Отдохнув пару часов в деревне Коннахтов, Лидия решила отправиться во Внутренние Гебриды к главе клана. Естественно, благополучный приезд в окраинную деревеньку земель союзного клана не означал, что она тут же узнает что-то об Эдгаре.

Староста деревни отправил сообщение главе, но бездействие в ожидании новостей раздражало. Если смерть её любимого – правда, ей всё равно придётся ехать к главе Коннахтов. Утвердившись в собственном выборе, Лидия переоделась и договорилась о месте на отчаливающем корабле.

Поскольку она всё ещё оставалась в пределах архипелага, её состояние не должно резко ухудшиться. Вне действия целительной магии мыса на землях МакКилов боль не усиливалась и не уменьшалась. В таком случае разумнее лично посетить главу клана, чем покорно дожидаться новостей.

– Мисс Карлтон, боюсь, мы можем поехать только на запряжённой осликами телеге.

– Этого более чем достаточно, Келли.

Поднявшись с места, Лидия самостоятельно вышла из здания. Была середина ночи, и вокруг мало что можно было разглядеть. За изгородью еле виднелась телега с осликами. Около неё с деревенскими спорил какой-то мужчина. По узору на килте становилось понятно, что он принадлежит не к клану Коннахт, а к уже опостылевшим МакКилам.

Рыжеволосый горец заметил потерянного им фейри-доктора и тут же рванулся к ней. Но Келли встала между ними непреодолимой стеной.

– Лидия, как и думал, ты здесь.

– Фергус…

– Нам нужно поговорить.

Парень схватил невесту графа за руку, но та быстро стряхнула с себя конечность наглеца.

– А… прости… – вздохнул Фергус, когда девушка отвела пылавший недоброжелательностью взгляд. – Ты не можешь простить меня.

– Ты должен учитывать своё положение. А я… я – невеста Эдгара, – Лидия вложила всю свою решительность в эти слова.

Фергус знает правду. Но он не отрицает, что нанёс удар её жениху. Данный факт может означать только одно: Эдгар…

“Что мне делать? Я приехала, чтобы лично удостовериться в этом, но я всё равно не смогу смириться с его…”

Она сжала дрожащие пальцы. Видя её реакцию, наследник МакКилов нахмурился.

– Твой граф сказал, что разрывает помолвку, – вдруг выпалил он.

Растерянная невеста подняла взгляд.

– Он сказал, что ты согласилась. И хотя я предупредил его, что скажу тебе о его смерти, он не возражал, – продолжил он с измученным лицом.

– Скажешь о его смерти?..

– Ага, прости. Патрик сказал, что так лучше всего, и тут же побежал тебе рассказывать.

Лидия так удивилась, что забыла, как дышать.

– ...Это правда? – наконец сделала она судорожный вдох, суровым взглядом воззрившись на горца и пытаясь разгадать его истинные мотивы.

– Прости, что пытался обмануть. Граф жив-здоров. Тогда он сам отказался от намерения разрушить источник. А мне помешал его слуга.

Заглянув в глубину его глаз, Лидия поняла: он говорит правду.

Эдгар жив.

В миг обессилевшая невеста села прямо на землю. Фергус быстро оказался рядом, поддерживая и помогая. И всё же у Лидии не было сил подняться.

“Эдгар жив”, – эта мысль заполнила собой весь разум.

По щекам покатились слёзы.

– Слава Богу… Эдгар жив. Я не знаю, что бы делала в обратном случае…

Ошеломлённая и обрадованная девушка продолжала плакать в руках Фергуса, не осознавая, как сильно его обременяет.

– Я так испугалась…

Девушке не хотелось думать, что её любимый окончил свой путь вот так. Эдгар не раз преодолевал опасности и выбирался живым из самых разных передряг. Он заслужил своё счастье, но ради неё взвалил на себя бремя воспоминаний Принца.

Ей хотелось находиться рядом с желанным мужчиной и дарить ему спокойствие, но это стало невозможным и оставалось лишь молиться за него. Однако вознесение молитв о его счастье прервало известие о его смерти. Её лишили даже такой малости. Даже сама мысль причиняла ужасную боль.

– Извини, – продолжал твердить МакКил, гладя дальнюю родственницу по волосам.

Лидия едва осознавала его движения. Она всё ещё не могла стоять самостоятельно.

Фергус подвёл по-прежнему рыдающую девушку к скамейке под навесом и помог сесть, пока Келли бегала в дом за стаканом воды.

Более-менее успокоившись, Лидия начала осознавать и другие слова родственника: Эдгар разрывает помолвку.

Она была готова пасть с ним во тьму. Однако величайшим желанием девушки являлось счастье любимого. Пока Эдгар счастлив, она сможет принять их разлуку.

Если он будет жить как граф Блу Найт и не станет Принцем, она справится.

– Я возвращаюсь. Нужно сосредоточиться на выздоровлении, – пробормотала фейри-доктор, утирая слёзы.

Удивлённый внезапной сменой решения Фергус застыл на месте.

– Чтобы могла побыстрее вернуться к нему?

Это обещание больше не имело силы.

– Эдгар сказал, что разрывает помолвку? Я послушаюсь его.

На удивление, Лидия ничуть не сомневалась в чувствах графа. Она знала, что это решение было принято из любви к ней.

– Лидия, могу ли я тогда стать твоим источником силы? Я уже говорил это раньше, мои чувства к тебе вполне... нет, абсолютно серьёзны.

Раньше Лидия и помыслить не могла о том, что кто-то скажет ей подобное, так что была искренне рада.

– ...Спасибо, Фергус.

Однако благодаря тому, что в неё влюбился Эдгар, провинциальная чудачка стала более уверенной в себе. Её сердце принадлежало только любимому.

– Прости, что цепляюсь за тебя… И за ненадлежащее поведение.

– Я не против.

Фергус был одним из тех немногих людей, с которыми Лидия чувствовала себя легко. Если бы она не познакомилась с Эдгаром, то, возможно, смогла бы полюбить юного МакКила.

– Я вернусь к себе домой, когда рана исцелится. Со мной поедет Нико, и Келпи составит компанию. Думаю, тихая мирная жизнь вместе с фейри мне подходит намного больше, чем роль жены главы клана.

– Ты не собираешься выходить замуж за другого?

– Нет. Отныне и впредь я так и останусь невестой Эдгара.

Фергус вздохнул с горькой улыбкой, устремив взгляд на тёмное небо. Когда девушка уже решила, что он погрузился в собственные мысли, горец вдруг схватил её за руку и встал.

– Пойдём.

– Эм, куда?

Фергус с силой потянул её за собой и усадил на лошадь.

– Мисс Карлтон! Эй, куда вы увозите мисс Карлтон?!

Из дома выбежала Келли и бросилась за парой.

– Не беспокойся, я ничего не сделаю, – крикнул за спину Фергус, продолжая стегать лошадь.

Ночи на северных островах коротки, так что даже без луны можно было смутно различить окрестности. Этой ночью с дороги от особняка вождя клана Коннахт к порту можно было увидеть элегантные очертания линкора, казавшиеся чуждыми в местном маленьком порту. То был корабль Лоты.

На корабле с выглядывающими из портиков пушками моряки активно готовились к отплытию.

Лота уже приняла решение посетить МакКилов на Внешних Гебридах. Она останется там на некоторое время и составит Лидии компанию. Ей явно будет легче, если рядом будет хорошая подруга.

Подумав об этом, Эдгар почувствовал облегчение, хотя сам уже никогда не увидит любимую.

– Милорд, вы прогуливаетесь?

Поль шёл к нему навстречу.

– Не могу уснуть. Возможно, это последствия пребывания во сне Хозяина.

Художник возвращался в Лондон вместе с дворянином.

Несмотря на обеспокоенность воспоминаниями Принца, Поль продолжал оставаться его другом. И пусть Эдгар не смог достать каплю из источника Хозяина, сейчас такой исход виделся ему наилучшим.

– Я решил понаблюдать за приготовлениями Лоты. Ты здесь по той же причине?

– Да. Она действительно любит корабли. Она умна и великолепно командует моряками.

Поль, не знавший о пиратском прошлом княжны, был по-настоящему восхищён. Его привычка ничуть не сомневаться в друзьях радовала.

Эдгар поклялся себе не поддаваться влиянию воспоминаний Принца, чтобы должным образом ответить на доверие Поля и чувства Лидии.

– Верно. Ты не видел Рэйвена?

– А… Эм… Если я не ошибаюсь, он где-то там... – и его глаза забегали по сторонам, выдавая волнение. .

Когда не понимающий, в чём дело, Эдгар двинулся по указанной тропе, его окружили несколько мускулистых мужчин. Мигом приняв защитную стойку, граф запоздало заметил среди мужчин Лоту и немного расслабился.

– Лота и… команда Лоты?

– Точно, хватай его! – приказала бывшая пиратка. В мгновение моряки накинулись на цель.

– Что за чертовщина, Лота?!

Растерянного графа быстро связали. А затем, завязав глаза, затащили на борт корабля.

Эдгара оттащили в каюту и привязали к стулу. Считая происходящее дурацкой шуткой, он не стал всерьёз вступать в драку, но похоже, Лота и её команда действительно настроены лишить его свободы.

Комнату заперли. К тому моменту, когда Эдгар вернул себе свободу, разрезав верёвку припрятанным в рукаве лезвием, корабль уже отчалил.

За окном граф видел смутные очертания Внутренних Гебридских островов. Он смутно понял план Лоты.

“Нужно немедленно развернуть корабль”, – думал он, но не мог ничего сделать, так что продолжал стоять у окна, пока не перестал различать очертания островов.

“Меня посадили под арест”.

Под таким предлогом он может ещё раз встретиться с Лидией.

“Нет, нельзя, – тут же помотал он головой. – Если увижу её, сам не знаю, что сделаю”.

Наконец утвердившись в своём решении, Эдгар уселся на стул и, притворяясь по-прежнему связанным, позвал:

– Эй, Лота! Что это значит? Если сейчас же мне не объяснишь, я превращу твой корабль в кучку дров!

Вскоре дверь отворилась, и в каюту вошла капитанша.

– Что угодно, но только не это. Ты, гнилая задница, действительно ведь сделаешь.

– Тогда объясняй.

– Рано пока. Ты останешься здесь, пока мы до Лидочки не доплывём.

Остановившись перед пленником, Лота скрестила руки на груди.

Эдгар скосил взгляд: “Как я и думал”.

– ...Я не стану видеться с Лидией. Это ухудшит её состояние. К тому же, мы достигли согласия в этом вопросе.

Лота недовольно нахмурилась.

– Достигли согласия? Конечно, нет, якорь тебе в глотку! Для тебя помолвка – так, слова на ветер, а для Лидочки – решение, которое принимается только раз в жизни! Как её можно взять и разорвать?!

– Это не “слова на ветер”. Для начала, именно Лидия предложила расстаться. Чуть позже и я понял, что прекращение наших отношений – наилучшее решение.

– Не встретитесь – так ничего и не определитесь, ясно тебе? Поговори с настоящей Лидией, не во сне. Услышь её голос, почувствуй её присутствие рядом с собой. А затем ещё раз напряги башку и подумай, точно ли она хочет уйти от тебя, дьявол побери вас обоих!

Лота раздражённо тыкала в графа пальцем. Разозлившись, тот мгновенно схватил её за руку, встал и проговорил прямо в девичье ухо:

– Мне не нужны твои поучения.

Когда дыхание графа защекотало ушную раковину, Лота вскрикнула и отпрыгнула.

– Чёрт! Да уж, с тобой нельзя расслабляться.

– Пойдём, вернём твой корабль в порт.

Но бывшая пиратка – не из тех, кто спокойно выполняет чужие приказы.

– Не хочу. Должна сказать, у нас есть заложник.

Княжна щёлкнула пальцами, дверь снова открылась и в каюту робко заглянул Поль.

– Поль, ты заложник?

– Нет, эм-м…

– Мои извинения, лорд Эдгар.

Художник ввёл в каюту Рэйвена со связанными руками. Такая верёвка не удержала бы воина духа и трёх секунд. Для начала, даже если бы вся команда Лоты набросилась скопом, они бы не смогли пленить его.

Эдгар измученно посмотрел на слугу:

– Ты тоже заодно с Лотой?..

– Нет, я… я последую за лордом Эдгаром.

Если бы хозяин приказал, Рэйвен легко проделал бы пару дыр в корпусе судна или заставил бы корабль направиться в ближайший порт. Но, вероятно, он не хотел мешать плану Лоты и потому не сопротивлялся.

– Значит, вы все вместе спланировали это.

Рэйвен, Поль, Лота, – все они хотели заставить его увидеться с Лидией. Они считали, что влюблённая пара должна встретиться лично и обсудить своё решение.

Вновь усевшись на стул, Эдгар вздохнул и устало посмотрел на друзей.

– Как бы то ни было, освободите Рэйвена. Такая тонкая верёвка… что он связан, что нет, – всё едино.

Поль кивнул – и хадиец мгновенно снял пеньковые оковы.

– Капитан, можно вас? – вдруг заглянул в дверь один из матросов.

– Что стряслось?

– Мы получили оговоренный сигнал, но из другого места.

– Сигнал? – переспросил Эдгар, на что Лота знаком предложила пройти за ней.

Все присутствующие направились на палубу.

Капитанша достала подзорную трубу и устремила взгляд на восток, где из-за темноты почти ничего не было видно.

– Ясно. Давайте посмотрим поближе.

Посмотрев в переданную Лотой трубу, Эдгар смог разглядеть расплывающийся в темноте берег и мерцающие огни костров в одном месте. Всего три ярких точки.

– Что это за сигнал?

– Фергус должен был тайком привести Лидочку на берег. Но это место гораздо севернее, чем тот мыс, у которого они должны быть.

– Эта часть острова не принадлежит МакКилам. Там должна быть деревня клана Коннахт, – доложил Рэйвен, сверившись с картой.

“Что это значит?” -Эдгар погрузился в размышления. Если Лидия оказалась здесь, не значит ли это, что она покинула берег с чудотворным мысом?

Неужели она отправилась на принадлежащие Коннахтам территории ради встречи с ним? Или же на безрассудство её подтолкнула принесённая Фергусом весть о его смерти?..

– Поспешите. Если Лидия настолько отдалилась от мыса, её состояние будет только ухудшаться.

Разрываемый тревогой граф прислонился к фальшборту.

Достигнув берега, Фергус остановил лошадь, спешился, помог спуститься на землю родственнице и молча начал суетиться на едва различимом побережье.

Из торфа и соломы, прихваченных из попадавшихся по пути домов, горец сложил на берегу три небольших кучи.

Хотя боль в её ране немного утихла, кажется, у Лидии началась лихорадка, поэтому она закуталась в одеяло, дрожа от холода.

– Замерзла? Я разожгу огонь, – сказал Фергус и зажёг торф.

Он усадил девушку поближе к огню и устремил взгляд в сторону моря.

– Эй, что там?

– …Тебя скоро найдут, – едва слышно протянул мужчина, не собираясь ничего объяснять.

Лидия не понимала, что происходит, но справедливо рассудила: поскольку Фергус так сосредоточенно вглядывается в море, скорее всего, он подал сигнал кораблю.

Небо на востоке начало сереть.

“Корабль ... приближается?”

На пригревшуюся у костра девушку накатила сонливость.

Полудрёма выпустила на волю мысли, и они закружились в упорном хороводе.

“Верно. Интересно, это Лота? Или, может быть, Эдгар?.. Нет, он не приедет. Он должен понимать, что лучше нам не видеться. Потому что, если мы встретимся… я обязательно скажу что-нибудь своенравное. А ведь нам, наконец, удалось принять решение…”

– Лидия, они здесь.

Разбуженная голосом горца Лидия открыла глаза. Она увидела светлеющее небо и лодку, причалившую к берегу. Чуть поодаль, в море, на якоре стоял большой корабль. На лодке виднелось два силуэта. Один из них спрыгнул на мелководье, пошёл к берегу и остановился.

– Эдгар… – внутри разлилось бессознательное побуждение подбежать к нему.

– Лидия, я пришёл попрощаться с тобой.

Лидия сдержала глупый порыв, когда услышала эти слова. С другой стороны, голос Эдгара пробудил бурю чувств в её груди.

Это не сон, он действительно здесь. Она на самом деле слышит его голос, его светлые волосы развеваются на ветру, до стройного подтянутого тела можно дотронуться, а пепельно-лиловые глаза не отрываются от неё ни на миг – всё это не иллюзия.

Лидия сама не знала, перехватило дыхание от усиливающегося влияния клинка фир-хлисов или от того, что Эдгар был прямо перед её глазами.

– … Ты возвращаешься, верно? В Лондон, – с трудом выдавила она из себя.

– Спасибо, благодаря твоей любви я смог не сбиться с пути.

– Я всегда доставляю тебе неприятности. И всё же ничего не знала.

Эдгар покачал головой и горько улыбнулся.

– Позволь мне сказать напоследок: до конца жизни моя любовь принадлежит только тебе.

– Нет... ты не можешь этого сделать! Ты же дворянин.

От семейного счастья Эдгара зависит будущее графского рода, и Лидия хотела, чтобы её любимый должным образом защищал семью.

– Придурок. Ты пришёл только, чтобы сказать это? – вдруг Фергус сердито повысил голос. – Слушай сюда, когда Лидия услышала о твоей смерти, она тут же уехала, чтобы убедиться в этом факте. Она твоя невеста, так что намеревалась сделать это в качестве единственного близкого человека. Хотя ты заявил о расторжении помолвки, она сказала, что останется твоей невестой до конца жизни…

– Фергус, всё в порядке. Эдгар понимает мои чувства.

– Лидия, можно мне подойти ближе? Я хочу посмотреть на твоё лицо.

Она кивнула, и невеста с женихом медленно пошли навстречу друг другу, но примерно на середине оба сорвались на бег и сами не заметили, как оказались в объятиях друг друга.

Но вскоре хватка обнимающих её рук ослабла, словно жених пришёл в себя.

– Прости. Я беспокою твою рану, верно?

– Нет, всё хорошо.

Стоило ей дотронуться до любимого, как рана отозвалась ноющей болью. Но если они отпустят друг друга, уже никогда не коснутся вновь. И это осознание причиняло намного больше страданий, чем физическая боль.

Так что Лидия продолжала льнуть к мужчине, которому принадлежало её сердце, чувствуя, как его руки вновь смыкаются вокруг её тела.

Объятия во сне не шли ни в какое сравнение с реальностью. Она чувствовала его тепло, чувствовала налитые силой мускулы под чужой одеждой, её естество трепетало от силы, с которой мужчина прижимал её к себе, а струны души пели от радости воссоединения.

Его щека прижималась к её волосам. Он выдохнул имя невесты, словно желая сказать намного больше, но всё же промолчал.

А Лидия отчаянно сдерживалась, чтобы не выпалить: "Пожалуйста, дождись, пока моя рана исцелится".

Если она так скажет, недавнее прошлое вновь повторится. Эдгар легко может обратиться к воспоминаниям Принца ради неё.

Она связана с Пророком, и, будучи рядом, её любимому постоянно придётся сталкиваться с той частью себя, что хранит воспоминания Принца.

– …Спасибо, Эдгар.

Девушка наконец взяла себя в руки, отстранилась и вытерла бегущие по щекам слёзы.

Боль усилилась настолько, что стало трудно дышать. Стоило попрощаться до того, как ей станет совсем плохо. Если она упадёт в обморок прямо здесь, жених точно будет беспокоиться.

– Прощай… – с огромным трудом Лидии удалось отвернуться от любимого.

Эдгар продолжал молчать, как будто не желая произносить эти слова.

– Граф!..

В этот момент она услышала крик Нико.

По берегу скакал чёрный жеребец, а серый кот цеплялся за его гриву, периодически взлетая в воздух.

"Нико и Келпи?"

– Я не могу понять, сколько ни думаю! Так что я решил довериться тебе!

Нико бросил что-то графу, и тот ловко поймал пущенную в полёт вещицу.

Чувствуя, что не сможет уйти, если ещё хоть раз увидит любимого, Лидия, не оборачиваясь, пошла вперёд.

– Подожди, Лидия! – выкрикнул Эдгар, хватая любимую за руку и рывком притягивая к себе.

Удивлённая девушка обернулась, и её губы тут же попали в сладкий плен. С отчаянным напором он пытался углубить поцелуй. Паникующая Лидия почувствовала, как в рот скользнуло что-то маленькое и твёрдое, но, поскольку Эдгар не отпускал её, ей оставалось только проглотить это нечто.

– …Эд… что ты…

Она испуганно хватала ртом воздух.

Поцелуй человека, с которым она должна расстаться. И всё же этот поцелуй смутил Лидию: её щёки покраснели, а голова закружилась ещё сильнее, чем от первого поцелуя.

С другой стороны, она почувствовала, как боль от раны начала затихать, а лихорадка отступила вместе со сковывающей тело тяжестью.

Хотя руки Эдгара касались раны, она не чувствовала мучительной рези.

“Что я проглотила?”

– Эх… После нашей встречи я бы точно не смог отпустить тебя, – проговорил граф, нежно погладив свою фейри по волосам.

Он болезненно нахмурил брови.

– Мне очень жаль. Лидия, я действительно не могу отказаться от тебя. Пожалуйста, прости моё самодурство.

Её ноги вдруг оторвались от земли – Эдгар внезапно поднял её на руки и направился к лодке.

– Э… Эдгар?

– Фергус, прими мою благодарность! – бросил граф, даже не повернувшись,

– Я сделал это не для тебя! – фыркнул горец, но на лице его светилась улыбка.

– Эй, Эдгар! Опусти меня, я ...

Но тот, не слушая, продолжал идти по мелководью, держа любимую на руках.

– Если мы останемся вместе, однажды тебе снова придётся принять горькое решение…

Она била жениха по спине, но тот всё равно не отпускал её.

– Мисс Карлтон!

Голос Келли донёсся до них, когда двое усаживались в лодку.

Всполошенная служанка быстро сообразила, что её госпожа в итоге оказалась в руках будущего супруга и счастливо замахала руками, провожая отплывающую шлюпку.

– … Всего наилучшего, мисс Карлтон! Желаю вам с графом счастья!..

– Н-нет, Келли, останови Эдгара!

Но Келли с улыбкой продолжала размахивать руками. Рэйвен вёл лодку в открытое море к ожидающему их кораблю, и фигуры провожающих становились всё меньше и меньше, пока прощальные крики не затихли вдали.

Распустив белые паруса, словно огромные крылья, судно летело по волнам. Нико сидел на рее и смотрел на удаляющиеся острова.

Когда-то он так же покидал этот архипелаг вместе с Авророй и профессором, а теперь – вместе с Лидией и графом. Ему так хотелось провести как можно больше времени с его маленькой воспитанницей и Рэйвеном, что отъезд с островов не казался большим делом: что ни говори, он отправляется в новое путешествие с дорогими людьми.

Острова ласково провожали его в путь. Нико довольно прищурился, чувствуя их участие.

– Значит, ты уходишь, компаньон Авроры, – перед ним плавал в воздухе мальчик. Тот самый, из сна Хозяина.

– Сейчас я компаньон Лидии.

– Здорово быть свободным.

– Свободным, хм… Думаю, так и есть. Но всё ли будет хорошо? Ни Лидия, ни граф не уверены в этом.

– Аврора доверилась тебе, так что делай, как считаешь нужным.

Аврора желала своей дочери счастья. Она знала, что не доживёт до свадьбы своего дитя, так что яро молилась, желая Лидии найти истинную любовь.

Тогда Аврора должна быть счастлива.

– Интересно, где Пророк?

– Без понятия. В любом случае, без гелиотропа Пророк не сможет осознать свою судьбу.

– Человек, связанный по крови… Вне островов МакКилов шанс встретить такого невелик.

– Или, возможно, судьбы уже изменились. Этот граф, он не разбудил Хозяина.

– Так ли это?

– Да, будущее выглядит примерно так. Даже если ты узнаешь что-то ещё, будущее просто продолжит меняться.

Вероятно, настоящее всё сильнее отличается от того будущего, что в прошлом видел Пророк…

Образ мальчика исчез, он вернулся в сон Хозяина.

По мере приближения рассвета цвет моря менялся. Вдалеке виднелось маленькое пятнышко, – то был остров Хозяина. Матросы собрались на носу и опрокинули за борт несколько бочек пива. Напиток был подношение Хозяину Островов.

Услышав от Эдгара историю о Хозяине, Коннахты пообещали продолжить древнюю традицию. Похоже, они собираются убедить другие кланы следовать их примеру.

Если трещина во сне Хозяина зарастет, сила Неблагого Двора пойдёт на убыль. В краткосрочной перспективе ничего не изменится, но через некоторое время ситуация на островах изменится к лучшему.

Принц Бедствия появился, когда сон Хозяина пошатнулся. Если проклятая сила Принца станет слабее, Эдгару, возможно, удастся остаться собой, запечатав воспоминания глубоко внутри.

Нико повернул голову и чуть не упал с реи: рядом с ним сидел Келпи в человеческом обличье.

– А вообще возможно, чтобы человек разбудил Хозяина Островов? – пробормотал он, ни к кому не обращаясь. Он словно спрашивал сам себя. – Даже с мечом Блу Найта магия людишек слишком хилая, чтобы разнести сон, а?

– …Дай-ка подумать. Если бы граф не отказался от плана разбить празем, он мог бы и погибнуть.

В любом случае, удивительно, что Эдгару удалось невредимым проникнуть к источнику сна Хозяина.

Вот почему Армин просила Келпи остановить графа. С другой стороны, она же отправила ему подсказку, как добраться до Хозяина.

“Чёрт, что же надо этой треклятой селки?” – Келпи беспокоился.

В глазах Улисса график являлся Принцем. Для организации Принц – властитель, без которого они не смогут добиться своих целей, так что навряд ли чокнутые фанатики рискнули бы подвергнуть графа смертельной опасности. Не значит ли это, что не Улисс отдавал приказы Армин и из тени направлял графа?

Келпи пришло в голову, что кто-то мог подвергнуть графика проверке, пытаясь вытащить на свет его истинную сущность. И сутью этой проверки было поглощение воспоминаниями Принца. Если бы граф, отдавшись магии Неблагого Двора, потерял контроль над собой, то просто сдох бы, похоронив вместе с собой воспоминания Принца.

Ничего другого Келпи придумать не мог. Оставался вопрос: стала бы неравнодушная к графу Армин участвовать в такой рискованной затее?

Возможно, селки использовала Келпи, чтобы подтолкнуть Лидию к действию. У сердобольной фейри-доктора точно достанет сил, чтобы удержать Эдгара в роли графа Блу Найт.

– Эта баба… что именно происходит?

– Это баба? – вопросительно взглянул на собеседника фейри-кот.

– Ничего.

Келпи не собирался распространяться об Армин. Лидия вот-вот получит заслуженное счастье. Неприятные мелочи лучше держать при себе. Опустив взгляд, он как раз увидел дорогую подругу: жених вывел её из каюты на палубу.

– Э-эх, а всё же жаль. Если бы он сдох, мы с Лидией снова смогли жить бы вдвоём, – с печальной улыбкой пробормотала водяная лошадка.

– Эдгар, пожалуйста, не сжимай так сильно мою руку, – растерянно проговорила Лидия, которую жених чуть ли не тащил за собой.

– Но если я ослаблю хватку, ты сразу сбежишь и запрёшься в комнате, верно?

Похоже, граф действительно думал, что невеста сбежит, стоит её отпустить.

– Я не смогла открыть дверь сию секунду, потому что Лота как раз осматривала рану на моей спине.

Лидия не могла открыть дверь, так как была в неглиже, но Лота преподнесла это совсем иначе, сказав: “Она не хочет тебя сейчас видеть”. В итоге всё то время, пока девушка одевалась, встревоженный жених переругивался с пираткой под дверью. Когда она наконец привела себя в порядок и Лота открыла дверь, Эдгар ворвался в каюту и потащил любимую наружу, заявив:

– Мне нужно тебе кое-что сказать.

И вот пара прогуливалась по палубе.

– Как твоя рана?

– Всё хорошо…Боль исчезла без следа, и Лота сказала, что не осталось даже шрама.

Горькие складки в уголках губ Эдгара расправились, словно он смог выдохнуть с облегчением. Он нежно посмотрел на свою фейри и улыбнулся.

– Вот как… Отрадно слышать. Значит, магия фир-хлисов полностью рассеялась, верно?

Лидия кивнула.

– Я не ожидала, что гелиотроп Нико окажется каплей из источника Хозяина Островов.

“Интересно, как матушка получила его?”

Поскольку Аврора работала фейри-доктором в Гебридском архипелаге, возможно, ничего странного в наличии у неё такого камня и не было.

– Тогда ты не собираешься избегать меня? – подойдя к перилам, Эдгар повернулся к невесте, и спросил, заглядывая в глаза.

Не то чтобы она собиралась его избегать. Лидия просто ещё не до конца избавилась от смущения.

Они решили расстаться, так нормально ли как ни в чём не бывало вернуться к прежним отношениям?

Небо на востоке постепенно окрашивалось в бледно-оранжевый цвет. Там, прямо за кромкой горизонта, притаилось тёплое солнце.

– Нико верит, что я не стану Принцем и смогу сделать тебя счастливой. Поэтому он отдал мне гелиотроп. Когда я поймал самоцвет, то почувствовал, что уже никогда не смогу отпустить тебя, что бы ни произошло. Вот почему… – граф не выдержал и с тревогой посмотрел на Лидию. – Но ты злишься? Считаешь наш брак ошибкой?

– Я не знаю. Меня силой затащили на корабль, не дав ни секунды подумать, – девушка опустила взгляд.

– Не могла бы ты не использовать такое неприглядное описание?

Лидия немного сердилась. Долгие муки раздумий, ночи тревог, через силу принятое решение… и вот Эдгар перевернул всё с ног на голову, доверившись интуиции и оставив без внимания весомые аргументы. Он с лёгкостью разрушил то, что так тяжело далось девушке.

– Ты вечно поступаешь так, как сам хочешь. Когда я сказала тебе, что хочу остаться с тобой, ты оставил меня; когда просила не охотиться за лекарством, всё равно решил идти до конца и отправился за ним. Я так боялась за тебя. И вот, в тот момент, когда я решила остаться с тобой вопреки судьбе, ты берёшь и бросаешься на меч… – невеста графа всё больше распалялась. – И что дальше? Ты приехал попрощаться со мной, но вдруг передумал и посадил меня на этот корабль. Думаешь, всё вернётся, как по щелчку пальцев? Думаешь, я смогу сразу же изменить свои чувства?

Даже Эдгар понимал, насколько неразумно поступил. Взволнованный, он убрал протянутую к любимой руку и вздохнул.

– Когда дело касается тебя, я не могу сохранять спокойствие и в итоге веду себя эгоистично, – в голосе звучала непреодолимая решимость. – Но я не думаю, что наше воссоединение – это ошибка. Возможно, я принял много неправильных решений, но на этот раз дело не в эгоизме... Мне кажется, ты тоже не хотела такого расставания... Или я ошибаюсь?

Итак, его умение заговаривать зубы по-прежнему было при нём.

Нет, в этот раз Эдгар не так уж уверен в себе. В обращённом к любимой взгляде плескалась тревога.

– Как и думал. Ты действительно желаешь разрыва? – робко спросил он, когда Лидия так и не подняла головы.

Или он задавал такой вопрос из безумной самоуверенности, рассчитывая на отрицательный ответ?

Лидия разозлилась.

– Как ты можешь спрашивать меня о подобном?

“Разве ответ не очевиден? Это несправедливо”, – слёзы наполнили девичьи глаза и покатились по щекам.

– Если я скажу, что хочу, ты отправишь меня назад? – её голос дрожал, а тревога не позволяла подобрать правильные слова.

– Извини, я не смогу. Умоляю, не плачь… Ничего страшного, если мы не сможем сразу вернуть наши отношения. До тех пор, пока ты хочешь быть моей невестой…

Он действительно нервничает?” – удивление приглушило гнев, но слёзы не останавливались. Ей не было грустно, счастье не переполняло душу… Возможно, Лидия просто чувствовала облегчение, но она ещё не разобралась в чехарде произошедших событий и не могла дать честного ответа.

Эдгар ласково коснулся щеки любимой, вытирая слёзы. Движение получилось странно сдержанным, словно он старался не касаться невесты без необходимости.

– Если хочешь, клянусь, я сделаю всё, чтобы ты никогда не пожалела об этом дне, – произнёс он серьёзным и решительным тоном.

Лидия наконец смогла немного приподнять лицо.

– Я не потеряю себя и останусь графом Блу Найт. Меня не сломит ни Улисс, ни кто-либо ещё. Я буду выполнять свой долг несмотря ни на что.

– Но если появится Пророк…

– Нам ни к чему сражаться с врагом Принца.

Беспокойство фейри-доктора улетучилось.

Эдгар изменился. В тот момент у источника Хозяина Островов он понял, что для защиты самого дорого недостаточно безрассудно бросаться в бой. Он не должен сближаться с Принцем, даже ради любимой невесты.

– Лидия, ты выйдешь за меня замуж? – произнёс он, достав из кармана кольцо.

То самое помолвочное кольцо с лунным камнем.

Свет восходящего солнца мягкой кошкой подобрался к кораблю и отразился от лунного камня.

Величественная луна, поймав рассвет, сдержанно засияла, будто застенчивая непорочная невеста.

Наконец перестав плакать, Лидия тихо кивнула, и Эдгар осторожно надел кольцо ей на безымянный палец.

Удовлетворительно глядя на неё, граф прищурился от яркого света.

– Наконец-то наступил рассвет.

Мягкий свет солнца окутывал влюблённую пару и постепенно стирал долгие тёмные ночи, проведённые в разлуке.