Деревянный меч с треском покатился по доскам пола.

Я мог лишь с непониманием смотреть на пустые руки.

— Достаточно.

Голос, объявивший об окончаниии поединка, раздавался будто бы издалека. Я должен был победить. На кону стояло абсолютно все, чего я добился за последние тринадцать лет. И несмотря на все мои усилия, я все равно проиграл с позором. Мой противник одним ударом выбил деревянный меч из моих рук.

Это должно было быть моим испытанием, мой обряд посвящения. Мальчики считаются детьми пока не достигнут тринадцати лет и не пройдут тест, который должен преодолеть любой, кто мечтает о том, чтобы научиться стилю Иллюзорного Клинка.

Мне нужно было победить Воина Драконьего Клыка, скелета, созданного магией, но несмотря ни на что, это был далеко не слабый противник. На самом деле, даже солдаты Империи не смогут его легко победить. В обычной же ситуации никто в здравом уме не будет ожидать от молодых мальчиков и девочек, только ставших подростками, одолеть такое существо. В этом месте никто не видел в происходящем ничего необычного. Любой человек, тренированный в стиле Иллюзорного Клинка должен легко победить такого оппонента. В действительности, все семеро моих ровесников уже закончили свои поединки, и только я не смог ничего сделать.

Я без слов опустил взгляд, когда откуда-то сверху раздался голос моего отца, гордый и холодный, как лед.

— Сора.

— С-слушаю, отец, — ответил я.

— Три сотни лет назад. История благородного клана Мицуруги началась, когда первый Мастер Меча запечатал Владыку Демонов. С того момента наш клан посвятил себя созданию и овладению стилем Иллюзорного Клинка, стилю, уничтожающему любое зло. Будь то драконы, великаны или духи, чудовища по силе сравнимые с природными катаклизмами, все они пали под нашим клинком. Мы защищаем мир ото зла, просачивающегося через Демонические Врата. Мы стоим на страже нашего мира. Ты ведь помнишь это, да?

— Т-так точно, сэр! Я помню!

— Любой член клана Мицуруги несет священный долг унаследовать клинок своих предшественников и, когда настанет время, передать его следующему поколению. Любой, кто не сможет этого сделать не имеет права быть частью нашего клана.

— Отец...

— Ты провалил свое испытание. Соответственно, ты недостоин стиля Иллюзорного Клинка. Тот, кто не может даже овладеть мечом, не достоин права унаследовать клан Мицуруги. С этого дня ты больше не принадлежишь к моей крови, и тебе запрещено носить имя Мицуруги.Собери к вечеру свои вещи, и чтобы к завтрашнему дню тебя не было на острове. Нам не нужны слабаки.

По его равнодушному тону было трудно представить, что он только что отрекся от собственного сына. На лице Сикибу Мицуруги, семнадцатого Мастера Меча, не было ни следа сомнения или сожаления. Он смотрел на меня, будто я был просто камнем на обочине. В его глазах люди, не имеющие таланта во владении мечом, не имели совершенно никакого значения. И даже его собственный сын не был исключением, ведь он сам посвятил всю свою жизнь мечу.

Конечно, я уже давно об этом знал. Сколько я его помнил, он всегда на меня так смотрел. Он позволил мне остаться в клане, надеясь, что даже такой дубоголовый, бесталанный сын, как я, в конце концов покажет хоть толику таланта. И я трудился изо всех сил, чтобы показать ему, что я на что-то способен. Хотел, чтобы он хоть немного меня признал... Но в результате все было напрасно. Не было смысла рыдать, кричать и устраивать скандал, я уже знал, что это бесполезно. Он не изменит своего решения.

Более того, мой отец был такой не один. Все остальные его ученики, включая его любимых студентов, сидели по бокам от него и смотрели на меня, некоторые с равнодушием, некоторые с сожалением, а некоторые с насмешкой.

Как и сказал отец, первый Мастер Меча давным-давно запечатал злого Владыку Демонов. Но даже в таком состоянии, его проклятье продолжало сочиться через Демонические Врата, вторгаясь в наш мир даже по сей день. Особенно это заметно на этом острове. Из-за влияния Врат тут появляется больше привидений и магических зверей, чем на всем континенте вместе взятом.

Наш остров называется Онигасима и здесь, слабость — это грех. По мнению местного населения, любой, кто не способен защитить себя и будет только мешать остальным не имеет права тут находиться.

Я сбежал из додзё¹ в слезах и вернулся в свою комнату, чтобы собрать вещи. Когда на горизонте показалось восходящее солнце, я уже выходил из дома, точнее меня выгнали.

Примечание:

1. Додзё (яп. 道場, «место, где ищут путь») — место для тренировок, соревнований и аттестаций в японских боевых искусствах. К ним относятся айкидо, дзюдо, дзюдзюцу, кэндо, карате и другие. Тренировочные залы бывают как общие, которые можно посетить не ученику, так и частные, доступ в которые случайным посетителям закрыт.

— Теперь это моя комната, так что технически, ты находишься тут незаконно. И предупреждая твой вопрос, ты верно все понимаешь, теперь я — наследник клана Мицуруги, что автоматически делает эту комнату моей, — таков был указ отца.

Передо мной с усмешкой стоял мой младший брат, Рагна Мицуруги. Несмотря на наше родство, его волосы были светло-золотые, в то время как у меня — черные. Как можно было понять по нашим внешним различиям, Рагна был сыном от другой матери. Ему тоже было тринадцать, и что самое ироничное, мы даже родились в один день. Но на этом все наши сходства заканчивались. Среди нас двоих, несомненно, именно Рагна унаследовал отцовский навык с клинком также, как и его телосложение и интеллект. К тому же его матерью была дочь одной из ведущих аристократических семей Империи, так что в каком-то смысле даже его родословная была лучше моей.

Но несмотря на все это, я все еще являлся наследником клана Мицуруги до этого момента потому что я был единственным сыном Сикибу Мицуруги с его законной женой. И Рагна не видел в этом ничего веселого, о чем он мне напоминал при каждой, без исключения, встрече. Его взгляд всегда был полон ненависти и презрения.

— Хмпф, наконец то я свободен от позора того, что у меня такой бесталанный старший брат. Тебе повезло родиться от отца, ты снова и снова позорил имя Мицуруги своей некомпетентностью. Чтоб я тебя больше не видел. И не переживай, я исполню твой долг вместо тебя и буду достойным мужем для твоей невесты Аяки.

— Рагна... Ах ты, мелкий…

— Ха-ха, по твоим глазам вижу, что ты хочешь меня ударить. Давай же, бей изо всех сил. Но не думай, что я оставлю удар без ответа. Ты не смог победить даже Воина Драконьего Клыка, неужели ты думаешь, что сможешь одолеть меня? Синсо Рейки!

В его руках сразу появился величественный двуручный меч, сияющий золотым светом. Сколько раз я уже видел это сияние? Сколько раз оно служило очередным доказательством моей убогости?

Этот меч ощущался, как будто точная копия Рагны. Глубоко внутри каждого человека есть второе «я», называемое анимой. Чтобы овладеть стилем Иллюзорного Клинка, необходимо полностью овладеть и воплотить это второе «я». Этот процесс называется «Синсо». Рагна смог освоить этот навык почти моментально после того, как ему исполнилось тринадцать.

Такая ситуация была не только с Рагной. Но даже моя невеста, Аяка, тоже овладела этим навыком, как и все остальные пятеро учеников моего отца. Наше поколение должно было быть самым успешным для стиля Иллюзорного Клинка, нас даже называли «Золотое поколение». Талантливые люди притягивают других талантливых людей. И при столкновении, их талант лишь оттачивается. Жители острова возложили на нас все свои надежды, на всех кроме меня.

— Хмпф, только посмотрите, у тебя уже дрожат ноги, а я еще ничего не сделал. Ну да ладно, если я сделаю что-то еще, то это уже будет издевательством. Все-таки Иллюзорный Клинок должен служить для защиты людей и уничтожения зла. И как наследник клана Мицуруги я должен быть добр к слабым. Так что вот тебе прощальный подарок.

Рагна бросил на пол три золотых монеты. Этого было достаточно на три месяца комфортной жизни.

— Давай же, подними их. Или не поднимай... Все-таки у тебя должны быть хоть какие-то остатки гордости. Так что не думаю, что ты примешь такую подачку у меня на глазах. Я оставлю тебя одного, чтобы ты мог с чистой совестью подобрать монеты с земли, как нищеброд... дорогой братец. Ха-ха-ха!

Рагна со смехом удалился и я мог лишь бессильно, с ненавистью смотреть ему в спину. Тем временем золотые монеты тускло сверкали в лучах восходящего солнца.

После того, как Рагна окончательно скрылся из виду, я поплелся к могиле матери. Монеты, конечно же, остались лежать там, где упали. Как бы меня не коробило это признавать, но Рагна был прав, я слишком горд, чтобы принимать подачки. Однако, даже не дойдя до могилы, я уже начал сожалеть о своем поступке. Действительно, как же я жалок.

Неожиданно меня кто-то позвал.

— Сора.

Этот голос был как дуновение прохладного ветра в поле. Услышав его, все мои проблемы словно испарились. Когда я посмотрел на говорящего, то увидел молодую девушку, ее черные волосы слегка колыхались на ветру. Она уже стояла перед могилой моей матери. Это была Аяка Азурит — моя невеста.

— А, ты уже пришла, Аяка?

— Да, мне просто нужно было принести свои извинения леди Сидзуе.

— Принести извинения моей матери, за что?”

— По ее просьбе я пообещала ей, что буду твоей силой, но в конце концов, я ничего не смогла для тебя сделать. Так что мне нужно перед ней извиниться.

Я увидел грусть в ее глазах. Аяке тоже исполнилось тринадцать лет, и она должна была стать моей женой. Она настолько же хорошо обращалась с мечом, как и Рагна. Однако в отличие от него она не вела себя высокомерно по отношению к другим. Я уже сбился со счета сколько раз она мне помогла. Когда настало время для учеников участвовать в тренировочных дуэлях, она старалась как можно чаще быть моим противником. Иногда она помогала мне тренироваться до поздна или вытаскивала в город во время выходных. Она всегда говорила, что смена обстановки пойдет мне на пользу.

С годами Аяка стала лишь сильнее, взрослее и красивее. Все, без исключения, завидовали нашей помолвке. На самом деле были даже те, кто, как Рагна, подкатывали к ней даже несмотря на это.

Аяка не удостаивала их даже ответом и просто продолжала сопровождать меня с улыбкой на лице. Зачастую мне приходилось сдерживать себя, чтобы не закричать от радости о том, что такая девушка станет моей женой. На самом деле одной из причин почему я так хотел стать сильнее было мое желание стать мужчиной, чтобы было не стыдно стоять с ней рядом. И даже когда отец объявил о моем изгнании, глубоко в душе оставалась крошечная надежда, что она пойдет со мной.

Но потом Аяка испустила тяжелый вздох, и последняя искра надежды потухла.

— Аяка?

— Я так сильно старалась ради леди Сидзуи, но, видимо, все было напрасно. Если Лорд Мицуруги собирался тебя изгнать, то он мог бы сделать это пораньше. Тогда мне не пришлось бы тратить столько времени впустую.

— Для тебя... наше время вместе — это время, проведенное впустую?

— Скажи мне, Сора, ты ведь думал о том, что я возможно пойду с тобой, да?

— А? Н-нет, ну, точнее...

— Судя по твоей реакции, тебе действительно это приходило в голову. Хе-хе, я никогда этого не сделаю.”

Она сказала, как отрезала, уничтожая последние остатки моих надежд.

— Моя судьба – выйти замуж за наследника клана Мицуруги. Теперь, когда тебя изгнали, ты больше им не являешься. Ты приложил много усилий в прошедшие годы и мне это даже нравилось в какой-то мере, но это не отменяет того факта, что я не заинтересована в тебе.

— Что?!

— Я знаю, что мои слова могут показаться жестокими, но лучше ты будешь знать горькую правду, чем хранить пустую надежду о том, что я продолжу помогать тебе. Кроме того, это могло навести тебя на мысль, что ты можешь надеяться на помощь моей семьи на континенте, но это не так. Я просто хочу расставить все точки над «И».

— П-подожди-ка, Аяка...

— Сора, я чувствовала к тебе все это время не любовь, а жалость... И после того, как тебя изгнали, пожалуй, еще и разочарование. Прости, но я никогда не смогу полюбить мужчину, который не может даже победить меня в бою.

Я уставился на нее в изумлении.

— Я не знаю, что ты собираешься делать дальше. Ты жалок, так что возможно, присоединишься к авантюристам или вступишь в армию, чтобы доказать клану, что они не правы в надежде на отмену указа об изгнании. На твоем месте, я бы окончательно отказалась от меча. Лорд Мицуруги не возьмет свои слова назад и, что более важно, ты совершенно безнадежен, как мечник. Ты не смог нанести ни одного удара по Воину Драконьего Клыка. Так что мой тебе совет, оставь свой меч и веди мирную жизнь где-нибудь в другом месте. Я уверена, что леди Сидзуя все поймет.

Аяка посмотрела на меня с жалостью и, попрощавшись последний раз, ушла. За все время она ни разу не поколебалась и даже не обернулась напоследок.

Прошло некоторое время и вот я уже стоял на верфи². Меня обдувало морским бризом, а в руках был билет в один конец на лодку до континента. Весь путь от могилы до сюда был как в тумане, я даже не помнил, как купил билет.

Примечание:

2. Верфь (от нидерл. werf) — место постройки или ремонта судов или предприятие для постройки или ремонта судов. В современном языке верфью могут называть судостроительный или судоремонтный завод. 

Расположение: верфь, как правило, располагают на берегу океана, моря, реки или озера в больших портовых городах, а также в местах постоянной стоянки военного флота. Иногда ограждают молами или волноломами для защиты от волнения моря. 

Передо мной стояли брат и сестра. У них были грустные лица. Брата звали Годзу Сиима и он был одним из моих учителей с детства. По нему сразу можно было понять, что он стойкий воин. Особенно по медвежьему телосложению и прямоугольному лицу. Его сестру звали Сесиль Сиима и она тоже всегда меня баловала, когда я был маленький. Я до сих пор отчетливо помню, как я ходил за ней и звал ее: «Сестренка, сестренка!». Она стала для меня, как мать, особенно после того, как моя родная мать ушла на покой.

В моем сердце вновь заискрилась надежда. Пусть Аяка и не желала идти со мной, близнецы уж точно останутся рядом. Я посмотрел на них с мольбой во взгляде, но моя надежда вновь была похоронена, когда я услышал их слова.

— Мягко говоря, ты нас разочаровал во время испытания. Видимо у меня не получилось раскрыть твой потенциал, молодой господи... Нет, просто Сора. Мне действительно жаль, но я надеюсь, что ты сможешь найти подходящего ментора³ на континенте. Хм? Ты хочешь спросить, что я собираюсь делать дальше? Я служу Лорду Мицуруги, так что естественно продолжу следовать его указам. Можешь не беспокоиться обо мне. Лучше, в первую очередь, позаботься о себе. Живи долго и счастливо.

Примечание:

3. Ментор (от англ. mentor) — опытный специалист, который делится своими знаниями, навыками и опытом с менее опытным человеком, помогая ему развиваться профессионально или личностно. 

— Вот, я приготовила тебе немного еды, чтобы у тебя было что поесть по дороге на континент. И можешь не беспокоиться, я буду приглядывать за могилой леди Сидзуи. Что же касается моих планов дальше? Н-ну... я не хотела говорить тебе об этом раньше, но Лорд Мицуруги предложил мне стать одной из его любовниц, и я думаю согласиться...

Воин, который был для меня, как старший брат просто пожелал мне здоровья и удачи в моих начинаниях, а девушка, которая была как старшая сестра, краснея, сказала, что собирается стать любовницей моего отца. Никто из них даже не задумался о том, чтобы пойти со мной.

Так, под взглядом близнецов, я поднялся на борт лодки, которая унесет меня с острова Онигасима. Они махнули мне пару-тройку раз и направились к выходу с верфи, будто, между нами, ничего и не было.

Я мог лишь смотреть им вслед сжимая до дрожи кулаки. Может быть, я был не прав в том, что их поступок был жестоким. Особенно учитывая то, что меня лишили позиции наследника клана. Может быть, мне нужно было радоваться, что они вообще решили меня проводить, ведь никто больше этого не сделал. Но даже пытаясь изо всех сил оправдать их, мои руки не переставали дрожать... Также не переставали и литься слезы из моих глаз.

«Однажды, я вернусь сюда.»

Я дал себе слово. Когда я буду достаточно силен, я вернусь. Я продолжал повторять это, как мантру⁴.

Примечание:

4. Мантра — набор звуков, слогов или слов на санскрите, которые, по мнению практикующих, имеют резонансное, психологическое и духовное воздействия. Слово происходит от санскрита: «ман» означает «ум», «тра» — «защита, трансформация». 

Я обещаю это близнецам, которые просто развернулись и ушли.

Я обещаю это своему младшему брату, который выгнал меня из собственного дома.

Я обещаю это своей невесте, которая объявила о нашем расставании.

И больше всего я обещаю это моему отцу, который даже не попрощался с собственным сыном.

Я продолжал повторять про себя эти слова.

* * *

* * *