Его прервал торопливый стук в дверь и в комнату ввалился возбужденный донельзя Свирольт.

– Владыка, Ваши Величества! – выдохнул он. – В Хрустальном чертоге дворца впервые за сотни лет заговорил шар связи с Серой Башней! Маги хотят говорить с королем…

– Началось! – с этими словами Морхр встал с кресла, его глаза горели какой-то полубезумной решимостью, покрытое морщинами лицо даже помолодело.

– Мы будем слушать из-за двери, друг мой, – положил ему руку на плечо также вставший Йаарх. – И помните – мы с вами, мы – все вместе, именно в этом наша сила. И, как говорят у нас на Земле, надерите-ка задницу этому старому козлу Фолергу!

Все негромко и слегка нервно рассмеялись в ответ на шутку Владыки и гуськом вышли из комнаты следом за Свирольтом. Принц шел впереди, следом за ним следовали переговаривающиеся Морхр с Владыкой, а уж за ними и все остальные. Хранитель обратил внимание, что на этот раз они шли в северное крыло дворца, где он еще не бывал. Дорога заняла не менее десяти минут, прежде чем все увидели широко распахнутые проржавевшие двери, из которых несло холодом и сыростью. Войдя, он увидел крутую лестницу, ведущую куда-то в подземелье и вслед за Свирольтом и Морхром начал спускаться вниз. Судя по всему, этой лестницей не пользовались как бы не сотни лет. После длительного и тяжелого спуска, во время которого спускающийся несколько раз рисковал сломать ноги, они увидели внизу одну-единственную небольшую дверь. Она была приоткрыта, и из щели видно было пульсирующее голубоватое сияние, и доносился монотонный мужской голос, говорящий: «Серая Башня вызывает для разговора короля Олтияра! Серая Башня…» И так без конца.

Морхр остановился перед входом, посмотрел на Владыку, родного и кровных братьев и резко втянул в себя воздух, как перед прыжком в холодную воду. Королю было страшно до жути, ведь страх перед магами Серой Башни был впитан им с молоком матери, а теперь именно он должен был объявить им войну. Он поежился и решительно толкнул дверь, входя в помещение, которое его предки почему-то назвали Хрустальным Чертогом. Это была совсем небольшая комнатка, отделанная черным хрусталем, посреди которой над узким, высоким каменным постаментом вращался в воздухе хрустальный же шар, окутанный туманом. Морхр не спеша подошел к нему и сказал:

– Король Олтияра Морхр из рода Орт здесь. Кто хотел меня видеть?

– С вами будет говорить верховный маг Высшего Совета магов Колхрии, Магистр Высших Изменений Света и Тьмы, Фолерг, – тут же обозвался голос.

В туманной поверхности шара начали медленно проступать черты чьего-то лица. Это было лицо крючконосого, с цепкими, умными и властными глазами старика. Правда, цвет его глаз уже не угадывался, от бесчисленных прожитых лет они выцвели. Он был очень стар, но никак не производил впечатления дряхлого, скорее уж сам по себе казался силой, которая способна была смести человека и не задумываясь отправиться дальше. Смерив пронзительным взглядом короля, старик качнул лысой головой и хрипло прокаркал:

– И что это у вас там происходит? И где эмиссар Совета?

Морхр растянул губы в довольной ухмылке и, ничем не выдавая своего внутреннего страха, ответил магу:

– Я посадил его на кол.

– Вы осмелились?! – глаза Фолерга расширились от гнева.

– Совет Магов мне теперь не указка, и я более не потерплю ваших шпионов на своей земле! – дерзко ответил король все с той же довольной ухмылкой.

– Вы пьяны? – недоумением на лице спросил его маг.

– Абсолютно трезв! – уже хохоча во все горло, ответил Морхр.

– Тогда, как я думаю, – язвительно заметил Фолерг, – вы просто сошли с ума.

– Все может быть… – продолжал смеяться олтиярский король.

– А что это за дикие слухи про аллорнов и храргов у вас во дворце? – прищурился верховный маг.

– Если ваши наблюдатели перепились на свадьбе, и им начали мерещиться аллорны, то это их личная проблема, – ничуть не менее язвительно сказал Морхр. – Аллорны на Мерхарбре… Надо же было такое выдумать…

За дверью почти незаметно усмехнулся Светоч Древа.

– На какой свадьбе? – приподнял брови старый маг.

– Детей переженили…

– На ком?

– На наследниках ближайших соседей… – улыбка короля стала еще шире и гнуснее.

Фолерг молча смотрел на Морхра и неспешно размышлял. Да, варвар оказался куда как умен и сумел обезопасить свои границы, его новым родственникам теперь не прикажешь напасть на него, будут бессмысленно мычать и отнекиваться. Но он, видимо, просто не понимает, что одной десятой части армий и флотов Фофара хватит на то, чтобы мир навсегда забыл о существовании какого-то там Олтияра.

– На что же вы надеетесь, Морхр? – слегка удивленно спросил он.

– Ни на что! – отрезал король. – Будь, что будет, но вы и ваши скотские законы мне уже надоели.

– Как хотите… – безразлично ответил маг, цепко и внимательно изучая костистое, худое лицо короля Олтияра.

Если бы Элинор в этот момент мог увидеть старого мага, то многие из его мнений о Главе Совета тут же изменились бы, слишком непохож был сейчас Фолерг на того, кем его привыкли видеть все, кто был с ним знаком.

Через несколько мгновений шар прекратил свое вращение, потух и мягко опустился на подставку. Морхр привалился к косяку двери, тяжело дыша и утирая пот со лба. После этого разговора он чувствовал себя так, как будто пробежал весь день в полном снаряжении тяжеловооруженного воина.

– От-тлич-ч-чно, брат мой! – первым оказался возле него схорр.

Морхр поднял голову и встретился взглядом с Владыкой. Йаарх ободряюще улыбнулся ему. Королю стало намного легче, он хотел что-то сказать, но в этот момент каждый услышал в своей голове сухой и спокойный голос Серого Меча.

«Не обольщайтесь, господа! Этот Фолерг намного более опасен, чем хочет казаться. Перед вами очень умный и очень опасный враг, который с непонятной целью носит маску неумного и замшелого ретрограда. И цель этого известна только ему самому. Наш друг Элинор очень сильно ошибся в оценке Верховного Мага Совета. Это я утверждаю с точки зрения всего моего опыта, включающего сотни тысяч лет»

*****

Смотря на потухший шар, старый маг неспешно размышлял о причинах непонятной смелости короля варваров. Поведение Морхра не укладывались в его психологический портрет, и Фолерг не понимал, чем бы это могло быть вызвано. Возникало такое ощущение, что за спиной олтиярца стояла огромная сила, и поэтому он ничего не боялся. «На что же он все-таки рассчитывает?..», – пробормотал старик себе под нос, кряхтя вставая из удобного глубокого кресла. Он подошел к столу, развернул подробную карту Олтияра и несколько минут изучал ее, раздраженно постукивая пальцами по столу. Маг давно не верил в совпадения и, вспомнив суматошное донесение единственного, наверное, оставшегося в живых шпиона, из бывших в олтиярском дворце, негромко рассмеялся – слишком хорошо была видна рука Тонха, начальника Тайной стражи Морхра. Жаль, что в свое время этот талантливейший человек отказался работать на Серую Башню… «Аллорны и храрги на Мерхарбре… – снова фыркнул Фолерг. – Что бы им там делать?» Но все же ничего нельзя было упускать из виду, и он оставил зарубку в памяти – завтра же связаться со Светочем Древа и Молотом Храргов. «Ох уж эти гордые бессмертные, – мелькнула досадливая мысль в голове мага, – осталась ведь их уже всего горстка, но до сих пор отказываются принимать Закон…»

Серый Меч был прав, прав во всем. Маску старого маразматика Фолерг носил столь давно, что она уже стала его вторым лицом. Кто и когда бы мог заподозрить старого магистра, над которым, за спиной, конечно, смеялись все, кому не лень, что именно он ответственен за очень многие неугодные Совету Магов вещи, что именно он дирижирует всеми странными событиями, происходящими на Архре. Лишь в последнее время, после прихода этого странного человека из другого мира, вожжи начали выпадать из рук Верховного Мага, ибо слишком много непонятного начало происходить вокруг. «Неужели же, – дребезжащим смехом рассмеялся Фолерг, – на Мерхарбре действительно поверили, что это существо – Владыка? Что ж, если это так, то они сотворили самую большую глупость в своей жизни…» Он перебрал лежащие на столике донесения и нашел нужное. Почитал, обдумал и вновь закряхтел – под триста ведь уже, никакая магия не помогает избавиться от ревматизма…

– Так ли уж не правы аллорны и храрги, не принимая наши «милые» законы… – он не заметил, что, забывшись, произнес эти слова вслух.

И ему тут же ответил не менее скрипучий и дребезжащий, чем у него, голос:

– Да, так ли уж они не правы, старый друг?..

Фолерг вскинул голову, привычно напуская на свое лицо выражение самоуверенной чванливости. Напротив него сидел, насмешливо усмехаясь, незаметно вошедший в его кабинет император Фофара Сангет, сухощавый старый человек. Он выглядел все же помоложе Фолерга, только в темно-серых глазах затаилась нечеловеческая усталость. Длинное, хищное лицо украшал совершенно неуместный на нем курносый нос, рубленый квадратный подбородок, казалось, тянул императора за собой. Он производил немного жутковатое впечатление и те, кто был с ним хорошо знаком, утверждали, что внешность соответствует сущности…

– Уж при мне-то, – с легкой иронией в голосе и улыбкой, скользящей во внимательных узких глазах, тихо проговорил Сангет, – ты бы мог и не напяливать на себя этой дурацкой маски…

– Да что вы себе позволяете! – взвизгнул известный всем Фолерг и улыбнулся, превращаясь в Фолерга, знакомого двум-трем людям в мире.

Два смертельно уставших от жизни старика, сидевшие друг напротив друга, рассмеялись негромким дребезжащим смехом.

– Как тебе понравилось сегодняшнее сборище? – все еще посмеиваясь, спросил Фолерг, имея в виду последнее заседание Высшего Совета.