Откуда-то издалека доносился собачий вой, пронзающий ночную тишину. На улице не было ни единой живой души – лишь несколько машин проехали по ней, что быстро скрылись за поворотом. Узкие переулки освещались тусклым светом редких фонарей, а на безлюдных перекрёстках разноцветные огни светофоров неустанно повторяли свой бесконечный цикл чередования сигналов, никому конкретно не предназначавшихся.

Часы уже показывали час ночи, район Сасадзука, что расположен неподалёку от Шибуя города Токио, уже давно спал, проводив вчерашний день и готовясь встретить новый.

Однако, несмотря на всё это, по темноте передвигалась сгорбившаяся мужская фигура, крутящая педали своего велосипеда, словно пыталась угнаться за стремительно уходящим вчерашним днём. Парень был измотан и телом, и душой. Вместе с воющей собакой, гудками проезжающих по Косю-Кайдо автомобилей и накрывшим весь город пробирающим до костей холодным ветром ночную тишину нарушали тяжёлое дыхание парня, скрип велосипедной цепи и редкий скрежет дисковых тормозов. Тем не менее он не замечал все эти источники шума, хоть они и были отчётливо слышны, а периодически возникающие на пути препятствия только быстрее истощали его и без того угасающую волю продолжать движение.

Спустя какое-то время парень увидел свой дом, огонь которого горел впереди, разгоняя окружавшую его тьму. Это позволило ему воспрянуть духом и начать быстрее крутить педали, вкладывая в ноги остатки своих сил. Пусть дом и выглядел безжизненным, он был местом, куда парень всегда мог вернуться.

Добравшись до дома, он остановил свой велосипед, устало вздохнул и кое-как заставил своё налившееся свинцом тело подняться вверх по наружной лестнице. Перила в зимнюю ночь были буквально ледяными, ровно как и дверная ручка от его квартиры. Казалось, будто зима не успокоится, пока окончательно не лишит парня сил.

Вокруг царила тишина, слышно было только лишь жужжание тускло горящей в темноте люминесцентной лампы. Ридом не имелось никого, кто мог бы встретить вернувшегося домой парня – даже за выстроенными в ряд дверьми жилого дома. Его рука окоченела настолько, что ему пришлось сделать несколько попыток, прежде чем он смог просунуть ключ в замочную скважину квартиры 201.

Комната, в которую снаружи проник свет лампы, оказалась совершенно пуста: в ней не было ни мебели, ни какой-либо иной домашней утвари. Парень потянул за свисающую с потолка верёвочку от лампы, и рядом стала видна стопка аккуратно сложенной в углу одежды.

— Час ночи, да?.. — парень посмотрел на наручные часы, снимая их, а затем перевёл взгляд на центральную часть комнаты, однако вскоре быстро его отвёл. — Надо поспать. Завтра ещё куча дел.

Он сунул часы в карман, снял зимнюю куртку и повесил на вешалку у окна. Дрожа от царящего в комнате холода, который был почти таким же, как на улице, парень стал переодеваться в спортивный костюм, который он использовал в качестве пижамы, так быстро, как только мог.

— У-у-ух, холодрыга, — пробормотал он, ставя телефон на зарядку.

Он подошёл к тому месту, где раньше находились кухонные принадлежности, наполнил потрёпанный временем чайник водой и включил газовую плиту. Затем там же, рядом с раковиной, парень достал овальной формы предмет, внешне напоминающий панцирь черепахи – японскую грелку. Как только вода достаточно нагрелась, он залил её в грелку.

— Ой... — вытерев воду, которая выплеснулась из горлышка, парень закрыл грелку и спрятал в сделанный вручную тканевый мешочек. — Только это меня сейчас и спасёт...

Затем он расстелил футон – не лёгонькие простыни, которые он использовал всё лето, а целый матрас, пуховое одеяло и плед.

— У-у-у... А-а-ах...

Парень застонал от удовольствия, прижав к себе грелку и зарывшись в новенькую постель. Ткань футона была такой же холодной, как и всё остальное в квартире, но тепло от грелки и его собственного тела быстро согревали одеяло. Однако насколько бы ни было приятным это тепло, оно не могло унять тоску в его сердце.

Прошло не так уж много времени с тех пор, как эта квартира была наполнена жизнью. Парень жил со своими соседями по комнате, и как бы поздно он ни возвращался домой, его всегда ждал горячий ужин, позволявший ему расслабиться после очередного трудового дня. К ним в квартиру зачастую заходило много гостей, поэтому в маленькой комнатушке за столом всё время собиралась целая толпа. Внутри было тепло даже без обогревателя.

Однако сейчас парень находился в квартире тут один. Стола, за которым они все дружно собирались, больше не было внутри, как и всех кухонных принадлежностей. В холодильнике остались лишь огурцы, конняку и пакет молока. Снаружи было даже холоднее, чем внутри холодильника, поэтому парень оставил его включенным, чтобы молоко там совсем не замёрзло. Теперь всё, что когда-либо согревало комнату, находилось очень далеко от этого места. Взамен парень получил футон.

Он думал, что морально подготовился ко всем ждавшим его впереди трудностям, но теперь он прекрасно понимал, что это совсем не так. Никто его не навещал. Никто его не ждал. Никто не готовил. Никто не звал его по имени. Всё, что для него раньше было в порядке вещей, просто исчезло.

— Ашия, Урушихара, Эми, Алас Рамус, Судзуно, — его голос не мог услышать никто, кроме него самого. — Чи... — он вздохнул, и в воздух поднялось облачко пара. — Мне тут немного одиноко.

Впереди парня ждала битва – битва за обещанный дочери подарок ко дню рождения. Готовясь сразить бога, товарищи и соседи Мао Садао отправились на Энте Исла, на континент Святого Креста, а вместе с ними туда перевезли и большую часть его имущества. Из-за сложившихся таким образом обстоятельств парень сейчас пребывал в серьёзной депрессии.

*****

Будущее человечества, судьба целого мира – ничего из этого Мао Садао и Эми Юсу так не заботило, как желание их дочери.

Раньше они были только лишь Королём демонов и Героем – личностями, игравшими роли, которые не могли сосуществовать – но затем перед ними возникла Алас Рамус. С тех пор, несмотря на отсутствие кровной связи, они втроём стали «мамочкой», «папочкой» и «дочерью». Пусть между первыми двумя всё ещё оставались некоторые разногласия, они по-настоящему привязались к ребёнку.

Возможная катастрофа на Энте Исла и способ её предотвратить, на поиск которого у архангела Лайлы ушли целые столетия или даже тысячелетия, совершенно не волновали Мао и Эми. Первый, будучи демоном, не имел какого-либо повода спасать человечество, а вторая, пусть в прошлом и являлась Героем, больше не была обязана играть роль спасителя. Те, кто дорожил ими и находился рядом, прекрасно понимали их позицию. Однако, как бы Лайла ни старалась их убедить, как бы ни подначивал их Габриэль, который помогал Лайле за кулисами, Мао и Эми не испытывали желания вступаться за жителей Энте Исла. То же самое касалось и Ашии Широ, Урушихары Ханзо, Судзуно Камазуки и даже Чихо Сасаки.

И всё же, обретя новый дом в Японии и пройдя через бесчисленные лишения и сражения, все они, включая Чихо, решили в конечном итоге броситься в бой, одолеть того, кто был на Энте Исла сродни божеству, и защитить тем самым планету. И дело было не в стремлении спасти мир или каких-либо ещё высоких идеалах. Они приняли такое решение исключительно из-за простого желания одной несчастной маленькой девочки: «Я хочу встретиться с Малкут и всеми остальными».

Пока все готовились к празднованию Рождества вместе с Алас Рамус, Мао пытался узнать, что ей лучше подарить. Однако всё, что она хотела, это встретиться с теми, кого девочка знала прежде – своими друзьями и близкими. А так как она являлась воплощением Сфиры, рождённой Древом Сефирот, защищающим человечество Энте Исла, все «остальные», с кем Алас Рамус хотела вновь увидеться, были связаны с битвой, которую намеревались развязать Лайла и Габриэль.

И теперь Король демонов, Герой и их товарищи имели общую цель: воплотить мечту девочки в жизнь. Все они готовы вновь рискнуть своими жизнями и столкнуться с последствиями, которые повлияют на весь мир – и всё это ради Алас Рамус.

*****

— Даже сейчас я готов рискнуть своей жизнью.

Мао проснулся с первыми лучами зимнего рассвета. Часы показывали половину седьмого утра. Пусть светать начало довольно рано, за пределами футона его ждал пронизывающий до костей холод. Парню чертовски не хотелось покидать тёплый футон, который он клялся никогда не покупать, потому что считал, что из-за этого слишком сильно привяжется к Японии и не захочет возвращаться на Энте Исла в принципе. По иронии судьбы Мао пришлось сделать и то, и то. Ему потребовалась недюжинная сила воли, чтобы заставить себя покинуть приятное тепло и выйти навстречу морозному воздуху:

— Я так и не позавтракаю, если останусь... У-у-ух!

Хоть ему хотелось и дальше нежиться в тепле, Мао уже скоро нужно было идти на работу поэтому, пересиливая себя, он вскочил с футона:

— О-о-ох, холодрыга-то какая. У-у-уф, сейчас закочене-е-ею...

Всю его сонливость как рукой сняло, однако вместо неё у парня внезапно подскочило давление, и он начал опасаться получить тепловой удар. Однако от того, что он будет в шесть утра заниматься ерундой, обогреватель не появится, поэтому Мао снова наполнил чайник и стал ждать, когда нагреется вода, стараясь параллельно согреть выставленные перед чайником руки:

— Прости, Алас Рамус, — произнёс он вслух, обращаясь к дочери, которой не было поблизости. — Кажись, мой былой запал стремительно угасает...

Потирая друг о друга руки и ноги, он окинул взглядом пустующую комнату, походящую на пещеру, и стал вспоминать, как всё было.

Главу ангелов и по совместительству «бога», правящего небесами согласно верованию Энте Исла, звали Игнора. Чтобы до неё добраться, необходимо попасть на небеса, но по неким до сих пор неопределённым причинам в настоящий момент они были закрыты для прямого прыжка через Врата. Оставалось также неясным, действовало ли это ограничение в обе стороны, или небеса были недоступны только из мира смертных, но это значило, что попасть на то голубое небесное тело, которое ангелы нарекли своим домом, можно было только с помощью полёта.

Для этого им потребуется космический корабль – та самая Цитадель Владыки тьмы, которой Мао придал форму замка на Центральном континенте и откуда он начал своё вторжение на Энте Исла. Однако вскоре он узнал, что для восстановления Цитадели до её исходного состояния им необходимо заменить некоторые компоненты.

Эти компоненты прозвали «реликвиями», оставленными Владыкой демонов Сатаной, и носили они следующие названия: «Нотунг» – легендарный магический меч; «Копьё Адрамелехинуса», которым владел покойный Великий Генерал демонов Адрамелех; «Магия фальшивого золота» – книга запретной магии; а также «Астральный камень» – кристалл высококонцентрированной энергии, технология изготовления которого давно утрачена. Все они носят одно общее название «Устройства Ноя», и Мао с товарищами необходимо их собрать, однако всё, что им было известно о «реликвиях», так это то, что все они, за исключением «Копья», находятся в мире демонов. Камио, тамошний регент Мао, организовал поиски этих предметов, но пройдёт некоторое время, прежде чем появятся какие-либо результаты.

Тем временем на Энте Исла люди и демоны совместными усилиями занимались восстановлением Цитадели Владыки тьмы и поиском остальных уцелевших после войны демонов, пока их случайно не убили другие люди, настроенные отнюдь не дружелюбно. Во главе людей стояли Хейзель Румак и Альберт Энде, вторые по значимости личности после императора во всём Западном континенте, где находится Санкт Айле. Демонов же возглавлял молодой лидер малебранш Фарфарелло, который уже вступал в контакт с детьми Сфир, знал о жизни Мао в Японии и находился в дружеских отношениях с Чихо.

Под руководством этой троицы эти люди, объединившись с демонами, готовились сразить своего собственного «бога», прикрываясь уничтожением замка Короля демонов и остатков его армии. Две разные расы создали временный альянс, что всего несколько лет назад любой бы счёл невозможным. Однако тех, кто знал, чем обусловлено это перемирие, было крайне мало, а если бы кто-то пустил о нём слух, ему бы никто не поверил. Если они не одолеют поселившегося на луне бога, окутывающая мир святая сила вскоре иссякнет, и человечество вымрет.

Мало кто сможет поверить в подобную историю. Попытка объяснить, что ангел из Священного Писания снизошёл на землю, чтобы предупредить о грядущем конце света, а Герой и Король демонов объединились и вернулись из другого мира, чтобы всех спасти, заставит любого слушателя усомниться в здравости рассудка рассказчика.

Энте Исла в настоящее время всё ещё восстанавливался после вторжения Короля демонов, и каждая страна уже начала гонку за тем, чтобы занять наиболее выгодные позиции в новом мировом порядке. Если бы о плане Мао и его товарищей стало известно тем, кто в нём не участвовал, против них ополчились бы все страны, воспринимая это как сговор людей и демонов, что привело бы к новому конфликту, жертвой которого станет весь мир. На Энте Исла уже были люди, которым само существование Героя стояло поперёк горла, и они предали её однажды.

Ашия, Урушихара, Судзуно и Эмеральда смогли успешно наладить взаимодействие между людьми и демонами. Вся полученная в результате цепочка работала отлично, и, если бы рай решил напасть, у них в распоряжении имелись Габриэль и Лайла, а также Ашия и Урушихара, которые полностью восстановили свои демонические силы на Энте Исла.

По итогу в присутствии Мао Садао и Эми Юсы не было необходимости, а потому оно стало нежелательным, ведь когда множество сил собирается в одном месте, это привлекает внимание. У Мао имелись связи на Западном континенте, а у Ашии – на Восточном, поэтому к их армии оттуда присоединилось довольно много людей. По этим причинам Хейзель Румак, глава дворцовой стражи Санкт Айле и командующая «Объединённых сил», не хотела, чтобы Альберт Энде и Эмеральда Этува, верные друзья Героя, находились на Центральном континенте без причины. Прибавив к ней элитных бойцов Восточного континента рыцарей Восьми шарфов, и вся эта территория начнёт просто бросаться в глаза.

Так как Центральный континент замедляет восстановление Энте Исла, Западный и Восточный ведут постоянные дискуссии, пытаясь прийти к компромиссу – по крайней мере такая история была предана огласке. Северный, Южный и множество небольших стран Восточного континентов поверили в неё без каких-либо нареканий. Чтобы избежать всяких любопытных глаз, Румак, Альберт, Эмеральда и командующие восточными рыцарями составили своего рода расписание, следуя которому их совместное пребывание на Центральном континенте было сведено к минимуму.

На Восточном континенте об этом плане знали только Лазурный Император и несколько его приближённых командиров Восьми Великих шарфов. На Западном же – члены королевской гвардии, находящиеся под прямым командованием Румак; волшебники «Святого института магического управления» и несколько священнослужителей из отдела Реформации. Ни нынешний правитель Санкт Айле, ни принц, ни шесть архиепископов, которые принимают все важные решения от лица Церкви, об этом не знали. А Южный и Северный континенты так и вовсе находились в полном неведении. Поэтому Эми, которую практически каждый знал в лицо, и Мао, при виде которого все демоны тут же преклоняли колени, в данном случае только бы мешали.

— Я с вами свяжусь, если нужна будет ваша помощь. А до тех пор просто живите в Японии как жили, — сказала им Судзуно Камазуки, руководившая всей этой операцией и наладившая контакт с людьми с востока, запада и демонами. — У Чихо скоро вступительные экзамены – сейчас у неё важный жизненный период. Дорога туда и обратно занимает час и двадцать минут, а ей сейчас стоит сосредоточиться на учёбе и работе. Запретить ей приходить мы, разумеется, не можем, но хотелось бы, чтобы она соблюдала те же правила, что и при посещении двести первой квартиры. К тому же... — Судзуно взглянула на Мао с дразнящей улыбкой на лице, несмотря на нотку печали в голосе. — Уверена, твоё пребывание в Японии успокоит Чихо.

Мао не смог подобрать слов, чтобы как-то ей возразить. Изначально он был против того, чтобы Чихо появлялась на Энте Исла. Пусть она уже и была втянута в проблемы этого мира, Чихо слишком слаба, чтобы принимать участие в сражении, да и сама мысль, что старшеклассница окажется на поле брани, где на кону стоит судьба целого мира, казалась Мао совершенно неприемлемой. Что его удивило, так это то, как все были рады её появлению на Энте Исла, и никто не возражал против совершенного ею прыжка.

— Я хотела, чтобы она однажды всю-таки у нас побывала! — призналась тогда Эми.

— Согласна, — ответила ей Судзуно. — Я надеялась как-нибудь устроить для неё экскурсию по родному городу.

— Раз у нас подвернулась такая возмо-о-ожность, — присоединилась Эмеральда, — почему бы нам тогда не показать ей Санкт А-а-айле?..

— Действительно, почему нет? — пожал плечами стоящий рядом с Урушихарой Ашия. — Если исключить ангелов, на Энте Исла нет никого, кто желал бы ей вреда. Пока она не отходит далеко от Цитадели Владыки тьмы, мы и малебранш можем позаботиться о её безопасности.

— Да, что тут такого, чувак? — вклинился Урушихара. — Чихо Сасаки ведь не глупая. Если скажем ей не ходить в опасные места, она и не станет.

В конечном итоге Мао убедили ни о чём не волноваться. Стоило Чихо оказаться на Энте Исла, как Хейзель Румак приставила к ней охрану по предложению Эмеральды. Даже Фарфарелло вызвался быть её телохранителем. От такого повышенного к себе внимания Чихо чувствовала себя невероятно неловко. К тому же из-за того, что Эми приходилось скрывать свою личность, она часто находилась в компании Чихо. По итогу уровень защиты девушки напоминал не каменную стену, а скорее бомбоубежище.

Спустя какое-то время для Чихо путешествие между мирами из квартиры 201, прихватив с собой различные продукты, разговор с демонами и людьми, с которыми она успела познакомиться, а затем возвращение обратно на Сасадзука, пока не стемнело, стали простой рутиной. Проблемы оставались только у Мао, и основная как раз заключалась в этих сорокаминутных скачках.

— Наверное, сегодня я пойду домой... Смена заканчивается в шесть... Но, блин, если в баню идти, то вернусь не раньше девяти...

Эми всегда жила одна на Эйфукучо, ровно как и Судзуно в квартире 202, а Мао с самого начала делил комнату с Ашией, который распределил их обязанности самым эффективным образом. Сейчас же Ашия был занят реализацией их плана на Энте Исла и руководил демонами и рыцарями Восьми великих шарфов, поэтому если Мао хотел заручиться его помощью, ему нужно было сперва добраться с места работы до дома, а затем переместиться через Врата, проход через которые занимает сорок минут. А открой он Врата где-нибудь в центре города, его мог кто-нибудь заметить.

Дорога от Вилла Роза Сасадзука до «Mg Ronald»-а на станции Хатагая занимала у Мао пять-шесть минут на велосипеде или пятнадцать минут пешком, и его график работы был составлен с учётом данного времени, что позволяло ему закрывать заведение поздно вечером, а на следующее утро приходит прямо к открытию. Но вот эти дополнительные сорок минут на перемещение в одну сторону превращали весь его устоявшийся распорядок дня в сущий бардак.

Если Мао приходилось закрывать «Mg Ronald», домой он мог вернуться не раньше чем в сорок минут первого ночи. Проходя через Врата, на Энте Исла он оказывался в час двадцать ночи по Японскому времени и, поужинав там, ложился спать после двух. А если ему нужно успеть к открытию на следующий день, то к «Mg Ronald»-у Мао необходимо подходить к половине седьмого утра. С учётом завтрака и возвращения в Японию через Врата, ему приходилось вставать пять часов. Кроме того, Мао, будучи демоном, не мог эффективно пользоваться ангельским пером, как Чихо или Рика – он вынужден держать заклинание под контролем, так как малейшая оплошность могла привести к непредвиденным последствиям.

По итогу из-за того, как составлено расписание Мао, бывали дни, когда он не мог посетить Энте Исла. В такие вечера ужинать ему приходилось, либо покупая что-нибудь в «Mg Ronald»-е с использованием скидки для сотрудников, либо приобретая что-то готовое в круглосуточном магазине, либо сварганив что-нибудь из остатков, используя кухонные принадлежности, которые не забрали на Энте Исла.

— Вещей для стирки уже скопилось... — Мао взглянул на сложенную на полу одежду, после чего посмотрел на часы и проверил кошелёк. — Чёрт, не хочется мне деньги на ветер пускать, но, видимо, придётся воспользоваться прачечной...

Он зависел от Ашии куда больше, чем ему казалось. Мао старался поддерживать порядок в квартире, однако из-за работы и дел на Энте Исла времени у него на это оставалось немного, поэтому вскоре пыль начала скапливаться по углам комнаты, на полу в ванной и на подоконниках. По той же причине у него не было времени как следует заняться стиркой дома, поэтому Мао пришлось прибегнуть к услугам прачечной. Ещё с первых дней жизни в Японии он понял, что это большая роскошь: Ашия негодовал из-за каждой сотни йен, потраченных на прачечную.

Эми в настоящий момент для него была наименьшей из проблем. Ему, как Королю демонов, полностью восстановившему свои демонические силы, не были страшны ни люди, ни ангелы. Но вот с человеком по имени Мао Садао дела обстоят совсем иначе.

Чихо, казалось бы, должна была воспользоваться подвернувшейся возможностью и помогать ему с пропитанием и поддержанием квартиры в чистоте, но Мао запретил ей приходить к нему домой – исключением было только проход через Врата, поэтому с тех пор парень жил в одиночестве.

Чихо, питающая к Мао романтические чувства, стала частой гостьей после того, как в доме поселились Урушихара и Судзуно. Для неё квартира 201 являлась не столько жильём Мао, сколько местом сбора всех её друзей, чем и были обоснованы её постоянные визиты. Сейчас же, когда он остался один-одинёшенек, всё стало иначе. Прямо за тонкой стеной исключительно мужской обители, коей была квартира 201, по соседству жила Судзуно и могла слышать всё, что у них происходило. А теперь во всём доме находился лишь один Мао, и, если кто-то прознает, что некая девушка-подросток в школьной форме практически каждый день захаживает к парню, работающему на полставки и живущему в одиночку в старой развалюхе, современное общество едва ли одобрит подобное. К тому же, Чихо однажды уже делали замечание по этому поводу.

И всё же, хоть Мао и пришлось позволить Чихо наведываться на Энте Исла, он поставил условие, что они ни при каких условия не будут находиться в квартире 201 наедине. Если ей нужно пересечь Врата в Вилла Роза Сасадзука, она должна была это делать в сопровождении Судзуно или Эми, в противном случае – из своей комнаты. Их знакомые могли только гадать о целесообразности данного требования, однако Мао не собирался уступать, и Чихо смиренно согласилась.

— Полагаю, очень важно наконец определиться.

Мао чувствовал угрызения совести за то, что так и не смог дать Чихо чёткий ответ на её вопрос, хотя определиться нужно было уже давно.

Ашия, Урушихара, Судзуно, Норд и Лайла не перестали посещать Японию, как могло показаться на первый взгляд. У Ашии имелось много дел на Энте Исла, посему появлялся дома он нечасто, а вот Судзуно и Урушихара возвращались на Землю раз в два-три дня. Они даже умудрились устроить огород на заднем дворе, что Мао заметил не сразу. Судзуно и Норд также возвращались, чтобы приглядеть за Алас Рамус, когда у Эми, которая, несмотря на сокращение рабочего времени, стала важной частью команды «Mg Ronald» на Хатагая, были длинные смены.

Сейчас Мао пребывает в одиночестве гораздо дольше, чем раньше, и благодаря этому он осознал, как ему несказанно повезло иметь стольких товарищей. С того дня, как он начал жить один, миновал почти месяц, и эта жизнь была уже не так насыщенна событиями, как прежняя.

— Мао! Мао! Э-э-эй!!! — раздался приглушённый девичий крик снаружи.

Мао поморщился от бесцеремонно громкого стука во входную дверь, мысленно осыпая незваного гостя проклятиями.

— Ты сегодня снова на свои курсы идёшь? Во сколько?!

— ...После обеда, в час дня.

Мао практически пробурчал ответ себе под нос, однако эта девушка в такие моменты отличалась особо острым слухом:

— Ура-а-а! Если попрошу Микитти пообедать пораньше, у меня останется время! Сегодня меня ждёт новый ресторан, где можно есть, сколько влезет!

— Ага, ясно... — сухо ответил парень.

— Ну пока!

Стоявшая за дверью девушка стремглав умчалась, так не узнав, как сильно лицо Мао скривилось в раздражении:

— Как же мне хочется хорошенько огреть чем-нибудь того, кто придумал это растение со своими Сфирами.

В силу определённых обстоятельств девушка по имени Асиет Алла, не имеющая представления о скромности, по-прежнему продолжала донимать Мао. Он с лёгкостью мог представить её довольную мину, уже предвкушающую различные аппетитные блюда. Сам парень ещё ничего толком не съел, а уже чувствовал тяжесть в желудке.

*****

Закончив свою утреннюю смену, Мао сел на линию Кеио – Синдзюку. Подходя к месту, где у него была назначена практика, он заговорил с Асиет, которую затянуло обратно в её тело^

— Ну и как тебе ресторан, где можно есть, сколько влезет?

— А ты хочешь меня ещё раз туда сводить?

Мао до сих пор не мог понять логики Асиет. По таким местам её обычно водила Мики Шиба, домовладелица Вилла Роза Сасадзука, поэтому он недоумевал, почему её «ещё раз» был адресован ему.

— Я просто шучу! Ладно тебе, это всего лишь шутка! Мао! Не заводись!

Асиет почувствовала, что Мао начал закипать, поэтому стала извиняться даже быстрее, чем обычно, пускай смысла в этих извинениях не было. Она оставалась всё такой же обжорой, что и всегда, не испытывала ни грамма уважения к Мао, всё время дерзила и могла выкинуть абсолютно любую глупость.

Так как Асиет приходилась Алас Рамус младшей сестрой, участие в схватке с богом за исполнение желания сестры также и в её интересах, однако Мао было от этого ничуть не легче. Если бы вместо Алас Рамус в тот день из золотого яблока появилась Асиет, он едва ли вызвался бы стать её приемным отцом и согласился бы исполнить просьбу Лайлы. Если сёстры чем-то и похожи друг на друга, так это только лицом.

— Ну, в том ресторане в основном подавали мясо, — добавила Асиет.

— Там только мясные блюда и можно есть, сколько влезет? Секунду, ты что, в ресторан якинику на обед пошла?

Когда она находилась в теле Мао, голос Асиет мог слышать только он, притом у себя в голове. Сам же Мао тем временем разговаривал вслух, поэтому со стороны это выглядело, будто он болтает с самим собой, чем мог привлечь к себе нежелательное внимание прохожих. К тому же в последнее время его лицо стало совсем угрюмым. Если бы Мао не прижимал к уху телефон, притворяясь, что разговаривает по нему, его бы уже давно упрятали в палату для душевнобольных.

— Угу-угу. В якинику-ресторане возле нас мне сказали, что я слишком много ем, поэтому запретили приходить.

— Правда, что ль?

Мао этого не знал, но, когда Асиет и Аманэ Огуро, которая временами за ней присматривает, посещают такие места, к ним обычно через какое-то время подходит управляющий, чтобы остановить устроенный Асиет конкурс обжорства.

— В основном там подают стейки и филе, но, заплатив побольше, напитки, салаты, супы, карри и десерты буду бесплатными.

— Ого, не только напитки и супы, но ещё и другие блюда? — изумился Мао. — Щедро с их стороны. А рис подают?

— Естественно! Рисом тоже можно наесться то отвала!

— Вот как. Название заведения помнишь?

— Название? Ох, какое оно там было?.. — задумалась Асиет. — Может, «Big Guy»? Или «Giant Boy»?.. А чего это ты вдруг спрашиваешь? Обычно ты в таких случаях говоришь, что обжорство – плохо, в том числе для кошелька.

— Погоди-ка.

Мао опустил телефон и стал искать упомянутое Асиет место. Много времени у него это не заняло:

— А, вот тут? За доплату можно есть сколько угодно салатов, супов, карри и десертов, и сюда же входят напитки. Досадно, цена привлекательная, но это всё-таки семейный ресторан.

— Ты это к чему?

— Несколько коллег с моих курсов решили сходить куда-нибудь вместе. С датой пока мы не определились, но уже рассматриваем различные заведения, где могли бы собраться.

— О-о-ой, — в голосе Асиет звучало неприкрытое отвращение. — Бесит. Выглядеть это будет примерно так: ты наливаешь пиво своему начальнику, слушаешь всякую неинтересную болтовню; тусуешься с коллегами, которые только и могут что подлизываться к начальнику; напиваешься вдрызг сам, а на следующий день тебя называют слабаком. Я права? Это же пустая трата времени, разве нет?

— Ты где этому вообще понабралась? — изумился Мао и, устало покачав головой, замедлил шаг. — Хорош бурчать, как Урушихара, когда сама и половины не понимаешь из того, о чём говоришь. Никогда не знаешь, как это может пригодиться в будущем. Может случиться так, что с кем-то из них придётся работать в будущем. Так что, если хочешь заложить фундамент для плодотворных будущих отношений, нет ничего плохого в том, чтобы посетить подобное мероприятие.

— Хоть ты так и говоришь, но на деле особо желанием не горишь туда идти, да?

— ...Не могу это полностью отрицать.

Мао редко жаловался на работу. Он знал, что, находясь внутри него, Асиет могла читать внутренне состояние парня, хотя это и не являлось телепатией.

— У этих курсов много направлений: кто-то, как я, занимается обслуживанием клиентов, кто-то – выпечкой, третьи – далеко продвинулись в других областях. В итоге я прохожу обучение вместе с довольно большой группой других людей, хоть ничего нового там практически не узнаю. Вот и появилось предложение где-нибудь вместе посидеть вечерком.

— М-м-м.

— И я хочу пообщаться с людьми из других отраслей. У нас там есть один молодой парень, служивший в силах самообороны Японии, и мне интересно, как он жил. Но... Не знаю, такое ощущение, будто это мероприятие направлено отнюдь не на это.

— Почему же?

— Понимаешь, — стал объяснять Мао, — собраться предложил парень лет двадцати пяти на вид из региона, который не относится к Хатагая, и он... Не то чтобы это скрывает, что ли?

— Понятнее не стало. Ты будто конкретики избегаешь, что странно.

— Я просто к тому, что выглядит это, будто он хочет галопом взобраться по карьерной лестнице. Когда мы работаем в группе, он всегда высказывается одним из первых. Как будто он хочет взять на себя бразды правления, чтобы все остальные ему подчинялись. Именно он предложил всем собраться, хотя мы пересекались-то на курсах всего пару раз, а список обучающихся из раза в раз сильно меняется. Если обобщать, то болтает он много, а сам особо ничего не делает.

Несмотря на свои весьма посредственные навыки, парень, о котором говорил Мао, был склонен вести себя с остальными как старший. Характер у него далеко не самый приятный – даже Мао трудно с ним общаться. Однако он не был некомпетентным. Маюми Кисаки, уважаемая начальница Мао, как-то ему говорила: «Навыки сотрудника отнюдь не ограничиваются умением работать на передовой». Этот парень в самом деле пытался объединить людей разных регионов и профессий в одну команду. Чем больше организация, тем необходимее данный навык.

— Так и в чём проблема? — спросила Асиет. — Ты же понимаешь, для чего он это делает, верно?

— Да. Его цель в самом деле завести отношения.

— В смысле?

— Есть у нас в группе одна молоденькая девушка. Ты её видела несколько раз...

— Что-о-о?! Ты нашёл себе очередную жертву?!

Мао ничего ей не ответил.

— ...Хоть бы какая реакция была, — произнесла скучающим голосом Асиет. — Помню. Кусуноки или Масашиге, или как там её...

— Кусуда её зовут, — поправил Мао.

Находясь в теле Мао во время курсов, Асиет запомнила практически всех, с кем он там познакомился.

— И, как ты уже, наверное, поняла, этот парень решил приударить за Кусудой. При каждом групповом занятии он буквально лип к ней.

— О, так этому заводиле нравится Кусуда? Кто он там? Ашикага, или Годаиго, или ещё кто-то?

— ...Нитта. Если не помнишь чье-то имя, не нужно говорить наобум.

Выбранные Асиет имена были похожи на имена известных самураев. Мао оставалось только гадать, что ей там по телевизору включает Шиба.

— Тогда у Нитты совершенно нет вкуса! — воскликнула Асиет. — Эта Кусуда только притворяется бедненькой невинной девочкой! На первый взгляд она кажется такой взрослой, как Чихо, но на самом деле она просто мастерски умеет подлизываться! Я её как-то видела в женском туалете, и как же она там кого-то поносила! Чихо так ни за что бы не поступила!

— Где-где ты её видела? — удивился Мао такому неожиданному откровению.

— Ну тогда, во время твоих вторых по счёту курсов! Ты ещё сказал, что не можешь со мной сконцентрироваться, поэтому дал карманных денег и велел сходить куда-нибудь поесть. Поэтому я тогда немного прогулялась по учебному корпусу...

— И зачем?..

Эти события Мао помнил смутно. В тот день проводилось собеседование в том же здании, где он проходил курсы бариста. Тем не менее на фоне одетых в деловые костюмы работников офиса девушка-подросток в повседневной одежде с пепельного цвета волосами и фиолетовыми глазами явно выделялась.

— В общем, возвращаясь к нашей теме, я не заинтересован. Просто такое чувство, будто меня используют как пешку.

— Ты же сам говорил недавно, что это важно. Заложить там какой-то фундамент и всё такое прочее.

— ...Ну, типа — Мао только и мог что пожать плечами, когда сказанное им ранее использовали против него же самого.

— Только знаешь что, Мао?

— Что?

— Раз уж ты мне всё это рассказываешь, значит, тебе совсем уже тяжко.

Ошарашенный её словами Мао встал как вкопанный. Он находился у западного выхода станции Синдзюку, где днём ежедневно проходят толпы людей, и прохожие то и дело бросали на него недовольные взгляды.

— Эми и Чихо в последнее время заглядывают редко, — продолжила девушка, — а Ашия, Люцифер и Судзуно если и возвращаются, то ненадолго. Тебе стало совсем одиноко?

«Я что, настолько приуныл, что даже Асиет меня в это носом тычет? – недоумевал Мао. – Прям настолько очевидно?»

После Нового года повседневная жизнь Мао изменилась. Всё, что было для него раньше в порядке вещей, почти исчезло. Сейчас с Эми и Чихо Мао видится в основном только на работе, Урушихара и Судзуно периодически возвращаются домой, с Ашией он всё ещё держит довольно тесную связь, да и сам Мао иногда посещает Энте Исла. С тех пор прошёл всего месяц, но он даже представить себе не мог, что он начнёт говорить о работе и личных переживаниях с Асиет:

— Ну...

— М-м-м?

— Честно говоря, меня уже порядком задолбало есть не дома.

— Да признайся ты уже! — рассмеялась Асиет в ответ на попытки Мао казаться крутым.

На самом деле все эти изменения были просто ничтожны по сравнению с теми, которые случились после его сражения с Эми и побегом в Японию. И всё же для обычного человека они уже являются поводом для стресса.

Кроме того, Мао установил день рождения Алас Рамус в качестве крайнего срока, когда они должны одолеть бога. На календаре уже было начало февраля, и если всё пройдёт согласно приблизительным расчётам Мао, то они должны со всем разобраться примерно за пять месяцев. Тем не менее их конечная цель была ещё далека от завершения: они до сих пор не нашли ни одной реликвии, которые прозвали наследием Владыки демонов, а как только они попадут в рай, им предстоит сразить огромное количество противников. Никто не имел ни малейшего представления, какой станет эта битва. Однако Мао дал своей «дочери» слово, что подарок, который они все хотели сделать ей на Рождество, она обязательно получит на свой день рождения.

Мао не мог понять, почему он чувствовал себя так удручённо, когда впереди его ждали серьёзная битва и исполнение обещания.

— Никудышный из тебя Король демонов, — заключила Асиет.

— Хорош уже говорить так, будто мои мысли читаешь, — ответил Мао, наконец двинувшись дальше. — Но я, наверное, и правда слишком уж приуныл. Извиняй.

— Ну, мне-то пофиг. Микитти позволяет мне объедаться до отвала всякой вкуснятиной. И всё же...

— М-м-м?

— Тебе не кажется, что ты слишком уж беспечен?

— Беспечен?

— Именно! Я понимаю, что все сейчас трудятся на Энте Исла, а вы с Эми просто ждёте своего часа здесь, но ангелы же не будут просто сидеть сложа руки.

— Ну, так-то оно так...

— Микитти и Аманэ сильны, поэтому ангелы вполне могут начать действовать тайком, нет? Ты ведь и сам знаешь, какие они скользкие типы!

Теперь, когда Мао знал их предысторию, он не мог безоговорочно согласиться с позицией Асиет.

— Сейчас, когда Судзуно нечасто бывает дома, ты уверен в безопасности Чихо? Словам Габриэля верить ни в коем случае нельзя!

— С этим никаких проблем нет. Я всё же уболтал его рассказать мне о созданной им системе безопасности, установленной вокруг дома Чихо. Если она там или в северной старшей школе Сасахата, и где-то поблизости появится неземной источник святой или демонической энергии, будет отправлен сигнал сонаром радиусом до двух километров. Я, Эми и Аманэ всегда находимся в пределах этого радиуса, так что сразу же бросимся на выручку, если вдруг что-то случится.

— Сонар радиусом в два километра? А другим жителям это не помешает?

— Нет, обычные люди его не услышат. По факту это своеобразный барьер, а поскольку сигнал подаст простой сонар, то у Чихо всего лишь зазвенит в ушах. Также я её просил её в случае чего обращаться ко мне, Эми, Судзуно или Аманэ.

— Хм-м-м...

— Что? Тебя что-то не устраивает?

— Нет, если вам с Чихо так нормально, то ладно, — ответила Асиет и, сделав короткую паузу, добавила с сомнением в голосе: — Но неужели Чихо это в самом деле устраивает?..

— Она сказала, что ей так спокойнее.

— О, нет, это плохо.

— Это ещё как понимать?!

— В прямом смысле. Мы же уже пришли? Я наелась, так что просто тихо подремлю. До скорого!

— Э-эй, Асиет! Что ты имела в виду?.. Что, правда уснула?

Он перестал ощущать Асиет, будто она исчезла по щелчку пальцев. Мао убрал телефон, который он использовал для отвода глаз, и вздохнул:

— ...Ну зашибись.

На самом деле он и сам понимал, о чём она говорила. По этому поводу Мао уже услышал мнение Лайлы, Ашии и Судзуно, которая, не стесняясь, раскритиковала его. Вдобавок он слышал это и от самой Чихо. И из-за того, что он так и не дал ей чёткого ответа, вся окружавшая их взаимоотношения неопределённость сохранялась и по сей день.

И всё же у Мао не было под рукой иных способов защитить Чихо. Подобная система безопасности с мгновенным оповещением была эффективным вариантом на случай чрезвычайной ситуации, однако Асиет явно намекала на совершенно другое, и осознание этого выводило его из себя.

— Что же ты мне тогда предлагаешь-то?..

Мао в момент признания Чихо оказался потрясён, но смог не подать виду. И всё же девушка набралась смелости и поведала ему о своих чувствах, но не более. Пока он размышлял об этом, мимо него прошла пара влюблённых. Они держались за руки, что явно говорило о том, что они встречаются. До недавнего времени Мао считал, что Чихо представляет их отношения именно такими, но последние несколько месяцев опровергли его догадки. Одних только близких отношений с Мао ей будет недостаточно.

— ...Надо бы побыстрее определиться с ответом, — пробурчал он себе под нос, проходя через двери нужного ему здания.

— А, Мао-о-о!

Услышав голос, в какой-то мере напоминающий Чихо, Мао поднял опущенные глаза:

— Доброе утро, Кусуда.

Кусуда подбежала к нему. Её имени Мао не помнил, только фамилию.

— Нашёл что-нибудь, где мы могли бы устроить встречу, которую решил организовать Нитта?

— Не-а. Мы все из разных мест, так что, хоть это и очевидно, лучшим вариантом будет собраться где-нибудь в пределах Синдзюку.

— Согласна. Да и контактов всех стажеров мы не знаем...

Из-за сменного графика работы не все кандидаты могут присутствовать на курсах постоянно. Кроме того, руководство не разглашало их количество, поэтому число приглашённых на организованную Ниттой встречу ограничивалось теми, с кем он пересекался хотя бы пару раз.

— На мой взгляд, — продолжила Кусуда, — ещё рановато для таких посиделок после работы.

— Ну, раз уж выпала такая возможность, не думаю, что это будет чем-то плохим.

— Может, ты и прав, и всё же мне кажется, что, вместе работая и занимаясь на курсах, мы бы со временем и так стали бы друзьями. Он будто бы насильно пытается всех сблизить, как на какой-нибудь приветственной вечеринке в универе. А ещё всё время ко мне липнет.

«Тебя раскусили, Нитта» – подумал Мао, соболезнуя парню. Есть ли у Нитты сегодня курсы или нет, он не знал.

— О, кстати говоря, Мао, раз уж ты тут, то здесь тебе его и отдам.

— Э?

Взглянув на миленькую маленькую коробочку с завязанной бантиком ленточкой наверху в руках Кусуды, Мао удивлённо приподнял брови:

— Что это?

— Ох, разве не очевидно? Это шоколад! Шо-ко-лад!

— Что? Шоколад? А-а-а, на Валентинов день?

В конце концов Мао понял, что под этим подразумевала Кусуда. Сегодня седьмое февраля, что было рановато для подарков на День святого Валентина, однако, когда люди не уверены, что смогут встретиться в день праздника, они нередко делают подарок раньше.

— Ты уверена?

— Конечно! Бери! А, правда, для Нитты у меня нету, но ты никому об этом не говори, хорошо?

Мао стало ещё больше жаль Нитту:

— Что ж, спасибо. Обязательно его попробую.

Ровно как и грядущая встреча, данный подарок был не более чем простым проявлением вежливости. Мао даже не рассматривал такой вариант, что у Кусуды могут быть к нему какие-либо чувства, однако узнай об подарке кто-то вроде Каваты, тот бы непременно закатил бы истерику. Сейчас, когда всё ещё оставалось неясно, появится ли он на курсах четырнадцатого марта, Мао решил не поднимать тему касательно ответного подарка. Вместо него это сделала Кусуда:

— Если увидимся в марте, подари что-нибудь в ответ, ладно?

Таким образом Мао с благодарностью принял от неё шоколад.

— Как думаешь, что у нас сегодня будет? — спросила девушка.

— Без понятия. Говорили что-то про предварительное планирование вроде.

Разговор о грядущих занятиях помог Мао настроиться на рабочий лад и отвлечься от недавнего разговора с Асиет. Однако он забыл, что уже давно не видел Асиет лично, за которой обычно приглядывали Шиба и Аманэ. Ведь как только разговор касается еды, а в особенности чего-то сладкого вроде шоколада, в ней сразу же просыпается обжора.

*****

На следующий день Асиет присела рядом с Судзуно, которая усердно выдергивала сорняки на грядках, устроенных на заднем дворе Вилла Роза Сасадзука с позволения Шибы, и спросила:

— Эй, Судзуно! А когда я получу от кого-нибудь шоколад?

— С чего бы это вдруг?

— Тут есть вроде бы такой день, который называется Валентиновым или как-то так.

Когда она, находясь внутри Мао, только-только уснула, её чувствительный нос уловил запах шоколада, несмотря на то что тот находился в закрытой подарочной упаковке, и тут же проснулась. Надеясь узнать причину, по которой Кусуда вручила парню шоколад, Асиет рассказала вернувшейся на Землю Судзуно всё, что видела.

— А, ты про День святого Валентина?

Судзуно не подозревала, бурю вызовет её небрежный ответ. На то было две причины: в настоящий момент Мао работал в «Mg Ronald» на станции Хатагая, а сама Судзуно даже не подумала спросить у Асиет, почему она вдруг заинтересовалась данным праздником. Она вернулась с Энте Исла только утром и перед этим проводила мессу для рыцарей Санкт Айле, которые находились в лагере возле Цитадели Владыки тьмы:

— Не хочу тебя огорчать, но, так как ты девушка, сладостей в этот день можешь не ждать.

— Ч-что-о-о?! — истошно завопила Асиет. — Как... Как мир может быть настолько жесток?..

— Так уж устроен День святого Валентина, — сидящая на коленях Судзуно взглянула на ошеломлённую девушку и усмехнулась. — Существует несколько теорий, как появился этот праздник. Его назвали в честь святого, и с тех пор во многих странах в этот день женщины дарят мужчинам сладости. Какие именно, зависит от того, кто дарит, но в Японии с давних пор дарят шоколад.

— Шоколад... Мой шоколад...

Асиет всё никак не могла оправиться от шока. От кого она хотела получить шоколад, для Судзуно оставалось загадкой.

— Почему женщинам его не дарят?.. Наверное, надо мне стать мужчиной...

— Собралась менять пол только лишь ради шоколада? — заметив, что Асиет всерьёз об этом задумалась, улыбка Судзуно стала ещё шире. — Как я уже сказала, тут ничего не поделаешь. Так сложилось, что в этот день женщины дарят мужчинам сладости, выражая тем самым свою любовь.

— А? — Асиет недоумённо моргнула пару раз.

— Но переживать не о чем. В Японии есть ещё Белый день. Четырнадцатого марта, спустя месяц после Дня святого Валентина, мужчины дарят женщинам шоколад в качестве ответного подарка.

— Серьёзно?! — Асиет вновь воодушевилась и хлопнула в ладоши. — Кусуда сказала Мао, чтобы тот подарил ей что-то в ответ! Так вот что она имела в виду!

— Кусуда? Мао? Погоди-ка, Асиет, ты где про Валентинов день услышала?..

Услышав при упоминании Мао незнакомое имя, сердце Судзуно замерло. Асиет же вскинула кулак над головой, а её глаза загорелись:

— Это получается Кусуда сделала Мао своей целью?!

— А-асиет? Извини внезапный вопрос, но эта Кусуда?..

— Девчонка из Мага, которая подарила Мао шоколад! Хоть она и вела себя так, будто дарила его из чувства долга, но она наверняка была серьёзна! Иначе зачем ей просить об ответном подарке в марте?

— Чего?! А-асиет?! — воскликнула Судзуно, опасаясь, что рассказала девчонке о том, о чём не следовало.

Её охватила сильная тревога от того, что Асиет, ничего не знающая о Дне святого Валентина, быстро перешла к тонкостям праздника и его значении в Японии.

— Нельзя терять ни минуты! У Мао же денег почти нет, поэтому я не могу позволить Кусуде отобрать у меня шоколад на Белый день!

— Успокойся, Асиет! Послушай меня! В Японии на работе женщины часто дарят своим коллегам-мужчинам шоколад просто для создания комфортной рабочей атмосферы...

— Надо рассказать Чихо! Сейчас всё внимание Мао приковано к моей сестре. Чихо научит меня готовить шоколад, я подарю его Мао, и он увидит меня в новом свете!

— Подожди!..

Опасения Судзуно подтвердились. Она понятия не имела, что там произошло между Мао и некой Кусудой, однако Асиет, насколько Судзуно могла судить по рассказанной ей истории, явно раздувала из мухи слона. Чихо и так уже переживала из-за сохраняемой между ней и Мао дистанции, а если она узнает, что он сблизился в Валентинов день с другой девушкой, Судзуно была уверена, что Чихо вновь растеряется и не будет знать, что ей делать.

— Чихо! Я её чую! — воскликнула Асиет.

— Да!.. Подожди же ты...

Несмотря на её попытки остановить Асиет, так уже убежала, оставляя за собой глубокие следы в разворошённой земле. Судзуно только и могла что удручённо опустить вскинутые руки:

— Надо извиниться перед Чихо и Королём демонов, — тихо произнесла она дрожащим голосом.

Она достала из-за пояса своего кимоно телефон и начала писать сообщение Мао, который в настоящей момент с головой ушёл в работу и находился в блаженном неведении.

— Э-э-э... — Судзуно отряхнула руки от земли и начала второпях печатать. — У Асиет... Сложилось ошибочное представление... Про Валентинов день... А!

Когда девушка взглянула на время в правом верхнем углу экрана, у неё душа в пятки ушла:

— Нет!!!

Шёл уже третий час дня. Она отбросила полотенце, которым связала волосы, и вскочила:

— Стой, Асиет! Чихо же ещё в школе!

Пока Судзуно пыталась что-нибудь придумать, Асиет уже была на пути в северную старшую школу Сасахата, получив фору в целую минуту. Судзуно побежала за ней, но стоило ей выйти за территорию Вилла Роза Сасадзука, как она резко развернулась и поспешила в квартиру 202:

— Ах, Алас Рамус! Я не могу её одну оставить! О-о-ох, и почему всё так обернулось?!

Утром Эми оставила Алас Рамус вместе с Судзуно, и девочка, которая всё это время сладко спала, проснулась уже на спине Судзуно. К тому моменту фора Асиет стала составлять две минуты, и Судзуно с ужасом поняла, насколько фатальными могут оказаться эти две минуты.