— Чего ты так беспрекословно слушаешься?!

— Я вообще-то всегда внимательно слушаю, что говорят люди.

В ответ на мое невозмутимое заявление в меня впился ошарашенный взгляд.

Джошуа неловко поднялся, снова подошел ко мне, подпер подбородок ладонями, изображая цветочек чашелистика, и уставился в небо.

Судя по тому, как нерешительно подрагивали его губы, ему явно было что мне сказать. Я не стала его торопить, выжидая. Наконец его губы разомкнулись.

— Я ведь говорил, что редко навещаю Жера, опасаясь дурно на него повлиять.

Было дело.

— Так вот… Прислушайся к моим советам и воспитай Жера как следует.

— Босс уже вырос большим и крепким. Знаешь, насколько он огромный? Настолько, что порой путаешь: на Босса ты смотришь или на потолок. Поэтому в последнее время, стоя к нему лицом, я утыкаюсь взглядом лишь в его широкую грудь. Да и то лишь потому, что Босс стоит ссутулившись. Выпрямись он, наверное, буду смотреть ему прямо в живот.

Просто это единственный уровень, до которого достает мой взгляд. Не то чтобы мне очень хотелось туда смотреть.

Остолбенев, слушая мою слегка преувеличенную болтовню, он вдруг встрепенулся и истошно завопил:

— Я не в этом смысле!

Вскочив, он тяжело задышал от возмущения, а затем сделал «а-ам» и вгрызся мне в макушку.

— Перестань.

Однако Джошуа не перестал. Не выпуская мою голову из зубов, он заговорил на удивление четко, ни капли не шепелявя:

— На самом деле у Жера сильные перепады настроения. Причем в худшую сторону. Он сам этого не желает. Всему виной то влияние…

Сказав это, Джошуа настороженно покосился на меня, замялся, но все же продолжил:

— Если он хоть раз погружается в негатив, выбраться оттуда уже не может. Потому он вырос типом, напрочь лишенным социальных навыков.

— Вот как?

— Раньше он был не таким! Любил пошутить, а уж как мастерски нарывался на неприятности. Даже к аристократам цеплялся, так что драки случались постоянно! Для него ведь не существует понятий этикета и приличий.

У нас тут что, минутка поливания босса грязью?

Хотя, если уж на то пошло, сдается мне, что босс и раньше не особо блистал навыками общения.

— Однако года два назад ему стало невыносимо тяжело контактировать с кем-либо, кроме нас. Повторяю, он погружается в эти темные эмоции не по своей воле!

— Хм-м.

Видимо, решив, что я слушаю вполуха, он сжал челюсти на моей голове еще сильнее.

Больно вообще-то, господин приспешник дьявола.

— Ребята из гильдии Эклипс пару раз пытались к нему сунуться, но в ответ слышали лишь «проваливайте». О нормальном диалоге даже мечтать не приходилось.

— А вот у меня в последнее время отлично получается с ним общаться.

— Вот именно! Значит, надежда есть!

Глаза Джошуа ярко блеснули. Он придвинулся вплотную, крепко обхватив мои колени.

— С тобой он разговаривает! Особенно часто ты слышишь от него «проваливай»!

— Слишком часто.

Что ни скажи — гонит прочь. Порой кажется, это запатентованная фразочка Босса.

Джошуа уткнулся лицом мне в колени, тихонько захихикал, после чего снова вскинул голову.

— …Кхм. Поэтому прошу, помоги ему!

— Я вообще-то и так изо всех сил стараюсь.

— Если прислушаешься к моим советам, выйдет еще лучше!

— Ну, выкладывай.

Мне тоже хочется наловчиться, чтобы наконец-то вытащить босса из той мрачной берлоги.

— Жер болен. Внешне он выглядит скверно, но внутри гниет еще сильнее. Поэтому я хочу, чтобы ты заставила его улыбаться.

— Повторяю в который раз: я не клоун.

Иди найми нормального комедианта.

— Тогда постарайся не раниться о его слова, что бы Жер ни ляпнул. Как бы сильно ни хотелось опустить руки — не сдавайся. Он болен душой и телом.

Похлопав загрустившего Джошуа по спине, я подумала: назови его прислужником босса, а не дьявола — поверила бы охотнее.

Уж не знаю, что между ними произошло, но Джошуа явно питал к боссу совершенно особое отношение.

Было даже как-то жаль дьявола, не смеющего лишний раз приблизиться к Жеру из страха дурно на него повлиять.

«Стоп. Получается, на остальных людей, включая меня, он тоже влияет негативно?»

Однако рядом со мной или кем-либо еще он терся без всяких проблем. Видимо, дело тут не только в демонической ауре — между ним и боссом крылась какая-то тайна, о которой я понятия не имела.

— Я не думаю сдаваться. Опустить руки сейчас равносильно тому, чтобы поставить крест на собственной жизни.

Совсем не хочется попасться в лапы Уильяма, плясать под его дудку.

Босса, конечно, жаль, но собственная судьба вызывала не меньшее сочувствие.

Джошуа вспыхнул от эмоций, закричав:

— Ты чересчур прямолинейна! Настолько, что можешь ранить Жера! Получается, ты ввязалась во все это только ради себя?!

— Разве пафосные заявления в духе «я готова на все ради босса» не звучали бы куда более нелепо? Мы знакомы-то без году неделя.

Эмоциональный запал Джошуа угас. Немного остыв, он был вынужден признать:

— Твоя правда. Как бы то ни было, из-за неспособности совладать с эмоциями у него порой случаются приступы, так что будь осторожна. В такие моменты ему невыносимо тяжело, но ты не показывай своего страха.

— Да мне жутко, даже когда босс просто смирно сидит.

— …Проехали. В любом случае, не вздумай ляпнуть ему, зачем ты здесь. Не хочу, чтобы Жер снова страдал.

— Уже ляпнула.

— Эй!

Вскочив, Джошуа, тяжело дыша от возмущения, свирепо уставился на меня. Я жестом попросила его остыть.

— Босс выслушал, но проигнорировал. Уж лучше так, чем потом расхлебывать недоразумения, разве нет?

Вздернутые от гнева уголки глаз Джошуа медленно поползли вниз.

— …И то верно. А ты соображаешь.

— Благодарю.

Ху-ху, меня похвалил приспешник дьявола.

С этими мыслями я отцепила от себя Джошуа, который — в полном противоречии со своими же похвалами — безжалостно драл меня за волосы своими цепкими ручонками.

* * *

Не скажу, что слова Джошуа совсем на меня не повлияли. Скорее, у меня чуточку прибавилось энтузиазма по сравнению с прошлым разом.

— Босс, угадайте, что я для вас приготовила?

Миновав упрямо игнорирующего меня мужчину, я вышла за дверь, затем вкатила ожидавшую там тележку. Она буквально ломилась от роскошных блюд.

— Стоило только сказать, что это для босса, как на кухне расстарались, наготовив вон сколько.

— Не буду.

— Так и знала. Поэтому предусмотрительно заказала в основном то, что по вкусу мне самой, решив все съесть. Поужинаю прямо здесь, вы же не против?

— …Ты совсем с катушек слетела?

— Разве что самую малость.

Усердно сервировав стол, я плюхнулась на стул. С замиранием сердца уставилась на источающую аппетитный пар еду.

Решено: впредь буду притворяться, что несу обед боссу, а лопать все сама.

Раз уж провернула я все это прямо у него на глазах, то даже попавшись позже, легко смогу оправдаться. Для начала, я честно предложила ему поесть, он отказался, так что груза на душе у меня никакого.

Совесть моя кристально чиста.

Дзынь.

В тишине комнаты гулко разносился звон столовых приборов вкупе с моим жеванием. Вокруг было настолько тихо, что слышался каждый укус.

Сидевший до этого неподвижно босс вдруг поднялся, подошел к столу, после чего опустился на стул прямо напротив меня, слегка ссутулившись.

— Спину выпрямите! Что вы вечно сидите как побитая собака!

— Сперва прожуй, потом говори… Летят же крошки.

Он стер невидимые брызги тыльной стороной ладони, сердито сверля меня взглядом. Я же невозмутимо отрезала кусочек стейка, сунув прямо ему под нос.

— Это еще что?

— Разве вы не поесть сюда сели?

— Нет.

Тогда сама съем.

Я уж было вознамерилась отправить кусок обратно себе в рот, однако босс перехватил мое запястье, закинув мясо себе.

— Вы же говорили, что не будете.

Он лишь усердно жевал, продолжая сверлить меня взглядом.

— …Вы ведь не собираетесь слопать вообще все, как тогда с персиками? В тот раз вы болели, но теперь-то так не поступите, верно?

Прочитав мою тревогу, этот невыносимый затворник бесстыдно заявил:

— Именно так я и поступлю.

Ну уж нет! Я принялась торопливо запихивать в себя еду, он же закидывал в рот порции вдвое больше моих. В итоге босс смел больше половины.

— Оказывается, при наличии конкурента аппетит у вас просыпается…

Вылитый ребенок. Кажется, я понемногу начинаю понимать, как с ним обращаться.

— Не похоже, чтобы тебя это сильно радовало.

— Да.

Не радует.

Достав платок, я промокнула ему губы. Он с искренним отвращением отпихнул мою руку.

— Убери.

— Да сидите вы смирно!

Пусть он и не испачкался толком, я старательно стерла жирный блеск с его лоснящихся губ. Босс отчаянно вырывался, однако я довела дело до конца, после чего составила пустые тарелки обратно на тележку.

Выкатив ее за дверь, я вернулась в комнату, намертво вцепившись в мужчину, вознамерившегося было уползти на свое привычное место.

— Теперь-то что…

— Зубы чистить пора.

— …

Тяжело вздохнув, он покорно позволил утащить себя в ванную. Я выдавила ему на щетку травяную пасту.

«Видимо, раз уж мы в романтическом фэнтези, тут и зубная паста предусмотрена».

Всем своим видом выражая крайнее недовольство, зубы он чистил на удивление усердно. Я пристроилась рядышком. Стоило боссу мельком глянуть в зеркало на то, как я, оскалив зубы буковкой «И», со жгучей страстью орудую щеткой, он с явным отвращением отвернулся.

Окончательно прибравшись, я отволокла тележку на кухню, после чего вернулась в спальню. Босс, как всегда, сидел на корточках на своем законном месте.

Я опустилась прямо напротив него, приняв в точности такую же позу. Мы оказались настолько близко, что носки нашей обуви едва не соприкасались. Я в упор уставилась на него.

— Почему вы вечно сидите в такой позе?

— Так мне спокойнее.

— Спина с поясницей не затекают?

— Нет.

— У меня вот жутко болели.

Стоило мне положить подбородок на колени, он поднял лицо, до этого уткнутое в собственные ноги. Его губы дрогнули, после чего последовал вопрос:

— Это ты к чему?

Я совершенно невозмутимо завела рассказ о своем детстве.

— Даже при жизни прежнего виконта Анхелы Уильям частенько надо мной издевался. Прошлый глава семьи относился к тому типу людей, что пускают все на самотек. Кажется, мне тогда было лет шесть? Однажды меня заперли в невероятно тесном квадратном деревянном ящике.

Нахлынувшие воспоминания о том дне заставили меня до белеющих костяшек сцепить руки.

* * *

https://vk.ru/zlatoptenchik

https://t.me/zlatoptenchik