Было уже очень поздно, когда Эдвард и Альфонс в лунном свете наконец прибыли на вокзал. Но они успели на последний поезд и сели в пустом купе.

Альфонс спросил своего брата, который забыв о манерах, растянулся на сиденье:

- Будут ли они оба в порядке? – его голос звучал так, будто он разговаривал сам собой.

Рассел и Флетчер солгали всему городу. Какое наказание ожидало этих двоих за подобное? Это была их собственная вина, но Альфонсу все равно было их жаль.

- Ничего плохого с ними не случится. Ты видел их лица. Они ко всему готовы. Несмотря ни на что, они справятся! – успокоил его Эдвард, будто это была какая-то мелочь.

- Наверное ты прав. Знаешь, когда Рассел решил признаться, он немного напомнил мне тебя. И если он действительно такой как ты, то у них все получится.

Чтобы не произошло, Эдварда всегда окружала аура абсолютной уверенности. Альфонс увидел тот же блеск в глазах Рассела, когда они прощались. Теперь, когда он подумал об этом, Эдвард и Рассел во многом были похожи. Они были одинаково сложены, у каждого был младший брат, оба разделяли страсть к алхимии, а их улыбки были дерзкими.

- Флетчер тоже напоминает мне тебя, Ал, - сказал Эдвард.

- Правда? Я действительно такой невинный?

- Нет, я не это имел ввиду. Когда я смотрю на него, то понимаю, как тяжело иметь в роли старшего брата такого идиота.

- Значит, ты признаешь себя идиотом?

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись.

- Я надеюсь, что мы когда-нибудь увидимся снова.

- Да. Этот парень был действительно впечатляющим алхимиком. Мы обязательно услышим о нем еще раз.

- Настолько хорош?

- Тот, кто будет с ним сражаться всерьез, получит неприятный опыт.

- Правда?

- Но, надеюсь, к тому времени, когда он станет знаменитым, мы уже вернем себе свои тела, - добавил Эдвард, закрыв глаза.

Они не добились прогресса в поисках Философского Камня, но оставалось еще много мест, которые нужно было проверить. Они еще не достигли конца своего пути.

- Нужно двигаться дальше! – сказал Альфонс.

- Верно.

Затем он открыл бумажный пакет, который ему дал Флетчер, когда они прощались. Там лежало две вещи, которые должны были помочь им в дороге.

- Эд, Флетчер дал мне лекарства для тебя. Мазь и лечебную настойку. Их можно использовать во время путешествия. Ох, и тут есть кое-что еще…

Он перевернул пакет и оттуда выпал лист бумаги.

- Тут тебе письмо – от Рассела…

- Поди, очередное оскорбление? Читай вслух, - сказал Эдвард, не вставая.

- Хорошо. Итак: «Дорогой, Эдвард, мне еще раз придется извиниться перед тобой. На самом деле, я солгал о своем возрасте»

Эдвард вскочил на ноги и закричал:

- Ха! Я так и знал! Это просто невозможно, чтобы мы были одного возраста и с такой разницей в росте.

Он был на седьмом небе от счастья. Альфонс перевел взгляд с письма на брата и обратно. Затем он снова сложил лист пополам.

- Ну? Ну? Сколько ему сейчас лет? Я полагаю, девятнадцать. Ох, буду ли я таким же

высоким, когда мне будет девятнадцать?

- Да, да… Конечно…

Альфонс перевел взгляд на проносящийся за окном пейзаж. Эдвард толкнул его в бок.

- А теперь скажи мне. Сколько ему сейчас лет?

- Без понятия. Больше он ничего не написал.

Эдвард на мгновение растерялся, но затем усмехнулся, потому что был уверен, что Альфонс хочет немного его подразнить.

- Давай!

Он протянул руку, но Альфонс отстранился. Эдвард радостно набросился на его руки и попытался схватить письмо.

- Да ладно, Эд. Оставь это!

- Что там такого секретного? Покажи мне его!

Он рассмеялся, когда наконец смог заполучить письмо.

- Бери! Что за цирк ты здесь устроил?! Иногда ты действительно ведешь себя как ребенок!

Эдвард открыл письмо и быстро отошел от Альфонса, который без особого энтузиазма пытался вернуть его. Затем он остановился посреди купе и усмехнулся.

- Я знал, что в конце концов узнаю, сколько ему лет!

Одним рывком он открыл письмо. Затем наступило долгое-долгое молчание, пока он наконец не закричал:

- Нет, нет, нет, нет!

Крик Эдварда эхом разнесся по всему вагону. Альфонс «вздохнул» и прикрыл глаза ладонью.

Дорогой Эдвард,

Мне еще раз придется извиниться перед тобой. На самом деле, я солгал о своем возрасте.

По правде, мне всего четырнадцать лет, я на год младше тебя.

Мне жаль, что я солгал тебе.

Поэтому, без обид, до встречи!

Рассел Трингам