“Чудовищное преступление: отрубить жертве голову и украсить её лентой.”

“Трое погибших.”

«Это безумие».

“Был объявлен розыск. Лицо подозреваемого отчетливо зафиксировали камеры видеонаблюдения.”

«Это не лицо Джона Косака…»

Он был ассасином, так что, скорее всего, просто замаскировался. Или это был совсем другой человек… Возможно, просто совпадение. Но шансы на то, что существуют два серийных убийцы, которые повязывают ленты на отрубленные головы, были крайне малы.

«Я что, призвал демона? Раз он призрак, может, он злой дух или вроде того?»

Посмотрев утренние новости, Бон Джу Хёк зашел в интернет. Дело об убийствах в «Смайл Кэш». Однако реакция общественности на инцидент оказалась неожиданной. Комментарии в сообществах были забиты сообщениями в духе «получили по заслугам».

Джу Хёк тяжело вздохнул и выключил ноутбук.

«Разве там не было сказано про абсолютное подчинение?»

Он никогда не давал приказа убивать. Он просто велел ему смотреть телевизор, и всё. Так почему же?

Джу Хёк вызвал окно статуса и проверил запись в каталоге.

Призыв был возможен. Стоило ли вызвать его и спросить напрямую?

«Ты правда убил тех людей? Если да, то почему?»

Но…

«Мне страшно».

Что, если он представит угрозу для него, своего Призывателя?

«…Нет. Не думаю, что он так поступит.»

Возможно, это был акт защиты. Он принял решение.

«Нужно его вызвать.»

— Именной призыв, Джон Косак!

В тот же миг раздался системный звук. Перед глазами Джу Хёка появилось голографическое изображение. На нем красовались пять монохромных звезд.

«А! Так вот зачем в каталоге был раздел для оценки».

Звездный рейтинг. Он чувствовал, что должен что-то поставить, но сколько баллов дать? Джу Хёк был из тех людей, которые всегда ставят 5 звезд, если есть возможность что-то оценить. Его мать работала координатором по аренде очистителей воды, так что он прекрасно знал, как больно получать низкие оценки.

Но он не мог поставить 5 звезд подозреваемому в убийстве. Тогда…

*Топ!*

Двусмысленные 3 звезды — и ни туда, и ни сюда. У него были претензии, но поставить 1 звезду рука не поднялась. Типичная оценка от обычного парня.

Мгновенно раздался свист, и в облаке дыма появился Ассасин.

— Моя верность вам бесконечна! Рад снова видеть вас! Спасибо за 3 звезды! Я буду стараться еще сильнее.

— …Ага.

Невинное, жизнерадостное выражение лица. Неужели этот человек действительно убил троих людей?

«Да ни за что! Невозможно!»

— Я вызвал тебя, потому что хочу кое-о-чем спросить.

— Слушаю, сэр! В чём угодно!

— Те люди, что приходили к нам вчера… Это вы, господин Косак, убили их?

— Верно. Я разобрался с ними прошлой ночью. Прямо перед тем, как произошел обратный призыв.

— …

«А-а-а! Значит, это всё-таки он.»

Он стоял лицом к лицу с убийцей. Волоски на теле Джу Хёка встали дыбом. Нужно было проявить храбрость.

*Глоть.*

Он с трудом сглотнул, боясь икнуть от страха.

— К-как? Вы же даже не знали, где их офис.

— Я наложил на них Метку преследования, когда они ворвались в дом Призывателя Бона. Я знаю, где они все находятся.

«Метка преследования? Должно быть, какой-то навык.»

— Зачем… зачем вы это сделали? Зачем заходить так далеко?

— Потому что они представляли угрозу. Лучше разобраться с ними заранее.

— Хм, но я не давал такого приказа.

— Это… это из-за 3-го Принципа.

Три принципа?

Принцип 1: Жизнь Призывателя в приоритете.

Принцип 2: Абсолютное повиновение приказам.

А принцип 3 гласил…

«— Когда Пункт 1 и Пункт 2 вступают в конфликт, Пункт 1 считается высшей ценностью».

В этом суть 3-го принципа.

— А!

Теперь он понял смысл. Например, если бы он приказал Косаку убить его самого, тот бы не подчинился. Потому что Пункт 1 имеет преимущество.

— Но явной угрозы не было. Разве это не было твоим личным произволом?

— Верно. Однако Пункт 3 можно широко трактовать. Если бы я оставил этих подонков в живых, они бы точно когда-нибудь угрожали жизни Призывателя.

— …

Это безумие. Предположение, что нелегальные коллекторы могут его убить. Ассасин, видимо, решил: раз он не может защищать хозяина, пока не призван, то убить их заранее — лучший вариант.

— Вау! Вы действительно сумасшедший… Ой! Простите.

— Ничего страшного. Я часто это слышу.

Внезапные действия, основанные на личных суждениях. Ситуация была неоднозначной. Как к этому относиться?

«…Я не должен быть благодарен за это, это невероятно опасно».

Он был практически бомбой замедленного действия. Его может быть трудно контролировать.

Например, идет Джу Хёк по людной улице с Джоном Косаком. Если случайно какой-нибудь гопник заденет Джу Хёка плечом… Тот скажет что-то вроде: «Жить надоело? Я тебе глаза выколю!». И тогда Джон Косак воспримет это как угрозу жизни хозяина. Как итог — еще одна отрубленная голова с бантиком.

Этого нельзя допустить. Он не знал, будет ли призывать этого человека в будущем.

— Это убийство было не ради меня. Из-за этого я могу попасть в трудную ситуацию.

— …Э-э, никто не узнает.

Тем не менее, видя, как Джу Хёк хмурится, Джон Косак тихо опустился на одно колено.

— Я был не прав.

— …Не надо вставать на колени.

— Слушаюсь, сэр!

— Ты ведь больше так не сделаешь, верно?

— Н-не могу гарантировать.

Его бегающие глаза не внушали доверия. Но, по крайней мере, казалось, что он не лжет.

— Если моей жизни не будет угрожать реальная опасность, не смей действовать на основе догадок и убивать людей…

— Хорошо! Я буду тщательно оценивать ситуацию.

Ответ был бодрым.

— Ладно. Можешь возвращаться.

— Н-но… разве вы не собираетесь в Башню?

Покорение Башни. Раз уж зашла речь, стоило быть честным. Это было неловко, но…

— Я еще не решил… Понимаешь, я трус. Мне страшно. И я не хочу умирать.

— Ага! Я понимаю. По моему опыту, Призыватели, которые вызывают нас, и должны быть такими.

«А? Призыватели должны быть трусами?»

«И что значит по моему опыту?»

— У тебя были другие Призыватели? Такие же, как я, кто вызывал вас, господин Косак?

— Были.

«Были? Значит, есть еще такие же люди, как я?»

— …Люди с этой же Земли?

— Нет. Миры, похожие на земную цивилизацию, но другие. Таких миров довольно много.

— Хм.

Миры, похожие на Землю… Параллельные вселенные?

— Значит, люди оттуда тоже могут тебя призвать.

— Не могут.

— Почему?

Джон Косак ответил со сдавленным, полным сожаления выражением лица:

— Они скончались.

— Ох…

— Тот мир тоже был разрушен.

Атмосфера стала торжественной.

— Они были по-настоящему храбрыми.

— Понимаю.

— Они неслись впереди меня, чтобы охотиться на монстров . Они были очень сильными Призывателями.

— Ты, должно быть, скучаешь по ним.

— Не знаю. Я уже даже не помню.

Джу Хёк почувствовал себя странно. Легкое чувство унижения, лицо покраснело от стыда. Тот Призыватель был храбрым, почему же он такой трус?

— Я кажусь тебе жалким в сравнении с ними?

— А?

— Потому что я трус, который боится войти в Башню.

Джон Косак в ужасе замахал руками.

— Нет, сэр! Абсолютно нет! Напротив, это хорошо. Мне это очень нравится!

— …Чего?

«О чем это он?»

— Призыватели должны быть такими. Храбрость — это яд. Трусость — величайшая добродетель.

— Э-э…

— Храбрый Призыватель опасен. Никогда не знаешь, когда он умрет. А если он умрет, мы тоже не сможем выйти, понимаете?

«Так вот в чем связь.»

— Призыватель Бон, пожалуйста, продолжайте действовать осторожно и живите долго-долго. Всю грязную работу я возьму на себя.

— Да, ну… конечно.

Это было просто. Даже если бы он просил об обратном, Джу Хёк, скорее всего, так бы и делал.

— В любом случае, я подумаю о Башне.

— Не торопитесь с решением. Все в порядке, даже если вы не пойдете.

— Тогда на сегодня всё…

— Слушаюсь, сэр! Пожалуйста, вызовите меня снова!

Джу Хёк использовал навык Отмена призыва.

*Пуф!* Джон Косак исчез.

«Ушел».

В голове была пустота. События вчерашнего и сегодняшнего дня были слишком ошеломляющими. Теперь пора вернуться к повседневной жизни. Пора на работу.

Джу Хёк работал на двух подработках. Днем — в круглосуточном магазине, вечером — в мясном ресторане. Денег требовалось много. Реабилитация отца была далека от завершения, а мать работала координатором. Ему нужно было вносить свой вклад в семейный бюджет. Работать на двух подработках было выгоднее, чем на одной полноценной ставке.

Заработанные деньги он отправлял домой, немного откладывал и гасил долги.

«…А мне вообще нужно теперь платить долги?»

«Ну, людей, которые их собирали, больше нет.»

Он опаздывал. Нужно было поторапливаться.

Круглосуточный магазин, где работал Джу Хёк.

Даже во время дневной смены он никак не мог сосредоточиться.

Пробуждённые составляют 0,01% населения. И Игрок с Чертой Призыва. Какой бы хорошей ни была эта Черта, она явно была опасной. Разве призыв — это так просто?

«Лучше этим не заниматься».

Но Джу Хёк тоже был молодым человеком. В нем зародилось желание бросить вызов самому себе хотя бы раз.

«Черт! Почему я не могу этого сделать?»

К тому же, туманное будущее. Он не мог всю жизнь работать на подработках. Сделать это или нет? Его штормило из стороны в сторону. Особая черта обычного парня — нерешительность.

Если так пойдет и дальше, его Пробуждение может быть аннулировано. Если покорение Башни не начнется в течение 3 месяцев после Пробуждения, статус Игрока теряется. Существующие Игроки также теряют его, если перестают работать.

«Жалко будет, если статус просто сгорит…»

С одной стороны, если ничего не произойдет — это тоже нормально.

«Может, мне хотя бы посмотреть, как там всё устроено?»

Когда ты становишься Игроком, государство оказывает полную поддержку: юридические консультации, защита личности, выкуп наград из Башни по высоким ценам. Раньше Игроки скрывали свою сущность, но сейчас многие открыто заявляли о себе. Почти как знаменитости. Некоторые даже входили в Башню с камерами, чтобы транслировать прохождение.

Если поискать, можно найти несколько таких видео.

«Есть ли видео прохождения Игроков с чертой Призыва?»

Он нашёл видео, снятое Игроком с чертой призыва Големов.

«…Ого!»

Толпы монстров. Игрок-призыватель делает жест в их сторону.

*Бум! Бум! Бум!*

Голем высотой около 3 метров буквально разрывал монстров на части. Их немного теснили из-за численного превосходства, но черта была куда более имбовой, чем он думал. Призыватель вообще ничего не делал. Выглядело выполнимым.

«Может, попробовать?»

Но под видео были комментарии:

Игроков, которые не поднимались выше определенного уровня, было немало. Это было естественно — с каждым этажом становилось всё труднее. Если бы это было просто трудно — полбеды. Но одна ошибка — и ты труп. Поэтому они оставались на легких этажах и просто собирали награды.

«Он — человек моего склада».

Напротив, это было хорошо. Что плохого в том, чтобы доить легкие этажи? Это меняло дело. В уголке сердца Джу Хёка начала тихо расцветать мысль: «Может, всё-таки попробовать?»