку? От одной только мысли, что он наедине с моей богиней, меня распирает от злости. Нет, я, конечно, слышал, что Король демонов хочет устроиться в штат, но неужели его первоначальной целью была моя богиня?

— Прекрати. Я не потерплю всяких абсурдных домыслов в адрес моего господина. И с чего ты взял, что они вообще наедине будут?

— С чего взял, спрашиваешь? — фыркнул Сариэль. — В настоящее время расширение штата сотрудников в компаниях – вопрос довольно щепетильный. А если мы говорим о переводе человека с подработки на полную ставку, так там вообще без рекомендации со стороны менеджера не обойтись. В «Sentucky», например, если встаёт вопрос о переводе, твой непосредственный руководитель становится наставником, обучает тебя всему, что необходимо знать... Да, всему... Будь ты проклят, король демонов!!!

Пусть Сариэль и злился из-за собственных же слов, но, учитывая, что он являлся менеджером SFC, его слова не были пустым звуком. Однако, будучи правой рукой Короля демонов, Ашия не мог промолчать:

— Я тебе вот что скажу: сомневаюсь, что Его демоническое высочество и госпожа Кисаки когда-либо будут в романтических отношениях, которые ты там себе представляешь.

— Тебе-то откуда это знать?! — парировал архангел. — Мы сейчас говорим о мужчине и женщине, в конце концов! Никогда не знаешь, из какой мелочи могут появиться первые ростки любви! Король демонов для госпожи Кисаки самый надёжный сотрудник. Она так ему доверяет, что даже рассказала про карьеру, о которой мечтает! Они разделяют друг с другом все тяготы работы! Как я вообще могу оставаться спокойным в такой ситуации?!

— Ты... Ты в самом деле в это веришь?

Ашия немного удивился, узнав, что Сариэль беспокоится по весьма разумным причинам. Руководствуясь той информацией, что он слышал от Мао, Чихо, Эми и Судзуно, Ашия представлял, что у архангела немного другие, более безумные основания для предрассудков.

— Вообще я хотел у тебя кое-что спросить... — начал Ашия.

— Что?! — рявкнул Сариэль.

— Какого рода отношения ты желаешь построить с госпожой Кисаки?

— Хм-м-м, — в этот момент взгляд Сариэля немного изменился. — Сложный вопрос.

— Почему?

— Учитывая наши обстоятельства, думаю, мне лучше будет взять её фамилию, а не наоборот.

— ...А? — не понял Ашия.

— Вдобавок я, может, и полный профан в любовных вопросах, но сомневаюсь, что в данный момент госпожа Кисаки видит во мне потенциального кандидата в женихи. Если ставить вопрос более точно, то её больше интересует не становление моей женой, а подхожу ли я для того, чтобы стать её мужем.

— ...Эм, так, погоди. Один момент.

— Что?

— Твои действия и намерения вообще не стыкуются.

— И в каком месте не стыкуются? Я бы тогда себя так не вёл, если бы не собирался на неё жениться.

— Ты собрался жениться, и вот так вот себя ведёшь?!

— А других подходящих способов я не знаю.

Ашия был по-настоящему удивлён его позицией:

— Эм... Нет, проблема тут не в твоих методах, наверное. Меня скорее волнует момент, что ты рассматриваешь человеческую женщину как потенциального партнёра.

— А что тут такого?

Вариантов ответа у Ашии на этот вопрос было много, но сейчас его беспокоило кое-что более важное:

— Вы ангелы ведь живёте во много раз дольше, чем люди могут себе позволить.

— Да. И что? Думаешь, из-за разницы в продолжительности жизни счастья нам не видать? Ты на это намекаешь? — Сариэль пожал плечами и продолжил, не дожидаясь ответа: — Понимаешь, своими вопросами я пытаюсь до тебя донести то, что это мне решать, счастлив я или нет. Любовь нельзя назвать любовью, если чьих-то слов оказалось достаточно, чтобы заставить тебя в ней усомниться.

— То, что происходит у вас с госпожой Кисаки, тоже любовью не назовёшь, — высказал своё мнение Ашия.

Сариэль лишь усмехнулся в ответ на его едкое замечание:

— Я слыхал, что такому стратегу, как ты, на поле боя равных нет. Кто бы мог подумать, что тебе сложно понять такие элементарные вещи.

— Чего?

— Буду ли я счастлив, живя вместе с госпожой Кисаки, или нет – судить исключительно мне.

— Ч-что?..

— Но вот будет ли госпожа Кисаки счастлива со мной? Я могу прожить всю свою жизнь и так и не узнать ответа.

— П-погоди, что ты?..

— Я пытаюсь донести до тебя следующее: только ты можешь почувствовать, когда ты счастлив. Разумеется, для достижения счастья требуются усилия обеих сторон, но вот будет ли счастлива госпожа Кисаки в результате приложенных мною усилий – может сказать только она. Я, сам понимаешь, не она, поэтому могу за свою вечную ангельскую жизнь ни разу не ощутить того счастья, которое испытывала она.

Это выбило Ашию из колеи, из-за чего он даже дар речи на мгновение потерял. С одной стороны, слова Сариэля можно было истолковать как: «Важен только я, а на остальных – плевать», – однако, если как следует над ними поразмыслить, станет понятно, что он имел в виду совершенно противоположное.

— Ты тоже прожил, предположу, где-то тысячу лет, да? Это не так уж и мало. Но было ли у тебя за все эти годы что-то, что ты мог бы назвать по-настоящему счастливым временем? Я же с уверенностью могу сказать, что за всю мою жизнь у меня такого не было. Поэтому я буду продолжать упорно стараться обрести это самое счастье, даже если его вообще не существует. Однако сейчас я к нему близок как никогда. Именно физически!

Сариэль указал на «Mg Ronald», который всё ещё находился в их поле зрения:

— И, к счастью, у меня тут есть прямо-таки живой пример.

— Пример? Ты про...

Сариэль кивнул:

— Именно! Одно только существование Эмилии уже само по себе является доказательством того, что для счастья не важно, какой ты расы и из какого ты мира! Когда небеса узнали о её существовании, все содрогнулись! И теперь я твёрдо уверен, что возникшая в тот раз шумиха была знаком, намекающим мне на то, чтобы я встретил здесь госпожу Кисаки, и мы вывели небеса из многовекового застоя! — выкрикнул Сариэль, высоко воздев руки.

Проходящие мимо люди старались держаться от него подальше, а Ашия так и продолжал стоять как вкопанный.

— Я уверен, ты тоже о нём слышал, Альсиэль. О плане Габриэля.

— ...Ты...

— Потому что я о нём узнал совсем недавно. Если б знал, то изгнал бы его вместе с Рагуилом из рая ещё несколько веков назад! Это ведь было задолго до того, как в мир живых снизошла богиня по имени Маюми Кисаки. Тогда я верил, что раю для выживания необходимо следовать по тому пути, по которому всех вела прекрасная Игнора... Но теперь всё иначе.

Сариэль в конце концов опустил руки и поправил ими волосы:

— Имея землю под ногами, небо над головой, море на горизонте и цель, к которой можно стремиться, человек способен двигаться вперёд. Теперь же я понял: тем, что меня останавливало, был я сам. Игнора стремится создать утопию, и, если бы она увидела Землю или одну только Японию, этот мир она бы назвала нелепым и грязным. Однако вместо жизни в безупречной чистейшей комнате с белыми стенами я бы предпочёл жить в таком вот беспорядке, пестрящем многообразием цветов... Хотя медсёстры в белой униформе тоже хороши.

Его слова звучали довольно мудро, пока он не добавил небольшую заметку в конце.

— Ты уже до прохожих докапываться начал? — рядом с мужчинами прозвучал раздражённый женский голос.

К несчастью для Сариэля, у него за спиной уже стояла Маюми Кисаки. Застыв на месте в неестественной позе, он медленно повернул к ней голову:

— А... Э-э-э, добрый вечер, госпожа Кисаки.

На плече она несла сумку, забитую документами до такой степени, что та не застёгивалась до конца. Одетая в стильный бушлат Кисаки выглядела ещё более грозно, чем обычно, глядя на Сариэля:

— Почему ты рассказываешь о своих фетишах, связанных с медсёстрами, прямо посреди улицы?

— Н-нет, я, понимаете, мы тут с ним вели философские рассуждения о том, что такое настоящее счастье...

— А, н-нет, я... — растерялся Ашия.

Видя, как у Сариэля трясутся ноги, он опасался, что тот может рухнуть в любую секунду. Архангел говорил правду, но даже Ашия начал запинаться, не желая вызвать гнев начальницы Мао.

— А-а-а, снова здравствуйте, господин Ашия. Мне очень жаль, что Вам пришлось терпеть этого надоедливого парня с нашего торгового района.

— Н-нет, это, мы с господином Саруэ правда беседовали...

— Вам незачем его покрывать. Он Вас сильно доставал? Если что, я бы могла сообщить о нём региональному менеджеру или в полицию.

— Нет, всё нормально! — запаниковал Ашия. — Он вовсе не доставал! Э-э-э, кстати, разве Вы сегодня не с Мао?!

— Э? А, Вы за ним пришли? — Кисаки не стала возражать против явной попытки Ашии сменить тему, при этом продолжала недовольно коситься на Сариэля. — Мне очень жаль, но мы разошлись на станции. Думаю, он уже едет домой. Ах, я забыла ему сказать. Не могли бы Вы попросить его купить новый пенал? Нынешний совсем уже изношенный и дырявый, а это может оставить не очень хорошее впечатление во время обучения.

— Х-хорошо, я ему передам.

— Спасибо... Саруэ, можно тебя на секунду? Хочу с тобой кое о чём поговорить.

— Конечно! Что угодно!

Сариэль, ранее стоявший как вкопанный, сразу же взбодрился, напоминая виляющую хвостом собачку, хоть его и ждал суровый выговор.

— Н-ну, я пойду...

Заметив, что всё внимание Кисаки теперь сосредоточено на Сариэле, Ашия поклонился на прощание и поспешил удалиться. Однако архангел тут же прокричал ему вслед:

— А, да, Ашия! Скажи своим соседям по комнате, что наш старый уговор всё ещё в силе, так что живите как хотите!

— Э?... А-а-а... — Ашия удивлённо приподнял брови, но ничего не мог ответить в присутствии Кисаки.

— И кончай уже указывать другим, как жить! От твоих советов люди нищими все будут!

Кисаки стукнула Сариэля по затылку, но тот, казалось, был только рад этому.

Ашия мог остаться в «Mg Ronald» и до закрытия, если бы потребовалось, но теперь, после разговора с Кисаки, смысла в этом уже не было. Изначально его задачей являлось приглядывать за всем торговым районом, где располагался «Mg Ronald», на случай возможной опасности.

— Если господин отправился домой, — пробормотал Ашия, когда Кисаки и Сариэль ушли на достаточное расстояние, чтобы его не услышали, — он мог бы написать мне, чтобы я хоть ужин успел приготовить... — увидев на экране смартфона уведомление о новом сообщение, он осёкся. — Ох.

Оно было получено чуть менее часа назад. В сообщении от Мао говорилось, что он скоро приедет домой. Ашия нахмурился:

— Видимо, пока возился с Сариэлем, я не заметил вибрации. Думаю, надо будет как-то настроить её силу, если получится...

Какое-то время он просто стоял на тротуаре и смотрел на экран. Затем, пока мужчина находился в недоумении, экран погас, и телефон перешёл в спящий режим.

— И надо будет увеличить время, через которое он гаснет...

Однако сейчас Ашия всем этим заниматься не стал. Пока он убирал смартфон в карман, на мгновение на выключенном экране ему померещилось лицо той жизнерадостной женщины, с которой он как-то встречался:

— И о чём я только думаю?..

С того вечера Рика Судзуки больше не связывалась с ним. Её номер находился в первых строчках списка контактов, в который входило около десятка других. И всякий раз, когда он видел его, в груди Ашии возникало странное чувство, которое он никогда прежде не испытывал:

— ...Нужно поторопиться. Мой господин уже, наверное, дома.

Сунув замёрзшие руки в карманы, Ашия зашагал домой. Однако весь обратный путь ему не давали покоя брошенные перед уходом слова Сариэля.

*****

Это случилось несколько недель назад, когда расстояние между Эми и Лайлой только начало сокращаться. Псоле того, как Чихо и остальные покинули квартиру Лайлы, в которой царил полный кавардак, и ушли в ресторан, Габриэль задал им вопрос:

— Ребята, вы когда-нибудь слышали о Науру?

Никто из присутствовавших не знал этого слова. Поскольку его произнёс Габриэль, Чихо предположила, что оно как-то связано с раем или Энте Исла.

— Может быть, ты, Чихо Сасаки? Слышала?

Из всей группы его выбор, кому задать вопрос напрямую, пал именно на землянку.

— Э? А? Я? — растерялась Чихо.

— Ага. Видишь ли, если кто и слышал, то это будешь именно ты.

— О, это находится где-то на Земле-е-е? — спросила Эмеральда.

Габриэль согласно кивнул.

— Это не какой-нибудь парази-и-ит, которого можно обнаружить в озёрах и болотах в северо-восточной части Северного континента-а-а? Такой, что быстро размножа-а-ается и буквально сжирает корову, выпившую поражённую им воду, изнутри-и-и?

Габриэля аж передёрнуло:

— Это ещё что такое? Нет, ничего такого жуткого!

И пока все остальные, сидящие за столом, гадали, существует ли такое существо на самом деле, он им всё же рассказал, что такое «науру»:

— В общем, Науру – это название одной земной страны. Она находится на острове, расположенном в Тихом океане очень близко к экватору. Это третье карликовое государство после Ватикана и Монако. Географически является частью Микронезии, но остров слишком удалён от остальной группы островов. Население там небольшое, так что в вопросах обороны страны и валюты она зависит от Австралии. Во время Второй мировой войны там вроде бы японский аэродром был.

Чем больше подробностей он сообщал, тем правдоподобнее становился его рассказ. Чихо даже не знала, что где-то на Земле есть такое место с подобным названием, но, отталкиваясь от слов Габриэля, она представила себе прекрасное маленькое островное государство с тёплым климатом и морем. Тем не менее ей до сих пор было непонятно, какая связь между Науру и раем.

— Какое-то время в двадцатом веке, — продолжил Габриэль, пока Чихо думала о своём, — эта страна считалась самым настоящим раем на земле. Прежде всего, там не было налогов.

— О? — невзначай вырвалось у Чихо.

Судзуно и Эмеральда тоже оказались удивлены данным фактом.

— Её гражданам, напротив, были гарантированы выплаты, которых хватало на все нужды. Правительство обеспечивало проживание людей всех возрастов, выделяя средства на всё необходимое. Это не идёт ни в какое сравнение даже с теми пенсиями, что нынче выплачиваются в Японии. Типа ты мог хорошо жить просто на одном этом пособии, понимаешь? Всем, от детей до стариков, выделялось столько средств, что они могли со спокойной душой ходить три раза в день в различные забегаловки, чтобы сытно поесть, и там ещё и оставалось. А ещё повторюсь, в стране не было налогов.

— Ого, правда? — о такой жизни Чихо даже и представить не могла.

— Правда! — Габриэль уверенно кивнул. — Никто бы в такое не поверил, согласись? Да вот только я не вру. Пусть жителей в Науру не так уж и много, средний доход на душу населения в то время выходил самый высокий в мире, во много раз превышая данные показатели в Японии и США. Деньгами там, конечно, никто не сорил, но в сравнении с гражданами всех остальных стран, жили там, можно сказать, одни богатеи.

Чихо сидела с раскрытым ртом, словно ей рассказывали историю совершенно другого мира. Она понятия не имела, почему Габриэль, будучи родом не с Земли, столько знает о земной стране, про которую в Японии едва ли кто-то заговорит, однако потом она обратила своё внимание на один момент:

— Оно... Было таким?

— Ага.

— ...А сейчас что там?

Габриэль улыбнулся во всю ширь, словно только и ждал этого вопроса:

— Процентов девяносто населения там живёт в нищете. Теперь это одна из беднейших стран в мире. Ей кое-как удаётся сводить концы с концами за счёт дипломатических отношений.

— К-как же так получилось?

Чихо, которая не разбиралась в политике и экономике, даже представить себе не могла, что способно привести страну к такому упадку. Однако у Эмеральды были кое-какие мысли на этот счёт:

— Эта страна обладала ресурсами-и-и, которые все остальные страны страстно желали заполучи-и-ить? И сейчас там из-за их добычи земля истощи-и-илась?

— Именно. На острове были богатые залежи минерала, называемого фосфатом.

Фосфат широко используется в производстве и сельском хозяйстве, а потому крайне востребован по всему миру. Науру обладала богатейшими запасами фосфата, образовавшимися в результате разложения помёта морских птиц, скопившегося за долгие тысячелетия. С начала XX века мировые сверхдержавы в поисках фосфата обратили своё внимание на остров и стали усердно его добывать, сменяя друг друга. Однако после войны, когда Науру обрела независимость и стала частью Британского Содружества, от описанного Габриэлем «рая на земле» уже ничего не осталось.

— И так всего за десяток лет страна из райского места превратилось в обнищавшую. До этого она могла похвастаться наличием у себя одного из самых ценных ресурсов, но тут – опа, — Габриэль щёлкнул пальцами, — и миновало всего десять лет. Вот что случается, когда то, что скапливалось тысячелетиями, расхищают менее чем за век. Люди – страшные создания, не правда ли?

Габриэль потянулся за картошкой фри, однако обнаружил, что на столе осталась лишь пустая упаковка от неё, и раздосадовано пожал плечами:

— Тем не менее ресурсы безвозвратно истощились. Как только фосфат закончился, находившиеся там компании и рабочие покинули остров, и Науру постепенно становилась всё беднее и беднее. Конечно, в таких условиях прежний доход населению обеспечить было невозможно. А без денег, увы, купить еды не выйдет. А теперь скажи-ка мне, Чихо Сасаки, что бы ты предприняла, окажись сейчас там?

У Чихо возникло такое ощущение, будто она сейчас находилась на уроке истории или обществознания, но всё равно какое-то время усердно раздумывала над ответом, а затем озвучила его:

— Ну, я бы попыталась найти работу, но... Полагаю, ничего бы не нашла, да? Как во времена Великой депрессии. Думаю, чтобы как-то выживать, попыталась бы заняться сельским хозяйством или рыболовством, или, в крайнем случае, поехала бы за границу и искала работу там...

В голове Чихо тут же возникли чёрно-белые кадры о случившейся в Америке Великой депрессии, которые она видела на страницах учебников.

— Прекрасно! Будь на твоём месть один знакомый мне нахлебник, он бы забил на всё и помер с голодухи.

Все понимали, кого именно Габриэль имел в виду.

— Твоё решение вполне разумное, ведь никто не хочет голодать. Если чувствуешь, что денег у тебя немного, ты ищешь работу или стараешься уменьшить расходы, так? И это нормально, — тут его губы изогнулись в ухмылке. — Только знаешь, в чём загвоздка? Большинство обитателей Науру вообще ничего не делает.

— Что?

— И не потому что они ничего не умеют, отнюдь. Просто они сами решили не трудиться. За исключением тех, кто на протяжение многих поколений занимался каким-либо производством, все просто сидели на попе ровно и наблюдали, как рушится их национальная промышленность и экономика.

— Они просто наблюдали? Но это же... — Чихо не могла поверить своим ушам.

— Есть такая поговорка: «Кто не работает, тот не ест». И для нас она вполне справедлива, ведь наши предки, руководствуясь ей, трудились для того, чтобы иметь пропитание.

Разговор привлёк уже и внимание Аманэ, которая большую часть времени приглядывала за Асиет и Эроне, что сейчас питались за её счёт:

— Жители Науру жили без работы слишком долго, — объяснила она. — Это длилось, пока фосфат вовсю добывался иностранными компаниями, а раньше местные занимались рыболовством, торговлей или сельским хозяйством на тех немногих пахотных землях, что остались после добычи минералов. Никто там не работал для заработка денег, на какое поколение ни посмотри.

Даже рыболовная промышленность не была настолько развита, чтобы стать производственной отраслью страны. Сельским хозяйством занимались ещё до начала добычи фосфата, однако на острове, где после всех раскопок дыры остались даже на заднем дворе людских домов, продолжать им заниматься стало очень тяжело. Тем не менее жители Науру никогда даже и не задумывались над тем, чтобы работать ради заработка денег.

Разумеется, это касается не всех островитян. Даже сейчас на Науру имеется и транспорт, и телекоммуникационная связь, и возможность вести торговлю. У страны есть всё и для развития туризма. Также предпринимаются попытки найти новые места для добычи фосфата. Некоторые политики, получившие высшее образование за рубежом, пытаются оживить экономику при помощи продажи недвижимости и финансовых активов. Так как народ Науру довольно спокоен, после падения экономики каких-либо крупных беспорядков не возникло, а и без того небольшая численность населения не стала резко сокращаться.

Тем не менее отсутствие желания работать до сих пор оставалось нерешённой проблемой. К тому же ещё в благополучные времена в стране были самые высокие показатели по части ожирения и количеству диабетов. В этом сыграло немаловажную роль склонность жителей южных частей Тихого океана отождествлять лишний вес с богатством. Практически каждая попытка восстановить экономику страны проваливалась и вместо того, чтобы остановить её спад, только ускоряла его. В какой-то момент туда отправляли военных беженцев в обмен на международную помощь, но даже эти самые беженцы потом заявляли, что не могут там больше находиться. Так многовековой сон о «райском острове» подошёл к концу, и ему теперь потребуется ещё очень много времени, чтобы снова стать мирным островным государством, расположенным в южных морях Тихого океана.

Чихо никак не могла скрыть своего удивления тому, что такая страна вообще существует. Однако до сих пор не видела в рассказе никакой связи с небесами.

— Если что, я не посещал ту страну, чтобы убедиться воочию, — заметил Габриэль. — Это просто часть добытой мной информации, пока я отсиживался в интернет-кафе.

Чихо это ничего не объясняло. Она сомневалась, что Габриэль рассказал им всё это просто для того, чтобы поделиться «классным сайтом», на котором он нашёл данную информацию. Однако затем лицо Габриэля вдруг приняло серьёзное выражение:

— Хм, как бы так выразиться?.. Думаю, можно сказать, сейчас небеса находятся в том же положении, что и Науру незадолго до своего упадка. Большинство ангелов там живут роскошной жизнью, но Игнора и такие ангелы, как я... Ладно, можете называть «верхушкой» небес, если угодно... Мы все прекрасно осознаём, что этот «сон» не будет длиться вечно. Только вот никто не пытается что-нибудь изменить. Да что там, даже не задумывается.

Тут он переключил свой внимание с Чихо на Судзуно:

— Позволь-ка кое-что спросить. Какова у вашей Церкви, так сказать, основная цель? Когда вы возносите Богу молитвы и всё такое прочее, чего ожидаете получить взамен?

— Божьего спасения и вечного мира на земле, — ответила Судзуно, которая всё ещё считала себя священнослужительницей Церкви. — Но это вовсе не означает, что такой мир где-то существует, и мы достигнем его, просто плывя по течению. Люди смогут сотворить мир, о котором говорится в Священном Писании, только если каждый приложит усилия для его достижения – по крайней мере так считает школа Санкт-Игнорейдо.

— Понятненько. Итак, если такой мир и правда существовал бы, что бы, по-твоему, сделали люди?

— Хм-м-м... — Судзуно взялась за подбородок, погрузившись в раздумья, и спустя какое-то время ответила: — Тогда люди неизбежно деградируют, или рухнут их моральные и этические нормы. Так или иначе, человеческое общество в том виде, в котором мы его знаем, перестанет существовать.

— В точку! — Габриэль хлопнул в ладоши, а Аманэ согласно кивнула. — Что ж, а Игнора как раз-таки взяла да создала такой вот «рай». И всё ещё главенствует в нём.

— Что ты пытаешься этим сказа-а-ать? — спросила Эмеральда.

— Если бы люди обладали телом, неспособным умереть естественной смертью, они бы перестали быть людьми. Они бы стали теми, кто просто существует, — озвучил вывод Габриэль, а затем сделал правой рукой жест, будто перерезал себе горло. — Фактически ангелы не бессмертны, а просто обладают вечной жизнью – не стареют. Если отрубить голову или он потеряет много крови, и организм не сможет её восполнить, то ангел умрёт как любое другое живое существо. Только вот пока у тебя хватает святой силы, чтобы исцелить рану, то даже если сердце разорвётся, воскресить тебя всё ещё можно. По крайней мере так гласят основы теории магии. Да, возможно возникнут некоторые, так сказать, побочные эффекты, но тем не менее мы можем пережить то, что убило бы любого обычного человека. А объём святой силы у нас напрямую зависит от нашего, м-м-м... Сопротивления? Не знаю, есть ли этому какое-то научное обоснование, но мы никогда не болеем. Даже не простужаемся.

— А, да, об этом я слышала, — сказала старшеклассница.

Чихо вспомнила лекцию, которую ей прочитала Судзуно в бане перед тем, как приступить к обучению Связи Разума. Обменявшись взглядами, они кивнули друг другу.

— Отлично. А теперь взглянем на всё это под другим углом, — продолжил Габриэль. — Со всей святой силой, что у нас имеется, ход времени нас не убьёт. Мы можем отказаться от еды и воды, и ни метаболизм, ни старение, ни болезни нам ничего не сделают. Так что сейчас небеса представляют из себя совершенно безопасное убежище, где вечно живущие люди могут ни в чём себя не ограничивать.

Обитатели небес живут, совершенно ничего для этого не делая. Прямо как это было в Науру, где просто существование человека приносило ему достаточный доход, чтобы ни в чём себе не отказывать.

— Так что из-за этого общество в моём родном мире... Ну, мягко говоря, развалилось. Ранее это было такое же общество, как в любом другом месте на Энте Исла или Земле, с такими же смертными жителями. Но по стечению некоторых обстоятельств и из-за силы Игноры нас стали называть «ангелами». Мы перестали быть людьми. Да и с чего бы? У нас же не осталось никаких жизненных целей. От старости мы не умираем, да и сколько бы времени ни прошло, у нас не было необходимости что-либо делать... Пока мы в итоге окончательно не забыли, каково это иметь цель.

Иначе говоря, обитатели небес, родины Габриэля, имели пассивный доход, прямо как жители Науру.

— Давайте-ка вспомним, ребята, сколько ангелов вы повстречали за всё это время?

— Эм-м-м... — Чихо мельком взглянула на Судзуно и стала считать на пальцах. — Сариэль, Габриэль, Лайла...

— Рагуил, Камаэль, полк Небесной гвардии... А Эмилия и Люцифер считаются?

— Не так уж и много. Мы должны вроде как выступать в качестве сборища сбрендивших пришельцев, управляющих историей Энте Исла, а нас тут по пальцам пересчитать. Теперь попробуйте вспомнить, сколько пар рабочих рук взял с собой Король демонов во время вторжения на Энте Исла? Так, чисто для сравнения.

— Когда мы проводили зачистку Центрального континента, — медленно ответила Судзуно, косо глянув на Мао, — по нашим подсчётам их было не меньше пятидесяти тысяч.

Мао никак не отреагировал на её оценочное суждение: он не стал ни подтверждать, ни опровергать его. Это говорило о том, что названное число находилось близко к реальному количеству, а значит, жители Энте Исла в общей сложности уничтожили в несколько раз больше демонов. Однако Судзуно знала, что Мао считает ответственным за это себя и не испытывает к людям ненависти.

После того, как все присутствующие услышали приблизительное число, Габриэль озвучил ещё одну удивительную для них новость:

— Что ж, видите ли, общая численность населения рая составляет чуть больше пяти тысяч. И девять из десяти вообще ничего не делают со своей жизнью. Они просто существуют. Даже не пытаются хоть чем-нибудь заняться.

— Всего... Пять тысяч? — изумилась Чихо.

Для представителей вида разумных существ, построившим цивилизованное общество, такая численность крайне низка. Габриэль согласно кивнул:

— На моей планете гораздо дальше продвинулись как в области науки, в сравнении с Землёй, так и области магии, в сравнении с Энте Исла. Однако причина, по которой мы притворяемся ангелами Энте Исла, заключается в том, что наша планета вымерла.

От того, каким обыденным тоном сказал это Габриэль, Чихо, Судзуно и Эмеральда застыли. К тому же именно Лайла попросила Мао и Эми помочь с решением нависшей над Энте Исла угрозой.

— Такая вот трагедия, — вздохнул Габриэль, подперев голову руками. — В то время как активность звезды, являвшейся центром нашей системы, постепенно снижалась, в соседней галактике произошёл мощный взрыв сверхновой. Само по себе это событие не представляет ничего необычного – просто возникли проблемы с телефонной связью на пару дней. Основная загвоздка заключалась в другом. То ли было дело в изменении звёздных потоков, то ли взрыв сверхновой принёс к нам какую-то токсичную дрянь, накрывшую планету целиком – точно не скажу. Если судить по земным меркам, наша звезда находилась в периоде спада активности в районе тридцати лет. В общем, когда защищавший нашу звёздную систему солнечный ветер прекратился, давление от далёкой вспышки сверхновой переместило все плававшие поблизости в космосе вредные частицы на нашу звезду, а когда она вновь вошла в активную фазу, все эти абиотические элементы начали возвращаться обратно в звёздную систему. Такая вот цепочка неудачных событий. Разумеется, Игнора и её группа учёных выяснили всё это тогда, когда уже было слишком поздно.

— А ты не был одним из этих учёных, Габи? — спросила Аманэ

— Не, — Габриэль отрицательно покачал головой в ответ. — Меня тогда не интересовала ни наука, ни медицина, ни астрономия, ни что-либо из этой стези. У себя на родине я был начальником службы безопасности, охранявшей лабораторию Игноры. Зарплата, конечно, была не такой, как у учёных, но мы все неплохо ладили. Даже с высокопоставленными лицами довелось завести знакомство... Н-да, я уже и не помню, когда в последний раз разговаривал на эту тему. Думал, что почти всё забыл о тех временах...

Габриэль посмотрел в окно. В его взгляде, направленном на прохожих, идущих по своим делам через станцию Нэрима, ощущалась ностальгия:

— В общем, из-за вот этой вот волны вредоносных частиц всю планету накрыла смертельно опасная пандемия. Несколько не менее могущественных наций полностью вымерли. В лаборатории Игноры собрались лучшие учёные со всего света для того, чтобы найти способ избавиться от этой заразы. Она находилась в колониальном городе на одном из наших спутников. К слову, в освоении космоса мы достигли той стадии, где уже заселяли соседние планеты своей звёздной системы. Так вот, на этой лаборатории висела задача спасти наш род, а вместе с ним и достижения в медицине, астрономии, генной инженерии – всё-всё, чего сумела достичь наша раса от этого бедствия...

Габриэль перевёл взгляд на Асиет и Эроне, споривших о том, что ещё им заказать за счёт Мао:

— В конечном итоге мы облажались. Нам не удалось спасти ни нашу планету, ни её обитателей. Меньше чем за двадцать лет возникшая пандемия выкосила всю нашу цивилизацию. Уничтожила наш родной дом. Место куда более развитое, чем Земля и Энте Исла. И это произошло как раз в тот момент, когда вспыхнула мировая война из-за разработанной Игнорой формулы бессмертия. Смех да и только. Поверить не могу, насколько же мы были тогда глупы. Мы тогда все отчаялись.

— В погоне за утопией вы разрушили собственные стандарты? — спросила Судзуно.

— Извини, Крестия Белл, но всё не настолько вычурно, как ты говоришь, — усмехнулся Габриэль. — Люди по своей натуре нетерпеливы, понимаешь? Им нужна была магия, способная в мгновение ока устранить внезапно возникшую угрозу. При обычных обстоятельствах ушли бы десятилетия на разработку сыворотки от этой заразы или постройку подземных городов-убежищ по всему миру, где можно было бы укрыться, или даже целые века на создание силового поля или чего-нибудь ещё, что защищало бы от вредных веществ. Вот только талант Игноры не позволял ей рассматривать данные варианты. Она забила на всякие там антитела, которые могли противостоять распространившейся заразе, и вместо этого разработала формулу бессмертия. И все ухватились за эту возможность. «Мне на всё пофиг, ждать я больше не могу. Дайте мне побыстрее такое тело, в котором больше можно не беспокоиться о болезнях!» Так думали как я, так и все остальные. Так что никто никаких стандартов не разрушал – людям просто сорвало крышу, потому что они больше не могли ждать, лады?

— Могу я задать один вопрос? — снова присоединилась к разговору Аманэ.

— Что такое, Аманэ?

— Каким же образом вы обрели бессмертие?

Её голос звучал сурово, будто она уже знала ответ. Обратив на это внимание, Габриэль посмотрел на Асиет, которая успешно отвоевала у Мао кошелёк и уже бежала к кассе:

— Игноре удалось обнаружить на нашей планете следы Древа Жизни. А затем она нашла детей Сфир, скрывавшихся среди людей.