1

Розмария смотрела на город Вальдора, опираясь на перила крыши штаба. По главной улице, длинной и ровной колонной, двигались танки.

Разрушения, вызванные повстанцами, на данный момент были остановлены. После того, как армия взяла под контроль старый замок, атаки повстанцев прекратились. Слова Крейгина о том, что восстание можно подавить, отбив замок, оказались правдой.

Однако… тот красный камень. Он хранился на верхнем этаже старого замка… Что это такое? Трудно было поверить в то, что сказал Крейгин: “В нем достаточно силы, чтобы уничтожить мир”, но не похоже, чтобы это была ложь. Иначе и армия, и повстанцы, и даже высшее командование не проявляли бы такого упорства.

Розмария уже давно заметила кое-что странное. Весь этот инцидент был связан с высшими эшелонами власти. Недавно, проходя мимо командной комнаты, она случайно подслушала разговор. Крейгин звонил кому-то по телефону. Судя по манере речи, этот человек занимал очень высокую должность в армии. Он сообщил, что получил то, что ему нужно, и затем сказал: «Пожалуйста, подождите немного».

Что он имел в виду под «немного подождать»? Разве получение этого красного камня не было его целью? Неужели есть что-то еще, что нужно добыть? И почему камень, на который ушло так много времени, не был отправлен немедленно в центральное командование? Если в этом замешано высшее руководство, разве не следовало бы передать его как можно скорее?

Как бы то ни было, она была уверена, что на это есть какое-нибудь объяснение. Крейгин никогда не скажет того, что могло бы поставить его в неудобное положение, но он предоставит минимально необходимую информацию для выполнения задания.

- Просто... я думаю, что могу следовать за этим человеком.

Розмария тихо вздохнула. Она прекрасно знала, что Крейгин не является человеком с высокими моральными принципами. Он не брезговал использовать любые средства ради достижения своих целей, и без колебаний мог обманывать других. Он не был тем, кого можно было бы уважать. Однако, правда заключалась в том, что Крейгин действительно высоко ценил Розмарию. С его точки зрения, носить одежду, не соответствующую армейским стандартам, было неважно. Ведь для него было главное — иметь в своих рядах компетентных подчиненных.

Так или иначе, она продолжала исполнять приказы Крейгина, прекрасно осознавая, с кем имеет дело. Для Розмарии личные качества начальства не имели значения. Лучше работать с человеком, обладающим определенными моральными недостатками, но при этом компетентным, чем с абсолютно непригодным к делу, но высоконравственным человеком.

«Однако…»

Она вспомнила сцену, которую увидела на крыше старого замка. Мужчина с синими волосами, который был одним из «Четырех жрецов». Крейгин застрелил его. Она не знала, какой между ними был до этого разговор. Однако, мужчина не оказал практически никакого сопротивления. Он умер, даже не показав и малейшей части той огромной силы, которой обладают Четыре Жреца. Это оставило странное ощущение.

Если бы мужчина сопротивлялся или вел себя подозрительно, у нее бы не возникло никаких подозрений. Ведь будучи солдатом, Розмария не испытывала милосердия к своим врагам или кому-то подобным им. Однако мужчина, судя по всему, был не вооружен, и ничем не отличался от гражданского.

Конечно, сейчас она ничего не могла сказать по этому поводу, поскольку Крейгин мог легко застрелить несопротивляющегося мирного жителя. Проблема заключалась в том, что Розмария задавалась вопросом, стоит ли ей следовать за таким человеком.

— Госпожа Венус.

Голос Хаммера вырвал Розмарию из своих мыслей. Она отругала себя за подобную рассеянность. Она задумалась и не заметила звука приближающихся шагов, что было большой ошибкой, которую мог допустить солдат.

— Что-то случилось? Вы чем-то обеспокоены? —спросил Хаммер.

Когда дело касается тяжелого оружия, его мастерство не знало равных, но в душе он был самым добрым человеком.

- Ну, я полагаю, это не любовная тоска или что-то подобное...

Розмария усмехнулась. Да, он был добродушным, но вот, что можно было сказать о его интеллектуальных способностях?

— Ты что, с ума сошел? Нет, я просто немного задумалась.

— Ах, понял. Ну, слава богу, - Хаммер вздохнул с облегчением. — Но если у Вас возникнут проблемы, то не держите их в себе. Мы всегда рядом, госпожа Венус.

Несмотря на его многочисленные ошибки и недочеты, Хаммер был самым верным человеком, которого только можно себе представить. Однако другой ее подчиненный, Триггер, был верен ей не меньше. Этот человек, несмотря на свои выдающиеся технические способности, был предан Розмарии до такой степени, что это даже раздражало.

— Итак? Тебе что-то от меня нужно?

— Да, Вас зовет генерал Крейгин.

Похоже, настало время перейти к следующей операции. Необходимо было добыть что-то для того человека, с которым он недавно разговаривал по телефону.

— Поняла. Я сейчас буду.

Она не знала, что именно задумал Крейгин. Но поскольку этот человек был ее начальником, она решила подчиняться. Если она пойдет против него, то пострадают и двое ее верных подчиненных. Розмария не хотела подвергать их опасности.

2

Эдвард не мог перестать чихать. В тюремной камере, куда не попадал солнечный свет было холодно. Это помещение состояло только из серых стен и черных железных решеток. Иногда в тишине слышались шаги охранников, которые отдавались таким же холодным эхом, как звук капающей воды. Эдвард не знал, что под штабом было нечто подобное.

Юношу держали в камере в довольно жалком виде, одетого лишь в нижнее белье. Из-за опасений, что у него может быть спрятано оружие или другие опасные предметы, все его вещи, включая одежду, были конфискованы. Он думал, что ему выдадут тюремную робу, но оказалось, что такового у них не было.

После того, как Эдвард был схвачен, Альфонса увезли в другое место, при этом его крепко связали. Эдвард также не знал, в порядке ли Софи или нет. Что с ними случилось за эти два дня? Он снова и снова думал об этом, не в силах избавиться от постоянного чихания.

Юноша услышал, как к его камере приближаются шаги, видимо солдаты делают обход. Но через какое-то время, шаги остановились.

— Эй, парень, как ты там? — раздался голос.

Эдвард, лежащий на полу, лишь поднял глаза.

— Ты, наверное, подчиненный подполковника Розмарии, — сказал он.

— Борис Хаммер. Рад, что ты помнишь меня!

— И что нужно от меня подчиненному этой женщины?

— Эй, не злись так.

Несмотря на то, что Эдвард говорил резким тоном, Борис Хаммер не переставал дружелюбно улыбаться.

— Мы-то не по своей воле это делаем. Это приказ генерала, так что ничего не попишешь.

Эдвард, отвернулся к стене, не проронив ни слова. Независимо от того, по чьему приказу это все происходит, правда остается неизменной: грязными методами они подставили Эдварда и его товарищей.

— Ну, раз уж так, тогда я тебе кое-что интересное расскажу. Та девчонка по имени Софи... похоже, ей удалось сбежать.

— П-правда?!?

Эдвард непроизвольно повернул голову и посмотрел на Хаммера. Он хотел было встать, но из-за того, что его руки были связаны за спиной, юноша мог поднять только голову.

— Да. Генерал был в бешенстве, что они не смогли поймать эту девчонку. Он кричал так громко, что его голос было слышно по всему штабу.

— Понятно... Это хорошо.

Эдвард почувствовал облегчение, и на его лице появилась едва заметная улыбка.

— Вот, наконец-то ты улыбнулся, парень, - веселым голосом произнес Хаммер.

— Эй, старик, а как мой брат Ал...? Он в порядке? – неожиданно спросил юноша. Он подумал, что этот человек, вероятно, знает, что с Альфонсом.

— О, ты имеешь в виду того парня в доспехах? Триггер отвез его в лабораторию.

Как и ожидалось, Хаммер без задней мысли ответил ему. В то время, как сведения об арестованных должны быть засекречены.

— Что за лаборатория?

— Если выйти отсюда и пойти прямо по коридору, то сразу увидишь офис. Не переживай, твой брат понравился Триггеру.

«Значит, с Альфонсом все в порядке. Если Триггер не причинит ему никакого вреда, то можно немного расслабиться»

— Но тебе не холодно в одних трусах, парень?

— Холодно, конечно! Это же очевидно!

— Эх, мне тебя жаль.

— Если тебе так жалко, то просто верни мне мою одежду!

Сразу после этих слов Эдвард снова громко чихнул.

— А? Твои вещи лежат за углом в соседнем кабинете, но я не могу забрать их без разрешения.

Похоже, этот человек был чрезвычайно добрым. Он не только рассказал о местонахождении Альфонса, но и сообщил, где находятся его вещи и одежда, это было за гранью здравого смысла. Но то, что Хаммер сказал позже, вообще выходило за рамки логики.

— Хоть я и не могу вернуть тебе одежду, но вместо этого сниму с тебя наручники. Невозможно терпеть такую боль, когда ты связан, верно? И еще этот холод…

Эдвард не мог поверить своим ушам. Он пытался понять, осознает ли Хаммер, что освобождение рук алхимика может обернуться чем-то более серьезным?

— Мне не нужно делать поблажки такому парню, как ты, — сказал Хаммер, открывая дверь одиночной камеры и снимая с Эдварда наручники.

— Эй, ты серьезно, старик? Разве так можно?

— Генерал всегда переходит грань.

Опираясь на освободившиеся руки, юноша, наконец, смог поднять верхнюю часть тела.

— Ну ладно парень, я пошел. Веди себя хорошо, но не забывай, что хоть наручники и сняты, это не значит, что ты можешь делать всякие глупости.

Эдвард остался стоять в растерянности и смотрел вслед уходящему Хаммеру.

— Он, наверное, неплохой парень..., — сказал он и затем добавил про себя, - «но такой дурак. Мне беспокоит то, как можно быть военным, будучи таким добродушным»

Но сейчас было не время беспокоиться о других. Нужно было действовать. Эдвард с помощью алхимии преобразовал замок двери в хрупкий материал и силой вскрыл его. Как только его руки стали свободными, сделать это было несложно. Одежда и вещи находились в кабинете, а Альфонс — в лаборатории. Благодаря Хаммеру у Эдварда была вся необходимая информация для побега.

Юноша осторожно двигался по коридору, убедившись, что рядом нет солдат, которые делают обход.

Возможно из-за гражданской войны людей здесь было совсем немного. Не только патрулирующих солдат, но и заключенных тоже было крайне мало. Для того, кто собирается сбежать, это было на руку — чем меньше людей, тем лучше.

Как и сказал Хаммер, кабинет находился прямо "за углом". Это была небольшая комната, в которой стояли стол и шкаф с документами. Видимо, это также служило местом отдыха для солдат, охраняющих здание. В углу комнаты стояли сложенные складные стулья. Рядом с ними была сумка с одеждой Эдварда.

— Теперь я смогу попрощаться с этим жалким видом, - с облегчением вздохнул он и стал одеваться.

Теперь оставалось только найти Альфонса. Юноша был настороже, когда снова вышел в коридор. Вспоминая слова Хаммера, Эдвард двигался прямо. Судя по звуку, он был не так уж и далеко. Однако ему не пришлось долго искать, Эд сразу понял, где находится Альфонс.

— Брат! Брат! Браааат!

То, что он услышал с другого конца тускло освещенного коридора, было не просто звуком, а криком, наполненный болью, который эхом разносился в сыром воздухе подвала. Эдвард сразу же побежал. Альфонсу грозила опасность. Даже на расстоянии он чувствовал его тревогу и отчаяние.

Голос Альфонса доносился из-за открытой двери в конце коридора. Эдвард поспешил к ней.

— Ал! ...Ты что делаешь?

В центре круглой комнаты стоял Альфонс. На нем не было никаких видимых цепей или наручников.

— Я не могу двигаться! Это устройство излучает магнитное поле! — сказал Альфонс, чуть повернув голову.

Эдвард увидел квадратную машину, которая, судя по всему, и генерировала магнитное поле. Таких устройств было несколько, они были установлены также на потолке и несколько машин на полу. Было понятно, что с помощью этого можно было легко удерживать стальные доспехи неподвижными.

— Нужно сейчас же выключить эту машину.

Эдвард наклонился, чтобы осмотреть одно из этих устройств на полу. Однако на нем не было ни кнопок, ни выключателей. По всей видимости, механизм управления находился в другом месте.

- Поторопись! Если не сделаешь это, я буду превращен в ультра-супер-научную машину!

— Ультра? Супер-машина?

Эти слова казались совершенно бессмысленными, но Альфонс явно был сильно напуган. Эдвард быстро начал обыскивать комнату.

— Этот человек по имени Триггер точно очень странный. Он собирался прикрепить к моему телу ударные ракеты или руку-бур.

— Эм… Где-то я уже подобное слышал.

Эдвард внезапно вспомнил чертеж "новейшей модели автопротеза", который ему показывала Уинри в Раш-Вэлл.

В этот момент он понял, что означали слова Хаммера о том, что Альфонс "понравился". Он думал, что если кто-то "нравится", то ему не будут причинять вред, но юноша оказался не прав. Эдвард облегченно вздохнул, радуясь, что успел вовремя.

— В любом случае, поторопись! Мы должны сбежать до того, как он вернется!

Однако лаборатория была большой. На рабочем столе стояло несколько непонятных устройств, а рядом с ними находились шкафы с кучей документов. Эдвард не знал, что именно он ищет, поскольку форма нужного объекта оставалась ему неизвестной.

— Что это?

Из шкафа выглядывал блокнот в ярко-красной кожаной обложке, которая выделяла его среди других документов. Заинтересовавшись, Эдвард взял блокнот в руки.

— Дневник?

Прочитав первую страницу, юноша едва сдержал смех. Плохо разборчивым почерком было написано следующее:

“Я — Иззи Триггер, гениальный ученый-одиночка. Это больше, чем просто дневник. Это памятник моей любви и молодости с Венус!”

Эдвард понял, почему обложка блокнота была красной. Это был цвет военной формы Розмарии. Весь дневник был заполнен громкими заявлениями о любви и стихами, которые, после прочтения сама Розмария, мгновенно бы выбросила в мусорное ведро.

— Брат, что ты делаешь?

— Ой, извини-извини!

Эдвард быстро вернул дневник на место и продолжил поиски.

— Ну, этот Триггер немного странный тип.

— Он не “немного” странный. Он определенно странный! Под этим я имею в виду “псих”!

Альфонс редко говорил нечто подобное. Это означало то, как “странно”, по его мнению, вел себя Триггер. Однако, несмотря на это, ученый был способен создавать оружие, которое могло победить Дженис. Что касается его личности, это одно, но его технологии и знания, без сомнения, превосходят способности обычных людей. Зная это, Альфонс был в шоке, когда речь зашла о модификации его тела.

— Это оно?

Эдвард наконец-то обнаружил в углу лаборатории нечто похожее на пульт управления. Он быстро выключил один за другим все переключатели. Низкий звук, который издавался этими устройствами и наполнял комнату, тут же прекратился. Альфонс осторожно начал двигать руками и ногами.

— Ты в порядке, Ал?

— Да. Спасибо, брат.

Альфонс подбежал к нему, двигаясь, как обычно.

— Он говорил, что собирается провести испытания танка “Венера №1”. К нему пришел человек по имени Хаммер и затем они оба ушли. Однако подполковника Розмарии с ними не было.

— Танк “Венера”...

После того, как он увидел дневник с названием "Памятник любви и молодости", он не мог найти слов, чтобы объяснить выбранное для машины имя.

— Брат?

— Нет, ничего. Сейчас самое главное выбраться отсюда.

Если это будет испытание, значит, они должны быть на улице. Эдвард подумал, что, возможно, они на площадке перед штабом. Или на крыше, где они сражались с Дженис. В любом случае, вряд ли они будут проводить пробный запуск подобной машины возле узкого черного входа.

— Давай сбежим через задний вход.

— Через канализацию, - Альфонс кивнул, но вдруг тихо добавил. — Как там Софи...

— Похоже, ей удалось сбежать.

— Правда? Это здорово.

— Она, наверное, уже вернулась в церковь. Мы тоже должны поторопиться.

После того, как они вернутся, они должны будут пересмотреть свой план и снова проникнуть в старый замок. Братья, решительно кивнув друг другу, поспешили покинуть лабораторию Триггера.

***

В этом месте они были не в первый раз. Им потребовалось совсем немного времени, чтобы быстро пройти через штаб и добраться до заднего входа. Скорее всего, большинство солдат было направлено в старый замок, поэтому внутри здания было достаточно тихо и пусто.

Если это так, то у входа в канализацию не будет ни одного человека. Так думал Эдвард, но он ошибся.

— Игры в прятки закончились, мальчик.

С голосом подполковника Розмарии перед ними приземлилась машина, форма которой была точно такой же, как у той, что они видели на крыше. Вместе с грохотом в воздух поднялись клубы пыли.

- Конечно, они не дадут нам пройти так просто...

Хоть они и говорили о "пробном запуске", на самом деле это был патруль для охраны территории.

- Мальчишка! Ты же обещал мне, что будешь вести себя хорошо! - голос Хаммера через громкоговоритель эхом разнесся вокруг.

- О-о-о, старик…

Эдвард чувствовал укол совести за то, что Хаммер снял с него наручники из хороших побуждений и не знал, что сказать ему в ответ. Однако тон Бориса не был осуждающим, а был похож на тот, которым делают выговор ребенку.

- Ну, а теперь будь хорошим мальчиком и возвращайся домой, - сказала Розмария.

Вместе с этими словами рука танка «Венера №1» угрожающе поднялась. Эдвард не мог позволить себе задерживаться здесь.

- Дайте нам пройти! Если мы не остановим генерала Крейгина, то последствия будут ужасны! – закричал он во весь голос.

- Пожалуйста! История Вельзы, правда! – отчаянно прокричал Альфонс, но в ответ он услышал лишь смех.

- Значит, это не сказка!

- Возвращайтесь по-хорошему. Я вас также прошу не злиться на этих ребят.

Розмария говорила также как и Хаммер, без всякой тревоги в голосе. Как и ожидалось, они не понимали всей серьезности ситуации. Завершением всего был реплика Триггера.

- Ну, а сейчас, возвращайся ко мне, мой миленький доспех!

Теперь стало ясно, почему Альфонс испытывал такое отвращение к этому человеку.

- Как и обещал, я сделаю из тебя самую сильную машину!

- Другого выбора нет. Придется действовать.

Когда Эдвард обернулся, он увидел, как Альфонс кивнул ему и сложил ладони вместе.

- Так ты все-таки не хочешь спокойно сдаваться, да? Хотя я хотела все сделать мирно.

Вместо ответа, Эдвард и Альфонс синхронно хлопнули в ладоши.

- Триггер! Хаммер! Позвольте им почувствовать всю мощь армии “Венеры”!

До того, как Розмария успела закончить фразу, братья уже возвели крепкую стену с помощью алхимии. Если они смогут заблокировать путь впереди, то у них получится задержать противников. Главное — выбраться отсюда и попасть в канализацию. Каким бы мощным не был танк “Венера”, он не сможет последовать за ними. С такими огромными размерами, он не пройдет через узкий вход.

Однако разрушительная сила танка «Венеры» превзошла все ожидания Эдварда. Все произошло мгновенно. Механическая рука, похожая на ножницы, одним ударом разрушила толстую стену. Он едва успел уклониться от обломков. Так просто пройти было совершенно невозможно.

- Не стоит недооценивать меня! Эта машина, которую я создал, вложив в нее всю свою душу, силы и интеллект! — раздался уверенный голос Триггера.

Верно, созданный им "Мехакраб" сражался на крыше с Дженис на равных. С Дженис, которая легко уничтожила металлическую клетку, созданную Эдвардом. Значит, не удивительно, что перед ним находился танк «Венера №1» с такими же возможностями.

Однако остановить его с помощью стен оказалось труднее, чем ожидалось. Методы, которые сработали с Годо, вряд ли будут эффективны здесь. Броня танка выглядела слишком прочной. Даже если использовать покрытые шипами колонны, то нанести серьезный урон не получится. В первую очередь, если бы основной корпус не обладал нужной прочностью, он не смог бы поднять руку, способную разрушить стену одним ударом. Плюс ко всему еще и скорость передвижения. Времени для преобразования колонны из камня попросту нет.

Как же остановить такое оружие? Нет, его не нужно останавливать. Главное — это рискнуть и найти момент, чтобы сбежать в канализацию. Есть ли способ?

Словно в насмешку над беспокойством Эдварда, в этот момент из громкоговорителя раздался голос Розмарии.

- Ну что, пора действовать!

При этих словах рука танка «Венера» вытянулась. Это было быстро. Похоже, это была улучшенная версия "Мехакраба" и она двигалась быстрее, чем тогда на крыше. Вытянувшаяся рука схватила Альфонса.

- Милый доспех, я больше никогда тебя не от-пу-щу!

- Нет-Нет! — закричал он.

Альфонс отчаянно пытался вырваться из крепкой хватки.

- Я точно не хочу быть самой сильной машиной! — закричал он, сложив руки.

Вспыхнул свет. Латные ладони изо всех сил прижались к руке.

- Что ты делаешь с моим танком?! – закричал Триггер и рука «Венеры №1» рухнула на землю.

Альфонс мгновенно преобразовал металлическую часть в железный песок.

Вот и все. Если не удается сражаться лицом к лицу, то можно использовать "подлый прием" сзади. Эдвард прокрался под танк. Хотя он не хотел этого признавать, но благодаря своему небольшому росту это было не так уж и сложно сделать. Кроме того, похоже, что из-за того, что одна из рук отсоединилась, нарушился баланс. Движения машины теперь стали медленнее, чем раньше.

Эдвард быстро подошел сзади и начал преобразование. Если он остановит движущую часть танка, то даже такое гигантское оружие превратится в кусок бесполезного железа. Благодаря большому винту для охлаждения, он быстро нашел расположение двигателя.

Из танка с грохотом стала высыпаться огромная куча песка, который был превращен в магнитное железо для двигателя.

— Моя машинааааа! — раздался крик Триггера, как только танк “Венера” заглох.

- Подожди! Что ты делаешь!

— Двигатель поврежден... Он вообще не издает ни звука.

- Тогда давайте выйдем и сразимся!

Эдвард поспешно подозвал Альфонса. Они должны убраться отсюда, прежде чем они выберутся из танка наружу. Он прекрасно знал, насколько сильна Розмария.

— Что? Дверь не открывается?

Корпус танка “Венеры” задребезжал, когда они попытались открыть дверь.

— Конечно! Это же мое изобретение. Здесь нет устаревших ручных механизмов!

Эдвард, который уже собрался бежать со всех ног, внезапно замер на месте.

— Этот танк “Венера №1” полностью автоматизирован! Если двигатель не работает, дверь не откроется!

Как и его брат, Альфонс тоже стоял на месте и с удивлением наблюдал за происходящим.

— То есть, мы не можем выйти?

— Верно!

— Какого черта! — от крика Розмарии танк “Венера” затрясся.

— Я больше не могу!

- Что?

— Еще〜! Пожалуйста, ругайте меня сильнее! Госпожа Венус〜!

— Этот извращенец! АААААА!

Наблюдая за этой сценой, плечи Эдварда опустились. Он перевел взгляд на Альфонса и заметил, что он стоит в такой же позе.

- Что нам делать, брат?

- Уходить отсюда!

- Да.

Эдвард размышлял и не мог понять, что они либо дураки, либо умные, но было ясно одно.

— Не могу поверить, эти идиоты... Они совершенно беспомощны.

Оставив за собой абсолютно бесполезных людей, запертых в танке, Эдвард и Альфонс покинули это место.

3

— Разве мы не проходили здесь раньше?

Голос Альфонса было почти не слышно из-за звука текущей воды. В подземных канализациях Эдвард и Альфонс не знали куда идти.

— Мы заблудились... да?

Это был тот же путь, через который они проникли вчера в штаб. Они полагались на то, что уже проходили по этому маршруту, и поэтому расслабились. Однако возвращаться оказалось гораздо сложнее, чем они ожидали. Если бы это была городская улица, было бы проще, но это были канализационные коридоры. Как и в прошлый раз, Эдвард использовал самодельный фонарь, чтобы освещать путь, но, сколько бы они ни шли, братья постоянно сталкивались с бетонными стенами и темными водными канавами.

Когда они проходили в первый раз, это была почти прямая дорога, но теперь стены были разрушены, а проходы заблокированы. Похоже, здесь тоже была битва. В поисках выхода, они совершенно потеряли ориентиры и не могли понять, где они находятся.

— Мы могли бы вернуться, если бы знали, откуда пришли, — вздохнув, сказал Эдвард.

Учитывая, сколько они прошли, юноше казалось, что они будут идти вперед немного быстрее, чем возвращаться обратно.

— Может, нам стоило идти по земле, а не по канализации?

— Без карты?

— Ну да, это было бы невозможно.

Они умудрились потеряться даже с картой города, потому что в тот момент, когда они заходили в переулки, то уже не могли найти дорогу. Не было разницы на улице или под землей, они все равно бы заблудились.

— Но, наверное, на земле было бы проще.

Даже если есть сомнения, то лучше идти по улице, потому, что ориентируясь по солнцу, можно было бы определить направление.

— Ладно! Пойдем наверх!

— Как?

— Где-то здесь должна быть лестница.

— Где именно?

Эдвард замолчал, не зная, что ответить. Он даже не помнил, где они шли всего несколько минут назад.

— Может, пробурим вертикальную шахту прямо до поверхности.

— А если наверху кто-то идет?

— Ах, что же делать?!

Тяжелый вздох Эдварда и лязг доспехов его брата создавали шум в подземном коридоре. Вдруг Альфонс остановился.

— Брат, это же свет, верно?

— Свет? Не может быть...

Эдвард хотел было не согласиться, но, присмотревшись в том направлении, куда указывал Ал, быстро изменил свое мнение. В глубине коридора было заметно тусклое свечение. Чтобы убедиться в этом, Эд выключил налобный фонарь и увидел, как из темноты просачивается свет.

— Ал, подожди здесь.

Шаги его доспехов были слишком громкие и было неизвестно, кто там находится - враг или союзник, поэтому их не должны заметить. Эдвард осторожно направился к источнику света. Приблизившись, он услышал голоса людей. Возможно, это были божественные солдаты или армия Вальдоры. Затаив дыхание, Эдвард медленно подкрался. Ему показалось, что он слышал детский голос.

“Мне померещилось или быть может, это химеры?”

— Тихо. Здесь есть раненые, - произнес с упреком голос женщины.

Это были гражданские. Эдвард жестом подозвал Альфонса и направился в сторону звука. Он заметил, что одна из стен была разрушена.

— Кто это!?

Словно почувствовав присутствие посторонних, к братьям вышел мужчина с ножом.

— Я не причину вреда, это...

— Что, ребенок? А?! – мужчина только хотел убрать нож, но увидев Альфонса, снова крепко сжал его в руке.

- Это мой младший брат.

- Простите, если напугал Вас.

Мужчина немного успокоился, когда услышал из доспехов Ала еще детский голос и то, как он искренне склонил голову.

— Это моя вина. Вы не успели убежать?

- Нет, мы просто заблудились.

За разрушенной стеной находилось довольно большое помещение. Здесь пряталось несколько десятков человек, используя фонари и свечи.

— Что это за место?

Когда Эдвард спросил, мужчина уже вернулся к разрушенной стене, похоже, он был на страже. В это время Альфонс обратился к пожилой женщине, стоявшей рядом.

- Эм... мы хотим выйти на поверхность. Но где выход и как нам выбраться?

— Нет! На поверхности опасно. Не выходите!

— Дело в том, что нам необходимо вернуться. Если мы не сделаем этого в ближайшее время, то все может обернуться катастрофой.

Пожилая женщина с беспокойством взглянула на братьев. Скорее всего Альфонс, будучи в доспехах, выглядел внушительно в то время, как невысокий Эдвард казался беззащитным.

— Нет. Вы не можете уйти. Оставайтесь здесь.

— С нами все будет в порядке. Мы не сбежали сюда, а просто заблудились.

— Пожалуйста! Мы очень спешим!

Как можно убедить упрямую старушку? Если она не захочет помогать, то у них не будет другого выбора кроме, как надеяться на удачу и интуицию. Но на это нет времени. Если возможно, Эдвард хотел бы получить помощь от человека, который знает местность, кто-то, кто знаком с Вальдорой...

— Вы хотите выйти на поверхность? – раздался из-за спины старушки мужской голос. — Если вы хотите выйти, то у меня есть к вам просьба.

- Ты...?

Эдвард удивленно посмотрел на мужчину. Это был тот высокий турист, который случайно стукнул его камерой по голове в центре Вальдоры. Он не мог такого забыть. Юноша и так чувствовал себя униженным, когда его не только посчитали ребенком, но когда еще этот человек погладил Эдварда по голове...

- Не могли бы вы взять с собой эту камеру?

- Камеру?

— Я много лет работал фотографом в газете. С этой камерой я путешествовал по многим местам, фотографировал разные вещи. Я даже был на фронте. Если честно, я тоже хотел бы выйти. Но вот беда, я получил травму...

Эдвард вспомнил слова молодой женщины, которую ранее сказала своим детям: "Здесь есть раненые". Осмотрев мужчину, он заметил, что его левая нога перевязана тканью. Видимо кровотечение было настолько сильным, что ткань уже почернела от крови.

- В камере еще осталось немного пленки.

— Но сейчас не время для съемок!

— Не обязательно снимать город. Можно людей, предметы... Все, что будет снято в этот момент, в этом городе, имеет значение.

Честно говоря, сейчас у них не было времени для эстетичных фотографий. Но, похоже, мужчина, как будто знал, чего хотел Эдвард и стал убеждать пожилую женщину:

— Пожалуйста, покажите этому мальчику, как выйти на поверхность. Это может быть опасно, но я действительно хочу попросить их об услуге.

Выражение лица старушки изменилось, и она задумалась.

— Хорошо. Я согласен, - Эдвард кивнул мужчине.

Если они действительно могут показать короткий путь наружу, то это неплохая сделка. К тому же, съемку можно доверить Уинри, которая ждет их в церкви.

— Но как мне потом вернуть фотоаппарат?

— Когда все это утихнет, оставь камеру на хранение на станции или в гостинице. Если я выберусь отсюда живым, я обязательно заберу ее.

Эдвард понял истинный смысл этих слов. С учетом того, что они находятся под землей, а по улицам в данный момент передвигаются танки, всегда есть риск обрушения. К тому же его левая нога ранена. Вероятность того, что мужчина останется позади и не успеет выбраться, была гораздо выше, чем у остальных. Он, наверное, думал, что если он погибнет здесь, то хотя бы отснятая пленка останется в целости и сохранности.

— Хорошо. Обязательно забери ее, как только сможешь.

Мужчина кивнул в ответ.

— Извини за то, что назвал тебя "мальчишкой". Если ты не возражаешь, не мог бы ты назвать мне свое имя?

— Эдвард Элрик. А это мой младший брат, Альфонс.

— Понял. Эдвард и Альфонс... Я надеюсь, что с вами все будет в порядке.

С этими словами он протянул Эдварду тяжелую камеру.

***

Когда они выбрались из канализации и вернулись в церковь, уже наступил вечер. Проведя так много времени в темноте под землей, братья потеряли счет времени, но, судя по всему, они задержались в штабе дольше, чем думали.

Эдвард молча толкнул дверь церкви, и причина этого была в том, что он сомневался, стоит ли произносить ее имя. Если Софи все еще не вернулась... Юноша боялся худшего.

— Эд! Ал! – закричали в один голос Уинри и Софи, как только он вошел внутрь.

— Эй! Мы вернулись!

Эдвард попытался улыбнуться, но Софи не ответила на его улыбку. Что-то было не так. Он увидел, как она поджала дрожащие губы.

— Софи?! - Эдвард чуть не упал от удивления, когда девушка внезапно обняла его. — Ч... что... что...?!

Эдвард не знал, что сказать, но затем услышал, как она всхлипывает.

— Слава богу... Что вы оба в порядке... Я так рада... Неужели вы, как... как папа..., - сказала Софи дрожащим голосом и затем, замолчала.

Эдвард понял, что девушка хотела сказать и не стал спрашивать. Образы Эдварда и Альфонса, которые отчаянно пытались спасти ее, скорее всего напоминали ей о том, как год назад погиб ее отец, когда хотел ее защитить. Плечи Софи вздрагивали, когда она заплакала. Эдвард понимал, как сильно она переживала и ему самому было трудно что-либо ответить.

— Ты идиот!

Крик был настолько громким, что юноше показалось будто его барабанные перепонки вот-вот лопнут. Эдвард невольно зажал уши, но звон не проходил.

— Ты... ты что...

— Как ты мог заставить нас так сильно переживать!?

Тон Уинри совершенно отличался от обычного. Все еще закрывая уши, Эдвард посмотрел на нее. Это был не гнев. Она выглядела так словно вот-вот расплачется.

— Я же говорила тебе не быть таким безрассудным! Если бы не полковник, Софи была бы в опасности!

— Что? Полковник?

Эдвард был ошарашен, услышав эти слова. Он не ожидал увидеть здесь полковника. Почему он здесь?

Неожиданно, раздался четкий и ритмичный звук поступи военных сапог. Неприятное чувство охватило Эдварда с ног до головы.

— Если ты не можешь защитить хотя бы одну женщину, то тебя нельзя назвать мужчиной! Ты жалок, Цельнометаллический.

— Почему полковник здесь!? – с возмущением закричал юноша.

— Господин Мустанг спас меня, когда меня преследовали, - ответила Софи.

Вообще-то, задача Роя заключалась в том, чтобы возглавить войска и взять под контроль город. Тот факт, что он помог Софи, означало, что он не подчинился приказу и остался возле старого замка. Рой, вероятно, был уверен, что Крейгин будет действовать внутри замка. Несмотря на заведомо полученную информацию от Мустанга, Эдвард и Альфонс все равно попали в ловушку, устроенную генералом. И это крайне не устраивало старшего Элрика.

— Но почему Вы здесь?

— Я подумала, если он является вашим «опекуном», то, наверное, будет хорошо, если привести его сюда, - ответила Софи.

— Кто это здесь «опекун»!?

Рой усмехнулся, явно находя ситуацию забавной. Он не только сам назвался их «опекуном», но и еще, скорее всего, наговорил много лишнего.

— Цельнометаллический. Этим я вернул долг за тот раз.

Эдвард хотел было возразить, но не мог найти слов и только сжал челюсти от злости. Хотя это не впервой, но все равно было неприятно.

— Хорошо, я понял всю ситуацию, — сказал Рой и снова вернулся к серьезному тону, — никогда бы не подумал, что целью генерала Крейгина была "божественная сила".

— Выглядел он, как человек, который не верит в богов, но на самом деле Крейгин искал то же самое, что и клан Вельзы. С этим ублюдком будет непросто справиться!

Когда они вчера рассказали обо всем в штабе, Крейгин, как и Рой, скептически отнесся к их истории.

- Ну, а что насчет Вас, полковник? – у Эдварда появилась идея и он посмотрел на Роя. — Если Вы получите эту “божественную силу”, может, это поможет Вам продвинуться по службе?

— Брат! – возмущенно воскликнул Альфонс.

— Ну, да. Я тоже заинтересован в такой силе, — сказал Рой.

- Даже полковник об этом думает!?

— Однако, мне это не по душе, — с улыбкой добавил Мустанг.

Эдвард понимал, что Рой и Крейгин — это совершенно разные люди. Да, полковник стремится к высокому званию в армии, но юноша подозревал, что это не просто жажда власти или желание быть знаменитым, его амбиции имеют более глубокие мотивы.

— В этом инциденте пострадало много людей. Мы, армия, простые граждане и сами враги — клан Вельзы. Я не думаю, что эта “божественная сила” стоит всех этих жертв, — сказал Рой.

— Сила Вельзы только все разрушает и уничтожает. Люди не могут контролировать ее, - тихо прошептала Софи.

— Так и знал...

— Она может воскреснуть в любой момент. Нужно как можно быстрее ее запечатать.

Поэтому они так старались сбежать из штаба. Нужно было пересмотреть план, подготовиться и снова отправиться к Вельзе, чтобы запечатать ее силу.

— Верно. Нам нужно вернуться в замок, - решительно сказал Эдвард, но Рой остановил его.

— Это невозможно. Все пути к замку перекрыты войсками Крейгина. Сейчас там даже мышь не проскочит.

— Неужели..., — Софи с мольбой в глазах взглянула на Эдварда. Он понимал, что они должны найти способ.

— Мы устроим мятеж и станем приманкой. Вы должны незаметно проникнуть в замок, когда ослабнет защита.

— Эй, подождите, не слишком ли это рискованно? Если Вы пойдете против генерала, то не окажетесь тогда в числе предателей? — Эдвард высказал в слух, то, что думал.

— Ради этой цели придется многим пожертвовать. Мне не нравятся методы Крейгина, — спокойно ответил Рой и продолжил, - если мы победим, то предателем окажется Крейгин. А доказательства? Мы всегда можем их придумать позже.

— Ого, а Вы опасно хитры, как и всегда.

— Хитер? В этом и заключается суть "последующих действий", - ответил Рой обыденным тоном, — операция начнется завтра на рассвете. Не опаздывайте.

— Спасибо Вам, полковник Мустанг, - низко склонив голову, искренне сказала Софи.

Сначала это была битва одного человека, но теперь их стало четверо, и к тому же на их стороне была армия Централа. Эдвард понимал, как это сильно подбадривало Софи. Но так как ценой за использование Святого знака была жизнь девушки, это не означало, что ее бремя стало легче. Лишь когда они снова запечатают Вельзу, она по-настоящему освободится от своей судьбы.

— Завтра я выполню это задание и обязательно вернусь. Обязательно, — тихо проговорил Эдвард.

***

У них был простой ужин, который они приготовили из полевого пайка, который им принесла лейтенант Хоукай, и они обсуждали то, как Альфонс чуть не стал "самой сильной машиной", а также как они заблудились в канализации.

— Эй, давайте сфотографируемся все вместе?

Когда речь зашла про камеру, у Уинри появилась идея.

— Нам сказали, что можно снимать все, что угодно. Так что мы можем сделать общую фотографию.

— Верно.

На самом деле владельца камеры не волновало, что именно снимать. Его настоящей целью было сохранить отснятую пленку.

— Ну, если решено, то давайте сделаем это прямо сейчас! — сказала Уинри, вставая со стула с фотокамерой в руках.

Они переставляли фотоаппарат под светом то вперед, то назад, иногда заглядывая в него, чтобы настроить камеру.

— Наверное, этого света будет недостаточно... Здесь темно из-за того, что освещение старое.

Для еды и отдыха здесь было все, но для фотографии в церкви было действительно темно. Днем еще можно было бы выйти на улицу, но сейчас была уже ночь.

— Подожди. Может я что-нибудь придумаю, - сказал Альфонс и вышел из комнаты. Послышался звук открывающейся двери в соседней комнате. Что он там делает? Затем последовал звук, как будто что-то двигали с места.

— Что это, Ал...? – Уинри хотела спросить, что задумал ее друг, но Альфонс уже вернулся.

- Пожалуйста, подождите немного.

Он принес лампочку из соседней комнаты.

— Ах, я поняла!

Теперь стало все ясно. Альфонс решил использовать эту лампочку, чтобы создать фотовспышку с помощью алхимии.

— Ну что ж, я займусь этим..., - сказал Эдвард и начал закатывать рукава, но Альфонс остановил его.

- Я сам все сделаю. Брат, сядь пожалуйста.

- Уверен?

- Не люблю, когда у меня стоят над душой, - пробормотал еле слышно Альфонс.

— Эд! Пожалуйста, встань вот здесь.

Юноша не успел расспросить младшего брата о его тихих замечаниях, как сразу же стал выполнять указания Уинри. Он то и дело ходил по комнате, становясь в разные позы и повторяя эти движения снова и снова. Уинри была невероятно требовательна к месту съемки, как настоящий профессионал и не шла на уступки.

— Готово! Давайте скорее сфотографируемся! – с нетерпением сказал Альфонс.

Наверное, он был взволнован, потому что они давно не делали снимков.

— Так, теперь встаньте здесь.

Уинри наконец-то определилась с местом для съемки и установила камеру на стул, который служил вместо штатива.

- Я большой, поэтому встану сзади, а ты брат спереди.

- Хорошо, хорошо я буду спереди... Э?

Эдварду показалось, что что-то не так в том, как это было сказано, но, Уинри поторопила его встать рядом с Софи, которая держала на руках Норн.

— Нет, Норн. Будь хорошей девочкой.

Похоже, кошка не хотела сидеть на месте и стала извиваться в руках.

- Ну, поехали!

Уинри установила на камере автоспуск и быстро встала рядом с Эдвардом. Когда она скомандовала “Скажите сыр!”, Норн вдруг выпрыгнула с рук. Эдвард увидел, как белая шерсть промелькнула прямо перед его лицом.

- Ай!

Норн грациозно приземлилась на пол. Она как ни в чем не бывало, использовала лицо Эдварда в качестве трамплина для своего великолепного прыжка.

- Черт тебя побери! Что ты творишь!?

Затвор щелкнул и похоже, этот волнующий момент был удачно снят на камеру.

4

Церковь была погружена в предрассветную тишину. Эдварду казалось, что если он прикоснется к своим волосам, то они будут такими же холодными, как и воздух в комнате. Он выдохнул, как в детстве, но было недостаточно холодно, чтобы его дыхание стало маленьким облачком.

Вчера до самого рассвета юноша слышал звуки выстрелов, но сегодня утром они стихли. Было ощущение, что солдаты устали от бесконечной перестрелки.

- Софи, ты готова? – позвал со второго этажа Альфонс.

Хотя это было сложно назвать подготовкой. На девушке была та же одежда, что и всегда и почти никаких личных вещей. Поэтому, все что ей нужно было сделать – это умыться. Затем братья услышали шаги, спускающиеся по лестнице, и вскоре к ним вышли Уинри и Софи, которая держала Норн.

- Ну что ж, Уинри, пожалуйста, позаботься о ней, - сказала Софи и ласково посмотрела на кошку, - будь хорошей девочкой, Норн.

Девушка кивнула и осторожно взяла кошку на руки.

- Слушай, Софи, а что ты собираешься делать после того, как эта война закончится? - Она непонимающе посмотрела на Уинри и та продолжила. - Я говорю о том, когда Вельза будет запечатана. Например, где ты будешь жить и что делать дальше?

- А, точно... Я даже не думала о чем-то подобном.

- Я как раз вчера размышляла об этом. Не хотела бы ты приехать в Ризенбург?

- Ризенбург?

- Это наш родной город, — ответил Альфонс, сидящий рядом с Эдом.

- Моя бабушка живет там. Пока не решишь, что делать дальше, приезжай к нам.

Смутившись, Софи посмотрела на Уинри, и затем перевела взгляд на Эдварда и Альфонса.

- Это хорошая идея. Подумай об этом, - сказал Эдвард.

Несмотря на его уверенные слова, Софи все еще выглядела озадаченной. Альфонс положил ей руку на плечо.

 - В деревне нет ничего особенного, но там очень уютно. В Ризенбурге есть много мест, которые я бы хотел тебе показать.

- Но... вы уверены?

- Ну конечно! Я уверена, что бабушка будет очень рада, если ты приедешь, —с улыбкой ответила Уинри. Услышав это, губы Софи тронула легкая улыбка.

- Ну что, думаю нам пора идти, - сказал Эдвард, вставая с места.

«Но все это произойдет после окончания битвы»

Юноша с силой распахнул двери церкви. На улице было еще темно.

- Мы быстро все закончим и вернемся. Оставляю это место на тебя, Уинри.

- Да-да. Только не делай глупостей, Эд.

- Конечно, - ответил юноша.

Уинри повернулась к Софи.

- Ну, Софи. И ты тоже!

- Э? Я?

- Хоть ты и кажешься тихой, но в некоторых моментах ты точно такая же, как Эд.

- Да... Разве это так?

Софи выглядела немного сбитой с толку. Она не думала, что ее поведение можно было назвать "безрассудным".

- Да-да, понимаю. В чем-то Софи действительно похожа на старшего брата.

- Ты тоже так думаешь, Ал?

- Да, думаю.

- П-понятно...

Эдвард немного склонил голову набок. Если и Альфонс, и Уинри говорят об этом, значит, действительно есть что-то схожее в их поведении.

- Ах, да! Ал, ты тоже иногда ведешь себя как Эд, и делаешь вместе с ним всякие глупости!

- Не сравнивай меня с ним! – возмущенно возразил Альфонс.

- В любом случае! Все трое будьте осторожны!

Прежде чем кто-то успел ответить, Норн, сидящая на руках Уинри, громко мяукнула. Казалось, как будто она сама хочет напомнить всем быть осторожными. Ребята все вчетвером переглянулись и улыбнулись друг другу.

***

Когда они прибыли в старый замок, небо на востоке уже начало светлеть. Как будто дождавшись их, следом началась артиллерийская атака.

Эдвард и остальные прятались за дорогой, ведущей к задним воротам, наблюдая за действиями армии Вальдоры. Даже с такого расстояния Эдвард видел, что стоявших на посту солдат, эта внезапная атака застала врасплох. Сейчас только оставалось дождаться момента, когда охрана ослабнет.

- Эй, Эд, - Софи, стоявшая рядом с ним, неуверенно обратилась к юноше.

Они прятались за брошенным автомобилем, а Альфонс стоял на противоположной стороне улицы, прячась в тени перевернутого грузовика. Им не удалось найти место, где они могли бы спрятаться все вместе.

- Вчера было весело...

- Что? Вчера? – Эдвард не сразу понял, что имела ввиду девушка.

Софи продолжила.

- Знаешь, у меня нет своих фотографий. Я вообще редко фотографировалась.

Это было вполне объяснимо, ведь ее преследовал клан Вельзы. Фотографии, которые можно было бы сохранить или сделать копии, оставлять было опасно, если только это был фотограф, которому можно доверять.

- Те несколько снимков, которые у меня были, сгорели, когда на моего отца напали.

Уинри скорее всего поняла, почему девушка захотела сделать фотографию, когда увидела ее грустное лицо. Видимо, она уже тогда знала об этом.

- Я никогда не забуду лицо моего отца. Но когда я об этом думаю, мне становится не по себе. Потому что я помню его таким, каким он был год назад. Прежде чем я успела понять, мои воспоминания о нем стали постепенно забываться. Я боюсь, что со временем забуду его лицо...

Теперь, когда она потеряла фотографии, которые могли бы сохранить память о нем, лицо ее отца осталось только в воспоминаниях Софи. Но человеческая память изменчива.

- Я рада, что мы смогли сфотографироваться все вместе, - Софи попыталась улыбнулась, чтобы выглядеть немного радостной. - Теперь я точно не забуду ваши лица. Даже если начну что-то забывать, даже если пройдет много лет, я смогу сразу их вспомнить. Но...

- Но?

- Что, если фотография получилась плохой? Ну, ты же знаешь, Норн вела себя не очень хорошо.

Софи говорила абсолютно серьезно. Она искренне переживала из-за того, как получилась эта единственная фотография. Кажется, Эдвард примерно понял образ жизни девушки. Она привыкла жить так, что "следующего раза" уже может и не быть. Так было всегда.

- Мы можем сделать еще один снимок. Столько сколько захочешь после того, как все закончится.

- Когда все закончится, - девушка тихо повторила слова Эда и кивнула.

- Да, точно.

Вскоре солдаты армии Вальдоры начали перемещение. Они, вероятно, направлялись на помощь к главным воротам, которые подверглись нападению.

- Пора. Пошли.

В глазах Софи мелькнуло беспокойство. Эдвард поднял руку, чтобы подать знак Альфонсу, который прятался за грузовиком и пошел вперед.

5

На балконе верхнего этажа старого замка стоял Зельгиус и смотрел на город сверху вниз. Замок уже был окружен армией Вальдоры, и, по сути, в нем не должно было быть ни души. Однако же, он являлся одним из Четырех Жрецов и проникнуть сюда было довольно легко.

Каждый из Четырех Жрецов знал как устроен замок. Им были известны все тайные ходы и скрытые комнаты, они знали, как быстро и незаметно добраться до нужного места, а также остановить врага, если тому удастся проникнуть в здание.

Хоть Зельгиусу это было известно, он намерено отдал замок в руки врага. Чтобы выполнить условия возрождения Вельзы. Красный камень, в котором была заключена ее душа, нельзя было сдвинуть с пьедестала, пока не придет “время”. Однако, и оставить его без защиты он тоже не мог, потому что появились те, кто хотел запечатать душу Вельзы. Именно поэтому он использовал Крейгина, для защиты камня. Этот человек идеально подходил для роли охранника.

- Гильберт..., — прошептал он имя предателя, что оставил его клан. Для Зельгиуса он был тем, кого ему было труднее всего простить и в то же время, он был одним из близких ему людей, - почему мы, те кто унаследовали божественную силу, должны подвергаться таким жестоким гонениям? Особенно от тех, кто пришел в эти земли позже!

Зельгиус никогда не сможет подавить этот гнев. Он принадлежал не только ему, но всем членам его клана. Гильберт из Духовного Света был одним из лучших лидеров. Все считали, что он достоин того, чтобы доверить ему будущее их клана.

Для Зельгиуса Гильберт был не только учителем, но и товарищем. Они оба потеряли своих близких и стали друг для друга как семья.

Именно поэтому предательство Гильберта поразило его сильнее, чем кого-либо другого. Несмотря ни на что, он поклялся, что найдет бывшего лидера и покончит с ним сам.

Прошло более десяти лет. И вот наконец-то, Зельгиус нашел его.

“- Почему ты предал нас?”

Причина по которой он не убил его сразу, заключалась в том, что Зельгиус хотел получить ответы на свои вопросы. Предательство было слишком внезапным. Он хотел понять причину, узнать истинные намерения Гильберта. Однако слова друга только разочаровали его.

“- Потому что нельзя позволить возродиться Вельзе.”

"- О чем ты говоришь? Ты тот, кто больше всего заботился о нашем клане, и больше всех желал воскрешения Бога. И теперь смеешь говорить нечто подобное?”

“- Все, что принесет Вельза, — это разрушение и смерть. Мы не сможем справиться с этим."

"- Все будет разрушено. Разве это не прекрасно? После того, как этот жестокий мир исчезнет, на его месте родится новый. Кто сказал, что нам не следует стремиться к этому новому миру?"

Несколько лет назад армия Аместриса начала активное наступление. Земли, которые должны были защищать суровые горы и климат, неоднократно подвергались нападению. И каждый раз они несли потери. Из-за армии Аместриса Гильберт потерял мать, а Зельгиус отца и сестру.

"- Если мы продолжим в том же духе, наш клан будет уничтожен. Единственный путь — это все поставить на воскрешение Бога."

Но войска Аместриса были не единственной угрозой для их клана. Есть еще “проклятый знак”, который с самого рождения был у каждого члена клана Вельзы.

"- Нет, есть еще один путь. Если у нас будет сила того ребенка..."

"- Еще один путь? Ты сошел с ума!"

Гильберт сам говорил, что другого варианта нет. И тогда они вместе проводили исследования, чтобы узнать, как возродить Бога. Они не жалели времени, изучая литературу и были готовы использовать алхимию, даже если придется рисковать собственной жизнью. Но теперь, если он говорит, что воскрешение Бога невозможно, то как быть с их исследованиями?

"- Ты сейчас... нет, ты сейчас беспомощен. Если ты передашь сосуд, я просто уйду."

Зельгиус знал, что Гильберт уже был на пределе из-за использования силы “Знака”. Если он продолжит, то скоро погибнет.

"- Где сосуд?"

"- Я не отдам его тебе. Ты не видел этого ужаса... поэтому я не могу тебе его отдать."

"- Что ты имеешь в виду?"

Когда Зельгиус собирался спросить, Гильберт бросил быстрый взгляд в окно. Конечно, Зельгиус это заметил. Он понял — "сосуд" уже был далеко.

"- Тогда твоя жизнь будет расплатой за предательство!"

И в тот момент он выпустил пламя гнева. Чтобы сбросить грешника прямиком в ад.

***

- Зельгиус? Что случилось? – из раздумий мужчину неожиданно вырвал голос Дженис, которая обеспокоенно смотрела на него.

- Ничего..., - он отвел взгляд от девушки и посмотрел на замок.

В воздухе летели снаряды, а в небо поднимался черный дым. Возможно солдаты, которые участвовали в бою, могли этого не заметить, но с высоты все выглядело как очевидная отвлекающая операция.

- Началось...

Зельгиус знал, что те мальчики, которые получили “Знак”, придут сюда снова. Однако он не ожидал, что они задействуют столько солдат. Нет, скорее всего, не они, а тот огненный алхимик управляет армией. Похоже, у этого человека высокое военное звание и вероятно, именно он взял на себя роль приманки.

Исход боя был уже очевиден. Крейгин и тот огненный алхимик — это два разных командира. Даже с таким перевесом в силах, они не смогут преодолеть разницу. Скорее всего, Крейгин будет вынужден отправить большинство своих войск к тому огненному алхимику. В результате, охрана в районе тронного зала ослабнет.

Зельгиус знал, что эти мальчики, скорее всего, именно на это и рассчитывают.

- Слушай, как насчет «сосуда»? Может, я пойду и заберу его?

- Не беспокойся. Оставь все как есть.

Прежде всего для того, чтобы возродить Вельзу, «сосуд» и душа должны находиться рядом друг с другом. Однако для этого еще слишком рано.

- Мы начнем действовать, когда «сосуд» и душа станут едины. Только тогда Бог пробудится.

- Да, - негромко ответила Дженис. Но после этого она не сдвинулась с места.

- Что случилось? Ты что-то еще хочешь сказать?

- Леонид и Годо... они мертвы.

- Да. Так и есть.

Смерть Годо была ожидаемой. За последние несколько сражений члены их клана, включая Годо, превысили лимит Знака. Зельгиус понимал, что многие из-за этого могут погибнуть. Даже осознавая это, у них не было иного выбора, кроме как верить в воскрешение Вельзы. Их загнали в угол.

Но смерть Леонида была другой. Его обнаружила Дженис. Он был найден мертвым на крыше замка, истекающим кровью. Леонид погиб не из-за Знака, а от смертельного пулевого ранения.

Преступник оставался неизвестен. Однако у братьев-алхимиков не было при себе оружия. Значит, скорее всего, это военные. Крейгин или один из его подчиненных…

- Послушай...

- Что такое?

- Дженис не погибнет, как эти жалкие смертники. Она точно будет полезна Зельгиусу. Потому что в конечном итоге, я тоже умру.

Она сказала это искренне, смотря уверенным взглядом на мужчину. Такой же взгляд был и у тех, кто погиб уже давно.

- Так вот, Зельгиус... Даже если Дженис умрет, не забывай ее.

- Не волнуйся, Дженис. Бог вот-вот воскреснет. Когда это случится, мы будем спасены.

Девушка молча опустила взгляд.

- Скоро мы узнаем, кто из нас оказался прав, Гильберт, - пробормотал мужчина, глядя в бескрайнее небо. Он не заметил, как стоящая рядом Дженис тихо вздохнула.

6

- Наконец-то мы добрались сюда, - сказал с облегчением Альфонс, оглядываясь назад.

На этот раз им нужно было сделать длинный крюк и пройти на верхний этаж, минуя скрытые пути и тайные комнаты. Они должны были быть осторожными, чтобы избежать столкновений с солдатами, иначе бой будет неизбежен.

Сейчас братья не могли позволить себе заставить Софи делать что-то сверх своих сил. С тех пор как они вошли в замок, она выглядела бледной. Иногда она останавливалась и хмурилась, держась за лоб. Скорее всего девушка перенапряглась во время вчерашнего боя.

- Что касается Крейгина... Он вряд ли так просто позволит нам наложить печать.

- Но именно для этого мы здесь. Правда, Софи? – сказал Альфонс и обернулся. – Что… что случилось? Софи?

Девушка застыла на месте, ее глаза были широко открыты. Она смотрела перед собой будто в пустоту.

- Эй, Софи! Что с тобой?

Альфонс взял ее за плечи и сильно встряхнул, после этого девушка пришла в себя и, наконец, несколько раз моргнула.

- Ты в порядке?

- О... да, все в порядке.

Эдвард и Альфонс не заметили, как дрогнула рука Софи, когда она ответила.

- Ты уже некоторое время ведешь себя странно. Что случилось?

— Тебе снова плохо?

— Все нормально. Я действительно в порядке.

Даже несмотря на ее слова и бледное лицо, в это было сложно поверить. Эдвард и Альфонс переглянулись.

— Давайте быстрее, пока не стало слишком поздно.

Софи пошла вперед, и братья последовали за ней. Камень, в котором была запечатана душа Вельзы, был совсем рядом. Софи остановилась перед дверью, ведущей в комнату с пьедесталом. Альфонс шагнул вперед, чтобы защитить ее, если по ним начнут стрелять. В своих доспехах он был уверен, что пуля не причинит ему вреда.

- Отойди, - сказал он, открывая дверь. Но, никто не открыл по ним огонь.

В комнате с пьедесталом находилось несколько вооруженных солдат. Они не выстрелили, но их оружие уже было направлено на Эдварда и его спутников.

— Вы... я удивлен, что вам удалось зайти так далеко.

Крейгин выглядел спокойным. С ухмылкой на лице он подал сигнал солдатам опустить оружие. Видимо, он чувствовал себя более уверенно, потому что в его руках находится артефакт с силой Бога.

И в этот момент красный камень ярко засиял. Это было не отражение солнечных лучей, а свечение самого камня.

— Н-не может быть!

— Разве так Вельза не возродится?

Эдвард и его товарищи невольно шагнули вперед, но Крейгин резко остановил их, прокричав:

— Не двигайтесь! Если подойдете еще ближе, я высвобожу силу этого камня!

Они понимали, что это всего лишь угроза, ведь Крейгин точно не знал, как это сделать. Но, несмотря на это, свечение становилось все ярче. Крейгин встал перед ними, закрывая камень своим телом.

— Я не позволю встать у меня на пути. Сколько лет я потратил, чтобы заполучить это! Сколько усилий мне потребовалось, чтобы найти причину напасть на клан Вельзы и загнать их в угол?

— Что?!?!

«Что он сказал? Он напал на клан Вельзы, чтобы заполучить этот красный камень?»

— Мои предположения подтвердились. Чтобы противостоять армии, они обратились к силе Бога. Я продолжал ждать, пока они не прекратят использовать эту силу.

— Это ужасно... Как ты мог... Если бы вы не вмешались, этой войны никогда бы не произошло! Моего отца бы не убили!

Голос Софи дрожал от гнева. Если бы ее клан не решил воскресить Вельзу, ее отец не пошел бы против Зельгиуса и остальных.

— Не прощу...

В ответ на гнев Софи свет в камне становился все ярче.

— И что с того? Это всего лишь мелочь перед великим делом. Я обрету силу Бога и стану новым лидером этого мира.

В городе они видели множество сожженных тел. Люди, которые спрятались под землей, дрожа от страха и прижимаясь друг к другу. Это «мелочь»?

Клан Вельзы не мог не начать эту гражданскую войну. Они оказались загнаны в угол, потому что до этого было пролито множество крови. Кто отдал приказ на эту бойню?

— Мелочи перед великим делом... так ты говоришь?

«По чьей вине Софи и ее отец более десяти лет жили в бегах?»

— Ты с ума сошел?! Столько людей погибло из-за твоих эгоистичных амбиций?!

Обманутые этим мужчиной, они с братом сражались с Годо и Леонидом. Эта битва, изначально была бессмысленной.

— Я не прощу тебя!

Альфонс создал меч и приготовившись к бою, бросился на Крейгина. Солдаты в панике начали перезаряжать оружие.

— Дурак! Тогда испытай на себе силу Бога!

Крейгин протянул руку к пьедесталу. Альфонс в этот момент взмахнул мечом, но не успел нанести удар. Красный камень засветился особенно ярким светом.

— Ааааах! – истошно закричал генерал, его руку, протянутую к пьедесталу, внезапно охватил огонь. Крейгин схватился за руку и упал на землю.

— Дурак — это ты, - раздался голос и затем последовал раскатистый смех. Внезапно перед глазами Эдварда и его спутниками вспыхнуло пламя, которое стало принимать человеческую форму. — Хорошо потрудился. Ты думал, что я не замечу твоих глупых замыслов?

Крейгин с ненавистью посмотрел на Зельгиуса, однако тот в ответ лишь усмехнулся.

— Ты не знаешь самого главного. Для воскрешения нашего Бога нужны две вещи. Одна — это камень, в котором спит душа Вельзы. А другая — сосуд, который должен стать телом для Бога. Без сосуда душу вернуть не удастся, и сила Вельзы исчезнет. Те, кто желает воскрешения, должны одновременно забрать и камень, и сосуд, и перенести их в зал с алтарем...

Зельгиус обернулся. Его глаза цвета огня, смотрели на Эдварда и его товарищей.

— Братья алхимики. Я должен вас поблагодарить, за то, что вы привели божественный сосуд сюда.

“Что это значит?”

Прежде чем Эдвард успел что-либо сказать, как вокруг пьедестала вспыхнул огненный вихрь. Он зажмурил глаза из-за сильного ветра и затем почувствовал, как его тело будто поднимается в воздух. Он с трудом удерживался на месте.

“Где же Софи?”

Когда он расправил руки, чтобы защитить ее от порывов ветра, он понял... что девушка пропала. Тут они услышали пронзительный крик и ветер внезапно прекратился.

— Брат! Там! — крикнул Альфонс, указывая в сторону.

Когда Эдвард посмотрел куда указывал Ал, он увидел стоящего перед пьедесталом Зельгиуса, который криво усмехался. Пока они были отвлечены сильным ветром, он успел переместиться.

В правой руке Зельгиус держал светящийся камень, а в левой — Софи. Она не двигалась, скорее всего, потеряла сознание.

- Софи!

Девушка не ответила на крик Эдварда, и только красный камень продолжал светиться. Его свет продолжал мерцать, постепенно становясь все ярче.

— Теперь все готово. Наш Бог будет воскрешен.

— Зельгиус! Верни Софи!

Вместо ответа мужчина бросил в них огромный огненный шар. Разрушая все на своем пути, шар сбил с ног солдат и отбросил Эдварда и Альфонса. Юноша сдавленно застонал, когда он со всей силы ударился спиной об пол. Он хотел последовать за Зельгиусом, но не мог пошевелиться.

Пламя и черный дым исчезли, и воцарилась тишина. Эдвард с трудом заставил свое ноющее от боли тело подняться и осмотрелся. Крейгин и солдаты лежали на полу. Зельгиус пропал. Софи и красный камень тоже.

- Исчезли? – в шоке произнес Альфонс, глядя на пустой пьедестал.

— Не может быть! Зельгиус! Выходи!

Ответа не последовало. Эдвард лежал на земле всего минуту, но этого времени было достаточно, чтобы враг успел скрыться.

— Черт! Ал, нужно его найти!

Он точно не мог уйти далеко. Эдвард распахнул деформированную от взрыва дверь и выбежал наружу.