– Проблема магии, – сказал Ортон закидывая в рот горсть картофеля фри, – это то, что она слишком могущественна и одновременно с этим недостаточно могущественна.

Джули нахмурилась, потягивая шоколадный коктейль.

– В этом нет никакого смысла.

– Обычно в магии и нет смысла. В принципе, ты можешь делать почти всё, что угодно, однако множество вещей настолько тяжело сделать, что они того не стоят, или настолько легко, что ты сам создаешь себе проблемы,– Ортон отодвинул свое ведерко с картошкой и достал несколько монет. – Ты когда-нибудь кодила компьютерную программу?

Джули фыркнула. В школах ее округа семнадцатилетние девушки обычно не пишут компьютерные программы.

– Не тебе ли не знать об этом, если мы раньше работали вместе?

– Ты не особо любила говорить о себе, – Ортон аккуратно раскладывал монеты сеткой, – А еще ты пыталась убить меня. Пришлось похоронить тебя заживо в Шотландии, но, думаю, это было из-за того, что в прошлый раз я вел себя уклончиво. В этот раз попробую не скрывать никакой информации.

Она моргнула.

– Что, прости? Похоронил меня заживо?

– Да, потому что в то время ты была весьма могущественной волшебницей, а мне хотелось уйти без того, чтобы меня вывернуло наизнанку. Скорее всего, ты выжила. К тому же, я уверен, что теперь наши отношения улучшатся.

К своему удовлетворению он закончил раскладывать монеты, затем постучал по ним, заставив их взлететь в воздух.

– Отлично. Как видишь, я левитирую несколько монет вопреки логике и физике.

Джули фыркнула.

– Тоже мне. Я видела, как Дэвид Копперфилд делал то же самое по телеку.

Ортон пожал плечами, потом махнул рукой; монеты выстроились в столбик, затем сложились вокруг центральной точки пространства и исчезли, заменившись большим пылающим кинжалом.

– Так лучше?

Джули вопреки здравому смыслу протянула руку и взяла кинжал за рукоять; на ощупь он был холодным, но пламя, которое изучал кинжал, было различимо. Ее кожа должна была высохнуть.

– Чёрт, ладно, это круто, – она нервно огляделась. – Стоит ли вытворять подобные фокусы перед, эм… обычными людьми?

Ортон покачал головой.

– Оглядись. Видишь, чтобы кто-нибудь паниковал или звонил копам? – Джули должна была признать, что он прав. – Большинство людей не могут даже заметить магию. Ты можешь превратить их шляпу в тыкву, а они даже не узнают об этом.

Джули сморщила нос и засунула кинжал в свой коктейль, пытаясь потушить его, чего не произошло; комната начала наполняться запахом горелого молока.

– Разве потом не будет заметно, что шляпа пропала, а на её месте тыква?

– Это не так работает. Она превратится обратно, когда тебя не будет рядом, или они вспомнят, что кто-то положил ее сюда в качестве розыгрыша и подумают, что это было забавно, или каким-то другим способом восстановят нормальность происходящего. Состояние равновесия всегда правильное, – Ортон развернул свой бургер, откусил большой кусок и начал смаковать его. Этого нельзя отрицать; еда гораздо вкуснее, когда тебе восемнадцать.

– То есть это типо как… контроль разума или что-то в этом роде? – спросила Джули.

– Не, фсе нафмного флошнее, – Ортон неохотно прожевал бургер и проглотил его. – Давай представим, что у тебя есть две двери, но пройти ты можешь только через одну. Левая и правая дверь. Улавливаешь суть? – Джули кивнула. – Что происходит на самом деле, когда выбираешь дверь, так это то, что из-за отсутствия лучшего объяснения вселенная раздваивается. Создаётся одна вселенная, где ты проходишь через левую дверь и другая, где проходишь через правую.

Джули моргнула.

– Это что-то… из квантовой физики?

Ортон кивнул.

– Именно. На объяснение деталей уйдет вечность, но по сути магия манипулирует квантовым состоянием. Для обыкновенных людей магии буквально не происходит в их вселенной – у них происходит совершенно другой набор событий, нежели у нас, обычно нормальные. Пока ты размахивала пылающим кинжалом другие люди, скорей всего, видели, как ты играешь с зажигалкой или чем-то таким же непримечательным. Так же происходит и с камерами, на видео будут происходить самые обычные вещи.

– Итак… хочешь сказать, что если я попытаюсь показать кому-то магию, то просто стану в их глазах сумасшедшей? – Джули начала терять энтузиазм по поводу своей карьеры волшебницы.

– По факту. Достаточно практикуясь, ты научишься использовать магию так, чтобы не разрушать концепцию мира других людей, но сначала лучше это делать где-то в укромном месте, – Ортон откусил еще один кусок от бургера. – Думаю, самая большая ошибка, которую ты можешь совершить, – это предупредить другого пользователя магии о твоем присутствии и способностях; большинство из них ты бы назвала «враждебными».

– Погоди, погоди минутку, – Джули отчаянно пыталась прикрыть дымящиеся остатки коктейля горсткой салфеток. – Ты хочешь сказать, что здесь могут быть опасные маги? В «Бургеры на обочине»?

– Не, я проверил, – Ортон глотнул диетической колы. – Прорицание – первая школа магии, которую я освоил. У нее есть свои недостатки и недочеты, но это отличный способ оставаться незамеченным.

Джули кивнула.

– Значит, из-за этого ты можешь видеть будущее?

Ортон скомкал свои обертки и не глядя выбросил их в мусорку.

– Отчасти. Есть множество причин. Но прежде чем я тебе расскажу что-то еще, ты должна кое-что понять, – он сцепил пальцы и посмотрел на нее поверх них. – Одно лишь знание того, что магия существует уже само по себе опасно для тебя, но до сих пор я еще ничего не сделал, кроме того, что показал пару трюков и рассказал несколько безумных историй. Если я действительно научу тебя магии, будут последствия.

Джули закатила глаза.

– Ты имеешь в виду, что я стану супер потрясной?

Ортон усмехнулся.

– Ну, не без этого. Но в частности это означает, что ты должна отказаться от своего прошлого. Все, кого ты когда-либо знала забудут о твоем существовании. Твои родители, твои друзья, все.

Глаза Джули расширились.

– Стоп-стоп-стоп. Ты хочешь сказать, что сотрёшь их память или что-то в этом духе?

– Не я. Это ты изменишься и, изменившись, человек, которым ты сейчас являешься, перестанет существовать. Джульетта Этборо исчезнет навсегда и только Энна - новая, настоящая ты – останется.

Ортон узнал ее настоящее имя в прошлых циклах.

Девушка отодвинула стул от стола и тряхнула волосами.

– Это все слишком безумно. Кажется, у меня едет крыша, – однако ее глаза всё глядели на остатки молочного коктейля.

– Ничего страшного. Не торопись, подумай. Если решишь, что это не для тебя, то все в порядке, думаю, что смогу найти другой способ справиться с проблемами, которые ты смогла решить для меня в прошлых циклах, – Ортон встал из-за стола, взяв с собой свою колу. – Если решишь, что хочешь стать волшебницей, напиши свое настоящее имя и мое на бумаге, а затем обведи их кружком. Это позволит нам связаться и уведомит меня,– он осушил остатки напитка, шумно прихлебывая через соломинку.

Джули тоже поднялась из-за стола.

– А если нет? Ты… навестишь меня еще раз?

– Не-а, – Ортон выбросил пустой стаканчик в мусорный бак. – Есть дела поважнее.

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

"Лучшего всего то,"- подумал Ортон, "что не нужно ходить на работу".

В его первый раз в этом временном цикле он не знал никаких полезных денежных заклинаний, и потому каждый день мыл посуду в грязной забегаловке, чтобы заработать ровно столько денег, чтобы хватило на оплату жилья на ближайшие пять лет. Его силы все еще были значительно малы; знание заклинаний не сильно помогает колдовать их, если у тебя нет духовной силы или подготовленного ритуала, поэтому в своем нынешнем состоянии он мог управляться с самыми простыми и базовыми заклинаниями. Но за первые несколько раз он понял, что хотя угадывание выигрышных лотерейных номеров требует сдвига гораздо большей энтропии, чем позволяли его нынешние силы, угадывание комбинаций на дешевых дерьмовых сейфах было в его компетенции. Как правило, он всегда сначала наведывался на свою первую работу.

"Отсосите, Мистер Армстронг. Вы должны были давать мне мои перерывы".

Следующий этап, так или иначе, всегда был немного рискованным. С его самыми слабыми способностями, очистить гнездо приведений в одиночку было не шуточным делом, но на третьем проходе он понял, что, если не сделать этого к концу дня, произойдет неприятная цепная реакция событий, кульминацией которой станет Джентри, уничтожающий мир почти на пять лет раньше, чем обычно. Так что, если он хотел получить какой-либо шанс в погоне за некоторыми из своих упущенных возможностей в Шри-Ланке и Бутане (через шестнадцать и восемнадцать лет соответственно), нужно было это сделать. Стоя возле заброшенного склада, он хотел бы, чтобы кто-нибудь прикрыл его спину — во время своего первого прохода по временной шкале он совершенно случайно наткнулся на это с коллегой по имени Винни, когда дурачился. Его шаткое колдовство помогло пройти через это скорее благодаря удаче, чем чему-либо другому; Неделю спустя Винни начал появляться на пакетах с молоком.

Идеальным вариантом были бы талисманы — великолепны против духов любых мастей, — но для них требовались либо насыщенные чернила (которые он не мог достать), либо жемчужная сверхдуша (которую он не смог бы проявить еще лет десять). Он собирался пойти трудным путем. Выхватив крепкий кусок арматуры из кучи хлама, он пробормотал слова для своей самой мощной материализации, железный прут изогнулся, вспыхнул, превратившись в сияющий белый длинный меч. Этот трюк — трансформация физического объекта с помощью выражения первичной концепции — был технически недосягаем для магии уровня смертных, но мастерство Платонических форм позволяло ему пользоваться им в течение недолгого времени даже на его нынешнем уровне. Если повезёт, эффект будет сохраняться еще на протяжении 3-х минут. Ему наверняка не повезет.

Пробравшись через дверь, он решил покончить с этим поскорее.

– Эй, тупые мертвецы! – прокричал он в темноту. – Ваши члены сгнили и отвалились, пока вы не видели!

Отголоски его оскорблений быстро стихли, сменившись гнетущей тишиной, пронизанной правдоподобно опровергающими скрипами и шумами ветра. Он закрыл глаза и повернулся спиной к внутренней части здания — приведения любили атаковать из укрытия. Но его зрение за пределами видимости, которое имело такое же отношение к его глазам, как четверг к скандинавскому богу грома, тем не менее предупредило его. С его уровнем это было похоже на чувство опасности из комиксов, а не на реальную способность восприятия — он не мог различать ауры, которые по правду упускал, и невозможно было пассивно ощущать якоря предсказания, это означало, что нужно было какое-то время культивировать в себе здоровую паранойю. Но он все еще мог почувствовать, как призрак появляется позади, тянется к его горлу, и у него остается как раз достаточно времени, чтобы среагировать. Он развернулся, уклоняясь от хватки нежити, и пронзил ка существа проведя клинком вверх, туда, где должен был быть живот человека (иногда у приведений были сердца, но, в основном, они были просто декоративными). Для подавляющего большинства жертв приведений было сложно убить — у них были физические тела, поэтому они могли ранить или убить гораздо легче, чем бестелесная нежить, такая как полтергейсты, но они также были духовными существами. Это означало, что они могли игнорировать большинство физических ран, даже такие как расчленение или обезглавливание. Но зачарованное оружие било прямо по их духовной связи, что могло разорвать ее, а этот парень упал, как мешок с картошкой, почти моментально. Минус один, осталось еще три.

Из темноты выскочили еще два приведения, пытаясь застать его врасплох, но он был готов. Он отступил назад, готовясь к горизонтальному взмаху, который удерживал их на расстоянии, набрасывая свободной рукой серию быстрых жестов, чтобы сформировать изгоняющий знак. Без физической структуры это не продлится дольше нескольких мгновений, но этого будет достаточно, чтобы ошеломить приведений.

Внезапно позади раздался крик. Удивившись, он резко повернул свою голову — здесь не должно было быть никого другого! Печать растворилась, как мокрая папиросная бумага, еще до того, как успела подействовать, и приведения мгновенно воспользовались брешью в обороне. Одно яростно вцепился ему когтями в лицо, заставив его в шоке дернуться назад, в то время как другое схватило его лодыжку и впилось зубами в бедро. Ортону не удалось удержаться от крика, но он держал губы сжатыми, так что это больше походило на стон.

Борясь с болью, он свободной рукой схватил склизкий череп приведения, а другой перехватил рукоять меча и вонзил его в спину твари. Он не был уверен, что попадет в его жизненное ядро ударом наугад, но даже если и промахнется по его духовному ядру, живая аура оружия вызовет отвращение и остановит приведение хотя бы на несколько ударов сердца. Призрак жалобно взвыл и отпустил его, разинув окровавленную пасть, когда он отшатнулся назад и повернулся, прихрамывая, чтобы бежать на звук крика. Другое приведение бросилось в погоню, оставив оглушенного позади, когда он нырнул через дверной проем в соседнюю комнату.

Вглядываясь в темноту и рыча, Ортон, наконец, сумел разглядеть скорчившуюся и дрожащую фигуру Джули, пытающейся отбиться от четвертого приведения сломанной доской. Он подкрался сзади и ударил его в живот, когда тот повернулся к нему лицом, отбросив его, но меч внезапно дрогнул и снова превратился в кусок арматуры в его руках. Точно не повезло.

Когда два других призрака бросились к ним, он отбросил арматуру в сторону.

– Подумала, что было бы неплохо последовать за мной, да? – пробормотал он сквозь губы. Всё шло не очень хорошо. Джули вцепилась ему в плечо, но он не мог рассчитывать на то, что она сделает что-нибудь полезное - на данный момент она была девочкой-подростком с колдовскими способностями мертвого хомяка. Он мог бы попытаться снова оглушить приведений, но магическая сила была уже на исходе, и это замедлило бы их только на пару мгновений. К счастью, он уже делал это однажды, так что был почти уверен, что это сработает. Скорее всего.

Обмакнув кончики пальцев в кровь, сочащуюся из раны на бедре, он осторожно нарисовал круг на бетоне так быстро и точно, как только мог, отчаянно пытаясь сохранить концентрацию, пока призраки сокращали дистанцию. Он нарисовал треугольник внутри круга, затем начал наносить четыре руны, необходимые для завершения символа. Джули что-то кричала ему на ухо, но он не слушал. Приведения протянули костлявые пальцы, их хищные рты находились в нескольких дюймах от его лица. Как раз тогда, когда коготь ближайшего призрака впился ему в щеку, он завершил круг.

Символы вспыхнули ярким белым светом, когда он вложил каждый эрг своей оставшейся силы в переплет. Взрыв небесной силы вырвался наружу, превратив обоих призраков в пепел, и Ортон, тяжело дыша, упал на спину. По крайней мере, на этот раз он не намочил штаны.

– Что… что это были за твари?! – взвизгнула Джули. Ее куртка превратилась в лохмотья и, кажется, она где-то потеряла свой ботинок.

– Приведения, – простонал Ортон, зажимая рану на бедре и изо всех сил стараясь не потерять сознание. – По сути, призраки гоняют зомби по округе. Неприятные твари.

Нужно было убираться отсюда - он не сможет провести обряд регрессии, пока у него нет его силы через пять лет, и нужно было бы сделать много приготовлений. Умереть до того, как он смог организовать проход к следующей петле, было самой большой опасностью прямо сейчас.

– Господи Иисусе, – выдохнула Джули, пытаясь отдышаться. – Ты все время сражаешься с подобными монстрами?

– Нет, если я могу это предотвратить, – пробормотал Ортон и отключился.

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

Переводчик: Wrocks.

Редактор: Mitsuo

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ