На следующий день после встречи Ашии и Сариэля, от которой у первого осталось не самое приятное впечатление, по улице Синдзюку, пестрящей рождественскими украшениями, проходила пара расстроенных девушек.

— Э-э-эх...

В то время, как яркие вывески подогревают интерес людей всех возрастов к праздничной распродаже, эта пара не обращала на них никакого внимания.

— Мне гру-у-устно...

— Р-разве был повод для грусти?

Обе девушки выглядели гораздо моложе своего реального возраста. Одна на голове носила берет и всегда растягивала слова, у другой же волосы были скреплены заколкой, и она всё время разговаривала серьёзным тоном:

— Ты же тут не в последний раз находишься. Ещё подвернётся возможность...

— Ты же понимаешь, что не всё так про-о-осто. Поэтому я и расстро-о-оена! Эх...

Эмеральда Этува с печальным видом посмотрела на рождественскую ёлку за окном одного из магазинов, держа в руке рожок мороженого, за которым ей пришлось немало простоять в очереди, несмотря на холод:

— Ведь совсем скоро должно начаться весе-е-елье, а я уходить должна. Как так мо-о-ожно...

Судзуно Камазуки тихо хихикнула, скребя пальцем щёку.

Пару дней назад Эмеральда получила разгневанный приказ вернуться обратно на свой пост. Прислал его Альберт, которому Эмеральда доверила решение вопросов, касающихся Западного континента Энте Исла. В нём говорилось следующее: «Я так больше не могу. Возвращайся уже давай. Иначе, даже если в следующем году бюджет будет в сто раз больше нынешнего, мы останемся ни с чем. И тогда я заставлю Румак расформировать Институт».

Изначально планировалось, что Эмеральда ненадолго отправится на Землю лишь для того, чтобы сообщить о предстоящем суде над Олбой, который поверг весь Энте Исла в хаос. Вот только перед её уходом произошло множество событий, в которые входили как появление Лайлы, так и инцидент с участием Эроне и других детей Сфир. В итоге пребывание Эмеральды в Японии затянулось аж на месяц.

Она, конечно же, поддерживала регулярный контакт с Альбертом. Из-за связанной с Эми непростой ситуации он всеми силами старался скрыть факт отсутствия Эмеральды. Однако то ли он заметил, что Эмеральда там больше развлекалась, нежели занималась делом, то ли в самом деле больше не мог выполнять работу за двоих, но его тон при разговоре через связь разума становился всё более сердитым, пока он наконец позавчера не потребовал, чтобы она возвращалась.

— А-а-ах, — вздохнула волшебница, — как же мне хочется отведать рождественского то-о-орта... Или хотя бы жареной инде-е-ейки...

— Тогда почему бы нам не сделать этого сегодня? Уверена, где-то поблизости найдётся ресторан, где такое подают.

Эмеральда с огромным нетерпением ждала возможности ознакомиться с такими праздниками, как Рождество, Новый год и всем, что с ними в Японии связано, поэтому вела себя совсем как избалованный ребёнок. Тем не менее её ждала работа, да и в целом она находилась в большом долгу перед Альбертом и генералом Хейзель Румак за то, что ей позволили на такой долгий срок покинуть Санкт Айле. Эми сегодня была занята работой, поэтому сопровождать Эмеральду по городу вызвалась Судзуно.

— Но ведь такое нужно есть в соответствующий де-е-ень, — возразила Эмеральда. — В любое другое время это будет уже совсем не то-о-о.

— Разве?

Учитывая, как отличается рождественский ужин от первоначальной задумки праздника, для Судзуно не имело значения, в какой день его проводить, потому что ощущаться он будет одинаково. Однако Эмеральда продолжала настаивать на своём:

— Сама поду-у-умай, — сказала она, важно подняв палец. — Каким бы вкусным он ни-и-и был, тот суп, который называется дзони, едят именно в Новый го-о-од.

— Эм, ну, раз ты так говоришь...

В то время как Эмеральда уже предвкушала праздники, Судзуно не испытывала к ним никакого интереса. Ей ещё не доводилось встречать Новый год в Японии, а Эмеральда знала о празднике не больше неё, поэтому Судзуно не совсем понимала, чем обоснован протест её спутницы.

— Э-э-эх, только тебе не ка-а-ажется, что «дзони» звучит как название французского или итальянского блю-ю-юда? «Официант, принесите мне пиццу Маргарита дзо-о-они».

— Хм, я вроде как слышала, что в последнее время нередко готовят дзони с использованием итальянских и французских ингредиентов. Однако для меня японский традиционный рецепт остаётся на первом месте.

— ...Бе-е-елл, ты совсем не поняла моей шу-у-утки.

— А?! — Судзуно не ожидала, что станет вдруг объектом критики Эмеральды.

— И всё же жаловаться смысла не-е-ет. Осталось только прикупить сувени-и-иры и подготовиться к отъе-е-езду.

— А-ага...

Судзуно так и не поняла, в чём заключалась шутка. Тем временем они вместе вышли в вестибюль станции Синдзюку, где Эмеральда достала из кармана пальто листок, вырванный из записной книжки, и стала быстро записывать цели их похода:

— Прежде всего-о-о нужно найти носки-и-и.

Судзуно взглянула на листок и увидела там записанное крупными буквами слово «носки», а рядом не менее крупное их число:

— Носки? Пятьдесят штук? Что ты собралась с ними делать?

— Ка-а-ак? — удивлённо спросила волшебница. — Разве в это время года не дарят друг другу в подарок носки-и-и?

— В качестве сувенира?

— Да-а-а. В Рождество-о-о ведь принято дарить подарки тем, кто тебе до-о-орог. И подарки эти кладут в носки-и-и. Таков ведь обы-ы-ычай!

— Э-эмеральда, погоди-ка секунду! Мне кажется, ты что-то путаешь!

— М-м-м?

Обрадовавшись, что они смогли избежать ошибки и сберечь деньги, Судзуно вздохнула с облегчением:

— Если верить этому самому обычаю, то это Санта-Клаус кладёт подарки в носки, и к тому же детям, что хорошо себя вели. Только он! И замечу, это касается исключительно детей!

— Что-о-о? — удивлённый возглас Эмеральды прозвучал так громко, что привлёк внимание прохожих.

— Кроме того мы сейчас на пути к «UniClo» у западного выхода станции Синдзюку, так? Сомневаюсь, что там продаются такие носки, в которые вместят в себя подарок...

Хоть Судзуно доподлинно не знала, какой именно там ассортимент, она сомневалась, что в магазине будут продаваться те рождественские носки, которые представляла себе Эмеральда.

— Неужели я оши-и-иблась?

— Ещё как. Или, может, и не ошиблась, но явно что-то напутала. Однако взрослые люди всё же обмениваются подарками. Почему бы нам просто не купить японских сувениров и не завернуть их потом в подарочную упаковку?

— М-м-м... Даже не зна-а-аю...

— Что не так?

— Я думала, что мои подарки должны быть небольшими и вы-ы-ытянутыми, чтобы влезть в нос-о-ок, поэтому попросила Эмилию купить в интернете вино-о-о.

— Э-э-эм... — глядя на разволновавшуюся Эмеральду, Судзуно старалась вспомнить, что вообще из себя представляет интернет-шоппинг: — А там подарочная упаковка не прилагается?

— Я не спра-а-ашивала. Я думала, что их в носки-и-и вкладывают.

— А на Западном континенте сейчас... А-а-а, вот незадача, там тоже скоро религиозный праздник, а придворной волшебнице вроде тебя не пристало разгуливать по улице с бутылками спиртного в руках.

— И-и-именно, поэтому я думала спрятать их в носка-а-ах, как это делают здесь...

— Оставь ты уже эти носки в покое. Об этом мире, кроме Альберта и генерала Румак, никто при дворе не знает. Как ты вообще собиралась объяснять спрятанные в носках бутылки вина?

— Э-э-э...

По лицу Эмеральды было понятно, что она даже не задумывалась об этом.

— Сперва пойдём поищем подарочные пакеты, — решила Судзуно. — Может, нам даже попадутся коробочки, которые вместят в себя твоё вино.

— Х-хорошо-о-о... — смущённо согласилась Эмеральда.

Смотря на неё, Судзуно не могла отделаться от ощущения, будто кто-то уже совершал подобную ошибку. Пока они бродили в поисках упаковок, куда можно было сложить подарки, она пыталась вспомнить, кто это был. Затем, проходя мимо «Mg Ronald»-а, Судзуно вспомнила: Эмеральда сейчас напоминала её саму полгода назад, когда девушка неправильно поняла, как проводится праздник Обон, за что потом получила нагоняй от Мао.

— Бе-е-елл? — вдруг позвала её волшебница.

— А, н-нет, всё нормально, просто подумала, что я тоже нередко допускала ошибки.

Судзуно не стала стукать спутницу по голове, как тогда с ней это сделал Мао, но заметила, что адаптировалась к жизни в Японии гораздо быстрее, чем Мао или Эми. Конечно же, ей во многом помогли Мао, Ашия, Урушихара, Эми и Чихо, однако с того дня, как Сариэль и Церковь использовали её в качестве своей пешки против Мао и Эми, не прошло и года.

— Скольким людям ты собираешься сделать подарок, Эмеральда?

— М-м-м, не так уж и мно-о-ого...

Войдя в лифт, волшебница стала сгибать пальцы, ведя счёт. Их в самом деле оказалось немного: по большей части Эмеральда покупала для себя. Поняв это. Судзуно стало гораздо проще давать ей советы.

*****

— Большое спасибо за по-о-омощь! Думаю, так я смогу сохранить своё лицо-о-о...

В конце концов после приобретения подарочных упаковок обе девушки пошли за прочими покупками. Начали они всё это дело ещё утром, а теперь уже начинало смеркаться. Все руки у них были заняты пакетами, которые они кое-как тащили, а то, что уж не вмещалось, они отправили Эми домой.

— Д-да не стоит, — ответила Судзуно кланявшейся ей в благодарность Эмеральде, — только ты уверена в выборе?.. Дарить такое генералу Румак...

Она беспокоилась по поводу огромного плюшевого мишки, которого они выиграли в игровом центре.

— Коне-е-ечно! Может, с виду и не скажешь, но она очень любит всё миленькое.

— Н-надо же...

Новость о том, что Хейзель Румак, молодому командиру рыцарей Санкт Айле и являющейся одной из ключевых фигур в «Объединённых силах пяти континентальных королевств», которая в настоящий момент занимается восстановлением Центрального континента, нравятся милые вещички, стала для Судзуно крайне неожиданной. Однако тот факт, что Эмеральде удалось выиграть огромную плюшевую игрушку, потратив всего триста йен, был не менее удивителен.

— Бе-е-елл, ты же не питаешь неприя-я-язни к милым вещам?

— Ну-у-у, как бы нет, но на счёт таких точно сказать не могу...

— К тому же если вручи-и-ить такие подарки правильным лю-ю-юдям, это поможет нам увеличить бюджет на следующий го-о-од.

При мысли о том, что этот плюшевый медведь может стать политическим инструментом, Судзуно нахмурилась, так как ей это очень напоминало взятку. Пусть ей когда-то и приходилось выполнять большую часть грязной работы Церкви, Судзуно хотелось, чтобы «чистые» её члены оставались таковыми как можно дольше.

— Хм-м-м? Это же... — Судзуно подняла голову и заметила знакомое здание. — А, точно. Тут, Эмеральда, раньше работала Эмилия.

— О-о-о, пра-а-авда? — продолжая сжимать в руках мишку, Эмеральда задрала голову и прочла расположенную на верху здания надпись «Dokodemo». — Госпожа Рика ведь тоже та-а-ам?

— Вообще да, но работает ли она сегодня, этого уже не знаю.

Судзуно слышала, что Рика не так давно помогла Ашии с выбором смартфона. В отличии от похода за телевизором, в этот раз они были наедине. Судзуно вспомнила, как подозрительно Рика себя вела тогда, но сразу же замотала головой, отгоняя навязчивые мысли.

— ...Нет. Это невозможно. Уж точно не Альсиэль и Рика.

Рика была очень прямолинейной девушкой, и сейчас она уже знала о том, кто такой Ашия на самом деле, а значит, и о том, каким он был на Энте Исла. Судзуно старалась убедить себя в мыслях, что Рика же не из тех девушек, у которой всё равно остались бы к нему чувства:

— Угх.

Затем она вспомнила другого дорогого ей человека, который, даже узнав правду о Короле демонов, всё ещё питает к нему сильные чувства. Чтобы её воображение совсем не разыгралось, девушка стала пытаться как-нибудь отвлечься.

— Бе-е-елл?

— Нет, но ведь Альсиэль вернулся не так уж и поздно, а Рика в их квартире потом не появлялась...

— Эм, Белл, это-о-о...

— О-однако Король демонов в последнее время вдруг стал страшно занят, а Альсиэль с Люцифером ведут себя как-то странно. Неужели?..

— Эй, Бе-е-елл! — Эмеральда уже перешла практически на крик.

— А? Что такое?

— Там! Посмотри туда-а-а.

— Что там?

— Это ведь Ри-и-ика.

— Что?!

Судзуно взглянула туда, куда указывала Эмеральда, и увидела Рику Судзуки, машущую им через дорогу. Обычно к этому времени она уже заканчивает работу, поэтому шанс встретиться с ней был не так уж и низок. Рика жестом попросила их подождать и пошла к ближайшему пешеходному переходу. Только когда она уже перешла на другую сторону, Судзуно заметила, что за ней следовал кто-то ещё. «Может быть, коллега?» – предположила девушка.

— Судзуно! Чего это вы с Эмеральдой такое несёте? Смотрю, по магазинам вы так неплохо прошлись.

Ничего необычного в поведении Рики она не заметила.

— А Эми где? Она сегодня не с вами?

— Нет... Дело в то-о-ом, что мне скоро возвраща-а-аться...

— Ох, вот оно как? Обратно, эм... К родне?

Рике потребовались некоторые усилия, чтобы правильно подобрать слова. Судзуно и Эмеральда поняли, что девушка позади неё не знает об Энте Исла.

— Да-а-а. Вот и я подумала перед отъе-е-ездом купить сувениров, но Эми сказала, что не может уйти с рабо-о-оты... — поняв намёк Рики, Эмеральда назвала Эмилию её японским именем. — Поэтому вместо неё сегодня меня сопровождала Су-у-удзуно.

— Понятно. Это так внезапно...

— Ну, не совсе-е-ем. На сама деле я должна была вернуться ещё-ё-ё раньше.

— Правда? Но ты ведь потом приедешь?

— Ну-у-у, это зависит от ситуации-и-и...

Сложность службы при королевском дворе заключается в том, что ты не можешь просто взять и уйти, закончив с работой. А ещё, в зависимости от того, как в будущем сложатся отношения между Эми и Лайлой, на Эмеральду могут спихнуть самый тяжёлый груз ответственности среди всех политиков Энте Исла. Туристическая поездка в Японию по-хорошему должна находиться внизу списка её дел.

— Кстати, — заговорила Рика, — я тоже к родителям ездила и вернулась только позавчера. Повезло, что я успела с тобой встретиться до твоего отъезда!

— К родителям?

— Ага, в Кобе! Я там уже года два не бывала. Время и впрямь так летит, когда тебе весело или разбираешься со всякими хлопотами... А, точно! — тут она внезапно вспомнила про девушку, что нервно ёрзала у неё за спиной. — Это Маки Шимизу. Она устроилась к нам на работу после меня и Эми. Маки, это подруги Эми, Судзуно Камазуки, и, эм...

Рика на секунду замешкалась, не зная, как ей лучше представить Эмеральду. Волшебница же решила подыграть:

— Меня зовут Эмеральда Эту-у-ува. Мы с Эми дружим ещё со шко-о-олы.

— Ах, точно, — сказала девушка, — Эми рассказывала, что Вы какое-то время жили у неё. Мне зовут Маки Шимизу! Мы как-то тусовались вместе с Юсой и боссом Сасаки!

— Боссом Сасаки? — Судзуно и Эмеральда обменялись удивлёнными взглядами.

— Она про Чихо, — пояснила Рика. — Маки с ней знакома.

— Вообще, это ты, Рика, рассказала боссу Сасаки про меня! Потому она тогда и пришла!

Маки по какой-то причине выглядела очень воодушевлённой, подняв вверх сжатые в кулаки руки. Так как она знала Эми и Рику, не было ничего удивительного в том, что она знакома и с Чихо. Судзуно и Эмеральде заинтересовала причина, по которой Маки так её называет.

— Ах, подожди, это про тебя-я-я мне рассказывала Эми? — спросила Эмеральда.

— Вы тоже знакомы с боссом Сасаки?

— Знакомы.

— Да-а-а!

— И что там они обе решили?

— Что, спрашиваешь? — Судзуно не совсем поняла, что конкретно интересовало Маки.

— Думаю, — объяснила Рика, — Эми и Чихо гостили у Маки и разговаривали о будущей карьере.

— Будущей карьере? — снова хором переспросили они.

— Ага! — подтвердила Маки. — Юса ночевала у меня пару дней. Я подумала, что её интересует обучение в универе, потому посоветовала всё, что только могла. На второй день к нам присоединилась Сасаки, и я решила, что она переживает по поводу окончания старшей школы, а потому мы и с ней некоторые моменты обсудили!

— Эми правда этим интересовалась?.. — недоумевала Судзуно.

— Ого, университе-е-ет? Университет в Японии-и-и? — восхитилась Эмеральда.

— Да! Мы рассматривали несколько аграрных универов.

Судзуно и Эмеральда подумали об одном: они решили, что Эми отказалась от предложения Лайлы. Они не могли с уверенностью сказать, насколько их подруга серьёзна в своём решении поступить в университет, однако она всё время говорила о том, как было бы замечательно получить все полезные и продвинутые знания с Земли и применить их на Энте Исла. А внезапная встреча Эми с Нордом могла натолкнуть её на мысль возродить родную деревню. Для дочери семьи, занимавшейся выращиванием пшеницы, вполне естественно стремиться получить высшее образование в области агрономии. В Японии, если того сама захочет, она узнает гораздо больше, чем у себя на родине. Обучение обычно занимает четыре года, поэтому ей пришлось бы остаться в этой стране как минимум ещё на пять лет.

Обрадованная данной новостью Эмеральда улыбнулась:

— Если это то, чего она хо-о-очет, то я обеими руками за-а-а.

— Эмеральда?.. — обратилась к ней впавшая в ступор Судзуно.

— Сейчас для меня-я-я важнее всего то, чтобы у Эми сложилась хорошая жи-и-изнь... Даже важнее моей семьи.

Рику и Маки озадачило то, с какой уверенностью сказала это Эмеральда. Тогда в «Mozz Burger» на Нэрима Габриэль рассказал ей всю правду о нависшей над Энте Исла угрозе. Однако волшебница всё равно хотела оказать всестороннюю поддержку Эми, которая шла навстречу своему собственному счастью.

— А если кто-то встанет у неё на пути-и-и, я с радостью рискну жизнью, но позабо-о-очусь о нём. Учитывая, что Вы, госпожа Маки, показали ей так много возмо-о-ожностей, думаю, Эми ими воспользуется.

— Да, — согласилась Судзуно, — я прекрасно тебя понимаю, Эмеральда. А если бы она пошла учиться вместе с Чихо, думаю, так ей было бы спокойнее.

— Ну, если только у них не одна мечта, то их университеты, факультеты, предметы и всё остальное будут отличаться. Оставаться вместе в данном случае куда сложнее, чем кажется на первый взгляд, — усмехнулась Маки. — Однако мне показалось, что босс Сасаки собирается пойти по третьему пути, а не в универ или на работу. Интересно, что из этого выйдет, если вы, конечно, понимаете, о чём я...

Судзуно и Эмеральда не понимали.

— Ой, Маки, прекращай, — вмешалась Рика.

— Что-о-о? Да как я могу?! — глаза девушки засверкали. — Тебе самой разве не интересно? Зная их обеих, было бы странно не заинтересоваться парнем, на которого они глаз положили.

Это заявление так сильно потрясло Судзуно с Эмеральдой, что они потеряли дар речи. Девушка определённо говорила о Мао, хоть упомянутые подруги «положили на него глаз» по разным причинам. Им стало интересно, за каким же таким советом Эми и Чихо обращались к Маки.

— Алас Рамус как-то упоминала его необычную фамилию, но судя по тому, что она называет его «папочкой», отношения с Эми у этого парня довольно близкие!

Судзуно и Эмеральду бросило в холодный пот. Маки одновременно и угадала, и нет. Пусть они и не имели права вмешиваться в личную жизнь Эми, но, если правду об ней и Мао узнает большее количество людей, добром это не кончится. Им хотелось бы, чтобы Эми старалась избегать подобных казусов, но порой она бывает беспечной, прямо как её мать. Стоило Судзуно и Эмеральде об этом подумать, как Рика подняла руку, привлекая к себе их внимание:

— Кстати говоря, раз Эми сейчас на работе, а вы обе гуляете по городу, то кто присматривает за Алас Рамус?

— А, точно, — ответила Судзуно. — Она вместе с Ашией, поэтому я и могу сопровождать Эмеральду.

— А-а-а, понятно. Раз она с Ашией, то можно за неё не переживать. Он освоился со своим новым телефоном?

— Тем, который ты помогла ему выбрать?

— Ну, типа того.

— Ну, я с ним не так уж и часто пересекалась, но он говорил, что ему стало проще общаться с людьми.

— Вот как. Это хорошо, — Рика слабо улыбнулась и повернулась к Маки. — Ладно, Маки. Пока ты не получила по шапке от того, до кого ты собралась докопаться, лучше оставим эту тему. Я же сказала, что сегодня составлю тебе компанию.

— Э-э-э?.. — Маки нахмурилась. — Не собиралась я ни до кого докапываться...

Радостная улыбка Рики в одно мгновение сменилась на жуткую:

— Су-у-упер! Значит, будем сегодня веселиться всю ночь! Я буду ордой зомби, а ты – загнанной в угол толпой несчастных выживших! Готовься!

— А? Э-э-э... Т-точно! Почему бы вам двоим к нам не присоединиться?!

— Что? — хором спросили Судзуно и Эмеральда.

Поняв, что совершила где-то ошибку, Маки попыталась заручиться их помощью, но Рика не собиралась давать ей шанс соскочить с крючка:

— Не пытайся выкрутиться! У них свои дела есть. Запомни, что язык твой – враг твой. Пошли уже домой, но не думай, что легко у меня отделаешься!

— О-о-ох... — весь запал Маки разом куда-то пропал.

— Ладно, девочки, простите, что задержали. Эмеральда, скажи, если будет известна точная дата твоего отъезда. Я бы хотела тебя проводить по возможности.

— А-ага, — неуверенно ответила Судзуно.

— Да-а-а, хорошо-о-о! — добавила Эмеральда.

Рика потащила за собой напоминавшую стихийное бедствие Маки, помахала им на прощание, но, сделав пару шагов, остановилась:

— Скажите Эми, — сообщила она, не оборачиваясь, — что мне нужно ещё немного времени, чтобы всё потом обговорить в спокойной обстановке, хорошо? До встречи!

— А, да, простите! Ещё увидимся!

Не дожидаясь ответа, Рика потянула попрощавшуюся с ними Маки в толпу прохожих в Синдзюку, скрывшись на оживлённой улице. Пара девушек так и продолжала стоять на месте в недоумении.

— Что это бы-ы-ыло?

— Сама толком не поняла, но...

В тот момент, когда в разговоре упомянули Ашию, улыбка Рики выглядела несколько печально, и Судзуно это заметила. Она и раньше знала о чувствах Рики к Ашии, поэтому охватившее её беспокойство возникло не без причины. Судзуно была уверена, что между этими двумя произошло что-то, кардинально изменившее их отношения:

— Думать об этом особого смысла нет, но всё же...

Судзуно почему-то без труда могла представить, как отношения между Чихо и Мао оборачиваются так же, как у Рики и Ашии. Прямо сейчас Лайла и её просьба о помощи являлись клином, разделявшим людей и демонов. Судзуно сомневалась, что Мао или Эми согласятся исполнить просьбу Лайлы и Габриэля. Она разделяла мнение Чихо и Урушихары: каким бы трагичным ни было их прошлое и как бы оно ни влияло на этот мир, ничего из этого не имеет отношения к нынешней жизни Мао и Эми. Под вопросом находился лишь другой момент: повлияла ли встреча с Лайлой как-то на их повседневную жизнь, которая в данный момент была целиком и полностью ориентирована на Японию.

У Судзуно имелись свои поводы для беспокойства – а именно Чихо, которая так переживает за свои отношения с Мао. Старшеклассница, неспособная сражаться и самостоятельно определить свой дальнейший жизненный путь, была обеспокоена присутствием Лайлы. Если она попытается надавить на Мао, чтобы узнать ответ, который так давно ждёт, Судзуно могла лишь гадать, в какую сторону качнётся маятник его сердца. По её мнению, как Мао Садао он наверняка бы принял чувства Чихо, но как Король демонов Сатана он скорее будет чувствовать груз ответственности перед всеми демонами за провалившееся нападение на Энте Исла.

Судзуно сопровождала Мао на протяжении всей его спасательной миссии на Энте Исла и смогла лишь едва коснуться потаённых уголков его души, поэтому его мысли оставались для неё загадкой. Больше всего её беспокоило то, что принять чувства Чихо и быть с ней рядом для него разные вещи:

— Удивительно, каким же трусливым он может быть...

— Хм-м-м? Ты о ко-о-ом? — поинтересовалась Эмеральда.

— А, да так, ни о ком... — отмахнулась Судзуно.

— И всё же Ри-и-ика вела себя так, будто что-то случи-и-илось.

— Как знать. Не думаю, что стоит сильно забивать себе этим голову.

— Хм-м-м...

— Что такое?

Эмеральда ненадолго задумалась, глядя на толпу прохожих, в которой исчезли Рика и Маки, и ответила:

— Наверное-е-е, мне всё же не стоит пока возвраща-а-аться.

— Чего?! — выпалила Судзуно, удивлённая её решением. — А ты... Правда можешь так поступить? Тебе потом не достанется?

— Да-а-а, думаю, вполне могу. У меня такое чу-у-увство, будто возвращаться сейчас не лу-у-учшая идея.

— Не лучшая идея? Я думала, ты обязана вернуться!

— Но если я сейчас верну-у-усь, то упущу такую уникальную возмо-о-ожность!

— Упустишь?.. Ты ведь понимаешь, что Рождество ещё и в следующем году будет?

— Это если следующий год насту-у-упит! — внезапно заявила Эмеральда.

— Что?!

— Вот ты, например, уверена, что он наступит?

— Ну, я, это...

— Если Король демонов и Эмилия согласятся исполнить ту просьбу, тогда госпожа Сасаки будет права: неизвестно, сколько времени на неё уйдёт. В зависимости от решения Короля демонов, госпожи Сасаки и Эмилии, мы можем и вовсе никогда больше не встретить Рождество в Японии.

Судзуно не нашла, чем возразить суровому замечанию Эмеральды, которое та сделала со своим привычным миловидным лицом:

— Поэтому я пока не готова покидать Японию. Послушав Рику и Маки, я убедилась, что Эмилия хочет остаться в Японии. Если бы она понимала, что надежды нет, не стала бы ничего предпринимать. И всё же она отправилась домой к госпоже Маки в поисках своей мечты, ничего мне не рассказав. Она хочет тут остаться, и, если Эми это удастся, я обязана буду поддерживать её... И тогда смогу отпраздновать Рождество и в следующем году, и годом позже.

Улыбка вернулась к Эмеральде, и она посмотрела на Судзуно:

— Поэ-э-этому давай как следует повесели-и-имся в это Рождество вместе с Эми-и-илией! Давай! Меняем наши пла-а-аны! Пойдём и купим подарки ка-а-аждому!

— Чего?! П-подожди! Но ведь Альберт на Санкт Айле... — попыталась возразить Судзуно.

— Меня это не волну-у-ует. Просто отправлю им туда все приобретённые сувениры прямиком через Врата-а-а в качестве извинений. А теперь нам сперва нужно подобрать подарок для Алас Ра-а-амус. Эта девочка до сих пор не привы-ы-ыкла ко мне.

— А-а-а?! Ты собралась ещё раз по магазинам пройтись?!

— Рождественские подарки в первую очередь ведь делаются де-е-етям, так? Я думаю, ты лучше знаешь, что ей нра-а-авится, Белл.

— Д-да постой же ты! Ты это сейчас серьёзно?!

— Хе-хе-хе! Не могу дождаться момента, когда мы объявим тост с бокалами шампанского и вина в руках, насладимся вкусом жареной индейки, яйца по-шотландски, негиторо роллов, лангуста, сладкого картофеля и изысканного то-о-орта!

— Ты смешиваешь блюда, которые друг с другом совсем не сочетаются, Эмеральда! Подожди ты!

Судзуно пришлось догонять Эмеральду, которая уже находилась где-то в своём воображаемом мирке. Их повторный поход по магазинам занял ещё два часа. Когда Судзуно удалось наконец вернуться домой, у неё едва хватало сил даже разговаривать.

*****

— Ого, Белл, неужели у тебя такая низкая выносливость? — спросил Урушихара.

— Нет, не в выносливости дело...

— Мой господин как-то рассказывал, что, когда только начала тут жить, ты накупила кучу барахла, — заметил Ашия.

— Нет, это никак не связано.

— Сестлёнка Судзу, надо холошо спать! — заявила Алас Рамус.

Судзуно, закончив с прогулкой по Синдзюку, занявшей весь день, распласталась на столе в квартире 201. После того, как присутствовавшая в ней троица высказала свои предположения по поводу её состояния, она вспомнила о недавнем походе с Эмеральдой, из-за чего усталость накатила на неё с новой силой:

— Со стороны может показаться, что я не люблю людные места, но на деле же меня просто вымотал весь этот праздничный ажиотаж....

Чтобы пойти в Синдзюку по магазинам во время рождественской распродажи даже в будний день после пяти вечера, таская с собой при этом кучу вещей, нужно обладать недюжинной смелостью.

— Ну и? — поинтересовался Ашия. — Эмеральда Этува в итоге вернулась в Эйфукучо? Мой господин и Эмилия всё ещё на работе, так что ты тут-то забыла?

— Э-э-эх... — вздохнула девушка.

— М-м-м?

Судзуно взглянула на Алас Рамус, сидящую на плечах Урушихары, который в свою очередь что-то печатал на компьютере.

— Можно сказать, я тут по просьбе Эмеральды, или точнее по её поручению... — ответила она.

— Чего?

— Знаешь ты это или нет, но Алас Рамус её побаивается...

— И что ты пытаешься этим сказать? — спросил Ашия, пока чистил картошку.

— ...Извини, можно тебя на минутку?

Судзуно поняла, что ей нужно дать больше конкретики, поэтому нехотя выползла из-под котацу и попросила Ашию выйти вместе с ней из квартиры, чтобы Алас Рамус их не слышала.

— Ну так о чём ты? — повторил свой вопрос Ашия.

— Понимаешь... По-хорошему, мне стоило бы спросить разрешения у Короля демонов или Эмилии...

Затем она рассказала Ашии о том, что Эмеральда хочет купить Алас Рамус подарок на Рождество, чтобы её впечатление о себе:

— Она хотела купить его сегодня, но мы не были уверены в том, что может понравится Алас Рамус. К тому же с ней всё время кто-то рядом.

— Хм-м...

— Король демонов и Эмилия ведь работаю двадцать четвёртого и двадцать пятого, так?

— А-а-а, теперь я понял, к чему ты клонишь, — кивнул Ашия.

Для всех, кто бывает в этом доме, кроме Чихо, Рождество является просто очередным праздником, проводимым в чужом мире. Для них конец года ассоциируется лишь с более напряжённым графиком работы. Поэтому желание Эмеральды сделать для Алас Рамус подарок могло показаться им необычным.

И всё же посвящать детей в ежегодные праздники тоже немаловажно. Если показать им, что определённые дни в году считаются особенными, это отложится в их сознании, и они будут считать эти даты особенными до конца жизни. Тем не менее Рождество является земным праздником, а значит, не имеет никакого отношения к Судзуно и Ашии. Судзуно придерживалась иного вероисповедания, а демону вроде Ашии не было никакого смысла праздновать рождение какого-то неизвестного святого.

— Честно говоря, — призналась девушка, — я не уверена, что Алас Рамус стоит рассказывать про этот праздник.

— Я тебя понял, но не вижу смысла её останавливать.

— Правда?

— Нет ничего плохого в том, что Эмеральда Этува что-то подарит Алас Рамус. Если думаешь, что для подарка на Рождество ещё слишком рано, то пусть это будет просто подарком и всё.

— Возможно, ты прав.

— С другой стороны, если мой господин или Эмилия надумают рассказать Алас Рамус о Рождестве, то и тут нет смысла вмешиваться. Мы с господином в январе уже посещали храм в Новый год по определённым причинам. Поскольку Алас Рамус в настоящий момент живёт в Японии, она имеет полное право, как и необходимость, узнать хотя бы минимальную часть социальных норм.

Ашия рассуждал здраво, но у Судзуно была причина, по которой она не могла с ним согласиться. Её уже упоминала Эмеральда.

— Но как долго она тут будет жить?

— Что?

— Будет ли она тут и в следующем году?

— На что ты намекаешь? — небрежно бросил Ашия, отводя от неё взгляд. — Ты меня вообще слушала? Знаешь, чем сейчас занят мой господин в «Mg Ronald»-е? Он наконец-то смог обосноваться в Японии и готов воплотить в жизнь свои амбиции. Думаешь, он просто возьмёт и всё бросит?

— ...Как ты можешь быть в этом так уверен?

Заметив беспокойство Судзуно, Ашия ответил, прищурившись:

— Чего это ты? Такое чувство, будто ты хочешь, чтобы мой господин и Эмилия согласились исполнить ту просьбу.

— Вовсе нет, — резко ответила Судзуно. — Я не собираюсь подвергать опасности жизнь подруги.

— Тогда не забивай себе голову всякой ерундой. От том, что лучше подарить Алас Рамус, вам с Эмеральдой лучше узнать у Эмилии.

— ...Понятно. Так и поступим.

— Это всё, о чём ты хотела поговорить? Мне ещё ужин готовить, — Ашия развернулся, собираясь вернуться в квартиру.

— Альсиэль.

— Что? — нахмурился он, повернувшись обратно.

— Сегодня в Синдзюку я встретила Рику. Она интересовалась, привык ли ты к своему новому телефону.

— ...Вот как.

Ей показалось, что что-то изменилось в его выражении лица. Так это было или нет, но Судзуно могла с уверенностью сказать: между Ашией и Рикой что-то всё-таки произошло.

— Ты ведь можешь позвонить или написать ей, — добавила она.

— Я подумаю, — ответил Ашия и вернулся в квартиру, закрыв за собой дверь

Судзуно осталась стоять снаружи:

— ...И что я делаю? — тихо спросила она саму себя с удручённым видом.

Она не шутила, когда размышляла над тем, чтобы рассказать малышке о Рождестве, находясь в компании кучки демонов. Однако сейчас, вспоминая о том, что было «нормальным», а что – нет, Судзуно охватило такое чувство, будто вся эта ставшая такой привычной и комфортной повседневная жизнь в находящейся рядом квартире, которая, как она считала, будет длиться вечно, совсем скоро закончится. Она сомневалась, что Мао, Эми и Лайла в тайне что-то обсуждали после той встречи в Нэрима. Они в принципе вели себя так, будто в тот день не произошло ничего необычного кроме того, что они посетили её квартиру.

— Чего я вообще... От них хочу?

В этот момент Судзуно стали переполнять ранее неведомые ей чувства, как вдруг кто-то с ней заговорил:

— М-м-м? Судзуно? Ты чего на улице стоишь? О чём задумалась?

Тут она заметила рядом с собой Асиет, держащую в каждой руке по корн-догу, которые купила в каком-то круглосуточном магазине:

— Это ты, Асиет... Король демонов уже вернулся с работы?

Судзуно огляделась по сторонам в поисках Мао со всё тем же усталым видом, но нигде его не увидела. Он и Асиет имели ту же связь, что и Эми с Алас Рамус, из-за чего расстояние, на котором они могли находиться порознь, было ограничено. Пока сам Мао работал в «Mg Ronald»-е, Асиет могла спокойно разгуливать по Сасадзука, но текущие мероприятия, связанные с его повышением до работника на полную ставку, проводились в довольно отдалённых районах Токио. Асиет вынуждена находиться рядом с ним, но Мао не мог идти на курсы вместе с ней, когда его уже сопровождала Кисаки, поэтому она оставалась внутри него на протяжении всех курсов.

— Пока ещё нет – решил заглянуть в «Mg Ronald» на Хатагая. Он выпустил меня наружу там, где нас не заметили бы, и я пошла домой. Ашия ведь сейчас ужин готовит, да?

В отличии от своей старшей сестры Алас Рамус, Асиет очень шумная и не может спокойно сидеть на одном месте. Судзуно подумала, что, как только Мао оказался на Хатагая, он наверняка избавился от неё при первой же возможности:

— Раз ты ужинать пришла, то зачем еду покупала?

— Микитти и Аманэ сказали, если я собираюсь есть где-то ещё, кроме дома отца или Микитти, мне нужно набить перед едой желудок. Иначе все плакать будут.

— Ох...

Судзуно поняла, почему они ей это сказали. Она уже несколько раз становилась свидетелем того, как Ашия в самом деле чуть ли не рыдал, когда Асиет просила его что-нибудь приготовить, по итогу оставляя холодильник практически пустым. Обратив внимание на задумчивый вид Судзуно, Асиет недовольно надула щёки:

— В последнее время мне не даёт покоя один вопрос.

— Какой?

— Неужели я правда так уж много ем?

— Ну-у-у...

Выражение лица Судзуно в этот момент было красноречивее любых слов, поэтому заметившая его Асиет поникла:

— Вот как, значит, это правда...

— А-асиет?

— У меня было предчувствие, что это действительно так.

Судзуно не была уверена, правильно ли Асиет понимает значение слова «предчувствие». Так или иначе, она не знала, что ей следует сказать в данной ситуации. Исходя из собственных наблюдений, Судзуно считала, что Асиет за обеденным столом просто незнакомо чувство меры. Пусть это никак не отражалось на её фигуре, но даже лучшему в мире адвокату не удастся опровергнуть обвинение Асиет в обжорстве.

— Хм-м-м... Может, стоить осудить это с Мао? — задумалась Асиет.

— Обсудить что?

— Многое. Точно! Может быть, Ашие стоит покупать больше риса, или Мао должен есть в два раза больше, пока я нахожусь внутри, или он мог бы купить мне телефон...

«Она всё ещё никак не успокоиться со своим телефоном? И действительно ли проблема заключается в размере порций?» – задавалась вопросами Судзуно у себя в мыслях. При этом она не сомневалась, что Мао не станет выполнять ни одно из этих требований.

— М-м-м, да, думаю, это сработает. Прикрывшись сестрой, разобраться с Мао будет проще простого.

— Асиет, это обоюдоострый меч. Будешь пользоваться им слишком часто, и обратишь в своих врагов Эми с Альсиэлем.

Судзуно знала, что Асиет часто использует свою сестру, чтобы добиться желаемого. Однако обеспокоенные будущим Алас Рамус Мао, Эми, Ашия и Судзуно не станут вот так просто идти у неё на поводу.

— Тебя вообще-то слышно! — раздался голос Ашии из-за двери квартиры 201, что Судзуно и Асиет аж отпрянули от неё.

— О-о-ох, вот ведь облажалась. А тут очень тонкие стены, да? Надо будет в следующий раз придумать план, про который никто не будет знать.

— Асиет...

Судзуно не смогла скрыть своего удивления, когда Асиет, получив выговор, не проявила ни намёка на раскаяние.

— Да, я знаю, что не работаю и ем при этом больше, чем Люцифер, но сейчас как раз самый подходящий момент, чтобы всё обсудить. Я не сдамся!

— Что? Подходящий момент? — переспросила Судзуно.

— Да! Мао может прикидываться дурачком, но я-то знаю! На Рождество у нас будет целое застолье!

— Уф!..

Увернувшись от сорвавшейся с корн-дога капли кетчупа, Судзуно притворилась, будто не услышала раздавшиеся за дверью квартиры 201 стоны отчаяния.

— П-погоди секунду, Асиет! Хотя бы сперва съешь то, что принесла! Отмыть пятно от кетчупа на кимоно будет крайне тяжело! И поднимай это тему рядом с Алас Рамус!

— Что? Ты про корн-доги?

— Про Рождество! — Судзуно, осознав, что стала громче Асиет, заговорила тише, наклонившись поближе к её уху: — Понимаешь... Алас Рамус ничего не знает о Рождестве. Лучше, чтобы получился сюрприз, сохранить всё в тайне.

— О-о-о! Поняла! Точно, сюрприз!

Судзуно только что говорила о Рождестве с Ашией, но, чтобы в чём-то убедить Асиет, лучшим вариантом будет подогреть её интерес. Если она станет считать, что сестра так больше обрадуется, то заставить её держать рот на замке, пока не наступит сам праздник, окажется гораздо проще.

— Я поняла! Надо будет обсудить с Мао и это тоже. Он сейчас весь на нервах, пока пытается привыкнуть ко всему новому, так что мне придётся подождать, пока он успокоится... — заявила Асиет на полном серьёзе, уплетая одновременно два корн-дога, от которых вскоре остались лишь палочки. — Короче, мы устроим сестре сюрприз! Но что же конкретно ты задумала, Судзуно?

— А?! Н-ну, я пока только раздумываю, но у Эмеральды уже появились кое-какие идеи...

Вопрос Асиет застиг Судзуно врасплох, поэтому она невольно упомянула Эмеральду. Это не было ложью, но, если Асиет узнает, что кто-то ещё планирует что-то устроить на Рождество, станет труднее держать её в узде. Однако пути назад уже не было – глаза Асиет загорелись, и она подняла оставшуюся от корн-дога палочку высоко над головой, словно геройский меч:

— А-а-ах! Я вся в нетерпении! И страшно проголодалась!

— Чт-?!

— Белл! Чёрт бы тебя побрал! Ты за это заплатишь! — выкрикнул в негодовании Ашия с кухни.

Асиет ворвалась в квартиру, с порога начав терроризировать его:

— Ашия! Мао скоро будет дома! Что у нас на ужин?!

— Прямо-таки ходячее бедствие... — пробормотала себе под нос Судзуно. — Ладно, я в долгу перед Альсиэлем. Раз Король демонов скоро вернётся, можно хотя бы что-нибудь занести к ужину.

Было ли это заслугой Асиет или нет, но Судзуно смогла воспрянуть духом. Вскоре послышались очередные гневные крики Ашии, и она поспешила к себе в квартиру 202.

*****

С того момента, как Асиет подвергла ужин в Цитадели Владыки тьмы опасности, прошло несколько часов. Наступила поздняя ночь, Алас Рамус уже мирно спала в кровати у Эми дома на Эйфукучо. Тем временем сама Эми сидела на полу на корточках, обхватив голову руками, а Эмеральда стояла рядом и, поглаживая по спине, пыталась её взбодрить:

— Ну-ну, тебе не-е-езачем так расстраиваться...

— Как я могу тут не расстраиваться?

— Ничего не поделае-е-ешь. Тебе придётся нелегко-о-о, ведь такой традиции на Энте Исла не-е-ет...

— Дело не в этом, — буркнула Эми с опущенной головой. — Как бы тяжело мне ни пришлось, я не могу не переживать за Алас Рамус... Ей ведь будет не легче.

Девушка подняла голову и открыла расписание смен, которое крепко сжимала в руках:

— А-а-ах, что же я наделала?

Эми проклинала себя за глупость, совершённую месяц назад. Двадцать четвёртого и двадцать пятого декабря у неё с Мао значилась совместная смена.

— У-у-угх... — она снова схватилась за голову.

— Может, мне не сто-о-оило ничего говори-и-ить? — вслух подумала Эмеральда, глядя на реакцию Эми.

Эми вернулась к себе домой, после того как забрала Алас Рамус из Цитадели Владыки тьмы. Эмеральда дождалась, когда Эми уложит её спать, и поинтересовалась насчёт подарка. Вопрос она задала вполне естественный, однако Эми, услышав его, замерла на месте:

— Рож... Дество?

— Д-да-а-а. Эм, я слы-ы-ышала, что это праздник, посвящённый рождению одного свято-о-ого на Земле.

— Рождест... Во?

— Э-эмилия?

— Когда оно?!

Это было чудо, что Алас Рамус не проснулась от её громкого возгласа. Эми подбежала к календарю, сверилась с расписанием смен – и вот чем всё кончилось.

— В прошлом году... Я о нём даже не думала...

— Э-эми-и-илия? Не нужно так из-за этого убива-а-аться...

— И как я только этого до сих пор не замечала?.. У меня ведь была куча возможностей: когда я выбирала дату своих смен, когда распечатали расписание, когда Сариэль возмущался насчёт запуска предварительных заказов жаренных цыплят в «Sentucky»...

— Ну да-а-а, думаю, рано или поздно ты бы поняла-а-а... — Эмеральда усмехнулась при упоминании Сариэля.

— Это ведь религиозный праздник, так? — уточнила Эми. — Я не понимала, в чём он заключается, поэтому в прошлом году чувствовала себя не в своей тарелке... Я купила небольшой торт в ближайшем круглосуточном магазине и съела его в одиночестве, поэтому тот день мне не показался каким-то особенным...

— Ты просто была очень занята-а-а! В последнее время ты в основном находилась у себя дома, на Сасадзука и на рабо-о-оте. Поэтому, наверное, и не обратила внимание на развешанные по городу украше-е-ения.

— У нас ведь ещё с завтрашнего дня все будут носить рождественские шапки... О-о-ох, боже!

Не сказать, что Эми совершенно забыла про Рождество. Просто из-за того, как она встретила праздник в прошлом году, она не поняла, что его нужно проводить в компании других людей и веселиться. Единственное, что Эми тогда запомнила, это то, как она удивилась, когда утром двадцать шестого декабря рождественские украшения сменились на новогодние.

— Всё хорошо-о-о! Мы ведь можем отпраздновать и в другой де-е-ень. Он же всё равно не имеет к нам никакого отноше-е-ения...

— Да, верно, не имеет... Но я хотела рассказать Алас Рамус о том, сколько веселья её ждёт впереди... А в итоге с самого начала... У-у-у...

Эмеральда удивлённо посмотрела на неё:

— Так ты собиралась рассказать ей о Рождестве-е-е?

— Да.

— Зна-а-ачит, ты собираешься встретить его и в следующем году?

— ...Ага.

— ...А зна-а-ачит...

— Не надо искать тут какого-то глубокого смысла, — Эми вздохнула и наконец выпрямилась. — Я понятия не имею, где именно на Земле мы с Алас Рамус будем находиться к следующему двадцать пятому декабря. В прошлом году я собиралась прикончить Короля демонов и вернуться на Энте Исла, если ты помнишь. А два года назад я участвовала в кровопролитной битве. Однако в следующем году примерно в это же время я буду со смехом вспоминать, как я сожалела о своём расписании смен в Рождество.

— ...Но в следующем году ты также будешь вместе с ней? — уточнила волшебница.

— ...Да.

— А с кем-нибудь, кроме неё?

— Со всеми.

— Всеми?

— Всеми. Всеми, кто мне дорог.

Эми встала, достала из сумки смартфон, набрала номер и приложила к уху:

— Алло? Привет, найдётся минутка? Что там у тебя за плач какой-то на фоне?.. Ох, Асиет явилась на ужин? Н-да, мои соболезнования.

Услышав упоминание Асиет, Эмеральда поняла, что она разговаривает с кем-то из жителей Вилла Роза Сасадзука.

— Я хотела поговорить насчёт Рождества... Нет, у нас и так людей едва хватает, поэтому я не могу просить об изменении расписания. Эмер мне тут сказала... А, так ты уже в курсе? Ладно... Да, я тебя понимаю. Но в любом случае всё началось с того, что Эмер захотела сделать для Алас Рамус подарок на Рождество... Да. Ага. Поэтому в тот же день не выйдет, но мы можем устроить всё двадцать третьего или двадцать шестого, если кто-то из нас будет свободен. Да.

Эмеральда немного удивилась, ведь когда дело касается Алас Рамус, упоминание «нас» в речи Эми означало, что она разговаривает с Мао. Не говоря ни слова, она продолжила слушать разговор.

— Что?! А, п-подожди секунду, Чихо я ничего не говорила... Э? Почему, спрашиваешь?.. Неважно! Мы можем поговорить с ней позже, сейчас пока рано! Я обсужу с ней этот момент лично, поэтому ничего ей не говори, когда встретишься завтра! Усёк?!

Эмеральда, которая слышала только одного участника разговора, поняла, что Мао предлагал Эми что-то обсудить с Чихо. Вот только из-за того, как разнервничалась Эми, она даже предположить не могла, что именно.

— Эмер? Да, похоже, пока возвращаться она не собирается. Почему – не знаю, но она говорит, что переживать не о чем... Ага. Ладно, пока. Спокойной ночи.

Негромкий разговор по телефону, длившийся несколько минут, подошёл к концу.

— Это был Король демонов? — спросила Эмеральда.

— Ага. Похоже, он пытался заснуть, поэтому, судя по голосу, был не в духе.

Эмеральду интересовало, почему там на фоне звучал плач, раз Мао спал, но Эми не стала ничего объяснять. Вместо этого она повернулась к спящей на кровати Алас Рамус, раскинувшей свои маленькие ручки:

— Кажется, он понял, что я пыталась сказать. Но он ведь демон, сама знаешь. Он даже и не подумал о том, чтобы отметить Рождество вместе с Алас Рамус, чем оказался весьма расстроен.

— Расстро-о-оен?

— Ну, это ведь касается Алас Рамус... — Эми положила телефон на стол, подключив его к зарядке, и тяжко вздохнула. — Сейчас Король демонов страшно занят, поэтому, даже если бы он и вспомнил про Рождество, думаю, не понял бы, как мало времени до него осталось. К тому же он бы стал оправдываться, будто считал, что в этот день люди просто объедаются тортами и жареными цыплятами.

— Я думала, что в «Mg Ronald»-е торты подают только в день рожде-е-ения.

— В прошлом году он не работал в эту дату, и вместе с Альсиэлем подрабатывал у какого-то круглосуточного магазина, продавая рождественские торты, — Эми взглянула на помятое расписание смен. — У Чихо двадцать четвёртого выходной... Так как я не знаю, когда у Короля демонов курсы, у нас едва ли выйдет отметить праздник в ресторане, как это было на дне рождения.

— Но, если ты и Король демонов окажетесь вместе с Алас Рамус, и она назовёт тебя «ма-а-амочкой», в заведении поднимается шуми-и-иха, разве нет?

— Да. К тому же с нами будут ещё и старшие коллеги, поэтому ограничений у нас станет ещё больше, нежели в прошлый раз. А-а-а, что же делать?..

Тут Эми на глаза попалась рамка с фотографией, стоящая на комоде – один из полученных ею подарков во время празднования совместного с Чихо дня рождения в октябре. На фотографии, помимо двух именинниц в центре, были запечатлены все, кто тогда присутствовал, кроме Мао. Он напрочь отказывался присоединяться, вместо этого взявшись делать снимок. Ашия предложил его подменить, но Мао решительно заявил, что в данный момент он на работе, поэтому ему нельзя светиться.

Эмеральда проследила за направлением взгляда Эми, сосредоточив внимание на улыбающейся Чихо:

— Так почему же ты не хочешь обговорить всё с госпожой Саса-а-аки? Мне кажется, к ней всё же стоит обратиться за советом, учитывая, как мало мы знаем о Рождестве...

— Ну-у-у... Понимаешь... — залившаяся краской Эми пыталась подобрать слова, чтобы всё объяснить. — Эм... Может быть, я, конечно, себе это надумываю или слишком много о себе возомнила, или ещё чего-нибудь...

— Ну-у-у? — стала допытываться до неё волшебница.

— Просто у меня такое ощущение, будто в последнее время у нас с Чихо что-то не так.

— Пра-а-авда?! Т-ты поссорилась с госпожой Саса-а-аки?!

Для Эмеральды это стало полнейшей неожиданностью. Она не была также хорошо знакома с Чихо, как Эми, но всё равно не могла себе представить, чтобы они что-то не поделили.

— Нет, вовсе нет. Мы всё так же общаемся. Мы не ругались, ничего такого. Но, понимаешь, когда дело касается Алас Рамус, я не могу об этом говорить без участия Короля демонов. Поэтому я не думаю, что обсуждать эту тему в первую очередь с Чихо – хорошая идея... Понимаешь?

— Э-э-э? Что-то я тебя не понима-а-аю.

— М-м-м, как бы лучше объяснить... Ох, что-то я вспотела.

— Эмилия-я-я? Ты какая-то странная.

— Д-да знаю я! Сама прекрасно понимаю, что странная. Я просто хочу сказать, что...

В комнате было прохладно, но Эми всё равно вспотела. Обмахиваясь одной рукой, как веером, другой она взяла пульт от кондиционера и проверила температуру:

— ...Как ты можешь помнить, Король демонов нам очень помог во время инцидента на Восточном континенте, верно?

— Ну да-а-а.

— А теперь, когда я устроилась в «Mg Ronald», он занимается моим обучением, так как занимает должность начальника смены.

— Ага-а-а.

— Потом, когда появилась Лайла, я вела себя довольно безрассудно, да?

— Не могу этого отрица-а-ать.

— Вот. Короче... А-а-а... — простонала Эми не то от сожаления, не то от усталости, не то от противоречивых чувств. — Всё это время Король демонов... Был очень добр ко мне.

— М-м-м? — Эмеральда удивлённо вытаращила глаза.

— Поэтому... Это вызвало... Ревность у Чихо.

— М-м-м-м-м?

— И, перед тем как мы пошли к Лайле, между мной и Королём демонов... Эм, кое-что произошло...

— М-м-м-м-м-м-м?!

Верно поняла её Эмеральда, или нет, но она присела и подкралась к Эми поближе, которая в свою очередь опустила голову в попытке избежать её пристального взгляда.

— Эмилия, — тихо спросила Эмеральда у самого её уха. — Чего ты ожидаешь от меся услышать?

— ...Ну-у-у...

Эми потребовалось около минуты, чтобы собраться с мыслями, после чего она едва слышимо ответила:

— ...Не знаю.

— Тогда могу я сказать, какая мысль мне пришла в голову первой?

— ...Да.

— В зависимости от обстоятельств мне, возможно, придётся уйти и прямо сейчас прикончить Короля демонов, — по тону Эмеральды было понятно, что она не шутит. — Эмилия, такой я тебя ещё никогда не видела, и потому обязана принять соответствующие меры.

— Э-это...

— Прямо сейчас во мне бушует целая буря эмоций. Я должна узнать, что случилось – причины меня уже не заботят. Об этом «кое-чём» у тебя с Королём демонов.

— П-погоди! Н-ничего такого не было! Не выдумывай там себе ничего!..

Вспомнив тот самый вечер, когда она была сама не своя, Эми густо покраснела. Эмеральда не упустила этого из виду:

— Это твоё, как ты говоришь, «кое-что» стало причиной ревности Чихо, из-за чего ты, собственно, и нервничаешь. Этого уже более чем достаточно, чтобы вызвать во мне бурю эмоции, которую мне не так-то просто унять.

— Я-я серьёзно! Ничего не было! Это просто мелочь!

— Тогда рассказывай. Раз это всего лишь мелочь, то ничего страшного не случится, если ты мне расскажешь, правильно? Что этот неотёсанный гадкий демон сотворил с моей ненаглядной Эмилией?

— Д-да говорю же, ничего!

— Ты так Алас Рамус разбудишь. Говори потише.

— Я-я не могу, потому что ты там навыдумывала себе невесть что, Эмер! Скажу я тебе! Отодвинься только от меня! — Эми уже едва не кричала.

Следуя её просьбе, Эмеральда села на некотором расстоянии от Эми и смотрела ей прямо в глаза, ожидая объяснений.

— К-клянусь, ничего такого не было...

В итоге Эми дрожащим от испуга голосом рассказала ей всё о том, что произошло в тот вечер.

— А-а-ах... Как глу-у-упо...

Эмеральда расслабилась, былой укор в её глаза сменился изумлением, и в конечном итоге она распласталась на полу и стала жевать взятый откуда-то сэмбэй:

— Ты знаешь, Эмилия? На Земле это называется «стокгольмский синдром».

— Знаю я, читала о нём!

Сидящая напротив волшебницы Эми чувствовала себя так, будто вот-вот сгорит со стыда.

— Во-о-от как? Я, конечно, то-о-оже поддерживаю с ним дружеские отношения хотя бы для виду, но чтобы между тобой и Королём демонов что-то бы-ы-ыло?.. Э-э-эх... Госпожа Сасаки, может, и выглядит взрослой, но на деле ещё ребё-ё-ёнок.

Было забавно слышать такое от Эмеральды, которая выглядела даже моложе Эми и Чихо.

— Ну, учитывая характер Короля де-е-емонов, думаю, правильнее было бы сказать, что делал он это всё ради Алас Ра-а-амус, а не тебя, так что не вижу в рассказе ничего такого особенного. Если, конечно, исключить ту ча-а-асть, где ты полезла к нему обниматься и всё-такое...

— У-у-угх... — Эми было настолько неловко, что ей хотелось провалиться сквозь землю.

— И всё же я не услышала ничего, из-за чего госпожа Сасаки могла бы испытывать ре-е-евность.

— Н-но ведь так сказали Лайла и Король демонов.

— Просто раньше вы с Королём демонов особо не ла-а-адили, поэтому даже нормальный разгово-о-ор можно принять за то, что вы сбли-и-изились.

— Ох... Ну да, пожалуй...

— Э-э-эх... Глу-у-упо... Как же глу-у-упо...

— Хватит уже повторять! Мне и самой неловко!

— Э-э-эх, вот тебе и цена, которую Энте Исла пришлось заплати-и-ить за кражу юных лет Эмилии. Тебе ведь пришлось путеше-е-ествовать в компании неотёсанного здоровяка и того старика-а-а...

Теперь Эми поняла: недовольство Эмеральды было вызвано тем же, что и у Лайлы. Как бы то ни было, выслушивать очередную лекцию ей не хотелось.

— Если всё и пра-а-авда так, тогда я понимаю, почему ты никак не решишься поговорить с госпожой Саса-а-аки. Ты же не можешь просто взя-я-ять и сказать: «Я хочу отпраздновать Рождество с парнем, в которого ты влюблена, и его ребё-ё-ёнком».

— Эмер!!! — в гневе выкрикнула Эми, оторопевшая от её прямоты. — Ах!..

Спящая Алас Рамус поморщилась и перевернулась на бок, и Эми тут же затихла.

— Ла-а-адно... В таком случае, раз уж я подняла эту те-е-ему, то я попробую переговорить с госпожой Саса-а-аки... Ну и Белл, разуме-е-еется.

— А? П-правда?

— Ага-а-а... Может, нам стоит обратиться за помощью и к госпоже Ри-и-ике? Думаю, она бы и на вечери-и-инку по случаю дня рождения могла бы кучу идей подки-и-инуть.

— А-а-а... Рика...

— Что тако-о-ое? Неужели у тебя и с Рикой что-то не та-а-ак?

— Н-нет, дело не в этом...

— Сегодня я виделась с не-е-ей, но не заметила ничего необы-ы-ычного.

— Э? Ты с ней виделась? — переспросила Эми.

— Да-а-а, неподалёку от её места рабо-о-ты. Кажется, она собиралась пойти выпить со своей коллегой... Госпожой Маки, если правильно по-о-омню. Она сказала, что ездила к родителям и только недавно верну-у-улась.

Как поняла Эми, Эмеральда говорила о Маки Шимизу, а к родителям Рика ездила в Кобе, о чём она не знала. Разумеется, Рика не обязана сообщать Эми о каждом своём шаге, но то, что от неё по возвращению не было никаких вестей после того сообщения, полученного после прогулки с Ашией, заставило Эми поволноваться.

— А-а-а, и ещё, не знаю, стоит ли мне сейчас говори-и-ить или нет, но она попросила меня кое-что тебе переда-а-ать.

— Что именно?

— Она сказа-а-ала: «Мне нужно ещё немного времени, чтобы всё потом обговорить в спокойной обстановке». Не знаю, что именно она имела в виду-у-у...

Однако Эми всё сразу поняла:

— ...Вот как. Хорошо.

— Это как-то связано с те-е-ем, почему ты не можешь обратиться за помощью к Ри-и-ике?

— Боже, я уже сама не понимаю, что и с чем связано.

— Эми-и-илия?

— В следующем году... Где я буду находиться, и кто будет мне дорог?..

— Разве над разговорами о будущем не смеются демоны?

— Правильно «черти»*. Черти и демоны – разные существа. Хотя лучше бы надо мной в самом деле посмеялись черти. Если вместо них окажутся демоны... — Эми понурила голову и приобняла колени. — Меня нынешнюю это вгонит в депрессию.

Когда всё зашло настолько далеко, даже Эмеральда уже не знала, что тут можно сказать.

(*Имеется в виду японская пословица, дословно звучащая следующим образом: «Над тем, что вы планируете на завтра смеются черти»)

*****

После того, как Эмеральда выслушала ничем не приукрашенную исповедь Эми, на следующий день она связалась с Альбертом при помощи Связи Разума и совершенно непринуждённо сообщила, что пока не может вернуться. Альбер, конечно же, потерял дар речи, но всё же понимал, что Эмеральда не стала бы так поступать без причины, поэтому смиренно ответил:

— Ну, мне потом не плачься.

Эти брошенные на прощание слова прозвучали для Эмеральды так обидно, что она твёрдо решила оставить Альберта без сувениров. И теперь она, одетая в пижаму, лежала на гостевом футоне рядом с кроватью Эми, погрузившись в мысли, хотя на дворе уже стоял полдень.

— Хм-м-м...Неужели госпожа Сасаки в самом деле ревнует?.. Э-э-эх, похоже, одними раздумьями тут не обойтись.

Провалявшись ещё около часа, Эмеральда всё же заставила себя встать:

— Почему бы мне просто не пойти и не убедиться во всём лично? — спросила она саму себя.

Взглянув на помятое расписание смен, повешенное на холодильник, она увидела, что у Эми, Мао и Чихо сегодня вечером совместная смена. Что-то негромко себе напевая, она стала переодеваться. Вот только до начала смены Чихо оставалась ещё уйма времени, поэтому если она сейчас пойдёт прямиком в «Mg Ronald», то ей мало того, что не удастся понаблюдать, так ещё и Эми могла раскусить её замысел и помешать.

— Поэтому я решила устроить небольшое интервью-ю-ю.

— Не понимаю, что о чём ты, но заходи, — ответил ей Норд.

Через полчаса она пришла в квартиру 101 Вилла Роза Сасадзука и села за котацу вместе с Нордом и Эроне. Мужчина был удивлён столь внезапным визитом Эмеральды, но всё же впустил её в дом.

— Привет, Эроне!

— ...Привет.

В это время Эроне читал книгу на японском языке.

— А, мы их либо берём у госпожи Шибы, либо покупаем в книжном магазине, — пояснил Норд, — однако эти дети, похоже, осваивают язык без какого-либо обучения. Вот, держи.

Он подал Эмеральде кружку горячего чая.

— Меня тут интересует один вопро-о-ос...

— Слушаю.

— Будучи родным отцом Эмилии, есть ли у Вас какие-либо... Скажем, требования к её потенциальному мужу?

— ...М-м-м? — Норд замер.

— Вы не подумайте, я ни на что не намекаю. Просто я-то не замужем, но, как мне кажется, родителям свойственно ставить счастье своих детей на первое место.

— Н-ну да, это так...

— Вот мне и интересно, какую жизнь Вы как отец желаете Эмилии?

Не в силах понять, какие намерения скрываются за улыбкой Эмеральды, Норд какое-то время размышлял, держа в руках чашку:

— ...Да у меня нет каких-либо требований по этому поводу.

— Да-а-а? Совсе-е-ем?

— Совсем, — он облокотился на стол, подперев голову. — Мы с Лайлой, будучи её родителями, уже не смогли обеспечить ей счастливую жизнь. Поэтому и требовать того же от её будущего мужа не имеем права.

— Считаете, что не в пра-а-аве? Мне казалось, что это нечто вроде родительского до-о-олга.

— Может, тебе так и кажется, Эмеральда, но за всё то время, что прожил здесь, я уже не раз размышлял об этом. Думая о том, как Эмилии стоит жить дальше, мне кажется, ей лучше будет остаться тут, в Японии, навсегда.

— И почему-у-у же? Не хочу показаться насты-ы-ырной, но на протяжении всего нашего путеше-е-ествия Эмилия говорила, что хочет возродить поля родной деревни вместе со своим отцо-о-ом.

— Да, знаю. Эмилия и сама мне это говорила. Однако, пока жил в Японии, я кое-что осознал, — он усмехнулся. — В Японии... Да и во всём этом мире в целом... Нет ни одного мужчины, что был бы сильнее Эмилии.

— Ну-у-у... — внезапное замечание Норда несколько выбило Эмеральду из колеи. — Скорее всего не-е-ет. Во многих смы-ы-ыслах.

— Если брать это во внимание, я очень сомневаюсь, что Эмилия будет несчастна, за кого бы она ни вышла. А тебе так не кажется?

— Ну-у-у, может бы-ы-ыть...

— Похоже, путешествие сделало её сильной духом, как и проведённое в одиночестве время в Японии. Уверен, будь у неё выбор, она бы не стала через всё это проходить. Однако случилось то, что случилось, и ей теперь необходимо смотреть на всё это в положительном ключе. К тому же Эмилия не глупа: ей не будет интересен лодырь или слюнтяй. Поэтому, кого бы она не избрала, я не стану возражать.

— ...Поня-я-ятно.

— Спрошу из любопытства: есть ли у Эмилии кто-нибудь на примете?

— Не-е-ет, по крайней мере, пока... А если бы бы-ы-ыл, я бы не пришла с таким разговором к её отцу-у-у.

— И то верно, — ответил Норд, издав короткий смешок.

— Есть ещё кое-что-о-о, что я хочу спросить у Вас напряму-у-ую...

— Давай. Отвечу, если смогу.

— Хорошо-о-о... — она посмотрела на Норда и, совершенно не меняясь в лице, спросила: — Как ду-у-умаете, сможет ли Эмилия отметить Рождество здесь в следующем году-у-у?

Однако Норд промолчал.

— Рождество? — к разговору присоединился Эроне. — Асиет мне как-то рассказывала про него. Это праздник, к которому готовится куча всякой разной вкусной еды, да?

Его реплика прекрасно демонстрировала тот факт, что Асиет оказывает на него очень дурное влияние. Если бы это услышали Аманэ или Ашия, их бы пробрала дрожь.

— И следующий, и последующий, и тот, что будет через три года? — Эмеральда перестала растягивать слова. — Как Вы считаете?

— Ну, я... — растерялся Норд.

— Вам ведь известно, чего хочет от Эмилии Ваша жена?

— ...Да, — ответил мужчина, чувствуя подступивши к горлу комок.

— Как уже говорила, я на стороне Эмилии и поддержу её в любых начинаниях. Уверена, госпожа Чихо Сасаки придерживается той же позиции. Поэтому мне бы не хотелось, чтобы она принимала участие в битве против своей воли. Даже если того желает весь мир.

Какое-то время в комнате были слышны лишь мягкий голос Эмеральды, шуршание переворачиваемых Эроне страниц книги и чьи-то негромкие шаги в квартире 201: Урушихара ходил от места у окна до кухни и обратно. Прошло около пяти минут, прежде чем Норд снова заговорил:

— В последнее время я замечаю, как Лайла и Эмилия порой вместе приходят сюда, — он взглянул на тонкую входную дверь квартиры 101. — Я... Не могу ни на что надеяться, так как не знаю. Не знаю, какое будущее ждёт их обеих, и каким бы я хотел его видеть.

Норд при всей его любви к Лайле не мог не знать о том, что рассказал Эмеральде и остальным Габриэль в «Mozz Burger» на Нэрима. И осознание того, что его дочь может обладать бессмертием, которого она совсем не желала, терзало его душу:

— В тот день, когда мы посетили дом моей жены... Стыдно это признавать, но всё, что мы тогда сделали, это просто убрались в квартире... Вечером мы поужинали в ресторане на Нэрима, но, только лишь вернувшись сюда, до меня дошло: это был первый раз, когда мы все трое сидели за одним столом. Я был тогда так измотан, что даже не помнил своего заказа, — на лице Норда мелькнула улыбка, которая отражала одновременно и радость, и печаль. — Для меня это был очень счастливый момент. Не знаю, считали ли они также.

Эмеральда же внимательно слушала его речь.

— Так я и хочу проводить с ними время: заниматься рутинными делами, после которых даже не можешь бы вспомнить, что ел накануне. Надеюсь, они желают того же. Но если всё будет продолжаться так, как сейчас, то мы рискуем скоро потерять самые ценные частички этого счастья.

«Он имеет в виду Эми? Или Лайлу? Или же себя?» – гадала волшебница.

— Эмилия уже знает, чего от неё хочет Лайла, — вдруг сообщил Норд.

Это откровение вызвало у Эмеральды искреннее изумление. Она заметила, что они стали ближе друг к другу, но не ожидала, что настолько.

— По одному только этому признаку однозначно не определишь, приняла ли Эмилия Лайлу или нет, но, как я уже сказал, по вечерам после работы она приходит сюда вместе с Лайлой. Она по-своему старается отстоять свою позицию – не так, как Мао. И в этой комнате они нынче очень часто беседуют.

Так же, как Мао поставил Чихо на роль «свидетеля» их бесед, Эми и Лайла хотели, чтобы её исполнял и Норд, обеспечивая тем самым их справедливость.

— Конечно, она может всё это просто послушать и в конце безоговорочно отказать.

Поначалу Эмеральда удивилась, но потом, немного подумав, такой исход ей показался вполне вероятным. История, которую Норд услышал от жены и дочери, во многом совпадала с тем, что Габриэль рассказал остальным.

— Я женился на Лайле, осознавая, что она ангел. В конце концов именно я сделал ей предложение.

— О-о-ох...

Волшебница уже приготовилась, что Норд сейчас опять начнёт хвастаться тем, какая у него замечательная жена.

— Она сказала мне, что обладает вечной жизнью. Что уже давно не человек. Что не может иметь детей и состариться вместе со мной. Когда она это говорила, она плакала. Но мне всё это было неважно. Всем своим сердцем я любил её, а она – меня. Поэтому, если я мог стать частью её жизни, хотя бы ненадолго, то обрёл бы самое настоящее счастье. Поэтому я сделал ей предложение снова.

Как Эмеральда и думала, он снова начал хвастаться своей женой – он даже выставил свой подбородок немного вперёд:

— Когда родилась Эмилия... Уверен, Лайла была напугана. Ей удалось стать полноправным жителем Энте Исла, но она боялась, что Эмилия будет отличаться от остальных людей, унаследовав её кровь. Об этом я узнал только после вторжения Армии Короля демонов и расставания с Эмилией. Кажется, мы беседовали на эту тему, когда не так давно шли в Тёфу? Случилось это незадолго до того, как я попал в Японию.

«Ты уже тогда ею хвастался», – хотелось сказать Эмеральде, но вместо этого она просто кивнула.

— Не знаю, является ли это бессмертие чем-то хорошим или плохим. Если мои жена и дочь будут оставаться такими же молодыми и красивыми до самой моей смерти, это даже в каком-то роде чудесно. Но в то же время это значит, что им придётся прощаться со множеством близких людей. А если они живут вечно и однажды устанут жить...

Норд намеренно не стал договаривать, и, сделав небольшую паузу, перешёл к сути:

— Поэтому я не знаю. Как отцу мне хочется, чтобы она прожила долгую и счастливую жизнь. Как-никак, в этом мире существует множество прекрасных вещей – испробовать всё и целой жизни не хватит. Однако, чем дольше ты живёшь, тем больше боли и страданий доведётся тебе испытать. Поэтому я хочу, чтобы Эмилия прожила свою жизнь как человек, но для этого ей, возможно, придётся вступить в битву, в которой ей не хочется участвовать. Отправившись туда, она может погибнуть в бою. Если такое случится, это будет значить, что я обрёк девочку, которая могла быть такой молодой и прекрасной вечно, на погибель. И буду жалеть об этом до конца своих дней. Как же мне тогда быть? Что сделает Эмилию и Лайлу счастливыми? Хотелось бы мне знать ответ.

— Норд... — вырвалось у Эмеральды.

— Если бы я мог сражаться, — продолжил он, сжимая в руках кружку так, что та в любой момент могла лопнуть, — я бы никогда не позволил Эмилии принять эту участь. Я бы сам добровольно вышел на поле брани ради сохранения мира. Обладай я этим бессмертием, смог бы поддержать решение своих жены и дочери, как на моём месте поступил бы настоящий муж и отец. Но у меня нет и крохи той силы, которой владеет Эмилия. Я совершенно ничем не могу им помочь. Всё, что я могу – просто сидеть и наблюдать за тем, как они принимают судьбоносное решение. Это невероятно раздражает.

— ...Я не знаю, что такое счастье... — Эроне накрыл руку Норда своей. — Но я не сомневаюсь, что они видят, как сильно ты ими дорожишь. Не нужно ни в чём себя винить. Ты заботишься о счастье не только Лайлы и Эмилии, но и моём с Асиет.

— Эроне... — тронутый Норд перевёл на него свой взгляд.

— Мы ведь можем есть досыта каждый день.

— А-а-ах... Набитый желудок тоже в определённом смысле делает человека счастли-и-ивым, — хихикнула Эмеральда в ответ на плоскую шутку Эроне.

— У меня нет права выбора, — продолжил мальчик, — но я никогда не забуду всё то радостное время, проведённое с тобой в этом городе. Думаю, того же мнения придерживаются Эмилия и Лайла, какое бы решение они ни приняли. Не думай, что ты бесполезен. Это не так.

— ...Надеюсь, ты прав, — ответил мужчина

Эмеральда могла лишь догадываться, насколько сильно Норд был тронут словами Эроне. Смахнув руками подступившие к глазам слёзы, мужчина взглянул на неё:

— Если всё, что я могу – это только наблюдать... То ответить на твой первый вопрос я способен лишь следующим образом, — он выглядел обречённо и излагал свои мысли со всей искренностью. — Если Эмилия захочет отметить Рождество в Японии в следующем году, я сделаю всё, о чём она меня попросит. Я желаю лишь одного: находиться как можно ближе к ней и сопровождать её по избранному жизненному пути столько, насколько у меня хватит сил.

— ...Спасибо. Простите, что повела себя так грубо, — извинилась Эмеральда за то, что сурово обошлась с его чувствами.

*****

Квартира 101 Вилла Роза Сасадзука. Мать и дочь всё ещё испытывали некоторую неловкость в подобных встречах, но для Норда всё выглядело так, будто они стали заметно ближе с того дня, когда занимались уборкой квартиры Лайлы.

Лайла рассказывала Эми историю о том, как Игнора разработала технологию, даровавшую людям вечную жизнь и позволившую им пережить пандемию, которая охватила всю её родную планету. Эми молча слушала и не задала ни единого вопроса, а Норд в это время развлекал Алас Рамус. Несмотря на неловкую атмосферу вокруг них, им было приятно проводить время вот так вот, всем вместе. История, которую рассказала им Лайла, получилась почти такой же длинной, как у Габриэля, но Эми и Норд об этом не знали.

— Первые два появились на лунной лаборатории в качестве дополнительного исследовательского персонала. Я тогда очень удивилась, когда увидела их фотографии на пропусках. Они выглядели совсем как дети, которые только-только окончили школу. А встретившись с ними вживую это впечатление только усилилось. Их с собой привёл Сариэль, который тогда работал в юридическом отделе, и высокопоставленные лица, спонсировавшие лабораторию, доверили ему их сопровождать.

— Хм-м-м...

Двое молодых учёных были отправлены на лунную лабораторию, когда она потратила год на поиски решения возникшей проблемы, но так ничего и не добилась.

— Парня звали Кайл, а девушку Сикина. И у Кайла были серебристые волосы с фиолетовой прядью спереди.

— Серебристые волосы и фиолетовая прядь? — Эмилия с изумлением взглянула на Алас Рамус, катающуюся на спине Норда.

— М-м-м? Что такое? — поинтересовался её отец.

— Что такое, мамочка?

Лайла кивнула:

— Именно. Кайл являлся воплощением Есода нашей планеты, а Сикина – Малкута. Тогда об этом мы ещё ничего не знали. Политические лидеры нашей планеты хотели одними из первых воспользоваться результатами исследований и отправили к нам своих родственников, едва закончивших институт, что было весьма негативно встречено в лаборатории. Ситуация сложилась напряжённая, и исследования были заморожены практически на год.

Однако, когда этих двоих назначили помощниками Игноры, исследования сразу же значительно продвинулись вперёд.

— На нашей планете... Были животные, которые использовались в качестве подопытных, как здесь мыши... Благодаря им нам удалось найти ген, способный бороться с возбудителем возникшей заразы. После этого все в лаборатории стали иначе смотреть на Кайла и Сикину. Это был настоящий прорыв, и Игнора, по сути, отдала им все почести за него. Обычно такие вещи в мире науки вызывают сильную зависть, но благодаря одному человеку, что всегда поддерживал Игнору и её группу, конфликта далось избежать.

— Одному человеку... — Эми подняла глаза к потолку, роясь в памяти.

До сих пор его имя не упоминалось в рассказе Лайлы.

— Да. Им был Сатанаэль Нойе, талантливый учёный и напарник Игноры. А ещё очень сильный маг... Прости, что говорю это, милый, но он также был тем, кем я страшно восхищалась

— Ну-у-у, — невозмутимо ответил Норд, продолжая катать Алас Рамус, — учитывая, как долго ты живёшь, это вполне ожидаемо.

Эми боялась, что из-за чувства ревности они сейчас начнут доказывать, как сильно друг друга любят, но до этого, к её счастью, не дошло.

— Игнора была гением и знала это. Сатанаэль в свою очередь был очень старательным. Он прекрасно понимал, что ему не сравниться с Игнорой по способностям, а потому очень любил её и талант, которым она наделена. Он никогда не проявлял ни зависти, ни враждебности к кому-либо, из-за чего обрёл популярность как среди женщин, так и мужчин. В то время я числилась новенькой в медицинском отделе и часто доставляла к лаборатории Игноры лекарства и медицинское оборудование, поэтому у меня нередко выпадала возможность с ним поговорить, отчего и зародилось такое восхищение.

— Если не сложно, можешь рассказать, каким человеком он был?

— Папа...

Эта тема заинтересовала её отца гораздо больше, чем Эми ожидала, за что она наградила его укоризненным взглядом. Однако Лайла была совсем не против ему ответить:

— О, на самом деле это очень важный момент. Он был справедливым человеком, потрясающим магом и не отгораживался от остального мира, как это часто бывает у учёных. Он мог хорошенько выпить и на следующее утро явиться с опозданием. А ещё он был сильным. Как-то раз они с Габриэлем устроили тренировочный бой в комнате отдыха. Габриэль тогда занимал пост начальника службы безопасности и до этого служил в армии, и Сатанаэль разбил его подчистую. Из десяти матчей Габриэль не выиграл ни одного. Конечно же, после такого он расстроился, но Сатанаэль сказал ему: «Я могу защитить лишь себя, но ты защищаешь других. Одно твоё присутствие позволяет людям чувствовать себя в безопасности. И если я покажу, что сильнее тебя, то только добавлю этим лишний стресс всем остальным». Вот каким человеком он был.

То, что Лайла, которая никогда не скрывала, как сильно любит Норда, вот так отзывалась о своём старом знакомом, говорило о том, что этот мужчина в самом деле был очень привлекательной личностью. Норд, казалось, всё ещё был немного недоволен, но развивать тему не стал.

— И поэтому мне показалось очень странным то, что Сатанаэль начал часто спорить с Игнорой после того, как к нам присоединились Кайл с Сикиной. Казалось, будто он старался разлучить их с ней, хотя до этого рьяно за них заступался. Вскоре я узнала причину: обнаруженный ген никто прежде не изучал, и в литературе он также нигде не встречался. Он утверждал, что ни одна страна не обладала теми технологиями, которые могли бы позволить его как следует рассмотреть, и то, что его нашли именно эти двое... Сатанаэль находил странным.

Услышав это, Лайла в тот момент предположила, что им просто помог талант Игноры. Сатанаэль, по всей видимости, слышал тот же самый ответ ото всех, с кем он делился своими сомнениями.

— На какое-то время всё улеглось, но вскоре исследования Игноры стали продвигаться так стремительно, что даже Сатанаэль за ними не поспевал, в то время как Кайл и Сикина продолжали идти вместе с ней нога в ногу. Все начали что-то подозревать: пусть Игнора и возглавляла эти исследования, как двое каких-то детей, которые едва только учиться закончили, не отставали от неё ни на шаг? Так как закончить исследования являлось первостепенной задачей, Сатанаэль решил помалкивать, но его всё ещё беспокоили вопросы о происхождении этих двоих и уровне их интеллекта. В какой-то момент ему удалось убедить Сариэля раздобыть информацию об их прошлом.

Под предлогом отпуска Сатанаэль отправился на родную планету, чтобы узнать что-нибудь о Кайле и Сикине, и вскоре выяснил, что записи об их рождении подделаны. Каких-либо точных сведений о них не осталось: информация о родителях, родственниках, месте рождения – всё, что могло бы как-то подтвердить их личность, было сфальсифицировано. Расследование Сариэля показало, что эти двое находились под крылом одного политического лидера, что отправил их на Луну.

— Можно ли вообще было доверять это дело Сариэлю? — спросила Эми.

— Может, со стороны кажется иначе, но к работе он подходит со всей серьёзностью. Думаю, всё портит его... Дурная привычка.

Услышав замечание Лайлы, Эми поняла, что он вёл себя так с женщинами ещё до появления на Земле.

В итоге Сатанаэль, лишь усилив свои подозрения в отношении Кайла и Сикины, вернулся в лабораторию на Луне, где его поджидали неожиданные известия.

— Вскоре даже Игноре стало интересно, откуда у этих двоих такие таланты. Под видом регулярного медицинского осмотра она целиком просканировала их тела. Видимо, пыталась по ДНК отследить записи о семьях и обнаружила, что их гены отличаются от человеческих. Среди них присутствовал также и тот самый ген «бессмертия», который якобы был обнаружен в ходе экспериментов над животными, и, как оказалось, у людей он тоже имелся. Пусть я и была тогда врачом, но мало что понимала в генной инженерии, поэтому всех подробностей уже не помню, однако, судя по всему, гены, определяющие метаболические пределы организма, у Кайла и Сикины попросту не функционировали.

У каждого живого существа есть предел клеточного метаболизма, и это число для каждого организма уникально. Как только этот предел достигается, жизнь существа подходит к концу. Разумеется, это не единственный фактор, влияющий на продолжительность жизни, но при этом очень важный. Существует теория, что старение и смерть можно отсрочить, установив метаболические ограничения.

— А ещё они обладали иммунитетом ко всем известным заболеваниям. Чему Игнора удивилась больше всего, так это тому, что она не обнаружила ни одной потенциальной раковой клетки ни у кого из них.

— Разве это так необычно? — оборвала её рассказ Эми. — Ты же сама сказала, что они были ещё молодыми.

— Ну, основываясь на наших знаниях в области медицины – а им, к слову, уже десять тысяч лет – в теле по различным причинам всегда имеются клетки, которые могут стать раковыми. И пока гены, подавляющие развитие этих клеток, выполняют свою работу, иммунная система устраняет и восстанавливает их в мгновение ока. Если они перестанут работать или случится что-то ещё, что позволит раковым клеткам распространиться, то в таких случаях и появляются злокачественные образования, которые называют «раком».

Эми узнала о существовании данной болезни только оказавшись в Японии, поэтому мало что знала о ней.

— Каждый день наше тело повреждается, оказываясь под влиянием различных природных факторов: ультрафиолетовое излучение, активный кислород и многое другое. Но оно также и постоянно восстанавливается. Иногда в процессе возникают случаи раннего рака, и в этом нет ничего необычного. Но вот если в теле вообще не наблюдается раковых клеток, то это уже нечто из рядя вон выходящее. Это значит, что каждая клетка в теле идеальна, безупречна.

Лайла сделала небольшую паузу и продолжила:

— По крайней мере, так это объяснялось у меня на родине. Не знаю, применимо ли данное суждение к раку на Энте Исла или Земле, но, насколько мне известно, принципиальных отличий между ними нет. Так или иначе, раскрыв секрет Кайла и Сикины, Игнора внимательно проанализировала различия между их генами и нашими. И всего лишь за месяц она выяснила, какие нужно провести изменения в наших генах, чтобы добиться сходства. Именно к этому моменту Сатанаэль и вернулся со своего отпуска.

Исследования Игноры снова застопорились, и причиной тому стало внезапное исчезновение Кайла и Сикины. Многие стали задаваться вопросом, почему это произошло, однако Игноре они уже были без надобности. Заручившись помощью Сатанаэля, она снова взялась за поиски способа противостоять пандемии с использованием генной инженерии и пришла к определённому выводу.

— Кайл и Сикина были лишь похожи на нас и не являлись людьми. Их можно в каком-то смысле назвать инопланетянами, чья ДНК несопоставима с человеческой. И всё же они оба выглядели как совершенно обычные люди. Игнора решила, что, выяснив их происхождение, её исследования значительно продвинутся вперёд, а Сатанаэль, который уже знал, что все записи о них были фальшивыми, стал ей в этом помогать. И вскоре... Они нашли его. На Луне. То, что породило их.

Им было огромное дерево, которое на вид выглядело засохшим. Оно росло на поверхности Луны, где не было кислорода. Почему цивилизация, способная активно исследовать другие планеты, пропустила нечто подобное, оставалось загадкой, ведь дерево находилось недалеко от исследовательского комплекса. Все проведённые орбитальные сканирования не засекли ни его, ни каких-либо полезных подземных ресурсов, и при планировании строительства большая часть ландшафта в итоге оказалась проигнорирована.

— Игнора нашла дерево благодаря сканированию по святой энергии. На Луне была всего пара мест с необычайно сильной её концентрацией: на её тёмной стороне, и в том месте, где росло дерево. Как вы уже, наверное, поняли, это было Древо Сефирот нашей планеты, «матерь» всех Сфир, в том числе Кайла и Сикины.

Взяв с дерева образцы тканей, Игнора обнаружила полное сходство его ДНК с Кайлом и Сикиной. Пусть этих двоих рядом уже не было, обнаружение дерева позволило продолжить исследования.

— А теперь немного отвлечёмся... Как я уже говорила, Сатанаэль был к Игноре неравнодушен: он любил как таланты, которыми она наделена, так и её саму. Я же им только восхищалась, а не влюбилась, лишь потому, что это было видно невооружённым глазом. Прошло пять лет с момента исчезновения Кайла и Сикины, прежде чем нам удалось обрести бессмертие. За это время они стали близки не только как коллеги, но и как мужчина и женщина. В тот день, когда они наконец разработали способ обретения бессмертия посредством генной модификации, позволяющий больше не опасаться каких-либо заболеваний... Они поженились.

— А? — Эми не ожидала такого поворота. — Так, п-подожди, раз Игнора – мать Люцифера, то Сатанаэль... То есть древний Владыка демонов Сатана... Что-о-о?!

Лайла согласно кивнула в ответ потерявшей дар речи дочери:

— Верно. Сатанаэль Нойе приходится Люциферу отцом.