Примерно через неделю Эдгар прибыл в Шотландию.

Стоило молодой невесте услышать шум экипажа перед домом, как она бросилась к окну, задержалась на мгновение и тут же ветром пронеслась по лестнице. Хлопнула дверь – и вот она во дворе. Эдгар стоял у калитки, смотрел на неё и улыбался, протягивая руки.

“Что делать? Должна ли я обнять его?” – шаги девушки замедлились. Да, объятья – естественное поведение для возлюбленных, но проявления близости по-прежнему смущали невинное сердце.

Давно привыкнув к застенчивости возлюбленной, граф сам шагнул к ней и обнял.

– Как я и надеялся, ты вышла мне навстречу.

Лидия не сдержала вздох облегчения. Ей не удавалось вести себя раскованно и естественно, но, к счастью, любимый не винил её за это. Порой девушка даже радовалась тому, что полюбила бесстыдного мерзавца.

– Лидия, я так скучал.

– Да, я…

– Ты тоже? Тоже скучала по мне? Насколько сильно?

– Эм, ну…

– Думала обо мне несколько раз на дню? – даже не думал прерываться шутник. – Каждый вечер желала: “Спокойной ночи”, – устремляя взгляд к Лондону? Я являлся к тебе во снах?

Только радость была мимолётна, как прикосновение бабочки. В следующее мгновение авторитетный граф оказывался рядом и окутывал её сотнями слащавых комплиментов и настойчивых прикосновений.

– Насмотреться не могу, – с улыбкой произнёс мужчина, ласково обхватывая лицо любимой ладонями. – Мы расстались всего неделю назад, но ты стала ещё краше.

Пепельно-лиловые глаза оказались близко-близко, заставив губы растянуться в счастливой улыбке.

– Глупости. Я совсем не изменилась.

– Нет, изменилась. Если ты не становишься краше день ото дня, значит, я недостаточно хороший жених.

– Ух, вы такие милые, – сказали из-за спины, и девушка, испугавшись, отпрянула от любимого.

Прервавший воркование парочки Брайн весело рассмеялся. Радость от воссоединения имела и побочный эффект: Лидия совсем забыла о госте с другой стороны.

– Эм, Эдгар, это…

– Ты – граф Эшенберт? Значит, ты – жених Лидии. Я представлял её будущего мужа совсем другим. Ты уверен, что хочешь на ней жениться?

– Конечно. Кто вы? – в голосе графа зазвучали угрожающие нотки.

– О, я Брайн, старший брат Лидии.

– Старший брат?.. Впервые слышу, – Эдгар перевёл на невесту растерянный взгляд, ожидая объяснений.

– Эм, Брайн…

– Пожалуйста, зови меня братиком. Я ведь уже просил, да?

– Лидия, что происходит?

– Эм, он...

– Ага. Если коротко, то я стал её законным братом. Приятно познакомиться, Эдгар, – с непосредственной фамильярностью перебил её фейри, протягивая руку. Граф демонстративно убрал руки за спину, отказываясь от рукопожатия, но фир-хлис расстроенно пожал плечами.

– Может, ты и дворянин, но не стоит смотреть свысока на родню невесты.

– С удовольствием пожму вам руку. Если вы действительно родственник моей невесты.

– Эдгар! Наверное, ты устал с дороги. Почему бы нам не пройти в дом? – девушка быстро схватила любимого за локоть, оттягивая его от неразумного парня. Впрочем, её снова отвлекли:

– Мисс, печенье подгорело! – крикнула экономка из окна.

– О нет! Я совсем забыла! Эдгар, подождёшь меня?

– Да, мы пока поговорим.

– Брайн… то есть, братик…

Мужчины обменялись скупыми улыбками, отчего Лидия только сильнее заволновалась. Как можно оставить их наедине?

– Не переживай. Уверен, твой “братик” с удовольствием покажет мне дом. А ты беги: не хочу лишиться чудного печенья, которое ты приготовила специально к моему приезду.

Жениху она не могла сопротивляться.

– Тогда буду ждать вас в гостиной, – в голосе звучала беспомощность.

Девушка, постоянно оборачиваясь, поспешила на кухню. Последним она увидела, как приехавший вместе с хозяином Рэйвен приблизился к парню-фейри.

Видеть мужчину со свободно струящимися по плечам волосами было непривычно. Более того, когда сквозь завесу облаков прорывались лучи солнца, тело Брайна как-будто светилось. Или так казалось.

“Он точно человек?” – усомнился Эдгар, но спокойно направился в дом Карлтонов за новоявленным родственником.

– Профессор дома?

– Он отправился на прогулку. Вот, это гостевая для тебя, а для малыша-слуги найдётся комната на первом этаже. О ней лучше спросить миссис Купер.

Комната, хоть и небольшая, была тщательно прибрана. Похоже, “братику” Лидии не хватило совести – или вредности – отвести гостя в кладовую, но его поведение всё равно раздражало ревнивого жениха.

– Столовая – внизу, прямо по коридору. Что-то ещё?

И почему он ведёт себя так, будто показывает собственный дом?

– Где комната Лидии?

– Зачем тебе?

– Хочу навестить её. Ночью.

Брайн уставился на графа, опешив на секунду, затем ухмыльнулся и дружески хлопнул того по плечу.

– Первая комната у лестницы.

– Спасибо, но это комната профессора.

Брайн разочарованно прищёлкнул языком.

– Почему ты не поверил?

“Какой идиот купился бы на такую глупость? Её даже обманом не назовешь”.

– Ты такой скептик. Аристократов учат быть такими? Или тебе просто не повезло?

Эдгар целенаправленно промолчал, так что длинноволосый парень продолжил увлечённо вещать.

– О, точно. Эдгар, почему тебе так нравится Лидия? Как её брат я должен спросить об этом, не так ли? Мне нужно понять, действительно ли она тебе интересна, или ты очередной проходимец. Ты же понимаешь, да?

Его потуги наводили на ещё большие подозрения и только утверждали графа в его неблагообразных намерениях. Он нисколько не нуждался во вмешательстве глупого паренька, смеющего осуждать их отношения с Лидией. Ему не терпелось избавиться от лишнего человека, так что Эдгар просто развернулся и ушёл, сказав через плечо:

– Если понадобишься, позову.

Монета подлетела в воздух и приземлилась ровно в руки Брайна.

– Что это? – недоумённо склонил он голову.

– Чаевые.

Парень замер на мгновение, но возмутился, поняв значение сказанного слова:

– Эй, я не слуга!

– Вот как? Я и забыл.

– Что это значит?!

– Что здесь есть дурак, который о многом забыл.

– ...Ты – ужасный человек!

– Могу сказать то же самое о тебе.

– Я решил! Ты совсем не подходишь Лидии!

– Стойте, только не деритесь!

Лидия ворвалась в гостевую, встав между мужчинами.

– Сестрёнка, я не позволю этому человеку стать твоим мужем!

– Брайн, сейчас ты должен отступить, – фейри-доктор толкнула его к выходу.

– Зови меня братиком!

– Да, я помню.

– Я тоже не могу считать этого парня твоим законным братом.

– Эдгар, помолчи!

С трудом выпихнув Брайна из комнаты, Лидия вздохнула с облегчением. Ситуация вызывала беспокойство: как и ожидалось, Эдгар мгновенно настроился против наглеца, посмевшего приблизиться к его невесте, и не собирался относиться к нему снисходительно. “Совсем как мальчишка”, – покачала головой девушка. Всё-таки Брайн претендует лишь на роль “старшего брата”, так зачем ревновать? Она осуждающе посмотрела на жениха, но тот улыбнулся как ни в чём не бывало и подошёл к окну.

– Милая комната. И красивый вид.

Предназначенная важному гостю комната была лучшей в доме Карлтонов, но всё равно не могла сравниться с покоями в особняках дворян.

– Комната маловата, так что прости.

– Нет. Здесь хороший обзор и намного меньше людей, чем в Лондоне.

До самого горизонта простирались обширные поля и холмы. Лидия встала рядом с любимым, любуясь бескрайним морем зелени за окном. Только теперь девушка окончательно успокоилась и почувствовала, что Эдгар приехал. Улыбка сама по себе расцвела на её губах.

– Ночью на холме можно увидеть, как фейри водят хоровод. Кажется, эти пляски – древняя традиция маленького народца. В холмах живёт множество фейри, и в тихие безоблачные ночи они выходят наружу. В небе сияют звезды, мягко светит луна, а фейри танцуют в холмах. Волшебное зрелище.

Вынырнув из умиротворения, Лидия поняла, что любимый смотрит не на холмы, а на неё.

– ...Что такое?

Наполненный любовью взгляд заставил сердце биться чаще. Ветер из окна мягко развевал карамельные локоны, и Эдгар ловко подхватил один из них.

– Когда ты говоришь о фейри, счастье озаряет твои глаза, и они становятся ещё прекраснее. Хотелось бы мне увидеть твой мир.

– Они невидимы, но восприимчивым людям достаточно просто представить их, чтобы получить близкую к реальности картину.

– Ясно… Тогда, Лидия, в будущем поделишься со мной и другими историями о фейри?

Эта фраза напомнила девушке, что скоро они будут проводить намного больше времени вместе, и немного смутила её.

– Конечно, – застенчиво улыбнулась она.

Мужские пальцы ловко играли с волосами Лидии. Девушке было неловко, но, со временем привыкнув, она не спешила отстраняться.

– Кстати, откуда у тебя появился старший брат?

– Ах да, я забыла сказать… фактически Брайн полу-фейри, и…

Эдгар слушал объяснение невесты с серьёзным лицом.

– Другими словами, он убедил тебя, что вы связаны кровью и ты – член его семьи, который оказался в другом мире?

– Он не предоставил доказательств.

– Ты не подменыш.

Лидия задумчиво кивнула.

– Конечно, я верю, что я дочь своих родителей...

– Веришь, но всё равно считаешь его братом?

Где-то в глубине души фейри-доктор допускала, что Брайн может оказаться её родственником. В конце концов, даже если их не связывает кровь, подмена или что-то ещё, полу-фейри искренне считает её своей сестрёнкой. Быть и человеком, и фейри, но не принадлежать ни одной стороне. Неудивительно, что перед уходом в мир фейри ему захотелось встретиться с живущей на другой стороне сестрёнкой. Возможно, так он пытался получить подтверждение своей человеческой сути.

Мысли о собственной подмене давались Лидии очень нелегко. Вероятно, такие же эмоции испытывал Брайн.

– Он похож на матушку, которая родилась в царстве фейри, но была членом клана МакКил, поэтому мы действительно можем быть родственниками. Но скоро он должен покинуть человеческий мир. Если он просто хочет понять смысл семейных отношений, почему бы не сыграть роль его сестры?

Эдгар вздохнул: как всегда, его любимая слишком добра.

– Понятно. Но, Лидия, ты должна помнить: кто бы что ни говорил, ты принадлежишь человеческому миру. Так было и так будет.

Получив от любимой кивок, граф легко склонился к губам любимой.

– Кхе-кхе… – прервал их тактичный кашель. Раскрасневшаяся Лидия подняла голову и за плечом жениха увидела отца. – Добро пожаловать, граф.

Одну секунду Эдгар разочарованно смотрел на невесту, но затем отвернулся, блистательно улыбаясь будущему тестю.

– Профессор, вверяюсь вашим заботам.

– Извините, что не смог поприветствовать вас сразу, я вышел на прогулку и потерял счёт времени.

– Вы можете расслабиться… Нет, пожалуйста, не отрицайте и не говорите, что я гость. Просто относитесь ко мне как к сыну.

– Когда отец отправляется к реке, он может собирать камни до умопомрачения, – улыбнулась девушка,пытаясь скрыть смущение.

– Именно так. Граф, прошу прощения, вы только прибыли, и всё же я должен вас побеспокоить. Глава города мистер Баррет устраивает завтра бал, и он надеется, что граф сможет…

– Папа, это так внезапно. Ты не отказался?

Профессор растерянно почесал голову, только добавив беспорядка волосам.

– Ну, я как раз прогуливался, когда встретил мистера Баррета.

Когда Лидия вернулась в родной городок, новости о её помолвке распространились быстрее пожара. Карлтон был не последним человеком в городке, так что приглашение от Баррета было вполне ожидаемым, только в этот раз он был чересчур настойчивым.

– Наш городок мал, поэтому местные считают, что такое событие должно отпраздновать всем вместе.

– Вот как? Я не против.

Услышав согласие, отец невесты вздохнул с облегчением. Вероятно, ему было неудобно отказывать, когда другая сторона так настойчива.

– Тогда я передам ваши слова главе. Лидия, естественно, ты тоже приглашена.

– Что?! Но, папа…

Скрываясь от возмущений дочери, профессор быстро сбежал из комнаты.

– Эм, Эдгар, горожане больше хотят познакомиться с тобой, а я…

– Не хочешь идти? Так не пойдет, я хочу увидеть разочарование на лицах местных глупцов, когда они поймут, что упустили такую красавицу.

“Ну и вкусы у тебя…”

Лидии всё меньше хотелось идти на праздник, но её отец и жених уже приняли решение.

– Нам пора, – ярко улыбнулся граф, не собираясь возвращаться к разговору о бале.

– Куда?

– Конечно, на могилу твоей матери. Я ещё не выразил своё уважение. В конце концов, ради этого мы и приехали.

Эдгар только приехал, но без признаков усталости взял невесту за руку и повёл на улицу. Матушка Лидии была похоронена на кладбище около городской церкви. Правда, за исключением засыпанных гравием дорожек это кладбище больше походило на обычное поле. Тропки переплетались, вместе с надгробиями образуя маленький лабиринт, но фейри-доктор уверенно выбирала дорогу. В руках благоухала лаванда, которую девушка сорвала в домашнем саду.

– Она лежит под тем деревом.

Подойдя ближе, Лидия увидела небольшую фигурку, сгорбившуюся над могилой. Серый пушистый кот сидел со склонённой головой. Он услышал звук шагов и с удивлением обернулся.

– А, граф, уже приехал.

– Ты тоже здесь. Мы помешали?

– Нет, я просто заглянул по дороге.

“Совсем непохоже”, – Лидия никогда раньше не видела Нико на матушкиной могиле, но, если подумать, он был старым другом Авроры, так что должен был посещать её.

– Нико, если ты говорил с матушкой, мы придём попозже.

– Неважно. Время обеда, всё равно пора возвращаться.

Вставая, кот зевнул, потянулся и, быстро перебирая задними ногами, ушёл.

– Слышала, сегодня готовят хаггис{1}. Миссис Купер была в восторге, когда помогала повару.

– О, тогда мне надо поспешить, – облизнулся фейри-кот и растворился в воздухе, но его движения казались непривычно тяжёлыми. Еда всегда приводила Нико в невероятное воодушевление. Интересно, что же его так тревожило? Он ещё не определился, где останется после свадьбы. Он просил у Авроры совета?

– Что такое хаггис? – спросил Эдгар.

– Ну… это особое шотландское блюдо.

– О, оно настолько страшное?

– Кто знает? Для кого как, – улыбнулась девушка, видя противоречие на лице жениха, а затем повернулась к могиле.

“Здесь лежит Аврора Карлтон”.

Она положила цветы на надгробие. Эдгар снял шляпу и опустил глаза. Листья зашуршали на ветру, трава качнулась к их ногам, открыв маленькие, похожие на сверкающую чешую следы фейри.

– Мама благословляет нас.

Окружающая могилу тёплая аура, казалось, льнула к влюблённой паре, рассеивая сомнения Лидии. Эдгар поднял голову и посмотрел на надгробие с серьёзным выражением.

– Миссис Карлтон… вы правда одобряете мою кандидатуру?

Эдгар не мог отдать любимую клану МакКил, и это решение фактически ставило под удар её род. Если Лидия станет невестой Пророка, клан МакКил будет спасён, но ничего подобного в планах графа не было. Его невеста понимала это и несмотря на всю доброту предпочла остаться с любимым, оставляя родственников матери с их бедами. Для Эдгара эта поездка была важнее, чем представляла девушка, и всё же сейчас она стояла рядом с ним, такая наивная и прекрасная, свято веря в благословение с того света, и лёгкий ветерок овевал их своим дыханием.

Фейри-доктор опустила взгляд: в траве что-то сияло. То были не следы фейри, а что-то иное, излучающее собственное сияние.

– Что такое? Ты что-то уронила?

Лидия внимательно осмотрела находку: темно-зелёный камень сверкал красными вкраплениями. Кровавый камень, или же гелиотроп{2}.

– Нет, уронил Нико.

И фейри-кот достаточно сильно дорожил им.

– Вот как. Значит, камень принадлежит ему.

– Кажется, камень подарила ему мама.

Можно сказать, гелиотроп напоминал Нико об ушедшей подруге. Он прятал самоцвет под галстуком, не расставаясь с ним ни на минуту. Если он умудрился оставить драгоценный подарок на матушкиной могиле, значит, его печаль была куда глубже, чем ей показалось.

– Не вижу крепления для цепочки. Это амулет?

– Ну, для мамы этот камень был почти частью её самой. В Шотландии существует поверье, что кровавые камни – это упавшие с неба осколки северного сияния.

– Северное сияние иначе называют авророй… так звали твою маму.

Сошедшее на землю северное сияние. Её матушка происходила из особого рода. Для фейри Авроры Северное сияние было вторым именем. Люди видели чудесные переливы красок, когда фейри Авроры танцевали в ночном небе. В некоторых преданиях гелиотропы считались кровью небесных танцоров, а то и их душами. Лидия могла только догадываться, насколько бережно её матушка относилась к непритязательному на вид камешку. Её матушка была подменышем, отданным фейри Авроры клану МакКил. Возможно ли, что матушка, желая человеческой жизни, так и не решилась оборвать все связи? Она отдала камень верному компаньону, а не дочери.

– Мы должны вернуть его Нико.

Вероятно, она считала, что принадлежащее фейри должно оставаться у фейри. В конце концов, матушка Лидии надеялась, что её дочь будет счастливо жить в мире людей.

И только по дороге домой, уже в полях, девушка поняла, что всё это время не отпускала руки любимого. Тепло разлилось в её груди.

С самого детства любимица фейри балансировала на грани между двумя мирами. Она тянулась к обоим сторонам, но и ни одной не принадлежала до конца. Но после встречи с Эдгаром ей уже не нужно было беспокоиться о выборе между мирами, и осознание этого наполняло фейри-доктора счастьем.

– Однажды мы вместе отправимся в Ги-Бразил.

Слова любимого зазвучали ответом на затаённые мысли. Неважно, в каком из миров она пребывает, ей больше не придётся метаться в одиночестве.

– ...Если я останусь графом Блу Найт, однажды это обязательно случится.

Если он останется графом Блу Найт… Звучало немного странно, но растворившаяся в счастье девушка не обратила должного внимания.

* * *

Нико сидел на заборе, подпирая лапой щёку, и вздыхал. Ночь уже вступила в свои права, но небо ещё не утратило светлые краски. Линия горизонта чёткой линией пересекала пейзаж. Взгляд кота вернулся от далёких далей к земле под оградой, где собрались мелкие фейри. Он намеренно игнорировал попытки завязать разговор и лишь безмолвно взирал на гелиотроп в лапе, то и дело вздыхая. За обедом Лидия вернула ему оброненный камень. Изначально самоцвет принадлежал его старой подруге, и Нико решил вернуть его. Пожалуй, в этом событии прослеживалась воля Авроры.

– Аврора, ты пытаешься мне сказать, чтобы я и дальше оставался рядом с твоей дочкой?

Когда-то она попросила его оставаться рядом и помогать её девочке, пока та не станет самостоятельной. Кровавый камень дарил успокоение, ведомое лишь фейри. Нико он очень нравился, поэтому в своё время Аврора оставила самоцвет именно ему. Мертвецы не могут говорить, но, смотря на этот камень, пушистый джентльмен чувствовал: уча Лидию управляться с делами фейри, он соблюдает волю почившей. Конечно, он был счастлив наблюдать, как эта малышка растёт. Но сможет ли он исполнить их обещание?

Мысли находили всё новые аргументы, но фейри-кот так и не мог найти решение. Неунимавшаяся тревога привела его на могилу Авроры и заставила оставить там камень.

– Мистер Нико, хлебный пудинг ещё остался.

Рядом стоял Рэйвен, почтительно склонив голову.

– Спасибо, сегодня у меня нет аппетита.

– Вот как? Вы только что съели три порции. Я думал, у вас есть аппетит.

Смуглый слуга не знал сарказма, так что его слова были лишь голыми фактами. Скорее всего, он хотел подбодрить грустного фейри.

“Правда, что ли?..” – Нико кинул быстрый взгляд на хадийца, но ничего не смог прочитать на как всегда безэмоциональном лице.

– Рэйвен, до каких пор ты намерен служить графу? – спросил он прежде, чем понял всю глупость вопроса.

– До смерти.

Два человека могут провести всю жизнь вместе, но не человек и фейри. Нико снова вздохнул.

Тонкий слух Рэйвена уловил звуки суеты и обернулся к дому Карлтонов. Брайн выскользнул из задней двери, нырнул в тень садовых растений и направился прочь.

– Куда это он?

– Неплохо было бы взглянуть.

Лапы сами понесли вслед за слугой. Верного компаньона тоже настораживало внезапное появление “старшего брата”. Он сказал, что хотел увидеться с сестрой, но правдивы ли его слова? И точно ли его сестра – Лидия? Брайн мог быть полу-фейри из племени, постоянно обменивающегося подменышами с кланом МакКил, но те никогда не контактировали с людьми и не могли свободно перемещаться между мирами. Если клан МакКил хотел связаться с отправившимся в мир фейри подменышем, то они могли спокойно воспользоваться особенностями ночи, когда луна клонится к югу. Правда, подобное случалось раз в девятнадцать лет.

Рэйвен заглушил шум собственных шагов и дыхания, тенью скользя за небесным танцором.

Брайн преодолел неприметную аллею, вошёл в лес и, наконец, остановился перед небольшим прудом. Рэйвен и Нико замерли в тени деревьев, наблюдая за подозреваемым. Хотя небо только начало темнеть, под кронами царил густой сумрак, и наблюдатели не боялись попасться, но и выражение лица Брайна рассмотреть не могли, как и существо перед ним. Силуэт выдавал пол, но и черты, и возраст оставались загадкой. Всё, что они могли сказать: перед ними высокий худой мужчина. Как бы то ни было, Брайн пришёл в лес ради разговора с этим человеком. Однако, заговорщики приглушили голоса, так что Нико ничего не мог разобрать.

– Рэйвен, ты слышишь их?

– Да.

– Что они говорят?

– Это не английский.

– Возможно, гэльский? Но это язык Высокогорья… я его немного знаю, только надо подобраться поближе.

– Будьте осторожны.

Жестом показав, что проблем не будет, фейри-кот опустился на четыре лапы. Магия не скрыла бы его от полукровки, так что приходилось полагаться только на собственные силы. Растительность вокруг озерца не спрятала бы его от глаз, в любом случае придётся остаться в некотором отдалении от беседующих.

Точно! Зелёные глаза остановились за ветками, нависающими прямо над подозрительными личностями. Нико резво взобрался по стволу. Однако, прыгая с ветки на ветку, он привлёк бы к себе внимание подозрительным шумом, поэтому аккуратно перебирался, стараясь не задеть ни листика. Случайно обернувшись, фейри поймал обеспокоенный взгляд друга. Кивнув и усмехнувшись, кот пополз дальше, пока не услышал голос Брайна.

– Говоришь… убить графа?

“Убить графа?” – эта фраза заставила его поражённо застыть на месте.

– Это логично. Жених Лидии – помеха на нашем пути. Он остаётся графом Блу Найт, но при этом…

“Знакомый голос”, – Нико всмотрелся в лицо высокого мужчины. То был Патрик, один из родственников Лидии и фейри-доктор клана МакКил. В прошлый раз пушистый фейри повстречал его в Лондоне, когда Патрик пытался убедить девушку стать невестой Пророка. Теперь этот же человек разговаривает с Брайном. Они знают друг друга? Здесь нечему удивляться: полукровка происходит из племени фейри, тесно взаимодействующего с кланом МакКил. Через кого фейри общаются с людьми? Правильно, через фейри-доктора.

Патрик продолжал говорить:

– Но при этом граф Эшенберт может быть связан с Принцем.

“...Что?”

– С Принцем? Тем Принцем, который Принц Бедствий и враг Пророка?

– Именно. Граф использовал магию Неблагого Двора, чтобы убить Троу. Только Принц Бедствий способен использовать магию тёмных фейри.

Лапы подкосились. Даже не успев вскрикнуть, Нико свалился вниз, чудом ухватившись за нижнюю ветку. Брайн тут же вскинул голову.

– Кто здесь? Что вам нужно?

Рэйвен всё ещё скрывался за стволами, но полукровка уже направился к зашуршавшим ветвям.

“Чёрт!..” – Нико вмиг покрылся холодным потом. Разговор чужаков был очень важен: упоминание Принца встревожило его даже больше, чем планы по убийству графа.

“Граф спутался с Принцем? Да нет, они ошиблись, быть такого не может”.

И всё же внутри поселились сомнения: Нико так и не смог понять, как жениху Лидии удалось одолеть Троу.

Нет, не время думать об этом. Брайн и Патрик не отпустят его с миром после того, как он выведал их планы. Ему нельзя попадаться. Фейри-кот испуганно огляделся. Полукровка приближался, он вот-вот заглянет под ветку…

– Осторожно, Брайн! – вдруг закричал Патрик.

Огромная тень спрыгнула с верхушки дерева, превратившись в мохнатого, сверкающего оскаленными зубами чёрного пса. Всей тушей врезавшись в небесного танцора, демон повалил его на спину. Мелькнул нож, – это Патрик кинулся на помощь товарищу. Но мужчины уже оказались в окружении: из крон окружающих деревьев появлялись новые враги.

Отброшенный полукровкой пёс приземлился на ветку, на которой прятался Нико. Алые глаза с яростью уставились на новую жертву. Фейри-кот только взмахнул вздыбленным хвостом, прежде чем броситься наутёк. Но убегая от одной собаки, он попался под когти другой.

“Слишком поздно!” – от страха Нико зажмурил глаза и только почувствовал, как его тельце внезапно оказалось в воздухе.

– Рэйвен...

Смуглый парень прыгнул наперерез демону, спасая маленького гурмана. Он приготовился противостоять чёрным псам, но те вдруг прекратили рычать и попятились прочь, пригибаясь к земле. Брайн и Патрик тоже удивлённо замерли, взирая на выходящего из-за деревьев огромного демонического пса. Нико уже довелось с ним познакомиться: это был Джимми, один из подконтрольных Улиссу тёмных фейри.

~ Мистер Рэйвен, вы слышали? ~ прорычал он. ~ Они хотят убить вашего господина. Если желаете, мы можем расправиться с ними прямо сейчас.

– ...Я не имею права решать, – спокойно ответил слуга, отвернулся и пошёл прочь, держа на руках кота. Он быстро покинул лес, как будто происходящее там не имело к нему отношения.

Только на границе леса фейри-кот пришёл в себя и осознал двусмысленность своего положения.

– Эм… опусти меня.

Его желание тут же исполнили. Нико быстро поправил шубку и галстук и поднял голову.

– Что за чертовщина творится? Пёс Улисса не напал на тебя и даже предложил переубивать врагов графа.

Рэйвен молчал.

– Вы с графом что-то от нас скрываете, не так ли? Граф решил сотрудничать с организацией Принца? Брайн и Патрик правы?

– Это не совсем так.

– А как? Объясни!

– Прошу прощения, сейчас я не могу предоставить объяснение.

Нико настолько вышел из себя, что взъерошил собственный мех. К счастью, юноша быстро и умело привёл его в порядок. Но маленький джентльмен даже не обратил на это внимания, понуро отправившись к дому Карлтонов.

– О Боже. Лидия теперь доверяет этому графу и упрямо хочет выйти за него замуж. И что мне делать? – расстроенно бормотал фейри.

– Мистер Нико…

– Не иди за мной! Я… мне так не хочется видеть страдания Лидии.

Слуга остановился. Неужели сдался?..

– Мне нужно побыть одному. Скажи Лидии, что я отправляюсь домой.

За окном пробегали пейзажи, а девушка ехала на бал Барретов. Нико куда-то пропал, сказав Рэйвену, что поедет домой, но причину она не понимала.

“Под домом он подразумевает родной остров матушки?”

Не так давно Лидия думала, что Нико собирается остаться в этом городишке, и тут он вдруг отправляется на край земли, не обмолвившись ни словом. Возможно, он уже не вернётся. Если подумать, фейри-кот жил задолго до встречи с её матушкой. Неизвестно, как давно он поселился на Гебридах. Она была слепа: разве не логичнее для старого фейри считать своим домом старые знакомые острова, а не мелкий городок, в который пришлось переехать хрупкой и недолговечной человеческой подруге?

– Лидия, не волнуйся. Нико вернётся.

Эдгар сидел рядом и упорно пытался подбодрить грустящую с самого утра любимую.

– Ты уверена, что он ушёл по собственной воле? Может быть, он хотел вернуться, а, может, не хотел.

Брайн сидел напротив графа в старом костюме профессора и выглядел истинным членом семьи Карлтон. Брат и жених смотрели друг на друга с ещё большей подозрительностью, чем вчера.

– Всё-таки люди всегда врут, – небрежно бросил полукровка, не сводя взгляд с противника.

– Действительно. И полукровке ничто человеческое не чуждо, не так ли?

С самого утра, едва мужчины видели друг друга, начинались бесконечные препирательства.

– Ага.Только это у тебя слуга со странной, нездоровой аурой, а не у меня. Может, господин Нико случайно раскрыл секрет малыша-слуги? А потом… Воображение – привилегия людей, не так ли?

– Рэйвен и Нико – друзья, твоё предположение смехотворно, – Эдгар повернулся к сидящему рядом с дочерью Карлтону. – Ох, профессор, вы уверены, что нам обязательно нужно его сопровождение на банкете?

– Он сказал, что хочет пойти с нами.

– Всё будет хорошо, папа. Я буду вести себя, как положено приличному человеку.

Профессор вздохнул.

– Брайн… то есть братик. На банкете я представлю тебя как своего кузена, не заостряй на этом внимание, хорошо?

– Конечно, – беззаботно ответил полуфейри.

Но стоило ему посмотреть на Эдгара, как в карете воцарилась напряжённая атмосфера.

Вскоре экипаж прибыл к дому Барретов. Лидия под руку с женихом вошла в зал самого большого в их городке дома. Когда-то маленькой девочке он казался великолепным недосягаемым замком, но сейчас, рядом с Эдгаром, выглядел простым и доступным. Он впервые видел всех этих людей, но всё равно вёл себя уверенно и достойно. Одна широкая улыбка, адресованная мистеру Баррету – и тот сразу же проникся к гостю добрыми чувствами.

– Ну надо же. Мистер Карлтон, ваша дочь стала невестой такого замечательного человека. Вы в одиночку справились с такой трудной задачей, как воспитание молодой леди. Это похвально.

– Вы очень добры, но в этом нет моей заслуги.

Профессор редко вмешивался в дела дочери и относился к её воспитанию спустя рукава, так что теперь растерянно чесал затылок.

– Мисс Карлтон, я так редко имею удовольствие вас видеть, что даже не признал сначала. Вы всё больше напоминаете свою мать.

– Вот как?

Такие слова она слышала впервые. Возможно, виной всему мамино платье, которые девушка решила надеть.

Лососевый атлас прекрасно подходил к светлой коже и платиновым волосам Авроры, но её дочь не обладала ни тем, ни другим и потому, немного подержав в руках, планировала отложить в сторону, но под давящим взглядом графа всё-таки выбрала его. Фасон давно устарел, но провинциальное общество было не так притязательно, как в столице. Эдгар предложил кое-что изменить и сразу же привлёк местную швею. Так платье обзавелось лентами и искусственными цветами, создававшими атмосферу лёгкости и невинности.

– Моя семья благословлена сыном, но я с удовольствием обзавелся бы прелестной дочуркой.

Профессор в ответ только криво улыбнулся.

Точно. Из-за отсутствия наследника отцу Лидии то и дело навязывали повторный брак. “Упрямый глупец, который отказывается видеть правду”, – вот что поговаривали про него кумушки.

– Кстати об этом, вы собираетесь сделать наследником вашего племянника?

– Эм, нет…

– Конечно. И для того, чтобы стать учёным, как дядя, я буду стараться изо всех сил, – весело перебил его Брайн, отчего в глазах того вспыхнуло раздражение.

Эдгар, явно не желая и далее участвовать в разговоре, взял невесту под руку. Как только пара спустилась в зал, все взгляды устремились к ним.

– Всё в порядке, – успокаивающе прошептали ей на ушко. – Сегодня ты самая прекрасная девушка во всем мире.

Ага, только внимание толпы привлекала не она, а он, исключительный мужчина даже в светском обществе Лондона. Что уж говорить про несчастных провинциалов? Он выглядел, словно изящный лебедь среди стаи гусей. Что до Лидии… конечно, она не назвала бы себя гусыней, скорее чёрным дроздом, которому вздумалось бродить по человеческой деревне.

Под неусыпными взглядами сплетников граф повёл её в центр зала. За спиной то и дело раздавались шепотки: “Удивительно...”, “А? Она действительно невеста?”, – и тому подобное.

– ...Тебя не трогают их разговоры? Заключив помолвку с чудачкой, ты и сам стал чудиком.

– Что? Кто это говорит? Все они очарованы тобой, разве нет?

– Совсем не обязательно так нагло врать.

– Ты и вправду… – удивлённо посмотрел на неё любимый и громко рассмеялся. – Ладно, неважно. Поскольку ты не замечаешь, я могу не волноваться о тех глупцах, которые не отрывают от тебя глаз.

Музыканты начали играть прелюдию, и уже вскоре пары кружились в танце. Легко следуя движениям, Лидия не могла не удивляться: она всегда считала себя обычной деревенской простушкой, но любовь Эдгара поселила в ней своеобразную уверенность, которая позволяла закрывать глаза на удивлённые взгляды и перешёптывания окружающих. Она верила, что жених любит её и потому не волновалась, когда графу пришлось танцевать с дочерьми видных горожан.

Со спокойной душой девушка проследовала в комнату для напитков. Некоторые подходили и заводили беседу, но всех без исключения интересовало одно: что за магия помогла ей отхватить такого красавца? Как же надоел прилипчивый образ ведьмы.

Эдгар обратил на неё внимание по собственной воле, ничего она с ним не делала.

– Ух, ты замечательно танцуешь, Лидия.

Брайн сидел в углу, бултыхая налитым в стакан скотчем.

– Бра… братик, ты не собираешься танцевать?

– У человеческих танцев очень странные движения. Фейри Авроры предпочитают больше свободы.

Направляясь к брату, фейри-доктор думала как раз об этом.

– Впрочем, ты и должна танцевать лучше всех. Ты же моя сестра, почти танцующая в небе фейри.

Лидия пожала плечами.

– На самом деле я не очень хорошо танцую. Тут я пошла в отца.

Этой фразой Лидия пыталась опровергнуть то, что она подменыш. Понял Брайн или нет, но сменил тему.

– Ты танцевала только с Эдгаром? Многие хотели пригласить тебя на следующий танец, но ты как будто сбежала из зала.

– О чём ты? Никто не собирался меня приглашать. Я едва перемолвилась парой слов с каждым из них, когда они вдруг отходили, оставляя меня в нелепом положении… Зачем заставлять себя разговаривать со мной? Если им так хочется познакомиться с Эдгаром, лучше представиться сразу ему.

– Ясно. Теперь я ясно вижу, что твой жених – просто мерзавец, – рассмеялся полукровка.

Девушка отреагировала на взрыв смеха растерянностью: кажется, Брайн вовсю наслаждался жизнью в человеческом мире.

– Эй, не хочешь потанцевать со мной? Меня не удивит, если ты вдруг начнешь пляски фейри Авроры.

– О, неплохая идея.

Поднявшись с кресла, Брайн чуть не полетел в зал.

– Лидия, местные, похоже, не верят в фейри, – проговорил он, присоединившись к танцующим.

– Да, теперь мало кто из людей чувствует присутствие добрых соседей. Возможно, в Высокогорье иначе, но здесь, как и в Лондоне, люди не верят в то, чего не видят.

Юноша порхал по переполненному залу, чуть не задевая другие пары.

– Послушай. В тебе течёт человеческая кровь. Ты не чувствуешь себя чужим в царстве фейри?

– В мире фейри людей вроде нас с тобой растят как фейри, в человеческом мире – как людей. Нет, я никогда не чувствовал себя чужим.

– Но тебе захотелось познакомиться с человеческой жизнью, разве нет?

– Мне захотелось увидеть мою маленькую сестрёнку.

– Такие чувства свойственны людям, не фейри.

– ...Ой, точно. Друг с человеческой кровью, вероятно, видит меня немного по-другому. Куда бы я ни шёл, я всегда брал с собой сестрёнку. Она была привязана ко мне и плакала, когда меня не было рядом. Она была очень милой.

Взгляд бесцельно бродил по сторонам, когда Брайн погрузился в воспоминания.

– Одна моя сестра уже ушла. Так что я упрямо просил родителей и старейшин позволить мне отправиться к людям.

Лидия надеялась, что не была подменышем. Но если в действительности она не сестра Брайна, а просто её замена… становилось немного грустно.

Полукровка двигался с лёгкостью фейри Авроры, постепенно девушка и сама начала чувствовать себя свободнее. Длинные волосы юноши вычерчивали красивые дуги, сияя под лампами мягким светом. Фейри-доктор внезапно поняла, что излучаемое сияние видит только она.

– И как тебе снова быть с сестрёнкой?

Глаза Брайна резко распахнулись: девушка сама назвала себя его сестрой. Как тут не улыбнуться?

– Я не зря пришёл к вам. Ты выглядишь счастливой, будто тебе нравится жить в человеческом мире.

– Да, благодаря отцу и матушке. И Эдгару.

Танец подошёл к концу. Полуфейри застыл на месте, задумчиво рассматривая сестру. Он уже собирался что-то сказать, когда их прервали.

– Эм… – заговорил подошедший сын пастора. – Поздравляю с помолвкой.

Энди жил в соседнем с Карлтонами доме и мальчишкой часто издевался над странной соседкой. Никто из них не обратил внимание, когда он подошёл и что слышал. Лидии пришлось повернуться к старому знакомому. Парень со скучающим лицом ничуть не изменился несмотря на прошедшее время.

– Похоже, в выборе жениха ты не сомневалась.

С самого детства Энди задирал её и отталкивал, а теперь стоит и пышет сарказмом. Совсем как в детстве.

– Да, благодарю за добрые слова.

– Непохоже, что вы подходите друг другу. Не обманывает ли он тебя?

– Кажется, тебя это не касается.

Резкая отповедь полоснула парня, заставив того скривиться от невысказанной злости. Но он промолчал, застыв на месте. Между собеседниками повисла неловкость. Сколько раз так было этим вечером? Почему они заводят разговор, если нечего сказать?

– Эм… Пожалуй, я пойду.

Лидия попыталась уйти, но Энди вдруг выпалил:

– Потанцуй со мной!

– Что?!

Глупец, всё-таки осмелившийся пригласить его Лидию на танец, представился сыном друга профессора. К счастью, для девушки этот Энди оставался вредным старым знакомым. Граф с самого начала пристально наблюдал за своей невестой. Не только сын пастора, но и остальные “партнёры”, скорее всего, дразнили его любимую в детстве, так что фейри-доктор держалась настороженно и отстранённо, и те не могли просто сказать: “Пожалуйста, потанцуй со мной”. Наблюдая со стороны, Эдгар тайком улыбался неудачам соперников. И тут чёртиком из табакерки выскочил этот Энди.

– Что ни говори, а мужчины в этом городке трусы, – пробормотал блондин, стоя у выхода на балкон.

– Похоже, такие парни, как ты – редкость в человеческом мире, – Брайн появился рядом с ним.

– Ты рад, что смог потанцевать с “сестрёнкой”?

– Ага. Она такая добрая, действительно достойна зваться моей сестрой. Я всё больше жалею, что она связалась с тобой.

Мужчины обменялись улыбками.

– О, когда ты собираешься убить меня?

– О чём это ты?

– Разве вы с Патриком не обсуждали моё убийство?

Патрик, который хотел отдать Лидию Пророку, оказался знаком с Брайном. Какое совпадение. Естественно, Рэйвен сразу же доложил о встрече господину. Заговорщики уже знали, что верный слуга оказался свидетелем их беседы, и не могли не догадываться, что их намерения раскрыты.

– Не ожидал, что Патрик лично решит явиться в этот городишко. Впрочем, ты тоже член клана МакКил, неудивительно, что он привлёк тебя.

Полукровка резко помрачнел.

– Эдгар, те псы – твои прислужники? Наследник графа Блу Найт, контролирующий Неблагой Двор… это уму непостижимо.

– Брайн, ты же не собирался играть в семью со своей маленькой сестрёнкой. Тебя отправили похитить Лидию, чтобы Пророк получил свою невесту и смог спасти клан МакКил, верно?

– Кто ты? Тебе просто повезло заполучить имя графа Блу Найт? Если так, как ты смог убить Троу? Ты намерен взять Неблагой Двор в услужение?

– Тот же самый вопрос я могу задать тебе. Кто ты? Если ты действительно брат Лидии, то почему хочешь разрушить её счастье?

– ....Не думаю, что она сможет быть счастлива с человеком, который спутался с неблагими.

Эдгар и сам был не уверен. Возможно, из-за его выбора его фейри в будущем ждут только страдания…

Его глаза нашли девушку в лососевом платье, неловко танцевавшую с пасторским сыном. Кажется, им было неуютно рядом друг с другом.

Он – единственный подходящий партнёр для Лидии. Он любит её больше, чем кто-либо другой.

“Как я могу отказаться от неё?”

Пока судьба не одолеет Эдгара, Лидия будет принадлежать ему.

Взгляд графа медленно вернулся к полукровке, а на губах расцвела улыбка.

– Я покончу с вами. Вам приходится ждать возможности для моего убийство, и это так неудобно, верно? Время идёт, до заветного полнолуния остаётся всё меньше.

Мелодия закончилась, пары в зале остановились.

– Пора развеять сладкий сон одного недотёпы.

Законный жених направился к своей невесте.

{1} Хаггис (англ. haggis) — национальное шотландское блюдо из бараньих потрохов (сердца, печени и лёгких), порубленных с луком, толокном, салом, приправами и солью и сваренных в бараньем желудке.

{2} Камень гелиотроп – это полудрагоценный минерал из группы халцедонов. Он знаменит благодаря своему оригинальному рисунку, напоминающему окаменелые капли крови, разбрызганные в хаотичном порядке. Кровавой яшмой минерал называют в ювелирной торговле за его цвет. На самом деле яшмой он не является. В англоязычных странах гелиотроп часто называют «кровавым камнем» (англ. bloodstone; не путать с кровавиком). В Западной Европе раньше иногда назывался «стефановым камнем» (камнем святого Стефана). В некоторых исторических источниках называется «восточной яшмой» или «немецкой яшмой».