Сразу после того, как печать проклятия разрушилась, жители столицы заметили неладное.

Грохот! Гр-р-р!

Шрамы, оставленные прошлым землетрясением, ещё не успели затянуться, а новый удар, гораздо мощнее прежнего, сотряс землю до основания.

Обезумевшие от страха люди с криками хлынули на улицы.

Среди охваченной ужасом толпы маленький ребёнок, растерянно сидевший на руках у отца, посмотрел в небо и закричал:

— Папа, посмотри туда!

Сотни, тысячи птиц, прилетевших с окрестных рек и из лесов, чернотой затянули небо.

Кар-р! Чирик-чирик! Чик-чирик!

Шум крыльев и птичий гомон слились в оглушительный гул, словно на рыночной площади.

Птицы отчаянно летели, словно от чего-то спасались, но вдруг резко изменили направление и начали падать на землю.

Шлёп! Тук!

Улицы мгновенно покрылись кровью и перьями.

Трупы птиц, разбивших головы о стены домов, мостовую и оконные рамы, образовали небольшие холмы.

Никто из увидевших это не решался заговорить.

Инстинкт подсказывал: происходит нечто страшное.

Неописуемый ужас охватил людей.

— Н-надо бежать!

— Не толкайтесь! Прошу… А-а-а!

Стоило всем одновременно попытаться покинуть площадь, как та превратилась в сущий ад.

Пока за стенами дворца люди в панике устремлялись прочь из столицы, на священной земле в самых тяжёлых условиях продолжалась ожесточённая битва.

— Кх!

Тесион едва уклонился от вырвавшегося из-под земли щупальца. По его лбу стекала струйка крови.

Смахнув мешавшую обзору кровь тыльной стороной ладони, он взмахнул Орсионом, прочертив в воздухе ослепительную золотую дугу.

Он избежал смертельных ран, однако за время боя с проклятием его тело покрылось множеством мелких и крупных порезов.

«Раздражает».

Плюх!

Отрубленное щупальце брызнуло чёрной жидкостью и рухнуло на землю.

По мере того как бой затягивался, проклятие, по-видимому, стало опасаться Тесиона и силы священного меча. Оно спрятало основную массу среди щупалец.

Подкрепления ждать было неоткуда, а проклятие, словно черепаха, спряталось под панцирем и тянуло время.

Оно будто знало, что даже этого будет достаточно, чтобы погубить человечество.

Однако Тесион успел кое-что понять.

«Это всего лишь масса из несовместимых частей, насильно слепленных воедино. Если разрушить связующее звено в центре, всё должно распасться… Но где оно?»

Это напоминало узел на ленте, который распустится, если потянуть за нужный конец.

Пока же Тесион собирался расчленить чудовищную массу, чтобы ослабить её.

И тут…

Из серой земли вырвался белоснежный свет и в одно мгновение начал стирать следы проклятия.

Остатки отсечённых щупалец превратились в белый пепел и рассеялись, словно снег.

Отравленный воздух очистился, и дышать стало легче.

Забыв, что бой ещё не окончен, Тесион машинально оглянулся.

«…Эйприл?»

Похоже, она благополучно пришла в себя.

Из-за расстояния он не мог различить выражение её лица, но ему показалось, что Эйприл смотрит виновато.

Рядом с ней уже стоял эргон, чьи раны полностью исцелились.

По крайней мере, пока Тесион сражался впереди, за её безопасность можно было не тревожиться.

— Киа-а-а!

— Наконец-то я заставлю умолкнуть этот мерзкий визг.

Тесион горизонтально поднял Орсион.

По возможности он хотел закончить всё сам, однако сознание того, что Эйприл поддерживает его сзади, принесло странное спокойствие.

С опущенного клинка веером вырвались золотые полумесяцы, словно десятки взрывных волн.

Разбросанные вокруг щупальца взлетели в воздух, разрубленные на части.

Сила стоявшего в самом центре Тесиона проявилась ещё ярче.

Его руки онемели, по телу до самой макушки прошла дрожь.

Меч двигался в точности так, как он хотел.

Тесион уже долго сражался со священным клинком, но сейчас мог отвечать на удары за мгновение до того, как они достигали цели, будто видел будущее.

Присмотревшись, он заметил, что с золотым сиянием Орсиона смешалась сила Эйприл.

Она не только исцеляла уставшее тело Тесиона, но и вступила в совершенный резонанс со священным мечом.

Его до сих пор сурово сжатые губы дрогнули.

На них появилась улыбка — слегка ошеломлённая, но явно довольная.

Пользуясь преимуществом, Тесион усилил натиск. Почувствовав опасность, проклятие запрыгало, отступая.

— Нет!

Наблюдавшая издали Эйприл тревожно крикнула.

Проклятие свернулось и покатилось, пытаясь вырваться за пределы священной земли.

Но столкнулось с прозрачной стеной и отлетело назад.

Бум! Грохот!

Сколько бы оно ни пыталось, результат оставался прежним.

Глаза Эйприл распахнулись.

В голове мелькнула внезапная догадка.

«Так это сила священного древа».

Невидимая «стена», окружавшая священную землю, не просто препятствовала вторжению извне.

Барьер не позволял и самому проклятию вырваться наружу.

Точнее, Эйприл, Тесион и остальные люди случайно оказались заперты внутри пространства, изначально созданного для заточения проклятия.

Но никто не знал, сколько ещё продержится сила священного древа, чей срок жизни уже истёк.

Увидев, что проклятие продолжает пытаться разрушить стену, Эйприл поспешно крикнула:

— Капелька! Сможешь отвезти меня туда?

Благодаря Тесиону проклятие лишилось внешней «оболочки».

Однако оно всё ещё оставалось настолько огромным, что не помещалось в поле зрения, и нанести ему решающий удар было трудно.

«Нужно найти источник его силы».

Эйприл вспомнила лечение Шарлиз.

Чёрно-багровое «семя», выскочившее из тела принцессы.

Если оно было порождением проклятия, то и в самом проклятии должно существовать такое же ядро.

И Эйприл могла его отыскать.

Когда она открыла на миг прикрытые глаза, в её зрачках заклубилось белое марево.

Никто не учил её, но Эйприл знала инстинктивно.

Теперь она сможет отличить его.

«Кто знает? Может быть, феи, обещавшие всегда оставаться рядом, сейчас шепчут мне подсказки».

Тихонько рассмеявшись при этой мысли, Эйприл забралась на спину пригнувшегося эргона.

Подъехав достаточно близко, чтобы хорошо видеть тело проклятия, она подавила подступившую тошноту и сосредоточилась.

Она попыталась заглянуть далеко вниз — в самую глубину того, что скрывалось от глаз.

Даже сейчас в голове стоял невыносимый шум.

Воля проклятия осыпала её шёпотом, крики мёртвых душ разрывали слух.

Но Эйприл закрыла глаза и крепко удержала сознание.

«…Почему я ничего не вижу?»

И тут…

Все звуки разом смолкли. Из-за чёрной бездны на неё устремился леденящий взгляд.

«Дальше нельзя. Это опасно».

Инстинкт забил тревогу.

По спине пробежал холод от ощущения, что она видит нечто запретное.

Но ведь ей едва удалось ухватиться за этот след.

Тихо простонав, Эйприл обхватила голову руками.

— Эйприл? Эйприл!

Тесион заметил неладное и отчаянно позвал её, но даже его голос больше не достигал её сознания.

Тогда Эйприл почувствовала: тот взгляд пытается ей что-то сказать.

В следующую секунду её словно выбросило из глубин подсознания приливной волной.

Не успев даже перевести дыхание, она немедленно сообщила Тесиону то, что обнаружила:

— Я нашла источник проклятия! Но… нам кое-что понадобится!

— Что именно?

Эйприл торопливо огляделась.

Но посреди этой пустоши нужной вещи, конечно, быть не могло.

«Нужно было хотя бы взять с собой сумочку!»

Пока она в нетерпении переступала с ноги на ногу, вдали послышались шаги.

Заметив, что обстановка изменилась, наследный принц и его спутники направились к ним.

Они потрясённо смотрели на Тесиона, в одиночку сражавшегося с проклятием, и на Эйприл, умело сидевшую верхом на огромном неизвестном змее.

Глаза Эйприл загорелись.

Она без всяких предисловий протянула к наследному принцу ладонь.

— Ваше Высочество! У вас случайно нет зеркала?