"За совершения преступлений в виде попытки причинить вред принцессе и обмана члена королевской семьи другой страны, дом семьи Симмонс была окончательно низвергнута руками самой миссис Симмонс."

Прошла неделя после того происшествия на балу.

Принцесса Мария, нарядившаяся как инкогнито, сейчас находилась в комнате резиденции, где остановился Альфред, младший брат короля.

- "Моя дочь, Эвелин, на грани безумия.... Она вновь пыталась задушить свою мать, из-за чего та временно не могла дышать. А теперь она никогда не сможет встать с постели."

- Вот как.

Сказал Альфред со вздохом, сидя напротив Марии за круглым столом, когда услышал это.

- Еще ранее, в Королевском замке до меня доходили подобные слухи. И все это благодаря Марии.

- ...

- ... Спасибо за это... Два года назад, руками этой же матери с дочерью было стерто лицо моей возлюбленной.

Говоря это, Альфред закрыл свои веки, словно пытаясь скрыть печальные голубые глаза.

- Я познакомился с Джессикой на званом балу в Королевском замке этой страны. Она была красивой, нежной, жизнерадостной девушкой.

- Вспомнила. Старшая дочь в семье графа Эйде. Тогда я была совсем юной и много училась. В то время все надеялись, что после помолвки графини нашей страны и принца Альфреда, отношения между нашими странами станут еще более дружественными, но...

Вдруг Мария остановилась на полуслове, на что Альфред согласно кивнул и продолжил.

- Когда по странам прошли слухи, что ее лицо было "обезображено какой-то таинственной болезнью", мои родители в гневе рассторгнули помолвку. Тогда-то у меня и закралась мысль, что данное происшествие не было чистой случайностью, что где-то должен был остаться чей-то след...

- Значит, тогда-то ты и решил поискать причину болезни в Элен-Флоу.

- Честно говоря, я тогда был удивлен. Когда Мария, которая еще училась в той стране, вдруг спросила меня, не желаю ли я узнать причину ее болезни и найти ответы?

В ответ Мария лишь улыбнулась опустив глаза, ничего не говоря.

- ... И Все таки могу ли я спросить тебя? Как ты смогла провернуть все это за столь короткое время?

- Вообще-то я не сделала ничего особенного. Благодаря сотрудничеству Альфреда.

- Все, что я сделал, это улыбнулся Эвелин на первом балу, и последовал за тобой на задний двор той ночью. Все остальное уже было заранее подстроено тобой, верно?

- Да. И этого было достаточно.

- Но тогда почему не последовало никаких изменений после питья отравленного чая?

- ...

Перед ответом, Мария слегка улыбнулась, опустив руки на свои колени.

- Все просто. Я приготовила противоядие и приняла его, прежде чем выпить яд.

- Противоядие...?

- Еще в начале плана, я заметила расцветшие ядовитые цветы в саду того дома. И заранее попросила знакомого купить противоядие, а затем, принимала его, говоря им каждый раз, что "плохо себя чувствую".

- Пожалуйста, подожди-ка минутку.

Глаза Альфреда чуть не выкатились от услышанного.

- Как такое возможно, определить простым взглядом на цветы, что это яд? Более того, ты даже смогла достать нужное противоядие...

- Насчет яда, я усердно училась.

Мария тщательно копила знания, необходимые для мести в этой жизни.

А яды, можно сказать, было для нее элементарным знанием. Желая сделать знание своим оружием, она читала книгу за книгой до поздней ночи.

- И ради того, чтобы изучить все книги о ядах, я заглядывала в Королевскую библиотеку в Элен-Флоу, пока училась там. И даже смогла записать для себя содержания всех книг в той библиотеке.

- Чт... В Элен-Флоу, в этой огромной библиотеке страны...!?

Что касается тех цветков, то их не так уж и трудно было достать. Они преспокойно росли в своей естественной среде в одной стране.

Противоядие тоже изготавливалось в той стране. И когда Мария обнаружила эти ядовитые цветы в саду семьи Симмонс, то попросила Джина купить противоядие, которое она показательно приняла в гостях у Эвелин в тот самый день.

- Так, ладно... Тогда, что насчет фальшивых писем для мисс Эвелин?　Почерк в них выглядел совсем не так, как у Марии.

- У меня несколько разных почерков. Так, я хотела скрыть свой "настоящий" почерк из-за определенных обстоятельств.

- ... Намеренно ли моя подпись была указана неправильно, когда было использовано сокращение "Дж.", как отличительная черта от моей страны?

- В этом то и состоял план - оставить отличие, как доказательство. Чтобы в случае чего, доброе имя Альфреда не пострадало. Мне нужен был такой элемент, благодаря которому они не смогли бы сразу распознать, что письмо - подделка.

Поэтому Мария не стала просить Альфреда написать письмо, а все приготовила сама.

Настоящий же почерк Марии был "тот самый почерк, который был у нее в предыдущей жизни". А другими почерками она пользовалась для прикрытия, и оказались крайне полезны в такие моменты.

- Принцесса Мария. Что-то не так...

- ... Нет, просто Эвелин однажды сказала мне, что учиться не обязательно.

Но Мария так не считала.

- Будь то мужчина или женщина, если ты хочешь жить так, как хочешь сам, то тебе нужно учиться для этого, верно?

- ... Хм...

На что Альфред слегка улыбнулся зажав рот, а после, слегка опустив взгляд, продолжил.

- Ох, ха-ха, ты права! Ладно, не знаю, чего ты добиваешься, но хорошо, будь по-твоему.

Альфред, который до этого говорил с ней в более высоком тоне, слегка посерьезнел.

- Итак... После того, как всем стало известно, что мать и дочь Симмонсов пытались причинить вред принцессе Марии, при замке начались призывы казнить их немедленно. Но ты же призвала их всех остановиться и прекратить это, предложив им другое решение, изгнание.

- Да.

- А теперь они начали восхвалять тебя как святую. Как только ты сказала им, что прощаешь тех, кто пытался причинить тебе боль.

- Вздор.

Это не было ее целью. И Мария выразительно улыбнувшись, сказала.

- Смерть - слишком легкое наказание. Матери и ее дочери придется как следует принести свои "извинения" перед жертвами, а после, исчезнуть из страны.

- Понятно... И, какое же будет место для них за пределами этой страны?

- ...

В ответ молчание, и Альфред протянул руку к Марии.

И в этот момент, в их глазах загорелось темное пламя. Это было не только из-за мести, в них было чувство глубокого гнева и одержимости.

- ... Хорошо.

На что Мария медленно закрыла глаза и тихо вздохнула.

А когда она медленно открыла их, он уже пожимал ее за руку, и заговорила с ним обычным тоном.

- Но при условии, что мы не будем их убивать.

- ... Значит, по рукам. Женщина, чье лицо было расплавлено, и женщина, чье тело стало неподвижно.

Альфред улыбнулся говоря это, и пожимая ее руку.

- После этого, я собираюсь забрать с собой Джессику. Благодаря тебе я смогу доказать им, что это была не болезнь. И неважно, что они еще будут говорить, я не собираюсь ее больше оставлять.

- ... Ясно.

- Спасибо, что помогла мне с моей местью, я в большом долгу перед тобой. Если возникнут проблемы, клянусь именем Скайрейна, что обязательно помогу тебе.

- Да... И тебе спасибо, Альфред...

Но Альфред не знал.

Что это было не ради мести Альфреда.

Мария лишь воспользовалась его ненавистью.

(Уверена, Альфред наверняка убьет их, когда-нибудь... Ну, это уже будет неважно. Самая важная часть мести, в котором была отнята ее драгоценная дочь, уже достигнута.)

Мария никогда не забывала то прошлое, где она и миссис Симмонс когда-то были еще юными.

В тот день, когда ее вывели на задний двор академии после обвинения в краже драгоценного украшения, которого она не совершала, ее избивали, топтали, поносили и унижали. От этих воспоминаний ее чуть не стошнило.

(Теперь месть свершилась. Видимо, он тоже страдал от потери чего-то более важного, чем его собственное. Но...)

Отпустив руку Альфреда, Мария отвела глаза.

(Огонь в нем еще не остыло.)

Пламя ненависти, что горела в глазах Альфреда, еще сильнее разожглась и в Марии.

И та пламя ненависти, что горела у нее внутри, стала полыхать еще сильнее.