В ночном небе Хисгарда завывал ветер.

Из-за облаков, что проплывали во тьме, выглядывала луна, освещая голубоватым светом разрушенный город и его окрестности.

На небольшом холме, чуть в стороне, возвышалась церковь. Ее территория была окружена каменной стеной, а вдоль нее тянулась грунтовая дорожка. В конце дороги находилась полуразрушенная лестница, которая вела к небольшой, но видной церкви. Хотя на вид она была простая, благочестивая атмосфера, окружавшая ее, напоминала о том, что раньше каждое воскресенье сюда приходило много людей, чтобы помолиться.

Однако сейчас белые стены церкви были покрыты грязью, а часть крыши обрушилась.

В саду, словно присматривая за Хисгардом, который скоро окончательно исчезнет, находилось множество надгробий.

По одному из них скользнула человеческая тень. Она склонилась перед могилой.

- Посмотри на этот цветок, он прекрасен, не правда ли? Я нашла его на краю утеса и сорвала, в одиночку. Здорово, правда? — это был голос девочки, которая не так давно упала на Эдварда.

Сейчас ее голос был спокоен и наполнен грустью, нежели, когда она дерзко спорила с юношей.

- Хотелось бы, чтобы вокруг церкви было много цветов. Но сколько ни сажай, они не растут... Поэтому... я оставлю его здесь. Этот цветок, кажется, используют для некоторых экспериментов.

Девочка аккуратно положила белый цветок на надгробие.

- После того, как я сорвала его, я поссорилась с одним мальчиком. Он был очень дерзким и наглым. Обычно я не ссорюсь с незнакомыми людьми, но мне показалось, что видела его раньше, и это тоже меня разозлило. Кажется, это называется дежавю. Папа когда-то рассказывал об этом.

Пока девочка смотрела, как тонкие и нежные лепестки цветка колыхались на ветру, она услышала пугающее рычание, которое доносилось из центра города и быстро встала.

- Сегодня химеры особенно шумные. Ну, я пойду, но вернусь позже. Пока, сестричка.

Она помахала надгробию рукой и, развернувшись, покинула церковь.

На том месте, где больше не было ни души, только ветер колыхал лепестки белоснежного цветка.

***

Эдвард и Альфонс бежали через город Хисгард, уничтожая на ходу грозно рычащих химер.

- Брат, им нет конца! В городе только одни химеры! - Альфонс, ударив со всей силы, отправил в полет существо, похожее на свинью с длинным хвостом. - Черт возьми, что происходит…

Эдвард, превратив свою правую руку в лезвие, разрезал химеру с крыльями, что атаковала его с воздуха, и быстро огляделся.

Но, сколько они бы ни проверяли, в городе не было ни души.

- Ни жителей, ни алхимиков, которые, как говорят, собрались в Хисгарде, ни профессора — никого нет…

Поскольку изменившийся Хисгард вызывал у Эдварда беспокойство о безопасности Вильгельма, они решили проверить его дом, но профессора и Селены там не оказалось.

Дом Вильгельма, как и остальные, был разрушен, а материалы из нескольких близстоящих фабриках были разбросаны по всей территории предприятий. Железнодорожная станция была полностью уничтожена: рельсы погнуты, а поезда перевернуты. Лишь отдельные тлеющие костры тут и там освещали местность.

Все это явно сделали химеры. Химеры, которых создают с повышенной выносливостью и агрессией, стали настоящей угрозой. Количество этих созданий только увеличивалось, и все они неустанно преследовали Эдварда и Альфонса.

- Что это за твари? Словно они точно знают, что мы враги, — нахмурившись, сказал Эдвард.

Обычно химеры не обладают высоким интеллектом, так как они порождаются не естественным путем, а искаженными законами алхимии. Разработки по созданию химеры, понимающей человеческую речь и способной воспринимать своего противника, всегда были сложными и имели лишь редкие успехи.

Однако здешние химеры, вопреки своему нелепому виду, кажется, действительно понимают, что братья враги.

Даже птицеподобная химера, которую Эдвард недавно обезглавил, пыталась атаковать его, несмотря на потерю крыльев. И свиноподобная химера, которую Альфонс отбросил в сторону, вскоре снова встала на ноги и затопала по земле.

Хоть братья и хорошо уклонялись от атак благодаря своей ловкости и замедленным движениям химер, те все же постепенного окружали их.

- Черт, кто же их создал?! Ах, как мне это надоело! Ал!

Позвав брата, Эдвард указал на здание, стоящее недалеко на небольшом холме.

- Мы наведем здесь порядок, а потом рванем туда! Оттуда мы скорее всего сможем увидеть ближайшие города! Давай, нужно убираться отсюда!

- Понял!

Эдвард убрал лезвие на правой руке и, сложив ладони, прикоснулся к упавшему уличному фонарю. Молния, словно змея, целиком обвила фонарь. Когда свет от реакции исчез, фонарь преобразовался в огромное копье.

- Ал, используй это!

Передав оружие Альфонсу, Эдвард подошел к фонтану на площади.

- Смотри внимательно.

Хлопнув в ладоши, он прикоснулся к основанию фонтана. Яркий свет окутал строение и затем распространился по земле. На мгновение, вокруг стало светло как днем.

Верхушка фонтана начала плавиться и опускаться, а круглая бетонная чаша и металлическое основание искривлялись и деформировались.

Фонтан, становясь единым целым, преображался в новое оружие.

- Хорошо, думаю, так сойдет!

Закончив трансмутацию, Эдвард отпустил основание, и посмотрел на сооружение с пушкой и пулеметом.

- Вперед!

- Окей!

Альфонс, приготовив копье, стоял рядом с Эдвардом, который держался за рукоять пулемета. Направив стволы на окружавших их химер, Эдвард потянул за спусковой крючок. Раздался громкий выстрел, и химера, в которую попала пуля, отлетела назад. Альфонс тут же нанес удар копьем.

Чтобы не дать химерам напасть одновременно, Эдвард продолжал стрелять, а Альфонс следовал за ним с копьем. С каждой новой атакой химер становилось все меньше.

Убедившись, что большинство химер уничтожено, Эдвард отпустил рукоять и схватился за рычаг.

- Ал, отойди! - крикнул юноша и с силой потянул за рычаг.

Из пушки вылетел черный шар. Он сбил химеру с двумя хвостами, а затем влетел в каменную стену, которая находилась за ней. Так получилось создать путь к подножию холма. Братья быстро направились к дыре. Они пробегали мимо лежащих на земле химер, что стонали от боли и несмотря ни на что, пытались в таком состоянии схватить беглецов за ноги.

- Скорей!

Не успев обрадоваться тому, что им удалось сразить часть существ и создать выход, Эдвард и Альфонс резко остановились на полпути. Химера, отброшенная выстрелом из пушки, вдруг издала низкий рык, будучи на грани смерти. Существо попыталось ударить хвостами по земле, но, похоже, это было последнее его усилие. Через мгновение тело химеры обмякло и больше не шевелилось.

Однако…

- Брат, ее тело светится! – удивленно сказал Альфонс, наблюдая как тело поверженной химеры начало излучать свет.

Сияние, окутавшее тело химеры, было настолько ярким, что братьям пришлось прикрыть глаза. Однако, когда свечение исчезло, химера пропала.

- Что это?

На место, где только что лежало существо, медленно упало белое перо. Эдвард осторожно поднял его и стал рассматривать.

- Похоже на птичье перо.

- Да. Но почему оно здесь…

Братья заметили, как маленькое перо источало слабое сияние.

- Брат, оно как будто светится, верно?

- Да, и кажется оно немного теплое… Ох?!

Когда Эдвард рассматривал находку, очертания пера медленно размылись и оно исчезло в руках юноши.

- Эй, перо… исчезло… что происходит?

- Не знаю. Оно как будто появилось из мертвой химеры, — сказал Эдвард, оглядываясь на площадь, где они только что сражались.

- Ой!

- Что?

На площади еще лежали стонущие химеры, но некоторые из них исчезли, также оставив после себя перья, которые затем, быстро исчезали в воздухе. Жуткие существа пропадали один за другим.

После этого на их месте оставалось лишь белое перо.

Когда Эдвард и Альфонс в недоумении наблюдали как исчезают мертвые химеры, раздался звук хлопков.

Этот звук был совершенно неподходящим для данной ситуации.

Братья посмотрели наверх, чтобы найти того, кто сейчас аплодировал.

- Уфуфу…

На крыше полуразрушенного здания стояла женщина и смотрела на Эдварда и Альфонса.

Правую часть лица женщины прикрывала черная треугольная повязка. Она перевела взгляд с братьев на тела павших химер. Ее наряд, включая длинные сапоги выше колен и мини-юбку, был полностью черным и напоминал одежду грабительницы.

То, как она улыбалась, наблюдая за стонущими от боли химерами, было настолько дико, что Эдвард на мгновение подумал, что она сама является одной из них.

Но из-за разреза на юбке на бедрах была видна белоснежная кожа, также как и на ее обнаженной талии, давая понять, что она человек.

- Меня впечатляет, что вы смогли справиться с ними, - легкий порыв ветра взметнул длинные черные волосы женщины, что доходили до поясницы.

Она снова рассмеялась.

Ее реакция на погибших химер была скорее радостью, чем удивлением. Это убедило Эдварда в том, что женщина не просто случайная прохожая.

- Ты не похожа на того, кто здесь живет. Кто ты такая? – осторожно спросил Эдвард, и женщина, вызывающе положив руки на бедра, улыбнулась, как будто ее это забавляло.

- О, я тебя заинтересовала?

- Не глупи! Меня интересует, ты ли создаешь этих химер и управляешь ими. Если это так, то ты…

- Так ты думаешь, что я алхимик, верно? Ну, возможно. А вот что я думаю о тебе, — женщина указала длинным ногтем на Эдварда. - Ты тоже алхимик. И, судя по всему, весьма умелый.

- И что с того?! – в отличии от юноши, который был сбит с толку внезапным появлением незнакомки, женщина же сохраняла спокойствие и самодовольно продолжала смотреть на Эдварда, как бы оценивая его.

Юноша, ощущая нарастающее раздражение, сделал шаг вперед.

- Спускайся оттуда!

Похоже, что именно эта женщина натравила химер на братьев. Эдвард был готов дать отпор, как только бы заметил, что она готовится к атаке. Но женщина только удивленно приподняла брови и с игривой усмешкой сказала:

- Ой, какой ты вспыльчивый мальчишка. Ну что ж, мне, похоже, стоит отступить на сегодня. Увидимся позже.

Женщина помахала рукой, и вскоре растворилась в ночной темноте.

- Эй, постой!

Эдвард хотел ее догнать, но Альфонс остановил его, схватив за плечо.

- Брат! Нам нужно сначала убраться подальше от сюда!

После того, как он это сказал, из тьмы площади стали выходить новые химеры.

- Черт! – выругавшись, юноша быстро стал подниматься по каменной дорожке, которую нашел по пути.

Раздраженный Эдвард, направился к зданию, что располагалось на вершине холма, преодолевая завалы и пробиваясь через высокую траву. 

Через некоторое время, Эдвард заметил, что химеры стали возвращаться в город, словно они потеряли интерес.

- Черт побери, что за день! Сначала сражение с захватчиками поезда, затем я не смог задержать главного злодея, поезд сошел с рельс, люди падают с обрыва на голову и затем сбегают, а потом мы приходим в Хисгард, который полон химер, а они еще и исчезают непонятным образом. Потом еще эта странная женщина… Что за ужасный день?!

Пока Эдвард ворчал, поднимаясь по холму, Альфонс оглядывался на город.

- Более того, мне интересно куда эвакуировались профессор и остальные? И как там та девочка, за которой мы шли? Она вроде бы вошла в Хисгард…

- С такой скоростью бега, думаю, с ней все будет в порядке… Черт возьми, при следующей встрече с этой девчонкой я ее точно поймаю!

До этого момента Эдвард почти забыл о девочке, с которой он недавно столкнулся, но вновь вспомнив о ее словах, его кулаки сжались в гневе.

- Брат, послушай, — обратился к нему Альфонс.

- Что?

- Ты и так уже слишком глубоко погряз в неприятностях. Нужно понимать, что ты не просто так сталкиваешься с несчастьями, а, похоже, сам в них ныряешь.

- Неправда! Я просто…

Хоть Эдвард и разозлился, но он прекрасно понимал, что Альфонс, как всегда, был прав. С этим всем нужно было разобраться, и в первую очередь — разобраться с тем, кто стоит за этими химерами.

Эдвард попытался возразить, но Альфонс, не прерываясь, продолжил:

— Девочка, которая упала на тебя, и столкновение с химерами в Хисгарде — все это ведь произошло из-за тебя.

— Что?! Это что, моя вина?

— Кто разрушил туннель, забыв про осторожность? — с холодной решительностью спросил Альфонс, глядя на Эдварда. — Хорошо, не только твоя. Но если выразиться точнее, то в какой-то степени ты виноват частично, — признал Альфонс, хоть и не с полной уверенностью.

Эдвард замедлил шаг, скрестив руки на груди, но его лицо оставалось недовольным.

— Ну, я не виноват! Во всяком случае, я не был неправ! А если бы не этот придурок, который назвал меня «человеком размером с кулак», все было бы нормально! Я не виноват!

— Но в следующий раз, когда появится опасность, не стоит бросаться в нее бездумно.

— Я понял, — кивнул Эдвард, несмотря на то, что все равно был не согласен.

— Действительно?

Юноша, недовольно фыркнув, ускорил шаг и вместе с Альфонсом продолжил подниматься на холм. Оказавшись на вершине, они осмотрели местность.

— Смотри, Ал, это была церковь. Здесь много могил.

- И правда.

Они стали рассматривать разрушенные каменные стены и заброшенную церковь. В лунном свете можно было рассмотреть изображенные на дверях кресты. В церкви, как и в городе, никого не было, только тишина и множество каменных надгробий. Ветер шевелил траву, наполняя воздух треском и шелестом.

— Заброшенная церковь, — тихо проговорил Эдвард.

Они продолжили идти в молчании, не произнося ни слова, в память о тех, кто покоился здесь под землей, пока не остановились перед одной из могил.

— Смотри, брат, на этой могиле есть цветок, - сказал Альфонс, указывая на растение у надгробия, - значит, сюда кто-то приходил. Возможно, в Хисгарде еще остались люди или это кто-то из соседнего города.

— Да, но… — заметил Эдвард, наблюдая как Альфонс наклонился, чтобы внимательней рассмотреть цветок.

— Брат, этот цветок — тот самый, который держала та девочка.

Эдвард тоже опустился на колени перед могилой. Как и говорил Ал, это был тот же белый цветок, за который девочка, упавшая с обрыва, беспокоилась больше, чем о себе и других.

— Значит, она пришла сюда, чтобы положить его на могилу, даже после того, как упала с обрыва? — удивленно произнес Эдвард.

— Похоже на то, — ответил Альфонс. — Эта девочка, похоже, действительно имела особую связь с этим местом.

Они оба задумались над этой находкой, и на какое-то время наступила тишина. Мысли о том, что могло побудить девочку сделать такое, оставили их в полном раздумье.

- Наверное тот, кто здесь покоится, был очень важным для нее человеком.

- Хммм...

Братья посмотрели на имя, которое было выгравировано на надгробии.

- Ах!

Братья стояли у могилы, пораженные увиденным. На каменном надгробии было вырезано имя: Селена Эйзельштейн.

— Брат, это могила! — воскликнул Альфонс.

Это была могила дочери Вильгельма Эйзельштейна.

— Не может быть..., — пробормотал Эдвард в шоке. — Так Селена... она мертва...

В их памяти всплыл образ Селены — скромной и застенчивой девочки, всегда скрывавшейся за спиной своего отца, профессора Вильгельма Эйзельштейна. Встретив впервые Эдварда и Альфонса, она робко поздоровалась, а затем сразу укрылась за отцом. Но когда разговор заходил об алхимии, ее лицо озарялось улыбкой, и она оживленно обсуждала свою мечту помочь отцу создать катализатор для Философского камня. Хоть их цели были разными, но Эдвард тогда почувствовал себя ближе к ней, потому что Селена тоже любила алхимию.

Эдвард чувствовал легкую обиду, что Селена не попрощалась с ними, когда они уезжали в Дублис. Теперь, когда стало известно, что она уже давно умерла, это стало для него настоящим шоком.

Альфонс тихо произнес:

— Я не мог подумать, что мы встретим Селену таким образом... Могло ли это быть связано с химерами? Это они ее убили?

- Нет.

Эдвард прикоснулся к надгробию, проводя пальцем по вырезанным датам. Читая дату смерти, он понял, что она умерла давным-давно — еще до того, как они вернулись в Дублис.

— Селена умерла незадолго до нашего возвращения, — сказал Эдвард. — Возможно, она не пришла, потому что была больна и лежала в постели.

Он почувствовал угрызения совести за свои прежние мысли о том, что девочка не пришла на прощание. Эти воспоминания, которые он считал обидой, казались теперь несущественными. Эдвард встал, смотря на могилу.

— Мы провели с ней всего несколько дней, но это все равно шокирует. Мы могли бы сказать ей прощай, но теперь это уже невозможно...

Эдвард посмотрел на Альфонса, и они оба молчали, погруженные в свои мысли. Могила Селены и ее прежняя жизнь теперь стали для них напоминанием о том, как ценны и хрупки человеческие жизни. Эти мрачные размышления нависли над ними, как тень, но им нужно было продолжать свой путь.

Эдвард, словно желая исправить свои прежние ошибки, осторожно погладил надгробие.

— Пойдем, — сказал он наконец. — Нам нужно вернуться к нашему заданию.

Альфонс кивнул и последовал за ним. По мере того, как они покидали заброшенную церковь, ночной ветер снова напомнил о тишине и забвении, оставляя их с чувством утраты и решимостью двигаться дальше.

- Это заставляет меня беспокоиться о профессоре Вильгельме. Надеюсь, с ним все в порядке....

Альфонс был обеспокоен безопасностью профессора, но Эдвард уверенно поднял голову и направился к самой высокой точке на этой территории.

— Если речь о профессоре, то я буду надеяться, что с ним все в порядке... Мы не можем оставаться здесь, это слишком опасно. Если мы найдем другой город, возможно, сможем добраться до Централа без проблем.

— Это правда, — согласился Альфонс.

Они поднялись по каменной лестнице и обошли церковь сзади.

— Что, если мы не найдем другой город? Вернемся к майору? — спросил Альфонс.

- Нет, мне не нравится эта идея.

Поскольку эта местность была глухой, и небольшие города встречались редко, поезд, на котором они ехали в Централ, должен был обойти Хисгард и направиться дальше. Теперь, когда поезд сошел с рельс, а станция Хисгарда была разрушена химерами, им грозило возвратиться туда, где пришлось бы ждать ремонта туннеля.

Эдварду, спешившему к своей цели, очень не хотелось возвращаться к Армстронгу. По возможности он стремился этого избежать.

— Надеюсь, что в округе найдется еще один город, — сказал он, глядя на Альфонса. - Эх, но в последнее время...

- Нам не везет.

Альфонс договорил эту фразу за брата, которому было тяжело признать ситуацию. В ответ Эдвард поморщился и покачав головой, стал залезать с полуразрушенной стены на крышу церкви и посмотрел на пейзаж внизу.

- Ал…

- Что?

Эдвард позвал Альфонса, пока тот медленно взбирался вверх по стене, стараясь не разрушать ее еще сильнее.

— Знаешь, похоже, нам повезло. Там, в той стороне, видно огоньки какого-то города.

Несмотря на свои сомнения, Эдвард продолжил указывать на светящиеся вдали огни.

***

На рассвете следующего дня Эдвард и Альфонс покинули Хисгард и направились в сторону города, огни которого они увидели ночью. Постепенно лучи восходящего солнца освещали окруженную горами дорогу.

— Нам везет все больше. Похоже, что эта тропинка ведет к тому самому городу, который мы видели с церкви, — заметил Эдвард. — Надеюсь, сегодня мы сможем благополучно добраться до Централа.

После всех неприятностей и неудач, из-за которых им не удалось попасть в столицу, полные надежды на сегодняшний день они снова вспомнили события прошлой ночи.

— Интересно, кто же создал этих химер. И еще эта странная женщина появилась... Может быть, она и создала их? — предположил юноша.

— Не знаю. Если это так, то это очень умелый алхимик. Химеры, которые нападают на нас, как на врагов, совсем не похожи на обычных — у них есть интеллект, — ответил Альфонс.

— Да, они были большие и крепкие. Хотя химеры двигались медленно, нам удалось справиться, но было действительно страшно. Пока ты отдыхал в церкви, они иногда рычали в городе. Я немного переживал, что мне придется делать, если они дойдут до церкви и обнаружат нас там, — продолжил Альфонс.

Хоть Альфонс, будучи в доспехах, не мог спать, он редко боялся оставаться ночью один. Тем не менее, внутри он был все еще четырнадцатилетним мальчиком, и ему было немного тревожно слышать рычание химеры.

— Не переживай. Если что, я всегда рядом, — сказал Эдвард с улыбкой и ободряюще похлопал брата по спине. — Не стесняйся будить меня, если будет страшно.

Эдвард пытался развеселить брата, и Альфонс ответил ему с улыбкой в голосе.

— Ты говоришь так, но как только засыпаешь, то тебе будет трудно проснуться, — продолжал он.

— Это не так. Я всегда просыпаюсь. Можешь на меня рассчитывать, — заверил его Эдвард.

— Да, ты всегда заворачиваешься в одеяло или спишь с голым животом. Кстати, в следующий раз я сфотографирую, как ты спишь, — пошутил Альфонс.

— Эй, не делай этого! – Эдвард поднял кулак, на что Ал быстро увернулся.

Так, проведя за разговорами в долгом пути, через несколько часов они достигли города. Когда они вошли в залитый полуденным солнцем город, Эдвард восхищенно охнул.

— Как тут красиво, — сказал он, осматриваясь по сторонам.

Все дома здесь были новыми, краска на крышах сверкала на солнце, создавая еще более привлекательный вид.

Каменные мостовые улицы были ухоженными и без следов старых колес. Это создавало контраст с разоренным Хисгардом.

— Я и не знал, что рядом с Хисгардом есть такой прекрасный город, — с удивлением сказал Альфонс. — Похоже, здесь должна быть и железнодорожная станция... О! Простите, — Альфонс обратился к проходящему мимо мужчине. — В этом городе есть вокзал?

Мужчина с недоверием посмотрел на Эдварда и Альфонса, облаченного в доспехи.

— Хм? Откуда вы пришли? Что вам здесь нужно?

— Мы из Хисгарда... На нас напали химеры, — ответил Альфонс.

Когда Ал ответил, мужчина сразу же изменился в лице и стал более дружелюбным.

— А, вы тоже алхимики. Значит, вы наши.

— Что?

Братья были удивлены тем, что их сразу признали как алхимиков, и еще больше удивлены тем, что мужчина заговорил с ними так непринужденно.

— Я тоже пришел из Хисгарда три дня назад. Я слышал, что здесь примут любого алхимика, поэтому отправился туда в поисках работы, но он оказался наполнен химерами.

— Он считает, что мы пережили то же самое, что и он, — заметил Альфонс, обращаясь к брату.

— Это так, — подтвердил мужчина с улыбкой.

Похоже, он подумал, что раз они смогли пережить нападение химер, значит, они тоже алхимики.

— Знаете, из-за этих химер, которые появились несколько месяцев назад, Хисгард был разрушен, и выжившие жители построили этот город. Я не знал об этом и чуть сам не погиб от химеры, с которой я столкнулся. В общем, мне удалось чудом добраться до этого города. Но химер было очень много. Думаю, многие алхимики погибли, не успев убежать. Вы, видно, везучие, — усмехнулся мужчина.

Похоже он попал в этот город при тех же обстоятельствах, что и братья. Хисгард находился в отдаленной местности, и лишь не многие путешественники бывали там. Причина, по которой он решил пойти туда, вероятно, заключалась в том, что до него дошли слухи, что в городе собираются алхимики. И братья пришли к выводу, раз он смог пережить встречу с химерами, с которыми не каждый сможет справиться и сбежать от них, то мужчина такой же, как и они.

— А Вы сами алхимик?

— Ага, — сказал мужчина, приоткрыв внутреннюю часть верхней одежды, чтобы показать алхимический круг, вшитый в ткань. — Именно благодаря алхимии я смог сбежать от химеры.

- Хм?

— Ну, Хисгард уже не спасти, но в этом городе любой алхимик будет принят. Говорят, что раньше здесь был человек, который собирал алхимиков из Хисгарда. Сейчас он больше не занимается этим, но, если кто-то, кого атаковали химеры, захочет сбежать сюда, их не будут выгонять. Не знаю, виноват ли он в этом или нет, но тут никто не выдает таких людей армии или еще куда-то.

— Значит, это может быть правдой, — Эдвард, заметив, что рассказ мужчины совпадает с историей солдата о похищении поезда, спросил, — этот человек, случайно, не Вильгельм Эйзельштейн?

— О, ты о нем знаешь, — кивнув, ответил мужчина и добавил. — Благодаря этому профессору, в этом городе больше преступников-алхимиков, чем честных людей вроде меня. Городская армия не проявляет активности, так что проблем не будет. Не переживайте.

Судя по всему, большинство алхимиков, что приехали сюда, имели темное прошлое, и мужчина подумал, что и Эдвард с Альфонсом могли искать укрытие, поэтому он и дал такой совет.

- Здесь вы будете чувствовать себя в безопасности.

Затем, мужчина указал Альфонсу месторасположение станции. Эдвард, посмотрев на вывеску, подумал о том, что город, вероятно, создан при помощи того самого профессора.

— Лучше оставаться здесь, — сказал мужчина, прощаясь. Альфонс поблагодарил его, и они направились к большому арочному проходу, на котором было написано «Новый Хисгард».

— Значит, это город, который построил профессор, — сказал Эдвард, заметив надпись так же, как и Альфонс.

— Да, — подтвердил Альфонс.

Направляясь к станции, Эдвард еще раз осмотрел город.

— Если бы профессор был таким алхимиком и имел достаточно средств, он бы смог построить такой город за несколько месяцев.

— Да, после того, что мы видели в Хисгарде, я беспокоился, но, похоже, тут все в порядке, — заметил Альфонс.

Они молча шли некоторое время, пока Ал не нарушил тишину.

— Эй, брат, мы действительно идем на станцию?

— А? Конечно. Мы изначально планировали именно это, — уверенно ответил Эдвард.

— Да, но.., — с сомнением начал Альфонс, но не закончил свою мысль.

— Тот человек сказал, что профессор Вильгельм не только собирал алхимиков в Хисгарде, но и защищал преступников. Это подозрительно. Мы не знаем, откуда пришли химеры в Хисгард, а о Селене..., — размышлял Эдвард.

Причины беспокойства Альфонса были ясны, ведь вокруг профессора Вильгельма происходило много неприятных событий.

Эдвард также понимал, о чем волнуется его младший брат. Хотя его собственные чувства были не совсем связаны с волнением, но он тоже не мог избавиться от тревожных мыслей.

— Ну, у меня тоже есть вопросы к профессору, — сказал Эдвард, посмотрев вверх, как будто что-то вспомнил. — В ночь перед тем, как мы вернулись в Дублис, в лаборатории профессора было как-то шумно, — продолжил он.

— Правда? Я не помню, это было так давно..., — ответил Альфонс.

— Я тоже почти забыл об этом, пока не увидел могилу Селены. Помню, что в ту ночь, я проснулся, услышав крики. Они были ужасно мучительными... Если она умерла через несколько дней после этого, то это действительно беспокоит меня.

— Если так, то нам нужно встретиться с профессором. Возможно, он прояснит ситуацию, — предложил Альфонс, но Эдвард отрицательно покачал головой.

— Нет, нам лучше двигаться в Централ. Ты слышал, что сказал тот мужчина? Здесь много людей с темным прошлым. Если они узнают, что я Государственный алхимик, мы можем попасть в беду. И еще, в моем текущем состоянии нельзя встречаться с профессором, ведь если он узнает о трансмутации человека... Если нашему учителю станет известно о том, что произошло, все станет еще хуже... Мы можем потерять жизнь!

— Да, это верно, — согласился Альфонс, чувствуя реальность последнего утверждения.

— И так, чтобы добраться до станции, нам нужно пройти через эту главную улицу. Давай не упустим шанс и отправимся в Централ, пока нам везет.

— Пожалуй, так и поступим, — согласился Альфонс.

Взяв себя в руки, братья направились в нужном направлении и вскоре оказались на площади, где собралась небольшая толпа людей.

— Что это? — удивился Эдвард, оглядывая толпу.

— Кажется, тут много народа собралось, — отметил Альфонс.

Около десяти человек собрались в круг, а в центре друг напротив друга стояли люди.

Братья повернули головы в сторону шума, и до них донесся знакомый голос.

— Лжец! Лжец! Лжец! Лжец! — кричала девушка с короткими волосами до плеч, которую Эдвард уже видел ранее. Она стояла напротив человека с ирокезом.

— Эта девочка..., — заметил юноша, узнав ее.

Эдвард тут же нахмурился, вспомнив, что произошло вчера и прямо в этот момент девушка с широко открытыми от гнева глазами ударила мужчину с ирокезом по руке.

- Ты лжец! Ты говорил, что сегодня будешь учить меня алхимии! Если ты хочешь нарушить свое обещание, то верни мне деньги, которые я дала тебе в прошлый раз!

- Деньги? Что ты имеешь ввиду? Я не знаю... Брао, может ты в курсе? – спросил мужчина с ирокезом, стоящего рядом человека.

— Хм, я не знаю, Гельп, — пожимая плечами ответил тот, — братец Рот, ты слышал что-то?

Мужчина по имени Брао, играл пальцами с прядями своих волос около уха, и обратился к своему бритоголовому приятелю с повязкой на глазу.

— Я ничего не знаю.

Похоже, что Рот, Гельп и Брао — братья, так как у всех троих были изображены на животе татуировки с алхимическими кругами, что указывало на их статус алхимиков.

Девушка, видимо, заплатила деньги за обучение алхимии, но данные ей обещания, были нарушены.

— Как можно так обманывать! Где обещанный «равноценный обмен»? Эти мошенники и лжецы — ничего не умеющие алхимики! - Она разочарованно поджала губы.

— Эти три брата творят ужасные вещи, судя по тому, что я слышал о них, — произнес Альфонс с сожалением.

Однако никто из окружающих не осуждал троицу. Все просто наблюдали за происходящим.

— Брат, нам стоит вмешаться? Кажется, эта девочка потеряла свои деньги, — сказал Альфонс, подталкивая Эдварда.

Эдвард бросил на Альфонса настороженный взгляд.

— Ты помнишь, как вчера ты сказал, что я сам вляпываюсь в неприятности? — ответил Эдвард.

— Да, но...

Эдвард сжал кулаки.

— Ты хочешь, чтобы я помог девчонке, которая упала на меня и потом сбежала, называя меня неудачником?

— Я просто думал, что, возможно, стоит помочь, — пытался убедить его Альфонс.

Эдвард, наблюдая за происходящим, задумался.

— Ты все еще злишься? — спросил Альфонс, глядя на раздраженного брата.

Девушка в это время, старалась не показывать своей внутренней боли, несмотря на выступившие слезы в уголках ее глаз. Она смело ответила трем братьям:

— Хватит! Я не стану учиться у такого идиота как ты, я найду учителя получше!

Девушка грозно посмотрела на них троих. Однако все трио громко рассмеялось, словно издеваясь над ней.

— Ха-ха-ха! К сожалению, это невозможно. В этом городе нет никого, кто бы захотел учить тебя! — смеялся один из них.

— Вы не можете этого знать! — воскликнула девушка.

— Понимаю, так и должно быть. Ведь твой отец... ну ладно, забудь об этом, — сказал мужчина с ирокезом, завершив разговор.

- А? Что? Что-то случилось с папой? - по девушке было видно, что в этих словах было что-то важное и на ее лице отразился не гнев, а растерянность. — Эй! О чем вы говорите? Что сказал папа? Скажите мне!

— Это не твое дело. Пошли, братья, — сказал старший брат Рот, разворачиваясь, чтобы уйти.

Однако девушка схватила его за руку.

— Подождите! Папа что-то сказал, верно? Скажите мне!

— Ты так раздражаешь! Нечего нам больше обсуждать! — Рот грубо стряхнул ее руку и схватил девушку за воротник одежды.

- Кья!

- Тише ты!

Ее ноги не касались земли.

— Черт тебя возьми! — недовольно произнес Рот.

Эдвард, раздраженно цокнув, пробрался через толпу зевак и вышел вперед.

— Аааа! — вскрикнула девушка, когда ее швырнул Рот, но Эдвард успел поймать ее.

— Ты в порядке? — спросил обеспокоенно юноша.

— О, это ты! — она испуганно посмотрела на Эда.

Альфонс вышел вперед и встал перед троицей, закрыв собой Эдварда и девушку.

— Эй, ребята, вы себя ведете неподобающим образом, — сказал Альфонс. — Нехорошо обманывать детей ради денег. Верните ей деньги.

— Кто вы такие, чтобы нам указывать? — возмутился один из братьев.

Трио, заметив крупного человека в доспехах и маленького мальчика, явно стали еще более враждебными.

— У тебя хватает смелости противостоять нам. Ты думаешь, что сможешь сразиться с нами и победить? — проворчал Гельп подходя к Эдварду, и протянул к нему руку, чтобы толкнуть его в плечо. Вероятно, он думал, что невысокого Эдварда, в сравнении с Альфонсом, можно будет легко отбросить.

Однако Эд ловко уклонился и твердо оттолкнул руку Гельпа. Из-за резкого маневра, серебряные часы, что находились в кармане Эдварда, выскользнули и упали на землю.

— Вот блин, — наклоняясь за часами, пробормотал Эд.

В следующий момент, лица враждебно настроенных братьев изменились.

— Э... это же... шестиконечная звезда на серебряных часах!? — воскликнул Гельп, глядя на часы.

— Ты... Государственный алхимик! Военный!? — хором вскрикнули братья, осознав, с кем имеют дело.

В толпе, которая их окружала, поднялся шум.

— Это военный... Государственный алхимик! — с неприязнью шептали они.

— Почему он в Новом Хисгарде? Они пришли нас арестовать!? — воскликнул один из братьев.

— Не важно! Все будет в порядке, если мы от них избавимся! — закричал другой.

— Мы сможем справиться, если все алхимики в этом городе объединятся! — добавил третий.

Узнав, что в городе немало людей с темным прошлым, Эдвард хотел как можно скорее добраться до станции, но его попытки оказались напрасными.

— Черт, вот этого я и хотел избежать... Недавно цепь ослабела. Надо бы ее починить, – юноша вздохнул, осматривая цепь его карманных часов.

— Чертовы военные! Что вы здесь делаете!? — завопил в гневе Гельп.

— Что? Да ничего особенного... Я не интересуюсь тем, какие злодеяния вы здесь творите. Мне это не важно, — ответил Эдвард, разочарованный сложившейся ситуацией.

— Правда! Мы просто проходили мимо. Мы не планируем вас арестовывать. Мы только решили вмешаться, потому что то, что вы делаете, ужасно, — добавил Альфонс.

Но это разозлило братьев еще больше.

— Заткнись! Никто не будет слушать военных! — продолжал вопить Гельп.

— Ну и ладно. Вы хотите драки? — спокойно предложил Эдвард и преобразовав правую руку в лезвие с помощью алхимии, встал в боевую стойку.

Этого оказалось достаточно, чтобы негодяи наконец заткнули свои рты.

— Черт, мы это запомним! — проворчал Гельп, и братья, развернувшись, пошли прочь.

Перед тем как уйти, они бросили деньги на землю, а Эдвард помахал им вслед рукой.

— Ну вот, — сказал Альфонс, передавая девушке собранные деньги. — Это твое.

— Ах, спасибо..., — пробормотала она, взяв деньги и крепко сжала их в руках. Девушка с нескрываемым любопытством стала рассматривать правую руку Эда, которая все еще держала монету.

По сравнению с тем как дерзко она вела себя вчера, сейчас девушка была спокойной и молчаливой, что удивило Эдварда.

— Эй, ты в порядке? Так сильно испугалась? Ну, если так, то лучше не лезь к этим типам, — заметил он.

Оказавшись один на один с негодяями и попав в ситуацию, где ее обманули, забрав деньги, ей не оставалось ничего другого, как опустить голову. Заметив, как трясутся плечи девушки, Альфонс решил ее утешить.

— Ты правда в порядке? — повторил он и услышав невнятное бормотание девушки, переспросил. — Что-что?

Она резко подняла голову и посмотрела на Эдварда.

— Ух ты! Ты же Государственный алхимик! Невероятно! Разве это не здорово, малец?

— Что? Что? Что!? — возмущенно воскликнул Эдвард, сделав шаг назад.

Сияя от восторга, девушка, явно не обращала внимания на то, что ее слова разозлили Эдварда. А он, в свою очередь, продолжал кричать.

— Ну и что, мелкая! После вчерашнего, ты все еще продолжаешь меня так называть?! Я подумал, что можно забыть об этом, но нет, я не прощу! Я тебя научу хорошим манерам! Сто раз отлуплю!

— Эй, братец, она все-таки девочка!

Альфонс попытался вмешаться, но Эдвард уже не слушал.

— Это время равенства полов, Ал! Я не могу простить ее, только потому что она девочка! Эй, девчонка, иди сюда!

Эдвард попытался схватить ее за плечо, но его руку крепко сжали ладони девочки.

— Научи меня!

— Э? — Эдвард был сбит с толку тем, что она полностью игнорирует его гнев. Взгляд девушки был серьезным.

— Пожалуйста, научи меня алхимии! Ты же великий алхимик, с государственной квалификацией, верно? Я готова приложить все усилия, чтобы изучить алхимию. Пожалуйста, малец, помоги мне!

Последняя реплика девушки рассердила Эдварда еще сильнее.

— Эй, девчонка… Ты опять это повторила! Как можно так обращаться к людям, когда просишь о чем-то? Вот поэтому не стоит обзывать людей “маленькими”! — взорвался Эдвард, стряхивая руки девушки со своей.

— Ох прости, я так разволновалась! – рассмеялась девушка. – Это потому, что я не знаю, как вас зовут. Я больше не буду так говорить, поэтому, пожалуйста назови свое имя. Я Армони.

Когда девушка назвала свое имя, Эдвард нервно дернулся и указал на себя.

- Эдвард! Я Эдвард Элрик! Слушай, Эдвард! ЭД-ВАРД! Ты понимаешь? И я категорически против, чтобы меня назвали как-нибудь еще!

Альфонс, увидев, как Эдвард снова начинает злиться, попытался его успокоить и представился сам:

— Я — Альфонс, младший брат Эдварда. Будем рады знакомству.

— Эдвард и Альфонс, да? — повторила Армони, рассматривая братьев. — Вы же будете обучать меня алхимии, верно?

Эдвард, проигнорировав ее вопрос, указал на нее пальцем:

— Перед тем, как мы обсудим это, тебе стоит сказать кое-что.

— Что я забыла сказать? — удивленно спросила Армони.

- Хватит, брат. Прекрати, - проговорил Альфонс, пытаясь успокоить его, но Эд все не унимался.

- Нет, раз уж мы встретились, то мы должны разобраться. Ты забыла о чем-то очень важном!

Армони, похоже, не могла вспомнить, что именно она забыла. После нескольких секунд раздумий, она ахнула и хлопнула в ладоши.

- А, наверное, ты про это? Рукопожатие для укрепления дружбы?

— Ты что, забыла про то, что произошло вчера? Ты упала мне на голову!

Армони посмотрела на Эдварда с легким раздражением, а затем пожала плечами:

— Серьезно? Ох, ты до сих пор об этом говоришь? Вы мужчины всегда так озабочены подобными мелочами… Вот поэтому ты до сих пор такой мелкий!

— Не называй меня мелким?! И не говори слово «мелочь», — вспылил Эдвард. — Зови меня по имени!

Сказав это, юноша резко развернулся.

— Пошли, Ал. Такого неблагодарного и невежественного человека нечему учить. Только время зря потратим.

- Эй! Подожди, мал… то есть Эдвард! — закричала Армони, поспешно следуя за юношей, когда он направился в сторону станции. - Я извинюсь как следует, только подожди!

- Ну уж нет, – он побежал в направлении станции. - Мы все равно путешествуем с определенной целью. У нас нет времени на уроки алхимии! — крикнул он, поднимаясь по лестнице у входа в станцию. - К сожалению, мы заняты! Так что прощай!

Сказав это, юноша исчез внутри здания.

Армони остановилась у лестницы, а Альфонс, который был позади нее, подошел и извинился.

- Извини, Армони. Мы просто остановились в этом городе, чтобы сесть на поезд. Нам нужно спешить в Централ. Это не из-за того, что мы злые, а просто у нас действительно нет времени, чтобы заниматься обучением.

Альфонс с грустью посмотрел на опечаленную девушку, которая упорно преследовала Эдварда, пока тот не скрылся в здании железнодорожной станции.

Но Армони крепко сжала его руку.

- Учитель, решение принято.

- А? Армони, так мы же…, - Альфонс хотел снова повторить свои слова, но девушка просто улыбнулась ему в ответ.

- Если у вас будет время, вы же сможете меня научить, да? Скоро вы будете свободны.

Альфонс не понимающий, что происходит, был в замешательстве от того, как крепко она его держит.

В это время внутри здания эхом раздался разгневанный голос Эдварда.

- И как это понимать?!!! Эй, работник станции! Объясните все как следует!

- Брат!?!?!

Альфонс, растерявшись от криков брата, посмотрел на девушку, и та ему подмигнула.

- К сожалению, в данный момент поезда до Централа не ходят. Недавно неподалеку от Хисгарда произошло крупное крушение поезда, и все линии в этом районе закрыты до окончания расследования. Поэтому, вам придется задержаться в этом городе на некоторое время.

- Крушение поезда? Это значит…

Альфонс промолчал, не решаясь говорить о том, что ему это напомнило. Не было никаких сомнений в том, что речь шла о том самом инциденте, который вчера устроил Эдвард.

Эдвард, вероятно, тоже понял это. С напряженным выражением лица и шаткой походкой он вышел со станции, и стал спускаться по лестнице.

Армони встретила его с широкой улыбкой.

- Ты ведь уже поговорил с работником станции, верно? Пока не восстановят железнодорожные линии, пройдет еще какое-то время. Так что вам пока придется остаться здесь. Вот почему…, — продолжала она с легким намеком на радость и повернулась к холму позади себя. — Я предлагаю остановиться у меня дома! Не переживай! Мой папа, без сомнения, тоже вас радушно примет! Как вам такое предложение?

Казалось, что она не ждала ответа с самого начала. Армони быстро побежала вперед и оглянулась на подавленного Эдварда и Альфонса, который стоял рядом и пытался его поддержать.

- Сюда! Чего вы медлите? Быстрее! Быстрее!

- Что будем делать, брат?

- Что делать? Что тут поделаешь, раз уже некуда деваться…, — Эдвард вяло пожал плечами и поник головой.

Путь в Централ был закрыт, и единственное, что им оставалось — это ждать. Однако, если они остановятся в какой-либо городской гостинице, есть вероятность, что на них могут напасть те, кто знает о недавнем происшествии. Поэтому остановиться в доме Армони было наилучшим решением, так как она являлась местной жительницей.

- Кажется, что мы никогда не доберемся до Централа, - Эдвард посмотрел вверх на небо, и подумал о том, что Централ, становится для него все дальше и дальше.

- Похоже на то…, — согласился Альфонс.

- Или может быть, нас настолько сильно ненавидит сам город?

- Если с нами происходит столько неудач, то может быть дело в нас…

- Возможно..., - Эдвард, словно сбрасывая невидимые беды, встряхнул плечами.

- Эдвард! Альфонс! Что вы там делаете? Сюда! Сюда! — крикнула Армони. Не понимающая их беспокойства, она весело махала им, приглашая следовать за собой.

***

Братьев привели к большому красивому зданию на вершине холма Нового Хисгарда.

- Вот, здесь я живу. Чувствуйте себя как дома, и отдыхайте, — сказала Армони, когда они подошли к открытому двору.

- Чувствуйте себя как дома…, — пробормотал Эдвард, рассматривая здание. – Как-то уж больно великовато для… О, да это же замок... да?

Братья не могли найти слов, глядя на высокие каменные стены и ворота высотой около пяти метров, окружавшие огромную территорию.

Перед ними были массивные двойные ворота из темного дерева, за которыми находился сад с ухоженным газоном и каменными дорожками. Среди сада росли подстриженные кусты и скульптуры, а в центре находился фонтан, из которого непрерывно струилась вода, создавая арку, и даже были установлены скамейки, где можно было отдохнуть.

Справа от этого красивого сада находилась широкая лестница, ведущая к великолепному замку с остроконечными башнями на крыше. На удивление, но слева от фонтана находилась еще одна постройка — высокая колонна, которая, казалось, достигала небес.

Армони показала на эти здания и объяснила, что это ее дом. Замок и башня стояли друг напротив друга через сад.

— Вау, потрясающе..., — удивился Эдвард.

Они с Альфонсом путешествовали довольно долго с тех пор, как покинули родной край. Они останавливались в разных городах и деревнях, иногда ночуя в частных домах по доброте людей. Но это было впервые, когда их пригласили остановиться в замке.

— В этом мире действительно есть невероятно богатые люди, брат..., — проговорил Альфонс.

— Совершенно, верно… Слушай, Армони, твой отец, случайно не король или что-то вроде того? — спросил Эдвард, ступая по вымощенной камнем дорожке, направляясь в замок с остроконечными башнями с правой стороны.

— Нет, вовсе нет. Это старинный замок, он был выкуплен за копейки, и папа сам его отремонтировал, – весело рассмеялась Армони.

— Ты говоришь, что он сам отремонтировал такой большой замок? Впечатляет! — восхищенно сказал Эдвард, продолжая осматриваться.

Перед ними предстал широкий и просторный холл с лестницей, где все выглядело новым, словно только после постройки.

Армони, оставив братьев ждать в холле, стала подниматься по лестнице и аккуратно похлопала по восстановленным перилам.

— Мой папа — алхимик. Он считает, что подобный ремонт — это пустяки. Мой папа довольно известный алхимик, возможно, вы слышали о нем. Его зовут Вильгельм Эйзельштейн. Думаю, он сейчас в библиотеке, я позову его!

— Что?

— Армони, подожди!

Эдвард и Альфонс, потрясенные услышанным именем, попытались остановить девочку, но она уже исчезла за дверью.

— Разве она только что не сказала, что ее отца зовут Вильгельм Эйзельштейн?!

— Да, именно так! Значит, это дом профессора Вильгельма?!

Они, застывшие на месте в полном шоке, испуганно посмотрели друг на друга.

— Так что же, эта девочка — дочь профессора?

— Я никогда не слышал, что кроме Селены у него были еще дети...

— В любом случае, это плохо. Очень плохо, Ал. Если мы столкнемся с профессором, и он заметит наше состояние, и, если это дойдет до нашего учителя... Бежим!!!

Эдвард в панике вздрогнул и уже повернулся к двери, через которую только что зашел, но Альфонс мягко положил руку ему на плечо.

— Брат, похоже, уже слишком поздно...

По лестнице, куда смотрел Альфонс, медленно спускался мужчина средних лет.

Эдвард с ужасом обернулся. Он надеялся, что это будет кто-то другой, но перед ним стоял сам Вильгельм Эйзельштейн.

Длинные серебряные волосы, плавно уложенные назад, и элегантный светло-коричневый костюм с черным плащом — он выглядел также, как и несколько лет назад. И его раскосые, слегка прищуренные глаза, все также отражали внутреннее спокойствие. Интеллектуальный и спокойный вид полностью соответствовали званию мудреца. Единственное, что изменилось, вместо Селены рядом с мужчиной теперь была Армони.

— Вот, папа! Смотри! Это они! Эти люди тоже потрясающие алхимики!

Вильгельм, следуя за Армони, улыбнулся и протянул Эдварду руку.

— Я слышал о вас от дочери. Кажется, вы ей помогли. Спасибо.

— А, да... Рады встрече…, — Эдвард неловко улыбнулся, пожимая протянутую руку, но заметил, что Вильгельм на мгновение прищурился, глядя на него. Эдвард не мог понять, то ли это из-за необычного ощущения от рукопожатия, то ли он что-то вспомнил. Затем его улыбка стала выглядеть немного натянутой.

Армони, которая, не замечала напряжения Эдварда, с энтузиазмом продолжила:

— Папа, я решила учиться алхимии у этих людей! С завтрашнего дня я буду стараться изо всех сил!

После этих слов улыбка Вильгельма исчезла.

— Алхимия? О чем ты? Я уже говорил, что это невозможно.

— Я понимаю, что папа не будет учить меня. Поэтому я нашла себе учителей сама.

Эдвард и Альфонс еще осознавали, но Армони, похоже, уже приняла окончательное решение учиться. Однако, строгое выражение лица Вильгельма не изменилось.

— Нет-нет, алхимия – это абсолютно не допустимо. В любом случае, у тебя нет таланта к этому, так что учиться бесполезно. Лучше откажись.

— Нет... это не так! Если я буду много практиковаться, то я смогу научиться!

— В любом случае, алхимия запрещена! Вы тоже не должны обучать Армони алхимии. Ясно?

— Э... ну, да...

— Хмм..., – «вздохнул» Альфонс.

Братья не знали, как реагировать на внезапную семейную ссору. Армони расстроенно надула губы.

— Ага, я поняла! Это ты говорил людям в городе, чтобы они не учили меня алхимии, так?!

Похоже, что именно это и остановило тогда троих братьев. Но Армони не собиралась сдаваться и продолжала уговаривать Вильгельма.

— Почему ты против? Я постараюсь стать отличным алхимиком! Я не разочарую тебя! Пожалуйста, папа, разреши!

Тем не менее, Вильгельм твердо держался своего мнения.

— Больше нечего обсуждать. Кроме того, я занят. Мне нужно поговорить с этими двумя и вернуться в лабораторию. А тебе в свою комнату.

— Нет! Подожди, папа!

— Армони, не заставляй меня повторять, – сказал профессор спокойным, но строгим голосом.

Девушка опустила голову и, подавленно кивнула.

— Хорошо...

Армони с поникшими плечами медленно направилась в свою комнату.

Вильгельм, вздохнул, глядя на спину своей опечаленной дочери, и позвал ее:

— Армони.

— Да?

Профессор смягчил свой строгий тон и обратился к дочери, которая обернулась к нему с хмурым видом, гадая, что именно он ей еще скажет.

— Скоро я закончу свои исследования. Давай поужинаем вместе сегодня вечером.

— Правда?!

Лицо Армони сразу же прояснилось от радости.

— Да, правда.

— Я так рада! Конечно, папа! — сказала девочка, и ее радость от предстоящего ужина с отцом была так велика, что она сразу же забыла о том, что была расстроена. С широкой улыбкой на лице она вернулась в свою комнату.

После того как Армони ушла, Вильгельм повернулся к Эдварду и Альфонсу.

Вильгельм, который был значительно выше, смотрел на Эдварда сверху вниз, и юноша задумался, как ему поступить. Он размышлял о том, удастся ли ему избежать разоблачения, если он немедленно покинет это место, но тут мужчина расслабленно улыбнулся.

— Не стоит так нервничать. Я не собираюсь сообщать о вас Изуми. Давно не виделись, Эдвард, Альфонс.

Эдвард удивленно посмотрел на профессора.

Слова Вильгельма означали, что он не только знает, кто перед ним, но и понимает, что они нарушили запрет и боялись, что Изуми узнает об этом.

— Как и ожидалось, профессор. В один миг меня раскусили.

Правая рука Эдварда и левая нога являлись автопротезами и их было легко узнать, но доспех Альфонса, будучи пустым внутри, не сразу выдавал его. Тем не менее, судя по звукам его шагов, Вильгельм, похоже, понял, что Альфонс не имеет физического тела. Эдвард был впечатлен таким проницательным наблюдением, которое даже внешний вид не смог скрыть.

Похоже, Вильгельм знал о страхе братьев перед Изуми и пообещал не говорить ей. Полностью проиграв профессору, который оказался на несколько шагов впереди, Эдвард снова поприветствовал его.

— Давно не виделись, профессор.

— Прошло немало времени, — кивнул Вильгельм. — Да, до меня доходили слухи о вас. Говорят, ты стал Государственным алхимиком. Впечатляет.

— Но теперь меня только и называют «армейской собакой». Особенно в этом городе люди мной явно недовольны.

Эдвард пожал плечами и начал рассказывать о последнем инциденте в городе.

— Похоже, что сюда начали приезжать алхимики с сомнительной репутацией, которых преследует армия. Правда ли, что Вы собирали их в Хисгарде?

— Нет... я сам не знаю деталей. Возможно, кто-то использовал мое имя, чтобы собрать их. В этот город, который начал развиваться, стали съезжаться беглые преступники и алхимики, что только ухудшает общественный порядок. Это меня очень беспокоит.

Вильгельм, похоже, действительно был обеспокоен этим, и Альфонс почувствовал к нему сочувствие.

— Понятно. Профессор знаменит, поэтому кто-то мог использовать Ваше имя. Но все равно...

— У Хисгарда большие проблемы. Так много химер... Я был поражен. Кто и зачем создал такое количество? — продолжал Эдвард.

— Эти химеры внезапно появились несколько месяцев назад. Мы с жителями города, едва успели убежать и укрыться в этом месте... Поэтому, подробностей я не знаю.

После этого Вильгельм поднял взгляд.

— Кстати, я слышал, что вы еще не нашли себе жилье. Пока не восстановят транспортные линии, можете оставаться здесь.

— Но... это действительно нормально? — удивился Эдвард.

— Разве Вы не заняты своими исследованиями?

Хотя Армони была так рада возможности поужинать с Вильгельмом, что Эдвард и Альфонс решили проявить вежливость и не навязываться. Но Вильгельм улыбнулся.

— Когда вы помогли Армони, вас наверняка заметили опасные личности в этом городе. Оставаться в гостиницах в таком месте небезопасно. К тому же вы ученики Изуми. Позвольте мне выразить благодарность таким образом.

Затем Вильгельм снова стал серьезным.

— Но, пожалуйста, не обучайте Армони алхимии. У нее нет таланта к этому. Я не хочу, чтобы она разочаровалась.

— Если честно, я и не планировал особо обучать ее.

Эдвард замолчал на мгновение, а затем продолжил, размышляя о последнем визите и возвращении в Дублис.

— Я узнал о Селене только вчера. У нее был потрясающий талант... Она заболела, или случилось что-то еще? — искренне спросил Эдвард, не из любопытства, а чтобы выразить соболезнование.

Если крик, который он услышал перед возвращением, был криком страдания Селены, он бы сожалел о том, что не попрощался с ней. Но все равно не мог не спросить.

Вильгельм спокойно покачал головой.

— Нет, это не так. Ах, верно, Селена очень хорошо к вам относилась. Она погибла в результате несчастного случая... Это произошло внезапно, - Вильгельм, вспоминал о тех событиях с болью в голосе.

— Так вот как было. Значит, вы решили удочерить Армони?

Так как Вильгельм потерял Селену, то удочерение Армони было вполне логичным. Он жил с Селеной вдвоем. После ее смерти было бы естественно, если бы он взял другого ребенка в семью, чтобы как-то справиться с одиночеством.

Но Вильгельм опроверг это.

— Нет, Армони... Она действительно моя дочь. Когда вы пришли, я доверил ее другой семье.

 - Так, значит, она сестра Селены. Поэтому она и приносила цветы на ее могилу. Теперь, когда ты это сказал, между ними и вправду есть что-то общее, брат.

- Ну, возможно… Но…

Эдвард хотел еще спросить о том ужасном крике, но Вильгельм больше не желал продолжать этот разговор.

- Я не хочу слишком много вспоминать о Селене. Можно мы закончим на этом?

- А, да…

Эдвард, понимая, как тяжело терять близких, почувствовал, что было бы неуместно задавать так много вопросов.

- Кроме того, давайте лучше поужинаем вместе сегодня вечером. Расскажите нам с Армони истории о своих приключениях.

Вильгельм, стараясь развеять мрачную атмосферу, улыбнулся и крикнул вглубь замка.

- Эй, есть кто-нибудь?

На первый взгляд казалось, что в таком большом замке можно не услышать чей-то голос, но на самом деле, благодаря его размерам, звуки хорошо отражаются в таких помещениях. Вскоре, после того как голос Вильгельма затих, к нему спустились две женщины.

- Ах, вот вы где. Хорошо, что вы здесь. Позвольте мне представить вас.

Вильгельм указал на одну из женщин, которая подошла к центру зала.

- Это моя научная сотрудница, Грета.

Женщина по имени Грета, улыбаясь, протянула руку Эдварду и Альфонсу.

- Здравствуйте. Очень приятно.

- О, здравствуйте.

Эдвард, немного очарованный нежным голосом и слегка прищуренными глазами за очками, потянул руку в ответ.

На вид ей было около двадцати пяти лет. Ее длинные черные волосы были собраны на затылке в высокий хвост, что спускался до талии. Белый лабораторный халат и очки в серебряной оправе выдавали в ней профессию исследователя. Но под халатом на ней была белая рубашка и розовый костюм, что акцентировало ее женственность. Ее юбка была чуть выше колен, а белые туфли на каблуках придавали элегантности.

- Эммм, брат…

Альфонс заметил, что Грета пристально смотрит на него и с явным дискомфортом пытается освободить свою руку, слегка подтолкнул Эдварда.

- О, простите.

Эдвард быстро отпустил руку женщины.

- Так, значит, она помогает с исследованием „Философского Катализатора“?

- Да, верно. Грета уже ранее занималась исследованием катализаторов. Она поделилась со мной своими результатами и даже предложила стать моей ассистенткой, — ответил Вильгельм.

- Профессор является ведущим специалистом в области исследований катализаторов. Для меня, большая честь просто помогать Вам, — с радостью сказала Грета.

- Ага. Значит, исследования добились прогресса. Кстати, пока мы здесь, если есть что-то с чем мы можем помочь дайте знать. Так ведь, Ал?

- Конечно. Хотя не знаю, насколько смогу быть полезен, но я всегда рад прийти в лабораторию. Я изучал базовые вещи и был бы рад увидеть, как вы проводите исследования, — поддержал его Альфонс.

Несмотря на то, что они не сказали это вслух, Эдвард и Альфонс были искренне заинтересованы содержанием исследования „Философского Катализатора“, который мог бы иметь силу, сравнимую с Философским камнем. Это могло бы стать ключом к восстановлению их тел, и они были бы готовы сделать все, чтобы добиться этого.

Тем не менее, они знали, что исследование алхимии — это не то, что следует показывать другим или требовать. Как бы ни говорили, что алхимики работают для блага общества, необходимо избегать распространения своих методов и их использования в дурных намерениях. К тому же, исследования занимают большую часть жизни, и не может быть и речи о том, чтобы легко показывать их другим. Поэтому многие алхимики шифруют свои работы, чтобы никто не мог узнать детали.

Эдвард и Альфонс это прекрасно понимали. Поэтому они решили предложить свою помощь не пытаясь вмешиваться в исследования. Тем более что Вильгельм был знакомым их учителя, и они чувствовали, что должны отблагодарить его за предоставленное жилье.

Вильгельм на мгновение выглядел озадаченным, но вскоре, видимо, понял намерения этих двоих.

- Спасибо. Буду признателен за помощь. Хотя я не могу пустить вас в исследовательскую башню, вы можете свободно пользоваться книгами в библиотеке замка.

Грета, подтолкнув Вильгельма, сказала:

- Профессор, нам пора идти. Мы оставили исследование незавершенным.

- О, да, точно. Марго. - Вильгельм указал на женщину, которая стояла немного позади Греты, и представил ее братьям. - Это мой секретарь Марго. Если вам что-то нужно, не стесняйтесь обращаться к ней. Итак, Марго, проводи их в подходящие комнаты, — сказал Вильгельм, отдав приказ женщине, которая кивнула в знак согласия.

Затем он поднял руку в прощании и направился к выходу, чтобы перейти в другую часть замка, где находилась башня.

- Та башня — это лаборатория, да? Похоже, работа там не прекращается, — заметил Эдвард, провожая Вильгельма взглядом.

Когда Вильгельм скрылся из виду, Эдвард и Альфонс повернулись к Марго, которая уже направлялась к лестнице.

- Ой, брат, мы отстали! — сказал Альфонс, и поспешил за секретарем Вильгельма, а Эдвард последовал за ним.

Пока они поднимались по лестнице, женщина начала объяснять.

- Центр этого замка – это зал, который вы видели ранее. На первом этаже расположены кухня, столовая, а также комнаты Греты и моя. На втором этаже находятся комнаты профессора и Армони, а также библиотека. На третьем этаже расположены комнаты, которые будут предоставлены вам. Здесь больше нет гостей, так что вы можете спокойно отдыхать. Башня через сад — это исследовательская башня, где находится лаборатория профессора Вильгельма.

Марго говорила спокойно, без каких-либо эмоций и даже не посмотрела на Эдварда и Альфонса.

- Как-то она кажется немного не приветливой, — прошептал Эдвард Алу, так чтобы женщина не услышала.

Наконец, Марго остановилась у двери комнаты в конце коридора на третьем этаже.

- Пользуйтесь этой комнатой на время вашего здесь пребывания.

Комната была довольно просторной. Несмотря на свою простоту — две кровати, стол и полки— она была оформлена в спокойных тонах, создавая уютную атмосферу.

- Из этого окна открывается красивый вид на сад, — сказала Марго, отодвигая занавеску в сторону.

- О, какой хороший вид! — восхитился Альфонс.

- И даже видно огни города, — добавил Эдвард.

Братья, наблюдая за садом, который уже накрыли вечерние сумерки, и за городом, где уже начали зажигаться огни.

- Профессор и жители Хисгарда действительно потрудились на славу. Они построили такой великолепный город, — сказал Альфонс.

- Да. Но почему химеры, которые разрушили город Хисгард, остаются на свободе? Этот регион, насколько я помню, находится под управлением пограничных войск Хисгарда, ведь так? Почему они бездействуют? — задумался Эдвард.

Марго, продолжая смотреть на сад, не поворачивая головы ответила:

- По словам командующего войсками Хисгарда, бригадного генерала Нэмуда, оружие, которым располагают пограничные войска, не способно справиться с химерами, поэтому их просто оставляют в покое.

- Что за идиот. Даже если пограничные войска и имеют оружие, они все равно могут сдерживать химер. Если это невозможно, нужно сообщить в центральное командование и запросить подкрепление…

- Господин Эдвард.

Марго, выглядела так, будто размышляла над словами юноши, и затем продолжила:

- Возможно, Вы и обеспокоены данной проблемой как военный, но не факт, что местные войска примут это с одобрением.

- Я не говорю это как солдат, – ответил Эдвард с некоторым раздражением, но Марго продолжила.

- Изгои, которые обитают в этом городе, не любят военных. В свою очередь, армия не недовольна тем, кто нарушает порядок. С точки зрения армии вы - изгои, а с точки зрения изгоев — вы солдат. Поэтому вам стоит быть осторожными, чтобы избежать проблем с обеих сторон.

Хоть Марго сказала это таким же безэмоциональным тоном, который раздражал Эдварда, он все же понимал, что она права.

- Я понял. Мы будем осторожны. Похоже она всегда без настроения. Да, Ал? — последние слова он сказал Альфонсу шепотом.

- Ну, да…, — согласился Альфонс, смотря на ровную спину Марго.

Как и сказал Эдвард, Марго была холодна, и ее поведение резко контрастировало с Гретой.

Не смотря на братьев, Марго продолжала смотреть в окно на сад и город. Альфонс, стоявший позади нее, смотрел на пейзаж через окно, в котором отражалось лицо женщины. Ее золотистые волосы спадали прямо до плеч, а челка, что прикрывала лоб, была уложена на правую сторону. Ее большие ясные глаза были скрыты под очками с толстой коричневой оправой, что придавало ей вид строгого и преданного делу секретаря.

Если Грета скрывала свой имидж исследователя за розовым костюмом и улыбкой, то Марго была ее полной противоположностью.

Она носила синюю рубашку и серый костюм, который полностью скрывал ее женственность. Единственное, что связывало ее с Гретой, — это стройные белые ноги, видневшиеся из-под юбки. На ногах были серые туфли на каблуках, что придавало ей намеренно строгий вид.

- Если у вас будут какие-либо пожелания, не стесняйтесь обращаться. Тогда, разрешите откланяться, — сказала Марго низким, почти монотонным голосом и не дожидаясь ответа, направилась к двери.

Марго, стараясь избегать взгляда Альфонса, поправила очки кончиками пальцев, чтобы скрыть свое лицо, и вышла из комнаты.

- Хм-м-м…, — Альфонс размышлял, наблюдая как закрывается дверь за женщиной. Ему показалось, что карие глаза Марго кого-то ему напомнили. - Кажется, я где-то ее уже видел…

Эдвард с таким же задумчивым видом стоял рядом, скрестив руки на груди.

- Ты тоже заметил это, брат?

- Хммм… да.

Однако, похоже, Эдвард не мог вспомнить, откуда ему знакома Марго.

- Память бывает капризной. Не могу вспомнить, — признал Эдвард вздохнув.

Альфонс, увидев, что брат тоже испытывает подобные чувства, решил сменить тему.

- В любом случае, хорошо, что профессор пообещал не рассказывать нашему учителю о нас. Поезд до Централа пока не ходит, и нам удалось остаться здесь. Но есть один момент, который меня беспокоит…

Он замолчал, как будто не хотел произносить это. Эдвард кивнул в ответ, как будто подтверждая его слова.

- Ты говоришь о профессоре, верно? Я тоже сомневаюсь. У меня есть ощущение, что он что-то скрывает.

- Да…

Хотя Вильгельм и ответил на вопросы о химерах и собравшихся в городе алхимиках, но его ответы звучали как-то неубедительно.

- Что будем делать? Думаю, что у нас достаточно времени для расследования, — спросил Альфонс.

- Хмм… Но если профессор говорит, что ничего не знает, то мы не можем что-то выяснить. Да и если мы начнем действовать слишком заметно, то можем снова попасть в неприятности. — Эдвард поставил чемодан на пол и сел на кровать.

Хотя ему и не понравилось безэмоциональное поведение Марго, однако ее советы были вполне разумными. К тому же, в последнее время они часто попадали в неприятности и немного устали.

- Завтра попробую почитать книги в библиотеке и подумать. Ал, прости, но я собираюсь немного отдохнуть. Разбуди меня к ужину.

- Понял. Только не ложись спать с открытым животом, — сказал Альфонс, наблюдая за тем, как Эдвард снимает пальто. Затем он потянулся к занавескам, чтобы закрыть окно от проникающих в комнату огней города. Но вдруг его рука замерла.

- Что она там делает?

В саду Армони поливала цветы и деревья. Девочка из шланга орошала водой цветники, расположенные вдоль каменной стены, ограждающей участок, а также растения между дорожками. В перерывах между поливом она вырывала сорняки, подставляла опоры и срезала увядшие цветы, а также подсыпала землю вокруг наклонившихся стеблей. Армони тщательно ухаживала за цветами.

Когда она закончила работу, девочка несколько раз обернулась в сторону исследовательской башни.

- Что она делает?

Эдвард, который незаметно подошел к Альфонсу, тоже стал с интересом наблюдать за действиями Армони.

Вскоре девочка достала несколько книг, которые, похоже, прятала за скамейкой. Она встала на колени перед клумбой с толстой книгой в руке и открыв ее, начала чертить алхимический круг на земле. Она много раз сравнивала книгу и рисунок, и в конце концов, закончила круг.

- Похоже, Армони пытается заниматься алхимией, — заметил Эдвард.

Причина по которой она поглядывала на башню, видимо была в том, что девочка не хотела, чтобы Вильгельм ее видел. Похоже, что она изучала алхимию втайне от своего отца.

Место, где девочка начертила алхимический круг, было лишено растений и цветов. Она приложила обе руки к кругу и закрыла глаза, словно молясь. Однако круг не засветился, и на клумбе не произошло никаких изменений. Тем не менее, Армони не сдавалась: она снова и снова переворачивала страницы книги, перерисовывала круг и вновь прикладывала к нему руки.

Эдвард некоторое время наблюдал за Армони, а затем направился к кровати.

- Брат, ты не собираешься научить ее алхимии? — спросил Альфонс, следуя за ним. Энтузиазм Армони, с которым она просила Эдварда стать ее учителем, показал, что девочка была очень серьезно настроена. Альфонс начал думать о том, что хотел бы помочь ей освоить алхимию.

Но Эдвард отмахнулся и упал на кровать.

- Мы ведь уже говорили с профессором. Он запретил нам это делать.

- Это так, но, мне ее немного жаль. Профессор даже говорил, что у нее нет таланта, прямо в нашем присутствии...

- У профессора есть на это свои причины, как отца. Мы не можем вмешиваться в его решения. Поэтому я не собираюсь ее учить.

Эдвард, твердо заявив о своем решении, закрыл глаза, чтобы отдохнуть.

***

— Двенадцать лет и уже в статусе Государственного алхимика? - удивленно воскликнула Грета в одной из комнат исследовательской башни.

— Именно так. Он тот самый мальчик, который стал самым молодым Государственным алхимиком, Цельнометаллический алхимик, - ответил Вильгельм, не отрывая глаз от микроскопа.

Башня, расположенная на противоположной стороне от замка, представляла собой крупное здание с несколькими комнатами, все из которых использовались как лаборатории.

Это место соответствовало высоким требованиям Вильгельма, и только немногие могли осилить уровень его работы. Вильгельм проводил исследования внутри этой башни вместе со своей помощницей Гретой.

— Таланты братьев Элриков, особенно старшего Эдварда, просто поражают. Он стал учеником Изуми, которая сама была против того, чтобы кого-либо обучать. Его младший брат Альфонс, также является отличным алхимиком. Ты, наверное, уже слышала о них? – продолжил Вильгельм.

— Да, слышала. Недавно мне об этом рассказал один человек.

Кивнула Грета, будто понимая, о чем говорит Вильгельм, который сгорбившись, смотрел в микроскоп.

— Если они действительно настолько талантливы, то мы ни в коем случае не должны пускать их в эту лабораторию. Будет проблематично, если они заметят что-то лишнее, - Вильгельм поднял взгляд и повернув свое кресло, посмотрел на Грету, которая слабо ему улыбнулась, приподняв уголки губ. — Не правда ли, профессор?

Ее руки в белом халате потянулись к большому стеклянному сосуду, где проходил эксперимент.

— Здесь много того, чего нельзя показывать. Пока они не увидят этих улик, все будет в порядке. Но мы не должны допустить, чтобы эти дети что-то узнали. Профессор, вам не стоит беспокоиться из-за того, что они просто предложили помочь, как я это сделала недавно.

Ее белые пальцы легонько коснулись поверхности стекла, и в сосуде появились пузырьки.

Вильгельм, глядя на пузырьки, тихо ответил:

— Я понимаю. Я не собираюсь просить их о помощи в исследованиях.

— Нет, Вы, похоже, не совсем понимаете. Пусть они помогают, но... по-другому, – с улыбкой сказала она. - Если они такие выдающиеся алхимики, то, возможно, они могли бы быть полезны в нашем исследовании.

Вильгельм удивленно на нее посмотрел.

— Не может быть...

— Пожалуйста, отбросьте свои сентиментальные чувства, профессор. Главное для Вас это исследование Философского катализатора и завершение работы над ним, верно? Вы сами говорили, что для воскрешения покойной Селены вам нужен Философский катализатор. Я уверена, что ее младшая сестра Армони, тоже скучает по Селене. Конечно, я, как человек, который помогал вам в этом исследовании, также надеюсь на его успешное завершение.

Ее слова были не просто предложением. В комнате витала атмосфера скрытой угрозы, а не просто совет помощника. Вильгельм на мгновение потерял дар речи. Несмотря на то, что Грета была его ассистенткой, именно благодаря ей исследование продвинулось так далеко.

— Профессор, Вы ведь и раньше делали подобное, - добавила она холодно.

— Это было... Я был против этого, но ты настояла..., – профессор попытался возразить.

— Вы имеете ввиду, что это я заставила Вас это сделать, так? – парировала Грета.

Вильгельм закусил губу.

— В любом случае, дай мне время подумать. Я хочу вернуть Селену, но использование ее друзей для создания химер..., - он резко замолчал и нахмурился, закрыв глаза. — Я продолжу исследования. Но насчет братьев Элриков...

— Я понимаю, - ответила Грета, бросая на Вильгельма разочарованный взгляд. — Но, если Вы примете решение, дайте знать. Я сразу же предоставлю их Вам. Когда Вы используете этих двоих, то сможете добиться значительных результатов, профессор Вильгельм.

Рядом с улыбающейся Гретой химера, находящаяся в стеклянном инкубаторе, слегка пошевелилась.