Король кулаков, Дан Усон, умер.

Имя Дан Усон знали немногие. Гораздо чаще его называли просто: Король кулаков.

* * *

Он открыл глаза… в теле Ли Чжин Ёна, наследного сына торговой гильдии Ёнха. Тот скрывался в уединённом доме, затерянном в глубинах горы Цзюхуа, где лечил тяжёлую болезнь и в результате скончался.

И всё же Дан Усон не сразу осознал, что произошло.

Он решил, что его просто перевезли и сейчас лечат. Что кто-то спас его и пытается поставить на ноги.

Но сколько бы он ни щупал живот — раны, что должна была быть там, не было. Ни следа.

— Хм…

Разница между усталостью и серьёзной травмой — очевидна. Сознание Дан Усона постепенно прояснялось, но тело всё ещё было измотано, словно выжато досуха.

Он огляделся.

Высокий потолок, просторная комната.

На столе были разбросаны письма, а от постели веял запах женщины.

И не только её.

В воздухе витал запах спермы, будто бы от только что кончил.

Когда Дан Усон зашевелился, за дверью тихо раздался голос служанки:

— Господин наследник, принести воды?

"Господин наследник"? За всю жизнь он не слышал такого обращения. Но горло пересохло, и он ответил:

— Принеси.

— Слушаюсь, господин.

Дверь отворилась, и служанка вошла с кувшином. Дан Усон даже не взглянул на неё, просто опустил голову. Пока она ставила воду на столик у кровати и уходила, он всё ещё переваривал… собственный голос.

Не привычный, глубокий и уверенный — а слабый, болезненный, будто из груди умирающего.

Сделав глоток, он закашлялся и в миг нахмурился.

Вода была ледяной. Совершенно не подходящей для человека в таком состоянии. Он лишь прополоскал рот и немного увлажнил горло.

«Странно… очень странно.»

Кто же даёт настолько холодную воду тому, кто едва жив?

И тут он заметил своё отражение в зеркале на стене и его тело застыло.

Он медленно повернул голову и снова взглянул в зеркало.

«...»

Потрясённый юноша с мешками под глазами, в недоумении смотрел прямо на него.

Он протянул руку и коснулся лица.

«Кто-то нацепил на меня маску?..»

Он ощупал затылок, пытаясь найти края — но ничего. Ни шва, ни накладки. И тогда, не сдержавшись, он ударил себя по щеке.

Шлёп!

Служанка за дверью вздрогнула от неожиданного звука, наклонив голову, как испуганная лань.

Она подумала то же, что и он:

«Сегодня он какой-то… странный.»

* * *

Дан Усон стоял возле большого зеркала и рассматривал своё новое лицо и, наконец, кивнул.

«Либо я умер… либо сошёл с ума.»

В зеркале отражался худощавый юноша в белой ночной рубашке, поворачивающий голову то влево, то вправо. Красивый, ухоженный, явно не знавший трудностей. На вид — лет двадцать.

Дан Усон снова кивнул.

«Если бы демонические ублюдки владели таким искусством, они бы давно подчинили себе мир. Нет, это не магия…»

Он лишь немного постоял у зеркала, а во рту уже появился привкус метала.

Тело было в ужасном состоянии.

Пошатываясь, он добрался до кресла и сел, взяв в руки письма.

Читать чужие письма не хотелось, но того требовала ситуация.

Почти каждое письмо начиналось одинаково:

«Наследному господину Ли Чжин Ёну…»

Он повторил это имя вслух:

— Ли Чжин Ён…

Оно было незнакомым. Но все письма были адресованы именно ему. В начале часто упоминалась торговая гильдия Ёнха.

«Торговая гильдия Ёнха?.. Где-то я это слышал…»

Дан Усон знал имена великих бойцов, но в делах мирских был не силён. Если он слышал о такой организации — значит, она действительно влиятельна и богата.

Он отложил письма и снова взглянул в зеркало. Незнакомец всё ещё смотрел на него. И тогда, наконец, он понял. Смотря на чужое лицо он произнёс:

— Реинкарнация?.. Я… спятил.

Но он не был ни мёртв, ни безумен.

Он — переродился.