Перевод: Astarmina

Казалось, голова на мгновение закружилась.

Это же... Разве это не слишком противоречит здравому смыслу?

18 лет я пробивалась, преодолевая все трудности, и наконец прошла последнее испытание... И теперь ты хочешь, чтобы я что-то с этим сделала?

Невыразимый гнев поднялся внутри, но благодаря бесчисленным ударам в спину, которые получила за это время, я смогла внимательно изучить то, что было перед глазами.

«Начинается сложный режим...»

Я знала, что это означает. Уровень сложности выше обычного. А то, что этот режим предназначен только для возвращенцев...

— Ха-ха, так всё уже было заранее подготовлено.

— Роша?

Услышав её бормотание, Седрик поднял голову и посмотрел ей в лицо.

Его гладкий лоб слегка сморщился от беспокойства.

— Ты выглядишь очень бледной. Что-то случилось?

— Нет...

Дела? Конечно, их было много. Но она не могла рассказать всё как есть.

Ни то, что её внезапно забросило в другой мир, где она долго страдала, прежде чем вернуться, ни то, что её испытания ещё не закончились.

Роша, с дрожащими веками, изо всех сил старалась думать.

«Какая же я дура... Я поверила, что всё разрешится, как только появится уведомление о прохождении последнего испытания».

Она была наивной и глупой. Конечно, была причина, по которой помимо «Возвращения домой» появился и вариант «Продолжить»...

«О чём я вообще думала, слепо доверяя словам Синего Копья?»

Её зрение помутнело. Пока она кусала губы, Седрик тихо спросил у Кассиса:

— Ты уверен, что с Рошей ничего не случилось?

— Ничего. Если бы что-то было, я бы сам сказал.

— Точно?

— Да. Я специально оставался рядом на всякий случай. Его поведение было раздражающим, но, учитывая плохую репутацию, он даже пальцем её не тронул.

Седрик скользнул взглядом к Берри, служанке Роши, которая кивнула в подтверждение.

Увидев это, Кассис криво усмехнулся:

— Если ты так переживаешь, может, расторгнем помолвку до того, как всё зайдёт слишком далеко? Херейс — откровенно говоря, не лучший выбор. Он слишком полагается на свой род и ведёт себя высокомерно. Разве Роша это понимает?

— Не место здесь для таких разговоров, Кассис, — прервал его Седрик, затем мягко добавил, глядя на удивлённую Рошу: — если эта помолвка тебе не по душе, просто скажи, Роша. Алмазные шахты дома Ликаон не так уж нам и нужны.

А. Роша наконец очнулась. Услышав слова Седрика, она вспомнила ситуацию, в которой оказалась.

«Ах да... Я согласилась на помолвку с Херейсом Ликаоном, вторым сыном маркиза Ликаона, чтобы помочь семье».

Причина её решения была проста: после того, как её родители погибли в аварии, когда ей было девять, родственники, почуявшие лёгкие деньги, опустошили их дом, оставив долги.

Самые крупные из них были перед домом Ликаона.

Маркиз Ликаон предложил списать долги и даже подарить алмазные шахты в обмен на помолвку с его беспутным вторым сыном — и она согласилась, несмотря на слухи о его дурном характере.

«Так что я как раз возвращалась после первой встречи с молодым господином Ликаона перед официальной помолвкой... Вот теперь вспомнила».

Конечно, его лицо она совсем не помнила. Возможно, это было естественно после 18 лет, проведённых в другом мире.

В любом случае раньше всё могло быть иначе, но сейчас ситуация изменилась.

Как только она поняла, что нужно делать, её тело будто само начало действовать. Овладев голосом, Роша, всё ещё с трудом улыбаясь, сказала Седрику:

— Ты прав. По дороге я подумала... Лучше отказаться от этой помолвки.

— ...Ты серьёзно?

— Да. Хотя теперь отменить это будет непросто...

Нет, она сделает всё возможное, чтобы разорвать эту сделку.

Проклятое Синее Копьё добралось и до этого мира. К тому же, если грядёт усиленное испытание в хардмоде, какая ещё помолвка?

Она должна остаться с семьёй. Защитить их.

«И вообще, думать о замужестве в 17 лет — это слишком рано».

Видимо, 18 лет жизни в Корее изменили её мышление.

Однако Седрику, похоже, это решение очень понравилось.

— Хорошо. Тогда я отправлю письмо в дом Оикаона, и мы отложим помолвку.

Седрик, слегка удивлённый, расслабился и улыбнулся. Даже Кассис, до этого хмурый, разгладил лицо.

И в этот момент:

— Что за чушь? «Не буду выходить замуж»? — резкий голос пронзил уши.

Хозяином голоса был сухощавый мужчина средних лет с жалкими усиками.

На его шее болталось массивное рубиновое ожерелье, а в узких глазах мелькала не скрытая жадность.

Прежде чем она вспомнила, кто это, Седрик сказал:

— Дядя.

— Великий дом Ликаона, один из столпов империи, протянул нам руку! Разве не естественно ответить им взаимностью?

— Успокойтесь.

— Как мы посмотрим им в глаза, если теперь передумаем?

А, вот теперь она вспомнила.

Дядя был одним из тех родственников, которые поселились в их доме сразу после смерти родителей, и он метил на место главы семьи, которое опустело после того, как дед тоже слег.

Именно он по каким-то своим связям устроил эту помолвку с домом Ликаона.

«Седрик выгнал остальных родственников, разграбивших состояние, но не смог выгнать дядю... Наверное, из-за этой помолвки».

Хм... Кажется, поняла, что делать.

Закончив оценивать ситуацию, Роша ткнула Кассиса, собиравшегося что-то сказать, и заговорила первой:

— Вы говорите так, будто сами из дома Ликаон.

Дядя слегка расширил глаза от её дерзости. И неудивительно — раньше она старалась не перечить старшим. Но оправившись, он нахмурился:

— Тебе уже скоро семнадцать. Пора подумать о помолвке — что ты собираешься делать?

— Я найду другой способ помочь семье.

— Вздор! Какой ещё способ? Если у тебя есть мысли, скажи прямо сейчас!

— Ну... Я ещё не решила конкретно, но...

— Вот именно!

— ...Как член дома Афер, разве не лучше сначала разобраться, почему состояние семьи тает с каждым днём?

— Ч-что?!

— Помолвка может подождать. А вы как думаете, дядя? Ведь вы так переживаете за семью.

Закончив говорить мягко, но чётко, Роша нарочно улыбнулась ему.

Раньше дядя пугал её, но сейчас — нет. Скорее, она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, проверяя пределы своего терпения.

— Ты!..

Дрожа от ярости из-за её наглости, дядя подошёл ближе и прошипел:

— Поговорим позже. Вижу, тебе не хватает воспитания — нужно срочно это исправить.

И он поспешно ретировался, избегая взглядов окружающих. Наверное, его мучила совесть.

Кассис, смотря вслед дяде, спросил скептически:

— Что с тобой случилось, раньше ты была такой робкой?

Роша посмотрела на братьев, которые смотрели на неё с недоумением, и почувствовала, как гнев утихает. Её сердце, которое она только что пыталась успокоить, теперь будто само собой умиротворилось.

Поэтому она просто улыбнулась и сказала:

— Просто...

«Моя семья, которую я люблю больше всего на свете. После всех страданий я наконец встретилась с вами — как я могу снова вас потерять? Так что теперь я буду защищать вас. Обязательно. Для начала... нужно провести уборку в доме. Да. Прежде чем эти проклятые испытания обрушатся на нас, нужно вышвырнуть всех, кто разоряет наш дом».