Хранитель присвистнул и спросил:

– Значит, отсюда вытекает естественное многоженство?

– И это тоже, – кивнул головой Элинор. – Но куда более распространено рабство… Особенно много рабов для удовольствий. Не менее десяти-пятнадцати процентов всего количества людей в нашем мире относятся к этой категории… И среди них, как вы сами понимаете, подавляющее большинство – бывшие женщины. Хотя мужчин также немало.

– О, Господи! – сжал ладонями щеки Йаарх, представив себе эти толпы искалеченных. – А когда подобное несчастное существо состарится и станет непривлекательным, то что с ним бывает? – спросил Йаарх, уже подозревая, что ответит маг.

Лицо Элинора перекосила кривая ухмылка.

– Тогда ему или ей велят идти в специальную комнату или здание Ухода, где это существо и выполняет ритуальное самоубийство, само садясь на кол и своими ногами отталкивая подставку…

– Неужели же нельзя просто убить?.. – глаза Хранителя стали пустыми. – Зачем обязательно так жестоко?

– Таков их закон… – почти прохрипел маг, его взгляд при этом походил на взгляд затравленного волка, которому уже нечего было терять. – Но и это не самое страшное, Владыка. То, что происходит каждый день в «просвещенной» империи Фофар, куда как страшнее…

– Что же там такое происходит? – глаза Йаарха при этом вопросе вновь перестали быть глазами человека, став лужицами расплавленного серебра.

Элинор зажмурился и вздрогнул, как будто то, что он хотел рассказать, превышало возможности человеческого терпения.

– Там с раннего детства приучают детишек участвовать в самых жестоких истязательствах развлечения ради, – наконец начал он. – Самой большой наградой за хорошую учебу в школе является направление в Дом Пыток, где ребенку позволяют собственноручно урезать какого-либо несчастного. И требуют при этом, чтобы он проявил максимум фантазии. У детей и подростков главное желание таково: поймать кого-нибудь из «друзей» или «подруг», силой заставить сделать запретное, а затем замучить. И, смеясь, уйти, оставив за спиной истекающее кровью тело. И подобная практика приветствуется и награждается взрослыми. А по улицам городов и городков Фофара бродят девчоночьи банды, отлавливающие случайных прохожих и калечащие их. Ведь за каждый отрезанный… э-э-э… половой признак, им платят золотую монету в ближайшей магистратуре…

У Хранителя Меча застучало в висках от его слов, он едва смог пролепетать:

– Но как такое возможно?..

Маг оскалился в ответ:

– Мне никогда не забыть моего путешествия по Фофару. Мне никогда не забыть того, как ко мне, так как я был в балахоне мага, подошли милые пятнадцатилетние девочки с бантиками в косичках и с невинным видом попросили проследить, чтобы калечимые ими одноклассницы остались живы, так как они намеревались несколько месяцев, до каникул, использовать рты несчастных, как туалет… А потом продать их… Очень практично, вы не находите, Владыка?

Йаарх ничего не смог ответить ему, он лишь зевал, как рыба в воздухе.

– И я, – с горькой, кривой ухмылкой мрачно продолжил маг, – чтобы не выдать себя, ибо тогда я еще не обладал нынешней силой, вынужден был это сделать. Как вы думаете, Владыка, кем я себя после этого чувствовал?

– Тем же, кем и я, после того, как съел «извинения» хралов… – ничуть не менее мрачно ответил Хранитель.

Маг вопросительно поднял брови и Йаарх коротко объяснил ему, что же это были за «извинения»… Элинор кивнул и сказал ему в ответ:

– Тогда вы меня понимаете, Владыка. Понимаете, почему я так ненавижу Совет и выступаю против него. Ибо они подобные порядки насадили насильно, не считаясь ни с кем. Даже тем народам, которые сопротивлялись. И особенно тем, кто сопротивлялся…

– Значит, война все же неизбежна?

– Абсолютно неизбежна…

– Спасибо, я понял вас, Элинор, – слегка поклонился ему Йаарх, в его глазах уже не было ярости, в них плескалась боль. – Теперь еще один вопрос – Меч сказал мне, что вы маг Предела.

– Это так, – еще раз поклонился ему маг. – Я нашел в развалинах заброшенного подземного города храргов одну из легендарных книг Предела, и она приняла меня, разрешив себя изучить. Кроме вас, я единственный маг Предела в мире. Ибо высшая магия Совмещения Разностей была забыта на Архре…

– Благодарю за разъяснения, – кивнул головой Хранитель.

Элинор настороженно заглянул ему в глаза и сказал:

– Разрешите спросить, Владыка…

– Спрашивайте.

– Вы говорили, что вам сказал меч…

– А вы разве не знали, что Серый Меч разумен и имеет душу, а не просто магический артефакт? – удивился неведению Магистра Книги Хранитель.

– Нет, этого я не знал… – покачал головой Элинор и с сочувствием посмотрел на Йаарха. – Тяжко это, наверное, жить, имея внутри себя кого-то, кто знает каждое твое побуждение и каждую мысль.

«Я стараюсь как можно меньше вмешиваться в жизнь своего хранителя, особенно в личную, – услыхал каждый внутри у себя сухой голос Серого Меча. – Только при самой крайней необходимости, уважаемый маг»

– Благодарю вас за разъяснения, Совмещающий Разности, – поклонился в пространство Элинор, а Йаарх, с очень большим сомнением в голосе, хмыкнул.

«И нечего тут хмыкать!» – раздраженно ответил уже только ему Меч.

– Есть еще один вопрос, который бы я хотел прояснить, Владыка, – послышался голос молодого мага.

– Какой?

– Я не могу принести вам клятву вассалитета, – по лицу Элинора пробежала тень, – любой из магов Совета, и не только, тут же определит, что я стал чьим-то вассалом…

«Клятва ученичества…» – вновь услышали оба голос Серого Меча.

– Не лишено остроумия, Совмещающий Разности, – по лицу мага пробежала еле заметная ехидная ухмылка. – Совсем не лишено. Пусть себе поломают головы, к кому бы это мог поступить в ученики самый могущественный маг Колхрии…

Поймав удивленный взгляд Йаарха, он подтвердил:

– Это не похвальба, Владыка. Я говорю правду.

– Что ж, тем лучше… – с некоторым сомнением в голосе ответил Хранитель.

– Тогда приступим к клятве, – встал с места маг и Йаарх поднялся вслед за ним.

Элинор опустился на одно колено и принес клятву Ученичества. Йаарх в который раз за этот бесконечный день выдернул Меч из своего тела, положил его лезвие на скрещенные над головой руки Магистра Книги, одновременно произнося уже знакомые ему слова принятия клятвы. Волна холода пронзила обоих, и заклятие вступило в свои права.

Едва они успели закончить, еще даже не рассевшись по своим местам, когда вдруг в дверь постучали и голос олтиярского короля произнес:

– Владыка, юноша здесь.

– Пусть войдет, – ответил Хранитель.

Дверь приоткрылась, и в нее втолкнули бешено сопротивляющегося, обозленного до предела и шипящего, как дикая кошка, Гадала. Он окинул взглядом комнату, увидел своего учителя и расслабился. Но глаза его изумленно расширились, когда он увидел рядом с Йаархом человека в черно-серебристой сутане одного из высших магов Колхрии. Элинор с любопытством смотрел на юношу, одетого как крестьянин. Но тут же его брови изумленно поползли вверх, и он откинулся на спинку кресла.

– Владыка! – устремил маг потрясенный взгляд на Йаарха. Где вы нашли это чудо? Это же уже даже не талант, это нечто на уровне гения…

– А как вы сами думаете, Элинор? – с кривоватой ухмылкой спросил его Хранитель.

Уголки губ улыбающегося мага поползли вниз, и он глухо спросил:

– Раб?

– Именно так! – еще больше кривя губы, ответил Йаарх. – Вырвал его из-под кнута надсмотрщика. А завтра парнишку должна была использовать одна любительница «композиций», если вы знаете, что это такое…

– Знаю, – коротко кивнул маг. – И как же вам удалось вырвать из ее рук мальчика? Обычно подобные твари очень неохотно расстаются со своей добычей.

– Она получила то, – злобно ухмыльнулся Хранитель, – на что обрекала других.

– Это справедливо! – ничуть не менее злобно ухмыльнулся в ответ Магистр Книги.

Йаарх улыбнулся как можно добрее ничего не понимающему Гадалу и ласково сказал юноше:

– Садись, ученик, вон туда, на диван. И извини, что мы говорили о тебе в твоем присутствии. Познакомься – это маг Совета Элинор.

– Маг Совета?! – даже подпрыгнул на месте от злости парнишка.

– Он на нашей стороне и тоже принес мне клятву Ученичества, – поспешил успокоить его Йаарх, встав и положив руку пареньку на дернувшееся от этого прикосновения плечо. – Сядь и успокойся. Вы с ним теперь – почти что братья.

– Владыка прав, Гадал, – тонко улыбнулся уже начинающему успокаиваться юноше Магистр Книги. – Ведь именно я буду учить тебя началам магии, брат мой. Если я правильно понял намерения нашего учителя.